background image
суббота
k
70, 21 июня 2014 г.
ПО СЛЕДАМ ПОГИБШИХ ГЕРОЕВ
C
M
Y
K
22 июня, в День памяти и скорби,
многие королвцы придут на Мемори
ал Славы, где на плитах выбиты фами
лии горожан, не вернувшихся с фрон
та. Кто то пропал без вести, а в чьих то
семьях знают, в какой братской могиле
захоронен их павший герой. Но многие
ли из них побывали там? Чаще всего
ответ отрицательный. Потому что сра
Война не закончена
зу после войны у родственников не
было сил и возможности съездить
надо было поднимать разрушенное
народное хозяйство, растить детей
Да и семей, потерявших родных, было
так много, что коллективная народная
скорбь, видимо, не предполагала горе
вать отдельно не перенесли бы эту
боль поодиночке. А потом война стала
как то отдаляться и превратилась в
историю.
Тем удивительнее, что спустя почти
70 лет после е окончания потомки
едут к братским захоронениям по
клониться праху СВОЕГО СОЛДАТА. Как
это происходит, я увидела 9 мая в горо
де Зубцове Тверской области, что ки
лометрах в двадцати от Ржева. Знаете,
чем отличается празднование Дня По
беды в Королве и в Зубцове? В нашем
городе, как и в других населнных пунк
тах, до которых не дошл фронт, боль
шей частью люди приходят отметить
этот великий день как главный празд
ник страны: почтить память павших,
положить цветы на плиты, где выбита
фамилия не пришедшего с войны род
ственника, спеть песни военных лет,
подарить цветы ветеранам А на Мос
ковскую Гору в этом тверском городе,
на Мемориал, где лежат более 15 ты
сяч советских воинов, приходят не толь
ко местные жители. Сюда приезжают
со всех концов бывшего Советского
Союза, чтобы побывать на месте захо
ронения родственника. Как и мы, нака
нуне этого дня узнавшие, что именно
здесь покоится брат моей бабушки. И
надо было видеть эту людскую процес
сию, оставлявшую машины в основ
ном со столичными и подмосковными
номерами у подножия горы, которая
поднималась с цветами и венками и
затем искала среди тысяч фамилий
именно свою, родную. Дедушки, пра
дедушки, отца Кто то находил сразу,
потому что приезжал не первый раз.
Кому то пришлось прочесть весь скор
бный список. Мы спрашивали друг дру
га: А вашего откуда перевезли? И
понимали, о чм говорим. Потому что в
эту общую братскую могилу были све
зены останки из 197 захоронений из
лесов, полей и болот Зубцовского рай
она, оказавшегося в годы Великой Оте
чественной войны в центре Ржевской
битвы.
А на околице деревни Веригино это
го же района, в которой сейчас всего
то дворов десять, мы увидели, как спу
стя столько времени продолжается
поиск павших, оставшихся лежать бе
зымянными в лесах и болотах. Там со
здатся народный мемориал. На нм
уже захоронено более девяти тысяч
советских солдат, и каждый год их чис
ло увеличивается на сотни. Среди тех,
кто поднимает останки павших и со
здат мемориал, королвцы, быв
шие и нынешние жители нашего горо
да. Возможно, и кто то из калинин
градцев, не вернувшихся с войны, ос
тался там, в этих лесах.
ПАМЯТЬ
Когда съезжаешь с Новорижского шоссе в Твер
ской области, кажется, попадаешь в какую то
другую реальность. Многие современники, ока
завшиеся в местах, где в годы Великой Отече
ственной войны проходила Ржевская битва, ощу
щают особую тревожность, будто бы здесь до сих
пор идт война и ходят души погибших, но не
похороненных солдат. Души мытари мыкаются
по лесам и болотам. Найти им последний приют
пытаются поисковики энтузиасты, но их так мало.
А какое же великое дело они делают!
Мы наступали на Ржев по трупным полям. В
ходе ржевских бов появилось много долин смер
ти и рощ смерти. Не побывавшему там трудно
вообразить, что такое смердящее под летним
солнцем месиво, состоящее из покрытых червя
ми тысяч человеческих тел. Лето, жара, безвет
рие, а впереди вот такая долина смерти. Она
хорошо просматривается и простреливается нем
цами. Ни миновать, ни обойти е нет никакой
возможности: по ней проложен телефонный ка
бель он перебит, и его во что бы то ни стало
надо быстро соединить. Ползшь по трупам, а они
навалены в три слоя, распухли, кишат червями,
испускают тошнотворный сладковатый запах
разложения человеческих тел. Этот смрад непод
вижно висит над долиной. Разрыв снаряда за
гоняет тебя под трупы, почва содрогается, трупы
сваливаются на тебя, осыпая червями, в лицо
бьт фонтан тлетворной вони. Но вот пролетели
осколки, ты вскакиваешь, отряхиваешься и сно
ва вперд
(из воспоминаний П.А. Михина Мы
умирали, чтобы победить).
