background image
А.И. ГЕРЦЕН
Полнее сознавая прошедшее, мы уясняем современное; глубже опускаясь в смысл былого,
раскрываем смысл будущего; глядя назад, шагаем вперд.
суббота
k
137, 3 декабря 2011 г.
133
Калининградцы с первых дней войны
сражались каждой отправленной на
фронт пушкой, каждой отремонтиро
ванной винтовкой и наганом, изго
товленной гранатой и миной, каждым
сбитым над городом вражеским са
молтом, каждой уничтоженной за
жигалкой, каждым вылеченным в
госпиталях и отправленным на фронт
бойцом.
Наш город в 1
Наш город в 1941 м
Артиллерийский завод 8 был заманчивой
целью для фашистов. Поэтому первостепенной
задачей штаба местной ПВО явилась маскировка
завода и светомаскировка города. За эту службу
отвечал начальник электрохозяйства города в
мирное время В.В. Янковский. Прежде всего, как
он вспоминает, убрали заметные ориентиры
колокольню Владимирской церкви на Ярославс
ком шоссе и кирпичную дымовую трубу Мыти
щинской водокачки, находящиеся всего в двух
километрах от предприятия. На заводе стали сроч
но изготавливать специальные маскировочные
приспособления и устанавливать их на крышах
всех заводских корпусов. У железнодорожного
переезда на Ярославском шоссе оборудовали две
железобетонные огневые точки, поставили ме
таллические противотанковые ежи. Над переез
дом и частично над шоссе натянули стальные
тросы, которые закамуфлировали стальной кра
шеной стружкой. На шоссе устроили ложные
объездные пути. Водонапорную башню у проход
ной замаскировали под большую лку. Как самое
высокое сооружение в городе она использова
лась для наблюдательного пункта МПВО.
Выпущенные в июле сверх плана 24 зенитных
орудия, переданных Государственным Комите
том Обороны для противовоздушной обороны
завода, разместили вокруг предприятия. Они на
ходились в постоянной боевой готовности, как и
зенитные пулемты на крышах цехов, а также
жилых домов на улице Коминтерна и на здании
пожарной каланчи в Завокзальном районе. Ору
дийные расчты образовали добровольцы из ра
бочих и мастеров.
Стараниями всего коллектива, как писал
Н.Э. Носовский, директор завода 8 им. М.И.
Калинина (1938 1940 гг.), начальник 1 го Глав
ного управления Наркомата вооружения в годы
войны, завод превратился в неприступную кре
пость, неуязвимую для вражеской авиации. Лишь
однажды бомба попала в склад металлолома, но
обошлось без жертв.
Чтобы отвлечь внимание вражеских самолтов
от завода, на торфяном болоте построили лож
ные объекты. Они представляли собой большие
штабеля сухого торфа, похожие на заводские
корпуса. В них проложили переврнутые желоба
из оцинкованного железа с подсветкой снизу
электролампами. Сверху вс это выглядело как
город и завод. Работы велись в строгой секретно
сти. Комиссар штаба уже спустя много лет (эта
военная тайна сохранялась, по его утверждению,
до 1968 года) рассказал о возникавших в связи с
этим недоразумениях:
Осенью при ночной бомбжке немцы сбро
сили на Торфянку на парашютах осветительные
бомбы. Бойцы истребительного батальона, в за
дачу которых входила борьба с диверсантами и
немецкими парашютистами, решили, что это де
сант, и без команды городского штаба отправи
лись на место. Вернувшись, доложили начальни
ку штаба И.К. Сидо
рову с возмущением:
Десанта нет,
кругом разбросаны
листовки россыпью и
кипами. Листовки со
брали. Но... на Тор
фянке горит свет!
Сидоров их успо
коил:
Собрали лис
товки, хорошо. По
три экземпляра под
шить в дело, остальное в печку. Горит свет
это не ваше дело, разбермся. Торфянка район
не нашего штаба, а Мытищинского.
И немедленно доложил в Мытищи об освеще
нии на болоте.
Ему ответили:
Не лезьте, куда не просят. Свет горел и будет
гореть.
По указанию штаба МПВО фонари на крышах
окрасили в синий цвет, сняли лампы на столбах
уличного освещения и в подъездах жилых домов.
