background image
0
0
0
0
0
1
1
1
1
1
четверг
k
49, 6 мая 2010 г.
C
M
Y
K
Фото отца в конце войны.
ИСТОРИЯ МОЕЙ СЕМЬИ В ИСТОРИИ ВОЙНЫ
Ж
или очень бедно отец не успевал пле
сти лапти. Старшие учились мало, вс
работали в колхозе за трудодни (денег не дава
ли). Но как то справлялись. Начался 1933 год
были страшная засуха и голод, умерла наша
мать, стало ещ труднее жить.
Потом началась война. С октября 1941 года по
март 1943 года село находилось под немецкой
оккупацией. В нашей школе располагался не
мецкий штаб, поэтому мы не учились.
Пока немцы жили в деревне, они отобрали
у жителей вс, что было возможно. Всю ско
тину, которая была у людей, поели. Нас, де
тей, заставляли топить печку и варить им еду.
Однажды немцы принесли двух гусей и заста
вили старшую сестру их ощипывать, а сестра
не захотела этого делать, и е чуть не застре
лили. Позже сестру немцы вс равно забрали.
Через 19 лет мы узнали, что она была в конц
лагере.
Два моих брата воевали в армии, а третий был
в партизанах. Вс это время отец и мы, дети,
поддерживали связь с партизанами.
И вот однажды пришл из леса брат Яков и
сказал отцу, что его видел сосед он служил в
полиции. На следующий день к нам в дом при
шли немецкие солдаты и начали кричать на
отца, бить его прикладом в спину, потом повели
на улицу на расстрел. Тут мы все закричали,
заплакали, и они ушли.
Отец очень нервничал, боялся за нас. Вскоре
он заболел.
Есть было нечего одна картошка. Осенью
1941 года жители нашей деревни разбирали
совхозную скирду гречихи, связывали вязанка
ми и носили домой. Смотрим: по большой доро
ге из города Дмитриева идт огромная колонна
наших пленных солдат, их гнали немцы с авто
матами. Колонна была построена в 4 ряда, а
рядом с дорогой росла капуста, уже замрзшая.
Наши пленные поравнялись со скирдой и нача
ли разбегаться кто в капусту побежал, кто в
скирду прятаться. Началась стрельба. Около
меня стояли моя вязанка и вязанка сестры. Двое
солдат подбежали к нам, согнулись, подняли
эти вязанки. Один спросил у меня: Девочка,
куда идти? Я ему показала на нашу хату, и они
пошли. А третий солдат сел на землю и сказал:
В
середине первого дня войны собрался сти
хийный митинг жителей деревни Ульянов
ской области. День был солнечный, безоблачный,
но казалось, что солнце не так ярко светит, закры
то какой то пеленой В выступлениях участни
ков митинга выражались уверенность в том, что
Отпечаталось в памяти
наша армия не допустит фашистов в глубь нашей
территории, надежда на скорое окончание войны.
Жители деревни готовы отдать вс для победы. К
сожалению, наша надежда оправдалась не в пол
ной мере
В первый же день началась мобилизация всех
мужчин призывного возраста. Ушл на фронт и
мой отец Александр Степанович Музуров. Отец
с 20 летнего возраста работал в различных шко
лах директором.
В действующую армию из дома отец уходил не
в гражданской одежде, а в форме командира
Красной Армии, в которой он недавно возвратил
ся с военных сборов. Перед глазами возникает
картина, как я, заплакав, прижался к его груди,
уткнувшись носом в пряжку портупеи.
Первое время после призыва отец находился в
Ульяновске на учениях. Мы его там навещали.
Вскоре он отбыл на фронт.
Регулярно писал письма. Письмо треугольни
чек, одновременно и конверт, и само письмо.
Обратный адрес: полевая почта, номер часто ме
нялся, к концу войны указывался номер части
(последней была: Часть 102). Все письма отец
писал по одной форме: в первой строке слева
ставил дату написания письма. Справа писал:
Действующая армия и населнный пункт его
нахождения.
В первый период, когда война шла на нашей
территории (на территории СССР), название насе
лнного пункта тушью замазывалось военной
цензурой. Некоторые слова и строчки также бы
вали затушваны. На письме стоял штамп Про
смотрено военной цензурой. Когда война пере
шла за границы СССР, военная цензура продол
жала проверки, но вычркиваний уже не было, и
мы знали, где находился отец на момент написа
ния письма. К сожалению, писем не осталось, но
я помню, что его путь в Берлин проходил по
северной части Европы по Польше, Германии.