Вот такое же трупное поле было и у деревни
Веригино, где сейчас создатся народный мемо
риал. После освобождения этих мест надо было
похоронить тысячи погибших. Как рассказывают
старожилы, женщинам и подросткам дали вилы и
грабли, и они счищали эти останки в братские
могилы. Что собрали, что осталось. И только че
рез несколько лет после войны решились распа
хать это поле. Этой весной оно нас встретило
ковром из одуванчиков, будто бы это солдатские
головы радовались мирному солнцу.
А во многих местах, где проходили сражения
Ржевской битвы, сейчас растт лес. И поискови
ки ищут и находят погибших, в том числе и под
корнями деревьев. Вот как вспоминает об этом
местная жительница, ребнком пережившая вой
ну:
Солдат здесь много незахороненных лежит,
потому что не так просто их найти. Ведь каждый
старался укрыться получше, чтобы выжить. Ког
да идт наступление я то это видела ране
ных и убитых потом уже подбирают, но не всех
находят.
Нас нет на свете. Мы трава и лес
Нас нет на свете. Мы трава и лес
Пока не похоронен
последний погибший
солдат. Как далеко
до этого срока,
очень хорошо пони
маешь, побывав на
местах бов Великой
Отечественной
войны и увидев там
работу поисковиков.
Покоя на этой земле не будет до тех пор, пока
бродят по лесам и болотам тени незахороненных
солдат давным давно отгремевшей войны, а их
близкие томятся в догадках, где нашли они смерть.
Да и закончилась ли война? Иногда мне кажется,
что она спряталась в тех самых ржавых касках,
обломках танковой брони, в стволах изувеченных
деревьев и в брошенных снарядах на позициях
замолчавших батарей. И стоит зайти в этот лес,
как сквозь первозданную лесную тишину вновь
прорезаются звуки автоматных очередей, взры
вов, мата и хрипа умиравших здесь, в непролаз
ной болотной жиже, людей,
а это уже слова
поисковика, более десяти лет поднимающего из
земли прах почти всегда неизвестных солдат.
Это Твардовский сказал и про него, брата моей
бабушки Сергея Федосеевича Косенкова (именно
так его фамилия была записана в документах
военного времени), красноармейца 60 го гвар
дейского стрелкового полка 20 й гвардейской
стрелковой дивизии. И слава богу, что он был
похоронен однополчанами (как следует из доне
сения о безвозвратных потерях в 1 км северо
западнее деревни Вкшино Зубцовского района
Калининской области 09.09.1942 года), а не про
сто полг в землю. Ведь только с 4 августа по
15 сентября 1942 года 31 я армия, в которую вхо
дила дивизия, потеряла свыше 43 тысяч человек.
Наконец то мы дошли до конечного пункта
наших поисков урочища бывшей деревни Вк
шино в Зубцовском районе Тверской области. Мы
это я, мой сын Денис и поисковик из Пушкино
Александр Константинов. Мы дошли до того мес
та, где 72 года назад во время Ржевской битвы
погиб брат моей бабушки. На картах в Интернете
знающие о существовании таких сл и деревень
люди называют их урочищами. Попавшие здесь в
пекло бов, они и погибали как солдаты.
Мы сидели на окраине леса, который поднялся
уже после войны, и смотрели на деревья, вырос
шие на месте деревни. И была какая то жуткая
тоска от того, что не осталось в этих местах ничего,
напоминающего о мирной довоенной жизни. А
ведь здесь стояли насмерть во имя жизни уми
рали, чтобы победить. Недаром на Московской
Горе в городе Зубцове, где захоронены больше
15 тысяч погибших и куда из Вкшино перенесли
прах Сергея Федосеевича Косенкова, именно эти
слова высечены на мемориале. Я стала рассказы
вать, как в наших родных местах в Белгородской
области (в годы войны Курская область) на
Пасху собирается весь большой род, идут на клад
бище, а потом дома вспоминают родных. В этот раз
вспомнили и деда Сергу, потому что первый раз
мы приехали в Зубцовский район на поиски его
захоронения накануне этого православного празд
ника. Погибший 9 сентября 1942 года, этой весной
он вернулся в нашу большую семью.
Зов крови так мой новый знакомый Алек
сандр Константинов назвал желание родственни
ков, пусть даже не прямых, спустя почти 70 лет
после Великой Отечественной войны приехать в
места, где был последний бой представителя их
рода, и найти хотя бы какие то следы захороне
ния. Жалею, что не я начала этот поиск, это
была идея моих троюродных сестры и брата (они
нашли, где погибли братья их бабушки и дедуш
ки). На сайте Мемориал (obd memorial.ru) они
нашли данные о нм. Правда, с очень многими
искажениями в названиях и даже в отчестве. Но
сомнений нет: в село не вернулись с войны
29 человек и среди них только один Сергей. Поэто
му тот, кому предстоит искать своего погибшего
родственника, пусть приготовится к большому чис
лу неточностей даже в данных Министерства обо
роны. Это и понятно кто во фронтовых условиях,
когда потери считались тысячами, думал об этом.
