background image
вторник
k
31, 20 марта 2012 г.
ДАЛКОЕ БЛИЗКОЕ
Отцу сто лет, подумать
только!
И двадцать лет, как он ушл,
Но, хоть прожил не очень
долго,
он тврдо по земле прошл.
Мой отец Михаил Ильич Воробьв
родился 20 ноября 1911 года в семье
железнодорожника. Несколько поко
лений его рода крестьянствовали в
Поволжье, но в начале ХХ века, в оче
редные голодные годы, его будущий
отец Илья Кондратьевич ушл в город.
Имея в багаже всего лишь четыре клас
са церковно приходской школы, осво
ил несколько специальностей на же
лезнодорожной станции Бузулук, до
рос до заместителя начальника стан
ции, а когда родился сын Михаил, он
был уже начальником станции Томск.
Железнодорожников, как и военных, в
те годы бурного строительства пере
брасывали с места на место: тогда толь
ко осваивалась Великая сибирская ма
гистраль. В Томске они жили недолго,
вернулись в родные края, и вс детство
отца прошло в Поволжье.
В 1928 году Михаил окончил с отли
чием среднюю школу в селе Борское
Куйбышевской области и, будучи спо
собным к математике, поехал посту
пать в Ташкентский университет на
математическое отделение (в Ташкен
те жили родственники отца). Сдав хо
рошо все экзамены, он не был принят в
вуз, так как родился в семье служащих,
а не рабочих или крестьян, и был рус
ским, а не узбеком, которым в ТашГУ
отдавалось предпочтение. Домой не
вернулся, а решил вести самостоятель
ную жизнь. Работал в Поволжье и Сред
ней Азии. На строительстве сахарного
завода в Джамбуле смышлного парня
заметили и отправили в бухгалтерию,
где не хватало работников. Бухгалтер
ское дело он освоил быстро, основа
тельно и всю жизнь посвятил этой про
фессии. Там же, в Джамбуле, женился
на дочери железнодорожника, и они
по совету двоюродного брата отца, ко
торый работал судьй в подмосковном
Пушкино, приехали в Подмосковье.
Обосновались в Химках. Отец стал
работать в бухгалтерии ЦНИИМОД
(Центрального НИИ механической об
работки древесины) Наркомата леса
СССР и вскоре стал заместителем глав
ного бухгалтера. Пользовался большим
уважением в коллективе, был депута
том Химкинского горсовета в 1939
1941 годах. Поступил на заочное отде
ление мехмата МГУ, проучился 3 года
(1934 1937), но закончить курс не
смог из за большой загруженности на
работе, и к тому же один за другим
родились я и брат, а мама тоже работа
А история эта была такова. В Под
липках в 10 м классе я дружил с де
вочкой Наташей (школы тогда были
раздельные мужские и женские),
отношения были романтические. Тог
да единственной книгой про это
для нас была повесть Фраермана
Дикая собака Динго, или Повесть о
первой любви, вряд ли кто е сейчас
помнит. Времена изменились. Недав
но, проходя мимо школы, я увидел:
большая перемена, девочки вышли
покурить. Насмотрелся я и наслушал
ся
Мама Наташи бывшая оперная
певица, обладательница красивого
меццо сопрано (мой любимый жен
ский голос) привила любовь к опере
и своей дочери. Неоднократно я встре
чал у них дома знаменитого баса Боль
шого театра Григория Пирогова. Та
мара Алексеевна, властная женщина,
работала в Лесотехническом инсти
туте секретарм факультета, е там
знали все, с е мнением считались.
Она организовывала институтскую
самодеятельность, занималась с пев
цами и аккомпанировала им на
концертах.
Опера всегда была интересна и мне
мама когда то пела в любитель
ской опере Кнушевицкого, дома были
клавиры опер (переложения для фор
тепиано), по радио певцов Большого
театра я различал по голосам. В дет
стве в эвакуации мне посчастливи
лось ежедневно (хитростью) бывать
в театре оперы и балета им. Кирова
(теперь снова Мариинском), эвакуи
рованном в г. Молотов (Пермь) из
блокадного Ленинграда.