Письмо, датированное 9 мая 1945 года, закан
чивалось фразой: Война победоносно заверши
лась! Больше нет проклятой фашистской Герма
нии!
За весь период войны жили в нервном напря
жении, ждали писем и боялись. Ждали почтальо
на, который разносил почту и не только доб
рую. Очень часто после прихода почтальона на
всю деревню раздавался громкий женский плач
принесли похоронку на мужа, сына, брата. С
войны не вернулись очень многие. В настоящее
время в деревне установлен достойный памятник,
на котором вписаны имена всех невернувшихся с
войны.
Я не буду рассказывать, как жили деревенские
женщины. Работая в колхозе, практически ничего
не получали, вс шло фронту. Сами перебива
лись, как говорится с хлеба из лебеды на
воду. Женщинам помогали дети. Я, например,
заготавливал на зиму сено для коровы, косил
косой и жал серпом траву по берегам речки, по
оврагам. Приходилось заготавливать дрова. Сей
час трудно представить, что я, будучи малолет
ним (мне было тогда 10 лет), с двоюродным бра
том (он младше меня) на быке, запряжнном в
сани, ездили в лес за дровами (брвна берзы и
осины двухметровой длины). Дрова не без при
ключений довозили до дома.
Периодически, в праздничные дни обязатель
но, приносили в школу подарки, которые отправ
ляли на фронт для солдат. Подарки готовили
мамы, бабушки и сами школьники. Приносили,
кто что мог: вязаные варежки и носки, валенки,
кисеты с вышивкой для махорки, вязаные шар
фы. Один из моих друзей одноклассников принс
живого гуся.
Вспоминаются условия учбы в школе. Учеб
ных пособий не хватало. Листы тетрадей были не
белые, а цветные грязно розового или голубо
го цвета с вкраплениями мелких древесных стру
жек, из за которых получались кляксы. На очень
хорошей бумаге были сделаны листовки с тек
стом нового гимна СССР, с рассказами о подвигах
наших воинов и партизан на фронтах и в оккупи
рованной гитлеровцами территории, например,
описание подвига и портрет Зои Космодемьянс
кой. На сносной бумаге присылались брошюры
серии Своими глазами. Это короткие рассказы
о героических действиях конкретных людей на
фронте и в тылу, о зверствах немецко фашистс
ких оккупантов; особенно много рассказов было о
жизни, о выживании людей в блокадном Ленинг
раде, особенно врезался рассказ о каннибализ
ме
Одежда школьников желала лучшего, у ребят
протртые с заплатками штаны (язык не повора
чивается назвать брюками), я не был исключени
ем, платья девочек также не блистали красотой
По вечерам домашние задания выполняли при
лампаде, изготовленной из гильзы. Любимым
уроком была военная подготовка. Преподаватель
учил нас премудростям военного дела, включая
стрельбу из малокалиберной и боевой мосинской
винтовок. В особенно голодные периоды в школе
ученикам устраивали бесплатные обеды: щи без
мяса вода, капуста и картошка. Вкус этих щей
я помню до сих пор. Капусту и картошку выращи
вали ученики на пришкольном участке.
Об окончании войны мне сообщила мама. Раз
будила и со слезами на глазах сказала: Война
кончилась! Скоро вернтся папа!
Я вскочил с постели, взял заготовленный флаг,
забрался на крышу и привязал флаг к трубе!
В июне 1945 года отец вернулся домой и сразу
приступил к исполнению своих любимых обязан
ностей преподавателя и директора школы. За два
года после возвращения он организовал капи
тальный ремонт школы, его кабинет был букваль
но завален новыми школьными учебниками, тет
радями, учебными пособиями по химии, физике.
Достроил дом, строительство которого началось
до войны, приобрл несколько ульев пчл (до
войны он также занимался пчеловодством), поса
дил несколько яблонь. Умер он в 1947 году. Пос
ледние слова его были: Как прекрасна жизнь!
Лев МУЗУРОВ
Время войны всплывает как
тмное, тонированное про
странство на светлом довоен
ном и послевоенном фоне
Рано утром 22 июня 1941 года
мама разбудила меня и необы
чайно взволнованным незнако
мым шпотом сообщила, что
началась война.
Хоть малым трудом,
но мы отстояли Родину
Такой была Евдокия Петровна Копылова
после войны.
Войну я встретила 12 летней девочкой, одной из девя
ти детей русского моряка Петра Ивановича Зарубина,
прошедшего за 19 лет службы три войны.
