background image
четверг
k
127, 6 ноября 2014 г.
РОЖДЕНИЯ И.Д. ПАПАНИНА
C
M
Y
K
поднялся шум, будто у Папанина
на даче чрные лебеди плавают.
Звонит Сталин: Говорят, ты себе
дачу строишь? И так дядюшке
стало неловко! И хотя стены были
уже возведены, Иван Дмитриевич
приехал к вождю: Я передаю эту
дачу детскому дому.
Трудно сказать, чего в этом рас
сказе больше: выдумки или
стремления выдать желаемое за
действительное. Похоже, что эта
история рассказана с чужих слов.
В последние годы в прессе появи
лось немало публикаций о лич
ной даче Папанина, причм одна
живописнее другой. Какая из них
достоверна, судить трудно, по
скольку они, как правило, взаи
моисключающие.
Известно, что в районе Тара
совки, в дачном послке Мураш
ки находилась дача И.Д. Папани
на. Один из местных жителей рас
сказывал, что возглавлявший во
время войны Главсевморпуть и
подчинявшийся непосредственно
Сталину полярник потерял чув
ство скромности и использовал
при е строительстве служебное
положение, привлекал солдат,
чуть ли не сапрный батальон.
Представляет ли этот человек, что
батальон состоит из трхсот сол
дат?! Привлечь такое количество
военнослужащих для строитель
ства личной дачи не смог бы даже
начальник Главсевморпути. Ока
завшийся его соседом житель
дачного послка Мурашки про
должал: Дом Папанин построил
(а племянница, как мы помним,
говорила, что только стены были
возведены.
Л.Г.) по тем време
нам действительно громадный,
чуть ли не в три этажа, но абсо
лютно некрасивый, без какого
либо намка на архитектуру. Ста
лин, узнав о размахе строитель
ства, дачу у Папанина отобрал.
Якобы он сказал адмиралу, что
прослышал о его благородном
поступке строительстве лет
ней дачи для детского сада, и тому
ничего не оставалось делать, как
отдать е под детский сад.
У известного писателя Эдварда
Радзинского своя, несколько от
личающаяся от предыдущей, вер
сия: Однажды наш знаменитый
полярник Папанин, которого Ста
лин очень любил, пригласил вож
дя посмотреть его новую дачу. В
то время Папанин уже был адми
ралом и начальником Главсевмор
пути Дело было после войны,
тогда военнопленные немцы бес
платно и хорошо работали на
стройках коммунизма. Они и
построили Папанину большую,
хорошую дачу (в рассказе, изло
женном выше, дачу построил ба
тальон советских солдат.
Л.Г.).
Но Иосиф Виссарионович, уви
дев этот явный признак гнилого
обуржуазивания, мрачно заметил,
что дача и вправду хорошая. По
этому не стоит ли товарищу Папа
нину передать е детскому дому?
На следующий день Папанин дачу
передал, но стал вице адмиралом
и перестал быть начальником
Главсевморпути (см.: Аргумен
ты неделi, 45, 12 ноября 2009 г.,
с. 24). Неизвестно, откуда Эдуард
Радзинский почерпнул эти сведе
ния, не станем рассуждать об их
достоверности, укажем только на
одну очевидную ошибку: И.Д. Па
панин не стал, как утверждает
писатель, вице адмиралом, а но
сил воинское звание контр адми
рала.
Как бы то ни было, нельзя не
принять во внимание слова упо
минавшегося выше обывателя из
дачного послка Мурашки: Я
знаю совершенно точно, что дет
ского сада там не было никогда.
Дача стояла пустая года до пять
десят пятого, и только в сторожке
жила одинокая женщина с соба
кой. Потом там устроили государ
ственную дачу Совета Министров
РСФСР, и в доме поселилось не
сколько семей.
