background image
четверг
k
44, 22 апреля 2010 г.
К 65 ЛЕТИЮ ПОБЕДЫ
...Я родился 23 февраля 1930 года в дерев
не Бекасово Издешковского района Смолен
ской области. В семье нас было трое детей: я
старший, брат и маленькая сестрнка (Па
вел и Маруся.
Авт.). Незадолго до начала
войны умерла наша мать, и я привык заботить
ся о брате и сестре, помогал, чем мог, отцу и
бабушке. До войны учился в начальной школе,
которая находилась в соседнем селе, в трх
километрах от нашей деревни. Занятия в шко
ле памятного 1941 года продолжались до тех
пор, пока нас не обстреляли немцы, и мы не
оказались на временно оккупированной нем
цами территории.
В 1942 году за связь с партизанами был рас
стрелян мой отец, а вскоре во время боя немцев
с партизанами была убита бабушка. Мы оста
лись втром в холодной хате без всяких средств
к существованию. И хотя мне было в ту пору
одиннадцать лет, я понимал, как велика моя
ответственность за брата и сестру. Нужно было
заботиться не только о пропитании, но и о тепле
в доме, об одежде. Нужда заставила меня ходить
по ближайшим деревням с сумой, выпрашивать
куски хлеба. Приходилось обращаться и к нем
цам.
Когда ещ был жив отец, он меня посылал
на железную дорогу, в соседние деревни, что
бы я узнавал вс, что можно о немцах: числен
ность их гарнизонов, вооружение, скопления
техники и прочее. А после смерти отца я все
эти сведения передавал его товарищам
партизанам. Имея на руках младших брата и
сестру, я не мог отлучаться от дома на дли
тельное время. Но вс же были случаи, когда
уходил на несколько дней. Тогда помогали
соседи присматривали за малышами, под
кармливали, топили в избе печь. Бывало, что и
от немцев перепадал кусок другой, особенно
когда в деревне размещались на отдых их
фронтовые части.
А бывало и так: придшь к своей деревне, а
домой зайти не можешь в деревне каратели,
полиция. Вот с ними дела были плохи. Приходи
лось вертеться вокруг деревни, выжидать, когда
они уйдут, или пробираться, рискуя жизнью,
домой ночью. Особенно трудно приходилось нам,
да и всем жителям деревни, когда прибывали
каратели и войска СС, воевавшие не только с
партизанами, но и с мирными жителями. Они не
считались ни с чем: грабили, издевались, убива
ли, выгоняли на мороз всех подряд. Когда в доме
появлялись пьяные немцы, братишка с сестрн
кой прятались на печи, боялись, что солдаты
могут их пристрелить.
Жить становилось вс труднее, продуктов
питания не хватало. Пришлось мне воровать у
немцев хлеб, крупу из автомашин и повозок,
которые шли в Германию. Конечно, пользо
ваться ворованными продуктами удавалось
не сразу, а только после
ухода немцев. Иногда
мы по несколько дней
ждали, чтобы поесть.
Сестрнка вс время бо
лела и, как мы с братом
ни старались уберечь е,
она умерла. Тогда бра
тишку забрала к себе
мамина сестра, ттка, а
мне пришлось из дерев
ни уйти: меня могли
схватить немцы, кото
рым я вредил, как только мог, прокалывал
шины у автомашин, воровал продукты пита
ния, одежду, по детской шалости губные гар
мошки. Да и немцы пронюхали, или кто то
выдал им меня. Во всяком случае, мне старо
ста нашей деревни посоветовал немедленно
уйти.
К партизанам я дорогу не знал и ушл к
ттке в деревню Гридино. Деревня располага
лась на опушке большого леса, что было удоб
но для меня я мог скрыться в лесу незамет
но при появлении незнакомого человека, а
также от полицаев и карателей. Но и переход
был очень опасен. Надо было пересечь желез
История сына полка
Накануне 65 летия Победы наша газета публикует
материалы о героях Великой Отечественной вой
ны. Они разные люди, но объединяет их, помимо
участия в войне с фашистской Германией, одно:
все уже очень пожилые. И некоторые, отпраздно
вавшие 60 летие Победы, не дожили до следую
щего юбилея. Историю юного героя войны Егора
Петровича Андреева нас попросила рассказать его
жена Татьяна Фдоровна. Она принесла автобиог
рафию мужа, которая приведена ниже, с некото
рыми уточнениями.
нодорожное полотно и Московско Минское
шоссе, которое тщательно охраняли немцы. У
ттки я несколько дней прятался, а затем не
много осмелел и продолжил снова, как мог,
вредить немцам.