Наверное, именно этот зов крови и привл нас
19 апреля в деревню Веригино. Заехали по навига
тору в деревню Борщво, в которой нашли одного
московского дачника. Он то нам и рассказал, что
превратившаяся в дачное место из десятка домов
деревня до войны состояла из 400 дворов и что
недалеко от не, в деревне Веригино, сейчас стро
ится мемориал. Так мы оказались у этого братско
го захоронения, где уже нашли покой останки бо
лее 9 тысяч советских солдат почти дивизия. И
надо же, что именно в это время там был Алек
сандр Константинов, бывший королвец, сейчас
житель Пушкино, человек, который и решил
создать этот мемориал. Нас настолько потрясло
место, где мы оказались, и события, которые про
исходили на этой земле с января 1942 го по март
1943 го, что мы посчитали своим долгом пройти по
тем местам, где воевал наш родственник, и хоть
чем то помочь в строительстве мемориала.
Именно Александр Константинов стал инициа
тором этого народного проекта. Бывший спецна
зовец, побывавший не раз в течение девяти лет в
горячей точке в Чечне, решил построить здесь
мемориальный комплекс с часовней. А толчком к
этому стала одна история:
Осенью 2011 года я поднял из воронки останки
медсестры. Не знаю, что привело меня на то поле
по дороге к деревне Мосальская, но металлоиска
тель пищал, поэтому я начал копать. Вытащил
несколько касок, лопаток, шланги от противогаза,
а потом увидел кости. Это были крупные кости
мужчины, солдата. Я понял, что нужно определить
его личность, найти медальон. На глубине
170 сантиметров наткнулся на истлевшую меди
цинскую сумку, где было три пачки бинтов, зер
кальце, пластмассовая гребнка с надписью Ле
нинград. 1938 г.. Рядом с сумкой находились
кости меньшего размера женщины. Когда я
доставал череп, было ощущение, что он пророс
корнями дерева, но какие корни могут быть на
такой глубине? Это были волосы, коса девушки.
В 400 метрах от этого места были немецкие
позиции, и девушка вытаскивала раненого, но
погибла вместе с ним. Смерть она приняла герой
скую. Я нашл е смертный медальон, но вкла
дыш в нм не был заполнен. В Москве на экспер
тизе это подтвердили ни строки, ни слова. Так
что мы никогда не узнаем е имя. Е останки, как
и останки неизвестного солдата, я похоронил в
Веригино.
Затем я съездил на могилу к отцу, закурил. Как
и прежде, мне нужно было поделиться с ним
своими мыслями. Я рассказал ему про найденные
останки медсестры: Ей ведь детей надо было
рожать, а она вот так погибла, спасая бойца. Там,
на могиле отца, я понял, что должен поставить
этой медсестре памятник.
Проект этого памятника уже создан. Его автор
королвский художник Александр Пономарв.
Однако сейчас нужно привязать этот проект на
местности. Мемориал делается по народной ини
циативе и народными руками. Уже отлит колокол.
Когда в Воронеже на заводе, где делают такие
колокола, узнали, где он будет установлен, отли
ли его бесплатно. Кто то дат экскаватор, кто то
сам приезжает копать. В мае мы были свидетеля
ми, как жительница Твери, посмотрев передачу по
телеканалу ОТР, привезла семена цветов, чтобы
их высадить на мемориале. Одна москвичка опла
тила плитку, которую в эти дни там выкладывают
также энтузиасты.
Когда мы лесом и болотами прошли до урочи
ща деревни Вкшино и обратно, у мемориала в
Веригино нам встретились две женщины мать
и дочь. Они приехали на могилу СВОЕГО СОЛДАТА
отца и дедушки, останки которого были захоро
нены 23 августа прошлого года. Тогда последнее
упокоение нашли более 400 советских воинов. Имя
солдата определили по медальону, а родственни
ков в Самарской области нашли только сейчас.
А в воронках и траншеях продолжают лежать
безымянными наши освободители, как немой укор
нам, потомкам. И разве закончилась та война, когда
ещ столько незахороненных советских солдат?
Лидия КАСЕНКОВА
Фото автора
Я убит подо Ржевом,
в безыменном болоте
Народный мемориал
На Московской Горе в городе Зубцове, где захоронены свыше 15 тысяч советских солдат.
Из более чем девяти тысяч захороненных
здесь участников Ржевской битвы имена
известны лишь у десятков.