sci_politics Николай Сергеевич Леонов Закат или рассвет? Россия: 2000-2008

Перед вами великолепный анализ истории Российской Федерации в годы правления Президента Владимира Владимировича Путина.

Новая книга одного из ведущих аналитиков страны и мира Николая Сергеевича Леонова, отдавшего большую часть жизни разведке, политического обозревателя журнала "Русский Дом", читается с неослабевающим интересом.

Цель книги — помочь русскому человеку разобраться в хитросплетениях российской политики времён В. Путина, осознать причины и смысл продолжающейся национальной катастрофы и сделать свободный выбор: куда и с кем идти.

Этой книгой автор завершает трилогию о трагических бедствиях и несбывшихся надеждах, выпавших на долю России и русского народа в XX и начале XXI веков. Книга — живое свидетельство очевидца, вскрывающего подоплёку многих событий, покрытых пропагандистской шелухой и показывающего подлинное лицо активных фигурантов российской политики путинского правления.

"Почему огромный потенциал ожиданий и желаний общества изменить жизнь после катастрофических экспериментов над Россией и её народом, проведенных "без наркоза" в 90-годы, остался не только невостребованным путинской властью, но зачастую, жёстко подавлялся?", — задаётся вопросом Николай Леонов.

ru
Юрий Сиренко jodic2000 FB Editor v2.0 11 January 2010 0539FB91-72DE-4ABB-90C1-34587C6CA8E0 1.0

1.0 — создание файла jodic2000 из txt-файла

Закат или рассвет? Россия: 2000-2008 Русский дом Москва 2008 5-901-505-15-8 Твердый переплет, 548 стр.

Николай Сергеевич Леонов

Закат или рассвет? Россия: 2000-2008

Предисловие

Этой книгой автор завершает трилогию о трагических бедствиях и несбывшихся надеждах, выпавших на долю России и русского народа в XX и начале XXI веков.

Первые две книги — «Лихолетье» и «Крестный путь России» вышли в конце 90-х годов, выдержали по четыре издания и получили лестную для автора оценку со стороны читателей. В первой книге рассказывалось о загнивании советского строя и его драматическом конце, а «Крестный путь» был повествованием о диком разрушении России в годы правления Бориса Ельцина. Все последующие годы автор продолжал внимательно следить за событиями в жизни нашего Отечества сначала как политический журналист, а потом (2003–2007 гг.) и как депутат Государственной думы IV созыва от народно-патриотического блока «Родина». Накопившиеся факты, выработанная жизнью привычка анализировать их, выстраивать в логические цепочки и давать им оценки подтолкнули автора снова взяться за перо. Несмотря на все возможные недостатки и изъяны этой книги, она является живым свидетельством очевидца этого времени, причем очевидца не связанного какими-либо амбициями, клановыми интересами или партийными пристрастиями. Автор руководствовался в своей работе только любовью к многострадальной матушке-Родине и к своему народу.

Сама смена фигур на посту главы государства в полночь 1 января 2000 года породила в обществе огромный потенциал ожиданий после катастрофических экспериментов над Россией и ее народом, проведенных «без наркоза» в 90-е годы. Всем казалось, что ничего хуже быть уже не может. Любые изменения могли носить пусть крошечный, но все-таки положительный вектор. К тому же пресса акцентировала внимание на том, что к власти приведен В. Путин — офицер из бывшего КГБ, разведчик, а стало быть, государственник по определению, слуга Отечества. Нам всем по-человечески очень хотелось, чтобы прервалась, наконец, череда черных дней для России и забрезжил рассвет. Подавляющее большинство сограждан приветствовало первые публичные высказывания нового «и.о. Президента РФ» и публикации от его имени, появившиеся в прессе. Особенно это касалось статьи «Россия на рубеже тысячелетий» за его подписью. Много правильного было заложено в этих первых обращениях к россиянам. Но жизненный опыт подсказывал, что судить всех людей, и особенно политиков, надо не по словам, а по их делам. Из памяти не шли наши собственные ошибки, когда в 1985-86 гг. мы коллективно подпали на какое-то время под обаяние велеречивого М. Горбачева и потом годами не могли отплеваться от мерзости, которую частично проглотили. А сколько людей было загипнотизировано демократическими словоизвержениями в 1988–1991 гг., чтобы потом стать жертвами произвола власти.

С той поры минуло почти 8 лет, прошли два разрешенных Конституцией срока пребывания В. Путина на посту президента, но он открыто и недвусмысленно дает понять, что не намерен оставлять реальные рычаги власти. Последние замеры рейтинга президента свидетельствуют о высоком уровне доверия к нему со стороны населения. Раздавались многочисленные голоса, предлагавшие изменить Конституцию и разрешить В. Путину баллотироваться еще раз на пост главы государства, или, в крайнем случае, продлить срок президентского мандата до 5 или даже 7 лет. Слава Богу, В. Путин пока не пошел на эти перемены. Но в стране в последнее время быстро стала возрождаться атмосфера хорошо известного в истории России феномена под названием «культ личности». Официальные лица, средства массовой информации упорно стараются создать в сознании людей образ благополучной, процветающей страны, руководимой почти незаменимым лидером. Мы такой период тоже уже пережили и называли его «лакировкой действительности». Казенная эйфория и некритичное отношение к реальной действительности — признаки серьезного нездоровья общества и предвестники очередного ненастья в истории страны.

Именно поэтому автор отказал себе в радости выращивать цветы на своей скромной «фазенде», сражаться в шахматы с одногодками на бульваре, общаться чаще, чем позволяет себе сейчас, с любимыми внуками. Вместо этого он садится за письменный стол, чтобы осмыслить честно и непредвзято прожитые годы в надежде, что изложенные в этой работе факты, наблюдения и оценки окажутся интересными и, может быть, полезными для современников и будущих исследователей нашего времени.

Первые слова и первые дела и.о. президента РФ

Новогодние праздники 2000 года были особенными в России. Они, по мнению многих, совпали с началом нового века, нового тысячелетия. В канун Нового года подал добровольно в отставку с поста Президента России ненавидимый и презираемый большинством населения России властолюбец Борис Ельцин, передавший власть в качестве временно исполняющего обязанности главы государства В.В. Путину, который занимал в тот момент пост премьер-министра. Разумеется, операция «Преемник» готовилась в Кремле давным-давно, с того самого момента как В. Путин был переведен с поста Директора ФСБ на должность вице-премьера, а потом премьера. Загодя тщательно отрабатывались все условия такой нестандартной передачи власти, особенно в части обеспечения неподсудности Б. Ельцина после сложения им с себя полномочий главы государства. До мелочей проговаривались гарантии привилегий ему и его семье. Драматургия слезной церемонии прощания Ельцина с властью была рассчитана на добрую всепрощающую душу русского человека.

Подавляющее большинство населения страны с восторгом встретило весть об уходе Ельцина. Новогодний праздник, обычно отмечаемый в уютной семейной обстановке, на этот раз выплеснулся на улицы и превратился во всенародное гуляние. Люди были настолько рады, что закончился кошмар ельцинской тотальной разрухи, что в первое время даже не особенно интересовались тем, что же представлял собой новый «исполняющий обязанности» президента. Что бы ни ожидало нас в будущем, люди были уверены, что хуже не будет.

Б. Ельцин в момент отставки разыграл душещипательную мелодраму перед гражданами России, выступив с прощальной речью по телевидению. «Мы создаем, — сказал он, — важнейший прецедент цивилизованной добровольной передачи власти от одного президента России к другому вновь избранному». Даже в такой, казалось бы, трогательный момент Б. Ельцин не удержался, чтобы трижды не покривить против правды в одной только этой фразе. Во-первых, он забыл, что прецедент был создан еще 25 декабря 1991 года, когда М. Горбачев так же добровольно подписал заявление о своей отставке с поста президента СССР, К тому же ни о какой «добровольности» ни в том, ни в этом случае не могло быть и речи. М. Горбачев уходил потому, что полностью исчерпал себя как политическая личность и потому, что исчезло государство, президентом которого он формально оставался. Б. Ельцин уходил потому, что народ, которым он управлял в течение почти 10 лет, отказал ему в доверии. Всего несколькими месяцами ранее, в мае 1999 г., в Государственной думе решался вопрос о начале процедуры принудительного отстранения его от власти. Только чудовищным административным давлением на депутатов и прямым подкупом многих из них с трудом удалось сорвать процедуру «импичмента». Из 450 депутатов Госдумы не хватило всего 7 голосов, чтобы вынести президенту обвинительный приговор. Сам Ельцин лучше других знал, чего ему это стоило, поэтому уход от власти был абсолютно вынужденным. И в-третьих, он сдавал власть не вновь избранному народом президенту России, а лицу, выбранному и назначенному на этот пост им самим — Борисом Ельциным.

Это была последняя, но самая важная кадровая «рокировочка» в публичной жизни Б. Ельцина. Власть оставалась в Семье, а это было для него самым главным!

Чтобы скрыть это, понадобилось размазать по щекам «слезы раскаяния», дабы люди поверили в искренность разыгрывавшейся на телеэкране пантомимы. Б. Ельцин тоном провинциального актера-трагика говорил: «Я хочу попросить у вас прощения. Зато, что многие наши с вами мечты не сбылись. И то, что нам казалось просто, оказалось мучительно тяжело. Я прошу прощения за то, что не оправдал некоторых надежд тех людей, которые верили, что мы одним рывком сможем перепрыгнуть из серого застойного, тоталитарного прошлого в светлое, богатое, цивилизованное будущее. Я сам в это верил». «Я ухожу, я сделал все, что мог. И не по здоровью, а по совокупности всех проблем. Мне на смену приходит новое поколение, поколение тех, кто сможет сделать больше и лучше».

Доигрывать спектакль «раскаяния» Б. Ельцин поехал на Святую Землю. Впервые за 2000 лет истории христианства, человек, стоявший во главе российского государства, решил встретить Рождество Христово в священном городе Вифлееме, где родился Спаситель. С 5 по 7 января 2000 года он с огромной свитой лицедействовал, изображая из себя кающегося паломника и смиренного христианина. После этого его никто и никогда не видел в православных храмах.

Новому руководителю государства — В. Путину надо было в те же дни громко заявить о своих взглядах на российскую действительность и о планах своих действий. Правда, в новогодние праздники россияне не очень охочи до чтения «серьезных» материалов. Первые две недели любого вновь наступившего года мы гуляем, что называется «от пуза». Да и как иначе, если за гражданским новолетием следует православное Рождество, отмечаемое 7 января, потом подходит Старый Новый год — 13 января, а там уже и Крещенье не за горами. Маховик празднеств до того раскручивается, что его с трудом удается затормозить только концу месяца. Так и получилось, что программная «заявка» В. Путина в форме подписанной им статьи «Россия на рубеже тысячелетий» не привлекла к себе заметного внимания ни в те дни, а уж позже и того менее. Кстати, к счастью для самого В. Путина, и в последующие годы редко-редко кто вспоминал о его «тронной речи». А зря, потому что ее содержание крайне важно для сопоставления с его же последующими делами и, следовательно, для понимания его удивительного алгоритма, в котором слова чаще всего не стыкуются с его же поступками. Ясно, что статью писал не он, а целая группа «спичрайтеров» (от английского слова, означающего «наемные составители речей»), но он задавал направление мысли и ставил свою подпись. То, что он написал тогда, он больше нигде не повторял в таком концентрированном и цельном виде. Он либо забыл содержание своего первого обращения к нации, либо решил, что мы забыли. Вспомним, что же было заявлено тогда новым хозяином Кремля!

Неудивительно, что все причины тяжелого положения в российской экономике и бедствий, переживаемых страной, были объяснены примитивно просто. Во всем, дескать, виновата прошлая советская система, в которую никак не встраивались рыночные механизмы. Оказывается, именно советской экономической системе был присущ чрезмерный упор на развитие сырьевого сектора и оборонных отраслей в ущерб развитию товаров народного потребления и сферы услуг. Скверная прошлая власть недооценивала развитие электроники, информатики, связи, душила конкуренцию товаропроизводителей, что тормозило научно-технический прогресс и делало российскую экономику неконкурентоспособной на мировых рынках. (Абсолютно те же самые слова можно сказать сегодня — 17 лет спустя после победы демократии в России — о российской экономике). Автор нарочно близко к тексту излагает содержание статьи В. Путина, чтобы читатель мог увидеть, насколько упрощен и политически ангажирован «анализ» наших бед. Как будто в мире и не было крайне успешного китайского опыта перехода от чисто плановой социалистической экономики к рыночной, как будто в странах Восточной Европы не был осуществлен переход к рынку быстрее, эффективнее и безболезненнее, чем в России. Причем везде переход совершался без таких колоссальных выгод, которые давал России экспорт нефти, газа и металлов. И везде этот переход был осуществлен без таких Драматических социальных издержек, как у нас в России. Надо признать, что ни тогда, в конце 1999 года, ни сейчас в конце администрации В. Путина, т. е. почти два десятилетия спустя после крушения советской власти, демократическими правительствами не было сделано решительно ничего для исправления структурных диспропорций российской экономики. Эти диспропорции только ухудшились и окаменели.

Говоря об уроках, которые нам надлежало извлечь из нашего прошлого и настоящего, В. Путин, как бы поменяв регистр, заговорил четким и правильным языком здравого смысла. Он отметил, что Россия исчерпала свой лимит на политические и социально-экономические потрясения, «терпение и способность нации к выживанию, равно как и к созиданию, находится на пределе истощения». Ну как было не согласиться с его утверждением, что Россия должна развиваться исключительно эволюционно и без ухудшения условий жизни российского народа, всех его слоев и групп. Он размашисто размышлял тогда о том, что нашу страну нельзя обновить простым переносом на российскую почву абстрактных моделей и схем, почерпнутых из зарубежных источников, что нам следует искать свою модель преобразований, чтобы органически соединить универсальные принципы рыночной экономики и демократии с реалиями России. Эти слова ложились, как масло, на сердце наших сограждан, измученных экспериментами, которые проводили над ними «гарвардские мальчики в розовых штанишках» (так называли команду «реформаторов» во главе с Е. Гайдаром).

В первый и последний раз В. Путин заговорил тогда о стратегической задаче — догнать в течение 15 лет Испанию и Португалию, которые, между прочим, не относятся к лидерам мирового развития. Он ставил задачу добиться ежегодного прироста валового внутреннего продукта по 8 %. Но даже и эти показатели представлялись ему скромными. Замахивался автор статьи даже на 10 % и требовал «браться за формирование и осуществление долгосрочной стратегии как можно быстрее».

В. Путин говорил о том, что «достижение необходимой динамики роста — проблема не только экономическая. Это проблема также политическая и, не побоюсь этого слова, в определенном смысле идеологическая. Точнее идейная, духовная, нравственная. Причем последний аспект на современном этапе мне представляется особенно значимым с точки зрения консолидации российского общества». Можно и сегодня сказать, что ориентиры, намеченные тогда и.о. президента, были абсолютно верны. Но они так и остались ориентирами, не более того. Консолидация российского общества оказалась для В. Путина недостижимой целью, как линия горизонта для человеческого глаза.

В той теперь забытой статье-манифесте говорилось об исконных традиционных ценностях россиян, таких, как «патриотизм, государственничество (это невразумительное слово было изобретено в администрации президента и впервые пущено в оборот В. Путиным) и социальная справедливость». Все вместе эти ценности должны были составить основу новой идеологии. Вот его слова: «У нас государство, его институты и структуры всегда играли исключительно важную роль в жизни страны, народа. Крепкое государство для россиянина не аномалия, не нечто такое, с чем следует бороться, а наоборот, источник и гарант порядка, инициатор и главная движущая сила всех перемен».

Честно говоря, подобное отношение к институту «государства» типично ведь не только для России, но и для всех людей в мире. Исторически государство формировалось и укреплялось как общность граждан, в которой наиболее гармонично сочетались интересы отдельной личности и всего общества. Без государства с его правопорядком личность снова становится беззащитной, как в доисторические времена. Место цивилизованного общества занимает «закон джунглей», где действует только один аргумент — сила. В России в 90-е годы XX века государство было отодвинуто на последний план в шкале социальных ценностей только потому, что относительно небольшая по численности, но крайне активная, алчная и агрессивная группа лиц была заинтересована в создании ситуации хаоса и правового беспредела для быстрого захвата огромного государственного имущества бывшей советской империи, а следовательно и доминирующих политических позиций. Для этого надо было ошельмовать сам институт государства, максимально урезать его функции, выпятить личность на первый план, поставив ее выше общества. На каком-то отрезке времени классу «новых русских» этого удалось достичь, но на рубеже тысячелетий новый глава российского государства на словах вновь вернулся к общемировому пониманию сущности государства. На смену кратковременному умопомрачению вновь, казалось, возвращался здравый смысл. Никто и сейчас не мешает любой личности, отстаивающей принцип своего приоритета перед обществом и государством, уехать в малодоступные места планеты или на необитаемые острова и дать волю развитию своих творческих способностей без каких-либо ограничительных барьеров, которые ставят общество и государство. Однако поборники «свободы личности», как и кровососущие насекомые, нежизнеспособны сами по себе, они существуют только за счет поедания чужой свободы.

Сейчас, читая статью тогдашнего В. Путина, вспоминаю слова И.С. Тургенева: «как хороши, как свежи были розы». И.о. президента писал: «Речь идет о том, чтобы сделать российское государство эффективным координатором экономических и социальных сил страны, выстраивающим баланс их интересов, определяющим оптимальные цели и параметры общественного развития, создающим условия и механизмы их достижения», и дальше: «Ситуация требует от нас большой степени государственного воздействия на экономические и социальные процессы». «Мы выступаем за проведение инвестиционной политики, сочетающей как чисто рыночные механизмы, так и меры государственного воздействия…Времени на медленное возрождение у нас нет».

Господи! До чего же щедры на слова наши руководители. Читаешь их опусы и будто мед пьешь! «Правительство твердо намерено усиливать меры государственной поддержки науки, образования, культуры, здравоохранения. Ибо страна, где люди нездоровы физически и психически, малообразованны и невежественны, никогда не поднимется на вершины цивилизации… Россия впервые за последние 200–300 лет стоит перед лицом реальной опасности оказаться во втором, а то и в третьем эшелоне государств мира». Какие жесткие, верные, чеканные слова! А поскольку они шли в развитие ранее заявленной цели: «мочить всех террористов в сортире!», то, естественно, в наших головах формировался образ твердого государственника, решившего посвятить себя возрождению России, доведенной до крайности событиями предшествовавшего десятилетия.

Свою первую поездку по стране в новом качестве В. Путин также совершил нестандартно. Он полетел вместе с супругой и министром печати Михаилом Лесиным в Чечню, где вовсю шли боевые действия по очистке Грозного от боевиков. Новый, 2000 год он встретил в военном вертолете, который приземлился в Гудермесе, где его ожидали представители командования, офицеры и другие военнослужащие, отличившиеся в боях против сепаратистских боевиков. Одним В. Путин вручил государственные награды, другим памятные подарки — именные часы с дарственной надписью от председателя правительства, третьим ценные дары в виде видеокамер, фотоаппаратов и пр. Из вертолета принесли и несколько ящиков с выпивкой, в новогоднюю ночь без нее не обходится ни одна семья в России. В. Путин вместе со всеми, за общим столом поднимал бокал за скорейшее окончание войны и переход к мирному строительству. Эффект был, прямо скажем, потрясающий!

Отставка Б. Ельцина и приход В. Путина вызвали настоящие цунами и в мире бизнеса. Как только в 12 часов дня 31 декабря эта новость стала известна, в российской фондовой системе начался невиданный ажиотаж. Котировки российских акций на московских и мировых рынках подскочили на 30

— 50 %. Из-за превышения лимитов спроса пришлось даже в административном порядке прекратить торги на биржах в 14 часов пополудни 31 декабря 1999 года. Финансовое цунами докатилось и до Европы, на фондовой бирже во Франкфурте-на-Майне под влиянием событий в России резко поднялись котировки и акции германских предприятий. Подобных потрясений российский рынок ценных бумаг не испытывал после печальных событий августа 1998 г. Только тогда было зафиксировано рекордное падение курса российских акций, а теперь наоборот, взлет этого курса. Биржевые игроки назвали день 31 декабря 1999 г. новогодней сказкой. Казалось, что Россия и впрямь сорвала замок с «врат ада» и вырвалась на волю!

В каждом доме, в каждой семье совершенно искренне люди поднимали тосты за здоровье В. Путина, обнимались и поздравляли друг друга с окончанием тяжелого, унизительного десятилетия. Я помню, что и в моей семье было ощущение, будто закончилась мучительная пора войны с сильным, жестоким врагом, и теперь перед страной и народом открываются перспективы нормальной жизни. Наверное, это был самый счастливый новогодний праздник, если счастье можно измерять надеждами и ожиданиями.

В первый момент нам было даже наплевать на то, что своим первым Указом, подписанным в тот же день 31 декабря 1999 г., В. Путин дал такие гарантии и привилегии Б. Ельцину, которые дотоле не были известны ни в России, ни за рубежом. В праздничной эйфории эта новость не привлекла повышенного внимания общественности, но в самом ближайшем времени этот документ, вернее, первый реальный поступок нового главы государства превратился на много лет в настоящее яблоко раздора в российском обществе.

Б соответствии с этим Указом впредь любой ушедший в отставку Президент Российской Федерации (по окончании срока полномочий, по причине отставки или болезни) пожизненно будет получать денежное содержание, равное 75 % месячного содержания президента. Если верить прессе, то по состоянию на 2006 год «пенсия» отставного президента равнялась 110 000 рублей в месяц.

Пенсионеру пожизненно и бесплатно предоставляется резиденция и обеспечивается государственная охрана в местах его постоянного или временного пребывания, средства специальной связи и транспорт. Члены его семьи, проживающие совместно с ним или сопровождающие его, также получают право на государственную охрану.

Отставной президент и проживающие вместе с ним члены его семьи сохраняют в полном объеме право на медицинское обслуживание, которым он пользовался на день отставки.

Жизнь и здоровье президента-пенсионера подлежит обязательному государственному страхованию за счет средств федерального бюджета(!) на сумму, равную годовому денежному вознаграждению Президента Российской Федерации.

Самый спорный и уязвимый в правовом отношении пункт о неприкосновенности бывшего президента был спрятан в середине текста Указа. В нем говорилось следующее: «Президент Российской Федерации, прекративший исполнение своих полномочий, не может быть привлечен к уголовной или административной ответственности, задержан, арестован, подвергнут обыску, допросу либо личному досмотру. Неприкосновенность… распространяется на занимаемые им жилые и служебные помещения, используемые им транспортные средства, средства связи, принадлежащие ему документы и багаж, на его переписку».

Политические обозреватели на Западе сразу же отметили, что этот пункт является ключевым. Он давал гарантии неприкосновенности Б. Ельцину от неизбежного уголовного преследования за беззакония, творившиеся в период его администрации. Однако следует обратить внимание на то, что Указ касался всех будущих президентов-отставников, а стало быть уже тогда В. Путин думал и о своем собственном будущем. Если исходить из формулировок Указа, то В. Путин, который должен оставить пост главы государства в возрасте 55 лет (в 2008 г.), получает полную неприкосновенность на все последующие годы своей жизни, даже если он грубо нарушит действующие законы.

Бессмысленно пытаться найти что-то похожее в законодательствах демократических стран. В Японии отставных премьер-министров (а это аналог наших президентов) запросто отдают под суд, если они нарушили законы страны, в Чили правосудие до самой смерти преследовало А. Пиночета за совершенные им преступления. Я уж не говорю о судебных преследованиях глав государств в Польше (В. Ярузельский), в Германии (Э. Хонеккер) и т. д. Для России мировой опыт, как известно, не указ-Положение о неприкосновенности бывших президентов страны, внесенное В. Путиным в правовое поле России, является прямым признанием того факта, что действия этих (хотя и высших) должностных лиц не укладываются в рамки закона. Неприкосновенность — это пережиток феодального права эпохи средневековья, но вовсе не норма современного демократического государства. Неприкосновенность сохраняется в международном праве только как атрибут суверенитета государства. Но идем дальше: на практике вместе с государственной резиденцией бывшему президенту предоставляется и обслуживающий персонал, т. е. личные слуги. Б. Ельцин до самой смерти жил в резиденции в районе Барвихи площадью в 66 гектаров. На его содержание государство тратило в год более 60 млн рублей в год. Подобной льготы нет нигде в мире. Убогая Россия является единственным государством на планете, позволяющим себе роскошь иметь на содержании федерального бюджета десятки государственных резиденций и других «спецобъектов», многие из которых не используются десятилетиями по своему прямому назначению. Любое действительно демократическое правительство России должно будет непременно разобраться с огромным хозяйством администрации президента и Федеральной службы охраны, чтобы оставить для государства только то, что действительно необходимо для представительских нужд страны.

Нововведением в системе устройства госаппарата является положение Указа о том, что отставному президенту разрешается за счет федерального бюджета нанимать аппарат помощников (не сказано, правда, для каких целей) с фондом месячной оплаты труда в два раза больше, чем месячное содержание Президента Российской Федерации (действующего). Этим помощникам должно быть (естественно, за счет государства) выделено помещение, оргтехника, средства связи и пр. Диву даешься, с какой тщательностью прописывались все детали, касающиеся удобств сиятельных особ! Они не могут обходиться без интеллектуальных слуг даже на «заслуженном отдыхе».

Каждому члену семьи бывшего Президента РФ, в случае смерти последнего, выплачивается ежемесячно и пожизненно (потому что не было никакой иной оговорки) пособие, равное 6-кратному минимальному размеру пенсии по старости. Всем членам семьи покойного в течение пяти лет после его смерти обеспечивается бесплатный автотранспорт и то самое медицинское обслуживание, которым пользовался усопший. Чтобы не показалось мало, специально оговаривалось, что могут быть предоставлены и другие гарантии, предусмотренные федеральным законодательством. Вдруг что-нибудь забыли!

Вот такой пушистенький Указ был первым практическим делом и.о. Президента В. Путина. Его согласие на подписание этого Указа было первым и непременным условием передачи ему власти со стороны Б.Ельцина.

Все участники этой сделки понимали, что Указ даже исполняющего обязанности Президента РФ еще не является гарантией его необратимости. Надо было срочно превратить Указ в закон, принятый Государственной думой. Тем самым вся ответственность за безнравственное присвоение феодальных льгот бывшими президентами перекладывалась на совесть «народных избранников». В пожарном порядке Указ стал перерабатываться в закон, затем срочно протаскиваться сквозь пороги законотворческого процесса и уже 25 января 2001 года он был одобрен проправительственным большинством Государственной думы, еще через неделю Советом Федерации, а 12 февраля 2001 г. подписан В. Путиным. Уф! Наконец-то у заинтересованных лиц полегчало на душе, теперь они вне досягаемости правоохранительных органов и могут спокойно и в свое удовольствие поплевывать в сторону своих многочисленных противников. Поплевывать пожизненно!

Закон почти слово в слово повторяет положения Указа. Единственное разночтение состоит в том, что в новой формулировке закона положение о неприкосновенности чуть-чуть смягчено. Теперь теоретически допускается возможность лишения бывшего президента неприкосновенности, если против него будет возбуждено уголовное дело в связи с совершенным им тяжким преступлением в период исполнения полномочий президента. Но для этого надо, чтобы Генеральный прокурор возбудил такое дело, затем обратился в Государственную думу с представлением о лишении бывшего президента неприкосновенности и если такое представление будет удовлетворено, то дело будет решаться в Совете Федерации. Если какая-либо инстанция откажется лишить бывшего президента неприкосновенности, то все дело прекращается.

Б. Ельцин спокойно жил до своей смерти на госдаче, ездил на бронированном автомобиле «Мерседес-600». Его покой охраняли 15 молодцов из Федеральной службы охраны. Когда он пользовался авиационным транспортом, ему бесплатно предоставлялся спецсамолет из правительственного авиаотряда, хотя о такой шикарной льготе не говорилось ни в Указе, ни в законе.

Для интереса заметим, что сам Б. Ельцин в свое время не был столь щедр и великодушен к М. Горбачеву, которого отправил на пенсию своим Указом в 1991 г. Никакой неприкосновенности он ему не гарантировал, число охранников ограничил тремя офицерами, для транспортировки оставил простую «Волгу», а неиндексированная горбачевская пенсия была просто-напросто съедена инфляцией 1992 г. Даже помещения, первоначально выделенные для Фонда Горбачева, были позже большей частью отобраны для иных целей. Не жалко Горбачева, у него немало зарубежных спонсоров, но жаль, что наши руководители руководствуются не законами демократии, а повадками азиатских царьков: что хочу, то и ворочу!

Российские коммунисты пытались поставить в Государственной думе вопрос о неконституционности первого Указа президента В. Путина, но не набрали нужного числа голосов для обращения в Конституционный суд. Потом, много лет спустя, в 2005 г., депутаты от ЛДПР (жириновцы) используя проводившуюся правительством политику монетизации льгот российским пенсионерам, попробовали внести законопроект о том, чтобы монетизировать также и льготы бывшим президентам-пенсионерам. Не тут-то было! «Единая Россия» отказалась даже ставить на рассмотрение этот законопроект.

Первый указ В. Путина о гарантиях и льготах Б. Ельцину на все последующие годы стал глубокой дополнительной трещиной в отношениях между властью и народом, он еще больше расколол наше общество. Указ не только осыпал щедротами главного разрушителя России, что само по себе было обременительным для тогдашнего скудного российского бюджета, но он символизировал политическую положительную оценку всего того, что сделал Б. Ельцин. И в этой оценке новый президент и народ России оказались на разных полюсах, и находятся там и по сей день.

Отношение к эпохе Б. Ельцина продолжает оставаться главным разделительным рубежом в нашем обществе. Личность Б. Ельцина, оценка ее роли в российской истории, станет предметом изучения многими поколениями специалистов. Сейчас наши симпатии и антипатии опираются в основном на те перемены в социальном статусе, которые пережил каждый из современников лично. «Новые русские» яростно защищают его, в то время как подавляющее большинство народа не менее яростно проклинает его. На похвалы в адрес Б. Ельцина со стороны Запада не стоит обращать внимания, потому что «им» он оказал величайшую историческую услугу, разрушил вечный источник их страха: Российскую империю — СССР.

Есть старая поговорка: «Если неправильно застегнуть первую пуговицу на пальто, то и все остальные будут застегнуты неправильно». В. Путин своим первым шагом определил вектор дальнейшего движения: целесообразность была поставлена выше закона. И сколько бы потом ни говорилось об установлении «диктатуры закона», все это на поверку оказывалось словесной шелухой, маскировавшей истинный маршрут движения. Но в новогодние праздники россияне не склонны портить семейную радость политикой. Прошли рождественские каникулы, и жизнь мало-помалу вкатилась в привычное русло. 145 миллионов сограждан снова погрузились в заботы о том, как свести концы с концами, «дебит» с «кредитом».

В первые месяцы пребывания в новой должности все мысли В. Путина были сосредоточены на подготовке к выборам на пост президента, которые были назначены на 26 марта 2000 года. Надо было так соизмерять свои слова и дела, чтобы и волки были сыты и овцы целы. Позиции новой буржуазной элиты не вызывали у него особых опасений, ее классовый инстинкт диктовал необходимость оказать полную поддержку кандидатуре В. Путина. Уже 12 января в «Президент-отеле» в Москве собралась группа «инициативных лиц» (выбранных и приглашенных туда администрацией президента), которые провозгласили своим кандидатом на предстоящих выборах В. Путина. В тот же день в столице Карелии Петрозаводске так же «стихийно» собрались 13 губернаторов Северо-запада России, которые также единодушно высказались в поддержку кандидатуры В. Путина. Заявления о вер-ноподданичестве посыпались со всех сторон. Из числа так называемой «демократической» интеллигенции первыми принесли присягу верности новому сюзерену Марк Захаров, Юрий Любимов, Константин Рай-кин. Стая политических перелетных грачей с шумом снялась с окрестностей лагеря лужковского «Отечества — вся Россия» и полетела к новой стоянке вокруг шатра нового вождя. Президент Башкирии Муртаза Рахимов, который на недавно закончившихся парламентских выборах обеспечил аж 80 % голосов в пользу блока «Отечество — вся Россия», теперь был готов идти на все, чтобы только В. Путин простил ему его вчерашние слабости. Еще вчера удельные князья в лице М. Шаймиева (Татарстан) и питерского губернатора В. Яковлева активно лоббировали кандидатуру Е.М. Примакова на пост политического лидера «Отечества — вся Россия» и возможного кандидата в президенты страны, а сегодня они с прежним красноречием и убедительностью стали уговаривать Е. Примакова не выставлять свою кандидатуру на предстоявших выбоpax, дабы не расщеплять ряды. Само отсутствие конфликтного, трудно предсказуемого Б. Ельцина работало на консолидацию проправительственных сил.

Олигархи наперебой до непристойности предлагали свою поддержку В. Путину, они даже довели дело до того, что ему пришлось публично сказать, что он обойдется без материальной помощи со стороны финансово-промышленных групп.

В мире политики и бизнеса царила лихорадочная активность. В кругах, называющих себя «элитой», всех мучил один вопрос: как подстроиться к новому «исполняющему обязанности». Ведь всего несколько месяцев назад вся эта верхушка была расколота на два лагеря, один из которых под вывеской «Единство» держался за Б.Ельцина, а другой под девизом «Отечество — вся Россия» во главе с Е.М. Примаковым, Ю. Лужковым и М. Шаймиевым готовился бросить вызов своим конкурентам. Речь не шла о радикальной социально-экономической альтернативе развития общества. На кону не стояла судьба России. Накапливался потенциал внутривидовой борьбы за право быть вожаком стаи «новых русских», уже оформившихся в новый класс буржуазии.

Появление новой фигуры на политическом небосклоне, да еще в качестве первого лица, существенно изменило расстановку сил в стране. Зная, что административный ресурс в России является основой успеха любых административных или экономических проектов, все, умеющие держать нос по ветру, толпой бросились к ногам В. Путина с выражениями верно-подданичества. «Процесс пошел», как любил говорить М.Горбачев. Уход Б. Ельцина имел своим наиболее заметным внутриполитическим результатом преодоление раскола в российской «элите», он положил начало консолидации правящего класса.

В истории давно замечено, что все крупные революционные или контрреволюционные процессы, связанные с коренной ломкой имущественных отношений и появлением нового правящего класса, характеризуются 10–12 летним периодом тотального разрушения (помните слова «Интернационала»: «Весь мир насилья мы разрушим до основанья, а затем — мы наш, мы новый мир построим….» и т. д.), после чего наступает полоса успокоения, стабилизации и укрепления нового порядка. Великая Французская революция, бушевавшая с 1789 по 1799 гг., превратилась в руках Наполеона Бонапарта сначала в Консулат, а потом в Империю. Великая Октябрьская революция бредила идеями мировой революции («от тайги до британских морей») с 1917 по 1927, а потом под крутой дланью И. Сталина стала заниматься пятилетками, индустриализацией, коллективизацией и т. д. Аналогичный путь проделала и китайская революция — от «великого скачка» и эпохи коммун до прагматизма Дэн Сяопина. События в России с 1991 по 2000 год так же были отмечены печатью разрушения, когда все было развалено «до основания». От старого порядка не осталось ничего. И вот теперь с приходом В. Путина должен был начаться новый этап укрепления власти нового правящего класса.

Спешно созданная в ходе приватизации российская буржуазия была напугана наметившимся расколом в ее собственных рядах и реанимацией народного протеста в ходе инициированного коммунистами в Государственной думе процесса принудительного отрешения Б. Ельцина от власти. Надо было кончать с разбродом и шатанием 90-х годов XX века. Эта стабилизационная миссия была поручена В. Путину.

Е.М. Примаков, которого часто называли «безразмерным носком» в силу исключительной способности приспосабливаться к любой социально-экономической и политической формации, вскоре публично заявил, что он не намерен выставлять свою кандидатуру на президентских выборах, а он в силу большой популярности мог стать единственной реальной альтернативой В. Путину. Ю. Лужков, всемогущий мэр Москвы явился с повинной в Кремль и заверил В. Путина в том, что созданное им «Отечество — вся Россия» готово свернуть свои знамена и слиться с проельцинским «Единством».

В. Путин не мог игнорировать бесспорный факт, что огромное большинство населения страны с нескрываемой ненавистью относилось к олигархам, тяжело переживало униженное положение страны в мире, поэтому он взял на вооружение совершенно другой язык общения со своим народом, нежели его предшественник. В его словах люди могли теперь услышать нотки патриотизма, напоминавшие о прошлом величии исторической России, о равноудаленности от олигархов и о многом другом, чего давно ждали уши россиян. 10 января 2000 года он подписал Указ о внесении изменений в Концепцию национальной безопасности, в соответствии с которыми Россия признавала для себя правомерным применение первой ядерного оружия для отражения агрессии, если все иные средства оказывались недостаточными. До сих пор мы декларировали готовность применить ядерное оружие только в ответ на ядерное нападение, а теперь сделали существенную поправку. Вероятно, необходимость этой коррекции была вызвана опытом агрессии США и НАТО против Югославии, когда западная авиация безнаказанно уничтожала не только военные объекты, но и всю гражданскую инфраструктуру страны. В США и странах НАТО сразу же заговорили о возвращении России к временам «холодной войны», хотя они сами никогда не отказывались от права применить первыми атомное оружие.

В. Путин, пришедший в большую политику под лозунгом «мочить боевиков в сортирах» довольно успешно вел линию на усмирение мятежа, что также вызывало поддержку населения России и изжогу у политиков на Западе, которые с удовольствием без устали давили на эту больную мозоль нашей страны. А тут, кстати, подвернулось так называемое «дело Бабицкого», которое еще больше насторожило Запад в отношении В. Путина. Андрей Бабицкий, российский гражданин известной национальности, поступил в свое время на работу в штат американской радиостанции «Свобода», которая использовала его для получения материалов по Чечне. Будучи вроде бы нашим гражданином, он свободно передвигался по всей территории РФ, а с удостоверением радиостанции «Свобода» он беспрепятственно проникал в зону действия чеченских боевиков, не раз присутствовал при допросах, пытках и казнях российских военнослужащих, которые попадали в плен к боевикам. Фотоматериалы и репортажи этого журналиста широко использовались в западных СМИ для антироссийской компании. Материалы, действительно, были, что называется «жареными», с места событий.

Но в начале 2000 года он при очередной попытке пересечь линию фронта попал в руки федеральных властей и встал вопрос, что с ним делать: отдать под суд как соучастника преступных действий, выслать за пределы России или отпустить с извинениями, как того требовали Соединенные Штаты. Вот тут-то и обнаружилось, что Б. Ельцин в 1991 году специальным распоряжением предоставил американской радиостанции особые привилегии на деятельность в России. Ей был выделен шикарный особняк в самом центре Москвы (в Старопименовском переулке), разрешено создать свою собственную корреспондентскую сеть в России в знак благодарности за помощь и поддержку, оказанные ему Соединенными Штатами в борьбе за власть. Возмущение общественности было безмерным, и В. Путин отдал распоряжение разобраться со статусом иностранной радиостанции на территории России, где она действовала против интересов нашего государства, участвовала как активный игрок на нашем политическом поле.

В те дни Збигнев Бжезинский злобно кричал: «Россия — это Сербия!», «Путин — это Милошевич!». Помнится, тогда российские власти в пропагандистских целях попытались послать в США 13-летнюю девочку из Саратова Аллу Гейфман, еврейку по национальности. Она была похищена чеченскими боевиками, которые издевались над ней, отрезали два пальца, чтобы добиться выкупа в 2 млн долларов от ее отца-предпринимателя, но посольство США по указанию из Вашингтона отказалось выдать ей въездную визу.

Реакция США была неадекватной на самые скромные попытки В. Путина освободиться от тех пут, в которые попал его патрон Б. Ельцин. В действиях Вашингтона присутствовал элемент психологического давления, желания «прощупать» нового российского лидера, который к тому же еще не был избранным на пост президента, а оставался «исполняющим обязанности». В западной прессе тогда заговорили о непрозрачности, непредсказуемости, закрытости В. Путина, называли его «черным ящиком» и пр. Почти синхронно с Западом активизировалась деятельность и «пятой колонны» внутри страны. «"Союз правых сил"», «Яблоко» стали открыто фрондировать, выдвинули лозунги с требованием дать гарантии собственности, урезать полномочия президента в пользу Государственной думы, отменить депутатские привилегии (это для демагогии). Депутаты этих политических группировок не раз покидали зал заседаний Думы.

Вот такая картина создавала иллюзию, что к власти в России пришел представитель лево-патриотических сил, который вот-вот начнет возрождать имперскую идеологию и, не приведи Господь, поставит вопрос о пересмотре итогов приватизации. На самом деле вскоре все спокойно вернулось на круги своя.

26 марта 2000 года в России состоялись выборы нового президента. На этот пост претендовало аж 12 кандидатов, хотя реальных было всего два: В. Путин и, может быть, Г.Зюганов (КПРФ), хотя все прекрасно понимали, что лидера коммунистов вряд ли кто пустит во власть, да и сам он вряд ли этого хочет. Еще три кандидата имели хоть какое-то различимое лицо: записной телеболтун Григорий Явлинский — старожил нашего политического курятника, бестолковый скандалист В.Жириновский, а также бывший коммунист, успешно сработавшийся с властью, и, по меркам России, удачливый руководитель администрации Кемеровской области Аман Тулеев. Последний должен был «оттянуть» на себя часть голосов коммунистического электората. Все остальные кандидаты (бывший генпрокурор Ю. Скуратов, чеченский предприниматель У. Джабраилов и прочие) представляли из себя кордебалет, который должен был перебирать ножками в глубине сцены, чтобы оттенять настоящего солиста, танцующего главную партию на авансцене.

Все силы объединенной проправительственной рати были брошены на то, чтобы одержать победу в первом туре, чтобы не позволить коммунистам надувать щеки от важности. Коммунисты за две недели до дня выборов попытались укусить В. Путина за самое уязвимое место, внеся на рассмотрение Госдумы проект обращения в Конституционный суд с признанием Указа N 1 не соответствующим российской Конституции, но пробить плотный строй защитников В. Путина им не удалось. Проект был отклонен.

Итог голосования был легко предсказуем заранее. В. Путин получил более половины голосов избирателей, Г.Зюганову досталось около одной трети, остальным по 1–5%. Теперь можно было начинать действовать смелее.

Вступление В. Путина в должность состоялось 7 мая 2000 г. в Андреевском зале Большого Кремлевского дворца. Бросилось в глаза отсутствие на главном подиуме Патриарха Алексия II (как выяснилось, он находился в соседнем Георгиевском зале, где были установлены мониторы, транслировавшие саму церемонию) и присутствие бывшего президента Б. Ельцина, к тому же выступившего с циничной неадекватной речью. Он опять со слезой в голосе советовал «беречь Россию!», которую сам довел до края могилы. Жаловался, что действовал методом проб и ошибок и т. д. Неуместное и ненужное присутствие Б. Ельцина насторожило общественность, понявшую, что его тень еще долго будет маячить за спиной нового президента.

Через три дня после инаугурации в Государственную думу была внесена кандидатура М. Касьянова на пост премьер-министра, хотя за ним давно уже тянулась дурная слава. Мирская молва нарекла его прозвищем «Миша 2 %» за склонность брать взятки за каждую санкционируемую им сделку. Он был известен как друг и единомышленник А. Чубайса, исповедовавший прозападные ультралиберальные взгляды. Дума утвердила его, не спросив о том, с какой программой он приступает к управлению российским хозяйством. Это вообще печальная традиция наших думцев: утверждать кандидатуры новых премьеров вслепую, в ходе скоротечной, не более 1–1,5 часа процедуры. Премьеры уходят также: без отчета о проделанной работе, без оглашения причин их отставки. Все — назначение и отставка зависят только от президента. Народ, общественность вообще не знают, кого они покупают себе на обед — зайца или кошку.

Вертикаль власти — главная стройка В. Путина

17 мая 2000 года В. Путин выступил по телевидению и обозначил свои первоочередные планы. Он объявил о своем намерении внести на рассмотрение Думы законопроект о реформе Совета Федерации, о предоставлении главе государства права снимать со своих постов глав субъектов федерации и распускать законодательные собрания на местах, если их действия противоречат Конституции или федеральным законам. Органы самоуправления предполагалось подчинить на местах губернаторам.

Надо вспомнить, что в то время Совет Федерации был весьма влиятельным политическим органом, он состоял из глав субъектов федерации и руководителей региональных законодательных органов. Губернаторы нередко перечили президенту, они, например, долго не давали согласия на увольнение с поста Генерального Прокурора РФ Ю. Скуратова, который вошел в конфликт с Б. Ельциным. Каждый из членов Совета Федерации (в прессе его иногда называли «сенатом») считал себя также «всенародно избранным» (правда, «труба пониже и дым пожиже», но все-таки), они часто сидели в Москве (многие имели персональные самолеты), лоббировали свои региональные интересы и кичились причастностью к решению важнейших общегосударственных задач. В то же время они были, конечно, носителями сепаратистских настроений, рожденных еще незабытым лозунгом Б.Ельцина: «Берите себе столько суверенитета, сколько сможете проглотить!». Во времена финансового дефолта 1998 года многие губернаторы стали считать свои областные, краевые, республиканские границы почти государственными, пытались установить подобие таможенных барьеров, чтобы уберечь свое население от разрушительных последствий. В прессе беззастенчиво велось обсуждение планов по созданию крупных автономных межрегиональных образований вроде «Балтийского края», «Уральской республики» и т. д. Тенденции к обособлению от Москвы — эпицентра геополитической катастрофы — были очевидны.

Среди руководителей субъектов федерации была велика доля тех, кто пришел к власти за счет голосов протестного электората, т. е. избирателей, наиболее пострадавших от экспериментов московских реформаторов. Более четырех десятков губернаторов (из 89) либо прямо принадлежало к членам или выходцам из КПРФ, либо не скрывало своих левых взглядов. Эта группа даже получила свое название «пояс красных губернаторов», потому что в основном их «угодья» располагались широким веером вокруг Москвы, охватывая регионы с преимущественно русским населением. Конечно, такое положение никак не могло устраивать центральную власть.

В. Путин предложил создать в стране 7 федеральных округов, причем каждый из них должен был возглавляться личным представителем президента. Это была очевидная контрольно-надзирательная система за деятельностью и поведением губернаторов. Формально задача полномочных представителей президента — руководителей округов — была сформулирована коротко и ясно: надо, дескать, привести все местные законодательные акты, которые успели напринимать за последние годы на местах, в соответствие с федеральными законами. Речь шла как бы о восстановлении единого правового поля России. При каждом таком представителе президента создавался некий мини-государственный аппарат в виде Управлений МВД, ФСБ, МЧС, Генеральной прокуратуры и других ведомств. Армия чиновников в России резко выросла численно, но зато губернаторам был существенно ограничен доступ к Президенту РФ и они оказались постоянно в поле зрения «государева ока». По прошествии нескольких лет эти федеральные округа решили первоначально поставленную перед ними задачу по унификации законодательства на всей территории России, но продолжают по инерции существовать и работать, выполняя контрольно-надзира-тельные функции. Общество их не особенно чувствует, средства массовой информации ими не интересуются, губернаторы их не слишком боятся, Кремль на них чрезмерно не полагается. Живут себе незаметно новые колонии чиновников, жуют казенный хлеб, коптят небо. Но на первом этапе выстраивания вертикали власти они сыграли свою роль в обуздании своеволия губернаторов.

Если создание 7 федеральных округов, на которые была поделена Россия, не вызвала особого противодействия со стороны региональных и местных властей, то предложенная В. Путиным реформа Совета Федерации стала на длительное время темой острых разногласий. Суть президентской инициативы состояла в том, чтобы полностью изменить порядок формирования Совета Федерации: вместо губернаторов и глав региональных законодательных собраний «сенаторские» места было рекомендовано заполнять выборными представителями от субъектов Федерации. По такой схеме избираются сенаторы в США и большинстве других стран, называющих себя демократическими. В. Путину очень хотелось ослабить потенциал Совета Федерации, кастрировать его как центр политической силы в государстве, который на последнем этапе администрации Б. Ельцина оказал прямое сопротивление самоуправству президента. У всех была жива в памяти история противостояния между Б. Ельциным и Советом Федерации из-за судьбы Генерального прокурора Юрия Скуратова, будоражившая Россию в течение весны и лета 1999 года.

Случилось так, что Ю.Скуратов, назначенный на свою должность в 1995 году, вошел в конфликт с не терпевшим никаких возражений Б. Ельциным по вопросам борьбы с коррупцией в стране. Президент запретил ему касаться этой больной темы, но Генеральный прокурор продолжал досаждать ему своими докладами. Наконец Б.Ельцин не выдержал и предложил ему подать в отставку с 1 февраля 1999 года под предлогом пошатнувшегося здоровья. Ю. Скуратов написал соответствующее прошение и был отправлен «на лечение». В санатории он вспомнил, что юридически право назначать и увольнять Генерального прокурора принадлежит Совету Федерации, а вовсе не президенту. «Поправившись» он решил вновь приступить к исполнению своих обязанностей. Разразился невероятный скандал. Рассвирепевший Б. Ельцин распорядился опечатать служебный кабинет Генерального прокурора, не пропускать его в здание прокуратуры и не выполнять его распоряжений. Сам Ю. Скуратов выступил 17 марта 1999 г. в Совете Федерации и сказал, что он не страдает никаким недугом, что его отставка вызвана антикоррупционными действиями в отношении ряда представителей высшего эшелона власти в стране. «Сенаторы» потребовали предоставления соответствующих материалов. Страна напряглась в ожидании сенсаций, и они не заставили себя ждать. Но явились они с другой стороны.

Однажды ночью по центральным каналам телевидения был показан снятый скрытыми оперативными камерами хлесткий компрометирующий фильм, в котором «лицо, похожее на Ю. Скуратова» и с голосом, похожим на голос Генерального прокурора, резвилось в сауне в костюме Адама в обществе двух девиц более чем легкого поведения. Это было ударом «под дых», но таковы уж нравы в кремлевской верхушке.

Еще дважды собирался Совет Федерации: 21 апреля и 13 октября 1999 г., и каждый раз упирался и не давал согласия на отставку Ю. Скуратова, ожидая от него представления серьезных разоблачительных материалов о коррупции в кремлевских кругах. Ситуация доставляла немыслимые страдания своенравному Б. Ельцину и не в последней степени повлияла на его решение подать досрочно в отставку. Но вот это упрямство губернаторов и решило судьбу прежнего Совета Федерации.

Предложения В. Путина о реформе Совета Федерации вызвали хотя и скрытое, но резкое неприятие со стороны губернаторов. Наиболее откровенно выразил свой протест Ю. Лужков, который в момент обнародования проектов, находился с визитом в Израиле. Остальные же его коллеги, не обладавшие таким весом, как московский мэр, ворчали и интриговали втихую. Несколько депутатов Государственной думы признавались журналистам, что на них оказывалось давление с целью заставить голосовать против президентских инициатив. Критики было много со всех сторон, но «сенаторы» так и не решились вступить в открытый конфликт с президентом. Они не поставили вопрос об отзыве всего пакета законодательных инициатив, а пошли по пути формулирования поправок, что само по себе означало победу главы государства.

За права губернаторов вступился тогда влиятельный Борис Абрамович Березовский, который обратился с открытым письмом к В. Путину, назвав его предложения недемократическими, неадекватными поставленным задачам, вносящими «неразрешимые противоречия и хаос в юридические основы конституционного правопорядка». «Крестный отец русской мафии», как называли Березовского в США, вдруг выступил в защиту демократии! Действия Березовского были понятны: многие губернаторы были его креатурами, он формировал движение «Единство» (нынешняя «Единая Россия») по заказу Кремля… и теперь все рушилось!

Для того, чтобы окончательно сломить сопротивление губернаторов, администрация президента организовала утечку в прессу информации о том, что, дескать, готовится законопроект о лишении губернаторов права неприкосновенности. Тогдашний представитель президента в Государственной думе Александр Котенков открыто угрожал им, что если они будут лишены неприкосновенности, то 16 человек из них завтра же предстанут перед судом. Никто не знал, на кого уже накоплены компрометирующие материалы ддя передачи в суды, но каждый чувствовал себя в душе виновным.

В ходе затяжных закулисных переговоров между Кремлем и губернаторами В. Путин пошел на ряд уступок. Он согласился, чтобы новых «сенаторов» (по два от каждого субъекта федерации) не выбирало население, а назначали — одного сам лично губернатор, а второго региональное законодательное собрание. Они же получали право отзывать своих «сенаторов», если те не справлялись с решением порученных им задач.

Чтобы окончательно успокоить губернаторов, В. Путин подписал в августе 2000 года Указ о создании Государственного совета Российской Федерации — нового, не предусмотренного Конституцией совещательного органа, в состав которого входили губернаторы и высшие чины исполнительной власти. Хотя Госсовет рекламировался как «центр политической жизни» или как «политический орган стратегического назначения», на самом деле он не вышел из рамок некоего форума, на котором президент мог бы услышать голос из глубинной России, а не только постоянных кабинетных докладчиков.

Так с тех пор и сформировался в России самый нелепый «сенат» в истории мирового парламентаризма, состоящий из назначенцев, многие из которых просто покупали свои места в Совете Федерации, другие получали их в виде поощрения за ранее оказанные президенту услуги. Таким образом, например, «сенатором» от Чувашии стал Б, Слуцкер (один из крупнейших финансистов страны, бывший руководитель Российского еврейского конгресса), от Республики Тувы в Сенат попали сразу два экстравагантных представителя, одним из которых оказалась вдова покойного экс-мэра Санкт-Петербурга А.Собчака мадам Л. Нарусева, а вторым московский банкир С. Пугачев. Орловский губернатор Егор Строев (в прошлом член Политбюро ЦК КПСС, а в демократическое время председатель Совета Федерации) побил все рекорды, направив в «Сенат» в качестве представителя исполнительной власти Орловской области свою собственную дочь, пользующуюся к тому же дурной репутацией в области. По такому же принципу набирались впредь и остальные сенаторы. Ни о каком профессионализме их говорить не приходится. Показателен хотя бы такой штрих: «сенатор» от Татарстана Рафгат Алтынбаев, назначенный на этот пост президентом республики М.Шаймиевым, вследствие какого-то конфликта был отозван им с формулировкой «из-за профнепригодности», но через некоторое время тот же Алтынбаев был вновь назначен «сенатором», только на этот раз от Рязанской области — тамошним губернатором генералом Г. Шпаком.

Можно представить, как потешались в своих информационных сообщениях из Москвы западные дипломаты, когда писали о составе российского «сената». Любой читатель может лично убедиться в «качественном» составе Совета Федерации, полистав страницы журнала «Российская Федерация сегодня» N 8 за апрель 2005 года, в котором по недосмотру были опубликованы краткие биографии всех членов «сената» путинского призыва. Кто-то из журналистов назвал «сенат» так: «Али Баба и 40 разбойников». Председатель Совета Федерации Сергей Миронов настолько перепутался этой публикации, что даже потребовал проведения специального расследования на предмет выяснения, кому и зачем это понадобилось. Конечно, на его переполох никто не среагировал, ибо никому в голову не приходило считать биографии «сенаторов» государственной или служебной тайной.

К концу второго срока администрации В. Путина опять возобновились разговоры о необходимости реформы «сената» и перехода на принцип прямых выборов сенаторов населением субъектов федерации, но уж очень трудно отказаться от практики использования «сената» как послушного инструмента и к тому же удобного отстойника для «нужных» людей.

В. Путин для успокоения общественности в конце концов принял решение, по которому впредь «сенаторами» могут быть назначены только лица, прожившие не менее 10 лет в том регионе, от которого они делегированы в Совет Федерации. Как говорится, ни два ни полтора, но все же.

В марте 2001 года, т. е. практически через год после своего избрания на пост президента В, Путин решился на первые крупные перестановки в правительстве. В народе к этому времени успело укрепиться расхожее мнение о том, что, дескать, В. Путин дал слово своему крестному политическому отцу Б. Ельцину не трогать никого из старой правительственной гарнитуры в течение по крайне мере первого года работы новой администрации. Теперь этот «запретный» год закончился, и можно начинать отстрел старых министров. Перемены коснулись в первую очередь так называемых силовиков. На место матерого ракетчика И. Сергеева новым министром обороны был назначен СБ. Иванов (тоже выходец из рядов разведки, как и сам президент). Министра внутренних дел В. Рушайло, который формально всю жизнь посвятил борьбе с организованной преступностью, а она тем временем только росла и крепла, заменил Б.В. Грызлов, который ранее работал в Государственной думе, являясь лидером фракции «Единство». Оба новых министра, под командой которых имелось около 4 млн вооруженных солдат и офицеров, были выходцами из Петербурга, не замеченными в связях с московскими олигархами. Они никогда прежде не имели никакого отношения к ведомствам, которые теперь возглавили, у них там не было своих связей, группировок, у них не было родовой пуповины, которая бы привязывала их к этим министерствам. Давно замечено, что чиновник, выросший в рамках одного министерства, очень долго будет смотреть на мир сквозь щелку своей профессиональной берлоги.

Новые министры серьезно укрепили позиции В. Путина. За годы «демократических преобразований» оба института были изрядно скомпрометированы в глазах общественности. Армия с ее дедовщиной, офицерской вседозволенностью и нищетой стала пугалом для родителей и детей. Избежать призыва в армию («отмазаться») стало делом доблести и геройства среди молодежи. Обыватели едко шутили, что российская армия снова стала «рабоче-крестьянской», т. е. в нее не шли не только сынки состоятельных родителей, но и вообще представители средних классов, интеллигенции, городских слоев.

МВД со своей стороны снискало себе славу одного из самых коррумпированных ведомств страны. Иностранцы оценивали масштаб зараженности коррупцией сотрудников МВД в 98 %, Отъевшиеся, неряшливо одетые, расхристанные милиционеры пугали граждан не меньше, чем насильники и грабители. К ним приклеилось название «оборотни в погонах». Надо было спасать эту структуру от окончательной гибели.

Новый президент никого при этом не обидел, всем уволенным дал новые назначения, кому побольше, кому поменьше. Это было приятным контрастом по сравнению с ельцинскими «рокировоч-ками», когда увольняемые нередко узнавали о своем отстранении от должности из сообщений в средствах массовой информации.

За надежность руководства ФСБ В. Путин не беспокоился. Директором этой структуры с августа 1999 года был Николай Платонович Патрушев, старый друг президента еще по петербургским временам и по совместной работе в ФСБ и в администрации президента Б. Ельцина. Когда в августе 1998 г. В. Путин уходил с поста начальника Главного контрольного управления, он рекомендовал в качестве своего преемника именно Н. Патрушева.

Взяв под свой контроль силовые структуры, В. Путин приступил к наведению «порядка» в средствах массовой информации, т. е. переподчинению их себе. В России для того, чтобы нагнать страху на целую деревню, вовсе не надо пороть каждого мужика, достаточно устроить показательную порку одного

— двух смутьянов. Вот этот метод — выборочности и показательности, был взят В. Путиным за основу дисциплинарного воспитания политических конкурентов и противников.

В качестве «козла отпущения» была избрана популярная телекомпания «НТВ», которая была создана в свое время В.Гусинским на государственные средства, полученные в виде займов от «Газпрома» и Правительства Москвы. Телеканал «НТВ» демонстративно пропагандировал прозападные взгляды на мир и на ситуацию в России, открыто поддерживал олигархов. Руководители «НТВ» явно переоценивали свои возможности, не захотели прислушиваться к настоятельным рекомендациям со стороны администрации президента умерить остроту своей критики Кремля и даже подняли шумную кампанию по защите свободы слова.

Власть ответила жестким требованием возвратить все кредиты, полученные от «Газпрома» (речь шла о сумме, приближавшейся к миллиарду долларов). Дальнейшее финансирование «НТВ» было прекращено под предлогом свертывания непрофильных активов тех государственных структур, которые ранее не совсем законно занимались кредитованием телекомпании. Первоначальный владелец «НТВ» В. Гусинский почел за благо бежать из России и укрылся в Испании. Старый менеджмент «НТВ» во главе с нагловатым Евгением Киселевым продолжал громко фрондировать, но 3 апреля 2001 года состоялось собрание акционеров, которое полностью заменило руководство компании. В одночасье «НТВ» из антипутинского стало пропутинским. Этот урок был хорошо усвоен многими другими руководителями средств массовой информации. Они стали дружно выстраиваться в стройные колонны под лозунгом «Одобрям-с!». Открытые политические оппоненты вроде Б. Березовского, уехавшего тоже в эмиграцию в Англию, стали избавляться от своих медийных ресурсов в России, почувствовав опасность полной потери их.

С той поры и до конца президентского срока В. Путина западные правительства и многочисленные правозащитные организации неустанно метали камни и стрелы в адрес Кремля, попрекая его нарушением демократии и свободы слова в России. Но для Кремлевских стен эти камни и стрелы не угроза, а так себе, слону дробина.

Международная организация «Репортеры без границ» включала В. Путина в ежегодно составляемый список государственных лидеров, ущемляющих свободу слова в своих странах. Наряду с ним в этих списках фигурировали руководители Китая, Пакистана, Ливии, Белоруссии, Туркмении, Зимбабве и Руанды.

Летом 2007 г. немецкая журналистская ассоциация провела в Гамбурге международную конференцию на тему «Свобода слова под давлением». На ней присутствовали журналисты из 20 стран, в основном из стран Восточной Европы, с Балкан, из постсоветских государств. Был и делегат от России, некто Олег Панфилов, возглавляющий Центр экстремальной журналистики. Так вот на этой конференции В. Путин был награжден антипремией «Закрытая устрица» с формулировкой «за уничтожение независимой журналистики», «за плохое отношение к журналистам». Российского президента назвали на конференции «кристально чистым противником свободы слова и прессы». Кстати говоря, В. Путин стал первым главой государства, удостоившимся такой «премии».

Бог с ними, западными журналистами! Они вообще ко всем российским реалиям относятся заранее предвзято. Но личный опыт автора также позволяет сказать, что свободы слова в России пока нет. Мне довелось в течение семи лет работать политическим комментатором телепрограммы «Русский Дом», которая шла по третьему каналу. Мы старались объективно и непредвзято оценивать и комментировать основные события, происходившие в стране и мире. Иногда мы высказывали и критические оценки действий Кремля и правительства. В 2003 году без всяких предупреждений телепрограмма была закрыта. Мы попробовали перейти на радиопередачи и какое-то время общались с нашей аудиторией на частоте «Народного радио», но вскоре (в 2004 г.) нам было отказано в доступе к эфиру опять-таки без всяких объяснений. На ухо шепнули, что такова была настоятельная рекомендация из кабинетов администрации президента.

Управившись с силовыми структурами, со средствами массовой информации, В. Путин начал активно обзаводиться надежной финансовой опорой. Для этого понадобилось устранить все прежнее руководство «Газпрома» и поставить во главе этого энергетического монстра своих надежных людей. Операция началась с того, что В.Черномырдин был отправлен послом в Киев под предлогом того, что он опытный газовщик и сможет быстро и эффективно решить вопрос о газовых долгах Украины перед Россией. Рэм Вяхирев, с 1992 года возглавлявший правление РАО «Газпром» был отправлен в отставку. Политический противник В. Путина Борис Немцов выразился по этому поводу так: «Эта смена поважнее, чем смена премьера!». Пресса давно обвиняла Р. Вяхирева в воровстве и коррупционности. В самом деле, государство, являющееся формально основным владельцем акций концерна (в его руках тогда находилось 62 % акций), длительное время не получало даже дивидендов на свои акции. Все средства уходили якобы на развитие. Абсолютно непрозрачный бюджет «Газпрома» в 90-е годы превышал бюджет всей России. Любимый сынок Р. Вяхирева Юрочка был генеральным директором дочернего предприятия «Газпрома» под названием «Газэкспорт». Дочь Татьяна также руководила крупной фирмой в системе «Газпрома». Это было государство в государстве. Бешеные деньги лились водопадом мимо государственных карманов.

Теперь этот источник райского благополучия перешел под другой контроль. Из Питера приехал никому не известный Александр Миллер, который и возглавил «Газпром» и сразу стал известен всем. Был основательно вычищен совет директоров, заменена большая часть менеджмента. Стоимость акций «Газпрома» на Лондонской бирже сразу же выросла на 10 %. Правда, никаких шагов по привлечению к ответственности вчерашних казнокрадов и мошенников власть не предприняла, она не захотела ворошить старые дела, может быть потому, что сама собиралась заниматься тем же только в более цивилизованной форме.