А в книге черкизовского крае
веда Е.Ю. Родниковой Дорогие
мои земляки (М.: Грамота, 2004)
я прочитал следующее: За дав
ностью трудно угадать, что по
служило причиной тому, что ле
гендарный полярник, возглавляв
ший первую советскую экспеди
цию на Северный полюс, Иван
Дмитриевич Папанин подарил
свою дачу жителям Черкизова. В
войну в ней был госпиталь, после
войны лечили инвалидов Вели
кой Отечественной войны, а по
зднее она стала муниципальной
больницей, образуя вместе с ам
булаторией Черкизовское лечеб
ное объединение. Я позвонил
автору, чтобы подробнее расспро
сить е о даче Папанина, но она, к
сожалению, ничего не смогла до
бавить к написанному.
Достоверно известно, что мно
гие дачи в послке не сохрани
лись. Среди других сгорела и быв
шая дача Папанина.
О жизни и деятельности Папа
нина написано довольно много
статей, несколько книг. Но тщет
но искать в них сведения о пребы
вании полярника на даче, встре
чаются лишь отдельные крупицы
информации. Тем любопытнее
было встретить имя полярника Па
панина в книге известного совре
менного писателя Алексея
Вaрлaмова Повесть сердцa. В
этой книге, говорил он,
собрaны четыре повести, которые
прежде дорого достaлись мне в
жизни и лишь потом были
нaписaны. В них ничего не
выдумaно. Зa кaждой стоят судь
бы людей, иных из которых уж
нет нa свете. Этa книгa моя
блaгодaрность тем, кто не
пожaлел для меня пaмяти своего
сердцa. Согласитесь, многообе
щающее и подкупающее своей
искренностью признание автора
жизнеописаний Михаила Пришви
на, Александра Грина, Григория
Распутина, Михаила Булгакова,
Алексея Толстого и Андрея Пла
тонова, изданных в знаменитой
серии Жизнь замечательных
людей и отмеченных в 2006 году
литературной премией Александ
ра Солженицына за тонкое
отслеживание в художественной
прозе силы и хрупкости челове
ческой души, е судьбы в совре
менном мире; за осмысление пу
тей русской литературы ХХ века в
жанре писательских биографий.
Интерес к сборнику подогревала
и издательская аннотация: Со
бытия каждой из этих повестей
тесно переплетены с историей
жизни самого Алексея Варламо
ва и жизнью современного мира.
Пережиты, продуманы, глубоко
прочувствованы. Это художе
ственно осмысленная, воплощн
ная в образах и судьбах яркая и
драматичная история общества,
история времени.
Что ж, давайте обратимся к ху
дожественно осмысленной исто
рии. Алексей Варламов пишет:
Рядом с летним домиком (ба
бушки и дедушки автора.
Л.Г.)
в Болшеве располагалась дача
партийного деятеля Томского, на
которой тот застрелился в авгус
те тридцать шестого года, а потом
в освободившийся дом въехал
Папанин, улицу к его дому вымо
стили белым камнем и, по воспо
минаниям моей матушки, каждый
день
лтчик (так у Варламова.
Выделено мною.
Л.Г.) выходил
на улицу здороваться с ребятнй,
грозно спрашивая, все ли вымы
ли руки.
Папанин хорошо запом
нился (выделено мною. Л.Г.),
запомнились птицы, от их пения
просыпались по утрам, облива
ние холодной водой, грибы, май
ские жуки, среди которых осо
бенно ценились самцы с чрной
гривкой, Чрное озеро и речка
Клязьма, куда босиком ходили
купаться и ловить рыбу, только
что построенный водоканал, мат
расы из конского волоса, кото
рый каждый год перебирали, и
огромные пуховые подушки, ос
тавшиеся с дореволюционных
времн, походы за молоком в де
ревню Куракино, поля, васильки,
костры, которые обожала и ба
бушка, и дети, но позднее я поду
мал о том, что в тех же краях жила
как раз в ту пору, правда, корот
кое время, одна, себе на беду вер
нувшаяся из эмиграции, немоло
дая женщина, которая после ужас
ной смерти своей прославилась
совсем другими, чем у бабушки,
стихами великая, недосягае
мая, а тогда никому не нужная,
брошенная и преданная. Е ба
бушка помнить не могла, хотя,
кто знает? Может быть, и встре
чала летом тридцать девятого года
на поселковых улицах или по до
роге на станцию сутулую, дурно
одетую, с отрешнным выраже
нием близоруких светлых глаз.
