![]() |
![]() |
Господин главный редактор! В прошлом я не раз расценивал проекты, выдвигаемые правящими политическими силами, а также их другие действия как неприемлемые с христианской точки зрения. Я могу сослаться на свою статью, опубликованную в газете "Ортодоксос типос" от 3 августа 1979 г., где я критикую "перенесение положений о религии и Церкви из преамбулы Конституции в третью главу", "отмену обязанности каждого представителя верховной власти уважать православное учение", представление юридических прав антихристианской секте иеговистов, закон об абортах, карваризацию греческого языка, которую я характеризую как "национальное бедствие", установление дипломатических отношений со "Святейшим Престолом" и т.д. и т.п... Таким образом, нет опасности, что мое теперешнее выступление против оппозиционных сил будет неверно истолковано как политическое. К тому же ни один уважающий себя клирик не может предпринимать какие бы то ни было действия, исходя из своих политических симпатий или антипатий. Высшим критерием для него является Закон Божий, и только Закон Божий. С этой точки зрения он все рассматривает и обо всем судит. Итак. В недавно опубликованной официальной программе политического блока, о котором идет речь, помимо всего прочего, имеются два пункта. Первый: Будет отменена смертная казнь. Второй: Будут легализованы аборты. - Давайте немного углубимся в этот предмет. Известно, что в Греции суды очень редко выносят смертные приговоры; это случается, когда речь идет об исключительных преступлениях. А из вынесенных приговоров приводится в исполнение только часть. Немало из них заменяются пожизненным заключением. Обвиняемый в совершение преступления - не просто подозреваемый, а явный преступник, пойманный с поличным, располагает массой способов - действенных и законных - для своей защиты. Дело может быть возвращено на доследование, могут быть представлены показания свидетелей защиты, обвиняемый может подать апелляцию, обжаловать решение суда, вновь вызвать свидетелей защиты, потребовать экспертизы, вновь подать апелляцию, найти с помощью адвоката тысячу и одно смягчающее обстоятельство, опять обжаловать решение суда, потребовать пересмотра дела в Верховном Суде, подать прошение о помиловании и т.д. и т.п... И все эти усилия - несомненно, законные - ради кого? Ради явного злодея, взятого с поличным при совершении преступления! И, однако, несмотря на все это, наши чувства не выносят его умерщвления! Говоря так, я не выступаю за сохранение смертной казни. Если бы жесткие и недвусмысленные законы заменили смертную казнь действительно пожизненным заключением и изоляцией общественно опасных личностей, почти все были бы за отмену смертной казни. Но, как бы то ни было, сохранение или отмена смертной казни - обширная тема, и каждый имеет право приводить аргументы в поддержку своего мнения и выступать за свой способ борьбы с преступностью. Никто этому не препятствует. Но давайте спросим: каким образом тот, кто не выносит умерщвления явного злодея, отъявленного преступника, который к тому же располагает столькими средствами защиты, может выносить умерщвление невинного и беззащитного создания, единственным "преступлением" которого является то, что, согласно неумолимым и непреложным законам природы, он получил бытие? Ну что ж, отменим смертную казнь, чтобы раз в десять-пятнадцать лет не казнили двух-трех отъявленных преступников. Но в то же время легализуем аборты, чтобы в соответствии с законом и... с "достоинством" убивать по тысяче невинных созданий ежедневно!.. Воистину, "прекрасный мир, нравственный, ангельски созданный", по словам одного из поэтов!.. Конечно, аборты все равно делают, и в больших количествах, но разве это повод, чтобы их узаконивать? Тогда почему бы не позволить и свободную продажу наркотиков, раз их и так употребляют тысячи людей? А иногда суды рассматривают дела о двоеженстве. Может быть, надо узаконить и многоженство, так как есть нарушители закона о единобрачии? И разбои случаются, и изнасилования, и подделка продуктов и тысячи других преступлений. Почему бы не узаконить и их? В любом случае, те, кто думают, что несчастные матери-убийцы что-либо выиграют от легализации абортов, по меньшей мере наивны. Какая бы свобода ни была предоставлена такому ужасному преступлению, как аборт, она ничем не поможет этим матерям-злодейкам. Уголовное наказание отменят, но совесть, "еяже ничтоже в мире нужднейши", во всю жизнь уже не обретет покоя. Женщины, прибегшие к аборту, превращаются в душевные руины и никогда больше не приходят в себя. Истинность этих слов подтверждает опыт духовников (а также многих психиатров). Великий Гиппократ, хотя и жил во тьме идолослужения, безусловно запрещал аборты и так говорил в своей знаменитой клятве: "И не дам женщине абортивного средства". Видно, он знал что-то больше нас... Сами собой мне на ум приходят и волнующие слова моего блаженной памяти учителя Спиридона Кальяфаса который, тридцать лет тому назад так говорил в одной из своих лекций (он преподавал педагогику и психологию), ссылаясь, между прочим, и на Карла Юнга: "Дети, которым не дали родиться, становятся ужасными вурдалаками. Они поселяются в подсознании своих матерей и никогда не дают им покоя. Не пройдет много времени, как у этих женщин появятся признаки тяжелого невроза, который будет мучить их до самой смерти. Нарушение законов совести не проходит безнаказанно!" И это непоправимое психическое повреждение матерей-убийц, даже самых "раскрепощенных" и "эмансипированных" (я говорю и из своего священнического опыта), связано еще вот с чем: с нелепыми аргументами утверждающих, что разрушаемый эмбрион - это еще не человек (!!!) и поэтому речь не идет об убийстве!.. Конечно, для нас даже нет необходимости оспаривать этот довод, ибо Дух Святой, вещающий через Церковь, свидетельствует, что вне зависимости от того, сформировались органы эмбриона или нет, совершающая аборт является убийцей (см. правило 2 Василия Великого и 91-е правило Трулльского Собора). В нашей Церкви есть праздники зачатия святых в материнском чреве - Пресвятой Богородицы и Честного Предтечи, именно потому, что она считает, что человек существует с момента своего зачатия. Но зачем нужны иные доводы, когда даже гражданское право признает эмбрион личностью с самого его зачатия и рассматривает его как носителя гражданских прав? Согласно Гражданскому кодексу, кто-либо может, к примеру, завещать свое имущество "зачатому" (ст. 1711) эмбриону, и если он родится живым, то унаследует завещанное ему имущество. Так что носимый во чреве эмбрион обладает признанными государством и неотъемлемыми правами на пользование экономическими благами; однако у него нет никаких прав на высшее и первоначальное благо - жизнь! И такова точка зрения - совершенно нелепая - не только упомянутого политического блока, но - если быть справедливыми - и всего, увы, политического мира, за немногими благословенными исключениями... С любовью о Христе, "Ортодоксос типос", |
![]() |
![]() |