Прошло несколько лет, и Кремль провел закон о продаже крупного пакета акций «Газпрома» частным инвесторам. Впредь доля государственного капитала в этом концерне сокращалась до 51 % и «лишние» 11 % поступали на торги. Надобно заметить, что тогда 1 % акций «Газпрома» оценивался как минимум в 1 млрд долларов. Торги прошли келейно, без шума. Осталось неизвестным, кто приобрел огромные состояния, но в прессе мелькали сообщения, что покупателями стали некие оффшорные анонимные компании, владельцами которых были наши же граждане из числа «питерцев», входивших в ближний круг. Пуще самых важных государственных секретов в нынешней России хранятся в тайне реестры собственников крупных компаний.

В октябре 2001 г. В. Путин прибрал к рукам еще один крупный источник финансов — одну из естественных монополий страны, Российские железные дороги. С ельцинских времен этим акционерным обществом, 100 % акций которого принадлежало государству, руководил Н. Аксененко. Как профессионал-железнодорожник он сформировался в советские времена, но в период демократических реформ приобрел особый вкус к собственности и власти. Обладая крупной фигурой, нахрапистым характером, масштабными аппетитами, он быстро продвигался по служебной лестнице в 90-е годы: с 1997 г. он уже был министром путей сообщения, в 1999 г. стал вице-премьером и даже первым вице-премьером в переходных правительствах С. Степашина и В. Путина. Став президентом, В. Путин получил как бы «в наследство» неуемного Н. Аксененко, к которому питал особую привязанность Б. Ельцин, однажды даже представивший его кандидатуру в Государственную думу для утверждения на пост премьер-министра. Правда, он по непонятным причинам быстро отозвал свое собственное представление еще до рассмотрения вопроса в нижней палате.

Как и все деятели ельцинского периода, Н. Аксененко рассматривал вверенное ему ведомство как свою семейную вотчину. Для своего сына он создал частную фирму «Трансрейл», которая взяла под свой контроль все перевозки иностранных грузов по российским железным дорогам и, естественно, все доходы от них. При министерстве были созданы б фондов, в которые в обязательном порядке должны были «добровольно» вносить крупные суммы все начальники дорог. За счет государственных средств возводились элитные дома для руководящего состава, выдавались крупные премии и пр. При нем МПС получило саркастическое название «Министерство путей расхищения». Когда по инициативе В. Путина Счетная палата проверила состояние финансов МПС, то выяснилось, что министерство недоплатило в государственный бюджет 11 млрд. рублей налогов. Тарифы на перевозку грузов увеличивались или уменьшались в зависимости от величины полученных взяток. Чтобы избавиться от такого нечистоплотного «соратника», В. Путину пришлось дать согласие на возбуждение уголовного дела по материалам проверки Счетной палаты. Н. Аксененко понимал, что материалов для его осуждения было более чем достаточно, поэтому всю свою недюжинную энергию приложил к тому, чтобы тихо выйти сухим из воды, что соответствовало и новому курсу Кремля. На его место был поставлен очень авторитетный среди железнодорожников Геннадий Фадеев, уже имевший опыт работы в качестве министра этой отрасли. Однако это было промежуточным решением, потому что в качестве его заместителя в РАО «РЖД» был внедрен Владимир Якунин, не имевший никакого отношения ранее к железным дорогам, но старый друг и товарищ В. Путина по Санкт-Петербургу. Через короткое время именно он и возглавил всю железнодорожную сеть страны со всеми ее доходами.

К моменту прихода В. Путина в Кремль подавляющее большинство нефтяных ресурсов страны уже находилось в руках частных компаний («Лукойл», «ЮКОС», «Сибнефть» и т. д.) Большие объемы нефтяного экспорта и быстро растущие цены на это сырье на мировом рынке превращали нефть в самый лакомый кусок собственности. Но сразу наложить лапу на уже приватизированную собственность оказалось непросто, хотя очень хотелось. Надо было провести основательную подготовку. В качестве жертвы была выбрана компания «ЮКОС», руководителем которой был один из тогдашних крупнейших олигархов Михаил Ходорковский. Поскольку борьба с «ЮКОСом» носила многоплановый характер, ей посвящен отдельный раздел в этой книге.

В марте 2002 года был снят со своего поста Председателя правления Центрального банка России Виктор Геращенко, опытнейший банкир, занимавший этот пост еще во времена Советского Союза. Он имел за плечами многолетнюю практику руководства банковскими учреждениями за рубежом. Его вновь призвали к рулю Центрального банка России в тяжелейший период в сентябре 1998 года, когда демократические управленцы привели Россию к финансовому дефолту, В. Геращенко всегда отличался не только высоким профессионализмом, но и независимостью и смелостью в отстаивании своих позиций. Но профессионализм, как известно, вообще не в чести у российской власти, а самостоятельность и тем более ершистость, считаются неприемлемыми качествами чиновника. В силу этого для Виктора Геращенко не могло остаться места в новой колоде руководящих карт.

Замена носила привычный характер. На пост главы Центробанка был назначен Сергей Игнатьев, который был до 1991 г. преподавателем кафедры ценообразования Ленинградского финансово-экономического института, а в 1991 г. сразу стал заместителем министра экономики и финансов. Все последующие годы он неизменно занимал посты заместителей разных министров, в том числе и был заместителем Председателя Центробанка, но всегда оставался в тени и не привлекал к себе внимания. Теперь вся банковская система была поставлена под контроль надежного и легко управляемого человека.

Почти незамеченной для широкой общественности произошла перемена в статусе Счетной палаты РФ, которая в свое время была создана в качестве инструмента Государственной думы для контроля над расходованием бюджетных и вообще государственных средств. Теперь депутатам Госдумы было оставлено только право утверждать кандидатуры на все руководящие посты в Счетной палаты от ее Председателя до аудитора включительно, которые подбираются и вносятся от имени Президента РФ. Содержание и направление работы Счетной палаты определяется полностью Кремлем.

Через полтора года пребывания В. Путина на посту Президента РФ, осенью 2001 года, было положено начало созданию единой политической партии российской буржуазии. В нынешней России власть и СМИ избегают употребления общепринятых в мире политических категорий, заменяя их маловразумительными эвфемизмами. Вместо «капитализм» говорят: «рыночная экономика»; вместо «буржуазия» — либо «новые русские», либо «предприниматели», «работодатели» и т. д. Все ранее разобщенные группы нового правящего класса сошлись во мнении, что В. Путин может наиболее адекватно выражать и защищать их общие интересы, что целесообразно снизить накал внутривидовой борьбы и создать единую партию, которая, пользуясь большинством в Государственной думе, станет строить такое правовое государство, которое наилучшим образом будет соответствовать интересам буржуазии.

К этому времени основная часть бывшей общегосударственной социалистической собственности уже была поделена, причин для крупных конфликтов не оставалось. На первое место выдвигались соображения правового закрепления свершившихся социально-экономических перемен, установление стабильности и обеспечение гарантии необратимости победы буржуазии.

27 октября 2001 года было публично объявлено о создании «суперпартии» «Единая Россия», в которую вошли прежняя проельцинская партия «Единство» и созданная Ю. Лужковым и М. Шаймиевым партия «Отечество — вся Россия». Еще вчера циничный журналист Сергей Доренко, нанятый «Единством», размазывал по стенке политиков из лагеря соперников, шельмуя и Лужкова, и Примакова, а теперь этот телекиллер оказался никому не нужным. Ему платили крупные деньги за то, что он глумился над врачебной тайной, демонстрируя рентгеновские снимки тазобедренных суставов политических конкурентов Б. Ельцина, а теперь никто не подал голоса в его защиту, когда он попал под суд за наезд на своем «крутом» мотоцикле на прохожего.

Вчерашние вроде бы непримиримые противники теперь сидели рядышком в Колонном зале, обнимались, поздравляли друг друга. У них не было и нет идеологии, нет программы, они даже не знают, как назвать себя — центристами или правыми, — но их объединило стремление удержать и укрепить попавшую в их руки власть.

Форма проведения объединительного партийного съезда была точно скопирована с советских образцов: на все про все ушло не более 55 минут, а далее последовало: «Все встают, долгие и продолжительные аплодисменты!» Завершив в основном захват экономики государства, новая буржуазия теперь создавала политический инструмент для защиты своих имущественных и социальных прав. Надо вспомнить, что на последних выборах в Государственную думу в 1999 году большинство голосов (по сравнению с другими партиями) получили коммунисты. Они располагали в Думе 113 голосами, в то время как «Единство» имело 72 голоса, а «Отечество — вся Россия» и того меньше, всего 66. Теперь, объединившись, они получали 138 голосов и превращались в самую крупную фракцию в нижней палате Федерального собрания. Если учесть, что остальные три фракции, представленные в Думе в то время: СПС (29 мест), «Яблоко» (21 место) и ЛДПР (17 мандатов) — также стояли на антикоммунистических позициях, то станет понятно, что соотношение сил радикально изменилось.

Вслед за Советом Федерации наступило время для установления полного контроля и над Государственной думой. В обеих палатах Федерального собрания надо было сменить руководство. Для власти было нестерпимо видеть, что во главе Совета Федерации оставался Егор Строев, старый партийный чиновник КПСС. Это был спокойный, рассудительный человек, изрядно далеко отдреифовавшии в сторону от своих прежних коммунистических идеалов, но все таки по инерции считавшийся левым, а следовательно подлежащим замене. В результате закулисных переговоров с ним представителей президента, он дал согласие покинуть без шума свой пост председателя сената в обмен на гарантированное ему кресло губернатора Орловской области, где он когда-то был первым секретарем обкома КПСС. Е. Строев ушел, и на его место был выдвинут абсолютно никому в стране не известный геолог Сергей Миронов, который до прихода в сенат был первым заместителем председателя Законодательного собрания Санкт-Петербурга. Совет Федерации (в новой путинской конфигурации) — это вообще одна из наиболее легко управляемых структур для администрации президента, и поэтому не составило труда легко обеспечить его избрание на пост председателя. Мохнатая рука сверху втащила его за воротник в большую политику, хотя первые же его инициативы повергли в шок широкую публику. Он предложил сходу продлить срок пребывания президента на своем посту. Это был явный зондаж, но скороспелый и неподготовленный, а посему провалившийся. Людям с такой легковесной репутацией, как у Миронова, поручать такие инициативы нельзя.

Потом С. Миронов выступил с проектом переноса столицы страны в Санкт-Петербург. И снова неудачно. Он пытался создать для себя политическую партию под странным названием «Партия жизни», принимал участие в выборах 2003 года, но скандально провалился. Но, похоже, Кремлю «по барабану» все провалы С. Миронова. Он «свой человек», и это главное. Чтобы обеспечить ему живучесть, для него специально построили новую партию, названную «Справедливая Россия» из обломков бывшего блока «Родина», нескольких бывших коммунистов, «яблочников» и т. д. На период администрации В. Путина задачей С. Миронова было «рулить» Советом Федерации, чтобы не было никаких отклонений ни вправо, ни влево.

Гораздо труднее далось В. Путину сместить руководство Государственной думы. После 1996 года, когда был вынужден уйти в отставку с поста Председателя Госдумы один из самых бездарных политиков ельцинского времени Иван Рыбкин, запутавшийся в конце концов в сетях, расставленных Б. Березовским; спикером нижней палаты был избран Геннадий Селезнев. В прошлом видный деятель Коммунистической партии, он старался вести себя на новом посту предельно осторожно, всячески проявлял равноудален-ность от всех партийных центров, но как всякий совестливый человек он с трудом скрывал свою неприязнь к Б. Ельцину и его правительству. В период его пребывания на посту спикера в Государственной думе начался процесс подготовки импичмента Б. Ельцина, т. е. принудительного отстранения его от власти в соответствии с Конституцией. Для новой власти, сплошь покрытой родовыми пятнами предыдущего режима, было несподручно иметь дело с левым по своим убеждениям человеком.

В прессе внезапно, как по сигналу охотничьего рожка, началась травля Г.Селезнева и вообще фракции КПРФ в Госдуме. Их обвиняли в том, что они использовали аппарат Государственной думы в своих партийных целях (право бесплатной переписки, телефонных разговоров, копировально-множительной техники и т. д.). Раздались призывы к устранению коммунистов с постов руководителей думских комитетов (до этого времени руководящие должности в Думе делились по договоренности с другими партиями). Было очевидно, что шла психологическая подготовка к внутридумскому перевороту. В этой обстановке руководство КПРФ проявило очевидную растерянность и беспомощность. Оно явно не ожидало такого крутого поворота событий, оно слишком привыкло к относительно комфортной парламентской жизни. Вместо того, чтобы дать глубокую оценку изменившейся политической обстановке и выработать новую линию поведения партии, Г.Зюганов надеялся без всяких оснований на то, что президент В. Путин, к которому он обращался с открытым письмом, не даст свершиться несправедливости. Детские иллюзии для руководителя политической партии! Не дождавшись милости сверху, Г. Зюганов капитулировал по полной форме. Он отдал команду всем представителям КПРФ в руководящих органах Думы покинуть свои посты в знак протеста против произвола правительственного большинства.

Это поражение произвело очень тяжелое впечатление на все левые силы страны. Уже в течение многих лет КПРФ действительно сосредоточила всю свою работу именно в Государственной думе. Ее деятельность в парламенте была наиболее видимой и значимой. Еще вскоре после расстрела Б. Ельциным в 1993 г. Верховного Совета, КПРФ вместе с другими политическими партиями заявила об отказе от борьбы за власть насильственными средствами и теперь думская работы была для нее основным фронтом противостояния власти. И вот теперь руководство КПРФ само наносило удар по своему главному укрепрайону. А остальные фронты были основательно заброшены.

Большинство наиболее активных первых секретарей крайкомов и обкомов за эти годы превратились в депутатов, переехали в Москву, оторвались от своих партийных тылов, обуржуазились. Одна из догм марксизма гласит: «бытие определяет сознание».

Со времени запрета КПСС и легализации КПРФ прошло более 10 лет (к тому времени), но в рядах коммунистов не появилось ни одного заметного молодого лидера. Руководящее ядро КПРФ старело, «бронзовело», повторяя печальный опыт прежней КПСС. Ни в теории, ни тем более в практике не появилось ничего нового. Стратегия и тактика КПРФ устарели и не соответствовали новым условиям России. Простая критика власти приелась, несмотря на всю свою правильность. Давно было известно, что «мало объяснять мир, надо изменять его», а вот по второй части этой формулы у руководства КПРФ была явная дыра.

Крайне скудным продолжало оставаться информационно-пропагандистское хозяйство. Представительство в Думе с каждыми новыми выборами становилось все меньше и меньше. В партийных рядах по состоянию на 2007 год было 188 тыс. членов, т. е. чуть больше чем имел В. Ленин осенью 1917 г., накануне Октябрьской революции (140 тыс.), но качество дореволюционных большевиков было несравненно выше нынешних пенсионеров преклонного возраста. В такой обстановке силы сопротивления оказались подорванными.

Перед грубым напором со стороны проправительственных сил в рядах коммунистов возникли разногласия. Такие известные депутаты, как Г. Селезнев, Николай Губенко, возглавлявший Комитет по культуре, Светлана Горячева, председатель Комитета по делам женщин, семьи и молодежи и др. отказались подчиниться решению руководства партии, которое столь круто сокращало границы думских возможностей для политической работы. Все они были исключены 25 мая 2002 года из рядов КПРФ. Таким образом, Геннадий Селезнев потерял всякую опору и был вынужден покинуть свой пост Председателя Государственной думы. Вместо него кресло спикера временно заняла Любовь Слиска, волевая активистка «Единой России». Пройдет немного времени, и в 2003 г. В. Путин направит на пост рулевого нижней палаты преданного питерца Бориса Вячеславовича Грызлова, освободив его от хлопотных обязанностей министра внутренних дел. Пресса маленько поерничала насчет назначения «главного милиционера» на должность «главного законодателя», но быстро замолчала.

На выборах 2003 года в Государственную думу объединенные проправительственные силы в виде «Единой России», располагавшие неограниченными финансовыми ресурсами, поддержкой всего государственного аппарата и подавляющего большинства средств массовой информации одержали внушительную победу, получив 302 мандата в новом составе Думы. Располагая конституционным большинством в 2/3 голосов (всего в Думе 450 депутатов), Кремль мог теперь решать любые свои задачи путем принятия удобных законов. Никакого сопротивления (кроме словесного) никто оказать уже не мог. КПРФ — главная оппозиционная сила в стране — потерпела тяжелое поражение, ее представительство в Думе сократилось до 47 мандатов. Прозападные партии типа «Яблока» и Союза правых сил вообще не преодолели 7 % барьер и не прошли в Думу. Перед В. Путиным открылась неограниченная возможность лепить Россию по любой модели.

Опираясь на силовые структуры и полностью подконтрольную законодательную власть, В. Путин приступил к завершению строительства своей «вертикали власти» путем изменения порядка избрания глав субъектов Федерации. До сих пор руководителей республик, краев, областей и т. д. выбирали путем прямого голосования жители этих «субъектов федерации». С точки зрения чистой демократии такой порядок не вызывает нареканий. Но в условиях России достаточно быстро, за какие-нибудь 10–12 лет, прошедших после принятия Конституции 1993 года, выявились две существенные тенденции, угрожавшие единству страны. Во-первых, руководители крупных и богатых «субъектов Федерации», таких как Москва, Татарстан, Башкортостан, Екатеринбург и др., успели обрасти за эти годы плотными слоями местной мафии. Эту мафию можно называть региональной элитой, кланом, бандой и т. п., от этого ее суть и характер не изменится. Входящие в ее состав группы, семьи и отдельные лица срослись в единый административно-хозяйственный организм, нечто вроде полипа на теле субъекта Федерации. Они монополизировали власть и экономику на местах, не допускали к своей «кормушке» никаких конкурентов. Поскольку они не гнушались никакими средствами при защите своих интересов, к ним и прилипло название мафии. В нашей стране по привычке все подобные кланы называли издавна «мафиями»,

При Л. Брежневе была «днепропетровская» мафия, при Б. Ельцине «екатеринбургская», при В. Путине «питерская». Все они формировались на основе личной преданности, землячества, семейных связей и т. д. Местные мафии успели за время ельцинского безвременья нахватать много льгот. Самый влиятельный из местных князьков Минтимер Шаймиев (Татарстан) стал открывать в зарубежных государствах свои собственные посольства под названием представительств. Однажды он дошел до того, что публично заявил, что призванные на территории его республики военнослужащие не будут направляться в Чечню, и т. д. Не менее вызывающе вел себя и московский градоначальник Юрий Лужков, вступивший в конце 90-х годов в политический сговор с Шаймиевым и бросивший перчатку ельцинскому клану. Жена Ю. Лужкова Елена Батурина, используя административные возможности своего мужа, в кратчайший срок превратилась в миллиардершу в долларовом исчислении, захватила лучшую часть строительной индустрии в Москве, а затем вкупе со своими родственниками перенесла свои операции в другие регионы страны. По словам из близкого окружения Ю.Лужкова, грозный с виду и решительный на словах городской голова панически боится своей супруги и не смеет перечить ей ни в чем. Московский клан обладает наибольшими финансовыми ресурсами, потому что все центральные офисы нефтяных и газовых компаний находятся в Москве, а следовательно и налог со своих доходов платят здесь, в столице. По самым упрощенным расчетам, в белокаменном стольном граде находятся более 70 % всех российских банков и частных компаний. Московская земля безумно дорога, один ее квадратный метр стоит больше, чем 10 квадратных километров в иных регионах. Контроль над Москвой дает огромные и неоспоримые материальные и политические преимущества. Покойная демократка Галина Старовойтова, убитая за то, что везла в чемоданчике 1 млн долларов, любила повторять, что нет необходимости стараться привлечь на свою сторону российскую провинцию. Россия будет следовать примеру Москвы: «Что решат здесь, то будет законом и там!».

С такими тяжеловесами, самодостаточными и взаимосвязанными, пришлось столкнуться новой власти. Эти региональные вожди, разумеется, представляли опасность для целостности страны. Если кто-то из них и любил использовать в политической риторике тему общероссийских интересов, общегосударственных целей, то это лишь раскрывало глубину их политических амбиций и заблаговременную подготовку к возможному выдвижению своей кандидатуры на высший пост в государстве. Основным же содержанием их каждодневной работы, сердцевиной их мировоззрения, оставались все-таки заботы и философия удельных князьков.

Во-вторых, резкое ослабление центральной власти в России, а чем дальше от Москвы, тем сильнее чувствуется это ослабление, — привело к тому, что во многих регионах, даже не очень богатых, сформировались местные деловые круги. Выросшие чаще всего из теневой экономики, они решили выдвигать своих кандидатов на посты местных руководителей, чтобы проще решать свои хозяйственные вопросы и свести влияние Москвы до минимума. Особенно наглядно это проявилось в 2002 году, во время выборов губернатора Приморского края. Тогда Кремль выставил в качестве своего кандидата Г.В. Апанасенко, заместителя Полномочного представителя президента РФ по Дальнему Востоку. Местные политические и деловые круги в пику ему предложили кандидатуру Сергея Дарькина, абсолютно неизвестного в Центре предпринимателя, о котором ходили самые настораживающие слухи о его связях с теневыми дельцами и просто преступным миром. Кремль использовал все известные ему приемы избирательной политтехнологи, но все впустую. Его кандидат провалился, а победа досталась именно С. Дарькину. Пришлось признавать свое поражение и думать, что делать дальше. Чтобы не накликать еще большей беды, власть была вынуждена ладить и с С. Дарькиным, а то ведь, неровен час, и Дальний Восток может отделиться, вспомнив пример Дальневосточной республики, существовавшей в годы Гражданской войны.

Такая же опасность нависла и продолжает усиливаться в Калининградской области, где прежний губернатор Леонид Горбенко (избран в 1996 г.) настолько сросся с местной мафией, что его пришлось с немалым трудом заменять новым руководителем, на этот раз адмиралом В. Егоровым, до последнего момента командовавшим Балтийским флотом. Когда закончился срок В. Егорова, пришлось направить в Калининград московского чиновника Г. Бооса.

По всей российской периферии от Северного Кавказа до приарктических экзотических (экзотическими их называют потому, что их название не соответствует содержанию, например в Еврейской автономной области евреи составляют 1 % от всего населения, остальные — русские и другие народы. Этот феномен повторяется в Ханты-Мансийском округе, Ямало-Ненецком и др.) округов плодились случаи скрытого или плохо замаскированного противодействия центральной власти.

Для борьбы с этими тенденциями было принято несколько в целом правильных законов. Пришлось вспомнить, что по Конституции президент РФ имел право быть избранным на свой пост только два срока подряд, и негоже господам губернаторам навечно присыхать к своим креслам. Было решено, что положение о «двух сроках» будет всеобщим. Но тут политические старожилы, «саблезубые тигры» затеяли юридическую круговерть вокруг вопроса: «А с какого момента исчислять эти самые два срока? Со дня принятия нового положения, или с момента их первого избрания на занимаемый пост?». Начались различные толкования и посыпались противоречивые решения. Кому-то Кремль не давал согласия на выдвижение своей кандидатуры на очередной срок (обычно это случалось с неудобными кандидатами и к тому же не имевшими серьезного веса в общероссийской политической элите), другим приходилось открывать «зеленый свет», несмотря на явное нарушение закона. Так произошло с тем же М. Шаймиевым, который как был при советской власти первым секретарем Татарского обкома КПСС, так и остался несменяемым татарским баем до настоящего времени. Под стать ему руководитель соседнего Башкортостана Муртаза Рахимов. Таким же неприкасаемым остался Ю. Лужков. Кремль постоянно подчеркивал правоту старой русской поговорки: «Закон, что дышло: куда повернул, туда и вышло!». Другими словами, для тех, кто успел укрепиться правдой или неправдой и обрасти местной мафией, закон на этом этапе российской истории не страшен, он бьет только по мелким воробьям.

Точно так же выборочно применял президент и полученное им право сменять глав субъектов Федерации в том случае, если они нарушают федеральное законодательство. Помнится, что первой жертвой карающего меча президента стал руководитель администрации Карякского автономного округа на далекой Камчатке, которой был отстранен от должности за то, что не обеспечил надлежащую подготовку домов к зимнему периоду. Была учинена публичная порка, чтобы другие боялись.

Шли годы, губернаторы мало в чем изменили стиль своей жизни и руководства, даже в самых скандальных случаях коррупции или иных нарушений наказанию подвергались вице-губернаторы. Президент, при всех своих полномочиях, явно старался действовать по целесообразности, не трогая заматеревших региональных набобов. Зато любого «простого» губернатора, проявлявшего строптивость и политическое разномыслие, ждало суровое наказание. В мае 2007 года довольно широкую огласку получило решение В. Путина отстранить от своей должности губернатора Амурской области Леонида Короткова с формулировкой «за утрату доверия со стороны президента». Что же послужило реальной причиной увольнения? Ведь Л. Коротков был губернатором области с 2001 года, в 2005 году он получил «вотум доверия» от В. Путина на очередное переизбрание на пост главы администрации. Никаких претензий со стороны центра к нему не выдвигалось, хотя Амурская область входит в число наиболее депрессивных регионов страны. По площади она сопоставима с ФРГ, а вот населения там всего 870 тыс. Но оказалось, что Л Коротков (в прошлом член КПРФ, а потом и ЛДПР) публично и письменно высказался против президентских инициатив по изменению порядка назначения губернаторов. Такую же позицию разделяли многие другие руководители регионов, но он оказался «крайним». К тому же в его области на выборах в областную думу «Единая Россия» получила всего 16 % голосов, а в этом случае персональную ответственность за поведение избирателей несет губернатор.

Процедура устранения была довольно стандартной для России. Область сразу стала объектом придирчивых ревизий со стороны всех ведомств, а «накопать криминала» на любого губернатора не составляет никакого труда. Например Л. Короткова обвинили в том, что он, дескать, повысил отпускную стоимость электроэнергии на 0,7 коп. за квт/ч., а вырученные таким образом средства направил на содержание местного футбольного клуба «Амур». Другие обвинения были похожими. Ну скажите, кто спросит Кремль о том, насколько стали дороже железнодорожные билеты из-за того, что РАО «РЖД» содержит футбольный клуб «Локомотив» или сколько мы переплачиваем за газ, потому что «Газпром» тратит десятки миллионов долларов на покупку игроков для питерского «Зенита»? Никто не спросит, а если спросит, то никто не ответит. Но когда надо найти «зацепку», то выбранный козлом отпущения будет обвинен в непрофильных инвестициях, в злоупотреблениях служебным положением и т. д.

Когда гроза над головой Л. Короткова сгустилась, то все члены местного законодательного органа обратились с письмом к президенту страны, поддержав своего губернатора. Пустые хлопоты — 10 мая 2007 указ об увольнении амурского губернатора был подписан!

В 2005 году вопрос о контроле Кремля над всеми структурами региональной власти в России был в правовом отношении решен радикально. По новому закону, изменившему порядок назначения глав субъектов федерации, впредь Президент РФ получил право самостоятельно подбирать кандидатуру на пост губернатора (для простоты надо понимать под этим словом любого руководителя субъекта федерации). Эта кандидатура вносится на рассмотрение местного законодательного органа, который путем голосования «выбирает» нового руководителя региона. Чинить препятствия для утверждения представленной кандидатуры не рекомендуется, потому что Президент РФ может в таком случае распустить местное законодательное собрание.

Эта процедура очень напоминает ту систему, которая существовала в советские времена, когда ЦК КПСС рекомендовал кандидатуру на пост первого секретаря крайкома, обкома и т. д., а пленум крайкома, обкома и т. д. «избирал» предложенную кандидатуру на высший пост в местной властной иерархии. Правда тогда все делалось в рамках партийных структур, а теперь процесс приобретал вроде бы общенародный характер, поскольку и Президент РФ и местное законодательное собрание избираются на выборах, хотя суть дела не меняется.

Закон о назначаемости губернаторов, поставивший по существу жирную точку в строительстве вертикали власти В. Путина, вызвал долгую и шумную дискуссию как внутри России, так и за ее пределами. Запад, как и ожидалось, выразил резкое неприятие кремлевского нововведения. В. Путина обвиняли в нарушении демократии, в насаждении централизма. Это вполне понятно, потому что для недругов России всегда было выгодно расползание ее государственной одежки, на Западе всегда поддерживали и будут поддерживать любых сепаратистов, любые центробежные тенденции. Неизменная историческая цель Запада — всемерное ослабление и желательное расчленение России. Они всерьез рассчитывали, что при прежнем «выборном» порядке мог бы появиться какой-нибудь рисковый губернатор где-нибудь, например, в Калининградской или Сахалинской области, или на худой конец, на Чукотке, который захотел бы отделиться от России. При определенных условиях ничего не стоит обеспечить соответствующее волеизлияние подданного ему народа. Например Роману Абрамовичу удалось гарантировать почти 100 % поддержку своей кандидатуры на пост губернатора Чукотки путем бесплатного подарка — каждому избирателю 140 кг. продовольствия. Обращение за помощью к так называемому «мировому сообществу» обеспечило бы сепаратистам не только симпатии, но и прямую экономическую и иную поддержку. Что могут сделать центральные власти России, если бы, скажем, подобный вариант развития возник в Калининградской области, на территории которой базируется и весь Балтийский флот, и крупные сухопутные силы?

Много лет Запад активно поддерживал сепаратистов на Северном Кавказе, признавал де-факто самозваных глав несуществующих государств, принимал их эмиссаров, руководствуясь извечной мечтой об углублении распада России. Теперь шансы на успех подобных расчетов существенно сокращались. Право Кремля назначать глав субъектов федерации, возможность снимать их в любое время, равно как и распускать региональные законодательные органы, безусловно, надо признать необходимыми и оправданными в конкретных условиях России начала XXI века. Сохранение целостности российского государства на период его выздоровления от чумы 90-х годов важнее, нежели отстаивание демократических ценностей, которые в России имеют пока декоративный, «фанерный» характер.

Внутри страны новый порядок назначения губернаторов подвергся яростной критике со стороны как правой, так и левой оппозиции. Понять можно как одних, так и других. «"Союз правых сил"» и «Яблоко» почти никогда не расходятся с Западом в оценке ситуации в России, тут они ведут себя, как их ручные собачки-болонки.

Коммунисты же смотрят на эти нововведения как на шлагбаум, закрывающий им дорогу к возможной победе на выборах главы администрации в одном отдельно взятом регионе. Они никак не могли забыть те недавние времена, когда почти в половине субъектов федераций на постах губернаторов были либо люди с партийными билетами в кармане, либо пришедшие к власти с помощью КПРФ. Теперь это оставалось сладкими воспоминаниями, затянутыми дымкой прошлого. 15 января 2008 года было прекращено членство в КПРФ последнего из тех «могикан», губернатора-коммуниста Владимирской области Николая Виноградова.

Президент, однако, постарался по мере возможности успокоить и несколько обнадежить и тех, и других. Он неоднократно публично заявлял, что если, мол, на выборах в местное Законодательное собрание победит какая-нибудь партия, то он, президент, учтет волю избирателей и внесет кандидатуру на пост главы субъекта Федерации с учетом результатов голосования.

Новый централизованный порядок назначения губернаторов имеет свои определенные внутриполитические преимущества. Во-первых, он приглушает ожесточенное противоборство различных мафиозных группировок за губернаторские места. Не будет целой ватаги претендентов на лакомые кресла, не будет преступных (иной раз и кровавых) «разборок» между соискателями, перестанут попусту тратиться огромные деньги на «демократические» выборы. В головах людей будет поменьше дури от иллюзии выборности. Во-вторых, теперь ответственность за качество работы губернатора будет нести практически глава государства, ибо он рекомендовал его на этот пост. Прежде «всенародно избранный» руководитель республики, края, области считал себя по существу бесконтрольным хозяином. Никаких реальных инструментов контроля над деятельностью губернатора со стороны людей, отдавших ему свои голоса, не было.

Для Кремля и для удельных князьков сложившаяся система является наиболее удобной. Президент РФ выглядит вроде сюзерена для местных вассалов, он теперь не связан конституционными ограничениями сроков пребывания выборных лиц на своих постах. Может сколько угодно сроков подряд разрешать губернаторам управлять своими уделами, но формально может в любой момент отрешить их от должности. Главы субъектов Федерации прекрасно понимают, что для них самое главное — сохранять полную лояльность главе государства, поддерживать субординационный контакт с администрацией президента и вообще «держать нос по ветру». Ответ за все они будут нести не перед избирателями, а только перед президентом.

Качество управленческих кадров от этого закона не изменится. В этом отношении показателен случай, происшедший в 2007 году с переназначением губернатора Брянской области, которая в течение многих лет считалась оплотом коммунистов. В 2004, когда проводились еще по старым правилам выборы главы администрации, прежний губернатор области Юрий Лод-кин был снят с выборного процесса по решению суда и новым руководителем региона был избран Николай Денин — крупный предприниматель и депутат Государственной думы от «Единой России». За Н. Дениным вскоре потянулся шлейф судебных дел, потому что в 2005 году он, направляясь в Москву за рулем своего «крутого» джипа, сбил в районе г. Обнинска 53-летнюю женщину, которая скончалась на месте. Пришлось использовать пресловутый административный ресурс, чтобы в конце концов освободить лихача от уголовного преследования. Но в 2007 году расследования Генеральной прокуратуры выявили факты крупного мошенничества, к которым был причастен Н. Денин, с целью присвоения им птицефабрики «Снежка» в Брянской области. Формально полномочия брянского губернатора истекали в декабре 2008 года, но сам Н. Денин заблаговременно (до возможного рассмотрения дела о мошенничестве в судах) обратился к В. Путин с письмом о доверии, и Кремль дал согласие на его переизбрание, будучи уверенным, что все пройдет «без сучка и без задоринки», поскольку Брянская областная дума теперь состоит на две трети из представителей «Единой России».

Окончательным завершением строительства вертикали власти можно считать реформу избирательной системы в России в части, касающейся выборов в Государственную думу. Целью реформы было создание системы рогаток и фильтров, которые бы гарантировали Кремль от проникновения в парламент нежелательных для власти партийных фракций и отдельных депутатов. В 2003 году на выборах в Думу в большой степени неожиданно для Кремля прорвался народно-патриотический блок «Родина», созданный из нескольких небольших партий. Администрация президента, которая регулирует весь избирательный процесс, поначалу не только не препятствовала предвыборной агитации блока «Родина», но даже потворствовала руководителям блока. С. Глазьев, а особенно Д.О. Рогозин были частыми гостями в апартаментах на Старой площади. Власть думала, что она создает послушный себе инструмент социал-демократической направленности для привлечения части избирательного корпуса, голосующего за коммунистов. А граждане России совершенно серьезно расценили появление блока «Родина» как государственно-патриотическую альтернативу «Единой России».

Результаты выборов напугали власть. Блок «Родина» получил в Москве и Санкт-Петербурге по 15 %, а в целом по России 9 %. Фракция «Родины» в Думе в составе 38 человек повела себя как активная политическая сила лево-патриотического направления. По всем важнейшим законопроектам она стихийно, без всякого предварительного соглашения голосовала вместе с коммунистами, руководствуясь своим социальным инстинктом. Рождение «Родины» было полным провалом планов Кремля создать контролируемую им «оппозицию». Коллективное руководство в блоке «Родина» до поры до времени не позволяло Кремлю обзавестись одним «кукловодом», в результате чего ему пришлось длительное время стравливать между собой лидеров «Родины», коррумпировать или запугивать ее депутатов, пока, наконец, не удалось развалить его полностью. Но главный вывод был сделан: в России нельзя допускать никаких избирательных блоков, нельзя допускать объединения никаких оппозиционных партий и движений. Сплоченность удесятеряет силы противников власти.

Новый избирательный закон запрещает формирование избирательных блоков. Теперь (начиная с 2007 г.) для участия в выборах в Государственную думу будут допускаться только самостоятельные политические партии, получившие соответствующую регистрацию в Министерстве юстиции.

В допутинские времена Государственная дума формировалась по смешанному принципу: половина ее депутатов (225) избиралась по партийным спискам, пропорционально общему количеству голосов, полученных партией на выборах, а вторая половина состояла из так называемых одномандатников, т. е. депутатов, одержавших прямую победу над своими политическими конкурентами непосредственно в избирательных округах. Одномандатники были гораздо теснее связаны с избирателями, нежели с лидерами тех партий, от которых они выступали. Эти депутаты, как правило, были выходцами из тех территорий, которые они представляли, или долго там работали. Получив в ходе голосования доверие своих избирателей, они чувствовали, что должны всемерно защищать интересы своего округа. В конце концов, они были обязаны своей политической карьерой только избирателям. Эта категория депутатов была «неудобна» для власти. При обсуждении бюджетных вопросов они постоянно досаждали своими местническими интересами, нередко перечили своим партийным боссам, гордились тем, что они пришли в Думу в качестве прямых делегатов народа.

По новому избирательному закону выборы по одномандатной системе отменяются. Теперь вводится только пропорциональная система по партийным спискам. Рядовой избиратель теперь увидит перед собой только партийные списки и будет голосовать за партию, а не за конкретного кандидата в депутаты. При новой системе кандидаты будут зависеть исключительно от воли партийного лидера, который будет решать, включать ли соискателя мандата в избирательный список или нет, на какое место в партийном списке его поставить, сколько средств выделить ему на ведение избирательной кампании и т. д. От рядовых избирателей теперешние кандидаты в депутаты абсолютно независимы, поскольку не существует никакой системы отчетности депутатов перед электоратом, как и не существует системы отзыва депутатов, если те не справляются с выполнением своих предвыборных обещаний.

Депутаты Госдумы V созыва и возможно последующих, если ныне установленный порядок не будет изменен, будут людьми, отличающимися безусловной преданностью своим партийным лидерам. Многие, по установившемуся правилу, просто купят свои мандаты за солидные финансовые взносы в партийные кассы.

Чтобы предотвратить дезертирство депутатов в случае кризиса в правительственном лагере, по новому закону запрещается переход депутата из одной фракции в другую. Это своего рода «крепостное право». Покинувший ряды своей фракции депутат автоматически теряет мандат. Ясно, как Божий день, что эта мера направлена на принудительное сохранение единства правительственных рядов.

Для еще большего «закабаления» депутатов даже вносились предложения, чтобы фракция имела право лишать своего депутата мандата, если он вдруг позволял себе отходить от «генеральной линии партии». Слава Богу, что такие предложения не получили развития.

Из избирательных бюллетеней впредь удалена графа «Против всех», дававшая прежде возможность избирателям выразить свой протест против самой избирательной системы. Очень нередки были случаи, когда доля голосов «против всех» достигала 10 %, а однажды произошел курьезный случай, когда число голосов «против всех» составило 18 % и этот виртуальный «кандидат» (этакий «поручик Киже») обошел всех других кандидатов. Выборы пришлось признать недействительными и назначить дополнительный тур, «Против всех» голосовали политически активные граждане, которые не поленились придти на избирательные участки, но у которых накопилось так много недовольства и раздражения, что они отвергали все и вся. Ликвидируя соответствующую графу, власть как бы затыкала рот этому протестному электорату. Теперь этой категории граждан вроде и не существует в политической жизни страны.

Исключительно серьезным было принятие положения о ликвидации так называемого «порога явки» избирателей, для признания законными результатов выборов. Прежде считалось, что для легитимности итогов выборов необходимо было участие 20–25 % избирателей от их списочного состава. Нараставшая пассивность населения, убеждение людей, что они не в состоянии повлиять на судьбу страны или свою собственную через процедуру выборов, вели к тому, что участие населения в выборах все время сокращалось. Создавалась опасность, что результаты выборов будут признаваться незаконными из-за слишком низкой явки избирателей к урнам для голосования.

Создалась парадоксальная ситуация: с одной стороны власть была совсем не заинтересована в повышении политической активности населения, а с другой опасалась, что будет парализована из-за пассивности избирателей сама «демократическая выборная система». Выход Кремль нашел в радикальном решении — отменить вообще всякий норматив явки избирателей для признания законными результатов выборов. Теперь выборы будут признаны состоявшимися даже в том случае, если на них придет хоть один — два человека из 108 миллионов избирателей России. Для правительственной партии это идеальный выход из положения. Власть легко сможет принудительно обеспечить и проконтролировать участие в голосовании военнослужащих всех силовых структур, отрядов правительственных чиновников, бюджетников и т. д., которые отдадут свои голоса «Единой России». Подобных рычагов в руках других политических партий нет, Поэтому при общем сокращении числа голосующих (люди разуверились в «демократии») процент голосов, поданных за проправительственную партию, возрастет.

Реформа избирательного законодательства привела к тому, что между властью и народом был вырыт непреодолимый ров, сами выборы стали в большой степени формальностью. Правящая партия «Единая Россия» демонстративно отказывается участвовать в каких-либо предвыборных баталиях и вести публичную дискуссию с представителями других партий. Она выставляет напоказ свою уверенность в победе и не желает выслушивать критику в свой адрес или отвечать на острые вопросы своих противников.

Всякая критика избирательных нововведений со стороны оппозиции игнорируется, а со стороны представителей правительственного лагеря наказывается. Например, Председатель Центральной избирательной комиссии А. Вешняков, находившийся в момент внесения этих законодательных инициатив в загранкомандировке, отвечая на вопросы иностранных журналистов, высказал всего лишь сомнения в их целесообразности и своевременности. Он был вскорости отстранен от своего поста и отправлен послом России в Латвию. Чтобы другим неповадно было.

Строительство вертикали власти, разумеется, не имеет ничего общего с демократией, хотя о ней всуе твердят высшие правительственные чиновники при каждом удобном случае. Только однажды автору на глаза попалось высказывание заместителя руководителя администрации президента В. Путина г-на В.Суркова, который претендует на роль «идеолога» правительства, сказавшего примерно так: «В России нет демократии, и не будет в течение ближайших 10–15 лет». Когда самого В. Путина журналисты за рубежом спросили о степени демократичности выбора кандидатуры на пост премьер-министра в России, он ответил, что процедура назначения руководителя правительства в РФ «не является демократической и не является антидемократической, она осуществляется в соответствии с законом».

Встает вопрос, готова ли Россия и наш народ к демократии? Может быть вертикаль власти, выстроенная В. Путиным, соответствует тому историческому периоду, который переживает наша страна, и наиболее адекватна потребностям большей части общества?

Пока в мире известны только два пути формирования демократических обществ и государств. Первый — это путь США, где демократия формировалась снизу, стихийно, путем договоренностей между основными участниками государственного строительства. В США в какой-то мере нашли свое воплощение идеи Ж. Руссо, изложенные в его труде «Общественный договор». Лишь в середине XIX века, в ходе Гражданской войны, в США президент А. Линкольн применил насилие для утверждения демократии на Юге.

Демократия в главных европейских странах формировалась через целую цепь революционных потрясений, экспорта демократических завоеваний путем войн, иных форм политического насилия, Демократию в Европе отвоевывали у носителей отживших порядков. Россия не знала на протяжении всей истории демократии, кроме давно забытых вечевых республик Новгорода и Пскова. Короткий период демократии между февралем и октябрем 1917 года только подчеркнул нежизнеспособность этой модели государственного устройства в России, которая в результате перескочила одним прыжком из абсолютной монархии к диктатуре пролетариата. 90-е годы прошлого века, когда распахнулись ворота для «демократии», ознаменовались самым диким разгулом беззакония, когда власть цинично глумилась над народным волеизъявлением, Достаточно вспомнить подавляющую победу сторонников сохранения СССР на мартовском референдуме 1991 г. и сепаратистскую деятельность Б.Ельцина, приведшую к распаду великой державы. Прибавьте расстрел из танковых орудий в октябре 1993 г. Верховного Совета, избранного по самым чистым правилам демократии. Освежите в памяти события 1996 года, когда безнадежно больного Б.Ельцина удержали у власти путем открытого запугивания общества и прямой фальсификации результатов выборов.

Все усилия В. Путина по строительству «вертикали власти» не встретили отторжения или тем более сопротивления со стороны широких кругов общественности. Основная доза критики шла со стороны оппозиционных политических партий и движений, не располагавших поддержкой большинства населения. Рейтинг президента все время рос.

Можно сделать вывод, что Россия, к сожалению, пока не созрела для настоящей демократии.

Когда-то один из видных политических деятелей Латинской Америки в беседе с автором сказал: «Ваши руководители в Москве вовсе не коммунисты по своему сознанию. Они похожи на людей, которые не побывали в бане, а лишь надели свежее белье на потное тело!». Жизнь показала правоту его слов, которые, увы, применимы в такой же мере, как ко вчерашним коммунистам, так и к теперешним демократам. Наши руководители не готовы к демократии, потому что к ней не готов и народ. Гражданская сознательность наших даже наиболее продвинутых в этом отношении соотечественников сразу дает течь, как только ее пробуют оценить в денежных купюрах.

Помнится, как несколько лет тому назад Владимир Жириновский поехал в г. Брянск на собрание избирателей, большинство которых было настроено прокоммунистически. В ту пору губернатором Брянской области был коммунист Ю. Лодкин, а в Государственной думе неизменно привлекал к себе внимание прессы единственный депутат-рабочий (от Брянской области), коммунист В. Шандыбин. Так вот, войдя в зал под шиканье и улюлюканье собравшихся, «сын юриста» вместо политической дискуссии со своими оппонентами, сказал: «Вот я получил зарплату депутата, я знаю, что вы живете трудно. Моя зарплата — это ваши деньги, деньги простого народа!». И с этими словами он стал бросать в зал заранее размененные пятидесятирублевки. В задних рядах ему стали помогать помощники. Народ кинулся собирать бумажки, тщательно организованный коммунистами митинг был сорван, превращен в потасовку из-за мятых купюр. Точно так, как описана похожая сцена М. Булгаковым в его романе «Мастер и Маргарита». Прошло время, и 12 апреля 2005, когда «Родина» проводила митинг студентов — своих сторонников — на Горбатом мосту (около Белого Дома в Москве) В. Жириновский повторил этот же самый трюк, чтобы привлечь к себе внимание и расстроить ряды противника. Это были уже не коммунисты, а патриоты-государственники, и не рабочие, а студенты высших учебных заведений Москвы. Жириновский только повысил плату; он стал раздавать пятисотрублевые купюры, но эффект оказался прежний. Около него столпились митингующие, забывшие про ораторов. Стоит ли говорить, что в далекой провинции такой прием «политической» борьбы дал бы еще более сокрушительный эффект.

В этих условиях гражданской незрелости нашего общества приходиться признать, что всякая демократия превращается в разнузданность, свобода вырождается во вседозволенность, выборы в бесстыдное соревнование денежных мешков, а все мы начинаем страдать от вопиющего несоответствия слов делам. Усиление власти Центра, строительство «вертикали власти» при В. Путине можно было бы считать в принципе позитивным для России, если бы не одно обстоятельство, если бы это строительство не проводилось в интересах одного класса — новой российской буржуазии, той самой олигархическо-чиновничьей «элиты», которая привела его в Кремль. Жесткая государственная власть в «варианте Путина» ставит своей задачей создать максимально благоприятные условия для процветания только этой узкой социальной группы. Она, эта власть, никак не нацелена на решение настоящих крупных государственных задач, на создание современной научно-технической базы, на сохранение и преумножение русского народа, повышение его творческих способностей.

Поэтому-то опубликованный в 2007 г. к думским выборам документ под названием «План Путина» тут же был окрещен оппонентами в «Клан Путина». Таковы свет и тени созданной «вертикали власти».

Экономическая «стратегия» и промышленная политика В.Путина

В 2000 году, когда В. Путин в первый раз занял пост президента страны, он хотя бы внешне, как многие из вновь попавших на высшую руководящую должность людей, озаботился тем, чтобы разработать некую целостную программу экономического развития страны на ближайшее десятилетие. Это нормальное здоровое желание, но сам он не имел, по-видимому, сколь-нибудь определенного взгляда на этот комплекс проблем, поскольку сам никогда ранее не занимался серьезно экономикой. Мелкая приватизационная активность и полупрозрачные сделки с иностранными клиентами в бытность заместителем мэра Санкт-Петербурга не идут в счет. Поручение заняться разработкой такой программы было дано министру торговли и экономического развития Герману Грефу, одному из самых своих ранних питерских друзей, выходцу из семьи высланных в Сибирь в 1941 году немцев Поволжья. Г. Греф подготовил вариант такой программы и представил ее президенту в том же году. Документ был основан на крайне либеральных взглядах ее автора, отрицавших какую-либо серьезную роль государства в экономике страны. По существу это было продолжением той линии, которая в начале 90-х годов исповедовалась недоброй памяти Егором Гайдаром, наивно полагавшим, что рынок автоматически наведет новый «естественный» порядок в экономике страны.

Память о разрушительных итогах прошедшего десятилетия была слишком свежа, чтобы автоматически полагаться на прежние концепции. Программа Г. Грефа была подвергнута экспертизе в структурах исполнительной власти, в течение года в нее вносились бессчетные поправки, но она так и не получила официального одобрения со стороны главы государства. Более того, президент поручил группе экономистов во главе с губернатором Хабаровского края, членом-корреспондентом Российской Академии наук Виктором Ишаевым подготовить альтернативную программу.

22 ноября 2000 года новый разработанный документ был представлен на первом заседании только что сформированного президиума Государственного совета, на котором собрались представители кремлевской и региональных администраций России во главе с В. Путиным. Программа В. Ишаева, изложенная на 100 страницах, была признана «значительной и важной». Но В. Путин не был бы самим собой, если бы твердо и решительно высказался в пользу одного из двух предложенных вариантов развития. Документ, подготовленный группой В. Ишаева, предусматривал совершенно иной путь для России. Он основывался на необходимости решающей роли государства в преодолении разрухи и выводе страны на дорогу устойчивого развития. Предлагалось сконцентрировать все усилия на возрождении реального сектора экономики, мобилизовав для этого все ресурсы и сохранившиеся мощности российской промышленности. Государство должно было стать основным инвестором в инфраструктурные сферы экономики (энергетику, транспорт и т. д.). Говорилось о неотложной необходимости расширить внутренний рынок путем повышения уровня жизни населения. Если программа Г. Грефа предусматривала сокращение социальных обязанностей государства, то вариант В. Ишаева исходил из необходимости сохранения социальной компоненты государственной политики.

В какой-то мере политический курс, предложенный группой под руководством В. Ишаева, можно сравнить с известной программой Франклина Рузвельта, получившей название «Новый курс», направленной на преодоление последствий экономического кризиса 1929 года. В. Путин не может претендовать на масштаб Ф. Рузвельта как политик. (Только в 2006 году он впервые упомянул в своем ежегодном Послании Федеральному собранию имя этого выдающегося государственного деятеля США, публично выразив зависть к его политике). Поэтому он не решился принять за основу своего курса программу В. Ишаева. В. Путин в свойственной ему манере предложил объединить предложения группы Грефа и Ишаева и создать комбинированный вариант, то есть запрячь в одну повозку «коня и трепетную лань». Ничего путного из этого, разумеется, не получилось. Вода и масло не смешиваются.

Как известно, Г. Греф остался на своем посту министра торговли и экономического развития и упорно в течение всех последовавших лет администрации В. Путина руководствовался своими либеральными взглядами в практическом руководстве экономикой. В. Ишаев, несмотря на широкую общественную поддержку его взглядов и предложений, остался губернатором Хабаровского края, уважаемым человеком, не более того. Его интеллектуальный потенциал оказался невостребованным. Россия как государство осталась без четких ориентиров в своей экономической и социальной жизни. Продолжилась линия того же Б. Ельцина, который, уходя в отставку, каялся, что действовал методом проб и ошибок. В течение всего первого десятилетия нового XXI века российское правительство руководствовалось краткосрочными программами (не более трех лет), а чаще всего просто реагировало на изменяющуюся обстановку в мире и в стране. Страна двигалась вперед, говоря словами поэта, «без руля и без ветрил». Ее экономика не приобрела в это время никаких новых качественных черт. Президент В. Путин из года в год в своих публичных выступлениях, на словах придерживался духа документа В. Ишаева, а правительство в практической деятельности не выходило за рамки программы Г. Грефа. Вся государственная машина напоминала сказочного монстра Тянитолкая, коня с двумя головами, каждая из которых как бы тянула повозку в противоположенном направлении, хотя одна из них только имитировала движение, а вторая реально тащила воз.

Несмотря на то, что В. Путин почти в каждом из своих ежегодных посланий Федеральному собранию повторял, как молитву, слова о том, что надо-де переходить к инновационным технологиям, делать все для диверсификации экономики, чтобы не зависеть только от экспорта энергоресурсов и войти в сообщество высокоразвитых в технологическом отношении стран мира, формируемое им правительство на самом деле не стукнуло палец о палец, чтобы реализовать эти декларируемые главой государства намерения. За годы его пребывания на посту президента Россия не только не сократила кособокость своей экономической структуры, но даже усилила это уродство, выражающееся в растущей ориентации только на экспорт нефти и газа. Западные журналисты, часто слушающие и задающие вопросы В. Путину во время его зарубежных поездок, отмечают, что он загорается только, когда говорит о проектах увеличения добычи и экспорта нефти и газа, демонстрируя при этом хорошее знание конкретной ситуации вокруг каждого из таких проектов. Чувствуется, что он с головой погружен именно в эту стихию, в которой наряду с государственными бурлят и какие-то ощутимые личные интересы. И наоборот, когда речь заходит о перспективах машиностроения, передовых технологиях, то лицо его тускнеет, вместо конкретики слышатся общие фразы. Если в 1980 году в СССР доля топливно-энергетического комплекса в промышленном производстве страны составляла 12 %, то к 2005 году она возросла до 40 %.

По всему видно, что тематика, связанная с промышленным будущим страны, не привлекает его, утомляет. Под стать президенту ведут себя и его министры. Они также перед телевизионными камерами не прочь отметиться фразами о структурной перестройке российской экономике, но это выглядит у них не только не убедительно, но иногда даже смешно. Как-то в сентябре 2006 года премьер-министр М. Фрадков решил затронуть в присутствии журналистов тему о нано-технологиях. Он почти буквально сказал, что члены правительства должны не есть и не спать, а думать о том, как бы развить нано-технологии, с помощью которых Россия может завоевать весь мир. Эти слова произносились с таким пафосом, что все более или менее сведущие в проблеме телезрители только за голову хватались: «Как может руководитель правительства говорить о нано-технологиях, когда в России что ни день, то на голову сваливаются очередные техногенные катастрофы — падают самолеты и вертолеты, взрываются шахты, склады боеприпасов, рушатся мосты, гражданские объекты. Вконец изношенная материально-техническая база, почти полная потеря в последние 15 лет квалифицированных кадров промышленных рабочих, развал фундаментальной и прикладной науки не дают оснований для оптимистических выводов о благополучном будущем России.

Что же касается нано-технологий, разговор о которых взят на вооружение властью в качестве демонстрации заботы о научно-техническом прогрессе страны, то приведу выдержки из своих дневниковых записей, относящихся к тому времени, когда Кремль стал размахивать этой «морковкой» перед глазами нашей общественности. «14 июня 2007 года в Государственной думе изнывали от жары на исходе рабочего дня жалкие остатки депутатского корпуса. В зале пленарных заседаний сидело всего с полсотни человек, может быть чуть больше, народных избранников. Шел пятый час пополудни, когда на обсуждение был вынесен проект закона о создании «Российской корпорации нано-технологий». По повестке Дня этот пункт шел под номером 47. В это время обычно уставшие депутаты не оказывают большого сопротивления и вяло реагируют на содержание законопроектов. Правительство знает эти человеческие слабости и старается использовать их на полную катушку, вбрасывая самые сомнительные или спорные документы именно под конец перегруженного рабочего дня, в конце недели, за считанные часы перед выходными или перед каникулами. А тут вдруг как электрическая искра пробежала по залу. Все встряхнулись, плечи выпрямились, шеи вытянулись. Все сидевшие в зале знали, что и президент, и премьер-министр с каждым разом чаще и настойчивей стали указывать пальцем на нано-технологии, как на прорывное направление в модернизации России. А у нас так повелось, стоит начальству заикнуться, как лакеи вытягиваются во фрунт и готовы хоть лоб расшибить, чтобы угодить.

Было известно, что правительство уже выделило на нано-технологию 130 млрд. рублей. От такой суммы у специалистов по распиливанию бюджетных денег темнеет в глазах, и они спровоцировали группу депутатов от «Единой России» внести законопроект о создании корпорации по освоению этой суммы. В считанные дни и часы был сварганен документ об учреждении бесконтрольной и безответственной «корпорации», которая должна была только «участвовать» и «содействовать» неизвестно в чем и неизвестно кому. Четко было оговорено только одно, сколько можно было потратить на управленческие расходы (10 %, т. е. 13 млрд. рублей). «Корпорации» давались самые широкие права в управлении выделяемыми финансами, в том числе разрешение инвестировать свободные денежные средства в финансовые инструменты (положите 100 млрд. рублей в банк и вы получите 10 млрд. годового дохода, не слезая со стула). Никаких задач научного или научно-технического характера законопроект не ставил.

Всем было понятно, что речь шла о создании еще одной кормушки. Выступавшие депутаты (от каждой фракции слово брал обязательно доктор наук) открыто издевались над законопроектом, называя его корытом с комбикормом для бюрократов. Все фракции, включая даже жириновцев, сочли законопроект коррупционным, кроме «Единой России». Ложи прессы были пусты. Голосование дало стандартный результат: все против, одна «Единая Россия» «за», и из карманов налогоплательщиков выгребут эти 130 млрд. рублей на прокорм оравы имитаторов научно-технического прогресса.

Какой-то известный отечественный физик (имя которого ради его безопасности журналисты скрыли) сказал тогда: «Чтобы дожить до развития нано-технологий в России, надо быть бессмертным». То, что наши руководители выдают нам за свою прозорливость и заботу о научно-техническом прогрессе России, говорит только об их неуважении к нашей отсталой общественности. На Западе давно занимаются не только в теоретическом, но и в практическом направлении нано-технологиями. Дальше всех ушли американцы, которые после длительного периода засекреченных исследований в 2001 г. открыто рассказали о некоторых результатах. Это был первый год первого президентского срока В. Путина. В течение пяти первых лет нынешнего столетия почти одновременно в 50 странах (!) были приняты национальные программы по развитию нано-технологий, т. е. созданию новых материалов на молекулярном уровне. России среди них не было.

Весь мир далеко ушел в деле создания необходимого инструментария, подготовки кадров ученых и инженеров. У нас пока нет ничего. Один туннельный микроскоп, с помощью которого можно увидеть и перемещать молекулы, стоит около 10 млн долларов. В прежние годы такие средства и задачи ставились и передавались Академии наук, а не сомнительным «корпорациям». Академик Ю.Д. Третьяков, декан факультета наук о материалах МГУ им. М. Ломоносова, сказал так в интервью газетчикам: «Обещанная сумма выглядит внушительно, на самом деле это не так уж и много, если представить, какой пласт проблем предстоит поднять и как дорого обходится современное оборудование. Кроме того, надо понимать, что упущено очень много времени и наверстать его уже невозможно, а поэтому единственный шанс на успех состоит в правильном выборе приоритетов, иначе ничего не добьемся».

Нам, гражданам России, еще предстоит пройти школу политической грамотности, чтобы отличать зерна от плевел, пустые слова от практических дел.

Когда осенью 2007 года Виктор Зубков, предложенный президентом в качестве кандидата на пост руководителя правительства, проходил «смотрины» в различных фракциях Госдумы, мы задали ему вопрос, имеет ли он какие-либо планы или наработки по исправлению сырьевой деформации российской экономики. Он заметно смутился, но все же сказал, что ответов на такой глобальный вопрос у него пока нет. На дополнительный вопрос, над чем тогда будет работать правительство, коротко бросил: «Над выполнением тех рекомендаций, которые сформулированы в Посланиях президента Федеральному собранию».

Заглядываю в предвыборную программу «Единой России», подготовленную к декабрю 2007 г., она составлена из самых общих фраз-«голышей» шапкозакидательского характера, вроде: «Наша стратегическая цель — лидерство России в ключевых направлениях мирового технологического прогресса» или «Ближайшие четыре года будут решающими для перехода к инновационной экономике, основанной на перспективных идеях, изобретениях и способности быстрее других внедрять их в реальную практику». Понимаю, насколько далека российская реальность от политической маниловщины.

Слава Богу, наша страна оказалась одаренной огромными природными ресурсами, которые оказались для нас спасительными в безнадежно разрушительное время реформ. Но эти ресурсы, увы, не возобновляемые, они уменьшаются из года в год. Это проблема не только России, но и всего мира. По данным Мирового энергетического совета (на 2006 год) при современном уровне потребления запасов нефти, имеющихся на Земле, хватит не более, чем на 40 лет, природного газа на 65 лет, угля на 250 лет. В России нынешних выявленных запасов нефти хватит на 12–15 лет, не больше. Правительство скрывает данные о запасах нефти от общественности, но это так. Вся сегодняшняя добыча ведется на месторождениях, открытых и пущенных в эксплуатацию еще во времена СССР. Геологоразведка практически была уничтожена в годы демократических реформ. За Уральским хребтом не осталось ни одной целой геологической партии. Не удивительно, что и новых существенных месторождений не было открыто во все эти годы. Приращение добычи нефти идет за счет введения в эксплуатацию небольших месторождений, находящихся вблизи старых нефтяных полей. Будут ли найдены новые источники добычи, вопрос очень дискуссионный.

Основная часть российской территории уже достаточно хорошо изучена и рассчитывать на крупные находки нет оснований. Восточная Сибирь и Дальний Восток исследованы гораздо хуже, в советское время геологи разведали примерно 10 % территории этих регионов, но эта часть приходится на наиболее теоретически перспективные земли. Ничего сенсационного найдено не было, за исключением Ковыктинского газоконденсатного месторождения в 450 км. к северо-востоку от Иркутска, запасы которого оцениваются примерно в 2 трлн кубометров газа. Тогда же были обнаружены месторождения нефти и газа на шельфе острова Сахалин, которые сейчас активно извлекаются в рамках проектов «Сахалин-1» и «Сахалин-2» иностранными компаниями под управлением американского консорциума «Шелл» на основе соглашений о разделе продукции. Это крайне невыгодное для российского государства соглашение предусматривает, что пользователь месторождений не платит владельцу недр ничего до того момента, пока он не окупит все вложенные инвестиции. Понятно, что пользователи не торопятся приближать этот момент, они его всячески оттягивают, искусственно увеличивая капитализацию своих вложений. Например, в 2006 году «Шелл» произвольно провела переоценку своих сахалинских капиталов, увеличив их на 20 млрд долларов. Вот и жди, когда они откачают из наших недр нефти и газа еще на 20 млрд долларов. Такие неравноправные соглашения подписывались нашими падкими на взятки высшими чиновниками в период администрации Б. Ельцина, и сбросить этот тяжелый хомут со своей шеи пока не удалось в полной мере российским властям. Отсюда и возникают конфликтные ситуации вокруг сахалинских проектов, причем российская власть не может найти более существенных аргументов, кроме как придраться к якобы имеющим место нарушениям экологии.

Ковыктинское месторождение газа также было отдано консорциуму в составе английской компании «Бритиш Петролеум», а также структур, контролируемых неким американским гражданином Л. Блаватни-ком, а также господами М. Фридманом и В. Вексельбергом. В. Путин пытался купить у двух последних граждан Российской Федерации их долю в консорциуме, чтобы в руках российского государства оказался бы контрольный пакет акций этого месторождения, но это обойдется нашей казне в 20 млрд долларов. Работает в полной мере принцип: отдали за гроши, а выкупаем свое же собственное национальное богатство по спекулятивно взвинченной рыночной цене. Вот так выглядят на сегодняшний день перспективы добычи углеводородов в Восточной Сибири и Дальнем Востоке.

Специалисты, отдавшие десятилетия своей жизни изучению сырьевой базы этого обширного региона, в частности Алексей Конторович — академик РАН и директор Института геологии нефти и газа Сибирского отделения Академии наук РФ, считают, что даже в случае, если российская власть найдет необходимые ресурсы в объеме 15 млрд долларов на геологические исследования Восточной Сибири и Дальнего Востока, то все равно до 2020 года не удастся довести добычу нефти там до 80 млн тонн в год, а это минимальная цифра, которая оправдала бы строительство нефтепроводов к Тихому океану и китайской границе. Поэтому-то мы слышали годами разговоры о строительстве этих нефтепроводов и только в 2006 году начались работы по их прокладке пока в расчете на западносибирскую нефть. Все объясняется просто: нефти пока нет. Газа в районах Восточной Сибири и Дальнего Востока вполне достаточно, но там дело упирается в ограниченность внешних рынков для газа, малонаселенность и слабое промышленное развитие всего этого огромного края.