В это время немецкая армия под натиском
Красной Армии отступала. Немцы минировали
некоторые дороги, ста
вили за минные заграж
дения флажки, которые
я потихоньку снимал,
рассчитывая, что на ми
нах будут подрываться
отступающие немецкие
подразделения. Были
моменты, когда так и
происходило.
В деревне останавли
вались на ночлег колонны автомашин немецких
воинских частей, основательно потрпанные в
боях. Среди немцев было много раненых, боль
ных, обмороженных. И здесь я совершал свои
маленькие диверсии прокалывал шины у ав
томашин.
Ттка подозревала о том, что я стараюсь вре
дить немцам. Подозрительно для не было и то,
что я ушл из своей деревни, оставив там бра
тишку. Только через много лет я понял, какую
беду мог накликать на семью ттки, у которой
было тогда двое маленьких детей.
Я решил уйти от не и пойти навстречу нашим
войскам. Пошл по лесу между Минским шоссе
и железнодорожным полотном. Шл долго, за
мрз, проголодался и решил зайти обогреться и
раздобыть еды в неболь
шую деревню, в которой,
по моим наблюдениям,
немцев не было.
В одном из домов меня
хорошо приняли старик
со старухой, накормили.
Меня быстро разморило
в тплой избе, и я не за
метил, как уснул. А когда
проснулся, был страш
ный шум и гам. В дерев
не было полно немцев и
большая колонна наших мирных жителей, кото
рых угоняли в Германию. Меня и ещ нескольких
местных мальчишек немцы заставили заготав
ливать дрова и варить похлбку. В одном доме с
нами жили несколько немцев, которые за нами
присматривали: выдавали муку, руководили всей
работой. Четыре дня мы проработали на кухне, а
затем один из немцев предупредил нас, что ут
ром рано уезжаем из деревни. Тогда мы решили
во что бы то ни стало уйти по домам. Днм уйти
было невозможно, мы решили сделать это но
чью. Долго не спали, толкали друг друга. Нако
нец немцы и полицаи после принятой дозы спир
тного уснули. Мы потихоньку встали, запаслись
продуктами из их рюкзаков и подались из дерев
ни в лес. Там распрощались.
Я решил вернуться назад к ттке. Идти даль
ше навстречу нашим войскам я не решался, так
как дороги были забиты отступающими немца
ми. И обратный путь был не легче: везде были
немцы, надо было соблюдать осторожность.
Шл я только ночью, так было безопаснее. На
второй день, рано утром, уже на подходе к
деревне, меня неожиданно догнали русские
разведчики. Они стали меня расспрашивать,
нет ли в деревне немцев. Я не мог этого знать,
потому что несколько дней не был в ней. Вместе
с разведчиками мы осторожно стали прибли
жаться к деревне. Вдруг из заброшенного ста
рого сарая, стоявшего на окраине, застрочил
пулемт. Разведчики забеспокоились и засом
невались во мне. Нужен был выход из сложив
шейся ситуации. Я показал разведчикам, как
можно оврагом обойти сарай, чтобы немцы нас
не увидели. Они воспользовались моим сове
том и обошли, а там забросали сарай граната
ми. Пулемт замолчал.
Я попросил разведчиков
взять меня с собой, но
они отказали. Им нужно
было торопиться вперд,
на запад.
Я шл по безлюдной
улице деревни со слеза
ми на глазах. Меня ок
ликнули. Это были наши
артиллеристы. Молодой
офицер попросил меня вывести их на дорогу. Я
согласился. По пути стал просить, чтобы они
взяли меня с собой на фронт. И в этот раз мне
отказали, ссылаясь на то, что нужно получить
разрешение командования части. Расстроенный
опять, я пошл домой к ттке. Но вскоре моло
дой артиллерийский офицер вернулся за мной в
деревню. Это был лейтенант Борис Григорьевич
Зеленцов, сумевший уговорить командира ди
визиона 795 го артиллерийского полка взять
меня в артбатарею.
Я был зачислен в список личного состава
795 го артиллерийского полка 82 й Красно
знамнной дивизии. Началась моя фронтовая
жизнь подростка. Мне было трудно, очень труд
но, и старшим тоже
было трудно. Смерть
подстерегала на каждом
шагу. Наша дивизия
участвовала в непре
рывных и тяжлых боях.
Враг не хотел уходить с
нашей земли, цеплялся
за каждый населнный пункт, за каждый ру
беж. Но наша дивизия с боями продвигалась
вперд, и я со своей батареей шл на запад,
освобождая свою многострадальную Смолен
щину. Наша батарея непосредственно участво
вала в боях за освобождение городов Сафоно
ва, Ярцева, Вязьмы, Смоленска и многих насе
лнных пунктов области. За участие в этих
боях я был награждн медалью За боевые
заслуги (позже к ней прибавилась медаль
За победу над Германией.
