background image
0
0
0
0
0
1
1
1
1
1
четверг
k
143, 19 декабря 2013 г.
C
M
Y
K
Юрий АЛЕКСАНДРОВ
Снегопад в декабре
Снег идт, и вс в смятенье,
Вс пускается в полт
Б. Пастернак
В затонах остывают пароходы
А. Тарковский
Нет полта, как у Пастернака,
Да и удивленья тоже нет.
Просто стенки старого барака
Обретают бледно серый цвет.
Это снег, своим белсым тоном
Оттеняя леденистый тс,
С запада нахлынувшим циклоном
Зимнюю погоду нам принс.
На часах к шести подходят стрелки,
Через пару дней Солнцеворот.
Снег идт назойливый и мелкий,
Налипая на досках ворот.
Проза дня, всегда она некстати,
и нелепо утром, впопыхах
В валенки влезая из кровати,
Вспоминать о спичках и дровах,
О делах, о детях, их уроках,
Как и чем сегодня накормить,
О проблемах, сроках и пороках
Но сначала печку затопить.
На дворе не видно даже кошки,
Печь горит, становится тепло.
А снежок вс мечется в окошке,
Вс толчтся в мрзлое стекло.
И ни убелнных пешеходов,
Ни растений, ни пятна луны,
Ни гудков далких пароходов.
Только мысль: дожить бы до весны.
* * *
А утром еле греющее солнце
Ласкает землю жлтыми лучами.
И расцветают в его свете избы.
Они уже успели расцвести
Перед зарй кристаллами мороза,
И нежатся в удвоенной красе:
Под ярким светом северного солнца
И в инистых одеждах голубых.
Проснувшись ночью
Ночной мороз тягуч и колок.
Крупитчатый и крепкий наст.
И день ещ не слишком долог,
И рассветт лишь через час.
Но образов в душе нестройный
Поток, как тающие сны.
И вс сильней и беспокойней
Хмель наступающей Весны.
Ольга КОМАРОВА
* * *
Если б была моя власть
Счастье земное дарить,
Сердцем, что может любить,
Вот тебе лучшая часть:
Мамой счастливою быть,
Сладкую ношу держать,
Холить, лелеять, растить
И на крыло поднимать.
Если б была моя власть
Счастье земное найти
Вместе на этом пути
Нам бы и встать, и упасть
Словно плодам близнецам
Яблони с веток родных
Рядом в корнях земляных
Вглубь прорастать вместе нам.
Помню наш маленький сад,
Скованный ранней зимой,
Яблок цветной аромат,
Вишен глубинный настой
Помню улыбку твою,
Кос чрно бурый каскад
В давнюю юность свою
Вс покупаю я сад
Анафема
Анафема вам, разорившим народ,
Пустившим по биржам его в оборот,
Анафема липовым фондам
С повадками анаконды.
Анафема всем, кто наполнил наш дом
Разбоем, развратом и грабежом,
Нас взяли как сонную Трою,
Укрывшись за наше святое.
Пускай им воздастся сторицей,
Торгующим грязной пшеницей,
Зараза и черви от этих пшениц
Пусть в сердце у них поселится.
Анафема всем, кто не знает стыда,
Кто голодом высушил старость,
Пусть их заливает слепая вода,
Пусть станут пустынею их города,
Чтоб смертию смерть поквиталась.
Анафема тем, кто торгует душой,
Кто тайно ругает святыни
Пусть жизнь их забудет, как колос
пустой,
Пусть мать там забудет о сыне.
Я вижу, что прав был сосед наш
Китай
Он выстроил стену от алчущих стай,
И нам за Китаем на смену
До солнца бы выстроить стену!
Желаю я вам, нищебродам,
Без имени и без рода,
Прибавить к пиратскому флагу
Фальшивую вашу сотнягу!
Пусть ветер нестся по вашим следам:
Анафема всюду, анафема вам!
Андрей ЛОБЫКИН
* * *
Тмные ели в одеждах зимы
Грозно, как стражи стоят вдоль тропы,
Острой вершиной касаясь луны,
Чинным безмолвием ночи полны,
Словно подпршие небо столпы.
Тускло искрятся сугробы в лучах
Лунных и всюду горящих огней,
Снег словно вата лежит на ветвях,
Русская зимушка в белых санях
Мчится на север от мартовских дней.
Северный, 17 марта 2001 года
* * *
Поседела трава от мороза,
И на озере перьями лд.
И наскучила блклая проза,
А природа не дарит пестрот
Вс повыцвело чистое поле,
И чернеют нагие сады
Только лки в нарядном камзоле,
Да на солнце сияют пруды,
Только небо в слепящей лазури
Этим редким безоблачным днм,
Да в безлиственном тмном ажуре
Лишь калина пылает огнм.
Татьяна ФОМИНА (РОТАНОВА)
* * *
Бродить вдоль Мойки... Но не днм
Декабрьским вечером ненастным,
Здесь дождь со снегом, снег с дождм
Бывает гостем слишком частым.
К домам доходным и дворцам
Прижавшись, их обняв за плечи,
В знак благодарности творцам
Воздушный поцелуй при встрече.
На Поцелуевом мосту
Сожмтся сердце, как и прежде:
Плывт Голландия в Мечту,
К несбывшейся своей надежде.
От одиночества устав,
Хвалу оставим лицемерам.
К граниту красному припав,
Лишь здесь в себя опять поверим.