Внимательное ознакомление с материалами, отражающими взгляды команды В. Путина на экономическое будущее страны, показывает, что они намертво привязаны к концепции «сырьевой обреченности». Первый вице-премьер правительства РФ Д. Медведев похвалялся в Давосе в 2007 г. тем, что Россия вскоре превратится в страну, занимающую первое место в мире по экспорту нефти. Простому здравомыслящему гражданину впору плакать надо от такой перспективы, а высшие чины правительства полагают эту цель «делом чести, доблести и геройства». Все практические заботы нынешних руководителей концентрируются только на создании сети трубопроводов, нефтяных терминалов, танкерного флота и пр. для более интенсивной внешней торговли энергоресурсами.

Все время говорят о более глубокой переработке нефти в России. Слова-то верные, язык без костей. А практика говорит о другом. В Соединенных Штатах, например, действуют 160 нефтеперегонных заводов, в Китае построено 90 новых НПЗ, а в России работают всего 27, причем за последние 20 лет не построено ни одного нефтеперегонного завода. Имеющиеся старые советские заводы, понятно, и морально, и физически устарели.

Менталитет нынешних нефтяных баронов России прост и циничен. Зачем строить современный нефтеперегонный завод, требующий крупных капиталовложений, которые окупятся через 8–9 лет, если все будущее России видится в тумане. Может быть, они располагают более достоверными сведениями о том, что крупных запасов нефти нет и не стоит готовиться к ее переработке. Просто, выгодно и надежно продавать нефть, пока она есть, в сыром виде. От добра добра не ищут.

Зависимость страны от нефтедобычи чревата тяжелыми последствиями. Что будет с Россией, когда добыча пойдет на убыль, а эти времена наступят в скором времени? Никаких нынешних сбережений не хватит для импорта нефти. Кроме того, даже страны, расположенные на подземных нефтяных морях, вроде Саудовской Аравии, остаются слаборазвитыми, отсталыми государствами. Такая перспектива вряд ли окажется приемлемой для России, мы рассчитываем на другую судьбу. Очень скоро нынешняя политика максимального стимулирования экспорта сырой нефти будет квалифицирована как преступная и самоубийственная. Но пока Кремль и хозяева «нефтянки» озабочены только экспортом. Они как бы идут навстречу пожеланиям своих покупателей на Западе, заинтересованных в получении еще относительно дешевой нефти.

Когда-то Советский Союз строил нефтепровод «Дружба» для подачи сырой нефти в бывшие социалистические страны Восточной Европы. Это было политическим решением с целью укрепить энергетическую базу своих союзников. Сейчас же ситуация в корне изменилась, мы должны быть озабочены получением максимальных доходов от продажи невозоб-новляемых энергоресурсов. Но не тут-то было! Мы совершенно не занимаемся проблемой глубокой переработки нефти. Из имеющихся в России 27 нефтеперегонных заводов 6 были построены еще до Второй мировой войны, еще 6 — до 1950 г. и еще 8 — до 1960 г. Т. е. это старые, морально и физически изношенные производства. Неудивительно, что все владельцы автотранспорта жалуются на низкое качество бензина и смазочных масел.

В целом даже наши старые нефтеперерабатывающие заводы загружены всего на 80 % своей мощности, через них проходит не более 45 % всей добываемой нефти. Остальные 55 % добычи гонят в сыром виде на Запад. Быстрей, еще быстрей, пока цены держатся на относительно высоком уровне. Иными словами, даже в топливно-энергетическом комплексе власти России проводят самую недальновидную, по существу антинациональную политику разбазаривания основного богатства страны. Вот как ее оценивает бывший министр топлива и энергетики России в 1993-96 гг. Юрий Шафраник: «Сегодня эксплуатация нефтегазовых месторождений стала еще более хищнической (по сравнению с советским периодом), а поддержка экономики за счет выкачивания природных ресурсов превратилась в наркоманию. Сев на «нефтяную иглу», мы губим сам ТЭК и свое будущее». (См. Ю. Шафраник. «Нефтегазовый фактор России», М. 2005 г., стр.20). Если во времена освоения Западно-Сибирского нефтегазового комплекса дебит одной нефтяной скважины составлял 135 тонн в сутки, то сейчас он упал до уровня ниже 10 тонн, а количество скважин возросло с 4 тыс. до почти 80 тыс. Вот так выглядит реальная картина нынешних российских нефтепромыслов.

В огромной степени пороки нашего нефтегазового комплекса объясняются тем, что основные компании контролируются узкой группой собственников, кланами, при полном отстранении коллективных инвесторов в виде пенсионных фондов, сберегательных банков и пр. Основная масса населения России отрезана от главных источников национального богатства. Возьмите, например, реестр держателей акций крупной транснациональной компании «Бритиш Петролеум», и вы увидите среди десятков тысяч владельцев большое число простых граждан, коллективных пайщиков и, что особенно показательно, пенсионные фонды Великобритании. У нас же круг владельцев ограничен участниками кланов. Например, М. Ходорковский владел 85 % акций «ЮКОСа». Эта же картина повторится в любой нашей корпорации, что и вынуждает нас говорить об олигархическом характере российского капитализма.

Кремль на нынешнем этапе под словами о внедрении инновационных технологий в экономику страны подразумевает главным образом интенсификацию добычи сырья. Сейчас его заботы сводятся к тому, чтобы купить и освоить действительно передовую западную технологию по увеличению добычи нефти на старых месторождениях. Мы сейчас откачиваем из подземных кладовых не более 15–18 % имеющихся запасов нефти, а современные технологии и оборудование позволяют довести этот уровень до 45–50 %. Это нужное направление работы, но оно не изменит лица России, оно опять-таки повлияет только на рост денежных доходов.

Власть думает также и о поисках новых месторождений энергоресурсов. Сейчас она ищет возможности расширить работы на шельфе Охотского моря, где геологи давно прогнозировали наличие запасов нефти. В перспективе, конечно, намечаются работы по освоению Арктического шельфа. Это потребует времени, крупных ресурсов и технической помощи Запада (Норвегия и Канада уже предлагают свои услуги), но опять-таки не изменит лица России. В. Путин все чаще и чаще говорит о России как энергетической сверхдержаве, хотя на самом деле мы будет оставаться сырьевым придатком мира, не больше.

На начало 2008 года ситуация с добычей нефти в России выглядела следующим образом. Общий объем составляет около 490–492 млн. тонн. Темпы годового прироста добычи постоянно падают: с 11 % в 2004 году до 7 % в 2005 г. и 2,2 % в 2006 г. и не более 2 % в 2007. Континентальные месторождения почти не дают никакого прироста, увеличение добычи фиксируется только на шельфовых «Сахалин-1» и «Сахалин-2». Крупнейшими нефтедобывающими компаниями России являются «Роснефть» (поглотившая основные активы «ЮКОСа»), преодолевшая планку добычи в 100 млн тонн в год, «Лукойл» с его 97 млн тонн, ТНК-ВР с 70 млн тонн, «Сургутнефтегаз» с годовым объемом добычи в 65 млн тонн, «Газпромнефть» — 33 млн тонн, «Славнефть» — 20 млн тонн, «Русснефть» — 14 млн тонн, «Башнефть» — 11 млн тонн. Если не будет сделано рывка в возобновлении геологоразведки и на карте России не появятся новые месторождения нефти, то через три-четыре года надо будет готовиться к сокращению экспорта нефти и снижению доходов от продажи ее со всеми вытекающими отсюда последствиями.

Все развитые страны мира уже сейчас активно ищут замену нефти. Соединенные Штаты и Евросоюз ведут научные исследования и практические опытно-конструкторские работы по созданию двигателей внутреннего сгорания на базе использования водорода, запасы которого в природе практически неисчерпаемы. По улицам многих столиц Европы уже ездят опытные образцы пассажирских автобусов с водородными двигателями, которые в экологическом отношении являются абсолютно чистыми. Форсированно наращиваются мощности по использованию энергии ветра для получения электроэнергии. Если сейчас во всем мире установлено «ветряков» на 65 тысяч мегаватт, то к 2020 г. только в США их мощность будет доведена до 100 тыс. мегаватт, а в странах Евросоюза до 120 тыс. мегаватт. В России никто не занимается этими проблемами, кроме энтузиастов-одиночек. Похоже, что наши руководители придерживаются средневекового принципа «После нас хоть потоп».

Если власть в России не заботится даже о модернизации работы топливно-энергетического комплекса, на котором покоится нынешняя видимость экономического благополучия страны, то что уж говорить о ее безразличии к другим промышленным отраслям экономики.

Послушайте мнение Николая Паничева, бывшего министра станкостроительной и инструментальной промышленности СССР, который сейчас (2008 г.) является председателем Совета директоров Ассоциации «Станкостроение», т. е. не потерялся и в годы рыночной экономики. Он опубликовал в журнале «Российская Федерация сегодня» (орган Федерального собрания РФ) N 16 за август 2006 г. статью, в которой пишет: «За годы реформ мы отброшены далеко назад. Сегодня производство металлообрабатывающего оборудования в России меньше, чем в Японии в 82 раза, в Германии в 50 раз, в Китае в 31 раз. Потребление металлообрабатывающего оборудования в 28 раз меньше, чем в Китае, в 13,6 раз меньше, чем в Германии и в 18 раз меньше, чем в Японии». Напомним, что по всем этим показателям прежний СССР всегда стоял на втором месте в мире, уступая только США. Без своих станков, без своего машиностроения экономика России не может производить ни производственного оборудования, ни товаров широкого потребления.

Разумеется, мы приобретаем кое-что за границей. Скажем, в 2005 году купили около 8 тысяч единиц металлообрабатывающих станков, но из них по-настоящему современных всего около 200 штук. Получается, что мы ввозим вчерашний день, а говорим и собираемся жить в завтрашнем. Вообще, рассчитывать на западных поставщиков нельзя. Соединенные Штаты, к примеру, до сих пор не отменили поправку Джексона-Вэнника — пережиток холодной войны, которая серьезно осложняет развитие торгово-экономических отношений с США. Стоило в 2006 году России заключить сделку о поставке боевых самолетов Венесуэле, как США немедленно приняли меры по прекращению всех контактов с фирмами «Сухой» и Рособоронэкспортом в целом. Давно известно, что после подписания договора о всеобъемлющем прекращении испытаний ядерного оружия США отказались продавать России компьютеры последнего поколения, которые позволяют производить математическое моделирование ядерных взрывов в любой среде, в частности подземных. Вот и рассчитывайте на получение новейших технологий с Запада! В 2004 году Евросоюз определил списки технологий двойного назначения, которые также запрещены для экспорта в Россию. Самые передовые предприятия машиностроения строились в прошлые годы в Москве, Санкт-Петербурге, Екатеринбурге и других крупных городах, т. е. там, где была наиболее квалифицированная рабочая сила, научные кадры, материально-техническая база.

Именно здесь в годы реформ сконцентрировалась и выросла агрессивная когорта «новых русских», для которых немедленная личная выгода дороже каких-либо стратегических национальных интересов страны. Их привлекают земельные площади, строения бывших машиностроительных комплексов. Показательна судьба Санкт-Петербургского объединения им. Я. Свердлова, продукция которого шла на 30 % на экспорт и пользовалась огромным спросом. Достаточно сказать, что только тогдашние ленинградцы и американская фирма «Броянт» могли выпускать подшипники для приборов с посадочным отверстием диаметром всего в один миллиметр. Такие миниатюрные подшипники используются в гироскопах — сердце ракет, самолетов, подводных лодок. Сейчас это объединение полностью разгромлено, выпуск продукции прекращен. Не имевшее никаких долгов предприятие куплено за смешную сумму менее 1 млн долларов. Обращение к властям о спасении уникального производства осталось без ответа, все, мол, делается в рамках закона.

Разорен и уничтожен Московский завод шлифовальных станков, который в частности делал металлические зеркала для преобразования солнечной энергии в электрическую. Его изделия в свое время были установлены на космической станции «Мир» и доказали надежность и эффективность. На месте этого завода теперь расположен Савеловский рынок — «барахолка». Такие примеры можно приводить без конца, они служат абсолютно объективным вектором нынешней государственной политики, безучастной к деиндустриализации России, превращению ее в бескрылую отсталую страну.

Всякие письменные обращения к министрам или премьер-министру остаются без ответа или на них отвечают мелкие клерки. Оказывается, что по технологии нынешнего делопроизводства в теперешней демократической России премьер-министр отвечает только на обращения к нему министров или губернаторов. Таковы порядки!

Ну, а имеется ли реальный путь к модернизации российской промышленности? Разумеется, есть, и он ясно виден на примере большого числа стран (особенно в Юго-Восточной Азии), которые идут по этому пути. Китай на наших глазах превращается в крупнейшую мировую державу, создавшую собственное станкостроение и продолжающую занимать первое место по импорту иностранных станков. По такому же варианту развивается экономика Индии. Специалисты рекомендуют использовать их опыт и заключить соглашение с какой-нибудь крупной немецкой станкостроительной фирмой о строительстве завода по производству станков таких моделей или типоразмеров, которые наиболее востребованы отечественной экономикой. Немцы — признанные флагманы по качеству выпускаемого оборудования. Тогда не понадобилось бы тратить средства на таможенные пошлины, налог на добавленную стоимость, транспортировку. С учетом же более дешевой энергии и рабочей силы в России стоимость станочной продукции была бы на 30–40 % ниже импортируемой.

Правая оппозиция («"Союз правых сил"») так же как и левая (КПРФ, «Родина» и др.) в один голос говорят о том, что период высоких цен на нефть так и не был использован для диверсификации и модернизации экономики. И это происходит потому, что большинство наиболее высокооплачиваемых российских граждан являются получателями сырьевой или нефтяной ренты. Даже зарождающийся средний класс уже развращен своей причастностью к доходам от нефти, газа и финансовых операций, связанных с ними. По данным Российского комитета по статистике среднемесячная зарплата работников в сфере добычи полезных ископаемых в два раза выше, чем в среднем по стране. Те, кто занимается производством нефтепродуктов, получают в 2,2 раза больше, чем средний россиянин, те, кто причастен к трубопроводному транспорту, получают уже в 2,5 раза больше остальных граждан, а кто работает в нефтедолларовом финансовом секторе, и того больше — превышая в 2,7 раз доход среднестатистического работника в России. Вот это и есть убогий российский средний класс. Если олигархическая верхушка и основная часть так называемого среднего класса не заинтересованы в технологической модернизации страны, то будьте уверены, что правительство не сделает в этом направлении даже маленького шага. Нынешняя ситуация застоя в полной мере разделяется растущим год от года легионом управленцев. Вот эти привилегированные категории населения живут по принципу «своя рубашка ближе к телу», и они будут оставаться глухими к призывам озаботиться завтрашним днем России.

При сборе материалов для настоящей книги я пользовался в числе прочих источников материалами библиотеки Государственной думы РФ и наработками Аналитического управления Думы. Помню, меня поразило итоговое заключение одного из документов (составлен в 2006 г.), в котором говорилось: «За годы экономических реформ Россия по объему ВВП переместилась с 55 места в мире на 99-е. В списке стран, опередивших Россию по производству, преобладают развивающиеся государства Азии, Африки и Латинской Америки. Этот факт предстоит еще осознать». Вот это и есть голая правда. Наши так называемые реформы не были задуманы и не стали толчком к развитию страны, а наоборот превратились в тормоз для ее прогресса. Нас обгоняет весь мир, в том числе и многие соседи по ближнему зарубежью, а мы по худшим образцам советского времени стараемся ничего не видеть вокруг и тешить себя нефтедолларовым дождем. Думские аналитики, дисциплинированные и смотрящие в рот начальству, все-таки смогли честно записать: «Сейчас в России назрела необходимость провести оценку минерально-сырьевой базы и определить необходимый по критериям национальной безопасности уровень добычи полезных ископаемых с учетом их внутреннего потребления и экспорта». Забота здравомыслящих людей вполне понятна. По информации Межведомственной комиссии Совета безопасности Российской Федерации по безопасности в сфере экономики «на преобладающем большинстве горнодобывающих предприятий обеспеченность разведанными запасами достигла критически низкого уровня, стратегический резерв многих видов сырья на действующих месторождениях является малонадежным».

Я хорошо помню, что американские аналитики еще в конце 70 годов прошлого столетия высказывали пессимистические оценки будущего нефтедобывающей промышленности СССР. Они доходили до предсказания превращения СССР в нефтеимпортирующую страну, подчеркивая, что в таком случае можно ставить крест на всех планах экономического развития страны. Разумеется, мы понимали, что такие гадания в большой степени были продиктованы пропагандистскими целями холодной войны. Но все-таки дыма без огня не бывает. Вот что пишут аналитики нашей Государственной думы о теперешней ситуации (2006 г.): «Положение в нефтедобывающей промышленности продолжает оставаться крайне тяжелым. Свыше 70 % запасов нефтяных компаний находится на грани рентабельности. Запасы нефти высокопродуктивных месторождений, дающих около 60 % добычи, выработаны более чем наполовину». Надо понимать, что из месторождения можно взять не более 45 %, редко больше. Остальную нефть тоже можно взять, но это обойдется очень дорого и технически довольно сложно. Откачивать нефть необходимо осторожно, постепенно, чтобы дать ей возможность выровняться в пласте и не испортить дренируемую зону. Снизу нефть поджимают подземные воды и если они из-за быстрой откачки нефти прорвутся в пласт, считайте месторождение загубленным. В России так часто и получается, когда в стремлении угнаться за высокой мировой ценой варварски эксплуатируются собственные недра. В итоге вместо 40–45 % возможных запасов добывается нередко всего 10 %.

Нынешние высокие темпы добычи нефти в России при отсутствии налаженной геологоразведки гарантируют энергетическое изнурение страны. Для сравнения скажем, что в США законом определено, что за счет собственных источников можно удовлетворять не более половины общенационального потребления нефти, остальное следует ввозить из-за рубежа. Расчетливые янки считают рентабельным эксплуатировать скважины, дающие всего 1,5 тонны нефти в сутки. Наши же добытчики корчат недовольные мины даже при дебите около 10 тонн. Нефть в недрах считается собственностью государства, частным компаниям принадлежат только скважины, оборудование и добытая нефть. Российское государство не обеспечивает надлежащего контроля за сохранностью недр и позволяет расхищать их кому не лень.

Конечно, можно рассчитывать, что со временем могут быть найдены новые месторождения, особенно на Арктическом шельфе, но добраться до них будет непросто, потребуется новая технология и крупные инвестиции. В последнее время активно прорабатывается идея о строительстве плавучих атомных электростанций (на базе атомных двигательных установок для подводных лодок), способных обеспечить электроэнергией геолого-разведочные и эксплуатационные работы в отдаленных районах Арктического шельфа. Но специалисты полагают, что мы доберемся до этих мест не раньше 2030 года.

Чтобы успокоить общественность, а может быть и самих себя, представители российских верхов даже пустили в оборот в 2006 году (найдя для этого шарлатана от науки) байку о том, что-де нефть является не конечным продуктом, возникшим из залежей биологических отложений на дне первобытных морей и океанов, а постоянно формируется в недрах земли и является геологическим результатом непознанных пока нами процессов, протекающих в глубинах Земли. Эти шарлатаны утверждали, что нефть неисчерпаема или во всяком случае ее запасы в обозримом будущем безграничны.

Все это мы говорим для того, чтобы показать, что бездумная эксплуатация природных богатств имеет свой предел и нельзя строить судьбу страны только в расчете на экспорт невозобновляемых ресурсов, как это делается сейчас. Можно сделать исключение только для таких минерально-сырьевых ресурсов, запасов, которых действительно хватит на долгие годы, но список их невелик. Это природный газ, алмазы, платина, бериллий, калийные соли и хризотил-асбест. По всем остальным надо ввести жесткий государственный контроль и ограничительные квоты.

Уродливый характер российской экономики подчеркивается и таким устойчивым явлением, как инфляция. Состояние финансовой системы страны — главный показатель здоровья ее экономики. Это как температура тела для здоровья человека. Именно поэтому в развитых странах Запада инфляционный показатель является важнейшей характеристикой эффективности государственного управления. Регулирование банковских процентов остается основным рычагом воздействия на деловую активность. В странах Евросоюза с пристальным вниманием налажен контроль над инфляционными процессами. У нас же в России инфляция остается одним из тормозов промышленного развития. По общемировым меркам для создания нормальной обстановки для развития страны инфляция не должна превышать 4 % годовых, наша инфляция из года в год в течение всей администрации В. Путина колебалась выше ужасающей цифры в 10 % (в 2007 г. — 12 %), и это несмотря на то, что в начале своего первого срока Президент РФ ставил задачу добиться снижения инфляции до 3 % к 2008 году. Надо четко понять, что инфляция — это структурная проблема экономики, источник которой таится в слабом спросе на деньги вследствие недостаточной инвестиционной и вообще деловой активности. Денег много, а девать их некуда. Доля российских банков в общем объеме инвестиционного финансирования составляет всего 7 %, только 14 % банковских кредитов выдается на срок до трех лет.

Удивительно, что при всем при этом нас уверяют, что наш министр финансов А. Кудрин является чуть ли не светочем мировой финансовой системы. Сам министр все годы, пока он сидел в своем кресле, уверял нашу общественность, что инфляция является итогом высокого уровня золотовалютных запасов страны, часть которых приходится стерилизовать в виде Стабилизационного фонда. При этом не возникает вопроса, почему другие страны, вроде Китая, Японии, Тайваня, Южной Кореи, которые располагают гораздо более крупными или сравнимыми с Россией золотовалютными запасами, не имеют похожих с нами уровней инфляции. Все дело в том, что там высока деловая активность, поглощающая излишние деньги, а мы живем в обстановке стагнации.

Куда бы мы ни кинули взгляд в экономическом поле России времен В. Путина, мы увидим одну и ту же картину: безжалостную эксплуатацию природных ресурсов, безудержный экспорт первичного сырья и полуфабрикатов и засилье олигархов. Возьмите черную и цветную металлургию, которые когда-то называли «хлебом промышленности». Эта отрасль в целом сохранилась от советских времен и даже наращивает объемы производства, в среднем по три процента в год. Россия устойчиво занимает четвертое место в мире по выпуску чугуна и стали. Чугуна наши заводы выплавляют около 50 млн. тонн, а стали около 70 млн тонн в год. Велика доля металлургии в общем объеме российского промышленного производства: 16–17 %. Наши «короли» чугуна и стали пытаются путем слияния своих активов с западными коллегами (такая попытка была предпринята «Северсталью» с люксембургским «Арселором» в 2006 году) взять под свой контроль значительный сегмент мировой металлургической промышленности, а заодно и ослабить свою зависимость от российского государства, превратившись в транснациональную корпорацию. Однако для России и ее народов толку от пухнущего от жира металлургического монстра совсем нет. По потреблению металла на душу населения Россия с каждым годом скатывается вниз. Если в США и развитых странах Европы уровень этого потребления равен 400–500 кг. г а в КНР он достиг 200 кг при огромной численности населения, то в вымирающей России он составил в 2006 г. всего 155 кг. Если в других странах эти килограммы идут в основном на нужды машиностроения, то в России их используют для самых грубых форм проката те же нефтяники, газовики, закапывающие металл в землю в виде трубопроводов, обсадных труб и пр.

Известно, что стоимость тонны стали на всем пути ее превращения из руды в готовое изделие вырастает до 1000 долларов, но из этой тысячи только 100 долларов достаются тому, кто производит стальные слябы, а остальные 900 попадут в карман изготовителей готовой продукции. В нашем конкретном случае 100 долларов достанутся «Северстали», а 900 осядут на счетах немецких и американских машиностроителей, которые используют нашу сталь, приобретенную в рамках мировой торговли. Ведь 60 % продукции нашей черной металлургии идет на экспорт. С чем остается Россия? Мы тратим на металлургическую промышленность 33 % наших энергетических ресурсов (электричество), губим по 4–5 тонн воды на каждую тонну полученного первичного металла, плюс получаем огромное количество вредных выбросов в атмосферу, которые выпадают на нашу землю в виде кислотных дождей.

Технические характеристики нашего металлургического производства производят удручающее впечатление. Энергоемкость выплавки стали у нас выше, чем в развитых странах, на 20–30 %, отходов при прокате в 2 раза больше, негативное воздействие на окружающую среду в два раза губительнее, а средняя производительность труда в 3 раза ниже. И это при том, что представители правительства без устали повторяют, что идет модернизация производства, внедряются передовые технологии. Да, нашу продукцию покупают во многих странах, ее охотно берет и Китай, потому что она дешевле в силу дешевого электричества и дешевой рабочей силы. Во многих странах против российских производителей металла возбуждались антидемпинговые процедуры, и тогда подключалось государство к переговорным процессам, чтобы найти компромиссные решения, которые бы не ущемили интересы наших олигархов.

Точно такое положение, зеркальное, сложилось в алюминиевой промышленности, где на базе «РУСАЛ» и «СУАЛ» сложилась самая крупная в мире алюминиевая империя с масштабом производства около 5 млн тонн белого металла в год. Но это чистое производство полуфабрикатов, т. е. первичного металла, который вывозится в основном за границу. Всего лишь 10 % продукции используется для передела в готовые изделия. Россия стала центром мировой алюминиевой промышленности только потому, что у нее в результате деиндустриализации оказались избытки дешевой электроэнергии от крупных сибирских гидроэлектростанций, и никто строго не спросит за погубленную экологию. Алюминиевые короли Олег Дерипаска и Виктор Вексельберг являются типичными олигархами, которые могут позволить себе широко рекламируемые благотворительные акции, поддерживая артистические коллективы или покупая на мировых аукционах яйца Фаберже, но для судьбы российского государства такая уродливая форма промышленного развития означает тупик. Нечто похожее наблюдается в производстве меди и никеля.

Складывается особая форма международного разделения труда, при котором России отводится роль грязного цеха, где ведется добыча сырья и энергоемкое производство первичной продукции, опасное для сохранности окружающей среды. Если бы речь шла о молочном животноводстве, то мы сказали бы, что нам достаются навоз и дурные запахи хлева, а западникам молоко, сметана и творог. Эта модель сложилась и закрепилась в огромной степени в годы администрации В. Путина.

Стоит нам заглянуть в те отрасли промышленности, которые должны были бы олицетворять подлинный технологический прогресс страны, как сердце просто обрывается от ужасающего зрелища упадка и разрухи. Особенно наглядно это на примере авиастроения. Мало кто поверит в то, что в царской России до 1917 года было построено в общей сложности б 200 самолетов. Правда, эти самолеты были в большой степени собраны из узлов и деталей, купленных за границей. Все они предназначались для использования в военных действиях в ходе Первой мировой войны, но в то же время Россия внесла и свой немалый вклад в развитие авиации. Работавший тогда в России великий авиаконструктор Сикорскии создал первый тяжелый четырехмоторный бомбардировщик «Илья Муромец». Российские пилоты не только постигали, но и усовершенствовали технику пилотажа. «Петля Нестерова» навсегда вошла в лексикон летчиков всех стран и поколений. О том, какое огромное внимание уделялось развитию авиации в годы советской власти, знает весь мир. Правда, приоритет отдавался военной авиации, но достижения конструкторов не могли не отразиться и на создании воздушных судов гражданского назначения. Ту-104 и Ту-114 задумывались как бомбардировщики, но стали широко известны как самолеты для пассажирских перевозок. В годы СССР страна не покупала авиационную технику за рубежом, она ее продавала. Но вот наступили времена так называемых рыночных реформ, и все коренным образом изменилось. Российская авиация стала стремительно погибать.

За 16 лет «демократических преобразований» производство гражданских самолетов сократилось в 100 раз (до 5–8 самолетов в год). Крупнейшие авиационные заводы (в Воронеже, Казани, Ульяновске), брошенные на произвол судьбы государством, едва существуют, спасаясь от неминуемой гибели налаживанием производства так называемой побочной продукции. Коллективы высококвалифицированных рабочих, инженеров и техников вынуждены делать детские колясочки, моторные лодки, яхты и прочую бытовую дребедень. Весь самолетный парк был растащен (другого слова не придумаешь) приватизаторами.

В Российской Федерации сложилась мозаика из более чем 150 самостоятельных авиационных компаний. Некоторые из них успели захватить всего по 1–2 самолета. Понятно, что владельцы таких компаний не в состоянии не только обновлять свой «парк», но даже и обеспечить более или менее приличное его техническое обслуживание. Безопасность воздушных перевозок стала катастрофически падать. По числу авиационных катастроф Россия стала подниматься к «призовым местам» в мировом рейтинге. Эксплуатация на полный износ и не могла иметь других последствий. Спрос на новые самолеты упал до минимума. К тому же в России сложилась особая цена за человеческую жизнь: 100 тыс. рублей — копейки по мировым меркам! Владельцам «авиакомпаний» было дешевле заплатить жалкие страховые суммы, чем покупать новые воздушные суда. Сколько бы пассажиров не погибало, ни одна компания не разорилась, а катастрофы были одна трагичнее другой. Помнится, в Краснодарском крае произошел чудовищный случай, когда вдребезги изношенный, полусгнивший самолет развалился в воздухе во время крейсерского полета и несчастные пассажиры просто-напросто вывалились из разрушившегося фюзеляжа с высоты в 10 тыс. метров. Правительство утратило контроль над безопасностью воздушного транспорта, коррупция довела дело до полного абсурда.

В погоне за быстрой прибылью авиаперевозчики обнаружили, что можно приобретать на мировом рынке поношенные самолеты по дешевой цене. Они узнали, что в пустынях США стоят сотни отслуживших свой век или находящихся на последнем издыхании самолетов, которые можно купить за гроши. Началось быстрое насыщение нашего неба авиационным старьем. Однажды мне самому довелось лететь на старом, дребезжащем «Аэробусе», все надписи в салоне которого были выполнены на испанском языке. Зная, что в испаноговорящих государствах этот тип самолета никогда не производился, я спросил стюардессу, откуда к нам попал этот лайнер. Она простодушно сказала, что он куплен у Аргентины, которая сама приобрела этот самолет у Франции, где он благополучно пролетал 10 лет, а теперь перепродала его России после пяти лет эксплуатации его на своих линиях. Мне стало не по себе.

В таких условиях никакая авиационная промышленность выжить не может. Власть создала условия для ее гибели. За годы «реформ» в воздух поднялось всего несколько аппаратов, построенных по проектам и чертежам советского периода. Это в первую очередь дальне магистральный самолет ИЛ-96 и самолеты конструкторского бюро Туполева (ТУ-204/ 214 и ТУ-334). Их построено всего 14 штук, в серию они никак не могут пойти из-за отсутствия рынка. Идут годы, не прекращается дискуссия относительно будущего российской авиации, но в этой дискуссии все чаще слышны нотки глубокого пессимизма. Надо особо отметить, что основные конкуренты российской авиации

— американские и западноевропейские компании не жалеют ни сил, ни средств, чтобы шельмовать в средствах массовой информации нашу отечественную продукцию. Наиболее часто упоминаемые «аргументы»: высокая шумность работы наших моторов, их неэкономичность, скромная комфортность салонов и пр. Даже нелепо говорить, что это неправда — наши самолеты не уступали по надежности своим конкурентам, и в целом их эксплуатация обходилась намного дешевле.

Однажды, когда я находился в командировке на Кубе, со мной связался по телефону Фидель Кастро и стал расспрашивать о характеристиках самолета ИЛ-96, который он собирался купить в России. У него был свой резон, чтобы не тратить средства на американский самолет, потому что Куба была подвергнута бойкоту со стороны США и покупка их самолета или иного, в котором использовались бы комплектующие из США, создала бы кубинцам целую гору трудностей. Обратный путь на родину я проделал на нашем самолете ИЛ-96, и вот тогда мне удалось обстоятельно побеседовать с командиром корабля, пилотом 1 класса, который в свое время испытывал первые образцы ИЛ-96, а сейчас летал по маршруту Москва — Гавана. Он дал исключительно высокую оценку самолету, сказав, что по совершенству своего планера он вообще не имеет себе равных в мире. Пермские моторы, установленные на ИЛ-96, по надежности не уступали конкурентам, а их шумность легко было понизить улучшением технологии изготовления. Кстати, немцы были готовы вложить свои капиталы в завод авиационных двигателей, чтобы довести их до самых высоких кондиций.

На самолете ИЛ-96 летает и В. Путин в своих зарубежных вояжах. Но вот однажды в 2005 г. случилась маленькая накладка с его самолетом в Финляндии, когда обнаружилась неисправность в тормозной системе одного колеса. Пришлось пересесть на запасной самолет. Ситуация довольно заурядная в авиации, но в данном случае кому-то понадобилось раздуть невероятно шумный скандал вокруг этого «происшествия», о котором в обычных условиях никто и не узнает. А тут вдруг все средства массовой информации у нас и за рубежом подняли такой вой, что из правительственных кабинетов последовала команда: «Посадить все самолеты марки ИЛ-96 на землю и начать расследование».

Нельзя исключать, что поднятая истерика частично была направлена на срыв сделки по продаже самолетов «ИЛ-96» Кубе, которая уже получила 1 воздушное судно и вела переговоры о возможной покупке еще 5 самолетов. Эти приобретения объясняются необходимостью для Кубы поддерживать активный пассажирообмен с ее новыми союзниками в Латинской Америке — Венесуэлой и Боливией, чему хотят помешать во что бы то ни стало США. Но главное направление удара, безусловно, было нацелено на дискредитацию в принципе отечественного самолетостроения, на разрушение остатков производственных авиационных комплексов. Хотя неоправданные санкции были вскоре сняты, ущерб (прежде всего моральный, психологический) был налицо.

Эксперты в области экономики авиационных перевозок утверждают, что если бы российское правительство дало бы гарантии банковских кредитов на приобретение (на условиях лизинга) первых 100 отечественных самолетов, то наше гражданское авиастроение было бы спасено. Но государство остается глухим к этим предложениям.

Вопросы, связанные с будущим российской авиации, не сходят с повестки дня, их жуют денно и нощно средства массовой информации, но все-таки в реальной жизни дело идет к тому, чтобы дождаться момента, когда можно будет констатировать физическую смерть гражданского авиастроения в России в силу естественных причин: износа материально-технической базы, утери рабочих и инженерно-технических кадров. Признать публично неизбежность такого сценария нынешняя власть не хочет, слишком сильна будет психологическая травма для общественности. Поэтому без конца идут совещания, обсуждения, слушания, напоминающие толчение воды в ступе.

Известный российский банкир Александр Лебедев, который имеет серьезные позиции в российском авиационном бизнесе, после одного из совещаний в Правительстве РФ сказал в публичном интервью: «Я не понял, что нужно правительству: еще одну концепцию или самолеты».

На деле все, кто связан с получением прибыли от авиационных перевозок, готовятся к тотальному переходу на иностранную технику, «Боинги» или «Аэробусы». Наши заводы будут превращены в предприятия по ремонту и обслуживанию авиационных иномарок. Дополнительным доказательством того, что российская власть намерена идти именно таким путем, является покупка в 2006 г. «Внешторгбанком» (чисто государственное предприятие) б — 7 % акций крупнейшего европейского авиакосмического консорциума EADS, который через свою дочернюю компанию занимается производством «Аэробусов».

Российские авиаперевозчики основные усилия направляют на то, чтобы добиться от правительства решения о снижении таможенных пошлин на ввоз самолетов иностранного производства.

Производство боевых самолетов выживает только благодаря заказам на нашу технику со стороны зарубежных государств. Сколько времени мы сможем держаться на плаву, сказать трудно, но этот период не будет коротким из-за быстро набирающего в мире силу сопротивления гегемонизму США.

Судьбу авиастроения почти полностью повторяет автомобилестроение. Россия покрывается сетью сборочных заводов западных компаний. «Отверточное» производство становится основным в нашей стране, но мы должны ясно понимать, что при таком производстве львиная доля прибыли (до 90 %) уйдет в карманы зарубежных фирм, поставляющих комплектующие узлы. Нам останутся крохи.

Безрадостно положение в системе железнодорожного транспорта, где износ подвижного состава достиг 80 %. Нет своего производства, способного восполнить естественную убыль локомотивов и вагонов. Их приходится закупать в Украине, а ведь железнодорожный транспорт — основной перевозчик товаров и пассажиров в России. Остро не хватает цистерн и полувагонов (для перевозки сыпучих грузов), нужных для сырьевой экономики. Если в советское время ежегодно выпускалось от 300 до 400 локомотивов разных типов, то сейчас их производство едва достигает 100 единиц. Нынешнее руководство РАО «РЖД» основные усилия направляет не на модернизацию путевого хозяйства и обновление подвижного состава, а на то, чтобы любыми путями добиться отделения пассажирских перевозок (наиболее убыточных) от грузовых и получить от федерального бюджета несколько десятков миллиардов рублей на покрытие дефицита от пассажирских перевозок. Чиновники будут яростно бороться за ежегодное повышение тарифов, но не поведут и бровью, чтобы ускорить создание новых газотурбинных двигателей для современного поколения локомотивов.

Виктор Христенко — министр промышленности и энергетики, выступая в октябре 2006 года, публично признал катастрофическое положение в области гражданского судостроения. Вот его слова: «Отечественное судостроение существует во фрагментарной форме. Предприятия отстали в технологическом отношении, их производственные мощности не востребованы даже отечественными судовладельцами…, так что сегодня речь фактически идет о создании нового облика отрасли».

До 1991 г. морской флот отечественных грузопе-ревозчиков был одним из самых крупных в мире, а сейчас он деградировал, как и большинство остальных отраслей экономики. На 2007 год он насчитывал около 1500 судов суммарным дедвейтом около 15 млн тонн, что соответствует 2 % от тоннажа мирового морского флота. Россия скатилась на 23 место в мире. Обременительные условия кредитования из-за инфляции, длительные сроки строительства, невысокое качество продукции привели к тому, что российские транспортные компании предпочитают в течение последних 10 лет отдавать заказы на постройку новых судов иностранным верфям. Доля российских корабелов в пополнении флота ничтожно мала, она составляет менее 5 %. Все чужое!

Речной флот России находится в тяжелейшем техническом состоянии. На внутренних водных путях страны трудятся 9 тыс. судов, перевозящих в год более 130 млн тонн грузов и 20 млн пассажиров. Но что это за суда? Их средний возраст составляет 28 лет. Никаких мер по обновлению речного флота не принимается. Он просто «догорает», а ведь некогда наша страна была пионером в области строительства речных судов (вспомните пьесу «Бесприданница» А. Островского, роман «Фома Гордеев» М. Горького). СССР был создателем нового класса речных судов на подводных крыльях. Сейчас же только и слышно о невыгодности и рискованности капиталовложений в речной флот в связи с сезонностью его работы, о плохом состоянии водных путей, гидротехнических сооружений и т. д. Знаменитые на весь мир сормовские верфи в Нижнем Новгороде практически прекратили свою деятельность.

Не лучше картина и в рыбопромысловом флоте, который насчитывает (на 2007 г.) более 2500 судов различного наименования. У российских судостроительных организаций есть возможности для полного удовлетворения спроса рыбаков, но тем не менее поставки судов постоянно сокращаются. За последнее пятилетие существования советской власти корабелы передали рыбакам 448 единиц рыбопромысловых судов, в первое пятилетие «демократической» власти всего 112 судов, в период первой администрации В. Путина (2001–2004 гг.) уже только 26 судов, а дальше… тишина. Родное рыболовное судостроение, считайте, умерло. Но зато с 1991 г. было приобретено за рубежом старых либо подержанных рыбопромысловых судов около 1200 единиц.

Сейчас, когда Россия собирается всерьез искать, а потом добывать топливно-энергетические ресурсы на морских шельфах, ей нужен хороший научно-исследовательский флот. В СССР такой флот был создан, но от него сейчас осталось всего 84 судна средним возрастом 24 года. К 2015 году подлежат списанию 80 судов, после чего не останется ничего. За годы президентства В. Путина было построено всего одно (!) малое гидрографическое судно.

Во всей судостроительной отрасли лучше всего сохранилось именно военно-морское направление, почти целиком сосредоточенное в Северодвинске и работающее в основном на иностранные заказы. Военные суда составляют почти 40 % (от стоимости) всего оборонного экспорта.

Со времен Петра I судостроение в России в основном сосредоточено в северо-западном регионе страны (до 3/4 всех мощностей), но этот потенциал загружен всего на 20 %. Оснащение наших верфей не позволяет строить современные крупнотоннажные суда (максимум, на что мы способны, это 70 тыс. тонн водоизмещения), а сырьевым олигархическим структурам нужны именно крупные суда для экспорта своей добычи, поэтому под их давлением правительство вынуждено обратить внимание на планы возрождения судостроения. Им нужны, прежде всего, транспортные средства для вывоза нефти, сжиженного газа, для развертывания работ по поиску и освоению новых месторождений на шельфе и т. д. Именно этим диктуется готовность правительства оплачивать проценты по кредитам на строительство судов, согласие на изменение налогового законодательства и т. д.

После длительных препирательств, связанных с определением долей собственности, была создана, наконец, в ноябре 2007 г. «Объединенная судостроительная корпорация», которая займется в первую очередь гражданским судостроением. Но обратите внимание на выбранное направление: газовозы и танкеры, способные работать в сложных ледовых условиях, ледокольные суда, годные для использования их в качестве танкеров, морские платформы для разведки и эксплуатации (их нужно, по словам В.Христенко, 35 штук). Иными словами, все подгоняется под интересы добычи и экспорта топливного сырья.

Россия — страна огромных расстояний. Транспорт для нее без всяких натяжек является жизненно важным, как кровеносная система для человеческого организма. Однако цены на перемещение людей и грузов становятся непосильно обременительными для большинства граждан страны.

Пожалуй, единственным исключением в обрабатывающих отраслях промышленности России, где заметны признаки обновления и где ощутимо чувствуется внимание президента и правительства, является военно-промышленный комплекс. До 2005 года ВПК существовал в основном за счет экспортных операций, получая минимум государственных заказов и ресурсов. Начиная с 2005 года ситуация сдвинулась с мертвой точки в силу того, что финансовое положение России окрепло, а озабоченность федеральной власти состоянием вооруженных сил стала очевидной. Ни для кого не секрет, что «оборонка», созданная в годы советской власти, спасла сама себя в течение первых 15 лет рыночных реформ, потому что ее продукция оказалась востребованной на мировом рынке. Ежегодные продажи российского оружия за рубеж неизменно составляли около 5 млрд. долларов. Это была практически единственная высокотехнологичная продукция нашей страны, способная выдержать конкуренцию. В 2005 году экспорт вооружений достиг 6,1 млрд. долларов.

Долгое время основу нашего экспорта составляли истребители семейства «Сухой-30», но постепенно нарастали объемы продаж военно-морских вооружений, зенитно-ракетных комплексов и т. д. Повышенный интерес Кремля выразился в принятии Госсоветом 22 февраля 2005 года решения о создании «Объединенного авиастроительного консорциума» (через год был подписан соответствующий Указ Президента РФ), который по замыслу должен консолидировать конструкторские и производственные потенциалы для обеспечения в первую очередь военного самолетостроения. Почти одновременно «Оборонпром» провел консолидацию активов вертолетостроительной промышленности. Предполагается создание единой управляющей компании «Вертолеты России» с последующей возможной продажей акций на российских фондовых биржах. Намечено создание и двух контролируемых государством управляющих компаний («Центр подводного судостроения» и «Центр надводного судостроения»), которые консолидируют создание военных судов для нужд вооруженных сил страны и для экспорта.

Налицо начало реструктуризации оборонной промышленности, рост бюджетных вливаний в «оборонку». Имеются признаки того, что существенно изменилось к лучшему финансирование НИОКР (научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы) по созданию истребителя пятого поколения. Необходимо признать, что для сохранения и развития высокотехнологичной промышленности России эти решения имеют важное решение. Остается только дождаться того времени, когда решения будут претворены в жизнь.

Необходимо отметить и такой важный поворот в авиастроении, как попытку создателей военных самолетов частично переориентировать свои усилия на нужды гражданской авиации. Годами шли разговоры о создании среднемагистрального отечественного самолета, способного заменить вконец устаревшие и ставшие опасными в эксплуатации ТУ-154. Были планы наладить лицензионную сборку украинского самолета Ан-148 на Воронежском авиационном заводе, но в конце концов по инициативе генерального директора фирмы «Сухой» М.Погосяна наши авиаконструкторы создали проект самолета, условно названного RRJ (российский региональный лайнер), который получил высокую оценку специалистов. Производители уже получили к концу 2006 года более 60 твердых заказов. Мы все надеемся, что этот проект станет, наконец, реальным сдвигом в нашем авиастроении.

Посмотрим, как обстоят дела в легкой промышленности, которую когда— то считал локомотивом развития страны Николай Бухарин. В силу меньшей капиталоемкости, быстрой окупаемости инвестиций, технологической простоте и постоянно растущем спросе на свою продукцию легкая промышленность может, в самом деле, получить ускоренное развитие и позволит накопить капиталы, нужные для решения более сложных задач модернизации страны. У нас перед глазами пример КНР, которая в короткий срок создала столь эффективную легкую промышленность, что заполонила своей продукцией мировой рынок. Трудно поверить в то, что легкая промышленность даже такой державы, как США, оказалась поверженной китайским конкурентом. В основном за счет экспорта товаров легкой промышленности в США КНР имеет около 200 млрд долларов ежегодного «приварка». Страны Европейского союза с трудом отбиваются от наплыва китайской одежды, обуви и т. д., вводя ограничительные импортные квоты. На своем опыте мы знаем, что такое экспансия китайских товаров ширпотреба. Наши рынки и магазины переполнены ими.

Россия исторически имела высокоразвитую легкую промышленность, о чем напоминают знаменитые фамилии Прохоровых, Морозовых, Бахрушиных и других капитанов этой отрасли. В советские времена упор делался в основном на развитие тяжелой промышленности, на производство средств производства, чьи товары назывались «группа А». Легкая промышленность, т. е. производство товаров потребления, была отнесена к «группе Б», которая получала меньше внимания со стороны государства, скуднее финансировалась и т. д. Качество продукции легкой промышленности резко упало, ассортимент был ограничен. Только в последние годы своего существования советские власти пытались что-то сделать для исправления положения, но не успели. Но тем не менее, легкая промышленность удовлетворяла по количеству самые насущные требования, в годы Второй мировой войны обувала и одевала громадную армию.

После известных событий 1991 года, при переходе страны к рыночной экономике, можно было предположить, что наша отечественная легкая промышленность получит быстрое и качественное развитие. Но не тут-то было! Развал СССР привел, прежде всего, к потере источников сырья для легкой промышленности, мы лишились среднеазиатского хлопка, вполовину уменьшились поставки кожевенного сырья из-за резкого сокращения поголовья своего скота вследствие роспуска колхозов и совхозов, разрыва связей с Монголией и новыми независимыми государствами Средней Азии. Границы страны были открыты «для званых и нез-ванных, особенно для иностранных». А торговать, как известно, выгоднее, чем производить в условиях государственной разрухи и беззакония. Россия почти моментально превратилась в безбрежную барахолку. У нас появилась особая профессия «челноков», т. е. людей, которые специализировались на поездках в близлежащие страны (КНР, Турция, Арабские Эмираты и пр.) с целью покупки там товаров легкой промышленности и перепродажи их на российских рынках. За рубежом приобреталась, разумеется, самая дешевая и самая некачественная продукция. Российская власть совершенно безучастно взирала на бушевавшую стихию разрушения.

Суммарным итогом всех этих и других причин стала катастрофа легкой промышленности России. На сегодняшний день (2007 год) ее доля в промышленном производстве страны составляет едва 1 %, а доля капиталовложений в легкую промышленность и того меньше — 0,7 % от общего уровня инвестиций в промышленность. Иначе говоря, эта отрасль хозяйства продолжает умирать. Оборудование предприятий легкой промышленности на 80 % состоит из унаследованных от советского периода машин, которые и в те времена были морально устаревшими, а теперь вообще выглядят антикварными. По мировым же стандартам основные фонды легкой промышленности обновляются каждые 5–7 лет, чтобы иметь возможность учитывать изменяющиеся требования рынка.

Парадокс состоит в том, что Россия представляет собой исключительно емкий рынок для продукции легкой промышленности в силу сурового и изменчивого климата. При всей бедности российских граждан мы вынуждены тратить на одежду и обувь значительно больше, чем среднестатистический житель планеты Земля. Наша легкая промышленность сейчас покрывает только 15–17 % платежеспособного спроса, причем этот процент обеспечивается в основном только за счет государственных заказов на армию и силовые ведомства, да еще за счет выпуска тканей, которые составляют 70 % от их потребления. По всем остальным позициям мы отдали наш внутренний рынок на откуп иностранным товарам.

Спрос на продукцию легкой промышленности очень велик, торговый оборот составляет в год не менее 45 млрд. долларов и продолжает ежегодно расти, но отечественные производители остаются в стороне. Российское правительство проявляет себя только как наблюдатель этих общих негативных процессов. Время от времени в правительстве поднимаются вопросы о состоянии дел в легкой промышленности. Последний раз об этом докладывал заместитель министра промышленности и энергетики Андрей Реус в июне 2006 года, но он ограничился констатацией тяжелого положения в отрасли и формулированием общих пожеланий (ни к чему не обязывающих) по оздоровлению обстановки. В качестве главных причин плачевного положения в отрасли он назвал полный беспредел в импорте товаров легкой промышленности из-за рубежа и существовании теневой экономики контрафактной продукции. Эти причины могут быть устранены только при общем оздоровлении российской политической и экономической жизни, но пока никаких признаков в этом направлении не просматривается.

Любой мало-мальски грамотный специалист скажет, что для оценки перспектив развития страны крайне важно знать состояние ее энергетического хозяйства и в особенности электроэнергетики. Производство электричества — ключевой показатель здоровья экономики и качества жизни населения. В дореформенное время (до 1991 г.) темпы роста производства электричества постоянно опережали темпы роста экономики в целом. Это и понятно, само производство становится более энергоемким, растут бытовые потребности населения, развивается транспорт, использующий электричество как источник энергии. За 50 лет, предшествовавших наступлению «эпохи реформ», т. е. за период с 1940 по 1990 гг. производство электроэнергии выросло в 35 раз (!). В 1990 году на территории России производилось 1082 млрд. киловатт-часов, после чего наступил длительный период упадка и стагнации. Мы и сегодня не добрались до уровня 1990 г. В 2005 году производство электроэнергии в Российской Федерации составило около 940 млрд. киловатт-часов, причем часть ее мы экспортируем в соседние страны, Среди покупателей нашего электричества мы найдем и КНР, и Эстонию, и многие государства теперешнего СНГ. Основными потребителями внутри страны являются все те же олигархические структуры, которые контролируют черную и цветную металлургию, нефтедобычу и газовую промышленность.

По оценке экспертов в настоящее время мощности по производству электроэнергии изношены на 50–60 %, в результате чего нередки случаи тяжелых аварий, приводящих к длительным перебоям в электроснабжении. Крошечные темпы ежегодного неустойчивого прироста производства электроэнергии на уровне 2–2,5 %, постоянно отстают от темпов роста ВВП. Несмотря на агрессивную рекламу А. Чубайса как «трудоголика и крупного специалиста-управленца», мы вынуждены констатировать его полную несостоятельность как главного энергетика страны (а ведь РАО «ЕЭС» контролирует практически все производство электроэнергии на тепловых и гидроэлектростанциях страны). Нет ни обновления электроэнергетики, ни роста производства электроэнергии. Для государства это означает, что нет условий для развития обрабатывающей промышленности, модернизации сельского хозяйства.

Многим памятна зима 2005–2006 гг., когда на короткое время установились нормальные для наших широт морозы в 25–27 градусов ниже нуля. Тогда не один раз по телевидению выступал А.Чубайс и его доверенные лица, которые уговаривали граждан выключать все излишние электроприборы, потому что в стране нет электроэнергии. Они неоднократно предупреждали, что начнут отключать промышленные предприятия, уличное освещение, рекламу. Электричества не хватало даже на бытовые нужды.

Создается впечатление, что президент В. Путин не в силах совладать со всемогущим А.Чубайсом, потому что основные надежды возлагает на рост производства электроэнергии на атомных электростанциях, пока еще находящихся в ведении государства. Сейчас на АЭС производится около 16 % от общей выработки электроэнергии, и глава государства поставил задачу довести их долю до 25 %.

В чем-то нынешний глава РАО «ЕЭС» преуспел, но, увы, только в продаже акций РАО «ЕЭС» иностранцам и в повышении тарифов на потребляемую энергию. В нарушение действующих российских законов о сохранении в руках государства не менее 75 % акций РАО «ЕЭС», А.Чубайс продал иностранцам более 30 %, т. е. отдал им блокирующий пакет акций, дающий им право решающего голоса при назначении высшего менеджмента компании. Понятно, что своего благодетеля А. Чубайса иностранные «инвесторы» будут любить, как родного брата. Этим в огромной степени объясняется непотопляемость Анатолия Борисовича. В 2008 году предполагается ликвидация РАО «ЕЭС» как организации, выполнившей свои задачи. За время своего существования РАО «ЕЭС» не решило вопроса о наращивании энергетического потенциала страны, оно добилось только раздробления этой естественной монополии и полуприватизации образовавшихся осколков (полуприватизацией можно назвать процедуру, в результате которой контрольный пакет акций остается в руках государства, а почти половина акций попадает в частные руки).

Исходя из всего сказанного, никак нельзя сделать вывод, что Россия набрала сил и изготовилась к мощному прыжку в развитии обрабатывающей промышленности, той самой, которая определяет нишу государства в сообществе высокоразвитых стран. Все разговоры об инновационных технологиях, прорывных направлениях на основе передовых научных достижений пока можно отнести к категории дымовой завесы с демагогическими целями. Об этом красноречиво говорит реальное состояние нынешней российской науки.

Учрежденная во времена царствования Екатерины II Российская Академия наук была на протяжении более двухсот лет главным генератором научных идей и открытий. В советский период истории нашего государства Академия наук пережила особый расцвет, что было связано с необходимостью выживания СССР в ходе многолетних войн и потребностей ускоренного развития народного хозяйства страны. Исследования в области использования ядерной энергии как в военных так и мирных целях, выход в космос, создание крупнейших по мировым стандартам гидроэнергетических узлов, работы по исследованию полярных районов и проблем вечной мерзлоты — принесли славу и широкое признание нашей отечественной науке. Ученый в нашем народе пользовался высоким авторитетом, граничащим с обожанием.

По многим направлениям мы значительно обгоняли зарубежную науку. Наш нобелевский лауреат Жорес Алферов был изобретателем солнечных батарей на полупроводниковых гетероструктурах, на которых сегодня работают 80 % коммерческих спутников связи, размещенных на космических орбитах. В ту пору, когда американцы только публиковали первые статьи по этой теме, советские военные спутники уже летали в космическом пространстве, распластав крылья солнечных батарей. Но кто теперь знает об этом? Кто знает о том, что сейчас в России нет собственного производства солнечных батарей, и мы покупаем их за рубежом? Да, в советское время были допущены два существенных перекоса: во-первых, было гипертрофированно (по финансированию, правительственному вниманию) военно-техническое направление в развитии науки и, во-вторых, было захламлено все научное сообщество огромным количеством неэффективных, околонаучных структур, которые, как водоросли и ракушки на днище корабля, тормозили движение науки вперед.

Эти структурные искажения легко могли быть исправлены государством по инициативе самого научного сообщества, авторитет которого был исключительно высок. Но время для этого было упущено, Крушение государства в 1991 г. обернулось подлинной катастрофой для фундаментальной и опытно-конструкторской науки, В наступивших рыночных условиях зародившийся бизнес однозначно предпочитал делать баснословную прибыль отнюдь не на научных открытиях. Между экономикой и наукой сразу образовался непреодолимый разрыв. Наука оказалась не нужной не только «новым русским», но и самому российскому государству. С тех самых пор и до нынешних времен российская наука озабочена главным образом проблемой собственного выживания. Она оказалась в положении нелюбимого подкидыша в жадной, обывательской семье, которая не решается, стыдясь общественного мнения, выбросить за дверь ненужного ей нахлебника, но и не знает, чего ради надо кормить его. Наука стала невостребованной в России впервые за всю историю ее существования.

Поэтому ученые массами стали уезжать заграницу, научные институты

— некогда флагманы исследовательской работы, прозябают, сдавая в аренду часть опустевших ненужных помещений. Научные работники влачат горькое существование на нищие зарплаты. Вчерашний цвет нации превращен в неудачников, в своеобразных бомжей, выброшенных из привычной ниши социальной структуры государства. И даже те остатки фундаментальной академической науки, которые вопреки всему сохранились в России, работают сейчас нередко на гранты зарубежных организаций и по их заданиям.

Однажды мне пришлось слышать такой анекдот: А.Чубайс (в бытность вице-премьером) спрашивает «Неужели после всех сокращений зарплаты научные работники еще ходят на работу?». Ему отвечают: «Еле бредут, но ходят, они ведь патриоты своего дела!». «Тогда, — говорит он, — надо брать с них хотя бы по 50 рублей за каждый вход, чтобы избавить их от страданий».

За пятнадцать лет (1990–2005 гг.) число проектных организаций в стране сократилось в 8 раз, конструкторских бюро в 4 раза, научно-технических отделов на промышленных предприятиях в 2 раза.

В последнее время стали говорить о реформе Академии наук и даже разработали под громким названием «Стратегия» (но на период всего до 2010 г.) перечень мер, которые не имеют даже и слабого стратегического запаха. Это обычный эклектичный набор мер, которые скорее призваны показать некую заинтересованность власти в оживлении науки. Например, предусматривается сократить на 25 % количество ставок, а 15 % перевести на внебюджетное финансирование. Обещано повысить оплату труда остающимся научным работникам (докторам наук) до 30 тыс. рублей в месяц, молодым исследователям (кандидатам наук) до 15–20 тыс. и вспомогательному персоналу до 12 тыс. рублей. Но в то же время забыли о том, что вспомогательный персонал зачастую состоит из высококвалифицированных инженеров, обслуживающих сложнейшие приборы и установки. Зачастую от их труда зависят результаты исследований не меньше, чем от научных работников.

Взахлеб, как об огромной победе, прокричали, что кандидаты наук будут получать ежемесячную надбавку размером в 3 тыс. рублей, а доктора наук по 7 тыс. рублей, но почему-то не вспомнили, что есть еще большая группа членов-корреспондентов и действительных членов Академии наук.

Тихо, стараясь не привлекать внимание общественности, власть намерена ликвидировать всю социальную инфраструктуру Академии наук, отобрать у ученых их медицинские центры, все места отдыха, спортивные базы, детские учреждения и т. п. Эта недвижимость и земли, на которых она расположена, давно вызывали волчий аппетит у бюрократической верхушки и связанных с нею олигархов. Теперь под видом стратегической реформы науки, они непременно проглотят эту систему жизнеобеспечения научного сообщества. И сделают это с согласия Кремля.

Осталась, как и раньше, проблема пустопорожних кандидатских и докторских дипломов, т. е. тех, с позволения сказать, ученых, которые, получив ученые степени, никогда больше ничего не создали, а иной раз даже забыли темы своих диссертационных работ. Во всем мире практикуется оценка по так называемому индексу цитирования: т. е. исходя из того, востребованы ли труды ученого, находятся ли они в научном обороте, обращаются ли к ним как к источнику новых знаний. У нас такого критерия полезности не было и нет.

Из года в год нарастает вал докторских и кандидатских диссертаций, причем преимущественно по общественным и гуманитарным наукам. В 2004 г. через структуры ВАК прошло почти 4 тыс. докторских диссертаций, что на 15 % больше, чем в предыдущем году. Ученая степень стала неким заменителем давно забытых дворянских титулов. Реальная экономика страны топчется на месте, наука продолжает разрушаться, а число «остепененных» неудержимо растет. В наше коррупционное время можно сделать все за «барашки в бумажке».

Честные ученые и просто порядочные люди согласны в том, что все идет к тому, что доверие ученых и академического сообщества к власти, к шагам, предпринимаемым ею по «реформированию» науки, будет подорвано. Именно поэтому нынешняя власть предлагала изменить таким образом устав Академии наук, чтобы будущий президент Академии утверждался Указом Президента РФ. Такого положения не было даже в годы советской власти. Ученые всегда избирали сами своего руководителя. Академическое сообщество было полно достоинства, оно, например, не позволило в советское время исключить из числа академиков А.Сахарова, несмотря на все гонения на него со стороны официальных властей. Сейчас Академия наук смята, обречена на научную и общественную деградацию.

Общеизвестно, что наука не может и не будет развиваться, если в ней не будет потребности, а сейчас российское государство и бизнес устроены так, что у них особой потребности в науке нет, за исключением узких сегментов, связанных с работой нефтегазового комплекса и военно-промышленного комплекса. Они живут одним днем, или в лучшем случае от выборов до выборов.

Сейчас весь мир думает о завтрашнем дне энергетики. Все видят приближающийся конец эры нефти и газа. Мысли ученых обращены к альтернативным источникам получения энергии. Вместо нефти и газа должна наступить эпоха атома и особенно водорода, запасы которого на земле практически неисчерпаемы. Серьезные исследования ведутся, чтобы использовать энергию солнца, ветра. Везде, кроме России.

Совсем недавно в нашем национальном сознании, да и в мировом общественном мнении, слово «русский» связывалось с практически неисчерпаемым ресурсом изобретательства, выдумки. Помнится шутка М.Салтыкова-Щедрина: «Если русские не выдумали пороха, то только потому, что на этот счет не было указания сверху». Мы сами про себя составили поговорку «Голь на выдумку хитра». Шедевром русской литературы является лесковский «Левша» — гениальный мастер кузнечного дела. Мне захотелось проверить, как обстоит сейчас дело с реализацией слов М.Ломоносова о том, что «может собственных Платонов и быстрых разумом Ньютонов российская земля рождать». Я обратился с запросом в Роспатент (Федеральная служба по интеллектуальной собственности, патентам и товарным знакам), чтобы узнать много ли теперь изобретают и сколько изобретений внедряется в жизнь. Получил ответ, из которого следует, что изобретательская активность в стране низкая, что «инновационная активность отраслей экономики остается низкой, в результате чего использование в российской экономике накопленного интеллектуального потенциала носит ограниченный характер». Как окончательный приговор, я прочитал заключительные слова: «При относительно небольшом количестве выданных за период с 1995 по 2005 гг. патентов, в силе поддерживается менее половины из них… Практическую же реализацию, по официальным данным, находят менее пяти процентов действующих патентов, что является показателем невостребованности российских изобретений со стороны реального сектора экономики. В силу низкой эффективности российского производства спрос с его стороны на новые разработки остается низким и не оказывает стимулирующего влияния на изобретательскую и инновационную деятельность». Точка, подпись заместителя руководителя Роспатента, дата 14 февраля 2006 года. Все звучит как надгробие на могиле российской науки.

Нагляднее всего промышленную и научно-техническую слабость России демонстрирует позиция, которую занимает наша страна в сфере наукоемкой продукции.

В самом начале своего президентского правления В. Путин в драматическом тоне говорил: «Россия впервые за последние 200–300 лет стоит перед лицом реальной опасности оказаться во втором, а то и в третьем эшелоне государств мира». Сейчас, когда закончились оба дозволенные Конституцией срока пребывания В. Путина в Кремле, можно уверенно сказать, что Россия уже оказалась «во втором эшелоне» государств мира, практически утратив возможность изменения своего статуса в обозримом будущем. На чем мы основываемся, когда делаем такой грустный вывод? Прежде всего, на угасающей роли России в общемировом научно-техническом прогрессе. Сокращение доли России на мировом рынке наукоемкой продукции лучше всего свидетельствует о ее деградации как развитой державы. Если объемы мирового рынка продукции наукоемких отраслей оцениваются международными экспертами в 2,5–3 трлн долларов в год, то на долю нашей страны приходится всего 0,3–0,5 %. Можно просто сказать, мы вытеснены почти целиком с рынка наиболее выгодной, доходной и перспективной продукции. Сейчас мы экспортируем в 10 раз меньше высокотехнологичной продукции, чем Китай, и в 14 раз меньше, чем Южная Корея. В советские времена ситуация не смотрелась так драматично, тогда в силу политических причин мы экспортировали свою продукцию в страны бывшего Варшавского пакта, во многие развивающиеся страны, собственный рынок был наглухо закрыт для иностранных конкурентов. Демократическая буря снесла эту «крышу», и мы оказались беззащитными в непривычном для нас рыночном мире. От нас ушли не только все вчерашние союзники и попутчики, но и откололись бывшие союзные республики. Наши рынки съежились до размеров носового платка. Отечественная продукция и без того не блиставшая качеством, еще более ухудшилась из-за разрыва старых кооперационных связей, общего развала.

