Вторая заповедь блаженства
Блажени плачущии, яко тии утешатся

 

      Очень трудно нам, мирским и плотским людям, понять эту заповедь! Она, по слову Иоанна Златоуста, кажется, противоречит мнению целой вселенной, ибо все почитают блаженными радующихся, а сетующих, бедных и плачущих – несчастными. Господь же вместо первых блаженными называет последних, говоря: "Блажени плачущии", хотя все почитают их несчастными.
      Но плакать можно о разных предметах! И блаженными здесь называются не те, которые плачут о житейских предметах, ибо плачет и бессильная злоба, плачет и униженная гордость, плачет и оскорбленное самолюбие... Да мало ли бывает суетных слез? Но это все слезы грешные, слезы бесполезные, слезы крайне вредные для плачущих, ибо они причиняют смерть душе и телу, по слову Апостола: "...сего мира печаль смерть соделовает" (2 Кор. 7, 10). Эта печаль мира сего часто доводит до смертного греха уныния и отчаяния.
      Блаженство и утешение дается плачущим о том, что мы несовершенно и недостойно служим Господу, или даже заслуживаем гнев Его нашими грехами.
      Давайте проверим свою совесть, свое сердце!

      1. Плачем ли мы о том, что осквернили и непрестанно оскверняем в себе образ Божий грехами своими? Что мы ежедневно бросаем в грязь этот образ страстями житейскими, пристрастием к миру, неверием, гордостью, ненавистью, завистью, невоздержанием, пьянством и прочими страстями и через это крайне прогневляем своего Творца и раздражаем Его долготерпение!

      2. Плачем ли мы о том, что только носим имя христианина, данное нам при крещении, не исполняем закон и живем как неверующие во Христа – прилепились к земле, не думаем о Небе, о тамошней жизни, не имеющей конца, о смерти, о неготовности нашей к страшному и праведному испытанию на всемирном Суде?
      Мы беспечны в деле нашего спасения, какие там слезы – мы даже забываем совершенно обо всем этом!

      3. Плачем ли мы о том, что сердце наше неустанно порывается делать все противное Господу? Сколько молимся, каемся, читаем, поем, сколько причащаемся Святых Животворящих Таин, которые могут и каменное сердце претворить и сделать мягким, как воск, а не изменяемся по нерадению. И мы плачем, что не приносим Богу плода веры и любви, плода кротости и незлобия, плода воздержания, чистоты и целомудрия, плода милостыни и т. п.

      4. Плачем ли мы, когда:
      – ощущаем прилив к сердцу нечистых помыслов;
      – увлекаемся гордостью, злобой, завистью, жадностью, скупостью;
      – ко врагу своему чувствуем не любовь, а вражду;
      – увлекаемся страстью пьянства, сребролюбия и любостяжания;
      – смущаемся и увлекаемся противлением и непослушанием к родителям, начальникам или к старшим.
      Нет у нас, Господи, этого постоянного плача о грехах своих; вот только на исповеди, когда нам перечисляет священник грехи, мы немного узнаем о своей греховности, а так нам все некогда даже подготовиться к исповеди и Святому Причастию. Некогда подумать перед исповедью, чем же я прогневал Господа в личной своей жизни. Надеемся, что за нас перечислит грехи священник, а мы скажем "грешен", а личного покаяния так и не умеем принести.
      Какой же там постоянный плач о грехах?! Мы ленимся прочесть положенное молитвенное правило перед причащением, чтобы, хоть ударяя в окаменевшее сердце словами покаянных молитв, составленных теми, кто умел плакать перед Господом о своих грехах, как-то разбудить уснувшую совесть и настроить сердце на покаяние (не говоря о положенном говении перед Таинством Исповеди и Святого Причастия). Все это нам кажется чрезмерно трудным и неудобоисполняемым.
      А вот как сокрушался о своих грехах святой пророк Давид: "Утрудихся воздыханием моим, измыю на всяку нощь ложе мое, слезами моими постелю мою омочу" (Пс. 6, 7).

      5. Есть еще спасительные слезы, о которых мы и понятия не имеем. "И тогда, – говорит преподобный Макарий Великий, – подвижники плачут и сетуют о роде человеческом, проливают слезы, воспламененные любовью к человечеству". А мы о своих грехах плакать не умеем да не хотим, потому что наше бесчувствие и холодность к делу спасения толкает нас искать не истинных, совершенных радостей, а пустых развлечений, смехотворства, паясничества: развлекаемся игрой в карты, бесконечным увлечением телевизором или кино и театром, чтением пустых, а то и развращающих нас книг, рассказыванием анекдотов, предаемся пляскам, песням и прочим бурным проявлениям напускного, суетного, опустошающего душу и убивающего зачастую тело "веселья".
      Вот как далеки мы от этой второй ступеньки нравственного совершенства! Мы совсем забываем, что находимся "под гневом Божиим: проходим поприще отчаянной борьбы на жизнь или смерть, когда отовсюду беды, когда всегубительный и обольстительный грех с такою наглостью и свирепством повсюду губит души человеческие, Кровию Сына Божия искупленные; когда это исчадие ада ежечасно угрожает низринуть нас в готовую разверзться геену огненную!" (праведный Иоанн Кронштадтский).
      Время ли нам, христианам, сейчас смеяться и веселиться? "Время смеха и веселья настанет после слез и рыданий о грехах в этой жизни и после победы над грехом" (праведный Иоанн Кронштадтский).