![]() |
![]() |
![]() |
Людмила Колодяжная. Пиши о том, что близко, пред глазами... |
![]() |
ИЗ КНИГ 2000 – 2001 гг. |
![]() |
![]() |
Паломничество волхвов Каждого ждет воздаянье по вере. В мире неясно, темно и сыро. Слово рождается в яслях, в пещере, правит страною какой-нибудь Ирод. И пробираются по примете маги-волхвы, по сердца дрожи, к свету, который во тьме лишь светит, и выбирают дары осторожно.. Самое худшее года время – снег, непогода и ветер в лица, ветхих заветов бессильно бремя, ангелы крыльями бьют, как птицы... Время приходит – молений ясных, неутолимой водою жажды... Слово в пещере рождается, в яслях, Бог, сходящий на землю однажды. Снег и слякоть, и в лица ветер, от непогоды куда же деться – вслед за волхвами, сбирая крупицы – горсткой примет восполняем сердце... Крещение ...как в то время, как в тех далях – древних-дивных-давних – как птицы, ломтиками глотали водицу – родимую, из Иордана, эдемом сладимую, с авваотчевым горчайшим вкусом, пролистывали-читали евангельские изречения о Предтече, о крещении Иисуса – и дни шли, как полыньи-проруби в зимнем месяце, когда спускаются с небес голуби, когда крестятся... *** Благовещенье, смущенье, жар апреля, тени-сланцы, агнцы-облака, временем хоронится, легка, ровная мелодия капели, к графике неверной акварели жизнь-душа торжественно-чутка, свеч зажженных движется река в русло предпасхальныя недели, вслед теням, спаленным светом этим, тем же светом тянется душа, крылья расправляя, чуть дыша – жизнь, освобожденная из клети, примиряет с жизнью повторенье, вызов звуков, кpасок, бег вpемен, древле установленный закон – тяжести, препон – преодоленье... Временем хоронится, легка, ровная мелодия капели, Благовещенье, смущенье, жар апреля, тени-сланцы, агнцы-облака... *** Облако уступит высоту ангелу, что оступившись птицей, осыпает перья на мосту строк, растерянно верстающих версту – кроной опрокинутой – страницы... Птица уступает высоту голосу, который то лепечет, вышивая веточку-черту, то колышет крылышек чету, пышно перечеркивая вечер... Голос уступает высоту облаку – с карминовою рамкой – строчек, что погибнут на ветру, если не подденет на лету птица, оступившаяся – ангелом... *** Посвящается Катюше Птица, став для облака утратой, тенью протянулась рядом с веткой, оставляя ветки тень – крылатой пленницей, в узорах кроны-клетки. То, что вспоминаешь, вьется вестью, разрывая плача оболочку – девочка целует на ночь крестик, ниспадает с плечика цепочка. Серебра – к ладошке – блик прижатый, от теней рисунок в ночь качнется, словно от движений угловатых Странник с Елеона вознесется, Странника полет повторит птица, становясь для облака утратой, оставляя на весь сон – крылатой девочку, как ветку на странице. Девочка целует на ночь крестик, ниспадает с плечика цепочка, то, что вспоминаешь, вьется вестью, разрывая плача оболочку... *** Пусть строка моя, беззаконница, далека, пред тобою склонится, к дням, легка, припадет, паломница... Пусть к тебе проберется, странница, пусть в беде – о слова изранится... Пусть молитва качнется кроткая – о тебе, нареченном отроке, о тебе вспоминает, кликает, ектеньею манит великою.... Редки речи твои негромкие – жизни-встречи обвивши кромкою... Пусть строка спадет, беззаветная, к дням – тропой ведет предрассветною, над тобой падет – венцом-лентою... *** «Царство Небесное подобно зерну горчичному» Тишайшим стражем – стебель слова ожил, храня строку, вплетясь, как тень, в руно... На малость милость Божия похожа, на горстку, на горчичное зерно. Возносит к будущему, незаметно, порожек света в гаснущей душе, но свет растет, как прибыль тонких веток, привитых к вести утренней уже, как дар гонца в начальных днях апреля, как девичий ответный голосок... Пшеничный луч теряется меж плевел, но ты узнаешь вечный колосок, и жатвы поздней отмечая время, сорняк в снопы связуешь, чтобы сжечь, чтоб незаметно выросшее бремя пшеничное – по колоскам сберечь, чтоб стражем слова – клин пшеничный ожил, строки свивая вешнее руно... На царство милость Божия похожа, на малость, на горчичное зерно... |