Даже собственный национальный российский рынок затрещал под напором западных конкурентов. Улицы российских городов оказались забитыми чужими автомашинами, наши квартиры оборудованы иностранной бытовой техникой, в руках десятков миллионов россиян телефоны-мобильники зарубежных поставщиков, в небе чаще можно увидеть «Боинги» и «Аэробусы», чем российские самолеты.

17 лет, прошедших после декретного введения рыночной экономики в России, наша политическая и экономическая «элита» потратила на дележку и передел доставшегося им в качестве военного трофея бывшего социалистического имущества. Этот процесс еще продолжается, хотя и в меньших параметрах. В этих условиях думать о стратегических путях развития национальной экономики, о выборе специализации для России, о закладывании фундамента для такого поворота «элитам» было некогда. Эти 17 лет оказались полностью потерянными в истории России для научно-технического прогресса. За это время все наши в прошлом соперники-конкуренты ушли далеко вперед и теперь нам вряд ли удастся их догнать. За годы «демократии» Россия не создала ни одного вида конкурентоспособной на мировом рынке продукции и только «доедала» то, что было создано в предшествовавшие годы. Скоро и этому придет конец. Например, мы с давних пор были одним из мировых лидеров в производстве вооружений и военной техники. По инерции этот блок продолжал двигаться вперед, с каждым годом замедляя свой ход. Наши основные покупатели — Индия, Китай за это время успели создать собственную военную промышленность, разработать и развернуть свои военные программы и скоро не будут нуждаться в нашей продукции.

Кроме того, мировой рынок вооружений находится на пороге появления нового поколения военной техники. Россия окажется на нем в положении пасынка, ибо задел оборонных конструкторских разработок, сформированный еще в 70 –80-е годы, исчерпан и портфели пусты. Предприятия идут по пути модернизации техники вчерашнего дня, но ресурсы эти невелики.

Политическая ситуация в мире также не способствует развитию нашего военно-промышленного комплекса. Все страны бывшего Варшавского пакта перешли на западные образцы вооружений. Большинство бывших союзных республик (кроме Белоруссии) также взяли курс на увеличение доли вооружений, производимых на Западе. Особо следует сказать об Украине, чей военно-промышленный комплекс тесно завязан с нашим отечественным, но находится под угрозой разрушения в случае вступления Украины в НАТО, к чему ведет курс В. Ющенко. Излишне говорить, что США и их союзники последовательно препятствуют во всем мире любой сделке по продаже российского вооружения или военной техники.

Вторым по важности в нашем экспорте наукоемкой продукции были атомные электростанции, оборудование для них и производство тепловыделяющих элементов для атомных реакторов. Если торговля оружием дает нашей стране ежегодно 5–6 млрд. долларов, то объем экспорта атомной отрасли равен примерно 3,5 млрд долларов. Чернобыльская катастрофа подкосила высокую марку и авторитет наших атомных реакторов. Установленный на Чернобыльской станции реактор типа РБМК (реактор большой мощности канальный) снят со всех коммерческих предложений. Россия производит и другой вариант атомного реактора ВВЭР (водно-водяной энергетический реактор), который считается более надежным и перспективным, но вот беда: наш реактор этого типа имеет предельную мощность в 1 тыс. мегаватт, в то время как потребители предпочитают реакторы большей мощности. По этой причине Финляндия предпочла недавно купить реактор в 1,5 тыс. мегаватт у европейского консорциума, а не у нас. Теоретически будущее принадлежит реакторам на быстрых нейтронах, но это дело послезавтрашнего дня; промышленная эксплуатация их возможна примерно к середине нынешнего столетия. Так что, если Россия хочет сохранить свои позиции в мировом атомном машиностроении, она обязательно должна создать реактор типа ВВЭР повышенной мощности и попытаться выиграть гонку в создании реактора на быстрых нейтронах.

Сейчас Россия строит 5 атомных реакторов в мире (в Китае, Иране), но перспективы получения новых контрактов весьма туманны. Правда, в январе 2008 года во время поездки В. Путина в Болгарию было подписано соглашение о строительстве 2 блоков по 1 тыс. мегаватт, что можно только приветствовать. Строим мы медленно, например, сделка по строительству реактора в Китае для Тяньванской АЭС была заключена в 1997 г. и только осенью 2006 года состоялся пуск его в эксплуатацию. Поэтому китайцы при каждом случае повторяют, что они готовы рассматривать российские предложения, только если те будут конкурентоспособны по всем параметрам.

Наше сотрудничество с Ираном в огромной степени объясняется той враждебной политической обстановкой, которая сложилась вокруг этой страны по инициативе США. Грубо говоря, иранцам деваться некуда. Слава Богу, что в США в начале века президентом был недальновидный тупица Буш. Ведь в 2003 году иранское руководство предлагало в конфиденциальном порядке Вашингтону сесть за стол переговоров и разрешить полюбовно все накопившиеся вопросы, но чванливые янки, одержимые высокомерием, не отреагировали на этот зондаж. А если бы они должным образом восприняли этот сигнал из Тегерана, то и этот рынок оказался бы для нас закрытым.

Мир стоит на пороге энергетического голода. Невозобновляемые ресурсы нефти и газа тают на глазах. Реально их сокращение можно компенсировать только за счет производства электричества и тепла на атомных электростанциях. Именно поэтому правительство Китая планирует построить в ближайшие 30 лет 50 блоков АЭС. Амбиции Индии не менее грандиозны — построить в течение 10 лет 20 энергоблоков. Такие же планы разрабатывают страны Восточной Европы, Бразилия и т. д. Сможет ли Россия сохранить свои унаследованные от СССР позиции в мировой торговле атомной технологией и оборудованием — это большой вопрос, тем более, что нашим конкурентом является мощная французская государственная компания «АРЕВА» с годовым объемом продаж, превышающим 24 млрд. долларов.

Третьим и последним значимым плацдармом присутствия России на рынке высоких технологий является наша космическая отрасль. Она едва-едва выжила, благодаря участию ведущих российских предприятий в международных проектах. Вечное недофинансирование буквально душит «Роскосмос», в наши гражданские космические программы мы вкладываем в пять раз меньше средств, чем Индия, и в 25 раз меньше, чем США. Некогда великая космическая держава Россия сейчас занимает на мировом рынке космических услуг всего 4 %, да и то в основном в одном секторе — в ракетных пусках. Этот сектор считается самой грубой и дешевой услугой. Сравните сами: полный объем пусковых услуг в мире составляет 3,5 млрд. долларов в год, а, скажем, объем продаж коммерческих услуг, предоставляемых операторами спутниковой связи, приближается к 60 млрд. долларов; наземного оборудования для космической связи продается на сумму 23 млрд. долларов, стоимость запускаемых космических аппаратов перешагнула 10 млрд. долларов. Вся эта гигантская космическая индустрия развивается практически без нашего участия. Если в пусках мы занимаем худо-бедно 11 % мирового рынка, то в космических аппаратах наша доля всего 2 %, а в наземном оборудовании и того меньше — 1 %. Вспоминаются грустные слова песни популярного В. Кикабидзе:

«Вот и все что было, Вот и все, что было, Ты как хочешь это назови, Для кого-то просто — летная погода, Для кого-то — проводы любви».

Иначе быть и не может с Россией, со страной, которая тратит на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы менее 1 % своего нищего ВВП, в то время как США не жалеют 2,8 %. от своего жирного ВВП, а крошечные Финляндия и Швеция готовы тратить по 4 и больше процентов от своего ВВП. Евросоюз принял решение довести свои расходы на научно— технический прогресс до 3 %, т. е. сравняться с Японией. Одна Россия плетется в хвосте, ежегодно рождая десятки новых миллиардеров и не производя никаких инновационных продуктов. По конкурентоспособности мы занимаем 70 место из 104 анкетированных стран. (Для справки: Китай стоит на 46 месте). Те международные институты, которые определяют этот рейтинг, считают, что самой большой проблемой для нашей страны остается качество государственных институтов, которые недостаточно хорошо справляются с обеспечением законности и борьбе с коррупцией. Иными словами — виновата сама государственная власть. Права старинная поговорка: «Неча на зеркало пенять, коли рожа крива».

Безрадостную картину общего состояния нашего промышленного и научно-технического потенциала дополняет и еще одна беда: неумение хранить и правильно эксплуатировать доставшееся нам в наследство от предыдущих поколений имущество.

К великому горю нашего народа, Россия после наступления «демократии» схлопотала себе стыдную славу самого неблагополучного государства по числу и масштабности аварий и катастроф. Редкий месяц проходит без того, чтобы мы не отметились в средствах массовой информации каким-нибудь очередным скандальным происшествием. Не будем вспоминать горькую эпопею Чернобыльской катастрофы, радиоактивное заражение обширных площадей на Урале, головотяпские гидропроекты, в результате которых на глазах у всего мира погибает целое Аральское море. Мы охотно списали эти беды на счет прошлых властей и вдоволь наплясались на их политических трупах. Да что толку! При нынешних демократических властях череда катастроф стала более плотной и непрерываемой. России пришлось создавать специальное Министерство по чрезвычайным ситуациям, чтобы поспевать разгребать последствия следующих одна за другой аварий.

Если посмотреть отчетные материалы ведомства Сергея Шойгу, который практически бессменно с 1991 года возглавляет этот участок работы, то мы увидим, что среднее многолетнее число техногенных катастроф в нашей стране составляет около 800 в год, причем в них гибнет, опять-таки в среднем, по 3 тыс. человек ежегодно. Техногенными они называются по той причине, что случаются они в промышленности, на транспорте, в строительстве, одним словом там, где имеется техника, управляемая людьми. В отличие от техногенных, бывают еще и природные чрезвычайные ситуации, вроде наводнений, землетрясений, оползней, ураганов и пр. Над ними человек не вполне властен, поэтому приходится уповать на милость Божью. В основе же техногенных катастроф в конечном итоге лежит вина самого человека, поэтому с него и спрос.

Совсем недавно, 25 мая 2005 г., Россия испытала сильнейший шок от внезапного отключения электроэнергии на обширном пространстве Центральной России. Оказались парализованными большая часть Москвы, Тульская, Калужская, Рязанская области. В зоне чрезвычайной ситуации оказались 4 млн наших граждан. Остановился метрополитен, замерли все электровозы на железных дорогах, перестал работать водопровод, погас свет в операционных, застыли плавильные печи на заводах, погибли тысячи и тысячи зародышей цыплят в инкубаторах…

Трудно представить себе тот ужас, который испытали люди, ощупью выбиравшиеся из темных тоннелей метро, колотившие в двери застрявших лифтов, задыхавшиеся без кислорода в реанимационных палатах, опаздывавшие на самолеты. Власть и бизнес обычно не думают о таких для них пустяках, как душевные травмы людей. Они торопились подсчитать материальные убытки (в расчете одним поменьше уплатить, а другим побольше получить в виде компенсаций из бюджета), Получилось около 2 млрд. рублей, убийственно много для одного дня техногенной катастрофы.

В таких случаях на Западе лицо, ответственное за энергоснабжение страны, само подает в отставку. У нас поступить таким образом полагалось бы Анатолию Чубайсу — председателю правления РАО «ЕЭС», но он, как клещ, впившийся в холку скотинке, и ухом не повел. На другой день вся Россия ревмя ревела, требуя отставки «рыжего», а с него все обвинения «как с гуся вода». С великим скрипом он согласился только на отставку своего протеже В. Евстафьева, того самого, который выносил из Белого дома в 1996 г. коробку из-под ксерокса, набитую долларовыми сотенными бумажками, а теперь возглавлял «Мосэнерго». Нашли стрелочника! Затем началась бюрократическая канитель, чтобы «замотать» окончательно вопрос об ответственности за происшедшую катастрофу. Создана комиссия в самом РАО «ЕЭС», создана межведомственная комиссия, создана специальная следственная группа в Генпрокуратуре, сформирована, наконец, комиссия Государственной думы… И все занимаются расследованием, и все озабочены как бы спустить дело на тормозах, как бы убедить общественность «не делать из мухи слона», как бы выгородить Чубайса. А главное, не приведи Бог, не поставить под сомнение идиотские реформы, затеянные им по раздроблению Единой энергетической системы страны, которую мы унаследовали от почившего в бозе СССР.

Все люди, не растерявшие здравого смысла, предупреждали в свое время Кремль, что не следует реформировать то, что безотказно работает. Нормальный человек не понесет в починку часы, которые отлично ходят. Но у реформаторов-демократов голова иначе устроена, их ни капельки не волнует ни энергетическая безопасность страны, ни интересы потребителей, ни будущее России вообще. Любую отрасль экономики, любое предприятие они рассматривают только как источник прибыли, больше никак. Причем прибыли не для бюджета государства, а главным образом лично для себя и своих подручных. Поговаривают, что «зарплата» А.Чубайса превышает 600 тыс. рублей в месяц, не считая премиальных, дивидендов, представительских и т. д. Когда-то Чубайс уже совершил уголовно наказуемое деяние, он продал иностранцам 32 % акций РАО «ЕЭС» (т. е. блокирующий пакет акций), в то время как закон запрещал продавать за рубеж более чем 25 %. Он яростно лгал, что такая сделка откроет шлюзы для притока инвестиций в нашу энергетику. Шиш с два! Ничего не пришло, а вот денежки из карманов электропользователей исправно потекли за рубеж в виде дивидендов за эти акции. Попробуй тронь Чубайса, за него тотчас вступится вся заграница, ножками затопают, в визге зальются! У самих себя они такого «топ-менеджера» и дня держать не стали бы, а вот для России он в самый раз. Пока для Кремля мнение заграницы важнее, чем чувства своего народа, Чубайс будет неуязвим, потому-то он позволяет себе не являться на вызов даже Генерального прокурора.

Зимой 2007 года крупная авария на высоковольтных линиях передач на пару дней оставила без электроэнергии все Черноморское побережье России от Сочи до Геленджика. Аварии помельче происходят ежедневно по всей стране. В январе 2008 г. без света и тепла осталась столица Дагестана Махачкала, население которой вышло на улицы, угрожая взять штурмом административные здания. Только угроза применения силы прибывшими подразделениями внутренних войск остановило опасное развитие событий.

Энергетический коллапс — вовсе не частный случай в нашей жизни. Разве не вздрагивает вся Россия ежегодно от регулярно повторяющихся катастроф на угольных шахтах с массовой гибелью горняков? Разве не падают с пугающей частотой самолеты и вертолеты российской военной и гражданской авиации? Не в Москве ли рухнул на посетителей аквапарк, унеся жизни почти 30 человек? Не у нас ли сгорел исторический Манеж, украшавший почти два века центральную площадь столицы? А 27 мая 2007 г. в газете «Московский комсомолец» я с изрядным удивлением прочитал информацию о том, что обвалился потолок, придавив трех сотрудников, даже в самой фирме «ЭКТИС», которая проектирует элитные дома, аквапарки и в том числе бассейны для Управления делами президента. Вот уж, как говорится, «Бог шельму метит».

В чем же дело? Почему именно нам выпала горькая судьба «быть впереди планеты всей» по числу техногенных катастроф вообще и на душу населения в частности? Почему у нас чаще, чем в иных странах, взрываются угольные шахты, причем среди горняков даже утвердилось некое фатальное убеждение, что за каждый добытый миллион тонн угля надо заплатить одной жизнью шахтера. Такова, дескать, многолетняя традиция! Почему у нас чаще рвутся нефте— и газопроводы, земля и реки гибнут от вредных продуктов (даже в Москву-реку во время энергетического шока были сброшены сотни тонн фекальных вод)? Почему только в России ежегодно горят леса на огромных площадях (они тоже относятся к техногенным катастрофам), а мы реагируем на это только редкими скупыми строчками в нашей прессе, настолько мы смирились со своей горькой судьбой. МЧС даже придумало термин «пик горимости» (это относится к лету) и безучастно фиксирует, что, дескать, в 2004 году «огнем пройдено 550 тыс. га леса», что сгорело 16 млн кубометров леса и погибло более 100 тыс. га молодого леса. Говорю «безучастно», потому что это Министерство бессильно перед проблемой гибели русских лесов. Для полноты правды скажу, что в 2003 году площадь пожаров была в десять (!) раз больше и леса погибло почти 70 млн кубометров. Просто в тот год дождей было меньше, а жара была покруче. Поверьте мне, дорогие читатели, что аналогичная картина наблюдается повсеместно и во всех отраслях экономики. Просто жалею ваше время и внимание. Статистики, травмирующей сознание, у меня под рукой, как говорят, «вагон и маленькая тележка». Горько знать, что министр по делам чрезвычайных ситуаций в России считается самым успешным руководителем ведомства.

Первопричиной этой техногенной напасти на нашу родину нужно считать безоглядно начатые и бездумно проводимые экономические реформы. Автора легко обвинить в предвзятости, он, мол, известный критикан. А вот послушайте, как оценивает ситуацию само Министерство по чрезвычайным ситуациям: «Экономические преобразования, проводимые в России, привели к серьезным изменениям во всех сферах управления промышленной безопасностью. В результате децентрализации государственного управления предприятиями промышленности и энергетики различных форм собственности произошла утрата целостности государственной системы управления промышленной безопасностью. В настоящее время действующие на предприятиях элементы (обратите внимание, речь идет только об отдельных «элементах») системы управления промышленной безопасностью не обеспечивают должного уровня безопасности и не исключают аварий и травматизма персонала на производстве». А далее еще резче и понятнее: «Работодателями повсеместно игнорируются требования законодательства по обеспечению безопасных условий труда, не осуществляются мероприятия по предотвращению и сокращению аварий и несчастных случаев на производстве».

Вот вам и ответ, к которому я полностью присоединяюсь: нынешние нувориши, «владельцы заводов, газет, пароходов» плевать хотели на российские законы. Их съедает, как писал поэт, «одна, но пламенная страсть»

— выжать из попавшего в их руки вчерашнего государственного имущества все, что можно, а там… хоть трава не расти. Создается ощущение, что власть и бизнес едины в этом безумстве. Иначе чем объяснить столь мягкое, а временами и просто покровительственное отношение к виновникам этих бесконечных аварий и катастроф. В первый момент, когда сам факт очередной беды острой болью пронзает сердце общества, высокие представители властей пытаются изобразить свою опечаленность несчастьем, они иногда выезжают на место событий, надевают скорбные лица, выдают позорно скудные «компенсации» за жизни погибших, и на этом обычно кончается вся протокольная процедура. Создаваемые комиссии по расследованию причин катастрофы работают в основном по принципу белки, бегающей в колесе. Общество устает ждать результатов, а тут подоспевают другие громкие беды, внимание переключается на них, и так вьется бесконечная веревочка техногенной напасти.

В бытность депутатом Государственной думы я как-то получил по почте красноречивый документ, подтверждающий эту истину. Речь шла о резолюции, принятой в конце мая 2006 г. участниками Всероссийской научно-практической конференции по проблемам безопасности в угледобывающей промышленности, состоявшейся в Челябинске. Вот что писали горняки: «Демонстративное неучастие в нашей конференции представителей власти субъектов федерации и муниципальных образований (а всем губернаторам угольных районов и мэрам шахтерских городов были заблаговременно направлены соответствующие приглашения), директоров угольных компаний и шахт, еще раз подтверждает наплевательское с их стороны отношение к безопасным условиям труда, к здоровью и жизни горняков и членов их семей. Безудержным бумаготворчеством пытаются подменить реальную политику в сфере охраны труда чиновники Министерства здравоохранения и социального развития РФ во главе с М. Зурабовым»; «Причины аварий с многочисленными человеческими жертвами сегодня кроются не только в отсутствии надежной техники и технологии, но и в принципе «прибыль любой ценой», исповедуемом собственниками и руководством большинства шахт».

Пишу эти строки, а перед глазами торчат высоченные стрелы крупповских подъемных кранов, занятых разборкой завалов в только что сгоревшем в Москве музыкальном театре имени Станиславского и Немировича-Данченко (почти напротив Совета Федерации), в барабанные перепонки бьют слова радиодиктора, вещающего о том, что в подмосковном Наро-Фоминске горит очередная нефтебаза, погибли люди, но что поезда, слава Богу, проходят без помех. Это сегодня, а что будет завтра, послезавтра? Ни один даже самый больной оптимизмом аналитик не скажет ничего утешительного. Сами руководители МЧС фиксируют прогрессирующее нашествие техногенных катастроф, если не по их числу, то по их более тяжким последствиям. Главную причину мы назвали, все остальные являются производными от главной. Нам будут много говорить об изношенном и устаревшем оборудовании, о том, что в системе РАО «ЕЭС» используются агрегаты, изготовленные еще в 20-х годах прошлого века, но при этом никогда не скажут, куда пошли колоссальные денежные доходы этой корпорации. Нам будут рассказывать о некачественных запчастях, о браке в оборудовании, забыв отметить, что они тоже являются следствием погони за прибылями, ликвидации системы контроля, безответственности новых хозяев промышленных предприятий и властей. Тотальная коррупция, пожаром охватившая Россию, ведет к тому, что чиновник за взятки закрывает глаза на вопиющее нарушение законов и норм безопасности. Власть стала прислужницей у «новых русских».

Отчаявшийся работяга, потерявший всякую веру в справедливость и закон, по своей слабости чаще, чем нужно, общается с «зеленым змием» и тем самым довершает картину всеобщего пофигизма и безответственности.

Сельское хозяйство в России в 2000–2008 гг

Производство продуктов питания и сельскохозяйственного сырья для промышленности приобретает в XXI веке стратегический и даже больше того, жизненно важный характер для судьбы государства и населяющих его народов. В мире идет повсеместное сокращение посевных площадей под напором так называемой цивилизации, и в то же время не прекращается рост численности населения. Уровень жизни во многих густонаселенных странах (таких, как Китай, Индия, Бразилия, Мексика и др.) становится все выше, в связи с чем потребление продуктов питания резко идет в гору. К тому же в мире увеличивается использование продовольственных продуктов для производства горючего для двигателей внутреннего сгорания взамен излишне дорогого бензина, получаемого из нефти. Устойчивый и быстрый рост цен на продовольствие на мировых рынках — самое убедительное доказательство нарастающего дефицита продуктов питания.

Президент РФ Д. Медведев в январе 2008 года публично заявил о том, что Россия может и должна стать не только великой энергетической державой, но и великой продовольственной державой. До величия, правда, нам еще очень и очень далеко, но подумать о полном самообеспечении продукцией сельского хозяйства, как это сделали наши соседи белорусы, давно пора, после стольких лет преступного разорения нашей деревни.

XX век — самый жестокий в истории нашего Отечества — оказался наиболее разрушительным для российского крестьянства и русского села. Пожалуй, только реформы П.А. Столыпина были объективно направлены на процветание сельского сословия, внедрения товарно-денежных отношений в аграрный сектор страны, повышение роли сельского хозяйства в экономике России. А потом началась бесконечная череда десятилетий, на протяжении которых прежний становой хребет Отечества, российская деревня и крестьянство стали объектом непрерывных погромных посягательств со стороны государственной власти и первоочередной жертвой исторических обстоятельств. Гражданская война с ее «военным коммунизмом» и продразверсткой, затем коллективизация со свирепым раскулачиванием, Великая Отечественная война, унесшая жизни основной части мужского населения села, послевоенная конфискационная налоговая политика, добившая село, химерная идея создания агрогородов и ликвидации «неперспективных» деревень… И так вплоть до конца XX века, заставшего русскую деревню в распластанном состоянии в результате псевдодемократических, неолиберальных реформ.

Высосав до конца, казалось, неисчерпаемые людские и материальные ресурсы, власть бросила на произвол судьбы остатки крестьянства и сельского хозяйства. И не приходит в голову ни прежним, ни нынешним хозяевам России покаяться в содеянном и попросить прощения у наших пахарей и сеятелей-кормильцев земли русской.

Если посмотреть только на сухие цифры катастрофы, постигшей наше сельское хозяйство в последнем десятилетии XX века, то и тогда волосы встанут дыбом от масштабов беды. К 1999 г. (все цифры берутся по сравнению с 1990 г.) посевные площади зерновых культур сократились на 17 млн га, съежившись, как шагреневая кожа, до 46 млн га. Брошенные пашни стали зарастать кустарником, заболачиваться. Валовой сбор зерна упал с прежних 117 млн тонн в год до 70 млн Средняя урожайность съехала с 19 до 13 центнеров с гектара. Разумеется, здесь сказалось действие множественных причин (нехватка техники, удобрений, прекращение мелиоративных работ, примитивизация технологий обработки почвы и пр.), но в основе всего лежало бездумное скоропалительное разрушение всей системы организации сельскохозяйственного комплекса страны. Под самый корень было подкошено наше животноводство: поголовье молочных коров сократилось на 64 % (!), свиней на 48 %, птицы — на 53 %. Казалось бы все, каюк, пройдена точка, после которой нет возврата! Вроде бы мы навсегда сели на наркотическую иглу импортного продовольствия. Однако нет! Не бывает худа без добра, жизнь образумила нас, учинив в 1998 году жесточайший финансовый кризис, когда у нас не стало средств, чтобы платить за расточительный импорт продовольствия. Пришлось поворачиваться лицом к своему сельскому хозяйству.

Начиная с 2000 года произошла стабилизация производства в аграрном секторе страны, а вскоре сельское хозяйство мало-помалу вышло на скромную, но положительную динамику роста. За прошедшее пятилетие 2000–2005 гг. рост общего объема валовой продукции во всех категориях хозяйств составил 26 %. Не густо, прямо скажем, после такого затяжного падения, но все-таки мы полезли в гору. Из года в год стали прирастать посевные площади зерновых и зернобобовых культур. Один из моих избирателей рассказал мне о том, что кое-где в черноземных областях появился даже особый тип правонарушений, когда заново распахиваются прежние залежные земли, но новые пашни не декларируются в государственных органах, чтобы «оптимизировать» (надо же было изобрести такое подленькое слово) налоги. Нехорошо, конечно, но уж лучше производить, чем просто воровать.

Мы вернулись к урожайности в 18–19 центнеров с гектара, а среднегодовой валовой сбор довели до 75–80 млн тонн. Такой объем урожая позволяет нам полностью удовлетворить потребность страны в продовольственном и фуражном зерне. Более того, он дает возможность выделить на экспорт 8–9 млн тонн. Программу-минимум в том, что касается восстановления зернового производства, можно считать выполненной. С голода не умрем! Хотя, смотря правде в глаза, можно сказать, что и здесь работы невпроворот. Помните, что когда-то, в далеком теперь 1979 г. тогда еще подававший надежды ставропольский первый секретарь М. Горбачев, приехав в Москву на руководство всем сельским хозяйством СССР, сочинил «Продовольственную программу», предусматривавшую производство зерна из расчета по тонне на каждого жителя тогдашней империи. Цель благая, но исполнители оказались косорукими. Зерно — это капитал. Недаром все земные цивилизации родились только на зерне: пшеничная (Ближний Восток — Европа), рисовая (Азия — Дальний Восток) и кукурузная (Америка). Нам надо больше зерна, чтобы восстановить свое животноводство, зерно нужно для экспорта (население мира растет, а пахотные земли сокращаются), для технических нужд.

Вот почему нынешнее руководство Министерства сельского хозяйства РФ определило в качестве ключевой задачи стратегии развития агропромышленного комплекса (АПК) стабилизацию зернового хозяйства и создание условий для наращивания производства зерна. В условиях России это наиболее рентабельное направление. Что предполагается сделать? Во-первых, в общем сборе зерновых намечено увеличить долю твердой и сильной пшеницы, необходимой для производства качественных макаронных изделий и добротного хлеба. На сегодня до 30 % хлебопекарной муки вырабатывается с пониженным содержанием клейковины. В России наилучшие природные условия для выращивания сильных и твердых сортов пшеницы имеются в Поволжье и Оренбургской области, где и сосредоточены сейчас работы по внедрению современных технологий с использованием элитных сортов семян.

Структура посевных площадей будет постепенно меняться в сторону увеличения посевов кукурузы, сои, рапса, подсолнечника. Это необходимо, чтобы создать надежную кормовую базу для отечественного животноводства в виде шротов, жмыхов, дать обрабатывающей промышленности необходимые пищевые добавки и освободить нас от импорта растительных масел. И все же честно признаемся, что все отмеченные позитивные подвижки не означают возрождения сельского хозяйства, как одна ласточка не означает прихода весны. После того как развалился Советский Союз, Россия потеряла большую часть своего животноводства, для нужд которого требовалось немало собственного кормового зерна. С наступлением «реформ» мы перешли на импорт мяса из-за границы. Для «ножек Буша» не нужны свои комбикорма, что катастрофически сказалось на уровне зернового производства. Мы так и застряли на уровне около 80 млн тонн, что составляет примерно 2/3 от прежних объемов производства зерновых.

С животноводством дела обстоят еще сложнее. Эта отрасль сельского хозяйства остается в России в целом нерентабельной, она подорвана теми обвальными разрушениями, которые произошли в конце прошлого века. Почти все наши сограждане при поездках по стране с болью в сердце видят остовы бывших животноводческих ферм, провалившиеся крыши птичников, пустые силосохранилища.

Вот леденящая кровь статистика: за 15 лет «реформ» поголовье крупного рогатого скота во всех видах хозяйств сократилось с 59 млн до 21 млн. Свиней было 40 млн штук, осталось 13 млн, овец и коз насчитывалось 61 млн голов, осталось чуть больше 17 млн. Птицы было 660 млн, осталось вдвое меньше. По России как будто прошли орды хана Батыя, сожравшие 2/3 всей живности. Такого уровня потерь животноводство страны не знало ни в период коллективизации, ни в годы Великой Отечественной войны.

Кризис в животноводстве продолжается. Крупные животноводческие хозяйства не могут пока выйти из штопора, а вот в частных дворах просыпается интерес к обзаведению скотинкой. Нынешнему крестьянину вообще недоступно приобретение мясных продуктов на рынке, у него нет для этого средств, он вынужден, как говорят «из носу кровь», вести самое примитивное подворное животноводство. Без этого его семью ждет неминуемая голодная смерть, дистрофия. Этот производственный уровень можно назвать робинзоновским, потому что выход товарной продукции ничтожен. Я знаю много крестьянских семей, которые выращивают бычков и телок с одной единственной целью — заработать средства для оплаты топлива на зиму. Шныряющие по русским деревням перекупщики скота предлагают такие смешные цены за мясное сырье в живом весе, что крестьяне не видят никакого резона в расширении производства. Земли в России много, миллионы гектаров бывших пашен превратились в луга, но у крестьян нет никакой техники для заготовки и производства кормов. С помощью дедовской косы и бабушкиных граблей отечественное животноводство не поднимешь. Одна семья с трудом может обеспечить кормами одну — две коровы.

Поставщики животноводческой продукции с Запада, получающие весьма солидные субсидии от своих правительств, ворвались шумной агрессивной толпой на российский рынок в 90-х годах, локтями расчистили себе «место под солнцем» и теперь зубами и когтями держатся за российский рынок. Кроме нашей разрухи их пособниками стали коррумпированные чиновники и сложившийся влиятельный слой импортеров, зарабатывающий сотни миллионов долларов на простой купле-продаже. Пробиться через этот завал российским животноводам можно только с помощью государства, но пока такой помощи нет. Совсем недавно было подписано соглашение между США и РФ о торговле мясом птицы, говядины и свинины на ближайшие 4 года, по которому мы обязаны купить у наших заокеанских партнеров почти 740 тыс. тонн «ножек Буша». Эта цифра означает 740 млн килограммов, или по пять килограммов на душу населения.

Американские переговорщики либо переигрывают наших чиновников, либо просто коррумпируют их, потому что раз от раза условия торговли с США ухудшаются. Скажем, в прежние годы наш Россельхознадзор мог ввести ветеринарные ограничения на ввоз мяса птицы, а теперь российская сторона обязана, прежде чем поступить таким образом, вступить в консультации с американцами. Раньше, если США не выбирали свою квоту, как это произошло в 2004 г., когда они недопоставили 90 тыс. тонн «ножек», то размер квоты автоматически сокращался на эту величину, а теперь американцы выговорили себе право «перевыполнить» план следующего года на ту же величину. С каждым годом наши закупки мяса птицы будут увеличиваться до самого 2009 года (с 1, 130 млн тонн в 2006 г. до 1, 250 млн тонн в 2009 г.) и доля США будет неизменно составлять почти 75 % этих поставок.

Кроме птицы мы покупаем еще на Западе ежегодно по 450 тыс. тонн свинины и 420 тыс. тонн говядины. Их поставки в Россию тоже будут расти.

Непростая картинка получается, хотя к чести правительства надо сказать, что в 2003–2004 гг. оно приняло несколько постановлений по поддержке отечественных сельскохозяйственных производителей путем введения самой системы квотирования импорта мяса, что создало по крайней мере стабильную предсказуемую обстановку на годы вперед на рынке мяса.

В целом, если брать все сельское хозяйство нынешней России, то надо сказать, что доля отечественной продукции на внутреннем рынке продовольственных товаров составляет 2/3 или 66 %. На одну треть мы зависим от иностранных поставщиков, но и эта «одна треть» обходится нам чудовищно дорого. Каждый год мы платим за импорт продовольствия и сельскохозяйственного сырья почти 14 млрд. долларов. Для сравнения: США вывозят продовольствия на сумму, близкую к 100 млрд долларов. Так и хочется сказать, что если бы мы вложили в развитие нашего сельского хозяйства те самые 14 млрд долларов, которые мы ежегодно тратим на покупки сельхозтоваров за рубежом, то, наверное, сдвинулось бы с мертвой точки дело с налаживанием собственного производства. Однако это невозможно в короткий срок. Слишком сложна и запущена вся система агропромышленного комплекса, чтобы ее можно было решить в одночасье. Но самые главные болевые точки можно определить уже сегодня и подумать, как их устранить.

Одна из таких «точек» — неэквивалентность в товарообмене сельского хозяйства с другими секторами экономики. Ее можно наглядно проиллюстрировать только на одном примере: за период с 1990 по 2004 год цена на зерно выросла в 9 раз, а на дизельное топливо в 116 (!) раз. Чтобы купить 1 тонну солярки в 1990 г. земледельцам надо было продать полтонны пшеницы, в 1999 году уже надо было 2 с лишним тонны, а в 2004 г. более 4 тонн пшеницы. Эти жуткие «ножницы» цен смертельны для сельского хозяйства, поскольку охватывают все виды товаров, потребляемых селом — от техники до стройматериалов. Во всех странах мира присутствует подобный феномен, но он решается государством, выступающим в роли регулятора. Там, где исключительно высока прибыльность, там повышаются налоги, а где надо поддержать стратегически важное производство и занятое в нем население, там снижаются налоговые нагрузки и применяются различные системы субсидирования и помощи. (Дикий рынок, на который делал в свое время ставку Е. Гайдар, способен разнести в щепы экономическую и социальную стабильность государства, а, следовательно, его безопасность.) Кое-что в этом направлении уже делается.

С 2004 года введен для сельхозпроизводителей единый сельхозналог вместо четырех предыдущих (на добавленную стоимость, на прибыль, на имущество и единый социальный налог), что привело к снижению налоговой нагрузки. Указом президента списаны штрафы и пени на общую сумму 28 млрд рублей. Государство берет на себя уплату части процентов по кредитам, полученным для поведения полевых работ. Но этого все-таки мало. Все равно, владелец одной бензоколонки ловит кайф от жизни, а руководитель сельскохозяйственного предприятия сохнет от забот об урожае и судьбе сельчан.

Сельскому хозяйству нужна прямая государственная поддержка. В Канаде, например, фермеры приобретают дизельное топливо по цене на 40 % ниже, чем остальные участники рынка, за счет специальных государственных программ. Это топливо специально маркируется (подкрашивается). В Германии сельскохозяйственный производитель имеет право получить в конце сезона компенсацию за потребленное топливо в размере 0,25 евро за литр (но не более чем за 10 тыс. литров), во Франции также дается скидка до 30 % от рыночной цены за топливо. Не стану перечислять. Только в России нефтебароны чувствуют себя абсолютно не связанными с остальным экономическим организмом страны, а государство, похоже, бессильно накинуть на них уздечку.

Сейчас даже неприлично напоминать, что сельское хозяйство в подавляющем большинстве стран получает крупную помощь от государства. Возьмите такую страну, как Исландия, казалось бы зачем ей вообще держать аграрный сектор, а она тем не менее тратит на поддеРжкУ своего сельского хозяйства по 644 доллара в год на душу населения. Япония содержит на 65 % свое сельское хозяйство, затрачивая по 566 долларов на каждого японца. Никто не ставит вопрос о свертывании или закрытии собственного АПК.

В 1994 г., когда Россия подала заявку на вступление в ВТО, она предложила установить уровень господдержки своего сельского хозяйства в размере 84 млрд. долларов. Под давлением стран-членов этой торговой организации нам пришлось дважды корректировать уровень государственной поддержки. Сначала мы понизили наш запрос до 36 млрд. а затем и до 16 млрд. Прошло немного времени, и мы еще раз усекли свои амбиции до 9 млрд долларов как переговорную позицию. На самом деле реальная государственная поддержка нашего сельского хозяйства не превышает 1 млрд долларов в год. При всем видимом богатстве российского государства, оно не просто скупо, а как бы из глазной пипетки выдавливает жалкие капельки помощи своим крестьянам.

Набили оскомину слова об износе сельхозтехники, ее нехватке, плохом качестве и т. д. А выход из этого тупика все же просматривается. В 2001 году была создана государственная лизинговая компания «Росагро-лизинг», которая за два последующих года поставила селу 16 тыс. единиц техники. Пока не удается удовлетворить весь спрос. Но в планах фигурирует увеличение уставного капитала этой компании до 40 млрд. рублей к 2008 г. и тогда она начнет устойчиво работать без бюджетных вливаний, на возвратных лизинговых платежах. Если заработает эта цепная реакция — задышит полной грудью село.

Наверное для ослабления ценовой петли целесообразно налаживать производство сельскохозяйственной техники, использующей в качестве горючего относительно дешевый сжиженный газ, а имеющиеся «движки» переделывать под газ.

Россия остается одним из крупнейших в мире производителей минеральных удобрений, но 90 % продукции вывозится за границу. В 90-е годы пресса была полна сообщений о переизбытке азота и калия в продуктах питания, люди ходили с карманными определителями, паниковали. А ларчик открывался просто: новым владельцам предприятий по выработке удобрений надо было открыть дорогу на зарубежные рынки, убедив власть в том, что у нас перепроизводство этого добра. Сейчас мы расплачиваемся за это. Низкая урожайность — прямое следствие нехватки удобрений.

Иной раз не перестаешь удивляться, почему именно беднейший сектор национальной экономики оказывается обреченным на самые крутые поборы. Взгляните на перечень потребителей электрической и тепловой энергии, которые пользуются какими-либо преференциями. Предприятий аграрного сектора там нет. Они отнесены к тарифной нише «иные прочие потребители», т. е. к тем, кто платит самые высокие тарифные ставки. Это уже, наверное, «вклад» РАО «ЕЭС» в дело умерщвления российского сельского хозяйства.

Но, конечно, главной головной болью для всех нас остается социальная ситуация в российской деревне. Не удается переломить негативные тенденции, связанные с вымиранием населения, особенно в центральных, чисто русских областях России. Сельское население страны составляет костяк той категории, которую социологи называют «бедные». По данным Госкомстата зарплата в сельском хозяйстве составляла в 2007 г. чуть больше 4 тыс. рублей, в то время как в среднем по стране этот показатель равнялся 10–11 тыс. рублей, а в топливно-энергетическом комплексе — 25 тыс. рублей, т. е. в семь раз больше, чем на селе. Половина всех сельских жителей имеет «доходы» ниже прожиточного уровня — вот вам и основная причина вымирания. Безработица в сельских местностях достигает 30%г что предопределяет миграцию в города, где худо-бедно люди надеются найти работу.

Фермерство в нашей стране, честно говоря, не состоялось. Крестьянские хозяйства, занимая в общей сложности 11 процентов общей площади пашни, дают немногим больше 4 % валовой продукции отрасли. Сказалось все вместе: и утерянные навыки ведения собственного производства, и нехватка первоначального капитала, и отсутствие элементарной инфраструктуры для обеспечения жизнедеятельности фермерских хозяйств, и иной раз враждебность спивающегося, деклассированного окружения.

Земля теряет своих вековых радетелей. Стареют кадры сельских механизаторов. Министерство образования закрывает школы с малым контингентом учащихся, свозит детей в более крупные села, туда же тянутся и родители. Повторяется история с «бесперспективными деревнями». Думается, что никакими частными решениями кардинально переломить ситуацию в российском селе не удастся. Требуется разработка очень четкой, энергичной, по-настоящему судьбоносной общегосударственной программы спасения села и крестьянства.

Российская деревня всегда была не только производителем продовольствия и ремесленных шедевров. Она была хранительницей и творцом русского духа. Там родился и еще живет наш национальный костюм, звучат песни и частушки, рождаются «барыни» и «камаринские». Подавляющее большинство великих творений русской культуры навеяно деревенским бытом и укладом жизни нашего крестьянства. Каждое село — это родник народности.

Непосильно трудно вспомнить: когда Президент РФ говорил о проблемах российской деревни? О мерах по ее возрождению? Он чисто городской житель, как и большинство членов правительства. Их сердца (в духовном понимании этого слова) не несут в себе генетической русскости, присущей любому человеку, имеющему деревенские корни. Они глухи к страданиям погибающего крестьянства. Они смотрят на село только через сухую статистику, что выгодно, а что невыгодно. Из года в год закрываются сельские школы под предлогом их «малой комплектации». На практике это означает закрытие пути к знаниям для тысяч и тысяч наших молодых сограждан. В России появилась новая статистическая графа: «Дети в возрасте от 7 до 15 лет, которые никогда не учились в общеобразовательных школах». Таких детей в стране уже насчитывается более 40 тыс., из них половина проживают в сельских местностях. Это дорога к полному одичанию нации. Родители вынуждены переезжать в более крупные населенные пункты, где еще сохраняются возможности для получения образования. Легко представить себе, какие мучения сопровождают этот вынужденный процесс покидания родных мест, где веками жили многие поколения предков. В результате Россия с каждым годом оголяется, села и деревни умирают.

На сегодняшний день наша страна насчитывает 142 тыс. сельских поселений, которые имеют постоянное население, но 102 тыс. из них (т. е. более 75 % от общего числа) можно отнести к умирающим, ибо каждое из них имеет менее 200 жителей. Не нынче, так завтра наши либеральные бонзы примут решение о закрытии в этих поселениях почтовых отделений, ликвидации в них фельдшерских пунктов по причине нерентабельности. Государство бросит на произвол судьбы 3/4 остающегося сельского населения. Уже сейчас слышны голоса о том, что-де в деревнях количество медицинских работников и преподавателей на 1 тыс. населения превышает городской уровень, из чего делается вывод о необходимости сокращения кадров сельской интеллигенции. Эти либерал-реформаторы не хотят видеть того, что такое явление свидетельствует всего лишь о быстром вымирании сельского населения, а не о переизбытке врачей и учителей. С какой горечью видишь порой телесюжеты по каналу «Евроньюс», в которых повествуется о внимании и заботе европейских организаций к сохранению совсем крошечных школ, насчитывающих по 5-10 учеников, работающих в сельских отдаленных местностях, даже на хуторах.

Поразительно, что российская власть не просто индифферентна к судьбе деревни, но создает условия к ее скорейшей деградации и гибели. Пару лет назад был произведен социологический опрос среди части сельского населения. Опрошенным был предложен список из 20 проблем, из которых надо было выделить четыре в качестве основных тормозов, препятствующих развитию села. Результаты опроса оказались следующими: на первом месте была названа безработица, затем алкоголизм, на третьем оказалась бедность и на четвертом бездеятельность власти. Безработица в деревне — несуразица во всех отношениях. Земля никуда не убежала, жители, хотя и в сокращенном числе, но все-таки остались. Откуда же безработица? Ее главной причиной было решение власти о ликвидации всех организационных форм производственной деятельности советского периода. Роспуск колхозов и большей части совхозов разрушил привычную форму хозяйствования. Следствием явилось уничтожение всей материально-технической базы производства. Сельскохозяйственная техника была брошена, хозяйственные постройки разрушены, скот уничтожен. Та система, которая выдержала невероятно тяжелые условия Великой Отечественной войны, спасла армию и страну, рухнула в считанные месяцы.

Ничего иного в организационном смысле новая власть не предложила до сих пор. Формально у крестьян вроде бы появилось право на частное владение земельными паями, но затянувшееся на много лет документальное оформление этих прав выразилось на деле в лишение крестьян земли. Бюрократическая морока с физическим выделением земельного пая лишает крестьянина права на продажу или получение кредитов под залог земли, а пока у землепашца нет средств на приобретение орудий труда, семенного фонда. Среди российских крестьян доминируют чувства безнадежности и бесперспективности. Недаром среди ответов на вопрос анкеты «что Вы предпринимаете, когда в Вашей жизни складывается трудная ситуация?», 34 % опрошенных ответили: «Нахожусь в растерянности, не знаю, что делать», а еще 27 % написали: «Молюсь, надеюсь, Бог поможет». Кстати, эти опросы проводила рабочая группа Президиума Генерального совета партии «Единая Россия». Зачем надо было ломать колхозы, если у власти не было никаких мыслей о том, чем их заменить? Никакого другого объяснения нельзя найти, кроме желания лишить население всяких коллективных форм производственной и общественной жизни, лишить его способности к защите своих имущественных и политических прав. Сейчас сельское население представляет собой планктон, у которого нет возможности сопротивления хищническим аппетитам новых помещиков. Земельные паи будут за бесценок скуплены нуворишами. В моей родной Рязанщи не обездоленным крестьянам предлагают продать пахотную землю по цене 60 долларов за гектар. За пай в 10 га семья может получить всего 600 долларов. Вот это и называется грабеж среди бела дня!

Остатки трудоспособного сельского населения скорее всего со временем будут превращены в батраков — наемных рабочих в крупных латифундиях, которые уже создаются новыми олигархами. Прототипом может стать «демократическая» Салтычиха — Елена Батурина, супруга Юрия Лужкова, которая активно скупала земли на Белгородчине, используя огромные капиталы, накопленные в результате деятельности строительной компании, пользовавшейся особой благосклонностью московского мэра.

Алкоголизм, названный второй причиной гибели российского села, также является порождением эпохи реформ. Не будем отрицать, что и в прежние годы алкоголь был семейной напастью, но никогда на Руси не пили так, как начали после 1991 года. Если раньше пили в основном по праздникам, то теперь алкоголизм стал хроническим, ежедневным спутником отчаявшихся людей. Государство, сокращая присутствие в сельской местности очагов цивилизации в виде школ, медицинских учреждений, почт (в советское время была уничтожена церковь), ничего не делает для защиты людей от алкогольного потопа. Беспорядочная (за взятки) выдача лицензий на торговлю алкогольными напитками, фактическое прекращение борьбы с самогоноварением, развитие системы подвижных лавок для продажи низкосортного алкогольного зелья, привели в короткое время к заболеванию хроническим алкоголизмом большой части сельского населения.

Я не вижу других причин, кроме алкоголизма, которые бы объяснили, почему наиболее высокие показатели смертности сельского населения наблюдаются именно в трудоспособном возрасте от 30 до 50 лет. Кроме прямых случаев алкогольного отравления, пьянство ведет к гибели людей на дорогах, в производственной деятельности, к смертям в результате бытовых конфликтов, самоубийствам, гибели на воде и в огне. Правительство не хочет и не может положить конец преступной алкоголизации общества.

О бедности и бездеятельности властей — двух последних причинах, названных крестьянами в качестве могильщиков сельского хозяйства России, уже говорилось достаточно много. Ясно одно, у правительства и президента нет никакой ясной и вразумительной программы реформирования села. Как во многих других вопросах, они просто безучастно наблюдают за гибелью сельского хозяйства.

После 1991 года сократилось не только производство зерновых культур. Точно такая же судьба постигла гречиху, просо, рис, бобовые культуры, лен-долгунец, сахарную свеклу и т. д. В статистических данных я тщательно искал примеры роста и, наконец, обнаружил, что за это время выросло производство картофеля и овощей, заметно (почти в два раза) увеличился сбор подсолнечника. После потери торговых партнеров в виде бывших союзников в Восточной Европе (Болгария, Польша, Венгрия, Молдова, Белоруссия, Украина), которые в большой степени снабжали нас продукцией сельского хозяйства, нам ничего не оставалось, как для самосохранения увеличить посевы своего картофеля, капусты и других овощей. Так в осажденном немцами Ленинграде в годы войны горожане выращивали овощи на городских скверах и в парках.

Для полноты картины, сложившейся в сельском хозяйстве, надо сказать, что в результате головотяпских реформ мы не только теряем сельское население, губим пахотную землю, которая растаскивается под частное строительство, зарастает лесом и кустарниками, не только уничтожаем животноводство, но и превращаем в железный лом сельскохозяйственную технику. За все те же фатальные 15 лет число тракторов сократилось с 1,4 млн штук до 535 тыс. единиц (грубо говоря, почти в три раза), из 408 тыс. зерноуборочных комбайнов осталось 140 тыс., из 120 тыс. кормоуборочных машин сохранилось только 38 тыс. Нет нужды загромождать страницы другими цифрами. Тенденция одна и та же: падение уровня механизации отечественного сельского хозяйства. Оставшиеся машины сильно изношены. Широко развито машинное каннибальство, когда определенный сегмент парка пускается на запасные части ради поддержания в работоспособном состоянии остающихся машин. Доля новых тракторов и комбайнов ничтожно мала. Например в 2005 году хозяйствами было приобретено в лизинг всего по 1,5 тыс. машин каждого типа

— нет средств!

За годы администрации В. Путина (2002–2006 гг.) цена на мочевину, например, выросла с 2,8 тыс. рублей за тонну до 8,7 тыс. рублей, на селитру аммиачную с 2,6 тыс. до 8,3 тыс., и т. д.

Россия давно утратила свою продовольственную независимость. Хотя власть говорит о такой категории, как «суверенная демократия» в России, трудно понять, что она имеет в виду, если мы вынуждены ввозить практически все виды продовольствия из-за границы, начиная с мяса, рыбы, молока, масла и кончая табаком и сахаром. Если страна не может сама себя прокормить, то как она может считать себя суверенной.

Что же представляет собой так называемая «национальная программа поддержки агропромышленного комплекса», выдвинутая президентом страны к концу своей администрации. Мы не будем обращать внимания на высокопарные слова, которыми засорены программные документы. Постараемся посмотреть на конкретное содержание программ, чтобы понять, сможет ли выполнение этих обещаний сдвинуть с места разваленное сельское хозяйство.

Первое, что предлагает Правительство — это покрыть за счет государственных субсидий 2/3 процентов по договорам кредита, который сельскохозяйственные производители могут взять с целью развития хозяйства. Предельная сумма таких субсидий не может превышать 1 млн рублей в год на одного сельхозпроизводителя.

Вся программа рассчитана на четыре года (2006–2009 гг.), что странным образом совпадает с периодом выборной кампании президента страны. Всего выделяется для целей программы 67 млрд рублей (чуть больше 2 млрд долларов).

Второе. Правительство обещает выделить еще 17 млрд долларов, чтобы покрыть 50 % страховых взносов сельхозпроизводителей, которые будут страховать свои риски, связанные с возможными неблагоприятными условиями для растениеводства.

Третье. С 1.1.2007 г. правительство выделяет около 44 млрд. рублей на приобретение семян, горючесмазочных материалов, удобрений, средств защиты растений, ветеринарных препаратов и пр. сельхозпроизводителям. Субсидии рассчитываются так: 350 рублей на 1 га пашни и 50 рублей на гектар естественных сенокосов. Ради интереса можно добавить, что в Германии на каждый гектар пашни выдается субсидия в 323 евро, а у нас планируется выдавать всего по 10 евро. Чувствуете разницу? У них это обыденная практика, а у нас высокопарный «национальный проект». Совершенно понятно, что никакого ощутимого эффекта для сельского хозяйства России этот проект не принесет.

Пока складывается впечатление, что в ближайшие годы в России начнет пробивать себе путь вариант развития сельского хозяйства, известный в истории как «прусский». Дешевая пахотная земля будет скуплена у беспомощного разоренного крестьянства, сконцентрирована в крупных латифундиях, которые станут поставщиками на рынок товарной сельскохозяйственной продукции. Пример фирмы «Интеко», принадлежащей Е. Батуриной, не единственный, так, известный эстрадный певец и бизнесмен Иосиф Кобзон купил целый конезаводческий комплекс в Калмыкии. Вымирающее крестьянство будет замещаться дешевой и бесправной рабочей силой в лице мигрантов. Этот процесс будет стимулироваться быстрым ростом цен на продовольствие в мире. Духовная составляющая русского села погибнет бесповоротно.

Поиски идеологического фундамента

За восемь лет своего пребывания на посту главы российского государства, В. Путин пережил сложный процесс перехода от поисков национальной идеи к полному отказу от нее. В самом первом государственном манифесте «Россия на рубеже тысячелетий» (см. «Российская газета» 31.12.1999 г.), обращенном к народам России, тогда еще и.о. президента РФ уделил вопросам идеологии значительное место. В манифесте был даже специальный раздел под заголовком «Российская идея», который начинался так: «Плодотворная созидательная работа, в которой так нуждается наше Отечество, невозможна в обществе, находящемся в состоянии раскола, внутренне разобщенном, в обществе, где основные социальные слои, политические силы придерживаются различных базовых ценностей и основополагающих идеологических ориентиров». Отметившись критикой в адрес тоталитарной коммунистической идеологии, В. Путин подчеркивал: «Я против восстановления в России государственной официальной идеологии в любой форме. В демократической России не должно быть принудительного гражданского согласия. Любое общественное согласие здесь может быть только добровольным. Но именно поэтому так важно его достижение по таким коренным вопросам, как цели, ценности, рубежи развития, которые желательны и привлекательны для подавляющего большинства россиян.

Одна из основных причин того, что реформы идут у нас так медленно и трудно, заключается именно в отсутствии гражданского согласия, общественной консолидации». Поразмышляв над тем, что, дескать, наши люди начали ценить такие достижения как право иметь собственность, заниматься предпринимательством, пользоваться свободой слова, передвижения и т. д., В. Путин отметил, что в то же время у людей укоренилось убеждение, что государство и общество обязаны оказывать помощь и поддержку своим гражданам. Из этого он сделал такой вывод: «Мне представляется, что новая российская идея родится как сплав, как органичное соединение универсальных общечеловеческих ценностей с исконными российскими ценностями, выдержавшими испытание временем, в том числе и бурным двадцатым столетием. Важно не форсировать, но и не прервать, не разрушить этот жизненно важный процесс. Не допустить, чтобы первые ростки гражданского согласия были растоптаны в пылу политических кампаний».

Можно понять и разделить направление мыслей В. Путина, озабоченного, как и многие наши сограждане, консолидацией российского общества. Даже те три составные части будущей «российской идеи», как патриотизм, державность и социальная солидарность, выделенные В. Путиным, могли бы стать основой для разработки идеологической платформы государства. Но последующие годы показали, что сам президент убедился в непосильности для него этой задачи. Сначала создавались некие рабочие группы для формулирования «российской идеи», неудача следовала за неудачей. Варианты отвергались, пока, наконец, президент в одном из ответов на вопросы телезрителей во время общения с народом в эфире, сказал, что пора оставить «российскую забаву», заключающуюся в поисках национальной идеи.

«Единая Россия», которая называет себя правящей партией, никакой внятной идеологии не имеет. Пожалуй, только одна фраза из предвыборной программы единороссов (2007 год) имеет отношение к идеологической характеристике партии. Эта фраза звучит так: «Мы строим общество обеспеченных и уверенных в своем будущем людей, укореняем в нем психологию личного успеха и исторического успеха всего народа». Из нее видно, что ни о каком общенародном характере партии речи быть не может, в ней звучит только самоуверенность победившей буржуазии. «Единая Россия» даже не знает, к какому классу партий себя отнести — к «правым» или к «центристам». По практической деятельности она безусловно «правая», потому что проводит в жизнь ту политику, за которую ратовал в свое время «"Союз правых сил"» во главе с А. Чубайсом, а на словах выглядит как центристская, якобы представляющая интересы подавляющего большинства российского народа. Публично заявленная идеологическая платформа не нужна «Единой России», потому что она с одной стороны связывала бы ей руки, а с другой стала бы объектом критики со стороны иных партий и общественных движений. Без идеологии жить легче, можно приспосабливаться ко всем поворотам жизни в зависимости от обстоятельств. Идеология — это стратегия. Это движение вперед с открытым лицом и в четко обозначенном направлении. Отсутствие идеологии — это движение «короткими перебежками» от одной промежуточной цели к другой, бег зигзагами, не только вперед, но и поперек намеченного пути и даже назад.

Сам Президент РФ, выступая 13 ноября 2007 г., выразился в предвыборной ажитации о «Единой России» так: «Там нет пока устойчивой идеологии, принципов, за которые подавляющее большинство членов этой партии готовы побороться и положить свой авторитет. К партии пытаются примазаться всякие проходимцы в расчете на обогащение… они только компрометируют власть и партию». После этих слов не надо добавлять ничего. Жаль только, что и сам президент, ее лидер, N1 в избирательном списке «единороссов» на думских выборах 2007 г. не может или не хочет помочь своей партии обзавестись идеологией, или хотя бы внятными принципами.

Наиболее часто затрагивает вопросы идеологии заместитель руководителя администрации президента Владислав Сурков, который курирует внутреннюю политику, «пасёт» политические партии и общественные движения, обеспечивает лояльность средств массовой информации (цензуру). Он нередко выступает перед партийным активом «Единой России» с установочными лекциями по проблемам современной России. В Кремле он считается наиболее подготовленным выразителем взглядов, господствующих в правящей верхушке. В 2006 году к нему обратилось руководство Современной гуманитарной академии с просьбой подготовить цельный, концентрированный материал для студентов и преподавателей этого учебного центра. Сама по себе Современная гуманитарная академия, созданная в 1992 г., является единственным в мире телекоммуникационным ВУЗом, преподавание в котором ведется на 70 % по техническим каналам связи. Академия имеет в настоящее время более 600 учебных центров в России и странах ближнего и дальнего зарубежья. Общее число студентов превышает 180 тыс. человек. Дипломы Академии признаются в 22 странах мира.

В январе 2007 г. брошюра была подготовлена и отпечатана в количестве 1000 экземпляров, однако весь тираж был отправлен в администрацию президента РФ. Дальнейшая судьба его неизвестна, хотя в Интернет попал текст этой брошюры, дающий представление об идеологии эпохи В. Путина.

Базовый постулат о «ценностях сегодняшнего дня» в устах В. Суркова звучит так: «Развитие европейской цивилизации, частью которой является цивилизация российская, показывает, что люди на протяжении всех наблюдаемых эпох стремились прежде всего к материальному благополучию, а кроме того пытались добиться такого устройства собственной жизни, в котором они могли бы быть свободными и чтобы мир по отношению к ним был справедлив. Именно материальный успех, свобода и справедливость составляют основные ценности, которые мы с вами разделяем». Это утверждение эгоизма, который вовсе не типичен для российской цивилизации, опиравшейся на крестьянскую общину, на принцип соборности или коллективизм эпохи социализма. Материальное благополучие никогда не было основным мерилом успеха в жизни. Русская Православная церковь также отвергает приоритет материального перед духовным. В формулировке В. Суркова поражает даже известная наглость требования, «чтобы мир по отношению к ним (личностям) был справедлив)). Это является отголоском правовой и этической путаницы, созданной в 90-е годы прошлого века. Скорее личность должна быть справедлива в отношении общества, государства, т. е. не поступать противозаконно.

«Как ни парадоксально, демократическое общество, — продолжает В.Сурков, — сверхидеологизировано, куда более идеологизировано, чем тоталитарное, где страх заменяет идею». «От принуждения общество постепенно переходит к технологиям убеждения, от подавления — к сотрудничеству». «В нашей с вами повседневной жизни все большее значение будут иметь общие ценности и умение друг до друга их доносить и побеждать противника в прямом идеологическом столкновении».

В принципе эти утверждения верны и приемлемы при одном непременном условии, что для борьбы идей, для политических ристалищ будут созданы равные возможности. Нельзя вызывать противника на дуэль и брать в руки пистолет, а противнику давать детскую рогатку. «Единая Россия» отказывается вообще от политических дискуссий с другими партиями, проправительственный кандидат в Президенты РФ и в прошлом и, можете быть уверены, в будущем не станет в прямом телеэфире полемизировать со своими соперниками во время предвыборного марафона.

В. Сурков пишет: «У нас не выработано консенсуса в обществе по оценке недавних событий. Следовательно не выработан подход к нашему будущему». Автор говорит: «Не следует забывать, что мы живем на наследство, доставшееся нам от Советского Союза, что мы пока мало сделали сами. Наши железные дороги, трубопроводы, жилищно-коммунальное хозяйство, заводы, ядерные силы — все наследство Советского Союза». Эта позиция куда ближе к исторической правде, нежели сегодняшняя пропагандистская практика тотального охаивания 70-летнего советского периода в истории России.

Касаясь периода после 1991 г. автор пишет: «Государственная власть везде отступала, это было бессистемное бегство от ответственности. Даже провозглашалось, что государство есть зло. Сейчас мы просто это забываем, но на полном серьезе декларировалось, что чем меньше государства, тем лучше. А сведи его к нулю, так вообще все станет хорошо», В ряде случаев власть была подменена самодеятельными и амбициозными коммерческими руководителями. Министры руководились коммерсантами, а лица, избранные народом, должны были работать на тех, у кого больше денег. Коррупция заменила собой конкуренцию и т. д. и т. д. Можно подумать, что эти строки принадлежат Г.Зюганову, а не В.Суркову. Если это первая попытка выработать общенациональный консенсус по оценке событий 90-х годов, то слава Боту, но каждодневная практика убеждает нас в том, что власть старается заставить общество забыть о вчерашнем дне. Она себя ведет как уличный пес, справивший на газоне большую нужду и старательно работающий лапами, чтобы засыпать содеянное землей. В нынешней России нет стабильного учебника по современной истории России, и пока его не будет, головы подрастающего поколения останутся напичканными телевизионной галиматьей.

Любопытно, как классовая зашоренность мешает нынешним идеологам делать из одинаковых предпосылок одинаковые выводы. Советскую верхушку периода загнивания СССР называют «малообразованными людьми, мало отдающими себе отчет в своих действиях», «личностями недостаточно высокого уровня». В то же время утверждается: «Одно из самых важных достижений 90-х годов (время распада России) — это то, что в такой достаточно зоологический период нашего развития к ведущим позициям пробились по-настоящему активные, стойкие, целеустремленные и сильные люди, материал для формирования нового ведущего слоя нации».

Можно согласиться с тем, что советская система действительно по мере вырождения (после И. Сталина) производила с каждым витком лидеров все более худшего качества, пока не породила своих могильщиков М. Горбачева и Б.Ельцина. Но утверждение, что «зоологический период 90-х годов» в России стал инкубатором выдающихся политических деятелей, смахивает на грубый перебор в подхалимаже.

Владислав Сурков является автором понятия «суверенная демократия», которое было пущено в оборот, хотя В. Путин как-то выразился, что ему не очень нравится эта формула. Во многих высказываниях президента говорится о том, что Россия должна быть процветающей страной, где живут благополучные люди. А как этого добиться, не сказал. Додумывая за своего шефа, В.Сурков пришел к мысли, что «два стратегических условия должны обеспечить долгосрочное устойчивое развитие — демократия и суверенитет». «Необходимость демократии очевидна, ведь только общество, основанное на соревновании и сотрудничестве свободных людей, может быть эффективным и конкурентоспособным. Потому что, если в обществе снижен уровень соревновательности, если оно не воспроизводит все время эффективный лидирующий класс, то у такого общества не получится ничего». И далее: «Быть самостоятельной нацией для начала просто выгодно. Если мы не будем управлять собой сами, а передоверим это все, так сказать, транснациональным корпорациям, мощным неправительственным благотворительным организациям, которые спят и видят, как бы нас похитрее благотворить и подороже облагодетельствовать, делать им больше нечего. В такой ситуации нам будут оставлять на жизнь столько, сколько считают нужным они, а не столько, сколько бы хотели оставить у себя мы».