В Большой театр тогда можно было
попасть свободно, мы семьй ездили
туда неоднократно, так было приня
то. Вокруг Большого кипела другая
жизнь, поклонницы (теперь их назы
вают фанатками) знаменитых тено
ров Сергея Яковлевича Лемешева и
Ивана Семновича Козловского, со
ответственно лемешистки и коз
ловки, сбивались в стаи и преследо
вали своих кумиров у служебного
входа и на концертах. Летом они со
бирались в сквере у Большого театра,
зимой грелись в магазине на улице
Горького (ныне Тверской). Это было
модно, об этом писали, но по добро
му. Это привлекало и мою Наташу, но
она решила быть оригинальной и выб
рала роль поклонницы третьего тено
ра Соломона Марковича Хромчен
ко, тоже очень хорошего певца, он
пел в очередь с Лемешевым и Коз
ловским. Лемешистки и козлов
ки встретили это с недоумением, но
новоявленной хромчистке не меша
ли. Своя стая у не не образовалась,
она была одна, но достигла большого
доверия у самого певца и у его семьи,
ей даже доверяли по воскресеньям гу
лять с его детьми. Естественно, он до
ставал ей контрамарки в Большой те
атр.
Теперь о главной теме. По сообще
ниям газет мы знали, что знаменитая
певица Антонина Васильевна Нежда
нова и е муж главный дирижр
Большого театра Николай Семнович
Голованов нашли на Украине редкое
дарование, Александра Огнивцева, об
ладающего исключительным басом.
Они провели его через Московскую
консерваторию, и его дебют в Боль
шом театре должен был состояться на
премьере оперы Мусоргского Хован
щина в партии Досифея. Мы очень
хотели попасть на эту премьеру, и лю
безный Соломон Маркович достал нам
билеты, но не просто билеты, а в партер,
да ещ и в первый ряд! Это было счас
тье!
И тут начались события Букваль
но за час до того, как сесть на элект
ричку и ехать в Большой театр, я слу
чайно стукнулся головой, и довольно
сильно. В здравпункте мне забинтова
ли голову и не велели снимать повязку
до следующего дня. Что делать? Из
вечный русский вопрос Мама крепко
задумалась, но я решил ехать! Уви
дев меня, Наташа всплеснула руками,
но делать было нечего. В Большом те
атре, однако, решили иначе. Билетр
ша, увидев наши билеты в первый ряд
партера, не пустила меня: В таком
виде, в первом ряду (Впоследствии
эти аргументы выразил Аркадий Рай
кин в своей известной миниатюре в
греческом зале, в греческом зале.)
Решительная Наташа пошла к главно
му администратору, но та тоже была
непреклонна, с теми же вариациями.
Но не такова была Наташа! В то время
(не знаю, как сейчас) вход на галрку
был отдельный и раздевалка была тоже
наверху. Своей косынкой она задрапи
ровала мне голову и мы проскочили
наверх. Раздевшись, спустились в
партер и сели на свои места. На нас
косились, но не более того.
Наши места были рядом с ложей
дирекции, я сидел на четвртом кресле
от ложи и видел вс. Антонина Василь
евна Нежданова появилась в ложе, и
зал зааплодировал, она встала и по
клонилась. Потом за пульт дирижра
встал Николай Семнович Голованов,
опять раздались аплодисменты и
действо началось Огнивцева приня
ли очень хорошо, его карьера успешно
началась, мне было приятно быть сви
детелем е начала.
На следующий день в газете Прав
да на второй странице вверху была
опубликована заметка о блестящей
премьере, сопровождаемая большой
фотографией, снятой из левой кули
сы, захватившей и зрительный зал. На
авансцене стоял Александр Огнивцев в
костюме Досифея, а в первом ряду
партера, на четвртом кресле от ложи
дирекции сидел какой то чудак с белой
головой
Владимир САМСОНОВ,
кандидат технических наук
ла, освоив с помощью отца специаль
ность бухгалтера.
Началась война. Отец не подлежал
призыву в армию из за сильной близо
рукости. Но с первого же дня войны
стал писать заявления о добровольном
призыве на фронт. В 1941 году его не
взяли. В это время ЦНИИМОД эвакуи
ровали в Сибирь, а там началось сокра
щение, и наша семья оказалась в по
слке Качуг Иркутской области, в вер
ховьях Лены. Родители работали на
пристани, откуда начинался сплав про
довольствия, промтоваров и оборудо
вания на золотые ленские прииски. Отец
продолжал писать заявления о призы
ве в армию, и в 1943 году ему пришла
повестка. Сначала он служил в запас
ном железнодорожном полку, но уже в
конце 1943 года их отправили в дей
ствующую армию на 1 й Прибалтий
ский, а затем 3 й Белорусский фронт.