* * *
Ему в руки я пошла, как спелое яблоко безмятежно. Ничто не колыхнулось во мне, не нарушило
солнечной теплоты, пропитывавшей те дни, той душистой неги, которую обычно вдыхаешь в августов
ском яблоневом саду. Ничто не вспомнилось тогда, никакое сомненье не поднялось из глубины
сознания, ничто не остановило ни воспоминанья, ни страх новой будущей боли. Уже привычной за
многие годы.
Рассуждений вообще никаких не было. Был аромат сиюминутных состояний. Как бы это назвать? Как
будто жизнь на вкус, на запах, на прикосновение. Жизнь через ощущения. И все ощущения были
похожи на ощущения того самого, что в совокупности называют счастье.
Август не длится безконечно. И магазинные, покрытые парафином яблоки не пахнут этим удивитель
ным, обещанным, что так окажется и на вкус, мдом И, грея дыханьем мрзнущие пальцы, хочется
и рюмку крепкой настойки хлопнуть, и жаром газовых горелок согреться... Тепла да, хочется. Но до
чего ж остро хочется снова дожить до дней, когда можно будет протянуть руку и он сам безмятежно
сойдт в мою ладонь, как зрелое яблоко!
И откуда оно бертся, суеверное опасенье, что, пока будешь топить жиль синеватым газовым огнм,
можно пропустить вернувшееся время спелых яблок? Просто не заметить, что оно настало и прошло
А если уже навсегда?
Маргарита КРЫЛОВА
* * *
Мир хрустальных богов,
отделяющий время от вечности,
искажает проекцию взгляда,
звучание слов,
вымораживает
чуть заметную искру сердечности
мир хрустальных богов,
многомудрых хрустальных богов.
Соразмерно и тврдо
в границах необходимости
происходит течение жизни.
Не перечеркнуть
неизбежных любовей,
записанных нам как судимости,
в мир хрустальных богов
размечающих правильный путь
соразмерно и тврдо,
всегда соразмерно и тврдо
* * *
Ласточка, ласточка,
отважное сердце!
Ты чертишь
крылом в небесах
письмена,
Ты свила гнездо
под стрехой
большого дома
Говорят, это приносит хозяевам
счастье.
Ласточка, ласточка, лгкая, как
улыбка,
Тебе коротки пути, длинные по земле.
Отнеси, ласточка, привет туда, где его
ждут,
урони сво белое перо у порога.
Ласточка, ласточка, хлопочущая
о семье,
Пусть тому, кто, как ты, живт для
любимых,
Столько выпадет благословений,
Сколько перьев в твоих прекрасных
крыльях.
Доброго пути тебе в ясном небе,
Свободная ласточка.
На катке
Стремительней всех автоскоростей
По льду летишь и в грудь встречаешь
ветер.
Каток сверкает, твердью водной светел,
И будоражит взрослых и детей.
Свободы вдох и лгкость бытия
В себя вобрав, скользишь по быстрой
глади,
И без оглядки на бегущих сзади
Стремишься в даль на грани острия.
Чтоб чувство льда проснулось под ногой,
Я круг за кругом мчусь к заветной цели:
Успеть поймать до мартовской капели
Ледовый драйв высокоскоростной!
* * *
В сизой мгле вечереет пустырь,
Индевеет испариной воздух.
Прогуляться, пожалуй, не поздно
В старой шубке, затртой до дыр.
В голубеющий сказочно мир
Выйду я любоваться закатом,
Млечно розовым, быстрым токатто
Заливающим зимний эфир.
И сбежав от мещанских кадил
К окрылнному белому снегу,
Я изменчивой ветреной Вегой
Превращусь в ультраснежную пыль.
Геннадий ХАРЕНКО
* * *
Мы пили кипрское вино.
Был звон бокалов строго дружен.
Хоть было дорого оно
Грузинское ничуть не хуже!
Мы понимали барахло,
Но знали б вы, за что мы пили!
За то, чтоб вечно были в силе,
За то, чтоб вечно нам везло.
За то, чтоб нашим матерям
Не голосить по нас до века,
За то, что подам калекам
И не доступны лагерям.
Но больше прочего всего
Мы пили каждый раз красивей!
За светлое чело России
И верность друга своего!
Кукушечка
Ты не пой, кукушечка, не пой
У меня похмелье, не запой!
Я досужей пьяни не чета,
Сколько жить мне не тебе считать!
Не мо над лесом, не мо
Закругляет небо воронь
По дневной кукушке что считать!
Говорила мне, мальчишке, мать.
Говорила: Не грусти, сынок,
Не она тебе отпустит срок.
Есть кукушка, что кукует в ночь,
Перебить е дневной невмочь.
Свет переиначит в темь она,
И зовут е, сынок, жена
Так что ты, кукушечка, не пой,
Та, ночная, срок пытает мой!
Начинающим
Хотите быть поэтами? Ну, ч нам
Не сделать вас поэтами, друзья!
Всего делов то: быть своим в учных
И не чужим под шкурой у зверья.
Уверьте только мир, что вы не олухи,
Что Божья метка светится на темечке.
Поэт, он бросит жареные семечки,
И жареные вырастут подсолнухи.
Для дураков теория мертва!
Чтоб искривлнных душ лишать
изъяна,
Ещ бессильны магии Касьянов!
Пальпатерными сделайте слова.
Побудьте волком с перебитым задом,
Когда ищейки рыщут на снегу.
Ему ж един закон с поэтом задан
Выслеживать живое на бегу.
И приходите, милые! Ну, ч нам
Не сделать вас поэтами тогда.
Свет решетом ловите увлечнно!
Делов то для поэтов ерунда!
Страницу подготовила
Маргарита КРЫЛОВА
Тмные ели
в одеждах зимы
Фото Вячеслава СЕРГУНОВА