Эти идеологические изыски поражают своей наивностью и простотой. Разве можно серьезно говорить о соревновании и сотрудничестве свободных людей, если в российской демократии нет равных стартовых возможносгей для родившихся граждан. У одних в качестве наследственного приданого имеется семейный капитал, родственные, деловые и клановые связи, свободный выбор любого платного образования, а у других ничего похожего, кроме данного Богом разума, доброго характера и чистой души. Недаром еще в XIX веке предшественники социалистических учений считали сам институт наследства высшей формой несправедливости. Одни полагали необходимым бороться за уничтожение самого принципа наследства, другие же считали разумным облагать наследства высоким прогрессивным налогом, который бы снизил его влияние на судьбу отдельной личности. Чтобы убить в зародыше даже саму возможность возобновления общественной дискуссии по этому вопросу, во время второго срока администрации В. Путина был принят закон, по которому отменяется всякое налогообложение наследуемого имущества, независимо от его размеров. Только депутаты-коммунисты пытались отделить скромные наследства простых граждан («личное имущество» по марксистской терминологии) от крупных буржуазных состояний («частная собственность»), но их легко задавила большинством голосов «Единая Россия». Простые граждане, замученные бюрократическими мытарствами при оформлении наследства, восприняли закон как благо, даже не подумав о том, что он гарантировал, прежде всего, неприкосновенность крупных состояний.

Что же касается «суверенитета» как условия устойчивого развития России, то спорить с этим нельзя, хотя этого самого «суверенитета» при СССР было куда больше, чем при «демократии». Сейчас, как признает В. Путин, иностранцам принадлежит почти 30 % нашей нефти, они владеют более чем 30 % акций РАО «ЕЭС», зарубежные инвесторы контролируют крупный пакет акций «Газпрома». Еще недавно Международный валютный фонд контролировал составление и исполнение государственного бюджета России. Подавляющая часть золотовалютного запаса России хранится в ценных бумагах Запада. Да и сам В. Сурков признает: «Если мы не получим доступа к современным технологиям Запада, то мне представляется, что модернизация России невозможна». О каком суверенитете можно говорить, если Россия на 45 % зависит от поставок продовольствия из-за рубежа, и малейшее повышение цены на порошковое молоко на мировом рынке мгновенно аукается почти двукратным ростом цен на молочные продукты в России, как это произошло в октябре 2007 г.

К сожалению, нынешняя российская «элита», выпячивая свою заботу о государственном суверенитете, думает совсем о другом. Она заботится о том, чтобы ее никто не посмел обвинять в нарушении прав человека, о том, чтобы на нее не распространялись общепринятые представления о демократии, свободе печати, борьбе против коррупции, преступности и т. д. Российская власть, не терпящая никакой формы контроля над собой со стороны своего народа, болезненно реагирует на любые попытки со стороны мирового сообщества обратить ее внимание на нарушения законности. Если в Страсбургском суде скопилось такое количество жалоб российских граждан на свое собственное государство, которое намного превышает число исков от граждан всех остальных стран Западной Европы, то наше правительство под предлогом защиты суверенитета намерено пресечь административными мерами этот поток. Кремлю совсем не нужны, например, наблюдатели из Европы за ходом наших выборов. Если в 2003 г. за нашими думскими выборами наблюдали 1163 «контролера», то в 2007 г. мы решили допустить только 350 (из них из Европы — 70), время их пребывания в России сократили с семи недель до четырех. Это тоже проявление заботы о «суверенитете» в нашем, российском, понимании этого слова.

Кремлевские идеологи худо-бедно правильно нащупывают слабые звенья в российской структуре власти, но выглядят беспомощными в рекомендации рецептов для их укрепления. Например признается, что «Единая Россия» является бюрократической структурой, опирающейся на действующую власть, не ведущей настоящей политической работы, связанной с убеждением людей. «Задача «Единой России» в том и состоит, чтобы аккуратно сойти с административных стапелей в открытое плавание». Возможно ли это? Скорее всего, нет! Ведь у партии нет идеологии, с которой можно идти из дома в дом, да и кадры, привыкшие жить за пазухой у власти, неспособны к работе с людьми.

В. Сурков с сожалением констатирует: «Самым большим пороком, сложившимся в политической системе, является то, что она покоится на ресурсе одного человека, и как следствие — одной партии». Об этом же самом говорил и сам президент, об этом толкуют на каждой кухне в России. Но почему-то никто не решится сказать, что рецепт прост и давно известен; перераспределите властные полномочия между президентом, правительством, Федеральным собранием и местными властями. Президент не может эффективно справляться с непомерным возом взваленных на него обязанностей. Но в России есть силы, это прежде всего крупный бизнес, которые заинтересованы в сохранении именно такого порядка.

На фоне газетной эйфории от экономических успехов сегодняшней России следующие суждения В. Суркова выглядят вполне здравыми: «Если вспомнить, от какого уровня мы растем, то сегодняшнее величие не бесспорно, а завтрашнее — не очевидно. Успех России, который мы наблюдаем сейчас, вызван не столько величием достигнутых целей и утвержденных ценностей, сколько ценами на углеводородное сырье. Структурная перестройка экономики сильно затянулась, и рано или поздно эта проблема плавно ли, жестко ли, но даст о себе знать…Естественно, много разговоров и споров о том, что с этим делать. Есть предложения просто все либерализовать до крайней степени и само все как бы образуется. Конечно, это не так, и общество должно думать и вырабатывать реалистическую модель дальнейшего развития».

Этот пассаж является красноречивым признанием полной беспомощности нынешней власти в выработке модели экономического развития России. Двух президентских сроков оказалось не достаточно для этого. Они там, в Кремле, продолжают «разговаривать и спорить», что с этим делать. Очень мило с их стороны заметить, что «общество должно думать и вырабатывать реалистическую модель», в то время как общество практически устранено от всякого участия в выработке управляющих решений.

Если проследить по выступлениям Президента РФ за последние 8 лет, что же больше всего его заботило в плане консолидации общества, то обнаружится, что это были отношения между богатыми и бедными и отношения между различными нациями и народами, населяющими Россию. Межнациональные проблемы к тому же, чаще всего, являются в большой степени отражением и социальных проблем.

Многократно, в своих ежегодных посланиях Федеральному собранию, В. Путин так или иначе касался этих проблем. Послушайте, что он сказал в 2006 г.: «С переменами начала 90-х были связаны большие надежды миллионов людей, однако ни власть, ни бизнес — не оправдали этих надежд. Более того, некоторые представители этих сообществ (оказывается, что «власть» — это тоже некое «сообщество»), пренебрегая нормами закона и нравственности, перешли к беспрецедентному в истории нашей страны личному обогащению за счет большинства граждан».

«"Работая над великой общенациональной программой, которая призвана дать первостепенные блага широким массам, мы действительно наступали кое-кому на «больные мозоли» и будем наступать на них впредь. Но это — «мозоли» тех, кто старается достичь высокого положения или богатства, а может быть того и другого вместе, коротким путем — за счет общего блага». Хорошие слова. Жалко только, что не я их придумал (Аплодисменты), — Франклин Делано Рузвельт, президент Соединенных Штатов Америки, 1934 год».

Вся разница между Ф. Рузвельтом и В. Путиным состоит в том, что первый говорил и делал, а второй только цитировал первого. За 8 лет администрации В. Путина не было предпринято ничего, чтобы выровнять до разумных пределов социальный раскол россиян. Разрыв между богатыми и бедными, создавшийся в ходе приватизации государственного имущества, не только не сократился, но даже возрос. В. Сурков горестно признает: «Если отношения между богатыми и не очень богатыми людьми (так он называет бедных) в нашей стране не нормализуются, у нее нет будущего.

Мы должны сделать все для того, чтобы эти отношения гармонизировать, хотя это очень трудно. Гораздо проще стать на популистскую точку зрения: «Бей богатых! Все отнять и поделить!». Ни в коем случае нельзя этого делать при всей кажущейся соблазнительности. Нужно беречь наш бизнес-класс, лелеять его и заботиться о нем, а долг богатых — платить налоги и уважать общественную традицию и мораль».

Сами собой отношения между бедными и богатыми не нормализуются, это обязанность государства, которое не должно бояться наступить кому-то «на мозоли» в интересах всей страны. Кремль пока к таким поступкам не готов.

Чтобы сохранить любимую «стабильность», власть прибегает к диктатуре закона, к угрозе насилием. Для этого принят закон об экстремизме, в котором протест против социальной несправедливости приравнен к пропаганде межнациональной и межрелигиозной розни. Государство готово «лелеять и заботиться» о богатых и отправить за решетку «не очень богатых», требующих социальной справедливости.

Вот эти мотивы являются доминирующими в практике российского правительства. Поведенческий вектор Кремля в этом вопросе понятен и ясен, несмотря на отдельные публичные высказывания в популистском духе, рассчитанные на «накачку рейтинга».

Межнациональные отношения в демократической России приобрели очень запутанный и опасный для будущего государства характер. В советские времена ситуация была упрощена до предела, все были равны перед законом, перед общественной моралью. Было даже провозглашено появление новой исторической общности — «советского народа». Власть могла инициировать крупные миграционные движения, например, направить русских на целинные земли, теперь оставшиеся на территории Казахстана, или в Калининградскую область, очищенную от немцев после 1945 г. Специалисты-нефтяники — азербайджанцы, татары, башкиры по национальности — в большом числе ехали в Западную Сибирь осваивать новые месторождения газа и нефти и т. д. Смешанные браки были обычным явлением.

С началом демократических преобразований, сопровождавшихся разрушением единого государства по национальному признаку, осложнилась и ситуация в многонациональной России, где у всех народов и народностей проснулись свои эгоистические интересы. Каждый с легкой руки Б. Ельцина стал норовить «проглотить как можно больше суверенитета». Начался шабаш суверенитетов. Создалась реальная опасность распада страны, которая была притушена с приходом к власти В. Путина и начавшимся строительством «вертикали власти». Безусловно, административными и правовыми обручами страна была собрана в пучок, но сами отношения между народами и народностями остались напряженными. Вспышки антисемитизма отразили неприятие обществом национального перекоса, допущенного в период приватизации государственного имущества в 90-е годы, претенденты на особые привилегии пытались использовать исламский фактор в противостоянии с центральной властью, народы, населяющие территории с богатыми природными ресурсами, старались получить особые преференции от их эксплуатации и т. д. Чаще всего самым обездоленным оказывался русский народ, который платил за все грехи советских и «демократических» властей.

Любые попытки выработать какую-то приемлемую для всех общероссийскую национальную политику оказались неудачными. Государственные структуры, которым это поручалось (Министерство по делам национальностей, комитеты и пр.), были в конце концов расформированы, и дело пущено на самотек. На сегодня нет национальной политики. А противоречия, конфликты, приобретающие временами насильственный и даже кровавый характер, не ослабевают. Весь Северный Кавказ остается зоной высокой нестабильности. Террористические всплески с явной националистической окраской (их называют «кавказским следом») происходят по всей территории России. Власть старается гасить все эти проявления межнациональной конфликтности только силовыми средствами. Кремлю не удалось выработать внятной системы взглядов на решение национальной проблемы.

Аналогичная «дыра» обнаруживается и в общенациональной культуре. В. Сурков честно признается: «Задача нашей культуры в широком смысле слова

— и художественной ее части, и политической культуры — создать свою систему образов и смыслов. Это поможет и поддерживать целостность нации, поскольку она административно держаться не может, а сейчас она скреплена на скорую административную руку, пусть и довольно сильную. Но это ведь все временная штопка. Жить органично, развиваться может только народ, имеющий целостное представление о себе, действительно, кто мы, куда мы идем и зачем мы идем». Эти слова не вызывают желания спорить с ними, но всплывает извечный вопрос, а где же дела государственной власти в этом направлении.

Вспоминаю, что в 90-е годы один из бизнесменов средней руки загорелся идеей создания многосерийного телефильма об истории России. Он был вдохновлен примерами французского и американского телевидения, которые создали довольно художественные сериалы по ключевым событиям их национальной истории (Великой французской революции, Гражданской войне в США и т. д.). Он верно оценивал телевидение как канал доведения до каждого гражданина знаний и единых оценок исторических событий в России. Ничего из этого патриотического намерения бизнесмена не вышло, у него просто не оказалось необходимых материальных ресурсов. Решение такой задачи по плечу скорее государству, чем какой-то частной компании. Сейчас средств у Кремля более чем достаточно, потребность в духовном сплочении нации очевидна, да и общество нуждается в едином понимании своего прошлого, настоящего. В советское время был создан очень большой пакет исторических фильмов, многие из которых с успехом демонстрируются и сейчас. Мы можем легко увидеть, под какие политические задачи эти фильмы создавались в свое время. Однако сейчас политические руководители страны и кинобизнес, включая творческую интеллигенцию, не находят у себя достаточно воли, смелости и таланта, чтобы взяться за такую работу.

Совсем недавно (осенью 2007 г.) в Государственной думе премьер-министру В.Зубкову был задан вопрос относительно его позиции в использовании телевидения для морально-нравственного оздоровления нации. Он ответил, что сам считает содержание нынешних телепередач с перекосом в сторону насилия, безнравственности неприемлемым, но, дескать, это не предмет забот для правительства, это забота в первую очередь законодателей. Известно, что наука перекладывать ответственность с себя на других более всего развита именно в России. Она даже получила название — «спихотехника». Правительство является главным законотворцем России, из его недр в Государственную думу поступают около 80 % законопроектов по самым важным вопросам. Если премьер-министр отмахивается от какого-то вопроса и кивает в сторону «законодателей», то это означает, что правительство не хочет или не может быть инициатором в его постановке.

Государственное, партийное строительство в стране лишены ясности и прозрачности для подавляющего большинства россиян. Президент может месяцами и годами мистифицировать нацию относительно того, кого он выберет себе в преемники, какое место он сам займет в структуре российской власти и т. д. В России укореняется привычка «играть в оппозицию», а на самом деле подыгрывать Кремлю. Все имеющиеся политические партии не имеют внятной идеологии, кроме КПРФ, чем и объясняется ее устойчивость и долгожительство по российским меркам. Когда-то Борис Березовский — демон российской политики — сказал: «Мы живем не по законам, а по понятиям». Это чистосердечное признание, увы, сохраняет свою силу.

Социальная политика В. Путина

Направленность и содержание социальной политики дают наиболее четкое представление о классовой сущности государства, о характере его взаимоотношений с различными социальными группами и слоями общества. Всего через полтора месяца после официального вступления В. Путина в должность Президента РФ, 28 июня 2000 года на заседании правительства был одобрен 200-страничный документ под названием «Основные направления социально-экономической политики Российской Федерации на долгосрочную перспективу (2000–2010 гг.)». Специально подчеркивалось, что работа над составлением этой программы велась в течение 8 месяцев (т. е. с момента назначения В. Путина премьер-министром страны. Для этого в свое время был создан Центр стратегических разработок, которым руководил Герман Греф, являвшийся, как известно, близким другом и соратником В. Путина с 1997 г., с петербургских времен их совместной деятельности. Большой объем документа, усложненный бюрократический язык, которым обычно составляются подобные документы, не позволяли большинству граждан вникнуть в квинтэссенцию программы, однако специалисты сразу поняли его суть.

Во-первых, было определенно заявлено, что никакого пересмотра итогов дикой приватизации 90-х годов не будет (позже это будет закреплено соответствующим законом). Государство гарантировало собственность их новым владельцам. Правда, для сохранения дисциплинарной плетки в руках государства оговаривалось, что в отдельных случаях особо грубого нарушения законности в судебном порядке могут быть оспорены приватизационные сделки.

Во-вторых, говорилось о том, что основная часть государственной инфраструктуры в виде энергетики, транспорта, жилищно-коммунального хозяйства будет сниматься с государственных дотаций и переводиться на самоокупаемость с прибылью для управляющих компаний. Это было недвусмысленное предупреждение, что населению следует приготовиться к резкому повышению цен на услуги естественных монополий.

В-третьих, было сказано: «Вместо социального государства (патернализм) и приватизации социальных функций (радикальный либерализм) создается «субсидиарное» государство, которое обеспечивает социальные гарантии в той мере, в которой общество не может этого сделать самостоятельно». Потом эта формула приобрела название политики «направленной социальной поддержки», когда на общем фоне сокращения социальных обязательств со стороны государства перед гражданами сохраняются определенные формы помощи наиболее нуждающимся категориям населения. Это было предупреждением о грядущем законе N 122.

В бодряческом духе утверждалось, что «в стране должно возобладать оптимистическое мировосприятие, должно восстановиться практически полностью утраченное доверие между гражданами и государством, между гражданами и бизнесом, между бизнесом и властью». Было обилие высокопарных слов о доступности и бесплатности базовых социальных услуг населению в виде образования и здравоохранения, о сокращении социального неравенства, о некоем новом «социальном контракте», основанном на выполнении взаимных обязательств государства и общества и т. д. Говорилось там и об инвестициях в человеческий капитал — предтеча появления будущих четырех приоритетных национальных проектов («Образование», «Здравоохранение», «Агропромышленный комплекс» и «Доступное жилье»).

Нигде, ни в каком разделе документа не обещалось никакого облегчения материальных условий жизни населения. И в самом деле, буквально через 3 дня после утверждения на заседании правительства этого документа, с 1 июля 2000 года цены на электроэнергию были повышены на 25 %, на газ — на 15 %. С 1 августа того же года сразу на 30 % выросли цены на отопление и горячую воду. Потом последовал рост тарифов на телефонную связь, и пошло-поехало. Заработала на полную мощность либеральная машинка систематического очищения карманов и кошельков населения.

Депутаты III созыва Государственной думы уважили просьбу правительства и согласились на увеличение акцизов на водку, табачные изделия и бензин. Эти шаги правительства немедленно спровоцировали общий подъем цен на все виды продовольственной и промышленной продукции. В принципе, для любой рыночной экономики постоянный рост цен является нормой, но в западных странах он никогда не носит такого большого масштаба и, кроме того, компенсируется ростом заработной платы. В условиях нынешней России труд фактически не считается рыночным товаром, его стоимость не индексируется в соответствии с ростом цен и конъюнктурой рынка. Надо ждать специальных решений правительства, чтобы произошла переоценка стоимости труда (повышение зарплат, пенсий и т. д.). Сами же трудящиеся граждане не имеют, как правило, ни опыта, ни организационных структур, которые бы помогли им защищать свои права. Профсоюзы в российских условиях не соответствуют своим главным задачам — защищать интересы наемного работника.

Когда-то в начале 90-х годов Б. Ельцин под диктовку Е. Гайдара, начавшего шоковую терапию, говорил, что надо потерпеть всего каких-то шесть месяцев, и все наладится. Теперь новая постельцинская власть призывала людей набраться терпения на полтора-два года, пока не станут ощутимыми положительные результаты новой политики. Кремль знает, что по части терпения русский народ заслуживает занесения его в книгу рекордов Гиннеса. И. Сталин еще в 1945 г. на приеме в честь командующих фронтами в Великой Отечественной войне поднял знаменитый тост за терпение русского народа, проявленное в лихую годину. Но власть и по сей день рассчитывает на бесконечную терпеливость наших людей.

С ранней поры первой администрации В. Путина стала заметной главная особенность его социальной политики, выражавшейся в русской поговорке «мягко стелет, да жестко спать». Сам он постоянно успокаивал, призывал к выдержке, к терпению, а его правительство молча, но неуклонно проводило жесткую либеральную политику. Так продолжалось все 8 лет. Президент и правительство как два оперных певца в разных концах сцены, вроде бы независимо друг от друга, тянули две самостоятельные партии. Одному певцу зрители аплодировали, другого освистывали, не понимая, что это одна труппа, у нее один режиссер и одна партитура. Российская власть как бы раздвоилась в глазах затурканного населения на «хорошего президента» и «плохое правительство». Рейтинг первого неизменно оставался высоким, а второго валялся на полу, под ногами, хотя все члены правительства назначаются именно президентом и только перед ним несут ответственность. Только хороший политический фокусник может создать и поддерживать в течение длительного времени подобную оптическую иллюзию.

В конце 2001 года премьер-министр М. Касьянов подписал так называемую программу реформирования жилищно-коммунального хозяйства. В ее основе лежало решение переложить на плечи потребителей этих услуг платежи общим объемом в 120 млрд рублей, которые ранее (с советских времен) погашались из средств государственного бюджета. Мотивировка была обычной: «с целью повышения качества услуг населению, для привлечения инвестиций и превращения ЖКХ в прибыльный сегмент рынка». Самым простым для выполнения оказался только первый пункт — повышение размеров квартплат и стоимости коммунальных услуг.

Рост жилищно-коммунальных платежей был для большинства населения России «ударом ниже пояса». Простые граждане могут урезать рацион питания, согласны покупать скромную одежду на дешевых оптовых рынках, но они не могут отказаться от водоснабжения, от электричества, как жизненную трагедию воспринимают ухудшение своих бытовых условий. От этих платежей не увернуться, здесь и есть настоящее «солнечное сплетение», удар и — нокаут. Расходы на жилищно-коммунальные цели по-разному влияют на различные социальные слои населения. Бедные и богатые оказались уравненными в расходах, ведь цена на воду и электроэнергию одинакова для всех. Но для богатых эта цена является карманной мелочью, а для большинства населения стала чуть ли не главной прорехой в семейном бюджете. При среднем размере пенсии в 3–3,5 тыс. рублей в месяц жилищно-коммунальные платежи за убогую однокомнатную квартиру составляют более 1 тыс. рублей, а за самую скромную двухкомнатную — 2 тыс. рублей. Российские пенсионеры, 35 млн человек, оказались таким образом сразу «выбитыми из седла» и могут существовать только если есть материальная поддержка со стороны детей или иных родственников.

В начале 2007 года демоскопические центры (опросы населения) задавали вопрос, что больше всего заботило людей в истекшем 2006 году, и 56 % респондентов сказали, что главной головной болью был рост платежей за жилищно-коммунальные услуги, рост цен на жилье.

Каждый читатель знает, что никаких изменений в качестве жилищно-коммунальных услуг не произошло, а цены на них постоянно и неуклонно растут. В намерения правительства входит сделать эту отрасль доходной за счет дальнейшего роста тарифов, а затем провести приватизацию ЖКХ в интересах городских и муниципальных чиновников. Для граждан будет без конца повторяться сказка «про белого бычка» о необходимости, дескать, создать конкуренцию на рынке жилищно-коммунальных услуг, чтобы повысить их качество и выйти на снижение цен.

Постоянно растущие цены на подавляющее большинство товаров продовольственной группы и промтовары широкого потребления представляют из себя косвенные налоги на покупателей. Эти налоги сильнее бьют по кошелькам бедных и среднеобеспеченных людей, чем по богачам. В семейном бюджете бедняков расходы на питание занимают до 60 %, а у богатых они едва составляют 10 %, поэтому повышение цен на продукты питания — это удар прежде всего по людям с невысоким уровнем доходов.

Остановить или хотя бы затормозить галопирующие цены можно только организацией конкурентоспособного производства сельхозтоваров и ширпотреба, но к этому пока российская власть и бизнес не готовы. Но не только обстановка на рынке товаров и услуг определяет социальную характеристику правительственной политики. В нее входят такие компоненты, как образование, здравоохранение, трудовые отношения, пенсионная реформа, миграционные вопросы и т. д. Некоторые из этих составных частей стали целями так называемых «приоритетных национальных проектов», другие дали толчок принятию новых законов, третьи решаются в «рабочем порядке».

Одной из главных проблем социальной политики является образование. Общеизвестно, что главным критерием качества населения страны является именно уровень его образования, его способность осваивать передовые технологии, создавать свои собственные новые технологии и другую интеллектуальную продукцию. Только образование населения будет определять ту нишу, которую займет страна в мировом сообществе.

В советские времена система нашего образования была предметом зависти для иностранцев. Мы в те годы не копировали ничью систему и шли своим собственным путем. Выпускники наших средних школ, получившие аттестаты зрелости, обладали хорошей общеобразовательной подготовкой. В стране действительно было единое образовательное пространство: единые стабильные учебники, единые программы и экзаменационные требования, не было драматического разрыва между крупными городами и провинцией. Выпускники сельских средних школ были вполне конкурентоспособны по сравнению с их городскими сверстниками.

С началом «демократических» преобразований в российской системе народного образования воцарился хаос. Внезапно обнищавшее (обворованное) государство резко сократило финансирование народного образования. Учителя и педагоги оказались на самом дне социальной пирамиды. Все школьное хозяйство стало приходить в полное запустение, здания не ремонтировались, оборудование не пополнялось, учебников катастрофически не хватало. Доходило до того, что в классах не было простого мела, чтобы выполнять задания на доске.

Российские власти в лице Министерства образования и науки проявили полную некомпетентность в деле создания какой-либо новой модели народного образования. 17 лет они твердят о необходимости реформы школы, не имея представления о конечных целях реформы и ее основных направлениях. В школьных программах изменения коснулись таких предметов, как литература, история, из которых постарались выбросить все, что напоминало о советском периоде российской истории, о русском патриотизме вообще. Руководители Министерства стали копировать западные модели образования, мы втянулись в так называемый Болонский процесс, суть которого состоит в стандартизации систем образования в европейских странах. Именно итогом этих прозападных потуг было принятие ЕГЭ (Единого государственного экзамена), т. е. принципиально новой системы оценки знаний учащихся посредством тестов. Эта система требует от школьников механического запоминания большого количества фактических данных, но не развивает у молодых людей навыков аналитического мышления, не учит их искать причинно-следственные связи явлений, даже не учит выпускников логическому, ясному изложению своих мыслей и выводов. С 2000 года министерство силой внедряет эту систему, которая, тем не менее, остается до сих пор раздражителем для большой части педагогического сообщества. Ее отвергает ректорат Московского государственного университета и ректоры многих ведущих вузов страны.

Много копий поломали по вопросу увеличения сроков обучения в средней школе с 10 до 11 лет. В конце концов согласились на последней цифре, но опять-таки лишь потому, что она более соответствует «общеевропейской тенденции». До сих пор не прекращается полемика относительно целесообразности создания в школах так называемых «профильных классов», в которых бы концентрировались те учащиеся, которые уже определили свои профессиональные интересы. Со всех сторон идут жалобы на то, что несмотря на увеличение сроков обучения в школе, все равно отмечается перегрузка учащихся классными занятиями (до 8–9 академических часов в день), что в свою очередь губительно сказывается на состоянии здоровья и психике учеников.

Е. Бунимович, председатель Комиссии Московской городской думы по образованию был прав, когда сказал: «Чтобы российское образование стало более практичным и конкурентоспособным, нужны совершенно иные формы и масштабы финансирования образования. Но и это не все. Пора определить, наконец, приоритеты и проявить государственную волю для реформирования обучения. Сегодня ни того, ни другого нет. Мы шарахаемся из стороны в сторону, что только расшатывает образование».

Между тем в России идет быстрое умирание сельских школ, число которых сократилось за последние 17 лет на 10 тыс., или на 20 % от их первоначального количества в 50 тыс. Министерство упорно ведет линию на ликвидацию всех школ с небольшим контингентом учеников. В качестве первоочередных жертв фигурируют еще 5 тыс. школ, в которых насчитывается не более 10 учеников. Снова ссылаются на опыт Европы, где школьные автобусы собирают ребятишек из мелких населенных пунктов и везут их в базовую школу. Но наши бесчувственные чиновники не хотят видеть того, что Россия — не Европа. У нас иные расстояния, совсем другой климат, жуткое качество дорог и еще худшее положение с автобусами. Мыслимое ли дело заставлять детишек школьного возраста стоять на 20-30-градусном морозе и дожидаться автобуса, который сломается или застрянет в промоинах или сугробах. Весной и осенью многие наши дороги в сельской местности становятся совсем непроезжими.

В России ликвидация школы равносильна уничтожению самой деревни или села. Вот и считайте, что в результате «деятельности» наших «образованцев» в стране обречены 15 тысяч населенных пунктов. Наши реформаторы идут след в след по пути, проложенному более полувека тому назад Никитой Хрущевым, который так же беспощадно боролся против «неперспективных» деревень и по-маниловски мечтал об агрогородах. Деревню уничтожили довольно споро, а вот агрогородов так и не построили.

В крупных городах России почти повсеместно нарушается право граждан на получение образования. Директора школ под влиянием общественной атмосферы, пропитанной духом обогащения, становятся на путь ограничения доступа малышам в свои школы, если их родители не выразят готовности «помочь» учебному заведению. Возникла и укрепляется антисоциальная элитарная направленность модернизации системы образования. В нарушение закона «Об образовании» детей заставляют сдавать экзамены при поступлении в школы. Делаются многочисленные попытки зафиксировать в уставах школ положения о конкурсном наборе детей, а так называемые «собеседования» (самая мягкая форма для определения пригодности ребенка для учебы в данной школе) практикуются почти везде.

Родителей сплошь и рядом заставляют платить за обеспечение безопасности школ, покупать учебники и даже платить за пользование школьной библиотекой. Развивающие и оздоровительные мероприятия (кружки, секции, дискотеки, спортивные занятия) выводятся в категорию платных услуг. Нередки случаи, когда родительские собрания принимают решения о «добровольных» денежных взносах на ремонт школы или согласии отработать определенное время непосредственно на строительстве. В Петербурге был зафиксирован жуткий случай, когда ученик 8 класса школы N 262 Роман Лебедев, который не смог внести деньги на ремонт школы и подвергся за это издевательствам со стороны учительницы, не выдержал унижений и бросился под поезд.

В дело была вынуждена вмешаться Генеральная прокуратура РФ, которая подготовила специальное представление «Об устранении нарушений законодательства, гарантирующего право на получение основного общего образования», которое было направлено 28 апреля 2006 года в Министерство образования науки.

Уполномоченный по правам человека РФ В. Лукин примерно в то же время подписал специальный доклад о нарушениях прав граждан на получение образования и направил его Президенту В. Путину и в Федеральное Собрание.

В Москве в апреле 2006 года состоялся Всероссийский конгресс образовательного сообщества, в работе которого приняли участие более 1000 представителей со всех концов страны. Выступавшие резко критиковали тенденцию превращения образования в рыночную отрасль экономики и возлагали вину за сложившуюся ситуацию на Министерство образования и науки и его руководителя Андрея Фурсенко, который не пользуется никаким авторитетом в среде работников образования. Но, видно, его работа в полной мере устраивает Кремль, потому что оттуда не последовало никаких сигналов, что голоса общественности, Генпрокуратуры и Уполномоченного по правам человека были услышаны.

Президент страны в течение первых 6 лет своей администрации практически мало интересовался состоянием народного образования. «Новые русские» создавали свою собственную альтернативную систему образования в виде платных гимназий, лицеев, специальных школ. Широкое распространение получила практика отправки своих детей за границу. Свои клановые проблемы они решили, а общенациональные их не волновали. Только когда у страны появились крупные финансовые накопления в виде нефтедолларов, тогда и стала пробуждаться тяга к государственной благотворительности. Вот тогда-то и родился интерес к образованию.

5 сентября 2005 года президент В. Путин на заседании президиума Госсовета объявил о начале четырех «приоритетных национальных проектов», среди которых на первом месте оказалось образование. Потерянное время невозвратимо, но, как говорят, лучше поздно, чем никогда. С тех пор все закрутилось только вокруг президентских инициатив, на все предыдущие наработки реформ практически закрыли глаза.

В чем же смысл и содержание этого «национального проекта»? Министерство образования и науки РФ отвечает на этот вопрос так: «Приоритетный национальный проект «Образование» призван ускорить модернизацию российского образования, результатом которой станет достижение современного качества образования, адекватного меняющимся запросам общества и социально-экономическим условиям. В нацпроекте заложены два основных механизма стимулирования необходимых системных изменений в образовании. Во-первых, это выявление и приоритетная поддержка лидеров — «точек роста» нового качества образования. Во-вторых, внедрение в массовую практику элементов новых управленческих механизмов и подходов».

Весь нацпроект имеет четкие параметры только в своей финансовой части, все остальные положения и характеристики предельно размыты и не поддаются объективной оценке…

Установлено, что с 1 января 2006 года каждый педагог в общеобразовательной школе (или приравненной к ней), который является классным руководителем, должен получать ежемесячную надбавку к зарплате в размере 1000 рублей. Таких учителей в Российской Федерации имеется около 800 тыс. Эта мера, безусловно, нужная, хотя и запоздалая, и недостаточная. Однако и она стала объектом чиновничьего «наезда»; бумажные души завели спор о том, сколько учеников должно быть в классе, чтобы классному руководителю доплачивать эту сумму. Им очень не хотелось распространять это общее правило на некомплектные классы и школы в сельской местности, и только прямым административным давлением сверху на чиновников удалось поставить их на место, заставив платить учителям, даже если в классе имеется 9-10 учеников.

Ежегодно в России будет проводиться конкурс по выбору 10 тыс. лучших педагогов. Для участия в конкурсе нужны два условия: стаж не менее 3 лет, и чтобы работа в школе являлась основной для соискателя. Допускаются только педагоги, административный и управленческий персонал исключаются. Победители получают единовременно по 100 тыс. рублей. В последующих конкурсах победители не участвуют. Сама по себе эта мера может быть и неплохая, но она раскалывает педагогические коллективы на множество осколков. Одни будут лучшими, другие будут «номинантами», третьи окажутся лишними на этом празднике жизни.

Вспоминается сцена из великолепного фильма А. Тарковского «Андрей Рублев» — о годах татаро-монгольского ига. Все происходит на заснеженном дворе Андрониковского монастыря: ордынский хан, сидя в седле, режет и бросает куски мяса голодным русским собакам. Наглый победитель буквально давится смехом при виде сцепившихся в клубок, дерущихся голодных животных…

Нет никаких критериев, по которым проводятся конкурсы, очень приблизительно сказано, из кого формируются конкурсные комиссии. В этих условиях каждый конкурс становится очень болезненной для педагогического корпуса процедурой. В человеческом, социальном плане он безусловно порождает недовольство, зависть, обиду и другие отрицательные эмоции.

Принцип конкурсности устанавливается и на уровне отдельных школ. Из общего количества российских школ (около 60 тыс.) отбираются три тысячи так называемых «инновационных», которым в разовом порядке даются гранты в 1 млн рублей каждой. При нынешней дороговизне оборудования этой суммы хватит, может быть, на приличный физический или химический кабинет, на один компьютерный класс, вряд ли больше. Неизбежная конкуренция между школами приведет к тому, что выигрывать будут те самые привилегированные лицеи, гимназии, колледжи, в которых сосредоточились отпрыски семей «новых русских». У них гораздо больше шансов попасть в разряд «инновационных» школ. Само чужое словечко «инновационный» носит лукавый характер, содержание его неуловимо и неопределенно, зато оно прочно вошло в лексикон правительственных чиновников всех уровней. Для них чем непонятней, тем милей.

Школы, расположенные в сельских местностях и в небольших провинциальных городах, практически не имеют шансов пробиться к этим грантам.

Шокирующей характеристикой всего национального проекта является отсутствие в нем каких-либо указаний на то, каким в содержательном отношении должно стать наше образование, какого выпускника средней школы хотело бы получить государство. Иными словами, не обозначена цель проекта «Образование», как и сроки его осуществления. Определен лишь технологический процесс осваивания бюджетных денег.

Знакомые мне педагоги говорили, что, вероятно, правильнее было бы создать в областных и районных центрах школы для одаренных школьников, которые поступали бы туда на конкурсной основе из других муниципальных и региональных учебных заведений. Тогда было бы оправдано и дополнительное научно-техническое оснащение таких школ, и принципиально новые учебные программы, приспособленные для углубленного и ускоренного изучения предметов, но в действующем национальном проекте такие формы поисков «точек роста» не предусмотрены.

По плану В. Путина устанавливаются 5350 государственных грантов для талантливой молодежи, из них 1250 для победителей и призеров международных олимпиад, каждый из которых получит по 60 тыс. рублей. Остальные 4100 грантов, каждый достоинством в 30 тыс. рублей, предназначены для победителей российских и региональных олимпиад. Эта часть проекта «Образование» заслуживает поддержки, ибо в ходе олимпиад менее всего сказываются социальные различия между участниками, здесь наиболее последовательно выдержан принцип соревновательности, честной конкуренции.

Образование не исчерпывается только уровнем общего среднего. Для судьбы страны может быть даже более важно, как обстоят дела с высшим образованием, и в какой мере национальный проект коснется вузовской системы. В этой части образовательной системы также в полной мере чувствуется стремление разделить все профессорско-преподавательское и студенческое сообщество и превратить высшее образование в коммерцию. По мнению Министерства образования и науки, в России слишком много людей, имеюот студенческой массы), что они не заметны. Наши собственные студенты, уезжающие заграницу, которые раньше на голову превосходили своими знаниями сверстников из других стран, теперь оказываются посредственными середняками, с трудом выдерживающими конкуренцию с выходцами из стран развивающегося мира.

Только в России среди безработных, подчеркнем, официально зарегистрированных безработных, имеется довольно много лиц с высшим образованием. Такое положение невозможно представить себе ни в Европе, ни в США. А сколько дипломированных специалистов трудятся за грошовые зарплаты в НИИ и проектных институтах, на различных едва живых предприятиях и организациях!

В вузах отмечается стойкая тенденция к снижению уровня профессорско-преподавательского состава. Старшее поколение советской профессуры уходит, новые генерации преподавателей не отвечают возросшим требованиям. Более чем скромные заработки, низкий социальный статус сделали непривлекательной работу в вузах для большой части талантливой молодежи. Далеко не всякий специалист согласится на такую форму приработка, как приватное натаскивание студента к экзаменам или получение взяток за несправедливую оценку уровня знаний.

За последнее время быстрыми темпами стало расти число кандидатов и докторов наук, хотя на качестве преподавания это не сказывается. Раньше ходила такая поговорка: «Ученым можешь ты не быть, но кандидатом быть обязан!». Сейчас стало модным обзаводиться учеными степенями. Докторами наук стали Г. Зюганов, В. Жириновский, С. Степашин и сотни других больших и малых «ученых» от политики. Рост рати докторов ничего ровным счетом не добавляет ни российской науке, ни научному авторитету России.

Кого готовят нынешние вузы России? Сейчас наибольшим спросом пользуются социально-гуманитарные дисциплины: экономика, управление, правоведение, финансы. Все хотят стать менеджерами. Плата за обучение этим ремеслам наивысшая: от 3 до 7 тыс. долларов в год. Наименьшим престижем пользуются технические вузы. Там обучение либо бесплатно, либо наименее обременительно. Поскольку Россия сейчас не предъявляет спроса на инженерно-технические кадры в силу стагнации промышленности, кроме добывающих отраслей, то чаще всего выпускникам приходится искать работу не по специальности.

Российское государство не имеет ясного представления, как ему организовать, вернее, реорганизовать высшее образование в стране. Происходит это оттого, что правительство само не знает, куда оно ведет страну, какую нишу выбрать в сообществе других народов, а следовательно и не представляет сколько и каких специалистов следует подготовить для успеха на выбранном пути. Сам В. Путин очень часто говорил о привлечении частного капитала в сферу высшего образования, а в 2006 году, наконец, обмолвился о возможности приватизации высших учебных заведений. Дело и без того движется в этом направлении. Других альтернатив не просматривается. Подобное решение вопроса приведет, безусловно, к резкому сокращению числа высших учебных заведений. Тяга к установлению монопольного господства в своей сфере в России наблюдается очень отчетливо — от федеральной политики до криминального мира. Высшее образование станет повсеместно платным и малодоступным для выходцев из слоев трудящихся, если не будет решена проблема предоставления займов на обучение. Россия еще долго не сможет вернуть себе авторитет государства, специалисты которого равны по качеству своим коллегам из высокоразвитых стран.

В национальном проекте «Образование» высшие учебные заведения также не обойдены вниманием. Между ними тоже теперь будут проводиться конкурсы с целью определения, чьи учебные программы являются самыми лучшими. Победители получат от 200 млн до 1 млрд руб. Дополнительно сказано, что на эти цели государство в 2006 г. выделяет 5 млрд рублей. В 2007-15 млрд и в 2008 г. — 20 млрд Но опять, как и в случае со средними школами, в проекте не определено, какими по своему содержанию должны быть программы победителей. Не напоминает ли эту русскую народную сказку, где отрицательный персонаж посылает смекалистого героя: «Поди туда, не знаю куда, и принеси то, не знаю что». Начнут теперь ломать голову ректоры, как лучше потрафить конкурсной комиссии, какие у нее вкусы и предпочтения. Начнется, безусловно, борьба в кулуарах и коридорах, с использованием связей и знакомств, хорошо известная любому россиянину.

По выделяемым деньгам все ясно, а вот на что они будут потрачены, так и остается загадкой: на подготовку специалистов-теоретиков в фундаментальных науках, на инженеров для опытно-конструкторских работ или на штамповку «менеджеров», «дилеров», «дизайнеров» и т. д. Нет государственной задачи на подготовку кадров с высшим образованием.

Впоследствии к этим направлениям «национального проекта «Образование» был добавлен еще один немаловажный пункт, предусматривающий подготовку квалифицированных рабочих кадров. «Демократические реформы» последних 15 лет привели к потере Россией своего золотого фонда — рабочего класса. Разорение почти всей машиностроительной отрасли — открытая рана России. Когда первый вице-премьер Сергей Иванов объезжал предприятия военно-промышленного комплекса, его поразили масштабы потерь квалифицированных специалистов. Именно поэтому в проекте появился новый пункт о государственной поддержке учебных заведений начального и среднего специального образования. Предусматривается выделение по 20–30 млн рублей, но при обязательном условии, что будет обеспечено софинансирование со стороны работодателей, поскольку квалифицированные специалисты пойдут работать не только на государственные предприятия, но и в частный сектор. Эта мера абсолютно вынужденная, власть и бизнес только сейчас начали понимать, что российская промышленная продукция остается неконкурентоспособной на мировом рынке, прежде всего из-за низкой квалификации рабочей силы.

Составной частью проекта «Образование» является программа, называемая «Сельский школьный автобус». Она предусматривает ежегодное выделение 1 млрд рублей на приобретение малогабаритных автобусов (на 11 и 22 места) для перевозки детей из небольших сел и деревень к школам и обратно. На сегодня в России имеется 6 тыс. школ, в которых учатся менее 10 учеников, только с помощью транспорта их можно чуть-чуть укрупнить (не отрывая детей от семьи), чтобы создать приемлемые условия для преподавания. Эта программа очень нужна, и можно сквозь пальцы смотреть, какая острая конкурентная борьба развертывается между возможными поставщиками этих автобусов.

В целом национальный проект «Образование» является определенным шагом вперед, после многих лет полного безразличия власти, но он носит точечный, ограниченный радиус действия. Основная масса российских школ и высших учебных заведений останется вне сферы его влияния. Не забывайте, что в России имеется около 60 тыс. школ, в которых работает огромная армия в 1 600 000 педагогов со средней заработной платой в 5 — б тыс. рублей в месяц. О его другом недостатке — отсутствии содержательного вектора образования уже говорилось выше. И все это происходит в стране с быстро убывающим населением, особенно в школьном возрасте. В 2007/2008 учебном году в наших школах училось всего 14,5 млн человек, в то время как еще в 1995/1996 г. их было 22 млн. Цифры красноречивее слов!

Другой широко разрекламированный приоритетный национальный проект называется «Здравоохранение». Его главная цель определена так: «Повышение доступности и качества медицинской помощи для широких слоев населения», и решение поставленных президентом задач предполагалось осуществить в 2006–2007 гг. На реализацию мероприятий проекта выделялось 88 млрд рублей. В такие сжатые сроки и на отпущенные средства достичь заявленной цели совершенно невозможно. Вся система российского здравоохранения была запущена до крайности за 15 лет «реформ», которые даже краешком крыла не касались здоровья граждан. У «реформаторов» были другие насущные интересы.

Объявленные в проекте правительственные меры вызвали шок в медицинском сообществе и в целом в стране. Главным их содержанием было существенное изменение в оплате труда медицинских работников. Была выделена группа врачей — участковых терапевтов, педиатров и врачей общей практики которым была значительно, на 10 тыс. в месяц, повышена оплата труда. Одновременно на 5 тыс. рублей повысилась месячная зарплата медицинских сестер которые работают с указанными категориями врачей Такие меры можно только приветствовать, поскольку на этих медработников ложится основная нагрузка по первичному приему больных. Но беда состояла в том что таким образом все остальные врачи более узких специальностей (офтальмологи, кардиологи, онкологи и т. д.) оказывались на периферии государственные озабоченностей, в оскорбительно невыгодных условиях по сравнению со своими коллегами. Более того часто оказывалось, что у медсестер зарплата стала выше, чем у докторов-специалистов. В медицинском сообществе возникла напряженная обстановка, власть мгновенно перессорила между собой вчерашних коллег и товарищей по работе.

Для снижения недовольства огромной армии врачей-специалистов было сказано, что им тоже буде1 повышена на 20 % их обычная зарплата путем индексации Единой тарифной сетки. По этой сетке (в соответствии с разрядами) выплачивалась зарплата всем бюджетникам (врачам, педагогам, работникам культуры). Правительство упорно вело дело к ликвидации Единой тарифной сетки, к передаче министерствам и ведомствам права самостоятельно решать вопрос об уровне оплат свои сотрудникам. Это делалось для того, чтобы расколоть единый лагерь бюджетников, выступавших с едиными социальными требованиями. В конце концов власть добилась своего, теперь вряд ли мы увидим совместные митинги и демонстрации врачей, педагогов и работников культуры. Их ряды разорваны, каждый профессиональный цех также расколот финансовым молотком, а изолированные отдельные отряды протестующих уже не представляют опасности для власти.

Совершенно естественно, что теперь в медицинской среде начнется переток кадров из непрестижных специальностей в наиболее материально обеспеченные, но власть и тут успела поставить рогатки. Даже врач, имеющий диплом «терапевта» или «педиатра», должен пройти цикл повышения квалификации продолжительностью от 72 до 144 часов, чтобы занять те должности, где зарплата повышена в соответствии с «национальным приоритетным проектом». Число мест на курсах переподготовки ограничено 6–7 тыс. в год. Начальство будет решать, кого послать и кого принять на эти курсы. Трудно себе представить, сколько фильтров надо проскочить, чтобы получить блага от проекта «Здравоохранение». А если врач другой медицинской специальности захочет переквалифицироваться в участкового терапевта, то он должен пройти 500 часов аудиторных занятий, что невероятно трудно для работающего семейного человека среднего возраста.

Все остальные параметры проекта «Здравоохранение» носят снабженческий характер. Намечено обновить 65 % санитарного автотранспорта (ежегодные поставки около 6 тыс. машин скорой помощи), закупить 2,3 тыс. комплектов рентгеновского оборудования, 4 тыс. ультразвукового, 10 тыс. электрокардиографов и пр. Планируется построить по всей России 15 центров высоких медицинских технологий на 200 коек каждый (трансплантации органов, нейрохирургии и пр.), но их все равно не будет хватать на всех нуждающихся, поэтому будут формироваться очереди, т. н. «листы ожиданий».

Массовая закупка иностранного медицинского оборудования имеет свои минусы. Во-первых, в большинстве наших поликлиник и больниц персонал не имеет навыков работы с такой техникой, что вызовет задержки в ее эксплуатации и приведет к неизбежным поломкам. У нас нет необходимой ремонтной базы, а сервисное обслуживание затруднено в силу географической удаленности многих медицинских центров от столиц и крупных городов. Во-вторых, приобретение зарубежного оборудования не решает проблемы систематического обновления всего парка, для чего необходимо создавать свою собственную промышленность для производства медицинского оборудования, равно как и медикаментов (сейчас мы на 75 % зависим от импорта лекарств).

Народная мудрость гласит: с паршивой овцы хоть шерсти клок. Лучше что-то, чем ничего. Но каждому, кто знаком с реальной картиной российского здравоохранения либо как пациент, либо как медработник, ясно, что никакого прорыва в вопросе улучшения здоровья населения не будет. Мы только частично залатаем дыры, зияющие в системе здравоохранения.

Третий приоритетный национальный проект — «Доступное жилье» — практически полностью провалился, что признают даже сами российские власти. Государство устранилось от программ строительства жилья и все надежды возложило на то, что автоматически заработает система ипотечного кредитования. Все выгоды от возможного повышения спроса на жилье могли извлечь только банки и строительные компании. Одни рассчитывали на широкое предоставление ипотечных кредитов, а другие на продажу строящегося жилья. Весь проект забуксовал по двум основным причинам: во-первых, стоимость жилья в России непомерно высока, в Москве, например, она достигает 4–4,5 тыс. долларов за один квадратный метр, а по всей России около 20 тыс. рублей. При средней заработной плате по России на уровне 500 долларов в месяц (12 тыс. рублей) для того чтобы купить скромную 2-комнатную квартиру площадью в 60 кв. метров, надо не пить-не есть в течение 45 лет. Ясно, что ни о какой доступности жилья речи быть не может. Во-вторых, банковские кредиты чрезвычайно дороги, не менее 15 % годовых, они не по карману рядовым гражданам. В силу этого говорить о каком-то серьезном проекте просто не приходится. Хуже того, президентская инициатива спровоцировала резкий скачок цен на жилье. В Санкт-Петербурге за 7 месяцев после обнародования проекта «Доступное жилье» цены подскочили с 1 тыс. долларов до 2,5 тыс. долларов за квадратный метр.

Население России живет в самых плохих жилищных условиях среди всех европейских стран. 4,5 млн семей до сих пор стоят в очередях на получение квартир без всяких шансов на решение своих проблем. 2/3 россиян считают свое жилье «плохим» или «недостаточно хорошим». Это один из важнейших факторов, определяющих негативную демографическую динамику в стране.

За время администрации президента В. Путина был принят Жилищный кодекс РФ, которым регулируются все взаимоотношения граждан с властью и между собой в жилищных вопросах, но общая направленность его такова, что владелец жилья остается привилегированной стороной, а наниматель остается в роли зависимого и уязвимого субъекта права. Впервые на памяти живущих поколений россиян в кодекс внесены статьи, допускающие по решению суда принудительное выселение граждан из занимаемых ими квартир (ст. 84 ЖК РФ). Если семья не оплачивает в течение 6 месяцев счета за квартиру и жилищно-коммунальные услуги, она попадает под действие этого закона. В этом случае она будет выселена в условия общежития. В других обстоятельствах, если, например, жильцы будут обвинены в повреждении жилья или создании угрозы его разрушения, или если они станут систематически нарушать права и законные интересы соседей, они могут быть выселены без предоставления им какого-либо жилья вообще. Без всякой правовой защиты оказываются и лица, лишенные родительских прав, которые также могут лишиться крова.

В нашей стране имеется очень много различного рода общежитий при промышленных предприятиях, стройках и т. д. По новому законодательству эти общежития в случае смены владельца предприятия переходят в его собственность и могут быть использованы по новому назначению, а проживавшие в нем люди выбрасываются на улицу. Право собственности выше права людей на крышу над головой!

Региональные и муниципальные структуры, которым принадлежит основной жилой фонд страны, сдающийся по договорам социального найма, могут принудительно выселять жильцов из занимаемых ими квартир в том случае, если дом будут сносить, или если дом будут переводить в нежилое помещение, или в случае реконструкции и капитального ремонта здания. По существу власть по своему усмотрению может изменить условия жизни граждан. В городах очень часто коррумпированные чиновники принимают решения о сносах или реконструкциях жилых зданий с целью высвобождения территории для строительства частной недвижимости. Жертвами таких злоупотреблений законом являются в своем большинстве жители центральных районов городов, где высока стоимость земли и строений. Прежних жильцов, как правило, выселяют на окраину города, в районы новостроек, предоставляя им, правда, такую же жилплощадь, какую они имели раньше.

Широкое распространение получила по всей стране практика поджогов жилых зданий, с целью «выкуривания» прежних жильцов из престижных районов. Российские пожарники во время тушения огня приводят в полную негодность здание целиком, после чего власти принимают решения о его капитальном ремонте или реконструкции, что означает окончательное переселение жильцов на городскую периферию.

Мне хорошо запомнилась одна из первых про-тестных акций фракции «Родина» в Государственной Думе IV созыва. Именно при обсуждении Жилищного кодекса все 38 депутатов фракции покинули зал заседаний, оставив на своих рабочих столах крупные листы бумаги с надписью «Протест». Нами был подготовлен тогда альтернативный проект ЖК, но «Единая Россия» даже отказалась его рассматривать. Пресс-центр, работающий в Думе, состоит из специально отобранных и тщательно проинструктированных журналистов, которые фильтруют всю информацию, чтобы до широкой публики, не приведи Бог, не дошли сведения об аргументах оппозиции и ее действиях.

Сколько бы скандалов ни возникало на почве нарушения жилищных прав граждан, российская власть, как правило, оказывалась на стороне крупного бизнеса. В Москве, в районе Южное Бутово в 2006 г. несколько месяцев длилось настоящее сражение между населением, чьи дома и земля приглянулись крупным застройщикам жилья. Силы оказались неравными, власть еще раз продемонстрировала правоту русской пословицы, что «плетью обуха не перешибешь».

Начиная с 2007 г. пошли сигналы о массовом выселении людей из зоны, где будут строиться объекты для Сочинской олимпиады (там «греют руки» очень крупные воротилы строительного бизнеса), но их слез не видит страна. И ни разу президент В. Путин не вступился за права выселяемых, ущемляемых, обиженных. Он всегда занимал другую сторону. В 2007 году губернатор Краснодарского края А. Ткачев отдал распоряжение провести тщательную проверку всех строек, ведущихся в Сочи без оформления надлежащей документации, с нарушением экологических норм, вопреки планам развития гор ода-кур орта, и распорядился сносить сооружения, возведенные в нарушение закона. Прошло всего несколько дней, и В. Путин пригласил Ткачева в Москву и публично призвал губернатора «сбавить обороты» и «уважать права граждан», т. е. не трогать крупный строительный бизнес, имеющий прописку в Москве.

В течение длительного времени, начиная с 2000 г., шла работа по составлению Трудового кодекса Российской Федерации, в котором были бы закреплены новые основы отношений между трудом и капиталом. У нас они стыдливо называются «работник» и «работодатель». Кодекс представляет из себя огромный документ объемом в несколько сот страниц, переполненный велеречивыми статьями, заимствованными в том числе и из иностранных законодательств, но дух у нашего Кодекса остался чисто «новорусский». Закон, как его ни верти, направлен в первую очередь на защиту интересов капитала («работодателя»). Работники впредь устраняются от участия в управлении производством. В ходе обсуждения закона думская оппозиция пыталась добиться принятия поправки, предусматривающей включение хотя бы одного представителя профсоюза в совет директоров предприятия, пусть даже с совещательным голосом. Не тут-то было! «Единая Россия» встала вся как один против таких поползновений.

В соответствии с новым Кодексом правила внутреннего трудового распорядка на предприятии устанавливаются и утверждаются работодателем «с учетом мнения представительного органа работников». Всячески избегая самого названия профсоюз, закон всемерно сокращает любую возможность «работников» влиять на производственный процесс.

Предприниматель («работодатель») получает очень широкие возможности для расторжения трудового договора, иначе говоря, для увольнения неугодного работника. Он может выдвинуть в качестве причины сокращение штатов предприятия, несоответствие работника занимаемой должности вследствие недостаточной квалификации (хотя при приеме на работу и заключении трудового договора предусматривается испытательный период), нарушение им трудовой дисциплины (достаточно зафиксировать отсутствие работника на своем месте сроком 4 часа в течение рабочего дня) или просто «утрату доверия к нему со стороны работодателя». В законе перечислены 14 пунктов, по которым работник может быть выставлен за ворота. Профсоюз и в этом случае не имеет возможности защитить своего товарища, его мнение будет всего лишь «учтено» работодателем.

Максимально ограничено право на проведение забастовок как формы защиты работниками своих прав. В случае если большинством голосов работников будет принято решение объявить забастовку, стороны обязаны создать примирительную комиссию, которая в пятидневный срок должна постараться найти компромисс между работниками и работодателями. Если этого достичь не удается, то профсоюз обязан за три дня предупредить работодателя о проведении предупредительной одночасовой забастовки, которая может быть проведена только один раз. При сохранении разногласий профсоюз обязан в письменной форме за десять дней уведомить работодателя о начале забастовки. В уведомлении должно быть расписано все: какой орган и кто (поименно) руководит забастовкой, сколько работников примет в ней участие, на какой срок она рассчитана, какие разногласия послужили причиной остановки работы и т. д. В этот момент вмешиваются в конфликт органы исполнительной власти, органы самоуправления, которые под предлогом сохранения общественного порядка, сохранности имущества и т. д. должны сделать все возможное для предотвращения забастовки.

Властные органы потребуют, чтобы даже во время забастовки работники выполняли так называемый минимум необходимых работ, разумеется, «в интересах общества и граждан». Далее в законе прямо говорится: «При необеспечении минимума необходимых работ (услуг) забастовка может быть признана незаконной». Даже этот туманный «минимум» определяет в конечном счете исполнительный орган власти субъекта федерации.

Запрещаются забастовки в структурах, непосредственно связанных с обеспечением жизнедеятельности населения, таких, как энергообеспечение, отопление и теплоснабжение, газоснабжение, авиационный, железнодорожный и водный транспорт, связь, больницы.

Решение о признании забастовки незаконной принимается судом субъекта федерации по заявлению работодателя или прокурора.

Таких драконовских законов, вернее, беззакония, страны, называющие себя демократическими, не знают. Россияне нередко видят и слышат о массовых забастовках трудящихся в западных странах, которые требуют и добиваются улучшения условий оплаты труда, а у нас в стране царит «мир да гладь, да Божья благодать». Это не продукт социального партнерства и согласия, а тишина тюремной камеры или кладбища.

Только в период расследования причин тяжелых катастроф наше общество узнает об ужасных условиях труда на российских предприятиях. Аварии на угольных шахтах в Кемеровской области в 2006 г. с многочисленными жертвами стали следствием того, что собственники шахт заставляли горняков спускаться в забои, заведомо зная, что концентрация метана достигла угрожающих отметок. Массовая гибель судов вместе с экипажами в Керченском проливе во время шторма в ноябре 2007 г. показала, что судовладельцы отправляли в рейс полусгнившие корабли, которые попросту разламывались на волнах. Власть, в лице ее контрольных и надзорных органов, должна нести равную с собственниками ответственность за катастрофы на транспорте и в промышленности и гибель людей.

Важной частью социальной политики любого правительства является существующая в стране пенсионная система. В России пенсии давно стали притчей во языцех. За 17 лет демократических реформ государство так и не создало внятной эффективной пенсионной системы. Нынешнее же положение имеет довольно четкую характеристику. Те, кто осуществляет власть в России и те, кто ее охраняет, имеют гарантированное и достаточно высокое по нашим меркам пенсионное обеспечение. Уже говорилось о том, что Президент страны в случае выхода в отставку получает 75 % от своего должностного оклада. Чиновники, с каждым служебным порожком ниже, получают поменьше. Например, прокурорские и судебные чины, получат по 20–40 тыс. рублей пенсии, отставные депутаты Государственной думы и Совета Федерации по 18 тыс., генералы и старшие офицеры по 12–20 тыс. рублей. В то же время подавляющее большинство рядовых пенсионеров будет вынуждено укладываться в 3–4 тыс. рублей, а то и меньше.

Организацией объединенных наций приняты документы, призывающие государства-члены довести уровень пенсий до 40 % размера последней зарплаты работника. В Евросоюзе действует правило о 50 % (не меньше) замещения заработка пенсией. У нас в России этот показатель не дотягивает до 25 %, и министр финансов А. Кудрин не один раз говорил, что правительство не намерено менять это соотношение. Представители шахтерских профсоюзов рассказывали мне, что у горняков нередко пенсия оказывается равна всего 10

— 12 % от их заработка. Выход на пенсию почти всегда означает для наших людей резкий скачок к нищете. Можно определенно сказать, что российские пенсионеры самые обездоленные в Европе.

Самым концентрированным выражением сущности социальной политики администрации В. Путина стал, безусловно, печально знаменитый закон N 122 о монетизации льгот пенсионерам. Процесс старения населения характерен для многих развитых государств мира, Россия не является исключением. В стране имеется более 30 млн ветеранов-пенсионеров самых разных категорий. Еще живы, слава Богу, более 1 млн участников и инвалидов Великой Отечественной войны, 1,5 млн ветеранов боевых действий в ходе различных региональных и внутренних конфликтов, 28 млн тружеников тыла военных лет и ветеранов труда. Всем им в советский период нашей истории государство предоставило определенные льготы, которые носили не денежный, а натуральный характер. Все их перечислить невозможно и не нужно, но их было много, начиная от бесплатного проезда в общественном транспорте, до безвозмездного оказания стоматологической помощи в виде протезирования зубов. Ветераны имели право получать путевки в санатории и дома отдыха (один раз в три года), пользоваться бесплатными медикаментами, платили по сокращенным тарифам за жилищно-коммунальные услуги и т. д.

До 2005 года все эти очень скромные льготы юридически сохранялись в полном объеме, хотя на практике ими не всегда можно было воспользоваться. После вторичного избрания В. Путина на пост Президента (2004 г.) правительство задалось целью очистить все социальное поле России от системы льгот, оставшихся в наследство от СССР. Предполагалось, что вместо льгот пенсионеры и инвалиды получат денежные компенсации, размеры которых будут определяться федеральными и региональными властями.

Без большой огласки была создана рабочая комиссия по разработке соответствующего закона. Труд предстоял немалый, надо было отменить или изменить несколько десятков действовавших законов. Больше года велось реформирование, слухи о котором стали просачиваться в прессу. Надо было как-то подготовить людей к предстоящему очередному шоку. Хорошо запомнилось передававшаяся по телевидению сцена совещания В. Путина с министром здравоохранения и социального развития М. Зурабовым и министром финансов А.Кудриным, в ходе которой обсуждалась перспектива принятия закона и его возможные последствия. Президент тогда раздумчиво и с некоторым сомнением в голосе спрашивал: «А надо ли принимать этот закон?». У зрителей и слушателей складывалось впечатление, что президент не хочет посягать на жалкие льготы стариков и инвалидов. Люди чуть успокоились, а зря. Закон был внесен в Государственную думу перед самым завершением работы весенней сессии 2004 года, чтобы не дать возможности развернуться широкой политической полемике вокруг правительственной инициативы. Кстати, это уже стало правилом со стороны власти — вносить самые непопулярные и спорные законопроекты на обсуждение Думы в последние часы рабочей недели, накануне летних или зимних отпусков.

В Госдуме существует практика так называемых нулевых чтений законопроектов, когда правительство обсуждает свои инициативы только с «Единой Россией». Если они вдвоем приходят к взаимопониманию, то тогда начинается формальное прохождение проекта в соответствии с регламентом Думы. С законом N 122 дело не заладилось с самого начала. Даже «единороссы» испугались, что закон приведет к дестабилизации внутриполитической обстановки. Правительство согласилось чуть смягчить законопроект, но настаивало на его утверждении, считая, что до очередных выборов в Думу или президента еще очень далеко и люди успеют забыть об очередной боли и привыкнут к новой ситуации.

Думская оппозиция в лице фракций КПРФ и «Родины» выступили категорически против законопроекта. Они считали, что негоже нынешней разбогатевшей от нефтедолларов России отнимать последние крохи у своих стариков. Указывали, что такая «реформа» является финансовым жульничеством, ибо любые денежные компенсации обесцениваются из-за инфляции, а льготы носят натуральный, т. е. не девальвируемый характер. Кто-то даже саркастически предложил заодно «монетизировать» и льготы президентам России, уходящим в отставку, от чего «Единая Россия» отмахнулась, как нечистая сила от ладана. Подчеркивалось, что аморально делить всех инвалидов и пенсионеров на федеральных и региональных, заведомо обрекая последних на худшие условия обеспечения. Люди и в самом деле работали и служили государству, а не какому-то отдельному субъекту федерации. Мы обращали внимание М. Зурабова (именно ему было поручено представлять закон в Думе) на то, что законопроект сырой, не проработан технически, в стране нет системы для его исполнения. Оппозиция просила отложить принятие закона хотя бы на один год. Однако правительству было все «до фонаря». Оно упорно настаивало на его принятии. Не припомнится других случаев, когда бы депутаты Государственной думы отзывались срочно из летних отпусков, как это произошло в 2004 году, чтобы принять в окончательном чтении закон N122. Закон должен был вступить в действие с 1 января 2005 года.