Участвовал во взятии Книгсберга, был
ранен, его подобрала и выходила ли
товская семья. После Победы их часть
участвовала в восстановительных ра
ботах, и только в январе 1946 года отец
вернулся домой. Медаль За взятие
Книгсберга считал своей главной
наградой, хотя имел и орден Отече
ственной войны, и медаль За победу
над Германией, и благодарность Вер
ховного Главнокомандующего.
После войны отец вернулся к своей
профессии и продолжил работу сна
чала в Сибири, а затем 15 лет перед
пенсией на Сахалине, закончив свою
трудовую деятельность главным бух
галтером объединения Сахалин
нефть. Уже в пенсионном возрасте
Министерство нефтяной промышлен
ности пригласило его на работу бухгал
тером ревизором (теперь это называ
ется иностранным словом аудитор),
и он проверял финансовую деятель
ность нефтяных промыслов Башкирии,
Грозного и Баку. Финансистом он был
высочайшего класса, и когда в 1992
году он скончался, я нашла среди его
книг такую огромную библиотеку по
бухгалтерии, которую, наверняка, не
прочл ни один бухгалтер с высшим
образованием. И в Сибири, и на Саха
лине он читал лекции по экономичес
кому образованию руководящих работ
ников.
С 1971 года отец с матерью жили в
Подмосковье, а с 1983 го в моей
семье, в городе Королве, который им
очень нравился. Здесь отца приобщи
ли к работе в городском народном кон
троле, и он несколько лет работал ре
визором финансовой деятельности
городских организаций, оставив о себе
благодарную память своей принципи
альностью и честностью. Самым лю
бимым делом отца было чтение. Он
собирал свою библиотеку и в довоен
ное время, и после войны. При этом
записывался во все библиотеки горо
дов и послков, где ему приходилось
жить, и был в них очень добросовест
ным читателем. Все, кто знал моего
отца, считали его эрудитом. Он на са
мом деле был ходячей энциклопеди
ей и мог говорить на любую тему и с
историком, и с филологом, и с фило
софом, и со знатоком военного дела, и
с биологом, и с математиком. Он и нас,
троих своих детей, приучил к чтению с
детских лет. Кроме чтения, хорошо иг
рал в шахматы, любил русскую приро
ду, на Сахалине рыбачил, в Подмоско
вье собирал грибы, хорошо готовил.
Любил и знал много стихов Высоцкого,
Есенина и других поэтов.
Свою книгу Дважды победители
в войне и космосе о сотрудниках
ЦНИИмаша я посвятила героическому
поколению, которому принадлежали
мои отец и мать. Отца я всегда считала
примером для себя и в отношении к
труду, и в отношении к жизни, хотя
характера он был непростого и не со
всеми находил общий язык. В стихах,
посвящнных ему, я написала:
Отец был человеком
сложным,
по знаку был он Скорпион,
И век суровый и тревожный
зеркально отразился в нм.
За 200 лет до его рождения под зна
ком Скорпиона родился его великий
тзка Михайло Ломоносов, человек
тоже непростого характера.
Закончить свою краткую повесть об
отце я хочу стихотворением Памяти
отца:
Живм, под собою не чуя
земли,
земляне до мозга костей,
Незнанье сво, сколько
можешь, продли,
в нм наше спасенье, поверь.
Мы тяжесть земли узнам
лишь тогда,
когда над могилой отца
Ты вдруг поднимаешь, бросая
туда,
комочек не больше яйца.
Земля, что ложится на
крышку горой,
печалью стесняет нам грудь:
Уже никогда не вернтся
домой
окончивший жизненный
путь.
Но тысячью нитей ты
связан с отцом
и даже, когда его нет.
И очень условно зовтся
концом
уход дорогих на тот свет.
Евгения ШИПИЦИНА,
ветеран космической отрасли,
кандидат технических наук
Слово об отце
Случай
в Большом театре
Недавно в фойе Большого
зала Московской консервато
рии я увидел стенд с фото
графиями Александра
Огнивцева, прекрасного баса
Большого театра 1950
1960 х годов. И вспомнил:
ведь я был на его дебюте в
Большом театре на премьере
оперы Мусоргского Хован
щина, где он пел партию
Досифея
ФОТО ИЗ АРХИВА КАЛИНИНГРАДСКОЙ ПРАВДЫ
Когда то радио такси были новинкой. Фото Андрея Кокорева.
На Мемориале Славы. Фото Андрея Кокорева.