Авт.). В 1943
году в возрасте 13 лет я был принят в ряды
комсомола. В дальнейшем за участие в боях за
освобождение Смоленщины и Белоруссии я
получил благодарность Главнокомандующего
И.В. Сталина.
Особенно запомнились тяжлые бои под Ор
шей. Целыми сутками некогда было ни есть, ни
спать. По несколько раз за день засыпало зем
лй. Пушки били по врагу безостановочно. Там,
Сын полка Егорка Андреев.
С однополчанами у памятника в г. Ярцево, 1983 год.
под Оршей, пришлось похоронить боевых дру
зей, с которыми я успел сродниться.
На передовой пробыл больше года. Попадал
под артиллерийские обстрелы, разрывы бомб и
мин. Были ночвки на снегу и под холодным
дождм, были ночи без сна, десятки могил бое
вых друзей, многие из которых были старше
меня на 20, 30, 40 лет и считали меня товарищем.
Несколько раз меня пытались отправить в
штаб полка, подальше от передовой, но я упорно
возвращался на свою батарею: там была моя
семья. В конце концов я вс же был откоманди
рован с фронта на учбу в Москву. Когда уезжал,
мои фронтовые друзья артиллеристы на про
щание совали мне сухари, сахар, деньги. На всю
жизнь запомнил эти прощальные минуты.
Из Москвы меня направили на учбу в город
Калининград Московской области, в ремеслен
ное училище. Устроился хорошо, учился стара
тельно, обрл новых друзей... Но меня очень
волновала судьба моего младшего брата. В на
чале 1944 года я упросил директора училища
дать мне отпуск для поездки на родину за бра
тишкой. В Смоленской области в то время был
карантин из за сильной эпидемии. Я вывез бра
тишку к себе в Калининград, и некоторое время
мы жили вместе, спали на одной койке, пока я не
добился, чтобы его приняли в детский дом.
В 1947 году окончил ремесленное училище
3 и был направлен на работу на завод, где
проработал до 1950 года, до призыва на службу
в ряды Советской Армии (там Егор Петрович
познакомился с будущей женой.
Авт.). В 1953
году, после демобилизации, вернулся на родной
завод (ЗЭМ.
Авт.). Работая, учился в вечерней
школе рабочей молоджи, затем поступил в тех
никум. Брат мой окончил в детском доме началь
ную школу, потом училище, а затем и техникум.
Преподавал труд в старших классах школы.
Все послевоенные годы я старался разыскать
своих боевых друзей артиллеристов 795 го арт
полка, но дивизия была расформирована сразу
же после окончания войны, и все мои попытки
оказались неудачными. Как я узнал уже при
встрече, мои фронтовые друзья не раз предпри
нимали попытки найти меня. Они искали меня в
Москве и в Смоленской области, но вс тоже
безрезультатно. И вот 16 октября 1978 года по
радио в специальной передаче, посвящнной
поиску фронтовых друзей, было передано пись
мо члена совета ветера
нов нашей 82 й Ярцев
ской стрелковой дивизии
Н.Е. Цейтлина. В этом
письме кратко рассказы
валась моя история
вплоть до отправки на
учбу в Москву. Завер
шалось письмо просьбой ко всем, кто знает о
моей дальнейшей судьбе и месте пребывания,
сообщить совету ветеранов. Я позвонил автору
письма, встретился с ним и с его помощью узнал
адреса дорогих моему сердцу фронтовых дру
зей. Переписываюсь с ними. А в День Победы, 9
Мая, встречаемся в Москве. С нетерпением и
большим волнением жду этой встречи.
Встреча произошла спустя 35 лет после фрон
тового расставания. Егор Петрович Андреев и
Борис Григорьевич Зеленцов, старший товарищ,
выхлопотавший когда то разрешение от коман
дира взять мальчика с собой, в дальнейшем
встречались не раз.
Егор Петрович совмещал работу на ЗЭМе (где
проработал свыше 50 лет) с ведением уроков
мужества в школах.
Подготовила
Елизавета ЗУБАКИНА
В 1942 году за связь с партиза
нами был расстрелян мой отец, а
вскоре во время боя немцев с
партизанами была убита бабуш
ка. Мы остались втром в холод
ной хате без всяких средств к су
ществованию.
Особенно запомнились тяжлые
бои под Оршей. Целыми сутками
некогда было ни есть, ни спать.
По несколько раз за день засы
пало землй.
Особенно трудно приходилось
нам, да и всем жителям деревни,
когда прибывали каратели и вой
ска СС, воевавшие не только с
партизанами, но и с мирными
жителями. Они не считались ни с
чем: грабили, издевались, уби
вали, выгоняли на мороз всех
подряд.