Его прохождение по технологической цепочке было молниеносным, 5 августа 2004 г. он был принят Госдумой, 8 августа его одобрил Совет Федерации, а 22 августа уже подписал президент. Такая скорость обеспечивается только в тех случаях, когда этого требует непосредственно Кремль. Как только содержание закона стало известно, в стране начала нарастать волна протеста. Брожение охватило всю территорию России от Тихого океана до Калининграда. 14 декабря 2004 г. (как раз в годовщину выступления декабристов) большая группа молодых людей, входивших в экстравагантную партию национал-большевиков Э.Лимоно-ва, захватила пару кабинетов в Общественной приемной Президента России в центре Москвы, забаррикадировалась там и через открытые окна демонстрировала антипрезидентские плакаты, а через громкоговоритель выкрикивала лозунги с требованием отставки В.Путина. Вся акция была направлена против принятия закона N 122. В группу входили почти исключительно молодые люди, в своем большинстве студенты высших учебных заведений. Они выступали не за свои требования, а хотели поддержать обездоленных стариков. Среди них были несовершеннолетние, женщины и один даже был гражданином Голландии.

ОМОН выломал двери, арестовал смутьянов. Власть обвинила их в попытке «государственного переворота и намерении захватить власть», за что им грозили сроки от 5 до 12 лет заключения. Целый год они просидели в заключении, причем голландскому юноше даже не разрешили временно поехать на родину, где у него скончался отец. Эта беспрецедентная мера пресечения — показатель мстительности и жестокости власти. В конце концов суд вынес почти всем арестованным условные наказания, но год жизни у тех девушек и юношей был украден.

Сразу после 1 января 2005 года, когда заработал новый закон, по всей стране начались массовые акции протеста с требованием отставки правительства, выборов нового президента страны, роспуска Государственной думы, освобождения политических заключенных («нацболов»). Движение носило в большинстве случаев стихийный характер, из политических партий и группировок чаще всего были заметны члены КПРФ, в протестных мероприятиях принимали участие не только пенсионеры, но и молодежь, что особенно насторожило власть. Во многих случаях митингующие перекрывали дороги, блокировали здания местных администраций. Любой читатель, который захочет узнать побольше о событиях в России зимой 2005 года, может ознакомиться в Интернете с «Хроникой протеста против отмены льгот».

Первой импульсивной реакцией со стороны Кремля на вспышку всенародного протеста было желание объявить все происходящее результатом подстрекательства со стороны политической оппозиции. Стали искать виновного или виновных, но на прямые репрессивные акции в виде арестов зачинщиков и разгона демонстраций власть не решилась. Она, кажется, наконец, поняла, что настоящим зачинщиком волнений была она сама, поскольку перешла рубеж терпения народа,

Комитет Госдумы по делам ветеранов занимает первое место по числу писем и обращений граждан. Его руководство отметило, что «все без исключения отклики населения на 122-й закон носили критический, а порой и эмоциональный (иначе говоря, ругательный) характер. В основном в письмах высказывались просьбы отменить положения закона о замене натуральных льгот денежной компенсацией». А вот как оценивали эту ситуацию в Совете Федерации в апреле 2005 г.: «По характеру почта апреля мало чем отличалась от корреспонденции, поступавшей в последние три месяца. Наибольшее количество обращений поступило по вопросам социальной защиты населения. Каждое четвертое письмо содержало в себе негативный отклик на вступивший в силу Федеральный закон N 122. Подавляющая часть авторов дала отрицательную оценку проводимой социальной реформе и выразила требование незамедлительно принять меры законодательного и организационного характера для улучшения социальной поддержки значительной части граждан». Граждане справедливо указывали, что власть «забыла» о существовании 55 статьи Конституции, в которой сказано, что «в Российской Федерации не должны издаваться законы, отменяющие или умаляющие права и свободы человека и гражданина».

Общенациональный протест вынудил Кремль искать примирения на путях частичного признания своих недоработок и также частичного удовлетворения требований населения. В. Путин не решился сразу же убрать министра М. Зурабова, чтобы не признать таким образом своего полного провала (отставка произошла только в 2007 году), в средствах массовой информации всю вину стали валить на региональные власти, которые, дескать, не были готовы к осуществлению закона. Но крах всей затеи стал очевиден, когда правительство оказалось вынужденным сказать, что инвалиды и пенсионеры имеют право либо сохранить старые льготы, либо перейти на их денежную компенсацию. Это разумно, потому что, например, жители сельских местностей и малонаселенных поселков почти не пользуются общественным транспортом и им выгоднее небольшая денежная прибавка. Начался мучительный и для населения, и для власти процесс выработки нового социального порядка, спровоцированный администрацией, бесчувственной к народной боли и непрофессиональной в вопросах управления.

Этот урок оказался полезным и для правительства, и для граждан. Он стал школой политического образования для многих, что сказалось на результатах выборов во многие региональные собрания, проходивших по «свежим следам» событий. Например на выборах 4 декабря 2005 г. в Костромской области «Единая Россия» получила всего 29,98 % голосов, а коммунисты 17 %. Вместе с другими оппозиционными партиями они значительно обогнали правящую партию. Такая же картина наблюдалась и в Ивановской области, где «Единая Россия» смогла набрать всего 32 % голосов.

К социальной политике правительства относятся и вопросы развития спорта как важного средства поддержания здоровья населения, обеспечения досуга. За 8 лет администрации В. Путина почти ничего не сделано для приобщения населения к физкультуре и спорту. Сам лично глава государства выгодно отличается от своего предшественника здоровым образом жизни. Средства массовой информации внедряют в общественное сознание образ президента-спортсмена, который борется на татами, скачет на лошади, бороздит горные склоны на лыжах, сплавляется по бурным рекам на плотах и т. д. и т. п. И в то же время нет государственной заботы о том, чтобы и граждане России жили в какой-то мере такой же жизнью. Вся спортивная жизнь страны продолжала бурно коммерциализироваться, а следовательно становиться недоступной для большинства населения, которому остается только роль зрителя.

Самый популярный вид спорта — футбол выродился в соревнование «денежных мешков». Без вмешательства В. Путина было бы невозможным тратить громадные государственные средства «Газпрома» (основной акционер — Правительство РФ) на укрепление и содержание футбольного клуба «Зенит», который покупает заграничных игроков по 15–20 млн долларов, нанимает иностранных тренеров и платит неразумно высокие гонорары своим футболистам (по 2,5 млн евро в год), совсем не соответствующие их профессионализму. Это нужно для престижа господствующей ныне в стране «питерской группировки», которая добилась выдвижения на должность руководителя Российского футбольного союза В. Мутко, вчерашнего патрона «Зенита». Другие клубы тянутся, надрывая силы, за питерцами, а тем временем качество российского футбола, несмотря на обилие приглашенных легионеров, остается самым жалким. Серьезной массовой школы в стране нет. Сотни стадионов советской эпохи застроены, пущены в коммерческий оборот, равно как и юношеские спортивные базы.

То же самое можно сказать о хоккее и других популярных игровых видах спорта. Предметом торговли становятся легкая атлетика, гимнастика, лыжный спорт и т. д. Россия медленно, но неуклонно теряет позиции в мировом олимпийском спорте. Если раньше единственным нашим конкурентом на первое место были США, то сейчас в преддверии Олимпиады в Пекине мы не рассчитываем более чем на третье место в общем зачете.

Очень много дискуссий вызвала инициатива России стать местом проведения Зимней олимпиады 2014 года, для чего в районе Сочи планируется возвести совершенно новый спортивный центр. Президент В. Путин проявлял такую живую заинтересованность во всем этом проекте, что, казалось, от его успеха зависит судьба самой России. На сооружение комплекса планируется израсходовать 14 млрд долларов. «Надо, — говорит В.Путин, — создавать условия для отдыха россиян». Только забыл добавить, для каких россиян. Конечно, на эти деньги можно было бы создать сотни, если не тысячи, спортивных центров по всей стране, способных привлечь к занятиям спортом миллионы россиян. Комплекс в Сочи может удовлетворить (после окончания Олимпиады — 2014) желания только очень ограниченного социального слоя, горнолыжный спорт в условиях России остается привилегией людей с высоким уровнем достатка, а с учетом транспортной дороговизны, стоимости проживания в отелях, он вообще недоступен для подавляющего большинства наших граждан. Значит под «зонтиком» Зимней олимпиады строится элитный спортивно-развлекательный центр для российской буржуазии. Его собственниками будут все те же «новые русские», которые инвестируют вместе с государством средства в строительство. Уже известно, что крупным акционером станет В. Потанин и его империя «Норникель», вкладывающие около 5 млрд долларов. На этом курорте можно будет развлекаться, как в Куршавеле, не рискуя попасть в поле зрения французской или швейцарской полиции. К тому же будущий комплекс находится совсем рядом с любимой резиденцией В. Путина «Бочаров ручей». Обе доминирующие силы в России — власть и крупный бизнес — будут отдыхать совсем рядом, что очень удобно обоим.

Специалисты в вопросах социологии относят к разделу социальной политики также миграцию населения. Уместно сказать, что после 1991 года у российских властей не было и нет никакой внятной миграционной политики. Во времена СССР государство достаточно жестко управляло миграционными процессами, ограничивая передвижение граждан внутри страны путем системы прописки по месту жительства Сельское население удерживалось на местах почти принудительно, людям не выдавались паспорта, за исключением особых случаев вроде призыва в армию или поступления Е учебные заведения и т. д. Государство само инициировало крупные миграционные процессы в интересах развития экономики или безопасности. Так, известны, например массовые переселения русских в Калининградскую область (около 1 млн) для заселения земель, отошедших к СССР после Второй мировой войны, организованный поток для освоения залежных и целинных земель во второй половине 50-х годов XX века (около 1 млн). Теперь ЭТЕ территории входят в состав независимого Казахстана. Большое число азербайджанцев, татар и башкир было направлено в Западную Сибирь, где были открыты самые крупные месторождения нефти и газа. Тогда в районах новых промыслов почти не было коренного населения, а самые подготовленные кадры нефтяников и газовщиков имелись главным образом в Азербайджане, Татарстане и Башкортостане.

После 1991 года ситуация в корне изменилась. Демократические реформы в первую очередь коснулись установления свободы граждан на передвижение и проживание Е любой точке страны. Началось бурное перераспределение русских и граждан других национальностей по территории бывшего СССР в первую очередь под влиянием экономических и изменившихся политических условий проживания Русские, оказавшиеся за рубежами Российской федерации в новых независимых государствах, бывших союзных республиках, были захвачены в тиски разбушевавшегося национализма, оказались бесправными и второсортными гражданами. Началось массовое бегство русских из всех республик Закавказья, Средней Азии, частично Молдовы. Эта стихия утихла только к концу администрации В. Путина, когда уехали все, кто мог, и остались на прежних местах те, кто как-то приспособился к новым условиям жизни.

Не прекращался отток русского населения из районов Крайнего Севера, с Дальнего Востока в Центральную Россию из-за потери государственного интереса к развитию отдаленных регионов страны и исключительно тяжелых условий жизни, создавшихся там.

В то же время (1991–2007 гг.) при всей глубине экономической разрухи в самой России, обстановка в сопредельных странах, получивших название ближнего зарубежья, оказалась еще хуже для простых людей. Пока руководители новых постсоветских государств млели от эйфории по поводу свалившейся в их руки суверенной власти, их граждане — грузины, азербайджанцы, армяне, таджики, узбеки и др. в массовом количестве стали бежать в Россию в надежде найти работу или иной способ выживания. Все миграционные потоки были беспорядочными и бесконтрольными. Поскольку прописка были отменена, то основная масса мигрантов направилась в крупные города. Нестабильность и военные действия в районе Северного Кавказа породили потоки мигрантов из этого региона в Центральную Россию, в результате чего в российских городах создались крупные диаспоры чеченцев, ингушей и др. национальностей. Кто-то из новых жителей Российской Федерации стал честно трудиться на самых непрестижных участках (строители, работники коммунальных служб и пр.), другие оседлали торговлю, третьи ударились в преступную стихию добычи денег. В любом случае, можно сказать, что эти «демократические мигранты» принесли с собой гораздо больше проблем, чем пользы для России.

Государство не знает, сколько денежных средств уплывает из России от этих мигрантов по всем каналам. МВД РФ уверенно говорит, что масштабы преступности в стране резко выросли по мере притока переселенцев из-за границы. Этнические диаспоры имеют тенденцию к созданию замкнутых национальных структур, которые настороженно, а иногда враждебно относятся к окружающему миру, плохо ассимилируются в нашем обществе. Это порождает ответную реакцию неприятия со стороны коренного населения. Сколько раз мне приходилось слышать, что мигранты из других стран в Западной Европе остаются длительное время на положении низкооплачиваемых работников, в то время как в России мигранты часто становятся хозяевами жизни, владельцами крупных состояний, пренебрежительно и высокомерно относящимися к коренному населению России. Создавшееся положение взрывоопасно, чревато постоянной угрозой конфликтов.

Нынешняя государственная власть не имеет никакой стратегии в миграционной политике. Межнациональную напряженность она старается придушить репрессивными мерами, принятием жестких законов «О противодействии экстремистской деятельности» или развешиванием убогих рекламных щитов (в московском метро, например), призывающих к «единству в многообразии», к завету героя мультфильмов кота Леопольда, повторявшего: «Ребята, давайте жить дружно!».

В. Пугин неоднократно, особенно в первые годы своей администрации, давал указания и поручения разработать миграционную политику, но ни сам он, ни его соратники не смогли сформулировать ее принципы. В последние годы в российском руководстве укрепилась только одна мысль: без мигрантов из-за рубежа Россия не может решить проблему нехватки рабочей силы. Единственный источник компенсации демографических потерь коренного населения — приток мигрантов из-за рубежа. Но это равносильно капитуляции в важнейшем стратегическом вопросе — сохранении нашей славянско-православной цивилизации, одной из шести главных цивилизаций на свете.

Разработки основ миграционной политики не такое уж сложное дело, за рубежом имеется огромный опыт в этом вопросе. Прежде всего, это США, Канада, Австралия, многие страны Латинской Америки, население которых в своей основе создано из иммигрантов. Но там разработаны достаточно четкие критерии, кого и в каком количестве надо принимать на постоянное жительство и работу в свою страну. Жестко контролируются возрастные, профессиональные, морально-нравственные критерии, физическое здоровье и т. д. Пока же в России такой политики нет, мы даже плохо владеем статистикой, отражающей состояние национального вопроса в стране.

Вряд ли кто в Кремле или в Белом доме может с уверенностью сказать, сколько россиян уехало заграницу после 1991 года. В прессе называют цифру в 4–5 млн человек, что сопоставимо с эмиграцией после революции 1917 года. Как и тогда, страну покинули наиболее активные, предприимчивые, подготовленные люди, которые не нашли себя в новых социально-экономических условиях, создавшихся в России, Со многими из них приходилось встречаться, обычно они говорили: «Воровать не хочу, а честно работать и зарабатывать возможностей нет!».

Власть также не имеет внятной политики по отношению к соотечественникам, оказавшимся за границей. Конгрессы соотечественников, время от времени собирающиеся в Москве, носят характер протокольно-парадных мероприятий. Русские за границей быстро теряют связь с родиной и ассимилируются в большой степени по вине самой России. Эпизодические примеры патриотической верности русской культуре и исторической Родине, показываемые по телевидению, не меняют общей картины быстрого растворения русских в приютивших их этносах.

Управленческие беды

В период президентства Б. Ельцина российская государственная административная система сильно деградировала. Реальной властью в стране была кучка олигархов, которую называли «семибоярщиной», «банкбюро» и т. д. Свои планы и намерения члены этой кучки осуществляли напрямую через администрацию Президента РФ, которая в значительной части состояла у них на содержании. Министерства и ведомства своими постановлениями и распоряжениями только оформляли указания, получаемые из администрации президента. По существу это было время административного произвола, в обстановке которого и стали возможными «дикая приватизация», а в 1998 г. разрушительный финансовый кризис (дефолт). Встал вопрос о проведении административной реформы, которая бы изменила порядок управления страной.

Как только В. Путин стал премьер-министром РФ осенью 1999 года, он поручил начать работу по подготовке административной реформы Центру стратегических разработок, известному также под названием Центр Г. Грефа, который также выполнял роль предвыборного штаба В. Путина во время его первой президентской компании. С чего и как начинать эту работу, никому не было ясно, ни заказчикам, ни исполнителям. В те времена было заведено сразу же искать примеры для подражания на Западе, где как раз осуществлялась так называемая «антибюрократическая революция». Смысл ее заключался в ослаблении политической силы бюрократии, ограничение значимости традиционной административной «лестницы чинов», в сокращении роли министерств. Зачинщиками этих новшеств были Великобритания, Новая Зеландия и Австралия, которые хотели таким образом приблизить чиновников к нуждам простых граждан, сделать их работу прозрачной, а все правительство преобразовать из «начальника» в «слугу народа». В Великобритании эти реформы начались в 1982 г. и к концу 90-х годов система традиционного министерского управления оказалась преобразованной в сеть управляющих министерских центров, с которыми стали на контрактной основе взаимодействовать 140 новообразованных и подотчетных парламенту агентств, где оказались занятыми 3/4 всех английских государственных служащих. Эти агентства не командовали гражданами и бизнесом, а оказывали ему услуги.

У них эта система заработала, потому что базировалась па прочном и настоящем демократическом фундаменте. Наши умельцы из Центра стратегических разработок решили пересадить ее на российскую почву, не понимая, что она не соответствует ни историческим, ни социально-экономическим условиям нашей страны. Они забыли поговорку: «что немцу (или англичанину) хорошо, то русскому — смерть» и наоборот. Начался длительный административно-реформаторский марафон, который продолжался все 8 лет администрации В. Путина. Осенью 2007 года на слушаниях в Государственной думе новый премьер-министр В.Зубков признал, что реформа оказалась дорогостоящей и неэффективной. Чуть раньше первый вице-премьер Д. Медведев также скептически отозвался о реформе, которая «вышла боком». Но все эти признания делаются как бы полушепотом, в полутьме, чтобы не травмировать широкую публику констатацией провала.

За прошедшие восемь лет кто только не занимался административной реформой. Когда она вышла из лаборатории Центра стратегических исследований, практическое наполнение идеи было поручено тогдашнему премьер-министру М. Касьянову, который в свою очередь перепоручил ее своему заместителю Борису Алешину. До самой отставки М. Касьянова вся работа напоминала «бег на месте общепримиряющий». Президент В. Путин пользовался прежним управленческим механизмом. Он требовал сдвигов в решении порученной задачи, но сам не мог предложить какой-то идеи. В конце концов этот вопрос было поручено «довести до ума» Дмитрию Козаку, который был переведен с поста заместителя руководителя администрации президента на должность руководителя аппарата правительства в ранге министра. Работа закипела, а тут еще подоспела и смена кабинета, который возглавил М. Фрадков в 2004 г.

Последовала длительная полоса пустопорожних рассуждений о необходимости ликвидации так называемых избыточных функций федеральных органов исполнительной власти. Много говорили, например, о необходимости упростить такую мучительную и унизительную процедуру, как ежегодный техосмотр автотранспорта в ГИБДД МВД РФ, превращающуюся в коррупционную вакханалию. Но МВД намертво вцепилось в эту доходную работу и в конце концов удержало эту дойную корову в своем стойле. По их стопам пошли и другие чиновники, не желавшие поступаться никакими своими командными полномочиями. В сухом остатке вся работа Д. Козака свелась к предложению разделить все Министерства на три независимых структуры. Первая, сохранившая прежнее название «Министерство», имела теперь своей обязанностью только выработку норм, которые регулировали работу отрасли. Вторая структура, именуемая «Служба», осуществляла кон-трольно-надзирательные функции за выполнением тех самых норм, которые разрабатывало «Министерство». Третья структура под названием «Агентство» должно было сконцентрировать свои усилия на оказании услуг населению и бизнесу. Это механический плагиат с некоторых административных реформ англоговорящих стран.

Административная реформа в стране была декретирована Указом В. Путина от 9 марта 2004 г. В соответствии с этим документом в России упразднялось 13 министерств, 1 Государственный комитет, 1 федеральная комиссия, 4 федеральных службы и 4 Российских агентства. Из упраздненных структур заново создавалось 5 министерств, 16 федеральных служб, 20 федеральных агентств и плюс самостоятельное Федеральное казначейство. Указ был длинный, на 21 странице текста, но сугубо чиновничий (о порядке подчинения, о разработке положений, о штатах и жалованье и т. д.), у него даже не было обычной преамбулы, где было бы сказано, с какими целями и ради чего проводится такая масштабная реорганизация.

За реформой правительства последовала «реорганизация» администрации президента, произведенная по тому же образцу. Сменились вывески, названия (вместо заместителей руководителя администрации люди стали называться помощниками президента и т. д.), но все осталось нетронутым по существу. Дыму напустили много, но огня не было видно нигде. Министерств, служб, агентств стало больше, чем когда бы то ни было в истории государства российского, чиновников расплодилось, как тараканов в грязной избе.

Реализация президентских Указов породила управленческий хаос в нашей стране. Россия была парализована, когда началась всероссийская дележка кадров, служебных помещений, транспорта, бюджетных средств и т. д. У новых структур не было новых служебных бланков, печатей, банковских счетов. Все телефонные номера были перепутаны.

Губернаторы без устали слали письма и телеграммы в Государственную думу, требуя вмешательства и немедленного прекращения управленческой неразберихи. Наконец даже верноподданные руководители думы, не выдержали и послали председателю правительства М. Фрадкову в июле 2004 года парламентский запрос, в котором говорилось: «В течение последних пяти месяцев текущего года практически прекратилось финансирование объектов, предусмотренных Федеральной инвестиционной программой на 2004 год… Сложившаяся ситуация во многом обусловлена затянувшимся процессом формирования федеральных органов исполнительной власти, отсутствием новых печатей и расчетных реквизитов указанных органов, а также неопределенностью в отношении того, кто из должностных лиц должен подписывать необходимые документы.

Отсутствие финансирования социально значимых строек и объектов, не только снижает темпы их строительства, но и формирует отрицательное отношение в субъектах федерации к мерам, принимаемым Президентом Российской Федерации В.В. Путиным, по формированию новой системы и структуры исполнительной власти».

Кончилось тем, что Д. Козак, заваривший всю эту несъедобную кашу, был отправлен полномочным представителем президента в Южный административный округ (там, где Чечня и где все его предшественники сломали себе голову), а отставленный по другим причинам М. Касьянов стал фрондировать и превратился в политического противника президента. Прошло пару лет, и В, Путин снова вернул своего петербургского друга Д. Козака в Москву, назначив его на пост министра по делам регионального развития.

Новым главным административным реформатором был назначен вице-премьер Александр Жуков, который не имел никакого опыта в таких делах, потому что преимущественно занимался финансовыми вопросами. Он задумал привлечь к работе совершенно новые экспертные структуры, связанные с Евросоюзом. Внутренние «разборки» привели к тому, что Министерство финансов отказало в средствах, запрошенных А. Жуковым на исследования. Он разобиделся и подал в отставку, которая была принята в тот же день. С тех пор этой безнадежной и бесперспективной работой занимается Сергей Нарышкин, возведенный в ранг вице-премьера. Как в сказке К. Чуковского: «Вот такая дребедень целый день, целый день»…

Совершенно шокирующее признание сделал 1 февраля 2006 года руководитель Росфиннадзора Сергей Павленко, сказавший: «Нарушения в расходовании бюджетных средств вылились в 2005 г. в сумму 150 млрд рублей. Причина — административная реформа. Министерства и ведомства находятся в процессе трансформации и потому не ведают, что творят. Если по каждому обращению возбуждать уголовные дела, у нас через три года не останется ни одного чиновника — все будут сидеть на нарах, и непонятно, что с этим делать. Наша финансовая система достаточно сложная, и нам сейчас довольно трудно разобраться, где имеет место злой умысел, а где ошибки, недомыслие, низкий уровень квалификации».

В 2005 году покрутить машинку административной реформы вновь попробовал Герман Греф, представивший в правительство очередной проект преобразований. В российском обществе за Грефом закрепилось мнение как об одном из самых маловразумительных министров. В свое время в немецкой прессе было сказано так: «В Германии его вряд ли взяли бы бухгалтером на мыловаренную фабрику». Представленный им проект традиционно малопонятен, изобилует туманными формулировками вроде «внедрение управления по результатам», «делегирование управленческих решений самоуправляемым организациям гражданского общества», «стандартизация и регламентация госфункций» и т. д. В этом птичьем языке не просматривается ясная государственная мысль. План Грефа был рассчитан на три года, до следующих президентских выборов. Это была отписка, которую даже в коридорах Белого дома назвали «пустым документом».

От всех реформистских усилий в памяти остались только два решения: первое, о сокращении числа заместителей высших чиновников (у самого Грефа, например, было 15 заместителей министра) и, второе, о резком повышении зарплаты высшим государственным чиновникам под предлогом избавления их от соблазна брать взятки. К концу второго срока администрации В. Путина снова началось наращивание контингента замминистров, а практика показала, что повышение зарплат никак не повлияло на дефицит иммунитета от взяток у чиновников всех рангов.

В сентябре 2007 г. на встрече с участниками Международного дискуссионного клуба «Валдай» сам В. Путин сказал: «Мы создали такую систему управления на уровне правительства, при которой взяли кальку с некоторых государств, где министерства являются методическим центром, а ряд других структур занимаются либо субстантивной работой, либо контрольными функциями. В течение последних трех с лишним лет стало ясно, что это для нашей действительности неэффективная модель». Дальше ехать некуда! (Как не вспомнить, что в статье «Россия на рубеже тысячелетий» в 2000 г. В. Путин обещал не переносить слепо в нашу практику зарубежных моделей).

В первый год работы Думы четвертого созыва (2003–2007 гг.) на моей памяти произошел удивительный случай полного расхождения точек зрения правительства и парламента, несмотря на то, что «Единая Россия» во всех других случаях защищает правительство, как смертник, прикованный к пулемету. Произошло это 13 мая 2004 г. В этот день пресса сообщила, что председатель правительства Российской Федерации М. Фрадков, только-только вторично переутвержденный на посту премьера после инаугурации президента 7 мая 2004 г., подписал постановление, вступившее в силу 12 мая, о том, что резко повышаются нормы наркотиков и наркосодержащих веществ, которые гражданин имеет право хранить и иметь при себе, не подвергаясь угрозе уголовного преследования. Единственная опасность для владельцев таких доз — административные штрафы. Практически это распахивает настежь двери для торговли наркотиками в розницу. Теперь безбоязненно можно иметь при себе 10

— 20 доз наркотиков, якобы для собственного употребления, а на самом деле для сбыта. Кому нужно носить с собой для личных нужд 20 доз наркотиков?

Это сообщение вызвало настоящий шок в Комитете по безопасности, который собрался как раз в день появления этих сведений. Газеты писали, что наркоманы и сбытчики зелья проводили по всему городу сходки, в ходе которых звучали такие лозунги: «Спасибо Володе (намек на президента) за наше счастливое детство!». Выяснилось, что в этот день весь личный состав милиции был ознакомлен с текстом постановления под расписку, дабы не было случаев превышения власти. Сотрудники МВД ставили подписи, нещадно матерясь, потому что они теперь не в состоянии эффективно контролировать установленные в качестве разрешенных дозы наркотиков. Попробуйте определить, имеет ли задержанный при себе какой-нибудь мудреный препарат под названием альфа-метилтиофентанил весом 0,00002 грамма. Откуда знать милиционеру, что этого хватит на 20 доз «крутой заварки» и т. д. К тому же правительственное постановление определяет дозы наркотиков в твердой форме, в то же время наркоторговцы часто используют готовые растворы, и выделить из них твердые фракции можно только с использованием промышленного оборудования в виде специальных центрифуг. Как это могут сделать представители органов правопорядка?

Комитет по безопасности единодушно высказался за подготовку письма премьер-министру с просьбой немедленно принять меры для приостановки действия данного постановления. Учитывая крайнюю важность вопроса, было решено попросить председателя Госдумы Б. Грызлова воспользоваться телефоном для уведомления премьера о позиции комитета. Я не знаю, решился ли Б. Грызлов поднять трубку, но на очередном пленарном заседании Думы 14 мая от имени Комитета по безопасности было внесено все-таки предложение о письменном обращении к М.Фрадкову. Надо было видеть, как сопротивлялся в ходе обсуждения этого вопроса официальный представитель российского правительства в Думе. Он никак не хотел, чтобы Дума беспокоила премьера по таким пустякам. Но все, слава Богу, оказалось безуспешным. Дума проголосовала почти единодушно за обращение к премьеру. В ходе обсуждения и голосования только «жириновцы» заняли особую позицию. Они упорно отстаивали правоту правительства. Их аргументация была убога «Вы что, хотите посадить в тюрьмы еще 3 миллиона человек?». Вообще надо отметить, что депутаты от фракции ЛДПР («жириновцы"») постоянно голосуют за все, что вредит здоровью нации, идет ли речь о легализации производства самогона, о либерализации рынка алкогольных напитков или сигарет, или наркотиков. Безразлично в какой мере это наносит ущерб людям.

При обсуждении вопроса о наркотиках выяснилось еще одно важное обстоятельство, оказалось, что правительство России неуправляемо, а роль президента непонятна. Мы, депутаты, не могли понять, как можно было принимать настолько губительное для народа постановление, не достигнув согласия внутри кабинета. Выяснилось, что МВД, Министерство здравоохранения, Государственные органы по контролю за оборотом наркотиков категорически возражают против этого постановления, в то время как Министерство юстиции выступает в качестве одного из ярых его сторонников. Вот так фрукт! Что же творится в недрах правительства? Заместитель председателя Госнаркоконтроля генерал Александр Михайлов открыто заявил, что текст постановления готовили два чиновника из Министерства юстиции, один из которых является владельцем гей-клуба, в котором бизнес процветает только при торговле наркотиками, а второй является рядовым подельником. Картинка, прямо скажем, жутковатая.

Несколько месяцев депутаты Госдумы безнадежно ждали ответа от Правительства, которое так и не отступило от своей позиции. Весь вопрос о либерализации своей политики в области наркотиков власть постаралась «замотать», т. е. скрыть от общественности. Осталось секретом, кто же был инициатором этого убийственного постановления.

Характерной чертой крупного государственного деятеля является собственное комплексное видение проблем своей страны. Судя по высказываниям и делам В. Путина, у него такого видения нет. Даже во время второго срока своей администрации он, как правило, пользовался подготовленными для него заранее текстами. Он все чаще читал, а не говорил, даже когда обстановка не вынуждала его к этому. Казалось бы, в 55 лет, при большом опыте руководства страной, при фактически неограниченных конституционных полномочиях, можно было бы спокойно и твердо высказывать свою точку зрения по наиболее сложным и острым вопросам российского бытия. Но этого-то он как раз и не делал.

Вторым не менее важным качеством государственного деятеля является его умение сплотить вокруг себя коллектив единомышленников, надежных и талантливых. Историки часто приводят в пример Наполеона, создавшего в свое время одно из самых высокопрофессиональных правительств в мире. В истории России также были примеры таких высокоэффективных кабинетов, которые в условиях государственной бедности умели блестяще распорядиться людскими и материальными ресурсами для решения сложных задач. В. Путину не удалось создать когорту соратников, которые бы понимали его, разделяли его взгляды и готовы были идти до конца вместе с главой государства. В отсутствие масштабных государственных задач, работа правительства не была одухотворена единой целью, люди, входившие в близкое окружение президента, скатывались в решение своих личных или клановых задач. Правительства были безынициативными, инертными, из их недр не выскакивали искры творчества. Более того, Белый дом плохо воспринимал даже прямые директивные импульсы, которые исходили из Кремля. Сколько раз Президент В. Путин говорил о необходимости добиться удвоения ВВП к 2008 году, но министры Герман Греф и Алексей Кудрин, составлявшие костяк экономического блока, так же настойчиво утверждали, что добиться этого невозможно. В. Путин ставил задачу сбить инфляцию до 3 % годовых к 2008 году, а правительство, ни капельки не краснея, фиксировало 12 % рост инфляции в 2007 году.

Склоки внутри правительства были непрестанными. Всем запомнился конфликт между министром культуры А.С. Соколовым и его заместителем М.Е. Швыдким, который до назначения А. Соколова занимал министерское кресло. Александр Сергеевич Соколов, настоящий русский интеллигент, в недавнем прошлом занимавший пост ректора Санкт-Петербургской консерватории, был шокирован той картиной, которая открылась перед его глазами, когда он принял дела от своего предшественника. По неосторожности (это типично русская «оплошность») он в сердцах признался публично, что в Министерстве культуры процветала коррупция. Михаил Ефимович Швыдкой, пониженный в должности, взвился от негодования и немедленно подал в суд на своего министра, требуя компенсации за диффамацию. Всю первую половину 2005 года российская общественность была заинтригована, чем же закончится этот странный конфликт.

Относительно г-на М. Швыдкого было известно, что его деятельность на телевизионном канале «Культура» проверяла Счетная палата, установившая целый ряд крупных финансовых нарушений. Во-первых, пользуясь служебным положением, он выписывал самому себе гонораров за участие в программах канала на сумму около миллиона рублей в год, во-вторых, он выплачивал своим знакомым авторам вместо авансов полные суммы гонораров, независимо от того, какого качества были подготовленные материалы. Без конца склонялось в печати его имя как нарушителя водоохранного законодательства, построившего свой особняк на самом берегу подмосковного водохранилища. Он вызывал аллергию своим утверждением, что матерщина является неотъемлемой частью русской культуры. Теперь этот «носитель культуры» требовал доказательств, выдвинутых в его адрес обвинений.

Министр А.Соколов не счел нужным превращаться в детектива и копаться в навозной куче. Он занял позицию умалчивания, возможно, не без подсказки сверху, потому что любое разбирательство по коррупционным делам непременно приведет в высшие сферы, что никому не нужно.

Шли месяцы, а конфликт тлел. Гарант конституции молчал «как рыба об лед». Кончилось тем, что обе стороны пошли на мировую. Один не стал настаивать на своих утверждениях, а второй забрал свое исковое заявление из суда. Так вот и стали жить и трудиться министр и его заместитель «на благо культуры».

Если сравнить президента с дирижером оркестра, то можно сказать, что министры-музыканты плохо подготовлены профессионально и играют свою игру, не внимая взмахам дирижерской палочки. Так и получалось, что вместо симфонии управления, мы слышали административную какофонию. Контрольное управление администрации президента в своих годовых отчетах указывало, что около трети всех прямых указаний и поручений президента не выполняется, другая треть выполняется частично.

Весь первый срок президентства В. Путина премьер-министром страны был М.М. Касьянов, и лишь в 2004 году выяснилось, что два высших должностных лица в стране несовместимы. М. Касьянов был уволен и вскоре стал политическим противником Кремля. Дошло до того, что М. Касьянов вознамерился выставить свою кандидатуру на пост Президента России на выборах 2008 года. Против него были брошены самые расхожие в стране обвинения в мошенничестве, суть которых заключалась в том, что, будучи премьером, М. Касьянов за бесценок (300 тыс. долларов) приобрел роскошную резиденцию бывшего члена Политбюро ЦК КПСС К. Черненко, цена которой в десятки раз больше. Другое похожее имение было продано олигарху, руководителю «Альфа-групп» Михаилу Фридману. Понятно, что такие жирные куски государственной собственности не переходят из рук в руки без ведома главы государства, но время вспомнить о мошенничестве приспело как раз тогда, когда М. Касьянов «соскочил с рельсов и пошел по шпалам». Все компрометирующие материалы были переданы журналисту депутату А. Хинштейну («Единая Россия»), который начал «мочить в сортире» бывшего премьер-министра до тех пор, пока тот не сломался, обмяк и притих. Пришлось проглотить свои политические амбиции в обмен на спокойную сытость.

Два других премьера — М.Фрадков и В.Зубков — были представлены В. Путиным России, как кролики, вытащенные из рукава фокусника-иллюзион на цирковой арене. В 2004 г. общественность страны была поражена, когда возглавить правительство было поручено скромному чиновнику, представителю России при Евросоюзе в Брюсселе Михаилу Фрадкову. Он чуть более трех лет председательствовал на заседаниях правительства, причем даже неискушенные в политике зрители видели, как его третировали зубастные «тигры» вроде Г. Грефа, А. Кудрина, М. Зурабова. Премьер неоднократно публично укорял министров в непрофессионализме, в постоянных склоках между собой.

Очень запомнилось заседание правительства РФ 14 июня 2007 года, на котором обсуждался один из самых мучительных для России вопросов — о дорожном строительстве. Министр транспорта Игорь Левитин докладывал концепцию строительства дорог. На эти цели уже были выделены крупные средства: почти 300 млрд рублей на 2007 г. и еще 250 млрд на 2008 г. Но, как почти всегда случается в нынешней России, деньги есть, а умения толково распорядиться ими в интересах государственного строительства нет.

Концепцию, которую предложил одобрить И. Левитин, как выяснилось на заседании правительства, еще никто в глаза не видел, она ни с кем не согласовывалась. Началась перепалка между министрами. Дело приобретало скандальный оборот. Председатель правительства жестко заметил, что заседание подготовлено не просто плохо, а «спустя рукава», что представленные документы являются сырыми заготовками, что концепции как таковой не существует. «Страна ждет действий, а мы не понимаем, о чем ваш документ», — резюмировал М. Фрадков.

А у министра И. Левитина была главная задача — получить одобрение идеи о создании очередного АО под названием «Российские автомагистрали», чтобы начать «распиливать» большие бюджетные деньги. А еще он мечтал о том, чтобы заставить платить за все дороги тех, кто ими пользуется. Ну, сорвалось в тот раз, но может быть удастся в следующий!

Таких эпизодов было немало в практике работы правительства. Кончилось тем, что в 2007 году В. Путин уволил М. Фрадкова и назначил его — кем бы Вы думали? — начальником Службы внешней разведки, наградив его орденом «За заслуги перед Отечеством» I степени.

На смену ему в 2007 году был так же неожиданно назначен Виктор Зубков, руководивший до этого Комитетом по финансовому мониторингу — органом, который называли «финансовой разведкой», потому что он отслеживал законность и прозрачность наиболее крупных денежных потоков в России. Страна погудела, посудачила недельку-другую по поводу очередной невразумительной кадровой рокировки, да и смирилась. Как и его предшественник, В. Зубков не имел в стране никакого профессионального или политического веса, никогда ранее не видел себя в роли руководителя правительства и не имел никакого представления о программе своей деятельности. Оба последних путинских премьера — очень хорошие, правильные, грамотные чиновники, милые люди, но они были вынуждены играть роль Кисы Воробьянинова в организации «Союз меча и орала».

О постоянных склоках и разнобое в работе российской власти свидетельствует и факт бегства из России в США советника В. Путина по экономическим вопросам Андрея Илларионова. Этот человек более 11 лет входил в круг наиболее доверенных людей Кремля и Белого дома, ему был доступен практически весь объем секретной государственной документации, и он в нарушение российских законов, ограничивающих выезд таких лиц за границу, неожиданно оказался в Вашингтоне, где заявил о своем несогласии с политикой В. Путина. Это новый «Олег Калугин», только его появление в США у нас стараются всячески скрыть.

Среди высших государственных чиновников особенно в последнее время стало процветать хвастовство, сродни гоголевской хлестаковщине. В начале своей администрации В. Путин, помните, мечтал о том, чтобы через 10–15 лет догнать по уровню развития Португалию, а теперь его окружение хором стало твердить, что мы уже обогнали Италию и приближаемся к Франции. Борис Грызлов на прощальном банкете с думцами IV созыва не постеснялся сказать это даже в их кругу, что вызвало недоуменные переглядывания депутатов, как бы спрашивавших: «Каким же аршином мы измеряем наши достижения?».

О том, как себе представляют будущие «молочные реки в кисельных берегах» нынешние хозяева России? дает представление работа так называемого экономического форума, проводившегося в середине февраля 2007 г. в Красноярске. Председательствовал тамошний губернатор А. Хлопонин (человек из «Норильского никеля») а главным гостем из Москвы был Герман Греф — министр экономического развития. Основным событием форума была презентация электронного атласа «Новая экономическая география России». Атлас назвали «Портрет будущего России». Что же он из себя представляет? Авторы опросили руководителей крупнейших российских компаний, куда, когда и во что они собираются вкладывать капиталы в ближайшие годы. Из ответов, взятых с потолка, выяснилось, что, оказывается, уже имеются 300 (цифры везде круглые) инвестиционных проектов на сумму 400 млрд долларов (!). Львиную долю проектов прожектеры собираются осуществить именно на территории Сибири и Дальнего Востока. Запахло в воздухе Нью-Васюками. Новых Остапов Бендеров не смущало то, что за Уральским хребтом погибают скудные резервы рабочей силы, кроме районов нефтепромыслов деградировала вся инфраструктура. А. Хлопонин в микрофон кричал, что Россия имеет крупнейший в мире золотовалютный запас (забыв, что в КНР и Японии он в несколько раз больше, а у Южной Кореи и Тайваня почти такой же). Греф обещал строить за счет государства дороги, подавать электричество, воду, создавать рабочие поселки, а частный бизнес — возводить заводы, осваивать месторождения и пр. Объятия, поцелуи, экстаз! А потом гости поехали на главную стройку капитализма, ради чего они собрались в Красноярске. Караваны лимузинов направились в новый горнолыжный курорт «Бобровый лог», где в банкетном зале был накрыт неприлично роскошный для деловых людей стол.

Полномочный представитель президента в Дальневосточном федеральном округе Камиль Исхаков рассказывал прессе о том, что в якутском поселке Нерюнгри должен появиться металлургический комбинат мощностью до 10 млн тонн стали в год (чуть меньше, чем Магнитка и чуть больше, чем Новолипецкий комбинат). На просторах округа появятся два автомобильных завода, два нефтеперерабатывающих завода по 30 млн нефти каждый, атомная электростанция, два алюминиевых комбината крупнее Саянского и т. д. и т. п. Раньше сказали бы, что начальник «разводит турусы на колесах», потому что ничего решительно не имеется для обоснования этих прожектов.

Глава РАО «РЖД» Владимир Якунин на докладе у Президента страны в 2007 г. рассказывал о том, что к 2030 году планируется построить железную дорогу до Берингова пролива (до Уэллена), проложить в целом 20 тыс. км. стратегических, социально значимых и грузообра-зующих железных дорог, обновить целиком подвижной состав и т. д. и т. п. Кроме как маниловщиной назвать такой «доклад» язык не поворачивается, потому что у всех на памяти тяжелейший опыт строительства и эксплуатации БАМа. Байкало-Амурскую магистраль строил в свое время еще могучий Советский Союз, располагавший огромным потенциалом мобилизации технических и людских ресурсов.

Когда подобные эпизоды сваливаются на голову чаще, чем хотелось бы, возникал все время вопрос, насколько профессионально компетентны те люди, в руках у которых оказались рычаги управления государством, особенно его финансами. Денежная система государства, его золотовалютные запасы — это основа благополучия страны. Их состояние и динамика — главная забота власти в демократическом государстве. Институт парламентаризма возник в мире в первую очередь из-за необходимости установить контроль общества над сбором и расходованием государственных средств. В 1215 г. английские дворяне предъявили тогдашнему королю Иоанну Безземельному ультиматум, в котором потребовали сократить до определенного уровня налоги и умерить до определенного уровня свои расходы.

Этот исторический документ, получивший название «Великая хартия вольностей», стал родоначальником английского парламента, который в свою очередь стал праотцом всех парламентов мира. Контроль парламентов за полной прозрачностью государственных расходов и доходов есть основной критерий демократичности государства. В России сфера государственных финансов является одной из самых закрытых. Государственная дума не может менять дефицит или профицит бюджета. Старожилы Думы мрачно шутят, что «бюджет вносят в Думу и выносят» без существенных изменений. Каждый раз обсуждение бюджета превращалось в острую полемику между фракциями оппозиционных партий с одной стороны и правительством с другой.

Схватка напоминала борьбу двух противников, один из которых бил подушкой, а другой (правительство) утюгом. Никакие аргументы, доводы, предложения не действовали на правительство. Помню, что при утверждении проекта бюджета на 2006 г. в зале было роздано заключение Счетной палаты по этому проекту, в котором было черным по белому написано: «сложившаяся модель российской экономики исчерпала имеющиеся возможности как по обеспечению экономического подъема, так и по сдерживанию инфляции» и далее: «Отсутствие государственной стратегии социально-экономического развития на перспективу не позволит в условиях вступления в ближайшие годы России в ВТО в необходимой мере повлиять на повышение конкурентоспособности российской экономики и обеспечить усиление роли России в международном разделении труда». Прямо с думской трибуны Сергей Степашин сказал: «Мы бы очень аккуратно говорили о том, что данный бюджет является бюджетом экономического развития». Налицо было полное расхождение оценок между правительством и Счетной палатой, но правительство отнеслось ко всем критическим высказываниям безразлично. Ему было все это как слону дробина. Один ответ: мы, дескать, профессионалы, мы знаем, что и как делать.

Однажды автору довелось лично убедиться в их «мастерстве». 18 мая 2007 года на заседании одной из специализированных комиссий Государственной думы, где рассматривался проект бюджета на три года вперед, один из депутатов вдруг спросил: «Почему в проекте не предусмотрены средства на создание и последующую деятельность Следственного комитета Генеральной Прокуратуры РФ, ведь речь идет о десятках миллиардов рублей?». В зале повисла гробовая тишина. Представитель прокуратуры таращил глаза и не мог ответить, почему так случилось. Представитель Министерства финансов открутился, сказав: «Дело в том, что в законе о создании Следственного комитета было сказано, что для претворения его в жизнь не понадобится дополнительных бюджетных средств». Президент РФ тоже подписал закон, не обеспеченный финансированием, по вине своих помощников из администрации. Немая сцена длилась несколько минут, пока кто-то из правительства не бросил: «Хорошо, мы решим этот вопрос в рабочем порядке».

В Государственной думе десятки раз возникал вопрос, почему Россия хранит свой большой золотовалютный запас в иностранных ценных бумагах. Депутаты от оппозиции обращали внимание правительства на то, что любые иностранные ценные бумаги являются инструментами международного фондового рынка, подверженного всяким колебаниям и рискам. Крах этого рынка лишит Россию ее золотовалютного запаса. Более того, все эти бумаги котируются в долларовом исчислении, а американская валюта имеет четкую тенденцию к падению своего курса. Вместо дохода мы терпим убыток. Но и этого мало: сама акция по размещению нашего валютного запаса в чужих бумагах является очень коррупциогенной, от величины «отката» может зависеть выбор конкретного эмитента иностранных ценных бумаг. Минфин просто отмахивается от этих вопросов, как от назойливой мухи.

Счетная палата однажды также заинтересовалась этим феноменом и даже попробовала возбудить дело о привлечении к ответственности должностных лиц, виновных в нанесении ущерба государству в особо крупных размерах. Информация об этом просочилась в прессу, после чего из Кремля последовала команда — прекратить! А дальше, как в песне поется: «Снова замерло все до рассвета, дверь не скрипнет, не вспыхнет огонь…».

Помнится, в феврале 2006 года автор воспользовался своим правом депутата и написал личное письмо президенту РФ по этому вопросу, напомнив, что в интересах сохранности нашего золотовалютного запаса и повышения его доходности целесообразно увеличить долю этого запаса в золотых слитках, помещенных в наши хранилища. Ведь цена золота растет так же быстро, как и цена на нефть. В начале администрации В.Путина унция золота стоила 260 долларов, а в 2007 г. выросла до 850 долларов. Иначе говоря, без каких либо усилий, при полной гарантии, мы бы стали втрое-вчетверо богаче только за счет изменения условий хранения нашего золотовалютного запаса. Никакого ответа на свое письмо я не получил. Вспоминал советские времена, когда нередко на попытки вносить, казалось бы, разумные предложения (в частности по вопросам сокращения расходов на гонку вооружений), получали ответ: «Не учите нас управлять государством!».

Каждый раз, когда возникали вопросы, касающиеся целесообразности улучшения использования наших богатств, мы получали в ответ либо молчание, либо просьбу не вмешиваться не в свое дело. В 1992-93 годах обворованное до нитки российское государство лихорадочно искало где попало деньги, что залатать самые зияющие бюджетные дыры. Американцы воспользовались этим и предложили купить у России весь оружейный уран, который снимался с боеголовок ракет, подлежавших уничтожению в соответствии с подписанными международными соглашениями. Всего расщепляющихся материалов набиралось 500 тонн, и американцы предложили за это 12 млрд долларов. Б. Ельцин и В.Черномырдин уцепились за эту возможность обеими руками. Была заключена сделка, названная «мегатонны на мегаватты» или соглашение Гор — Черномырдин о продаже этого урана, добытого трудом двух послевоенных поколений наших соотечественников. Соглашению была придана форма межправительственной договоренности, чтобы не выносить его текст на ратификацию в Государственную думу. Было оговорено, что оружейный уран будет на наших предприятиях превращаться в низкообогащенный, годный для использования в атомных электростанциях.

Положа руку на сердце, можно сказать, что США обеспечили себе этой покупкой энергетическую гарантию на целый век, а может и больше. Россия лишилась ценнейшего источника энергии. Пусть при Б. Ельцине, в обстановке национального умопомешательства, это прошло незамеченным, но теперь при администрации В.Путина все изменилось. Россия теперь не нищий на церковной паперти, а владелица 450 млрд долларов золотовалютного запаса. Пришло время иначе отнестись к грабительским сделкам, совершавшимся В. Черномырдиным по указанию Б. Ельцина.

В 2006 г. Россия выполнила половину своих обязательств по сделке Гор — Черномырдин, она отгрузила в США 250 тонн оружейного урана, в самый раз было выйти из этого соглашения, носившего чисто коммерческий характер и сохранить для будущих поколений оставшиеся 250 тонн урана. Надо учесть, что теперь и стоимость урана на мировом рынке совсем не та, что была в 1993 г. Энергоемкость урана приравнивается к энергоемкости нефти, а цена на последнюю выросла в пять раз за это время. Такое предложение (о выходе из соглашения Гор — Черномырдин) было внесено в Думе от оппозиции, но власть не обратила на него никакого внимания, говоря словами поэта «не повернув головы кочан, и чувств никаких не изведав».

Оставалось только диву дивиться: сами управленцы управлять не умеют, но и слушать никаких советов не хотят.

Под самый занавес 2005 года неожиданно, как говорят в народе, «ни с уха, ни с рыла» возникла проблема переноса Конституционного суда России из Москвы в Петербург. На какое-то время эта тема поглотила внимание чиновников и журналистов. Все пытались найти вразумительное объяснение этому странному решению Кремля. Госпожа В.Матвиенко, мэр Санкт-Петербурга заявила, что это приведет к снижению уровня коррупции, хотя причем здесь коррупция, никто понять не мог. В Конституционный суд со взятками не ходят, там ведь не рассматривают имущественные или гражданские дела. Это не Арбитражный и даже не Верховный суд, где многое строиться «на интересе». Председатель Государственной думы Б. Грызлов попросту сказал, что такое решение крайне важно в год, когда отмечается столетие со дня созыва Первой Государственной думы. Какая связь имеется между Конституционным судом и незадачливой Первой Госдумой, сталось за скобками. Кто-то вспомнил, что в ФРГ Конституционный суд находился в Карлсруэ, а не в Бонне, забыв, что тогда в Бонне просто не было подходящих зданий. Перевод Конституционного суда РФ в Санкт-Петербург скорее напоминал ссылку. Наверное, в памяти Кремля еще не выветрились события 1993 года, когда Конституционный суд попытался поставить заслон на пути самоуправства исполнительной власти, признав неконституционным указ Б.Ельцина N 1400, означавший государственный переворот и ликвидацию всей системы представительных органов тогдашней России.

Общество так и не получило никакого объяснения причин перевода Конституционного суда из Москвы на берега Балтики. Мелкие чиновники дали более внятное толкование: дескать, в связи с изгнанием архива Академии наук (отношение к науке!) из здания бывшего Синода на Сенатской площади: на это престижное помещение набросились толпой приватизаторы, которые замыслили построить там пятизвездочный отель. Для того чтобы отбиться от их претензий, понадобилось занять здание каким-нибудь солидным ведомством федерального значения. Вот так и решился вопрос о переводе Конституционного Суда в Санкт-Петербург.

К числу маловразумительных управленческих решений относится учреждение в России так называемой Общественной палаты — органа, не предусмотренного в Конституции. Странен порядок ее формирования: Президент РФ лично назначает первых 42 членов Общественной палаты из числа наиболее, по собственному определению, авторитетных, известных в обществе людей из разных сфер жизни.

Эти 42 избранника, в свою очередь, выбирают еще 42-х своих коллег. Методика предварительной селекции второго списка тоже неизвестна, можно предположить, что их также подбирает администрация президента. После всего этого уже 84 члена Общественной палаты выбирают еще 42 человек, представляющих регионы России. Кто их рекомендует, непонятно — губернаторы или полномочные представители президента РФ в федеральных округах? Никакие реальные выборные процедуры не предусмотрены.

Отобранные таким образом 126 человек и составляют Общественную палату. Никакого положения об Общественной палате нет. О ее задачах и функциях говорят предельно расплывчато и кто как умеет. Прав она, кажется, тоже никаких не имеет. 21 января 2006 года этот странный орган собрался на свое первое пленарное заседание, на котором выступил президент РФ. Все ожидали, что он внесет ясность в содержание этой затеи, но просчитались. Он говорил обо всем и ни о чем. Начал с того, что, дескать, по его сведениям чиновники не очень довольны созданием такого органа как Общественная палата, назвал чиновников «замкнутой корпорацией» (хотя какая она «замкнутая», если исполнительная власть может тасовать эту корпорацию, как колоду карт, мять, как тесто). Потом он говорил о необходимости изживать нетерпимость и ненависть в обществе, призывал к совместной работе без партийной ангажированности, высказывался о желательности поднять социальный статус благотворительности. Более подробно он остановился на том, что Общественная палата должна взять под свой контроль правоприменительную практику в сфере деятельности некоммерческих общественных организаций. Под этими «некоммерческими общественными организациями» понимаются бесчисленные прозападные (и оплачиваемые западными странами) организации типа «Интернешнл амнистии», «Хельсинскская группа», «Фридом Хаус» и т. д. По существу эти структуры рыхлят почву для так называемых «оранжевых» революций. В 2005 г. по инициативе правительства был принят закон об усилении всестороннего контроля за их деятельностью, что вызвало резкую критику в адрес России. Может быть, создание Общественной палаты и было реакцией на критику с Запада. Теперь можно было отвечать, что, дескать, у нас установлен общественный контроль над этой сферой деятельности.

Никакого заметного, а тем более ощутимого, толка от Общественной палаты нет. Её секретарем является академик Е. Велихов, который давно забросил свои научные занятия и увлекся общественно-политической деятельностью. Про такие организации в старину говорили, что они нужны, «как корове седло». Но в России очень много людей, которые пытаются отыскать некий скрытый смысл в любых задумках власти. В Общественной палате кое-кто был склонен увидеть параллельный с Государственной думой представительный орган, который должен стать если не источником права, то носителем морали и нравственности.

Время от времени стали созываться так называемые «Гражданские форумы», еще более непонятные собрания, в ходе которых глава государства озвучивает какие-нибудь инициативы, не требующие ни оформления, ни утверждения. На одном из таких форумов, собравшемся в московском Манеже в январе 2008 года, Д. Медведев выступил со своим первым наброском предвыборной программы.

Подобные инициативы и мероприятия в большой степени призваны сыграть роль «наполнителей» в пустых, бесцветных буднях российской политики. В управлении государством они не играют никакой роли.

Истинным административным начальником в годы администрации В.Путина была ее Величество КОРРУПЦИЯ, затопившая всю страну от края и до края, сверху донизу. Из каждых 100 граждан, по данным опросов, 75 были жертвами коррумпированных чиновников. В 2005 году по степени коррупционности наша страна опустилась по оценкам западных экспертов с 90 на 126 место (из 157). В стране продается все — от места на кладбище до поста министра. По оценкам средств массовой информации объем коррупционных сделок в России составляет 240–250 млрд долларов ежегодно. Сам В. Путин признает эту печальную реальность и называл взятку «административной рентой», размер которой повышается в зависимости от высоты служебного положения лица, которому дается взятка. Все известные в России представители так называемого «демократического мировоззрения» оправдывали взятку, называя ее «гонораром». В газете «Совершенно секретно» в начале администрации В. Путина были опубликованы материалы, свидетельствовавшие о том, что и сам будущий Президент РФ в период своей работы в качестве вице-мэра Санкт-Петербурга А.Собчака не гнушался этой формы «гонорара».

Время от времени как пузыри на зловонной жиже возникают и лопаются очередные громкие коррупционные скандалы, в которых оказываются замешанными высокопоставленные чины российского правительства и другие представители нашей политической и деловой «элиты». Из-за обоснованных обвинений в коррупции уходили со своих постов губернаторы, и.о. Генерального прокурора РФ, заместители министров (особенно из Минфина), сенаторы — члены Совета Федерации, аудиторы Счетной палаты (назначаемые по представлению самого Президента страны), генералы российской армии и правоохранительных органов (ФСБ и МЧС). Подавляющее большинство таких скандалов старательно замалчивается, судебный исход их (если был суд) скрывается. Общество привыкло (его приучили) к жизни в такой удушливой обстановке, оно стало почти безучастно реагировать на этот национальный позор.

Как-то летом 2006 г. почти одновременно были освобождены со своих постов четыре члена Совета Федерации, представлявших, как правило, маленькие субъекты Федерации, вроде Хакассии, Ямало-Ненецкого автономного округа и т. д. Всем им было предъявлено стандартное обвинение в том, что они совмещали предпринимательскую деятельность с функциями члена Совета Федерации. Это стыдливая форма, чтобы скрыть истинную правду. Но иногда коррупционная язва обнажалась во всей «красе». Например, тогда же был арестован «сенатор» от Калмыкии Левон Чахмахчян, который был задержан с поличным при получении взятки в 300 тыс. долларов. Опять бы все осталось шито-крыто, если бы «пострадавший», находившийся в шоковом состоянии не выболтал кое-чего по сути дела. Оказалось, что родной зять «сенатора» работал на важном посту в Счетной палате и мог определять, кого включить в список для очередных финансовых проверок, а кого нет. Зная, что одна крупная российская авиакомпания (речь шла о «Трансаэро») слишком вольготно распоряжается казенными средствами, этот сенатор с подачи зятя намекнул генеральному директору авиакомпании, что в обмен на полтора миллиона долларов наличными его компанию выведут из-под угрозы финансовой проверки. Тот согласился на передачу наличными 300 тыс. долларов с обязательством перевести остальные деньги на указанный шантажистами счет. Но в последний момент, видно, стало очень жалко отдавать деньги, и он пошел в ФСБ с заявлением. Так лопнул еще один коррупционный пузырь, фигурантами которого оказались сразу и Совет Федерации, и Счетная палата, и крупная авиакомпания.

Летом 2006 года Генеральный прокурор РФ В.Устинов публично заявил о том, что в скором времени могут произойти очередные крупные отставки коррумпированных чиновников, но совершенно неожиданно (как часто бывает в России) ему пришлось самому просить об отставке после 6 лет пребывания в этой хлопотной и опасной должности. Кремль постарался успокоить тех, кто стоял на очереди на разоблачение, а В.Устинова отправили на более спокойное место — назначили министром юстиции.

За весь ельцинско-путинский период управления Россией левая оппозиция в Государственной думе не раз ставила вопрос о борьбе с коррупцией. По словам Г.Зюганова, 9 раз предпринимались попытки внести закон о противодействии коррупции, но каждый раз правительство ставило заслон на пути такого закона под самыми надуманными предлогами, чаще всего на том основании, что недостаточно четко прописано само понятие коррупции. Однажды такой закон прошел и Государственную думу, и Совет Федерации, но Б. Ельцин, пользуясь правом президента, отклонил его. Одним словом, стараниями самой власти в России была создана обстановка для процветания коррупции.

В 2003 году, всего лишь за неделю до окончания действия полномочий депутатов Государственной Думы III созыва ими был принят закон об изъятии из Уголовного кодекса статьи, предусматривавшей конфискацию имущества в качестве наказания за получение доходов преступным путем. Взяточники, торговцы наркотиками, рэкетиры, содержатели притонов и пр. отмечали этот день как свой великий праздник. Людей, которые поставили своей целью приобретение состояния любой ценой, не пугает никакое наказание, кроме конфискации имущества. Отними у них вожделенную цель, и им жизнь становится просто земной юдолью.

Общественная палата РФ, занимавшаяся изучением причин коррупции в России, сделала в своем докладе от 2007 года такое заключение: «Предшествующая история России неизменно сопровождалась коррупционными проявлениями, однако в советский период их масштабы заметно ограничивались последовательной борьбой с преступлениями в этой сфере, системной номен-клатурно-кадровой политикой, служившей существенным ограничителем для развития коррупционных связей, а также целенаправленной идеологической и воспитательной работой с населением.

Значительный размах коррупционных процессов в России на рубеже XX

— XXI веков объясняется прежде всего, сменой общественно-экономической формации, повсеместным насаждением новых нравственных ценностей, центральное место среди которых занимает культ личного преуспевания и обогащения, а деньги являются мерилом и эквивалентом жизненного благополучия. Важно также, что после распада СССР и существовавших в нем механизмов антикоррупционного противодействия, новые механизмы, адекватные изменившимся политическим, экономическим и иным условиям, не были созданы. Как результат, произошло хищническое разграбление национального богатства страны, а коррупционные схемы оказались буквально встроенными в реальную систему управления государством, стали его системообразующим признаком.

Именно коррупция стала основным источником дохода для определенной части руководителей федерального, регионального и муниципального уровней, представителей законодательных органов и политических партий, превратилась в главный побудительный мотив при принятии управленческих решений…».

Россия так и жила бы по своим нынешним «понятиям», если бы не потребность вращаться в кругу развитых демократических стран мира. Велик соблазн: жить по-азиатски, но входить в благородное европейское сообщество. России приходится присоединяться к общемировому стремлению противостоять коррупции. В 2003 году наша страна подписала Конвенцию ООН по борьбе с коррупцией, а также присоединилась к Конвенции Совета Европы по противодействию коррупции. Деваться было некуда, отказ от присоединения к этим документам был бы равносилен полной потере репутации страны. Но наши министерства и ведомства потратили несколько лет на подготовку этих документов к ратификации в Государственной думе. Только на исходе полномочий Думы IV созыва, в 2007 г., эти документы были ратифицированы, но это еще не конец проволочек. Теперь необходимо имплементировать наше внутреннее уголовное законодательство, т. е. внести в него нормы, принятые в мире и в Европе и зафиксированные в указанных Конвенциях. Сколько времени уйдет на это и в какой, наверняка ослабленной, форме будут дополнены наши законы нормами борьбы с коррупцией, — это большой вопрос.

Автору довелось быть в течение 4 лет (2003–2007 гг.) членом Комиссии Государственной думы по противодействию коррупции, и он может утверждать, что продвижение в этом направлении пока следует считать миллиметровым. Вся работа Комиссии была ограничена анализом поступавших в Думу законопроектов на предмет их коррупциогенности, т. е. возможности использования имеющихся в них лазеек для коррупции. Это безусловно нужное дело, но совершенно недостаточное. Разве можно вообще регламентировать каким-то законом чистоту поступления в высшие учебные заведения, получение медицинских услуг, устройство на работу и т. д. Многие мои сограждане внутренне смирились с неизбежностью коррупции — спутницы российской действительности. Есть люди, которые утверждают, что коррупция неискоренима вообще. Первое неприемлемо, а второе ошибочно!