Все оконные промы зданий замаскировали став
нями, светомаскировочной бумагой. Жители на
клеивали на оконные сткла по диагонали марле
вые или бумажные полоски. Это предохраняло от
осколков стекла при бомбжках. Работы по све
томаскировке были выполнены оперативно и ка
чественно ночью город погружался в полную
темноту, с высоты 50 метровой башни не видно
было ни одной светящейся точки. Но, мрачный и
непривычно безжизненный, он производил гне
тущее впечатление.
Для защиты от налтов вражеских са
молтов в срочном порядке в подвалах
каменных домов на улицах Коминтерна,
Кирова, проездах Ударника и Воровского
оборудовали бомбоубежища, на окраинах
города и за заводом на Мытищинском поле
простейшие деревоземляные щели. Там
и укрывались рабочие во время сигналов
воздушной тревоги. В щели, рассчитанные на 20
человек, набивалось по 50. Частые боевые трево
ги, когда нужно было останавливать станки и
бежать в укрытия, изматывали людей. Поэтому
штабом было принято рискованное решение не
объявлять тревоги при налтах одиночных само
лтов, а делать это лишь в случаях непосред
ственной опасности.
Из воспоминаний Н.Э. Носовского:
Я часто бывал на заводе и не раз оказывался
там во время воздушных тревог. Меня всегда
поражало, что хватающие за душу звуки сирены
не вызывали здесь ни нервозности, ни малейшего
замешательства. Завод продолжал работать, не
прерывая ни на минуту производство. Руководи
тели служб противовоздушной обороны, как и
производственники, в любой час дня и ночи были
на местах. Вс управление находилось в хорошо
оборудованном бомбоубежище и было чтко на
лажено. Прекрасно работала связь со всеми цеха
ми и объектами.
Ровно через месяц после начала войны гитле
ровская авиация появилась над Москвой. Этот
день, 22 июля 1941 года, врезался в память и
многих калининградцев. Дежуривший на крыше
заводского здания 18 летний фрезеровщик из
6 го цеха Саша Титов в 10 часов вечера услышал
гул канонады зенитной артиллерии, грохот от раз
рывов бомб. Небо исполосо
вали лучи зенитных прожек
торов. А вдали за лесом уже
полыхало огромное зарево
пожара. Где то совсем ря
дом, между Подлипками и
Костино, бойко заработали
зенитки. На этот раз ни одна
бомба не упала в пределах
города.
С первых дней войны на
заводе из рабочих, инжене
ров, служащих, в основном
тех, кто был помоложе, сформировали противо
пожарную и санитарную дружины.
Борьба с зажигалками на крышах домов по
сле окончания 12 часовой рабочей смены стала
их повседневной заботой.
Калининград становился прифронтовым горо
дом. В сентябре, когда враг стоял уже под Моск
вой, немецкие самолты начали появляться даже
днм. Чаще всего на город сбрасывали зажига
тельные бомбы с целью вызвать пожары, но с
ними успешно справлялись дежурные дружинни
ки. Зажигалки представляли для города повы
шенную опасность, так как к 1941 году Калинин
град на 75% был деревянным. Отсутствие есте
ственного водома пруда, реки в случае
выхода из строя водопровода при воздушном
нападении поставило бы город на грань катастро
фы, вспоминал член штаба МПВО В.В. Янков
ский. Но этого удалось избежать. Мы создали
пять искусственных водомов в уже вырытых кот
лованах и заложенных фундаментах намеченных
к строительству жилых домов.
В городе бомбжки. Мы с бабушкой сначала
бегали в лес, он был совсем рядом. Потом стали
спускаться в подвал... Окна крест накрест закле
ены полосками бумаги. Как я их ненавидела, эти
бумажные ленты, так и хотелось сорвать их, что
бы в комнате стало светлее таковы детские
впечатления жительницы города С.Г. Сафроно
вой Алексеевой. Но приходилось мириться с ещ
очень и очень многим.
Война... Стрельба зенитной батареи, распола
гавшейся там, где сегодня кончается проспект
Космонавтов. Ночное небо, прочерченное мощ
ными световыми лучами, и в их скрещении
немецкий самолт. Орудийные залпы, от которых
тревожно позванивает оконное стекло. Реже
взрывы бомб так писал Е.В. Квятковский,
тогда учитель в Костинской школе, позднее дей
ствительный член Российской академии образо
вания.