Если б они двое остановились
поговорить, то наверняка нашли
бы о чм. Не о поэзии, так хотя бы
мой милый, что тебе я сдела
ла?
Последние строки следовало бы
взять в кавычки, ведь это цитата
из стихотворения Марины Цвета
евой, о которой, собственно, как
ясно из контекста, и идт речь.
Обратите внимание, в отличие от
многих цветаеведов (к примеру,
Натальи Громовой) автор не ут
верждает, что поэтесса с семьй
жила на бывшей даче Томского, а
осторожно пишет: в тех же краях
жила Точен Алексей Варламов
и в хронологии: действительно,
Томский застрелился на даче в
августе 1936 года, а бабушка ав
тора вполне могла встретить Цве
таеву летом тридцать девятого
года на поселковых улицах или по
дороге на станцию та верну
лась из эмиграции в Советский
Союз и поселилась в Болшеве в
июне 1939 года.
Прозаик пишет: Папанин хо
рошо запомнился Чем? Тем,
что каждый день выходил на
улицу здороваться с ребятнй,
грозно спрашивая, все ли вымы
ли руки? Увы, иного ответа нет.
Огорчает другое: Папанин на
зван лтчиком, причм якобы
по воспоминаниям матушки ав
тора. Но во времена е молодости
имя Папанина было на слуху, и
вряд ли она могла спутать поляр
ника с лтчиком. Скорее всего,
ляп допустил сам писатель
представитель поколения, для ко
торого папанинская эпопея
дела давно минувших дней. А ре
дакторы, видимо, в силу своей
некомпетентности не исправили
ошибку. Но это не может служить
оправданием для автора серьз
ных биографических книг, к тому
же доктора филологических наук
и профессора МГУ.
Я обратил внимание автора на
допущенную ошибку. Он, побла
годарив меня за ценные замеча
ния, написал: Добавить что
либо по существу к своему тексту
я не могу, а болшевская дача мо
его деда много лет назад была
продана. И вс же я поинтересо
вался у Алексея Николаевича, как
часто он бывал на болшевской
даче? Запомнил ли он е место
нахождение? И когда она была
продана? Ответ был для меня до
вольно неожиданным, хотя и уточ
няющим: О судьбе болшевской
дачи моего деда, кроме того, что
в 1946 году она была продана,
ничего не знаю. Потом купили
другую в Купавне, где я и вырос.
Тем не менее, согласитесь, проза
ик довольно красочно и убеди
тельно описал болшевскую дачу.
Что значит художественное вооб
ражение большого художника!
На наш взгляд, особый интерес
для исследователей и краеведов
представляет свидетельство ле
нинградского (тогда ещ не пи
терского) журналиста и писателя
Льва Сидоровского о встрече с
И.Д. Папаниным на его даче в Бол
шеве.
Оказавшись в мае 1967 года в
столичной командировке по ре
дакционному заданию, он вспом
нил, что на днях исполняется трид
цать лет с начала папанинского
дрейфа. Специальному коррес
понденту ленинградской Смены
не хотелось упустить возмож
ность встречи с Папаниным. Ра
зыскав его домашний телефон,
Лев Сидоровский позвонил по
(Окончание на с. 10)
Дачная жизнь в Болшеве
Иван Папанин и Отто Шмидт (в центре).
Иосиф Сталин и Иван Папанин.
Иван Папанин, 1952 г.