Разве не удивительно, что Финляндия, входившая в состав Российской империи до 1917 года, и наша самая близкая соседка, занимает высшую строчку в рейтинге стран, чистых от коррупции. В США или в Израиле никто не посмеет предложить взятку офицеру дорожной полиции, потому что рискует сам угодить под суд. Коррупция в России будет побеждена, когда высшая государственная власть проявит, наконец, политическую волю, использует обширный международный и наш собственный советский опыт подавления коррупции и, главное, привлечет к этой борьбе широкую общественность. Если этого не произойдет, то страна будет чахнуть и деградировать, как человеческий организм, пораженный СПИДом.

В.Путин и олигархи

С самого начала своей первой администрации В. Путин упорно внедрял в общественное сознание тезис о равноудаленности власти от олигархов, Еще в период своей предвыборной компании в 2000 году он публично отказался от всякой финансовой поддержки с их стороны, что было встречено населением с одобрением. Это было абсолютно необходимо, чтобы отмыть власть от грязи, прилипшей к ней в период ельцинской «семибанкирщины», когда Гусинский, Березовский, Авен, Фридман и др. открыто требовали от Кремля выполнения тех обязательств, которые он брал перед ними в обмен за поддержку. По центральным телеканалам были в те годы показаны шокирующие сцены, когда олигархи цинично похвалялись своим всесилием, что ставило российское государство в унизительное положение. Надо было исправить положение, переведя весь комплекс отношений власти с олигархами (верхушкой крупной российской буржуазии) из сферы публичных разборок и претензий в режим максимально закрытого для общества выяснения отношений между собой. Для этого и был выдвинут тезис о равноудаленности олигархов. Он означал, что Кремль впредь будет рассматривать их всех вместе как единый класс предпринимателей и будет выстраивать соответствующую государственную политику, отказавшись делить «олигархов» на особо привилегированных или просто опекаемых и близких. Период, когда хищники-приватизаторы разрывали на части тушу павшего советского экономического монстра, грызясь при этом между собой, закончился. В. Путин приглашал их всех вместе сесть за стол и продолжать трапезу с соблюдением минимальных приличий.

Эта благостная картина равного отношения к олигархам в большей степени была адресована российскому и мировому общественному мнению, чем стала строгой нормой поведения в реальной жизни. Фаворитизм власти к тем или иным структурам является следствием коррупции. Вся Россия до сих пор чешет голову, размышляя, почему один олигарх по имени Роман Абрамович сумел стать губернатором Чукотки (гарантировав себе личную неприкосновенность), сбыть государству за огромные деньги — 14 млрд долларов — свое состояние, благополучно перевести все в Англию и осесть там на постоянное место жительства. В то же время другой олигарх по имени Михаил Ходорковский — потерял все свои активы, получил по приговору суда 8 лет заключения и отбывает их сейчас в «диких степях Забайкалья». Все это произошло за прошедшие восемь лет администрации В. Путина, однако в целом следует признать, что государственная политика приобретает все-таки более классовый, нежели грубый клановый характер, как раньше.

В 2005 году Президент РФ В. Путин сделал самый крупный и самый приятный подарок классу российских собственников. Он внес в Государственную думу закон об амнистии итогов приватизации, о чем давно мечтали все олигархи. По этому закону признавались законными все имущественные приобретения за время демократических реформ. В российских судах могли быть оспорены только сделки, проведенные в течение последних трех лет до принятия этого закона, т. е. после 2002 года, когда в основном был завершен дележ бывшего советского государственного имущества. До сих пор почти каждый «приватизатор» жил в неуверенности и страхе перед возможной проверкой законности приобретения его имущества. Все они понимали, что вся приватизация была проведена с грубейшими нарушениями законов, либо вообще незаконно.

Недавно в Москве была опубликована книга журналиста А. Хинштейна «Ельцин, Кремль, история болезни», где на стр. 464 приводится цитата из телефонного разговора между дочерью Б. Ельцина Татьяной и Борисом Березовским. Вот что говорил тогда Борис Абрамович; «Нас будут сметать силовые структуры. Они только и ждут этого… Понимаешь, Тань, я говорил с Борей Немцовым на эту тему, когда он начал эти свои идиотские штучки с налоговыми декларациями: «Боря, прежде чем это делать, нужен закон об амнистии на первоначально накопленный капитал… Я тебе могу с уверенностью сказать, что налоговую декларацию никто не заполнял честно… Если я открою то, что было до настоящего времени — не я, а большинство людей — окажется, что есть много вопросов. Надо легализовать положение. Легализовать — давай так и назовем». Теперь в России нет Березовского. Он объявлен врагом России, но то, о чем мечтал он, сбылось. Приватизация, несмотря на всю свою незаконность, теперь признана легитимной.

В течение всех лет пребывания на высшей государственной должности В. Путин без устали повторял, что надо уважать частную собственность, создать оптимальные условия для роста и процветания бизнеса. При этом он с таким же постоянством давал понять бизнес-сообществу, что у того «рыльце в пушку» и, следовательно, надо избегать даже малейших конфликтов с властью.

Начиная в 2003 году свой поход против М.Ходорковского, В. Путин поручил Счетной палате провести довольно широкое исследование хода и результатов всего приватизационного процесса. Палата провела большую работу по изучению 10-летнего (1993–2003 гг.) периода так называемой дикой приватизации. Всего было изучено 250 приватизационных дел по наиболее крупным объектам. Итог, конечно, был удручающим. Подавляющее большинство приватизационных сделок были проведены с грубейшими нарушениями даже тогдашнего колченогого законодательства.

Результаты этой аналитической работы были опубликованы в большой брошюре под названием «Анализ процессов приватизации государственной собственности в Российской Федерации за период 1993–2003 годы. (Экспертно-аналитическое мероприятие)». Тираж этого издания был крошечным — всего 1000 экземпляров. Его едва хватило для депутатов Государственной думы, членов Совета Федерации и нескольких десятков высокопоставленных чинов из правительства. Тем не менее дотошная пресса пронюхала о докладе и его содержании и подняла вокруг него галдеж. В обществе стало нарастать возбуждение. Бизнесмены заметно заволновались: «А вдруг публикация этого доклада является подготовкой общественного мнения к мощной атаке на тех, кто успел сколотить крупные состояния за эти годы?». Рядовые граждане как раз на это и надеялись, справедливо полагая, что не зря Счетная палата полтора года дотошно ворошила крупнейшие приватизационные сделки, не для того, чтобы выпустить весь пар в гудок.

Депутаты Государственной думы потребовали, чтобы С. Степашин — председатель Счетной палаты — сделал доклад о проделанной работе. Была даже назначена дата для такого специального заседания — 8 декабря 2004 года. И вдруг, как по мановению волшебной палочки, началось странное движение в обратную сторону. Как будто хмельной капитан отдавал с мостика противоречивые команды. Сначала «полный вперед!», а потом «полный назад!». Дисциплинированные депутаты из «Единой России», которые только что требовали доклада С. Степашина, внезапно с такой же энергией стали настаивать на переносе заслушивания доклада на неопределенное время.

Вместо Государственной думы С. Степашин выступил перед представителями крупного бизнеса в так называемом московском Английском клубе, где он, не краснея, убедительно доказывал, что весь сыр-бор вокруг доклада Счетной палаты не стоит и выеденного яйца. «Мы сейчас не будем, — говорил он, разбираться, кем, когда и почему предприятие было когда-то приобретено, чтобы не создавать тревожную обстановку на эффективно работающем предприятии».

Только в четырех случаях исследованные Счетной палатой дела были передано в судебные органы. Речь шла о Мурманском пароходстве, где в частных руках оказался весь ледокольный флот, о крупнейшем авиационном заводе в Ульяновске, который был раздроблен на несколько десятков предприятий, потерявших связь между собой, что привело к деградации авиационной отрасли России. Были еще два случая, менее значимых.

Очень быстро власть и пресса постарались забыть об этом докладе, который, ясно как Божий день, должен был просто припугнуть бизнесменов, чтобы они не создавали правительству проблем во время дела Ходорковского.

Все вносимые правительством в Государственную думу законопроекты (а таковые составляют до 80 % общего потока законопроектов) всегда отличаются особой заботой об интересах крупного бизнеса. Пожалуй, только в России существует так называемый «плоский» налог на прибыль, который означает, что независимо от размера прибыли ее владелец платит государству одинаковый налог, не превышающий 13 %. Для сравнения можно сказать, что в США налог на прибыль возрастает в зависимости от размера прибыли, достигая иногда 50 % и более от размера прибыли. Свою позицию правительство мотивирует обычно тем, что это делается в интересах привлечения национального и иностранного капитала в экономику России.

В годы администрации В. Путина был легализован отток капитала за границу, против которого натужно и безрезультатно боролись администрации Б.Ельцина. Теперь и юридические лица (компании), и частные граждане имеют законное право открывать счета в иностранных банках. Это безусловная льгота для крупного бизнеса, который, кстати, настолько разжирел за последние 7–8 лет, что ему просто стало тесно в российских рамках, и он рвется на мировые фондовые рынки, стремится приобретать собственность за границами России. Если в 90-е годы государство корчилось от нехватки денежных ресурсов, то с начала XXI века обрушившийся ливень нефтедолларов вывернул ситуацию наизнанку, деньги стало девать некуда. Глава государства стал активно помогать нашему крупному бизнесу пробиваться на мировые просторы, что в известной мере стало причиной заметных шероховатостей в отношениях с Западом.

Любопытную характеристику нынешних отношений между деловым сообществом (это опять-таки стыдливая замена слова «буржуазия») и государством дал уже упоминавшийся выше Владислав Сурков — один из ближайших помощников В. Путина. Говоря о задачах государства, он отметил, что среди них стоит и «формирование национально-ориентированного ведущего слоя общества». Вот его слова:

«У нас ведь бизнес вырос в бурное время 90-х. Он родом из советского времени, когда за лишние 100 рублей достатка могли посадить на 100 лет, и когда господствовала совсем другая мораль, он у нас запуганный. Поэтому сложилась так называемая «оффшорная аристократия», при которой «оффшорные аристократы» вроде бы и хозяева жизни, но при этом они видят свое будущее, будущее своих детей не в России. И дело не в том, что они имеют счета в оффшорах, пусть имеют. Но ментально они живут не здесь, не в России, и держаться за нее они не будут, и заботиться о ней тоже не будут. То есть у них в оффшоре не только деньги, но и головы.

Если наше деловое сообщество не трансформируется в национальную буржуазию, то, конечно, будущего у нас нет. Причем, даже называя этих людей «оффшорной аристократией», отнюдь не нужно считать их врагами: все эти графы Бермудские и князья острова Мэн — наши граждане, у которых есть масса причин так себя вести. Эта проблема не решится каким-то одним усилием, одним законом. Можно сколько угодно говорить о том, что собственность незыблема и так далее. Но пока это не уляжется в головах у людей, пока они не поверят, что здесь можно работать долго, всю жизнь и оставить все детям, и дети здесь будут жить тоже хорошо, и никто не придет к ним и ничего не отнимет, и не скажет: «Вот ты негодяй какой! Мы тебя, наконец, нашли!». Здесь нужно сотрудничество бизнеса и остальной и большей части общества, именно общества, а не государства… Когда говорят о противоречиях бизнеса и государства — это глубочайшее заблуждение. У бизнеса противоречия с обществом…Если отношения между богатыми и не очень богатыми людьми в нашей стране не нормализуются, у нее нет будущего. НУЖНО БЕРЕЧЬ НАШ БИЗНЕС-КЛАСС, ЛЕЛЕЯТЬ ЕГО И ЗАБОТИТЬСЯ О НЕМ, А ДОЛГ БОГАТЫХ — ПЛАТИТЬ НАЛОГИ И УВАЖАТЬ ОБЩЕСТВЕННУЮ ТРАДИЦИЮ И МОРАЛЬ».

Вот это и есть квинтэссенция политики В. Путина в отношении российской крупной буржуазии. Ее цель создать тепличные условия для делового сообщества, чтобы оно успокоилось, поверило в необратимость социально-экономических перемен, происшедших в России и самопреобразовалось в национальную буржуазию. В практической жизни, видимо, другого пути нет. Государство со своей стороны все делает, чтобы лелеять бизнес-класс, а вот бизнес-класс не торопится заниматься самотрансформацией, хотя признаки начавшегося процесса имеются. Если посмотреть статистику иностранных капиталовложений в российскую экономику за последнее время (2006–2007 гг.), то обращает на себя внимание, что на первом месте среди инвесторов стоит Кипр. За этой внешней нелепицей скрывается тот факт, что в Россию возвращаются свои собственные капиталы, которые были вывезены в 90-е годы. Только теперь они закамуфлированы под иностранные фирмы и компании, надежнее защищены от превратностей российского судопроизводства и капризов власти.

На пути реализации этого курса администрации В. Путина имеются немалые трудности, связанные прежде всего с тем, что среди «делового сообщества» (т. е. буржуазии) непомерно велик процент лиц, принадлежащих к этническим меньшинствам населения России, которые получили привилегированный доступ к дележу государственного имущества, поскольку этим дележом управляли их единокровные братья. Абсолютное большинство народов России до сих пор не смирилось с допущенной тогда несправедливостью и скептически относится к политике В. Путина, закрепляющей сложившееся положение.

Уже много раз говорилось о том, что новые собственники крупных производственных комплексов вовсе не являются талантливыми управленцами. Их имена на слуху у многих, а вот об их делах стараются помалкивать. Взять к примеру такого крупного олигарха, как В.Потанина, владельца «Норильского никеля». Он сейчас входит в ближний круг президента В. Путина, поскольку является крупным инвестором в проект строительства Олимпийского горнолыжного комплекса «Красная поляна». Он даже ездил вместе с В. Путиным в Гватемалу, где решался вопрос о месте проведения Зимней Олимпиады 2014 г. Мало известно, что в советское время Норильский горнометаллургический комбинат производил не только никель, но и побочно платину (до 400 тонн в год) и золото (200 тонн). Драгоценные металлы тогда считались особым товаром и не включались в производственные показатели комбината, они сразу изымались в государственную казну. Они как бы и не производились в Норильске. Но и без них, на одном никеле, рентабельность предприятия была так высока, что каждый руководитель комбината становился Героем Социалистического труда, рабочие получали одни из самых высоких зарплат в стране, а сам город был чудом благоустроенности. Но вот когда В. Потанин приобретал для себя комбинат, то в приватизационных документах «забыли» указать про побочные производства, и вся платина и золото бесплатно достались новому владельцу как приложение к никелю.

Сейчас на комбинате, по словам очевидцев, работает всего одна линия по производству никеля (вместо прежних трех). Одна треть жилого фонда брошена и разрушается, потому что рабочие уехали. Общественная инфраструктура запущена и разваливается. В кресло губернатора Красноярского края посажен ставленник «Норникеля» Хлопонин, который, естественно, подгребает жар под своего хозяина. Так, было куплено целиком все Енисейское речное пароходство, одно из крупнейших в стране. В 1990 г. в его составе было 3,5 тыс. судов, которые перевозили в год 35 млн тонн грузов. Сейчас осталось всего 1,5 тыс, которые в большинстве ржавеют в затонах. Перевозки грузов по воде упали в 12 раз, до 3 млн тонн в год. Хозяева Красноярского края прославились похождениями в Куршавеле, а теперь еще и строят «Красную поляну». Их меньше всего заботит, судя по всему, развитие и процветание Красноярского края. После нас хоть потоп!

Власть сознает, что социальное поведение и личности олигархов вызывают неприятие их обществом, но изменить ситуацию она не в силах. Отсюда и ее забота о стабильности, о сохранении любой ценой порядка.

Для подавления всяких попыток нарушить существующий социальный статус-кво в России правительство В. Путина добилось принятия закона о противодействии экстремизму. В нем кроме обычных форм проявления экстремизма (расовая, национальная или религиозная нетерпимость) появились новые, ранее неизвестные в российском законодательстве, формулировки. К экстремизму отнесены «возбуждение социальной розни, связанной с насилием или призывами к насилию» и любые действия «по мотивам ненависти либо вражды в отношении какой-либо социальной группы». То, что раньше называлось классовой борьбой, теперь подведено в России под понятие экстремизма, наравне с посягательством на основы конституционного строя или целостность Российской Федерации. Не может не удивлять даже выбор времени для принятия такого закона. Ведь Россия жила уже в течение 10 и более лет в условиях постоянных проявлений крайнего экстремизма (расстрел Белого дома, война в Чечне, грубые посягательства на имущество, права и свободы граждан и т. д.), а Кремль считал, видимо, что это в порядке вещей. Тогда должностные лица (Е. Гайдар) не раз называли всех пенсионеров балластом общества и считали, что только избавившись от них, страна может встать на путь развития.

Закон о противодействии экстремизму вообще очень широкозахватен, под «экстремистов» можно подвести практически любых политических оппонентов. Ведь само слово «экстремизм» не является строгим юридическим понятием, оно слишком расплывчато и может трактоваться излишне расширительно. Закон предусматривает жесткие меры не только против самих лиц, обвиненных в экстремизме, но и против всех, кто мог способствовать их деятельности (издательства и типографии, финансовые и кредитные организации, даже лица, сдававшие в аренду жилые или служебные помещения и пр.). Первоначально закон был принят в 2002 году, но в 2006 г. он был утвержден в новой, более жесткой редакции.

Избирательность в применении этого закона проявилась в нашумевшем на всю Россию эпизоде, когда 19 членов Государственной думы обратились с письмом к Генеральному прокурору РФ в котором указали, что широко распространенный в России и используемый в качестве учебного пособия свод древних израильских законов «Шульхан Арух» содержит как раз открытые ксенофобские, расовые и даже человеконенавистнические положения, утверждающие превосходство одной расы над всеми остальными. В письме содержалась просьба проверить соответствие «Шульхан Арух» российскому законодательству и принять меры к запрету проявлений экстремизма.

Ответная реакция показала, кто в доме хозяин. Вся пресса (контролируемая олигархами) обрушилась на депутатов, рискнувших поставить свои подписи под письмом. Именно их обвиняли в экстремизме. МИД Израиля сделал представление российскому посольству, радиостанции «Свобода» и Би-би-си организовывали специальные «круглые столы», в ходе которых «гневно осуждался антисемитизм в России» и т. д. Раздавались требования запретить депутатам въезд в европейские страны и вообще лишить их мандатов. Эта оглушительная канонада продолжалась до тех пор, пока прокурорские инстанции не положили ей конец, сделав заявление, что никаких нарушений закона со стороны депутатов нет. В. Путин в те дни неоднократно заявлял, что «надо закрыть дорогу в политическую и общественную жизнь» всем, кто замечен в пропаганде «экстремизма». Вот и разберись поди, кто в данном случае был экстремистом!

Показательно, что в течение всех 8 лет администрации В.Путина, средства массовой информации, не умолкая, толкли тему о «коричневой чуме, надвигающейся на Россию», о скинхедах («бритоголовых»), о ксенофобии, антисемитизме и пр., нарочито придавая обычным уголовным преступлениям или проявлениям шизофрении характер общегосударственной политической угрозы.

В июне 2004 года был принят закон «о собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях», который жестко регламентирует порядок проведения подобных мероприятий, предоставляя власти право самостоятельно решать вопрос о месте, времени, количестве участников и других условиях проведения митингов и демонстраций. В центре города (Красная площадь, Александровский парк) любые общественные мероприятия проводятся только по решению Президента РФ. Манежная площадь — любимое место митингов «демократов» в годы их борьбы против советской власти — теперь ликвидирована вообще. Нельзя собираться около производственных объектов, железнодорожных путей, около линий электропередач, около резиденций Президента РФ, около зданий, занимаемых судами, около памятников истории и культуры и т. д.

Организаторы обязаны уведомить власти за 15дней о намечаемом мероприятии, так что любые стихийные акции, в виде реакции на те или иные решения правительства, исключаются. Власть обеспечивает себе срок для подготовки всего комплекса своих действий, вплоть до разгона акций протеста силой, что предусмотрено в ряде статей закона. Вводится по существу комендантский час, ибо все митинги и демонстрации разрешаются только с 7 утра до 23 часов вечера. Вместо уведомительного порядка по существу вводится разрешительный. Власти на местах творят все, что им заблагорассудится. Например, Ю. Лужков запретил шествие протестовавших бюджетников по Новому Арбату к Белому дому, но в то же время предоставил эту магистраль для уличного карнавала в честь непонятного в православной России ирландского святого Патрика. Московский мэр как бы в насмешку милостиво разрешил бюджетникам проводить пикеты протеста только около станций метро и только в течение получаса (!) и с числом участников не более 80 человек. М. Шаймиев, президент Татарстана вообще запретил демонстрации в Казани, и так далее — по всей Руси великой.

Если к этому добавить упоминавшиеся выше суровые ограничения на забастовочное акции, то следует признать, что в годы администрации В. Путина была создана система жесткого подавления какого-либо массового протеста против господства буржуазно-чиновничьей камарильи.

Созданные для олигархов комфортные, райские условия давали им полное основание упиваться радостями жизни, чувствовать себя небожителями, плевать на общественную мораль и исторические традиции. Число миллиардеров в России быстро росло. В 2001 году их было всего 7, через год их стало 17, в 2005 году было уже 30, в 2007-м — 40, в 2008-м — около 100. Западная пресса запестрела историями о скандальных покупках, кутежах и распутстве российских олигархов. Роман Абрамович (самый лелеемый российской властью олигарх) заказал на германских верфях самую дорогую яхту в мире стоимостью в 300 млн долларов (в дополнение к двум уже имеющимся у него океанским яхтам) с собственным вертолетом и подводной мини-лодкой на борту. Он тратит бешеные деньги на содержание английского футбольного клуба «Челси», приобретая самых дорогих игроков на мировом трансферном рынке.

Западные журналисты смакуют информацию об идиотских излишествах «новых русских». Это они рассказывали, как на частных самолетах доставляли из России девушек для удовлетворения похоти Бориса Березовского, как А. Мельниченко (банк «МДМ») купил церковь в России, разобрал ее и перевез во Францию, чтобы обвенчаться в ней с сербской фотомоделью А. Кокотович, как наши олигархи на пляжах «Голубого берега» обливали друг друга шампанским, каждая бутылка которого стоила более тысячи евро, как водочный король Рустам Тарико, отказавашийся дать деньги в российский фонд лечения детских лейкозов, устроил банкет на тысячу персон на открытом воздухе около статуи Свободы в Нью-Йорке по случаю выпуска нового сорта водки.

В 2007 году Россию «ославили» на весь мир похождения совладельца и генерального директора «Норильского никеля» Михаила Прохорова «со товарищи» на французском горнолыжном курорте Куршавель, куда была доставлена из России «для развлечения» группа несовершеннолетних девиц. Местная полиция арестовала всю теплую компанию, которая предстала перед судом в г. Лионе по обвинению в нарушении общественной морали. С огромным трудом удалось замять скандал, хотя само слово «Курша-вель» стало нарицательным для обозначения распущенности и бесстыдства российских олигархов. Теперь для них построят свой горнолыжный курорт около Сочи, чтобы туда не добралась никакая европейская полиция нравов.

Под стать им любила гулять и политическая элита. Бывший в течение многих лет российским премьер-министром Виктор Черномырдин, бездарно просидевший почти в течение всей администрации В.Путина в качестве посла в Киеве, с шиком отметил, например, свое 65-летие в 2003 г. Для этой цели ему был выделен целый санаторно-курортный комплекс «Ватутинки» (недалеко от Москвы), который был местом отдыха для кремлевской верхушки еще с советских времен. Все дороги, ведущие в этот спецпансионат, были загодя перекрыты милицейскими кордонами. Гуляли целые сутки. Вино лилось рекой. Сосед поил соседа. Собралась вся Семья во главе со своим основателем Б. Ельциным, все нефтяные и газовые воротилы. Рэм Вяхирев, вчерашний управитель «Газпрома» сидел чуть не в обнимку с А.Миллером — управителем нынешним. Обе президентские администрации — прошлая и нынешняя перемешались в праздничном экстазе. Вазы с черной икрой, запеченные молочные поросята, молодые стерлядки с пучками зелени во рту, пельмени с начинкой из мяса дичи. Гуляла правительственная тусовка похлеще, чем купцы в прошлые века.

Б. Ельцин, когда ему исполнилось 75 лет (2006 г.), переплюнул В. Черномырдина. Он получил добро от В.Путина на организацию праздничного банкета не где-нибудь, а в Георгиевском зале Большого Кремлевского дворца. Приехали закадычные друзья именинника из-за рубежа Гельмут Коль, Билл Клинтон и другие. Из персонажей недавней российской истории бросались в глаза Роман Абрамович, Павел Грачев, Геннадий Бурбулис и, конечно, В.Черномырдин. Роль конферансье исполнял Михаил Швыдкой. На почетном месте за трапезой сидел и действующий президент РФ. Свидетели этого пиршества, немало повидавшие на своем веку, рассказывали, что такого обилия самых изысканных кушаний им еще не доводилось наблюдать. Юбиляр с блаженной улыбкой выслушивал панегирики в свой адрес. И никому из участников, приложивших руку к разрушению исторической России, не приходило в голову, что их хмельная гулянка проходила в зале русской воинской славы, где все стены покрыты именами и названиями воинских частей — кавалеров Георгиевского креста, покрывших славой наше Отечество. Впору говорить не о бестактности организаторов этого застолья, а об оскорблении, нанесенном Московскому Кремлю, сердцем и душой которого является Георгиевский зал. Впору заново освящать зал после такого «мероприятия».

Невольно приходит на память сравнение нынешних властителей России с их предшественниками советских времен. Всемогущий И. Сталин всю жизнь пользовался услугами одного повара и сам разливал суп в тарелки членов Политбюро. Он умер, оставив величайшую империю, в скромной государственной дачке, на простом диване, покрытый солдатской шинелью. Опись его «имущества» до сих пор хранится под грифом «совершенно секретно», потому что в ней фигурируют только потрепанные вещи личного обихода и сберкнижка на 25 рублей. Автору приходилось просматривать в архиве ФСБ описи имущества репрессированных крупных партийных и советских работников. В них фигурировали, как правило, патефоны, швейные машинки, наградное оружие, один-два костюма и много книг. Это было все имущество людей, обладавших огромной властью. Недаром И. Сталин сравнивал свою партию с орденом меченосцев. У той, прошлой власти были свои и немалые грехи, но тогда скромность была уставной добродетелью.

Горьким укором в адрес в адрес наших нуворишей является поведение некоторых американских супербогачей, которые создали свои состояния личным интеллектом и выдающимися организационными способностями, а результаты своего труда стараются отдать на нужды самых обездоленных людей. Билл Гейтс

— создатель компании «Майкрософт», человек в огромной степени определивший направление развития человечества, полностью оставил бизнес, сделавший его самым богатым человеком планеты, и целиком посвятил себя благотворительности. Вместе со своей супругой Мелиндой он создал «Фонд Гейтсов», который за 14 лет существования (с 1994 г.) израсходовал на благотворительные цели 14 млрд долларов, из них 8,5 млрд на развитие всемирного здравоохранения. Его программой является формула: «Здоровье 2 млрд самых бедных людей планеты должно быть таким же, как и здоровье 2 млрд самых богатых». К нему присоединился второй богач США Уоррен Баффит, который, являясь бездетным, уже передал на благотворительные цели свое состояние, оцениваемое в 40 млрд долларов. Пример, достойный подражания!

Только в последнее время в среде олигархов стали время от времени пробиваться ростки благотворительности. Кто-то из них получил известность тем, что скупал на аукционах яйца Фаберже, другие целиком приобретали семейную коллекцию произведений искусства Растроповича-Вишневской, третьи брали под крыло известные творческие коллективы. В. Путин неоднократно высказывался в поддержку самой идеи благотворительности. Эти отдельные душевные порывы можно только приветствовать. Жаль, что их мало и их подтекст оставляет горьковатый привкус.

Вспоминая благотворительность крупных предпринимателей дореволюционной России, нельзя не заметить, что она была обращена к нуждам простых людей, к интересам всего общества. Они строили больницы, работные дома, детские приюты, профессиональные училища. Всем известна история Третьяковской художественной галереи, Бахрушинского театрального музея и т. д. Благотворительность была истинно бескорыстной. Теперь же «благотворители» норовят выжать для себя максимум пользы из своих пожертвований, превращая их в своего рода коммерческую рекламу. В телевизионных передачах, в театральных и концертных программках, во время эстрадных шоу авторы и организаторы непременно оглашают поименно (письменно и устно) всех спонсоров и благодетелей. Христианская же традиция предполагает обратное: благотворительность должна быть тихой, «левая рука не знает, что творит правая».

На фоне практически безоблачных отношений между высшей государственной властью и олигархами в России выглядит неприличным и неприглядным «дело Ходорковского». Михаил Борисович Ходорковский в течение всех «демократических» лет (до 2003 г.) был одним из самых известных и влиятельных олигархов России. Сам он был выходцем из среды комсомольских активистов, в последние годы советской власти он занимал пост заместителя секретаря Фрунзенского райкома ВЛКСМ г. Москвы. С началом развала советской власти он занялся бизнесом, сначала банковским, а потом нефтяным. Был. даже в 1993 году заместителем министра топлива и энергетики. С 1996 г. активно занимался созданием крупной нефтяной компании «ЮКОС». Всегда был тесно связан с московской мэрией и правительствами ельцинских времен. В 1996 г. за поддержку кандидатуры Б. Ельцина на президентских выборах заслужил от него личную благодарность. Неизменно входил в число 50 самых влиятельных бизнесменов России. Любопытно, что в 1993 году экономический форум в Давосе, представляющий мировую бизнес-элиту, включил М. Ходорковского в список 200 представителей человечества, «деятельность которых окажет влияние на развитие мира в третьем тысячелетии». Казалось, что у этого человека было в руках все для успешной карьеры в бизнесе. «ЮКОС» стал второй по величине нефтедобывающей компанией в России (после «Лукойла»). За ним закреплялась в средствах массовой информации репутация одного из самых эффективных менеджеров страны, который первым в России перешел на западные бухгалтерские технологии, внедрял новые управленческие и производственные методы. На Западе его превозносили до небес. Обстановка всеобщего восхваления всегда толкала людей к ошибочным решениям. М. Ходорковскому показалось, что при таких огромных финансовых ресурсах, поддержке своих этнических соплеменников, Запада, средств массовой информации, он сможет играть одну из главных ролей и в российской политике.

Конец 90-годов давал для этого серьезные основания, кризис ельцинской системы был очевиден, в среде российской буржуазии был разброд и шатания. Финансовый коллапс 1998 г. высветил катастрофическое положение в стране. На горизонте даже замаячил призрак коммунистического реванша. В то время в США, внимательно следившими за эволюцией внутриполитической обстановки в России, сложилось мнение, что наиболее приемлемой для их интересов политической партией в нашей стране было «Яблоко» (наименование происходило от начальных букв фамилий трех ее основателей — Григорий Явлинский, Юрий Болдырев, Владимир Лукин — «ЯБЛ»), а предпочтительным кандидатом на пост президента России — Г.Явлинский. Эта партия пользовалась наибольшим влиянием в среде интеллигенции и части бизнеса, выступала с программой демократизации России по чисто западной модели.

Флюиды, проистекавшие с Запада, подтолкнули М. Ходорковского публично выступить с заявлением о своей поддержке партии «Яблоко» на парламентских выборах 1999 года. Пользуясь продажностью российских политиканов разного направления, М.Ходорковский начал почти открыто покупать мандаты депутатов Государственной думы для «своих» людей. Делалось это очень просто: в партийную казну вносилась крупная сумма денег в уплату за то, что нужный человек будет включен на проходное место в партийный список. Никого не интересовало, насколько известен в стране этот человек, каковы его взгляды и мировоззренческие позиции. Таких людей М. Ходорковский имел практически во всех фракциях Государственной думы.

Это не могло остаться секретом для Кремля, который больше всего опасается оказаться лицом к лицу с такой оппозицией, которая располагает финансовой мощью и западной поддержкой. Это соперник совсем иного толка, нежели привычная коммунистическая или патриотическая оппозиция, как правило, бедная, податливая на коррупцию, оплеванная заранее в средствах массовой информации, неприемлемая для Запада. «Яблоко» и «Союз правых сил»

— это политическая база для возможной «оранжевой» революции в России. М. Ходорковский мог стать для России тем же, чем Ю. Тимошенко в Украине.

Вполне возможно, что до Кремля дошли сведения, что М. Ходорковский приобрел несколько брошенных пионерских лагерей, создал на их базе целую сеть учебных заведений, в которые набирали детей-сирот из семей погибших военнослужащих. Там они должны были пройти курс средних школ и одновременно получить хорошую спортивную закалку по программе бойскаутов. Это был уже кадровый задел на дальнюю перспективу. Руководил этой системой отец олигарха Б. Ходорковский.

В. Путин решил нанести удар по этому самому реальному и опасному конкуренту в борьбе за власть осенью 2003 года, когда надвигались очередные выборы в Государственную думу. С одной стороны надо было парализовать всю политическую активность М. Ходорковского, а с другой представить себя и партию «Единая Россия» в качестве борцов против олигархов. Надо признать, что среди массы россиян никто из олигархов, включая М. Ходорковского, доброй репутацией не пользовался. Кого бы из них ни потащила власть «на правеж», все было бы встречено гулом одобрения.

3 октября 2003 года были внезапно проведены обыски в служебных помещениях «ЮКОСа», изъято большое количество служебной документации. Бригада Генеральной прокуратуры, проводившая операцию, была встречена, разумеется, крайне враждебно, ей пришлось ломать двери во все помещения. К такому повороту событий компания и ее руководство явно не были готовы. Хотя «ЮКОС» мобилизовала лучшие адвокатские силы России, но было видно, что она не совсем верно представляла себе расстановку сил в стране. М. Ходорковский переоценил степень клановой солидарности, рассчитывая на помощь со стороны коллег и партнеров по бизнесу. Например, самый популярный в то время в России адвокат Генри Резник, представлявший интересы М. Ходорковского, заявлял: «Мы консолидированы и сумеем себя защитить. Ущерб потерпит не только Генпрокуратура, но и власть. Считайте, что я говорю с позиций силы».

Однако, как показала жизнь, эти слова оказались скорее бравадой, чем реальной угрозой. Почти одновременно один из заместителей Генерального прокурора публично предупредил, что «дело М. Ходорковского — не последнее дело», что в Генпрокуратуре имеются досье на ряд других крупных олигархов. Этот окрик возымел действие, бизнес-сообщество прижало уши, его члены знали, что каждый из них мог быть в любой момент привлечен к ответственности. Криминальное или в любом случае противозаконное прошлое российского крупного бизнеса делало его заложником власти. Выше приводились слова В. Суркова о том, что «российский бизнес труслив». Именно на это обстоятельство делал ставку Кремль, начиная «раскулачивание» М.Ходорковского и «ЮКОСА».

Изъятых материалов хватило Генеральной прокуратуре на то, чтобы предъявить М. Ходорковскому обвинения в неуплате налогов в особо крупных размерах и в незаконном приобретении мошенническим путем государственного пакета акций компании «Апатит», занимавшейся производством минеральных удобрений. По ходу дела ему инкриминировался незаконный вывоз крупных денежных средств за рубеж, уклонение М. Ходорковского как физического лица от уплаты налогов со своих доходов и др. Пресса справедливо указывала, что весь этот букет обвинений мог быть предъявлен любому крупному российскому бизнесмену, но в данном случае речь шла не о применении закона ко всему классу олигархов, а лишь о показательной порке одного из них в назидание остальным.

Судили М.Ходорковского и его ближайших подельников в Москве весной 2005 года, он был приговорен к 8 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии общего режима и отправлен в одно из «учреждений», находящееся в Читинской области, где занимается пошивом рабочих рукавиц. Активы «ЮКОСА» были проданы на аукционах, вырученные за них средства были использованы для погашения налоговой задолженности компании перед государством. Большая часть их оказалась в руках государственной компании «Роснефть». «Собственность будет государственной, а доходы частными», — съязвил один из адвокатов М. Ходорковского.

Вряд ли М.Ходорковский выйдет на свободу после отбытия им назначенного срока заключения, потому что против него возбуждено новое уголовное дело. Он обвиняется в незаконном присвоении государственного имущества и отмывании денег в особо крупных размерах. Его нефтяная империя официально в судебном порядке объявлена ликвидированной, ее штаб-квартира в Москве на Дубининской улице занята новой нефтяной компанией «Роснефть», которая скупила на торгах подавляющую часть активов, некогда принадлежавших «ЮКОСУ».

Конфликт Кремля с «ЮКОСОМ» и М. Ходорковским не получил однозначной оценки в России и в мире. Надо признать, что российская власть не смогла убедить ни нашу, ни зарубежную общественность в справедливости и юридической непогрешимости своих действий. Дело так и засело в сознании и памяти большинства моих соотечественников как простая «разборка» на почве передела собственности.

После 2000 года в Москву переехала большая команда соратников В. Путина. Все они осели на высоких государственных должностях, но приехали уже к «шапочному разбору», когда основная часть бывшей социалистической собственности была уже приватизирована. Пришлось изобретать различные схемы, чтобы обзавестись состояниями. Одной из них стало приобретение пакетов акций в крупных государственных компаниях («Газпром», «Роснефть», РАО «ЕЭС» и т. д.) за счет увеличения в их капитале доли частных владельцев (миноритариев). Это значительно безопаснее и выгоднее. «ЮКОС» стал жертвой таких схем.

Чем ближе становился срок президентских выборов 2008 года, тем чаще люди задавали себе вопрос, а кто же в конечном счете заправляет всеми делами в России? Десятки раз мне приходилось видеть, как люди, очень осведомленные в кремлевских делах, рассуждая в своем близком кругу о реальной мере власти президента В. Путина, показывали своим собеседникам две руки, как бы скованные наручниками — намек, что он-де связан и обязан делать то, что ему настойчиво порекомендуют невидимые, закулисные центры власти. Непросто было поверить в то, что облеченный по Конституции непомерно широкими полномочиями президент вынужден поступать по подсказкам со стороны. Все мы, правда, помнили времена Б. Ельцина, когда олигархи позволяли себе публично требовать от главы государства проведения той политики, которая была выгодна им. Но В. Путин всегда старательно отмежевывался от наглых денежных мешков. Лишь изредка он встречался с ними за круглым столом в Кремле, где они в режиме, закрытом для общества, обсуждали вопросы взаимоотношений. Но недаром говорят, что со временем все тайное становится явным.

В марте 2006 года «прорвало» одного из самых маститых российских олигархов, алюминиевого короля Олега Дерипаску, который в беседе с одним из журналистов начал вдруг откровенничать, рассуждая о природе власти вообще и в России, в частности. Интервью попало в электронную паутину, но его содержание постарались скрыть, чтобы, не дай Бог, с ним не ознакомились широкие слои общественности. Тогда О. Дерипаска сказал: «Понимаете, глава госаппарата не обязательно реальный лидер страны. Он может лишь использовать полномочия тех, кто имеет реальную власть. Он может быть наемным менеджером, отвечающим за координацию действий различного бизнеса в регионе, за паблисити бизнеса и государства. Название несущественно — президент, премьер или еще кто-нибудь. Когда я говорю бизнес — я имею в виду, конечно, крупный бизнес. Мелкий и средний бизнес всего лишь обслуживает население, и их влияния на технологию власти не существует, и не должно такого влияния быть… Мы в России прошли большой путь по осознанию технологий формирования власти. Мы учились. Наш путь из всех стран СНГ самый успешный». «Госорганам нужно не мешать нам сформировать такую власть…, которая будет эффективно управлять и госаппаратом и своей частью бизнеса, экономики. Это значит — управлять всем обществом».

Когда журналист спросил О. Дерипаску в лоб, является ли В. Путин менеджером или сам принимает решения, олигарх со знанием дела ответил: «Президент России — это своего рода топ-менеджер, управляющий всей страной. Он умный адекватный человек, никогда не превышающий пределы своих полномочий. Заметили, как заработал аппарат в Белом доме, как работает прокуратура, суды, спецслужбы, как работают российские телеканалы и газеты? Просто блестяще! Все помогает экономике, бизнесу, а не мешает нам, как это было еще недавно. Под это можно давать деньги, что мы и делаем». «Мы — это российская реальная власть. Крупный бизнес — это часть нашей технологии».

Ошарашенный такой откровенностью олигарха, журналист спросил, а можно ли считать такую власть демократической, на что получил следующий ответ: «Куда уж демократичнее. Если откинуть всякие сказки о демократии, якобы кто-то что-то решает, зайдя в кабинку для голосования. На самом деле кабинки существуют для того, чтобы население имело возможность туда заходить торжественно, под звуки музыки. Это население должно надолго запомнить то, что оно имело демократическую возможность поставить галочку в любом месте, где захочет. Это элемент стабилизации общественных процессов. Совершенно ясно, что экономика, крупный конкурентоспособный бизнес не могут пойти на такой великий риск — произвольное назначение менеджеров госаппарата, как бог на душу положит. Ни в одной западной стране нет такого произвола… Теперь риск устранен, да и кадры отстоялись». «Владимир Владимирович (Путин) — человек, умеющий очень внимательно слушать и запоминать, анализировать и воплощать идеи в дело. Я очень его ценю и не жалею, что в свое время выбор пал на него… Если человек правильно понимает все, если он задействован в какой-либо технологии властных действий — ему согласовывается уровень личных доходов, и жизнь его и его семьи обеспечивается очень хорошо. Фильмы о борьбе с коррупцией — это для широкого охвата населения, для паблисити государства».

Что ни фраза О. Дерипаски, то цинично правдивое попадание в «десятку», которое может позволить себе только самодостаточный владелец крупной транснациональной компании. Вот как он ответил на западные обвинения России в том, что она отходит от принципов демократии: «Запад уже проглотил китайский Тяньаньмынь (имеется в виду подавление силой антиправительственных выступлений в Пекине в 1989 г.), вкладывает в стабильную КНР немалые средства. Проглотит и новый порядок в России». Относительно выходцев из правоохранительных структур, поступающих на работу в коммерческие компании, О. Дерипаска выразился так: «Мы берем в структуры управления только тех выходцев из правоохранительных органов, которые понимают приоритетность финансового механизма власти. То есть понимают наше лидерство. Если же бывший кегебэшник, даже с большим опытом, не имеет кругозора и не понимает, что он должен верно служить реальной российской власти — шансы его нулевые. А вообще-то люди, умеющие выстроить технологию нашего контроля над обществом нам очень нужны».

Олигархи, или бизнес-верхушка России пользуется полной поддержкой со стороны государственной власти на всех фронтах. Возьмите такой вопрос, как внешний долг России. Средства массовой информации настойчиво создают иллюзию, что наша страна избавилась от бремени внешнего долга. В большой степени это соответствует действительности, но только в той части, когда речь идет о государственном долге. Но ведь есть еще и громадная задолженность частных российских банков и компаний перед иностранными кредиторами, о которой предпочитают молчать. Очень часто российское государство выступает гарантом этих долгов через обязательства «Внешторгбанка», «Внешэкономбанка». Так вот, по состоянию на 1 января 2007 года общая суммарная задолженность России (государственные долги плюс долги частных банков и компаний) составляла почти 310 млрд долларов США. Эти данные были представлены Центральным банком РФ в Государственную думу в апреле 2007 года. Самая большая доля этих средств была взята за рубежом именно частными банками (100 млрд долларов) и частными компаниями (160 млрд долларов), т. е. теми самыми представителями крупной буржуазии, которую мы для простоты понимания называем «олигархами».

Только за один последний год администрации В. Путина сумма этой внешней задолженности России выросла до 430 млрд долларов, о чем поведало агентство РИА «Новости» в январе 2008 года. Центральный банк России выразил серьезную обеспокоенность таким бурным ростом российских долгов и принял меры к ограничению безоглядного заимствования. Причина возникновения такого огромного долга объясняется просто: кредиты российских банков обременены очень высокими процентами (15 % и выше), инфляция почти не контролируется, а брать взаймы в Европе или у американских банков дешевле и надежнее. Очередное удивительное уродство российской экономики! Платежи по этим долгам в любом случае будут переложены на плечи рядовых граждан через механизм прямых и косвенных налогов.

Далее в таком, казалось бы, пустяшном вопросе, как сохранение феодальных привилегий на дорогах страны для олигархической и чиновничьей верхушки, В. Путин неизменно стоит на ее стороне. Помнится, как в период борьбы «демократов» и коммунистической партноменклатуры за власть в России, пресса, стоявшая на стороне «демократов», возмущалась «членовозами», т. е. спецмашинами, оборудованными проблесковыми маячками, сиренами и т. д. Ради правды скажем, что во всем СССР имелось в самые глухие годы застоя всего 124 таких автомашины. Узок был круг охраняемых персон — члены и кандидаты в члены Политбюро, секретари ЦК и еще с десяток лиц. В нынешней демократической России таких машин стало около 2 тыс. Назвать точную цифру в МВД не могут или стесняются, потому что многие спецсигналы просто продаются за крупные суммы. Владельцы таких автомашин ведут себя до предела нагло, чувствуя себя хозяевами России. Один из заместителей министра внутренних дел рассказывал автору, что бывали случаи, когда при ДТП в ответ на требование предъявить документы, «водила» или сам хозяин нового «членовоза» отвечал плевком в лицо офицера ГИБДД.

Когда 7 августа 2005 года погиб в ДТП губернатор Алтайского края Михаил Евдокимов, а суд приговорил к 4 годам заключения совершенно невиновного в аварии водителя другой машины, произошла детонация накопившегося протестного потенциала. Началась всероссийская акция протеста под лозунгами «Мигалку спасателям, а не убийцам!». На антеннах миллионов автомашин появились две ленточки: черная в знак траура и оранжевая или красная в знак протеста. Тогда удалось добиться ликвидации обвинительного приговора в отношении невиновного водителя и привлечь внимание общественности к произволу, который творят на дорогах «новые русские».

В Думу были внесены сразу два законопроекта, в которых предлагалось законодательно закрепить список лиц и организаций, которые могли пользоваться спецтранспортом и спецсигналами. Не тут-то было! И Кремль, и правительство своими телами преградили путь этой инициативе. На все ссылки оппозиции, что во всем мире привилегии на дорогах даются только медицинскому, полицейскому, пожарному и т. п. транспорту, отлетали от наших «демократов-феодалов» как от стенки горох. Наши коллеги из «Единой России» обычно отмахивались: «Мы не Великобритания, надо учитывать российскую специфику». Говорилось это с придыханием доверительности и некоторого сочувствия: «Все, что вы говорите, правильно, но нам надо еще зреть да созревать». А зреть-то надо всего двум-трем тысячам человек из правительственной и бизнес-верхушки. Законопроекты были провалены, и право определять, кому и как самовольничать на дорогах осталось у правительства.

Заканчиваю эту главку, а в памяти встают слова из поэмы В. Маяковского: «Мы говорим «Ленин» — подразумеваем «партия», мы говорим «партия» — подразумеваем «Ленин». Сейчас другой век на дворе, но законы политики стары, как сам мир. Правящий класс не станет терпеть на высшей государственной должности человека, который будет ущемлять его интересы. Этот человек вряд ли и доберется до самого высокого кресла, если не заработает полного доверия со стороны этого класса. Они будут едины, как в свое время «Ленин и партия». Как бы в подтверждение этих слов в декабре 2007 года российская общественность поежилась, когда прочитала материалы скандального политолога Станислава Белковского, утверждавшего, что и сам В. Путин является обладателем огромного состояния, оцениваемого в 40 млрд долларов. Британская газета «Гардиан» спросила С. Белковского, откуда он взял эти данные, на что он ответил, что они, действительно, не появлялись в прессе, но широко известны в «элитных кругах». Он даже конкретизировал, из чего складывается состояние В.Путина, которому, якобы, принадлежат 4,5 % акций «Газпрома» и почти третья часть акций компании «Сургутнефтегаз». Дотошный корреспондент «Гардиан» спрашивал нашего политолога, не боится ли он, что его за распространение ложных данных привлекут к судебной ответственности. С. Белковский ответил, что он готов и к такому обороту дела, но пока его никто не тревожил. Видимо он полагает, что права поговорка: «Молчание — знак согласия». Нам остается ждать, «когда все тайное станет явным».

Власть и простой народ

Российская власть в годы администрации В. Путина выглядела весьма стабильной, крепкой и самодостаточной. Вместо по-спартански скромного зала заседаний советского Верховного Совета и партийных съездов, в Большом Кремлевском дворце восстановлены помпезные тронные залы времен Империи. Когда В. Путин повел показывать американскому президенту Д. Бушу эти оглушительно роскошные дворцовые помещения, тот даже растерялся и сказал что-то вроде: «И это Россия, постоянно жалующаяся на бедность своих граждан!»

Свои ежегодные Послания Федеральному Собранию РФ президент зачитывает в том же самом зале, где до 1991 года проходили Пленумы ЦК КПСС. Администрация Президента заняла все помещения на Старой площади, где раньше размещался аппарат ЦК КПСС.

В составе Федеральной службы охраны созданы специальные подразделения (конные и пешие) протокольной службы, одетые в мундиры XIX века, когда Российская империя достигла максимума своего расцвета и влияния. Время от времени эти «оловянные солдатики» участвуют в показательных театрализованных шоу на Соборной площади Кремля. Их задача «впечатлять» своих граждан и заморских гостей выправкой и слаженностью действий.

Служба охраны значительно выросла в годы администрации В. Путина, может быть под влиянием угроз, высказанных в адрес Президента РФ в период чеченских войн. Хотя за все 8 лет его администрации не было отмечено ни одного покушения на кого-либо из представителей высшего эшелона российской администрации (грубый фарс с имитацией покушения на А.Чубайса нельзя принимать всерьез), все же число охраняемых лиц выросло в сотни (если не тысячи) раз по сравнению с советскими временами. Каждый из «новых русских» обзаводится своими собственными телохранителями, бронированными автомобилями, бункерами. Сейчас практически невозможно встретить в людном месте или шагающим по улице министра или крупного бизнесмена, хотя в прошлом прохожие на Тверской улице таращили от удивления глаза, видя, как всемогущий идеолог КПСС Михаил Суслов шествовал от Старой площади к себе домой на Малую Бронную улицу в ботинках и непременных галошах.

Министерство внутренних дел, призванное обеспечивать общественный порядок, превратилось в главное силовое ведомство страны. Численность личного состава намного превышает 2 млн человек. На вооружение МВД поступили самые совершенные средства борьбы с «беспорядками», начиная от специально натасканных собак и лошадей до целого арсенала различных газовых препаратов, эле ктр о шоковых приспособлений. МВД имеет на своем вооружении тяжелую бронетехнику и авиацию. Эта огромная армия становится сильнее, чем классические российские вооруженные силы, потому что собственное население, видимо, внушает нашей власти больший страх, чем виртуальный внешний противник. В МВД гораздо выше денежное содержание, материальное обеспечение, лучше решается жилищный вопрос, чем в армии. Глядя на вереницы автобусов, набитых солдатами внутренних войск, скрывающих свои лица за зашторенными окнами при каждом более или менее публичном уличном мероприятии, невольно думаешь, чего так опасается власть, у которой практически нет публичных противников? Иногда стражей порядка собирается вдвое, втрое больше, чем самих участников митинга или демонстрации. Выборы всех уровней, рейтинги президента дают такие ошеломляющие положительные для Кремля результаты, что становится необъяснимым не снижающийся страх власти перед народом.

Автору довелось работать более 15 лет в командировках в разных странах мира, но никогда он не видел на улицах столиц в мирное время военнослужащих с автоматами в руках, символизирующих готовность в любой момент открыть огонь на поражение. А иначе зачем вешать на плечо автомат? Значит, сама власть лучше знает подлинное отношение к нему народа, чем об этом говорят цифры голосований или опросов. Совершенно очевидно, что власть больше полагается на устрашение населения, чем на свою способность убеждения людей.

Попытки Кремля создать политическую партию на базе внятной идеологии повалились. «Единая Россия» — это временное скопление людей «по интересам», прежде всего по карьерным или соображениям материальной выгоды. Не задались и варианты сколотить молодежное движение («Идущие вместе», «Наши». «Молодая гвардия» и пр.) Все мероприятия в этом направлении выглядят натужными, театрально поставленными, денежно затратными.

После окончания выборов 2007 г. в Государственную думу интерес власти к молодежному движению резко снизился. «Всем спасибо, все свободны». С полдюжины активистов устроили на работу в качестве депутатов, государственных чиновников, а с остальными распрощались, что вызвало недовольство честолюбивых юнцов, рассчитывавших на карьеру. Много шуму наделала, например, демонстративная отставка члена политсовета «Молодой гвардии» «Единой России» Алексея Радова, который 14 января 2008 г. заявил: «Я объявляю о своем выходе из Политического совета Молодой гвардии Единой России. Я прекращаю любую деятельность в этом движении. Моя работа в Центральном штабе, работа на выборах с политиками и чиновниками на разных этажах путинской вертикали власти привела меня к пониманию глубокой фальшивости всего российского политического процесса».

Высечь из людских сердец искры неподдельной любви к себе нынешней власти не удается. Те, кто ее любят, на улицу и площади не пойдут, и формы выражения чувств у них иные.

Гораздо чаще приходится встречаться с простыми людьми, часть которых искренне признательна В. Путину за то, что он обеспечил политическую и экономическую стабильность в России на долгие 8 лет. Они говорили: «В России всякие перемены оказываются, в конце концов, к худшему. Уж лучше без перемен!» Таких людей можно и нужно понять. В советские времена их предшественники говорили при всех трудностях и нехватках: «Лишь бы не было войны!» В самом деле, постоянное ожидание чего-то «худшего» парализует волю человека, превращает его в растительное создание. Но в стране кроме них очень много людей, которые не смиряются с нынешней реальностью, заражены оппозиционными настроениями, но не способны к организации, к участию в практической общественно-политической деятельности. Эта категория кухонных критиканов известна с хрущевских времен. Кремль не может рассчитывать на их любовь, но и опасаться их не следует. Кроме показа «фиги в кармане» в сторону власти, они ни на что не способны.

Есть в стране и более зрелая оппозиционно настроенная часть общества, которая пытается идти нетрадиционным путем, используя для распространения своих взглядов современные технологии. В 2005 году автору довелось встретиться с представителями этого крыла. Один из пришедших в обусловленное место был офицером российских вооруженных сил, а другой инженером-компьютерщиком, оба выглядели на 35–37 лет. Они рассказали, что формируется и стихийно разрастается «компьютерное сообщество», некое братство людей, которые объединены общим остро критическим отношением к нынешней российской власти. Это сообщество носит несколько инфантильный конспиративный характер. Собеседники называют себя только по именам, общаются только в веб-паутине. По их словам, подобное сообщество существует и в мире. Так работают, например, антиглобалисты, которые, не имея никакой структурированной организации, тем не менее, легко и быстро организуются для проведения массовых протестных акций, По этому принципу действовали исламисты во Франции, которые осенью 2005 года напугали всю страну протестными поджогами автомобилей. Начавшись в пригородах Парижа, акции мгновенно распространились на всю Францию.

У нас в России впервые эта виртуальная оппозиция заявила о себе 4 ноября 2005 года, когда впервые отмечался недавно учрежденный праздник «Народного единства». Тогда крошечная политическая группировка под названием «Евразийский союз» получила разрешение на проведение демонстрации в центре столицы. Каково же было удивление властей и организаторов, когда в демонстрации появились несколько тысяч молодых людей с радикальными плакатами, призывавшими к объединению русских людей и к решительным действиям за свои права. Назавтра вся пресса назвала эти лозунги «националистическими», «ксенофобскими». Руководители «Евразийского союза» клялись и божились, что они не знают экстремистов, принесших на Охотный ряд подобные лозунги. Оказалось, что это были как раз активисты из «электронного сообщества».

В конце 2005 года в служебные почтовые ящики нескольких депутатов Государственной думы была положена очень хорошо изданная книга под названием «Проект РОССИЯ». Потом выяснилось, что она появилась и в Совете Федерации, а также в корреспонденции, полученной рядом высокопоставленных чиновников правительства. У книги не было автора, не было указаний на издательство или типографию. Весь тираж (3000 экз.) был предназначен «для спецраспространения». Книга была, очевидно, написана очень честными и духовно чистыми людьми. Ее квинтэссенцией была апелляция к душе, к духовному возрождению, к справедливости, к чести, Авторы с симпатией относятся даже к рядовым большевикам, называя их идеалистами, которые шли под сабли и пули за мечту, за надежду, а не за выгоду. В тексте очень много точных наблюдений и красивых формулировок. Чего стоят, например, такие: «Одни люди готовы отказаться от жизни ради чести, другие от чести ради жизни», «Человек всегда раб, но Раб Божий — это одно, а раб низменных страстей — совсем другое», «Элита — это флюгер, который вращает ветер выгоды», «Бога нынче заменил Рынок. Банки, Биржи — это храмы Рынка», «Полиция бессильна против зла, ибо главный полицейский — это собственная совесть, для которой сейчас не находится места в душе», «Россия всегда был ульем, муравейником, но только сейчас превратилась в банку с пауками» и т. д.

Книга выступает за восстановление монархии как постоянной формы власти в стране, чтобы исключить бесконечные конфликты и раздоры в ходе непрерывной борьбы за власть. «Проект РОССИЯ» — манифест очень широких слоев русской интеллигенции, уставшей от лжи, коррупции, воровства. Для власти эти «караси-идеалисты» также не представляют угрозы: оставаясь неизвестными (из-за своей сверхосторожности), они лишают себя инструментария практически влиять на поведение власти.

Представители этой скрытой оппозиции убедили себя, что время политических партий прошло, их лидеры могут быть куплены или запуганы, актив коррумпирован (как произошло, например, с руководством народно-патриотического блока «Родина»). Помещения политических партий могут быть обставлены филерами, напичканы средствами технического контроля, сами они окажутся под огнем средств «массовой дезинформации». Все государственные службы (от налоговых органов до пожарных) будут брошены против них. В этом отношении «компьютерное сообщество» неуязвимо, у него нет лидеров, оно молниеносно мобилизуется, не требует никаких финансов для своей работы. Это все так, но в то же время эта оппозиция обречена оставаться на обочине политической жизни, потому что законы и практика признают только традиционные (т. е. партийные) формы борьбы. Ученых-математиков обычно считают людьми, далекими от политики, но группа сотрудников Института прикладной математики им. М.В. Келдыша Российской Академии наук опубликовала работу, в которой открыто заявила, что российская власть не может адекватно оценить ситуацию, в которой оказалась страна, не в состоянии выработать никакого плана для осмысленных целенаправленных действий. Едко критикуя надоевшую болтовню об «общечеловеческих ценностях», ученые справедливо указывают, что у каждой цивилизации есть свои собственные ценности, воплощенные в исламе, буддизме, конфуцианстве и т. д. Они сформулировали и характерные особенности восточно-европейской православной цивилизации. Вот они: «Духовное — выше материального», «Общее — выше личного», «Справедливость — выше закона», «Будущее — важнее настоящего и прошлого». Во многом они правы, потому что руководствуются высокими морально-нравственными критериями.

В российской армии не гаснет недовольство. Очень высок процент молодых офицеров, оканчивающих военные училища, которые стараются либо сразу уйти в «гражданку», либо отслужить срок первого контракта и потом не продлевать его. Мрачные мысли гнетут офицеров, возраст которых приближается к пенсионному. Скудная пенсия (подполковник получит 7 тыс. рублей.), редко и неадекватно индексируемая, не позволяет достойно прожить старость. Очень часто офицеры, всю жизнь кочевавшие из гарнизона в гарнизон, оказываются без собственного жилья на склоне лет. Их выгоняют из служебного жилья, нередко по решению судов. В последние годы им стали выдавать жилищные сертификаты — суррогат денег для приобретения жилья на рынке, но жизнь убедила всех, что реальная стоимость жилья намного выше, чем сумма выданных сертификатов. Все законы, гарантировавшие ранее офицерам жилье в том районе стране, где он захочет, оказались пустым звуком. Из года в год не сокращается цифра в 150 тыс. офицеров, нуждающихся в жилье.

Пишу, а передо мной лежит открытое письмо президенту страны от подполковника Космических войск России Сергея Ивановича Иванова, проходившего службу на космодроме Байконур (от 14 сентября 2005 года). Он пишет от имени 700 таких же горемык, которые прослужили в чудовищно трудных условиях Казахской пустыни по 25–30 лет и теперь оказались уволенными без предоставления какого-либо жилья не территории России, и вынуждены оставаться в квартирах, принадлежащих теперь другому государству без всякой надежды на возвращение на Родину. Легко понять горе и отчаяние этих офицеров брошенных своей страной. Нынешняя России глуха к горю своих же защитников. В своем письме С. Иванов в сердцах пишет: «Вертикаль власти, выстраиваемая Вами, является вертикалью безвластия, безответственности и бездушия».

В старые времена среди офицеров, действующих и отставных, было делом чести поднять бокал за праздничным столом за здоровье государя Императора или Верховного Главнокомандующего. Тост неизменно сопровождался громким троекратным «Ура!» За последние два десятилетия ни разу не приходилось слышать такого в офицерских и даже генеральских собраниях, каков бы ни был повод для встречи Любой, рискнувший произнести такой тост встретил бы кислые гримасы и откровенное осуждение со стороны своих коллег.

Конечно и сам Президент и его окружение не могут не чувствовать истинного отношения к ним со стороны широких масс народа. Они вряд ли обманываются, слыша информацию о высоких уровнях рейтингов или успешных результатов голосований. Поэтому-то так старательно уничтожается всякая возможность для появления сколько-нибудь реальной оппозиционной партии или общественного движения.

Президент не раз признавал в своих ежегодных Посланиях Федеральному собранию, что власть не завоевала доверия народа. Выступая 13 апреля 2005 года на заседании Совета законодателей, он публично сказал, что власть оторвана от народа — или народ от власти. Но при этом даже в личном поведении В. Путин избегает общения с вверенным ему народом. Россияне преимущественно видят президента в президентских или правительственных покоях, на протокольных мероприятиях; он общается с олигархами (вкупе и порознь), высшими чинами правительства, с губернаторами, генералами, партийными боссами и т. д. В. Путин очень охотно поздравляет известных артистов с их юбилеями, вручает им цветы, подарки, почетные звания.

Простых же российских граждан он почти не жалует своим вниманием. Рабочие, труженики полей, солдаты, рядовые бюджетники и др., т. е. те, кто составляет подавляющее большинство народа (избирателей тоже), не бывают гостями в его салонах, мы не видим их на экранах телевизоров. Только один раз за последние годы в ноябре 2007 г. в разгар кампании по выборам в Государственную думу В. Путин заехал как бы случайно в строительный городок рабочих, возводящих объездную дорогу вокруг Красноярска. Там его ждали 2 часа (наш президент большой мастер по части опозданий) в образцово-показательной бытовке за плюшками и чаем несколько рабочих, перед которыми он выступил с жесткими, но честными критическими оценками партии «Единая Россия». Понимал, что здесь хвастаться нельзя, можно нарваться на неприятность.

Вроде бы сам президент является выходцем из простого народа, но он как-то катапультировался сразу в «высшие слои» и осел там навсегда. Многие журналисты отмечают склонность В. Путина к сибаритству. В недавние марксистско-ленинские времена говорили; «Бытие определяет сознание», на примере В. Путина можно подтвердить истинность этого положения. Он старается без крайней нужды не встречаться лицом к лицу с простыми людьми, изобретя для общения с подданными сеансы телеэфирных монологов.

Это особая российская форма контакта главы государства со своими гражданами, когда заранее объявляется дата такого общения и предлагается всем заинтересованным задавать вопросы в любой форме (письменной, телефонной, электронной и т. д.). Обычно поступает до полутора миллионов вопросов, если верить информации, поступающей из кругов администрации президента. Весь этот поток тщательно просеивается, отбираются наиболее общие, простые для ответа (не колючие) вопросы. На них готовятся проекты ответов. Как правило, таких «счастливых» вопросов оказывается 45–55, на которые Президент успевает ответить за 2–2,5 часа телевизионного общения с аудиторией. Технически «беседа» Президента с гражданами организуется так: в ряде городов устанавливаются мобильные установки для телепередач, около которых собираются граждане, чьи вопросы отобраны президентом для ответов. Место передачи оцеплено сотрудниками правоохранительных органов, чтобы ненароком к передатчикам не подошел не запланированный человек и не произошло то, что называется «нештатной ситуацией». Иначе говоря, все заорганизовано до предела.