Прицельной бомбардировке город не подвер
гался. Лишь в ночь с 9 на 10 августа 1941 года
одна из фугасных бомб попала в щель на приуса
дебном участке в Костине, на улице Горького, 26.
Там погибло семь человек из семьи Разореновых,
в том числе молодая мама с грудным ребнком.
Люди поставили на этом месте крест и зажигали
свечи. Других человеческих жертв, а также разру
шенных зданий в городе не было.
Без помощи населения, а в основном это были
женщины и подростки, штаб МПВО не справился
бы со многими проблемами. Они дежурили на
крышах домов в ночное время, рыли котлованы
под водомы, строили оборонительные сооруже
ния на подступах к Москве. Трудно подобрать
достойные слова, чтобы описать тот героический
подвиг, который совершали они в районе Лобни,
Истры, Можайска в течение многих дней, под
осенним дождм, пронизывающим ветром, под
час и при минусовой температуре. С их участием
была создана линия обороны длиной в 40 кило
метров.
А в это время их мужья, отцы и матери не
выходили сутками из цехов завода, чтобы выпол
нить тот огромный заказ по производству пушек,
на который в мирное время уходили месяцы,
сейчас же война укоротила эти сроки в десятки
раз.
Среди работниц завода были и молодые мате
ри. Их малолетние дети оставались на круглосу
точном попечении воспитателей детского сада
при заводе. Война своим огнм опалила и малы
шей. Рассказала об этом Зинаида Михайловна
Матвиенко, 18 летняя воспитательница в том тре
вожном 41 м.
Днм дети находились в детском садике, что
на улице Кирова, на ночь их устраивали в под
вальном помещении клуба на расстеленных на
бетонном полу голых матрацах без подушек, на
крыв сверху одеялами. Когда участились масси
рованные налты на Москву, детский сад переве
ли в Дом отдыха Болшево, а вечером вывозили
в послок Клязьму, размещали в здании
школы. В один из сентябрьских дней, где
то часов в 11 вечера, когда дети уже спали,
неожиданно вспыхнул яркий свет это
над школой зависла осветительная ракета,
и в ночную тишину ворвался грохот взры
вов вдали за рекой и пламя загоревшихся
дач. Дети, проснувшись от взрыва и зарева
огня, перепугались, стали кричать и пытаться вып
рыгнуть из окон. Заведующая, быстро сориенти
ровавшись, выбросила стоящим снаружи воспи
тателям детские матрацы. Ими закрыли окна, что
бы дети не видели происходящего. Весь этот ужас
длился минут 40, но показался людям, оберегав
шим детей, бесконечностью. Когда сотрудники
пришли в себя, они увидели у своей заведующей,
совсем молодой женщины, прядь седых волос.
Это потрясло их не меньше, чем только что пере
житое.
Наутро детей привезли в Подлипки. Там их
ждала толпа не на шутку встревоженных родите
лей. Они уже знали о случившемся об этом
сообщило радио. Мамы выхватывали каждая сво
его ребнка, обнимали их, плакали, благодарили
воспитателей. Но нужно было идти на завод. Со
слезами расставались с малышами.
Так жил город в первые месяцы самого тяжло
го и трагического 1941 года, пока фашистские
полчища не были разгромлены под Москвой.
Чтобы отвлечь внимание вра
жеских самолтов от завода, на
торфяном болоте построили лож
ные объекты.
Для защиты от налтов вражес
ких самолтов в срочном порядке
в подвалах каменных домов на
улицах Коминтерна, Кирова, про
ездах Ударника и Воровского обо
рудовали бомбоубежища, на окра
инах города и за заводом на Мы
тищинском поле простейшие
деревоземляные щели.
Прицельной бомбардировке город не под
вергался. Лишь в ночь с 9 на 10 августа 1941
года одна из фугасных бомб попала в щель на
приусадебном участке в Костине, на улице
Горького, 26.
Улица Коминтерна, дом 3.
Улица Октябрьская, дом 3.
Фото Вячеслава СЕРГУНОВА
Фото Вячеслава СЕРГУНОВА