Накрой меня соломой. Я его накрыла и сама
села сверху. Немцы кричали, стреляли. Потом
всех построили в колонну и погнали дальше. Очень
сильно били пленных в этот момент. Я на всю
жизнь запомнила лица наших солдат, какие они
были худые, изможднные.
Когда колонна скрылась, мы с сестрой сразу
пошли домой. Отец затопил печку, сварили чу
гун картошки и согрели чугун воды. Солдаты
поели, немного обмылись, дождались ночи;
дали им варной картошки с собой. Ночью при
шл брат с товарищами и забрали их. Через
несколько дней к нам пришли две девушки,
бежавшие из плена. Мы также их приняли и
отправили к брату в партизаны. После войны, в
1946 году, один из пленных солдат, которого
мы спасли, приезжал к нам хотел увидеть
отца, поблагодарить его. Сам он родом из Бело
руссии, привз нам целый вещевой рюкзак го
стинцев. Но отца уже не было, он умер осенью
1942 года его замучили немцы.
После смерти отца мы остались совсем одни.
Во время войны все жители деревни болели сып
ным тифом. Немцы боялись заразиться от нас,
давали нам таблетки и однажды дали по куску
хлеба. Я сильно болела, сестра плакала, просила
немца, чтобы он посмотрел меня. Он подошл ко
мне, открыл мои глаза и сказал: Капут панинка,
но я осталась жива.
В конце февраля 1943 года немцы собрали нас,
жителей трх деревень, построили в колонну и
погнали по направлению к станции Дерюгино. Кто
не смог идти, того расстреливали. Немцы на ло
шадях, с автоматами, вс кричали: Шнель,
шнель! Нас было много, прошли 13 километров
за целый день. Когда стало темно, нас стали рас
пределять по хатам.
А бой вс ближе и ближе, было слышно, как
рвались бомбы, свистели пули. Наши наступали,
несколько раз подходили к деревне и опять отсту
пали, никак не могли выбить немцев. Мы видели,
как приезжала наша разведка на лошадях, но их
расстреляли.
В хате сидеть было невозможно, мы ушли в
подвал и там просидели 8 дней. Ели сырую кар
тошку, капусту, свклу хозяйка нам разрешила.
Наши никак не могли выбить немцев из этой
деревни, так как мы мешали нас было очень
много. Около подвала, где мы скрывались, стояла
зенитка, и когда она стреляла, земля сыпалась на
нас. И в один счастливый день открылась дверь
подвала это был наш солдат. Он сказал: Есть
кто живой? Выходите. Мы вас освободили. Это
была такая радость!
И вот после боя мы пришли в свою деревню и
увидели ужас все хаты сгорели, люди жили в
подвалах. Наступала весна, есть было нечего. Снег
начал таять, стали хоронить убитых.
Во время посевной никакой техники не было,
поля копали лопатами. Сил не было, но нас проси
ли и убеждали, что это вс для фронта, для армии.
Мы сажали, пололи и убирали вс отправля
лось на фронт. Учиться мы не могли ходить в
школу было не в чем. И так я трудилась до июля
1945 года.
В июле к нам приехала вербовщица из Болше
ва. Собрала нас, сирот, 5 человек из деревни и
6 человек из детского дома и привезла на фабри
ку 1 Мая в школу ФЗО. Жили в общежитии, в
комнате 22 человека. Стали восстанавливать фаб
рику. Было очень голодно, нас кормили скудно.
Но мы старались, выполняли норму.
На фабрике я проработала 48 лет, воспитала
дочь, двух внуков и 5 правнуков.
С уважением, Евдокия КОПЫЛОВА
P.S. Хочется сказать своим детям, внукам, прав
нукам, чтобы любили свою землю. Мы смогли
отстоять свою Родину. Пусть малым трудом, но
мы защитили свою землю и помогли фронту.
Дополнительные меры
Прессслужба администрации г. Королва
информирует население города о том, что в
соответствии с требованием Губернатора Мос
ковской области Б.В. Громова и в связи с про
ведением антитеррористических мероприятий,
9 мая будут закрыты все вещевые и продо
вольственные рынки
, а также во всех торговых
точках
запрещена продажа напитков в стек
лянной таре.
ПОДАРОК
Мороженое
для ветеранов
8 и 9 мая всех ветеранов войны и тех жите
лей города (до 1945 года рождения), кого так
или иначе затронула война, ждт необычный
подарок. Если в эти дни они обратятся в синие
киоски Мороженое им дадут мороженое
бесплатно. Так владелец этой сети киосков
хотел бы поблагодарить ветеранов за нашу
Победу.
Фото Вячеслава СЕРГУНОВА