Содержание такого контакта не представляет большого интереса для политологов и людей, занимающихся реальной политикой. Они отдают себе отчет, что речь идет о простой инсценировке тесного контакта между главой государства и населением. Никакого обязывающего характера заявления президента не имеют, равно как и аудитория не имеет никакой возможности проконтролировать исполнение обещаний, если таковые будут даны. Правда, изредка в сценарий телеобщения включаются какие-нибудь мелкие, но конкретные вопросы, которые «молниеносно и радикально» решаются прямо на глазах ошеломленной публики. Однажды, например, некая крестьянка из краснодарского села пожаловалась президенту на то, что в течение многих лет волынится строительство ответвления газопровода к их селу и спросила, сколько же еще придется ждать. В ответ В. Путин, внезапно принявший грозный вид, сказал, что он не подтвердит своего доверия губернатору Краснодарского края Александру Ткачеву до тех пор, пока не будет завершена эта стройка. Понятное дело, в считанные недели стройка, тянувшаяся годами, была завершена, и в прессе появилась торжествующая информация о благотворном воздействии телеобщения на губернаторов.

Обращение В.Путина к такой форме контактов с населением, возможно, стало следствием крайне тяжелого опыта, вынесенного им из прямых встреч, от которых нельзя было уклониться, с простыми людьми. Особенно памятна в этом отношении трагедия атомохода «Курск», случившаяся 12 августа 2000 года.

Как-то так сложилось, что нередко судьба подбрасывала новым вождям России самые жестокие испытания именно в первый год их пребывания в Кремле. Помнится, не успел в 1983 г. Ю. Андропов освоиться в полной мере со своей ролью первого лица в государстве, как 1 сентября того года произошел трагический и скандальный эпизод с уничтожением советскими истребителями южнокорейского пассажирского лайнера «Боинг-747» над Японским морем в районе острова Сахалин, в результате которого погибло 249 человек. Сейчас невозможно и вообразить шквал критики и обвинений в адрес нашей страны, который поднялся в мире!

Суровым испытанием для М. Горбачева стала авария на Чернобыльской атомной электростанции в апреле 1986 года. По своим масштабам и последствиям она превзошла все доселе известные техногенные катастрофы. Авария произошла, когда, к счастью, СССР еще располагал немалыми техническими возможностями, прекрасными кадрами и организационными способностями сконцентрировать все это для минимизации последствий трагедии.

В. Путин не очень ясно представлял себе состояние страны и ее вооруженных сил, когда инициировал военно-морские учения Северного флота в августе 2000 г. Ему тогда очень хотелось показать себе, своей стране и миру, что у нас есть еще боевая мощь. Но эта попытка обернулась тяжелой катастрофой. Во время учений на атомной подводной лодке «Курск» произошла серия взрывов, в результате которых лодка затонула на глубине чуть больше 100 метров. Весь экипаж в составе 118 человек погиб мученической смертью от удушья в течение двух-трех суток, до последнего момента подавая звуковые сигналы и надеясь на помощь. Власть и военно-морское командование были буквально парализованы случившимся и не могли выстроить разумный план действий. Выяснилось, что наша страна к этому времени уже не располагала никакими возможностями для самостоятельных спасательных работ. Лучшие суда, предназначенные для таких работ, были после 1991 г. проданы за бесценок за рубеж. Водолазная служба, считавшаяся одной из лучших в мире, была полностью развалена. Лишь через четыре дня после катастрофы, когда уже было слишком поздно, Кремль дал согласие на привлечение к спасательным операциям иностранных специалистов.

В. Путин только через 10 дней приехал на встречу с родственниками погибших в поселок Ведяево на побережье Кольского полуострова. Можно только представить себе атмосферу той встречи, вскрывшей всю глубину общероссийской трагедии, приведшей к развалу страны, деградации ее вооруженных сил и унижения населения. Никогда в средствах массовой информации не публиковалось содержание той встречи, но президент получил полное представление о глубине горя и накале человеческих страстей. Люди долго не могли простить ему, что он не прервал немедленно свой отпуск в «Бочаровом ручье» и не прибыл сразу на место трагедии. Слава Богу, что у него хватило духа встретиться все-таки лично с родственниками и выдержать тяжелый разговор.

Тогда со стороны власти было сделано все возможное, чтобы ослабить горе людей, потерявших своих кормильцев. Еще не богатая в то время Россия поскребла у себя в карманах, потрясла чуть-чуть кошельки «новых русских» и смогла выплатить за каждого погибшего по 25 тыс. долларов. Никогда раньше, ни потом такие компенсации государством не выплачивались.

Почти два года российская власть, а с ее подачи и средства массовой информации, морочили голову обществу самыми невероятными версиями причин катастрофы. Говорили о столкновении с вражеской подводной лодкой, об ударе о дно, о фатальном контакте с миной времен Второй мировой войны. Нашлись борзописцы, которые всерьез допускали мысль о восстании на борту «Курска» и его потоплении собственными глубинными бомбами. Кремль молчал, хотя все знал.

Истина вскрылась, когда лодку подняли с помощью иностранных компаний. Экспертиза показала, что лодка погибла из-за взрыва экспериментальной торпеды, которую повредили во время погрузки на борт лодки, что вызвало утечку кислорода. Этот первый взрыв вызвал детонацию боекомплекта торпед и ракет, разрушившую подводный крейсер. Все спекуляции относительно причастности внешних сил к гибели «Курска» похожи на домыслы советской пропаганды 20-30-х годов, когда все техногенные аварии, возникавшие в результате спешки и технической невежественности, приписывались проискам диверсантов и саботажников.

Второй раз такое же тяжелое испытание прошел В. Путин, когда встречался с депутацией матерей, потерявших своих детей в трагедии в североосетинском городе Беслане, где 1 сентября 2004 года террористы-боевики захватили в заложники более 1 тыс. детей и взрослых, пришедших на открытие учебного года. В ходе операции по освобождению заложников погибли 333 человека, большей частью дети. Расследование причин трагедии и выявление виновных растянулось почти на два года. Была создана специальная парламентская комиссия из депутатов Государственной думы и Совета Федерации, которая в конце концов подготовила «политический доклад» о Бесланской трагедии, не удовлетворивший ни родственников жертв, ни даже всех членов комиссии, один из которых Ю. Савельев (депутат ГД) выступил публично с особым мнением.

Камнем преткновения оказался вопрос, кто первым открыл огонь, начиная операцию по освобождению заложников. Официальная точка зрения была понятна: виновны террористы. Но несогласные настаивали на том, что не были использованы в должной мере возможности для бескровного решения вопроса и что огонь на поражение неумело начали военнослужащие федеральных сил, что привело к массовым жертвам. Матери Беслана долго добивались встречи с В. Путиным, который, наконец, принял их депутацию. Снова средства массовой информации ничего не сообщили об обстановке в ходе этой встречи и ее содержании, но и без этого понятно, что ничего утешительного в ней не могло быть. Горе матери безмерно, оно не поддается смягчению никакими материальными компенсациями, а большего государство предложить не может, кроме своего официального сострадания. Кстати говоря, матери, потерявшие своих детей в Беслане, до сих пор не удовлетворены проведенным расследованием. Они передали свое новое обращение (записанное на компакт-диске) к В. Путину, подали одновременно жалобу в Страсбургский суд по правам человека на российские власти, создали общественную организацию «Голос Беслана» и т. д.

А что говорить о менее масштабных по своему общественно-политическому резонансу событиях? Впору говорить просто о бессердечности власти по отношению к своему народу. Вспомнить хотя бы необыкновенно сильное наводнение, случившееся летом 2002 года в долине реки Кубань в Краснодарском крае. Его причиной стали проливные дожди и начавшееся бурное таяние снегов Главного Кавказского хребта. Все имевшиеся в верховьях Кубани водохранилища оказались переполненными, бурные потоки рванули вниз по течению, сметая станицы, снося людей и скот. Официальные источники все валили на природу, утверждая, что такого наводнения не было 100 лет, хотя простейшая метеорологическая служба могла бы предупредить загодя о надвигающемся бедствии. Ведь не было ни землетрясения, ни прорыва крупных плотин, беда накапливалась постепенно в течение нескольких дней.

Никогда не были опубликованы полные официальные данные о погибших, хотя пресса называла цифры в несколько сотен утонувших людей и многих тысячах голов погибшего скота. В. Путин (по обыкновению) приехал в зону бедствия только на восьмой день катастрофы, когда вода пошла на убыль. При общем объеме потерь в 15 млрд рублей Президент обещал выделить из федеральных фондов всего 450 млн руб., т. е. компенсировать около 3 % убытков. Каждому пострадавшему было выдано по 1 тыс. руб., курам на смех!

Само население пострадавших районов находилось в глубоком шоке. Люди не знали с чего начинать, они с советских времен полагались на организующую роль государства, не имели навыков самоорганизации и, столкнувшись с равнодушием властей, безнадежно разводили руками. Были обращения к гражданам России, но реакция россиян оказалась вялой и малоэффективной, собрали по горячим следам трагедии всего 14 млн рублей. Олигархи молча отсиделись в своих офисах и коттеджах. Простые люди притерпелись к часто повторявшимся трагедиям, сами едва-едва сводили концы с концами. Официально насаждаемая философия индивидуализма тоже вершила свое разрушительное дело. Взаимовыручка становилась атрибутом русской истории, а не российской действительности.

Беда следовала за бедой. Если на юге вода уносила жизни людей, то в том же 2002, в центре России разразилась сильнейшая засуха, вызвавшая массовые пожары, Наши сограждане уныло примирились с ежегодными катастрофическими пожарами в Сибири, на Дальнем Востоке, уничтожающими сотни квадратных километров тайги и миллионы кубометров леса. Но тут в огненном кольце оказалась столица страны, Москва, население которой задыхалось в дыму. На моей памяти были сильнейшие пожары в Подмосковье 1938 и 1972 годов. В последнем случае только Министерство обороны бросило на тушение пожаров 24 тыс. военнослужащих, не говоря уже о противопожарных структурах МВД. Помню, как была приостановлена работа нескольких предприятий, рабочие которых были направлены на борьбу с огнем. Строгими административными мерами был закрыт доступ в пожароопасные районы для всех граждан. Пожары тогда были потушены в течение двух недель.

Сейчас было совсем другое дело. Президент В. Путин уехал подальше от Москвы, в свою сочинскую резиденцию, предоставив разбираться во всем местным властям. Мэр Москвы Ю. Лужков, губернатор Московской области Б. Громов, руководители Минобороны, МВД, МЧС тыкали друг в друга пальцами, мол, это твоя работа, моя хата с краю, ничего не знаю. Генерал Б. Громов в отчаянии признался, что все имущество противопожарной охраны разворовано, гидросооружения разрушены. Власти расписывались в своей беспомощности, заявляя, что пожары будут длиться, пока их не потушат осенние дожди и холода. Метеорологов и врачей заставляли врать по телевидению, что ничего, дескать, опасного для жизни и здоровья людей нет, хотя поликлиники захлебывались от наплыва больных, страдавших заболеваниями дыхательных путей. Смертность от сердечно-сосудистых заболеваний в то лето резко возросла.

И как же горько было читать, что 31 августа 2002 г., когда Ю.Лужков с размахом решил отметить очередной День города, в небе Подмосковья летали пять спецсамолетов, разгонявших тучи. Дождь был нужен для облегчения жизни людей 10-миллионного мегаполиса, но он был нежелателен для самодовольных чиновников. Ну не хватает нашей власти не просто здравого смысла, но даже и простого человеческого такта. И уж совсем добило меня прибывшее из Шатуры сообщение о том, что один из заслуженных пожарных России Виктор Широков подал в отставку, написав в заявлении: «Не могу больше. Мы тушим пожары и чуть не ежедневно попадаем под пули московских охотников… Приезжают «крутые» из Москвы с карабинами, посылают всех подальше, тычут в нос своими охотничьими билетами». Такое невозможно представить себе в здоровом обществе. Всем беда, а нувориши забавляются, расстреливая дичь, бегущую от огня. Вот в чем разница между пожарами прошлых лет и нынешними бедами.

Время администрации В. Путина было, увы, очень богато на происшествия, жертвами которого становились простые российские граждане. Многочисленные взрывы на угольных шахтах, авиационные катастрофы, террористические акты, бесконечные пожары, взрывы бытового газа и т. д. приводили к гибели сотен людей. И всегда в этих случаях вставал вопрос о цене человеческой жизни, о смертях, наступивших либо по вине государства, оказавшегося не способным обеспечить безопасность граждан, либо по вине новых российских буржуа, у которых забота о прибыли на первом месте, а обязанность заботиться о здоровье и жизни нанятых работников — похоже, что даже не на втором. Негласно между государством и предпринимателями сложился сговор оценить человеческую жизнь в 100 тыс. рублей, т. е. по нынешнему (2008 г.) курсу около 4 тыс. долларов. Честно признаюсь, что когда автор был избран в Государственную думу в 2003 году, то ему был выдан страховой полис компании «МАКС» (ею руководил в свое время небезызвестный М. Зурабов), согласно которому жизнь и здоровье депутата были оценены в 215784 рубля, т. е. чуть больше, чем вдвое по сравнению с рядовым гражданином, хотя по Конституции все граждане равны перед законом. Вся беда в том, что, несмотря на многолетнюю газетную болтовню о приоритете интересов личности перед интересами общества и государства, на практике личность рядового гражданина ничем не защищена и интересы ее ничем не гарантированы.

21 апреля 2007 года я был свидетелем необычайной демонстрации на Пушкинской площади в Москве. Вокруг памятника великому поэту собрались люди на костылях, в инвалидных колясках, без рук и т. д. Оказалось, что проходит митинг протеста против бесчеловечного отношения российской власти к инвалидам, а надобно заметить, что Россия имеет самое искалеченное население в Европе. На 66 млн работоспособного населения в нашей стране имеется 16 млн инвалидов.

Только в одной Москве людей с ограниченными способностями насчитывается более 2 млн человек. Такое «обилие» инвалидов заботит государство. Всем им надо платить хотя и мизерные, но какие-то пенсии, массовость инвалидов плохо согласуется с государственной программой оздоровления населения — чем меньше будет инвалидов, тем выше показатели благополучия в стране. Сверху последовала «отмашка» и Министерство здравоохранения и социального развития начало выполнять негласную директиву

— сократить втрое число инвалидов в России. И началась «антиинвалидная кампания». Если раньше инвалидность устанавливалась бессрочно для всех, кто последние пять лет признавался инвалидом, то теперь всех погнали на переосвидетельствование. В самых тяжелых случаях (инвалиды I группы) обязаны проходить освидетельствование раз в два года, все остальные ежегодно. Медицинские комиссии безжалостно (выполняя указание) снижают степени инвалидности, или снимают инвалидность вообще. Только за 2006 года были лишены всяких пенсий и инвалидных льгот более 45 тыс. человек. Все они были признаны трудоспособными и обязанными обеспечивать себя сами. Но кому нужны инвалиды в стране, где даже по официальным данным имеется около 5 млн безработных.

Почта многих депутатов переполнена письмами с жалобами на решения медицинских экспертных комиссий, которые часто выносят вердикты только на основании имеющихся у них на руках бумаг, потому что многие инвалиды не в состоянии физически прибыть на переосвидетельствование. Научному работнику, потерявшему нижние конечности, могут отказать в инвалидности на том основании, что голова цела и работоспособность не потеряна. Показателен пример 25-летнего инвалида из Обнинска Эдуарда Шутова. Четыре года назад он перенес тяжелую операцию на головном мозге, после чего получил вторую группу инвалидности. С тех пор его здоровье не улучшилось, но врачи Обнинской медико-санитарной экспертизы признали его здоровым. Э.Шутов съездил в Москву в Институт нейрохирургии, где ему делали операцию, и привез оттуда справку, в которой его состояние характеризуется как тяжелое. Но в Обнинске ему заявили: «Мало ли чего они там напишут!» и снова отказали в инвалидности.

Трудно припомнить вопросы или ситуации, в которых власть поддержала бы безоговорочно простых граждан, т. е. тех людей, кто своими голосами делают власть выборной властью, т. е. освященной народным доверием. Каждый раз она оказывается на стороне крупной буржуазии. Вспоминается общенациональная полемика вокруг законов об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев автотранспортных средств, названном для простоты «автогражданкой». В России имеется около 35 млн автомобилей и, естественно, подавляющее большинство владельцев принадлежит к обычным гражданам, в том числе и к малообеспеченным категориям населения, включая пенсионеров. Обязательная страховка нужна, так как в стране ежегодно гибнут на дорогах более 30 тыс. человек и еще свыше 200 тыс. получают ранения, потерпевшие (70 % из них составляют пешеходы) таким образом получают единственную форму защиты своих прав на возмещение вреда, причиненного их здоровью.

Во всем мире такая обязательная страховка существует, но суть конфликта в России свелась к обсуждению вопроса об отношениях между страховщиком и страхуемым, или между рядовым автолюбителем и страховой компанией-банком. Распоряжением правительства (т. е. решением чиновников) размер стоимости страхового полиса был установлен на уровне 1980 рублей. Этот тариф изменяется в зависимости от района страны (в городах он выше, в сельской местности ниже), от водительского стажа, уровня аварийности и т. д. Не суть важно. В Москве, например, владелец обыкновенного «Жигуля» должен со всеми коэффициентами заплатить 3960 рублей или порядка 150 долларов за «автогражданку». Эта сумма примерно равна аналогичному страховому полису в средней европейской стране. Но, что греха таить, зарплаты, а тем более пенсии, в Европе в 7–8 раз выше, чем в России. К тому же за этот тариф европейские страховые компании компенсируют полностью весь ущерб, причиненный в результате ДТП, а наши страховщики берут обязательства всего на сумму 400 тыс. рублей (из них 160 тыс. — на железо и 240 тыс. — на здоровье или жизнь людей). Вот так и образуется источник социальной напряженности; основная масса владельцев автомашин настаивает на снижении стоимости страхового полиса. Но государство, как обычно, выступило в защиту банков и страховых компаний. Оно своими административными мерами заставило автолюбителей смириться с предложенными условиями. Без страхового полиса теперь нельзя пройти государственный техосмотр, нельзя зарегистрировать приобретенный автомобиль, нельзя выехать на трассу без риска быть оштрафованным первым же инспектором ГИББД.

Финансовые дельцы постоянно твердят о невыгодности и крайней рискованности страховых операций, но в то же время яростно грызутся между собой за право допуска к страхованию «автогражданки». Депутаты Госдумы четвертого созыва неоднократно требовали предоставления отчетности по страховым операциям, связанным с «автогражданкой», но банки и страховые компании отговаривались тем, что, дескать, надо подождать пока наберется достаточная статистика для полноты и надежности информации. Шли годы, появились новые ссылки на то, что разные компании дают отчетность по разной форме. И все-таки депутаты «дожали» финансистов, которые признались, что за 2004 год страховым автобизнесом занимались 159 компаний, которые оформили (продали) 26 млн полисов на общую сумму 50 млрд рублей. За этот же отчетный год было заявлено об 1 млн страховых случаев, выплаты по которым составили 18,5 млрд рублей. Вот и раскрылся простейший фокус бессовестного очищения карманов автовладельцев. За 12 месяцев страховщики получили «навар» в сумме 31,5 млрд рублей. О таких нормах прибыли ни в одной стране мира страховщики и мечтать не могут!

Конечно, не все 159 страховых компаний имели равный доступ к жирному и совершенно даровому пирогу. Более половины дохода загребли в свои карманы всего четыре участника: «Росгосстрах», «РЕСО-Гарантия», «Ингосстрах» и «Спасские ворота». Эти данные так и не попали в средства массовой информации. Зачем волновать людей, пусть лучше пребывают в неведении и спокойствии. Финансовый насос по перекачке десятков миллиардов рублей из карманов населения в сейфы страховых компаний продолжает работать безостановочно.

Каждый раз возникает вопрос, почему президент страны, который в конечном итоге является последней инстанцией в законотворческом процессе (без его подписи не может вступить в действие никакой закон) ни разу не решится хоть немного урезать волчьи аппетиты олигархов, защитить хоть в малой степени интересы простого гражданина. Наверное потому, что чувствует в большей степени зависимость своей власти именно от олигархов, а не от народа.

Присмотритесь к банковской системе страны, которая также приспособлена к систематическому обиранию простого гражданина. Не случайно российское правительство настойчиво приглашает иностранный капитал на наш фондовый рынок. Для чужеземцев открыты практически все отрасли российской экономики, даже наша нефть, по словам В. Путина, на 29 % принадлежит заморским собственникам. Кроме банковского бизнеса, который остается заповедным полем для российских финансистов, здесь конкуренция иностранцев не допускается. Для российских буржуа вовсе не обязательно иметь дело с российскими банками, они имеют право вывозить свои капиталы за границу, открывать счета в иностранных банках. На крайний случай в России есть несколько зарубежных банков, которые имеют лицензию на работу с частными лицами, но при обязательном условии, чтобы минимальные суммы на лицевых счетах таких лиц составляли не меньше 50.000 долларов. Никакой средний нормальный гражданин России в такие банки не зайдет.

Подавляющее большинство населения России, в том числе и все 30 млн пенсионеров, «окормляются» в Сбербанке — главном хранилище частных вкладов рядовых граждан. Основным акционером Сбербанка является российское государство, которое определяет состав Совета директоров и определяет всю кредитную политику. Это обстоятельство придает надежности в сохранности доверенных средств, но в то же время превращает всех клиентов-вкладчиков в дойных коров для государства. При официальных темпах инфляции в стране в 11

— 11,5 % в год, банковские проценты, начисляемые на вклады, не превышают 10 %, а в подавляющем большинстве случае значительно меньше. Чем меньше вклад, тем ниже уровень банковских процентов, выплачиваемых по нему. Выходит, чем беднее вкладчик, тем больше он теряет от инфляции и жалких процентов.

Состоятельные буржуа имеют счета в евро и в долларах, покупают слитки золота и хранят их в индивидуальных сейфах, а простых граждан призывают и убеждают хранить свои скромные сбережения в рублевом эквиваленте, который тает из года в год под влиянием инфляционных процессов. Нигде в мире не приходилось встречать такой организации банковского дела, при котором вкладчик ничего не выигрывает, а только проигрывает, доверяя свои деньги банку. В России вкладчику деваться больше некуда, он прикован к Сбербанку. Он согласен терять свой законный доход в обмен на определенный уровень гарантии и стабильности. Процесс очень похожий на то, что происходит и в политике: лучше бездоходная стабильность, чем непредсказуемость.

Правда, есть порода мелких банков, которые стараются перехватить клиентов у Сбербанка, предлагая платить 12 и даже 15 % годовых на вклады, т. е. чуть выше планки инфляции, но люди пугливо отворачиваются от таких предложений, опасаясь очередной аферы.

Где бы ни возник конфликт между населением и крупным капиталом, российская исполнительная власть, обуржуазившаяся сама и сросшаяся с этим крупным капиталом, непременно выступит против населения. Президент РФ в этих случаях предпочитает делать вид, что он не имеет к этим конфликтам никакого отношения. Фигура умолчания оказывается для него предпочтительной.

В течение нескольких месяцев шло настоящее сражение между жителями столичного района Южное Бутово и объединенными силами московской мэрии и крупного строительного бизнеса, которые положили глаз на лакомые земельные участки, принадлежавшие частным собственникам. В домах на этих участках жили наследники крестьян и дачников этого бывшего подмосковного села, на свою беду оказавшегося в зоне интенсивного городского строительства. Мэр Москвы Ю.Лужков, жена которого Елена Батурина является одним из богатейших воротил строительного бизнеса (ее состояние оценивается в 2 млрд долларов), и слившаяся с ним группа строительных компаний решили во что бы то ни стало отобрать понравившиеся им территории для застройки их многоэтажными домами, предназначенными для продажи по цене 4–5 тыс. долларов за квадратный метр.

Население Южного Бутова поднялось на защиту своих законных интересов. Любой человек знает, что стоимость крестьянского двора с приусадебным участком в пригороде Москвы стоит неизмеримо дороже, чем типовая квартира в панельном доме, даже если метраж жилых помещений будет равноценным. Простая «сотка» земли (100 кв. метров) в этих местах стоит до 15 тыс. долларов, а намеченные к сносу подворья занимали до 30 соток каждое. Платить за них Ю.Лужков и акулы стройбизнеса вовсе не собирались, они по традиции хотели все получить даром, к чему привыкли во времена дикой приватизации. Начались затяжные баталии, которые приобрели широкий общественный резонанс. Городская власть действовала нахрапом, отключив энергоснабжение, водоснабжение, отрезав газовые магистрали. Подгоняли бульдозеры, угрожая снести дома, в которых заперлись люди. Известный адвокат Павел Астахов взялся оказать юридическую помощь защитникам Южного Бутова, он неоднократно выступал по телевидению в поддержку справедливых требований жильцов. Но силы были неравны. Московской мэрии удалось разорвать единый фронт защитников Южного Бутова, пообещав одним более приемлемые условия, чем другим. П. Астахову в обмен на отказ защищать жильцов Южного Бутова были гарантированы такие условия для будущей профессиональной и политической деятельности, от которых он не смог отказаться. Впоследствии он стал одним из активистов, выступавших в поддержку В. Путина на выборах в Государственную думу в 2007 г. В конечном итоге поселок Ю. Бутово был снесен. Президент ни разу не обмолвился по этому поводу, он просто его не заметил.

Ободренные успехом лужковцы затеяли очередную войну против жильцов домов, на этот раз расположенных в самом центре Москвы. Земля здесь чрезвычайно дорога, и для ее захвата московская мэрия объявляет расположенные на ней дома «аварийными» и подлежащими сносу. Жильцам предлагается обычный вариант — переезд в новостройки, расположенные на городской периферии, в квартиры равной жилой площади. Совершенно очевидно, что под видом «заботы» о людях, которых якобы переселяют из ветхих домов в современные здания, скрывается самый заурядный акт грабежа. Ведь на освободившихся земельных участках будут построены так называемые элитные дома, квартиры в которых будут проданы «новым русским» по баснословным ценам. Самое поразительное состоит в том, что эксперты московской мэрии совсем недавно осматривали дома, попавшие под категорию «ветхие», и давали рекомендации по проведению ремонтных работ, которые и были выполнены жильцами за свой счет. Квартиры во многих домах были приобретены в 90-е годы по коммерческим ценам центра Москвы, в них были проведены «евроремонты», а вот теперь жильцы поставлены перед перспективой бросить свои гнезда и ехать «за тридевять земель», на край московской земли. Таких домов набралось около четырех десятков, а приговоренных к выселению людей — несколько тысяч. Люди стараются объединиться, бороться за свои имущественные права законными политическими средствами и уповают, в конечном счете, на администрацию Президента РФ. Пустые иллюзии!

Московская мэрия не один раз заявляла, что центр Москвы «не для бедных». Захватчики чужой собственности не стесняются прибегать и к бандитским методам, нанятые ими преступники поджигают дома, а приезжающие на тушение огня пожарные так «старательно» заливают очаги возгорания, что дома приходят действительно в аварийное состояние, после чего прикарманивание чужого имущества становится «делом техники».

Такое же массовое нарушение прав граждан происходит и в зоне строительства объектов для проведения Зимней олимпиады 2014 г. около г. Сочи. Все обращения рядовых граждан в суды остаются безуспешными, решения неизменно выносятся в пользу властей или крупного бизнеса. Именно этим обстоятельством вызван рост потока жалоб российских граждан в Европейский суд. В апреле 2007 года уполномоченный РФ при Европейском суде Вероника Милинчук рассказала на пресс-конференции, что из 90 тыс. жалоб граждан, поступивших в Евросуд, 22 % или около 20 тыс. исков поступило от российских граждан. Россияне обвиняют свое государство в систематическом нарушении своих же законов. В 2008 г. в Европейский суд поступила из России пока уникальная, но весьма тревожная для Кремля жалоба. Одна пенсионерка обвиняет российское государство в том, что назначенный ей размер пенсии является пыткой и бесчеловеческим обращением с людьми. На рассмотрение российских жалоб Евросуд затрачивает в год около 13 млн евро. Его представители не раз обращались к российским коллегам с просьбой принять меры по сдерживанию потока исков. В результате Верховный суд РФ разработал проект закона, в соответствии с которым государство будет обязано выплачивать денежную компенсацию гражданам за неоправданное затягивание рассмотрения их дел в российских судебных инстанциях. Этот закон, в случае его принятия, будет просто-напросто еще одним фильтром на пути жалоб в Европейский суд, потому что вопрос о компенсации будет также решать российский суд, а, как известно, «рука руку моет».

Господи! Когда это было видано, чтобы российский солдат или офицер судился со своим государством, которое не выполнило своих обещаний и обмануло защитников Отечества? А в годы администрации В. Путина это явление стало массовым, особенно в связи с участием армии в событиях на Северном Кавказе. Нормативными актами министерств было определено, что за участие в боевых действиях военнослужащие будут получать определенное денежное вознаграждение. Сначала, когда война носила широкий, повсеместный характер, все военнослужащие получали эти надбавки, и не возникало конфликтов. Но потом, по мере свертывания широкомасштабных операций, умники из правительства решили сэкономить на солдатской крови и предоставили военным командирам самим определять, кто из их подчиненных принимал «реальное участие в боевых действиях», а кто выполнял второстепенные поручения. Это породило хаос и внесло разлад в воинскую среду. Деньги никогда не были фундаментом настоящего боевого единства. Тысячи людей, обиженных невыплатой «боевых», подали рапорты об отставке и обратились в суды с исками о восстановлении справедливости. Позорно, что в бюджет Министерства обороны закладывается сумма, которую надлежит выплатить солдатам, сержантам и офицерам по удовлетворенным судебным искам. Такого в истории России не было.

Как-то осенью 2005 года мне довелось участвовать в чествовании памяти адмирала Федора Федоровича Ушакова, причисленного к лику святых. Вспомнились слова великого полководца А.В. Суворова, который писал, что хотел бы быть «мичманом под командой Ушакова в его славных баталиях». Невольно подумалось, что пример армии отчетливо выявляет разрыв между теперешней властью и народом. Почему прежде, во времена А.Суворова и Ф.Ушакова (да и позже) не было пропасти между ними — крепостниками-помещиками и солдатами и матросами, набранными из крепостных крестьян? Почему все наши славные полководцы — выходцы из самого привилегированного класса, дворян, были едины с солдатами в служении Отечеству, несмотря на очевидную социальную разницу? Да потому, что они имели одну Родину, Россию, вне которой они себя не мыслили.

Нынешний правящий класс Российской Федерации состоит на 3/4 из нерусских людей, не считающих себя русскими, а Россию они не рассматривает как свою Родину. Эти люди никогда не ставили служение Отечеству мерой гражданской доблести, как это всегда было в истории нашей страны. Они ни при каких обстоятельствах не поставят свое благополучие, а тем паче свою жизнь, под угрозу ради интересов чуждого им Отечества, Эти люди никогда не пойдут служить в армию и не пошлют туда своих сыновей, для чего придумано и узаконено 20 различных форм освобождения от воинской службы. Посмотрите национальный состав экипажа погибшего атомохода «Курск» или списки 6-й роты Псковской воздушно-десантной дивизии, полегшей в горах Чечни. Там нет ни одной фамилии, которая бы напоминала фамилии тех, кто заполняет списки акционеров и владельцев предприятий и банков в государственных реестрах собственников.

Наш класс буржуазии не имеет нормального отечественного происхождения. Если во всех странах мира естественный процесс формирования класса буржуазии занимает долгие десятилетия, а то и века, когда естественный отбор выносит на поверхность людей наиболее предприимчивых, энергичных, толковых, которые поколениями доказывают свое умение создавать и наращивать личное и общественное благосостояние. В США нередко говорят о человеке: «Это Форд IV-й» или «Такой-то — из династии Морганов, Рокфеллеров и т. д.». В России класс буржуазии создавался рывком, по распоряжению сверху, в одночасье. К несчастью для России, создателем такого класса был назначен А. Чубайс, в руки которого был отдан ключевой министерский пост — Председателя государственного комитета по имуществу. Нерусский человек, имевший широкие связи среди своих влиятельных сородичей в США, он, естественно, организовал раздачу-распродажу огромного государственного имущества бывшего СССР среди «своих». «Раздача слонов» проводилась келейно, в тиши, в обстановке психологического паралича русского народа, в отсутствие каких-либо законов. Больной алкоголик Б. Ельцин только прикрывал этот бесстыдный грабеж.

В то трагическое десятилетие 90-х годов XX века произошла и мошенническая подмена слова «русский» на слово «российский». На протяжении многих веков, когда Россия была Империей или СССР и в ее состав входила вся Средняя Азия, Закавказье, Прибалтика, Украина и прочие национальные окраины, все, что касалось нашего великого государства, называлось словом «русский». Царь был «русским», армия «русской», культура «русской» и т. д., хотя 40 % населения страны не было собственно русским. После 1991 года, когда все национальные окраины отпали, образовав самостоятельные государства, и Россия стала практически этническим русским государством (русских в его составе 85 %), слово «русские» почему-то исчезло из общественно-политического лексикона и было заменено на «российский». Правительство, армия, Академия наук — все стало «российским». Это оказалось очень нужным и удобным для новой буржуазии, которая спрятала таким образом свой космополитизм под новым ярлычком.

На этом фоне только одна духовная организация сохранила свое прежнее название — Русская Православная Церковь. Она одна выжила как вертикальная структура, объединяющая весь русский народ и всех православных в некое единое духовное целое. Она сохраняется в виде скелета, на котором висят лохмотья некогда мощной мышечной системы народа. Особенности нашей национальной Церкви состоят в том, что она родилась практически вместе с государством и всегда, на протяжении более 1000 лет его истории, была его неразрывной идеологической составляющей. На Куликовом поле в 1380 году на поединок с ордынским богатырем Челубеем вышел монах Пересвет, и нам трудно отделить в нем боярского сына, воина и послушника Троице-Сергиевой лавры. В нем слились воедино все эти ипостаси.

Наши монастыри были, как правило, двойного назначения, они строились и как воинские крепости, и как духовные твердыни. Там жили и творили безвестные летописцы, рядом с которыми несли службу и наши воины, готовые в любой момент бежать к бойницам на крепостных стенах.

Когда светские власти мельчали, вырождались и превращались в национальных предателей, церковные иерархи проявляли крепость духа и твердость убеждений. В Смутное время в начале XVII века политическая элита потеряла национальную ориентацию, ее представители преследовали только клановые или личные цели, она была готова согласиться на власть самозванцев или даже принять в качестве русского царя польского королевича Владислава. В те далекие годы только Русская Православная Церковь продолжала упорно бороться за сохранение русского национального государства. Именно из Троице-Сергиевой лавры в города рассылались грамоты, призывавшие к формированию войска и к походу на Москву, погрязшую в междоусобных дрязгах и прислужничестве перед «латинянами». Слов нет, Церковь спасала и свое духовное поле, которому угрожали католические миссионеры, но в первую очередь она боролась за русское государство.

В другой раз «смутные времена» наступили в 1917 году, когда в одночасье рухнула монархия, а вместе с нею и вся государственная система. Все представители светской власти и большинство политической элиты почти с восторгом отказались от своих вчерашних взглядов. Даже члены императорской семьи, великие князья, цепляли на лацканы своих пальто красные банты. Все высшее руководство русской армии поддержало требования тогдашней оппозиции и выступило за ликвидацию монархии. Деморализация политической верхушки была полной, чем во многом объясняются последующие беды России — перевороты, Гражданская война, разруха, голод и пр. В том политическом водовороте только Русская Православная церковь не утратила национальные ориентиры, выступая против крайностей и перегибов новой иноверческой и богоборческой большевистской власти. Она заплатила за свою позицию очень высокую цену, почти все монастыри и храмы были закрыты, большинство иерархов и священнослужителей были репрессированы.

Несмотря на все обиды и горечь, причиненные Церкви коммунистической властью, когда настал грозный час для нашего государства и народа и 22 июня 1941 г. фашистские войска вторглись в наши пределы, Церковь первой, в тот же день, откликнулась на беду и призвала народ сплотиться для отпора врагу и молиться за дарование победы русскому оружию. Растерянные светские власти смогли опомниться и определить свою позицию только 3 июля 1941 г.

В третий раз Россию постигла национальная катастрофа в 1991 году, когда развалилось советское государство и вновь мы стали свидетелями массовой измены представителей нашей политической элиты. Вчерашние члены коммунистического руководства наперебой торопились отказаться от своих взглядов. Защитники принципа общественной собственности на орудия и средства производства превратились в яростных захватчиков для себя этой самой общественной собственности, прежние интернационалисты стали свирепыми националистами, заклятые враги империализма стали по-лакейски прислуживать ему. Об этой массовой мимикрии нельзя говорить без отвращения. Но в этой безумной вакханалии опять-таки только Русская Православная Церковь сохраняла целостность и спокойствие, традиционно отстаивая вековые мировоззренческие позиции. Разумеется, на протяжении тысячелетней истории России, и в рядах церковников были свои отступники, но их процент не идет ни в какое сравнение с обвалом предательств, охватывавших светские власти.

Патриарх Московский и всея Руси Алексий П всячески старался смягчить гражданские конфликты, сотрясавшие государство в 90-е годы. Он все сделал, чтобы предотвратить расстрел Белого дома в октябре 1993 г., неоднократно выступал за сохранение единства страны в годину разгула сепаратизма, призывает к социальной справедливости в отношениях между предпринимателями и работниками, добивается духовного единства для всего рассеянного русского православного народа.

Этим объясняется неуклонное повышение влияния Русской Православной Церкви среди нашего народа. Ей верят больше, чем светским властям. Нигде нынешний простой человек не может найти защиты от произвола власти и новых хозяев жизни, и ищет утешения и примирения в храмах и монастырях. Только Церковь осталась общественным духовным институтом, который выступает за организацию жизни на основе христианских норм нравственности и морали.

Российская власть с имеющимися в ее руках мощными пропагандистскими ресурсами не просто устранилась от воспитания своих граждан, но активно способствует одичанию нации, иначе нельзя назвать безграничную рекламу насилия, вседозволенности, аморальности, бытового ужаса во всех без исключения средствах массовой информации. Непомерно большое место в телевизионных программах занимают передачи, так или иначе направленные на создание в сердцах зрителей чувства угнетенности, подавленности, страха. Пытки, кровь, дикие крики жертв калечат сознание несчастных беззащитных людей. Многочасовые заседания судов, блоки под названием «чрезвычайные происшествия», передачи типа «Российская тюрьма — вчера и сегодня» пугают простого обывателя жестокостью окружающего мира, безысходностью, превращают его в литературного героя — «премудрого пескаря», того, который «жил — дрожал, и умирал — дрожал». Как-то по Первому каналу телевидения в лучшее вечернее время прошла передача под названием «Жизнь на свалке». Это были документальные истории несчастных людей, бомжей, оказавшихся за границей цивилизованного общества. Шокирующий фильм сам по себе поражал еще и полным безразличием авторов фильма к самому общественному явлению — бездомности людей, причинам, породившим его, возможным путям выхода. Руководство канала вкупе с властью не поднимало вопрос о серьезной социальной проблеме, а просто пугало людей перспективой оказаться «на свалке», хотя по большому счету мы уже почти два десятилетия живем на большой свалке, в которую превращена вся Россия.

Кроме запугивания населения, как бы для противовеса, наше телевидение весьма старательно смешит население, дабы оно стремительно не превращалось в пациентов больниц для душевнобольных под влиянием страшилок в реальной жизни и на телеэкране. В арсеналах химического оружия имеется такое отравляющее вещество, которое называется «веселящий газ», оно вызывает беспричинный смех, лишающий человека возможности адекватно реагировать на происходящее вокруг него. Таким «веселящим газом» являются многочисленные «юмористические» программы вроде «Аншлага», «Кривого зеркала», «Фабрики смеха», «Комнаты смеха» и т. д. Число их безмерно, как и число страшилок. Как-то, прогуливаясь по Тверскому бульвару, я увидел выразительную афишу одного юмористического вечера: модный юморист В. Винокур держал в руках плакат, на котором было написано: «Мы заставим вас смеяться!». Предельно цинично и явно по недосмотру цензоров. Нас именно заставляют смеяться, когда нам вовсе не хочется. «Юморные» передачи стали сопровождаться заранее записанными «взрывами смеха», которые вставляются в трансляции в нужном месте для создания эффекта спонтанного веселья аудитории.

Юмор стал удивительно пошлым и плоским. Он не несет никакой социальной смысловой нагрузки. Подавляющее большинство шуток крутится вокруг секса, мелочей быта. На сценах кривляются трансвеститы, имитаторы, пародисты. Власть не мешает процветанию этого доходного кланового бизнеса, строго-настрого предупредив «юмористов», чтобы они ни при каких обстоятельствах не переходили границы, отделяющей безобидный пошлый юмор от общественно-политической сатиры. Сатира в нынешней России запрещена. Власть чувствует, что она идеальная мишень для сатириков. М. Жванецкий, который был острым сатириком в советское время, сейчас выродился в рядового «смехача». М. Задорнов — писатель с хорошими задатками сатирика давно выдохся, нашу власть он не смеет трогать, предпочитая «отсыпаться» на американцах или наших отечественных недоумках. Остается только мечтать о таких юмористах-сатириках, каким был Аркадий Райкин. Пока же — смейся, сколько душе угодно, важно, чтобы через полчаса ты уже не помнил, над чем ты смеялся, — таково требование власти.

Основная масса населения получает по первым трем каналам телевещания скудную и процеженную информацию. Программы практически не отличаются друг от друга. Чрезвычайно мало информации о реальной повседневной жизни в России, если выбросить сюжеты с рекламой кремлевской и белодомовской «деятельности». О проблемах российской глубинки мы знаем подчас меньше, чем о событиях в европейских странах. Ничего нельзя узнать о нашем восточном соседе — КНР, поражающем мир своими достижениями. Под негласным запретом оказалась информация о Белоруссии. Зато много и подробно рассказывается о природных и техногенных катастрофах, происходящих в других странах, чтобы мы могли вздохнуть и сказать: «Не одних нас карает Господь за грехи!». Не прекращается поток материалов, порочащих советскую власть, он особенно нарастает в канун прежних революционных праздников 7 ноября, 1 мая.

В газетном мире ситуация похожая. Для себя буржуазия создала так называемые солидные издания, вроде «Коммерсанта», «Независимой газеты», «Ведомостей», которые не идут на конфликты с властью, но и не лижут ее хвостовую часть. Они информативны, играют в объективность. Есть еще «Новая газета», наиболее кусачая для власти, поскольку ориентируется на те вехи, которыми Запад обозначил свои отношения с Россией. Все остальное море многотиражных газет и журналов, предназначенное для плебса, «под завязку» набивает свои страницы все тем же информационным хламом, которым полно телевидение: криминал, секс, скандалы, сплетни, уфология, снежные люди и прочая дребедень.

При полной отстраненности властей всех уровней идет тотальная брутализация (одичание) населения России. В уголовном мире есть такое понятие: «опустить» заключенного, т. е. превратить его в униженное бессловесное существо. В России происходит та же операция, только жертвой ее становится весь народ. Паханы «опускают» русскую нацию.

Всего лишь в один день (21 июня 2007 г.) поступала информация о том, что вандалы украли цепи, ограждавшие памятник А.С.Пушкину на одноименной площади в Москве; в Карелии бессмысленно уничтожены доисторические надписи на камнях (петроглифы), представлявшие мировую ценность; в Ялте, в садике у дома-музея А.П. Чехова молотком разбит мраморный бюст великого писателя; на острове Русский (Владивосток) сорваны и унесены броневые плиты с памятника защитникам крепости. Таким примерам несть числа!

В поведении обычных людей все чаще замечается немотивированная агрессивность, пренебрежение общепринятыми в прошлые времена нормами поведения. Неужели прав был наш великий поэт Н. Некрасов, когда, обращаясь к русскому народу, писал: «Ты проснешься ль, исполненный сил, иль, судеб повинуясь закону, все, что мог, ты уже совершил, создал песню, подобную стону, и духовно навеки почил?». Мне ближе слова другого великого поэта и писателя, А.С. Пушкина: «Товарищ, верь, взойдет она, звезда пленительного счастья, и на обломках самовластья напишут наши имена!».

В. Путин и православная церковь

Владимир Владимирович Путин, возможно, является самым набожным руководителем российского государства за все время после 1917 года, когда атеизм был объявлен своего рода государственной религией. В устав Коммунистической партии было внесено положение, согласно которому член партии был обязан исповедовать научный социализм. Подобных требований не выдвигали другие коммунистические партии мира, у них отношение к религии было недружелюбным, но не открыто враждебным, как в России. Было время, когда коммунистическая идеология господствовала от Китая до Кубы, но ни в одной социалистической стране не было ни массовых разграблений церковного имущества, ни планомерных кровавых репрессий против священнослужителей, ни тем более масштабных разрушений храмов и культовых сооружений. В Польше, например, за годы социалистической власти было построено больше новых костелов, чем за всю предыдущую историю страны. Фидель Кастро (сам воспитанник католических колледжей) многократно вел интереснейшие беседы с церковнослужителями от монахов до Римского папы, многие из которых опубликованы в книге «Фидель и религия». Только в России религия в лице Православия попала в кровавую мясорубку под предлогом социального переустройства общества. Остовы разрушенных храмов, усеявшие страну, навевают мрачные мысли о нашествии какой-то дьявольской силы. Трудно вообразить, какой сатанинской ненавистью к русской истории и традициям надо было обладать, чтобы отдать приказ о взрыве Храма Христа Спасителя, построенного в Москве в честь победы русского оружия в войне с Наполеоном.

Неоднократно возникал вопрос, почему именно в России коммунисты были стол нетерпимыми и кровожадными по отношению к Церкви. Ответ находился лишь в том, что наша тогдашняя коммунистическая партия, в отличие от всех других компартий мира, была еще и нерусской по составу своих руководящих кадров. Возьмите любые материалы 20 –30-х годов XX века, и вы увидите, кто вершил судьбы страны, как по партийной, так и по государственной линии. И. Сталин, сам воспитанник Тифлисской семинарии, не мог противостоять коллективному деспотизму окружавших его инородных революционеров от Д. Троцкого (Бронштейна) до Е. Ярославского (Губельмана).

Всю свою жизнь как партийный лидер И. Сталин положил на искоренение чужеродной диаспоры в руководстве ВКП(б) — КПСС и только в годы Великой Отечественной войны он решился реабилитировать Православную Церковь. В 1943 году он вернул ей часть храмов, превращенных в склады и канцелярские помещения, восстановил церковные печатные издания, приказал открыть духовные семинарии и, самое главное, восстановил Патриарший престол, ликвидированный самим Петром I почти двести пятьдесят лет тому назад. Сталин сделал то, на что не решались все российские православные монархи послепетровской эпохи. (Краткий исторический период патриаршества святителя Тихона был ознаменован противостоянием Церкви и светской власти). Есть мнение, что этим Сталин как бы покаялся за все преступления, совершенные против Церкви в предыдущие годы. Но на то есть Божий суд, и нам Его определения неведомы.

Все последующие коммунистические руководители СССР были в соответствии с уставом партии атеистами, а некоторые, вроде самодуристого Никиты Хрущева, пытались возвратиться к практике ущемления церкви, но все-таки в лобовую, на рожон не лезли. Вспоминается рассказ, услышанный во время посещения Псково-Печерского монастыря, о том, как в годы правления Н. Хрущева к настоятелю монастыря, а им в то время был отставной офицер — ветеран Великой Отечественной войны, явился инструктор Псковского обкома партии с бумагой-предписанием о закрытии монастыря. А надобно сказать, что Псково-Печерский монастырь является одной из старейших и славнейших наших духовных крепостей. Основанный еще в годы татаро-монгольского ига, монастырь ни на один день не прекращал свои службы. Во время советской власти (в довоенный период) его территория входила в состав Эстонии, что уберегло его от нашествия демонов.

Настоятель обители внимательно выслушал партийного посланца, взял из его рук грозную бумагу и тут же бросил ее в огонь камина, заявив, что если власть захочет закрыть монастырь, то пусть она сначала решится убить его, когда он выйдет навстречу непрошенным гостям в своем офицерском мундире со всеми боевыми наградами и с крестом в руках. Ошарашенный инструктор ретировался, и вопрос о судьбе монастыря решился сам собой. Партия струсила и отступила.

После 1991 года все бывшие члены партийного руководства, вроде бы вчерашние забубённые безбожники, в одночасье стали верующими. Стоять на глазах телекамер в храмах, лобызаться с иерархами, участвовать в освящениях и пр. стало новой светской модой. Никто из «новообращенных» не смог бы прочитать «Верую», редко кто умел держать свечу и креститься, но все старательно играли роль православных мирян.

Но вот дошла очередь и до В. Путина забраться на самый высокий стул в российской иерархии. Он стал подавать сигналы о том, что он верующий не по протоколу, а всерьез. В своих служебных апартаментах в Кремле он распорядился оборудовать домашнюю часовенку, куда бы мог заходить и помолиться без публичного пригляда. В прессе появились многочисленные сообщения о том, что у него появился и свой духовник, намекали, что им является наместник Сретенского ставропигиального мужского монастыря архимандрит Тихон. В кругах православной патриотически настроенной интеллигенции отец Тихон был хорошо известен своим благочестием, высокой культурой, редкими человеческими качествами. Одно это заставляло серьезно воспринимать сведения о духовном зрении Президента РФ.

Часто в кругу знакомых и друзей заходил разговор о религиозности главы государства. Довелось услышать рассказ о том, как В. Путин был до глубины души потрясен, когда, разгребая головешки на своей даче под Питером, сгоревшей в 1996 году, он обнаружил в целости и сохранности только свой нательный крестик. Он воспринял это как знак. Сам он в книге «От первого лица» (М., изд. «Вагриус», 2000 г.) не упоминает об этом эпизоде с крестиком, хотя подробно рассказывает, как спасал своих дочерей, спуская их на связанных простынях со второго этажа, о том, как не смог отыскать в дыму свой «дипломат» с деньгами и т. д. Иными словами, публично он предпочитал молчать о том, что было известно в его окружении.

В конце первого срока своей администрации В. Путин совершил поездку по северным монастырям России, побывал в Кирилло-Белозерском и Ферапонтовом монастырях. В этих районах, стоящих в стороне от основных административных и промышленных центров России, делать, в общем, нечего, кроме как окунуться в купель духовного очищения, отряхнуть с души плесень и паутину повседневных дел и мирских забот. До В. Путина никто этого не делал, и как бы ни ерничали его противники из коммунистического лагеря, утверждавшие, что все это, дескать, театральная постановка с целью отработки определенного «образа», все же подобные шаги нельзя однозначно заносить в минус.

В. Путин не раз посещал г. Переславль-Залесский, один из любимых городов Ивана Грозного, куда тот часто ездил на богомолье. Этот старинный городок, раскинувшийся на берегах Плещеева озера, хорошо помнит и юного Петра I, который именно здесь проводил свои первые опыты кораблестроения, которые потом превратили Россию в великую морскую державу. В Переславле-Залесском В. Путин проявлял неказенную заботу о восстановлении порушенных и запущенных монастырей и храмов. Он находил время, чтобы встретится с руководителями частных строительных организаций и попросить их оказать помощь в проведении реставрационных работ на историко-ре-лигиозных памятниках. Бог даст, через некоторое время здешние места станут привлекательными для российского и зарубежного туриста своими природными красотами и духовно-исторической памятью.

В 2005 году он совершил неоднозначную зарубежную поездку, посетив буквально в канун православной Пасхи храм Гроба Господня в Иерусалиме. Тогда газеты писали, что это вообще была первая в истории поездка действующего российского руководителя в Иерусалим. Правда, если главной целью поездки было посещение храма Гроба Господня, то эту цель пришлось закамуфлировать посещением сначала Египта, потом Израиля, а потом еще и Палестинской автономии. Придать поездке светский, политический характер. Все внешне выглядело дипломатически пристойно: да, Россия является одним из участников квартета (ООН, США, Евросоюз и Россия), который должен помочь найти развязку тугого узла ближневосточных противоречий. Только бросалось в глаза то, что президент поехал туда с пустыми, что называется, руками, он не повез и не озвучил за время пребывания там никаких новых инициатив по разрешению арабо-израильской проблемы. Он ограничился проведением дежурной процедуры «сверки часов». А вот посещение им храма Гроба Господня было отмечено некоторыми нестандартными штрихами, характеризующими человека верующего.

Внутри храма, ближе всего от входа в него, находится камень помазания, на котором, в соответствии с Евангельскими текстами, омывали тело Спасителя после снятия с креста. В. Путин, пришедший в храм после его формального закрытия, долго стоял у этого каменного ложа, погруженный в свои мысли. Он, казалось, никуда не спешил. И только когда окружавшие его греческие и другие православные священники попросили его сфотографироваться с ними на память, он как бы очнулся, и на лице его вновь появилась дежурная улыбка. Подойдя к кувуклии, — крохотной часовенке в центре храма, в которой собственно стоит Гроб Спасителя, В. Путин попросил, чтобы никто больше вместе с ним не входил в это святилище. Российский Президент пробыл внутри кувуклии около десяти минут, время более чем достаточное, чтобы вознести к Спасителю самые горячие молитвы. Надеемся, что молитвы были за Отечество, за народ.

Мне самому довелось на моем веку посетить Святую Землю, побывать в храме Гроба Господня и помолиться в кувуклии. Не знаю, как чувствуют себя там люди других конфессий, но христиане, а в особенности православные, оказываются в таком плотном, насыщенном религиозно-мистическом поле, что ни о каком наигрыше на «образ» не может быть и речи. Там нельзя быть неискренним в молитве, человек стоит один перед лицом Бога.

В. Путин поднялся затем на Голгофу (она находится там же, в храме на небольшом возвышении), опустился на колени у подножья Креста на том самом месте, где был распят Иисус Христос. Потом он поднялся, зажег и поставил толстую свечу и хотел было уйти, но вдруг повернулся, снова подошел к Кресту и опять рухнул на колени к удивлению окружающих. Перед ними был уже не политический актер, а верующий человек, паломник, ищущий духовной помощи и очищения.

Но, видит Бог, суждено В. Путину остаться в памяти современников как политику непоследовательному, нерешительному и, в общем-то, слабому. В Израиле он пробыл всего два дня — 28 и 29 апреля (той весной православная Пасха отмечалась 1 мая), но израильские хозяева все же постарались затащить его к Стене плача — еврейскому святилищу. Может быть, не все знают, что Стена плача не что иное, как оголенная часть фундамента разрушенного храма Соломона. Наверху, над самой Стеной плача, на территории бывшего храма Соломона находятся теперь арабские святыни. Для неевреев не обязательно прислоняться к самой Стене плача, оставлять там свои записочки с просьбами к Богу, шептать молитвы. Достаточно подойти на близкое расстояние, поклониться в знак уважения к чужой религии и уйти. Но израильские хозяева обязательно стараются подтащить своих гостей к самой Стене, а для этого предусмотрено надеть на них кипу — еврейскую религиозную шапочку, которая означает духовную причастность к иудаизму. Когда меня самого любопытство потянуло к Стене плача, я без видимых усилий прошел мимо служителя-еврея, который выдает каждому входящему за заграждение ту самую ритуальную кипу. Не я один был без кипы у Стены. Утолив свой интерес, я так же спокойно ушел от Стены. Мне было проще, я был простым туристом, а вот государственному деятелю надо определяться — надевать кипу или нет. В. Путин надел, орава фотографов тут же запечатлела его, как если бы речь шла об американском сенаторе, захваченном врасплох с обнаженной голливудской дивой.

Анатолий Герасимов, председатель правления Русского информационно-культурного центра в Израиле, так прокомментировал это «событие»: «Кипа для верующего еврея — это такой же атрибут веры, как и нательный крестик для православного русского. Мы ведь не требуем от Шарона при входе в Кремль надевать на себя крестик как дань уважения к нашей православной вере? Россия, хотят того или нет, является Православным Государством, и такой поступок Президента — чем бы он ни был продиктован — вызвал только ехидные улыбки и скабрезные шутки в среде русскоязычного еврейства (и в среде арабского населения тоже). Мне, как русскому человеку, было стыдно за свою Родину и за нашего президента». Это говорил русский человек, занесенный ветрами истории в Израиль и постоянно живущий там. Кстати говоря, в Израиле живут более 70 тыс. настоящих этнически русских людей, уехавших туда вместе с мужьями, женами, или эмигрировавших в поисках лучшей доли. Они подчеркивали, что были обижены на В. Путина за то, что он не нашел времени, чтобы встретиться с ними, в то время как президенты и премьер-министры Израиля во время из поездок в Россию никогда не забывают встретиться с представителями еврейской диаспоры. Кому только не писали в Россию с просьбой помочь в организации такой встречи с президентом, все глухо. Нашли даже адрес и телефон некоего кремлевского чиновника по имени Модест Колеров, которому якобы была в то время поручена работа с соотечественниками, но тот сухо ответил, что его структура «не работает с дальним зарубежьем».

Зато в ходе визита израильские средства массовой информации, забыв о каком-либо такте и нормах приличия, обрушились с критикой на В. Путина за судебный процесс по делу М. Ходорковского и за письмо группы депутатов Государственной думы, протестовавших против человеконенавистнических публикаций типа «Шуль-хан Арух». Евреи защищают евреев: правых и виноватых, без различия и где бы то ни было. Уж чем только не «крестили» нашего президента, называя его и «насильником-импотентом», и «фараоном», приехавшим в Израиль только чтобы просить о выдаче олигархов, проворовавшихся в России. Бывший советский диссидент Натан Щаранский, занимавший пост министра по делам диаспоры и Израиля (у них есть даже специальное министерство по таким делам), демонстративно не явился на прием, который давал израильский президент в честь В. Путина, по той причине, что, дескать, в России поднимается волна антисемитизма и «бедных евреев» начинают «прижимать».

Все эти размышления по поводу православного мировоззрения В. Путина призваны только показать его «гибкость» — признак слабости и желание сидеть сразу на всех стульях. Он ищет в православии источник силы, потому что в самом себе он ее не находит. Может быть, в религиозности он ищет спасения от многих своих грехов, масштаб и цену которых знает только он сам да Всемогущий Бог. Он не в состоянии быть опорой и защитником православия, потому что сам прячется в его сень. Он не может в полной мере ощущать себя русским, потому что боится самого слова «русский», не умея и не смея объяснить другим народам многоязычной России, почему во главе государства должен стоять православный президент.

Однажды мне довелось проводить свой отпуск на Валдае. В дружеской беседе местные жители рассказали, что на полуострове, глубоко вдающемся в Валдайское озеро, находится одна из резиденций В. Путина, туда он иногда приезжает для отдыха от государственных забот. «Барский дом» весь в лесенках, балясинках, перильчиках в духе построек для нынешних «новых русских». В конце концов это частный дом, который публика никогда не увидит. Но рассказчик поведал, что на территории усадьбы строится православный храм для личных духовных потребностей В. Путина. Совсем рядом с президентской резиденцией, на соседнем острове находится знаменитый монастырь Иверской Божьей матери, построенный еще во времена царя Алексея Михайловича Романова. Помолиться можно было бы и там, но наш президент предпочитает уединение при всяком случае. Домашний храм строится из бревен, рассчитан человек на двадцать-тридцать, выдержан в светлой, красочной манере, которую рассказчик назвал «васнецовской». На возведении храма трудились, как и повсюду в России, гастарбайтеры. Тут уж отпали все сомнения в подлинности религиозных чувств В. Путина. Уж коли тут, вдали от людских глаз строит для себя личную церквушку, то значит, действительно временами чувствует потребность помолиться, покаяться, исповедоваться.

Позже мне рассказывали, что не без участия В. Путина монастырь Иверской Божьей Матери стал быстро реставрироваться, приводиться в порядок, хотя до появления своего влиятельного соседа длительное время прозябал, привлекая редких туристов вкусным холодным молоком и ломтем душистого монастырского хлеба.

В. Путин трижды пытался попасть на святую гору Афон. В 2003 году находясь с визитом в Греции, он вознамерился вертолетом добраться до православной монастырской республики. Но тогда вдруг разразилась сильнейшая непогода с ураганным ветром и проливными дождями. Полет пришлось отменить, а среди православных довелось услышать и такие суждения, что, мол, Пресвятая Богородица не захотела пустить его в свои пределы из-за тяжких грехов, висевших на его совести.

В 2004 году он снова строил планы поехать на Афон в сентябре месяце, но грянула жуткая трагедия в Беслане, и пришлось вторично отказаться от намеченных планов. И только в 2005 году ему удалось, наконец, побывать на Афоне. Эта настойчивость тоже говорит о многом. В. Путин, конечно, в душе религиозен, но это вовсе не означает, что все его поступки в полной мере соответствуют христианским заповедям. Знак равенства между религиозностью и практическим поведением человека никогда ставить нельзя. Слабость человека как раз и состоит в раздвоении личности. Вспомните хотя бы Ивана Грозного — каких только смертных грехов не натворил этот монарх (вплоть до убийства собственного сына), а ведь молился истово, совершал дальние паломничества в святые места, перед смертью постригся в монахи, надеясь этим купить себе Царствие Небесное.

Патриотически настроенные православные писатели и публицисты затрудняются дать однозначную оценку В. Путину, при котором важнейшие сферы общественной жизни, в особенности финансы, идеология и культура, отданы, как на откуп, нерусским людям, очень далеким от наших традиционных православных ценностей. При всех понятных соображениях политической целесообразности остаются необъяснимыми масштабы «кадровых перекосов» в российских управленческих звеньях. Для духовной стабильности в обществе, для формирования доверия к правительству эти «перекосы» должны быть постепенно выправлены.

В отношениях между В. Путиным и Русской Православной Церковью день 19 ноября 2007 года останется памятной датой. В Кремль к Российскому президенту пожаловала делегация иерархов Московской патриархии и Православной Зарубежной церкви во главе со Святейшим Патриархом Алексием II. В состоявшейся беседе президент поздравил своих гостей с 90-летием восстановления патриаршества в 1917 году. До 1925 года патриархом был Тихон, после смерти которого, до 1943 года, патриарший престол оставался вакантным, и патриаршество существовало только формально, и лишь по решению И. Сталина был избран новый патриарх, после чего преемственность не нарушалась. В. Путин пообещал найти средства для выпуска православных теле— и радиопередач. Со своей стороны он напомнил, что встреча происходит в предвыборный период, и от результатов голосования напрямую зависит стабильность страны, что означало косвенную просьбу о поддержке президентского курса со стороны православных граждан.

Патриарх дал понять, что церковь всегда молится «за мирное и безмолвное житие в благочестии и чистоте», иначе говоря, за стабильность. Он попросил освободить от призыва в армию слушателей духовных семинарий, потому что «человек, не имеющий права брать оружие в руки, не может находиться в войсках». Газеты вспомнили, что недавно был случай, когда в Татарстане в армию были призваны все 58 студентов Казанской семинарии, которые были направлены, правда, в строительные войска.

Алексий II посчитал нужным использовать случай, чтобы обратить внимание главы государства на безнравственность средств массовой информации, которые переходят границы дозволенного, и предложил учредить Общественный совет по вопросам нравственности с «регулирующими функциями». Но хватит ли сил и решимости у Президента, чтобы обуздать распущенность СМИ? Они ведь платят политической лояльностью власти за бесконтрольность и вседозволенность во всем остальном.

В заключение состоялся обмен приятными наградами и подарками. Владимир Путин получил из рук Святейшего Патриарха новый, недавно учрежденный церковный орден «Слава и честь», став, таким образом, его первым кавалером. Он принял также икону Спаса Нерукотворного.

Президент России не остался в долгу: он передал в дар Церкви редкую святыню — ризу Господню, частицу одежды Иисуса Христа, которую содрали с Него в момент распятия. Риза побывала во многих руках за почти два тысячелетия, но несколько веков тому назад была захвачена иранским шахом, который в свою очередь подарил ее первому московскому царю династии Романовых — Михаилу. Потом Ризу разделили на несколько частичек, и одна из них хранилась в окладе с бриллиантами в музее Кремля. Теперь она станет святыней Русской Православной церкви, и возможно, найдет свое место в Храме Христа Спасителя.

В последние годы В. Путин взял за правило встречать православное Рождество вдали от Москвы в одном из небольших русских городов в скромных православных храмах. В 2008 году он уехал в Великий Устюг, где присутствовал на праздничном богослужении в местном Прокопьевском соборе, В то же самое время председатель правительства РФ молился в Сретенском монастыре в Москве. Остается пожелать нашим руководителям твердо следовать заветам и делам Господа нашего Иисуса Христа.

В 2007 году стало известно о том, что кто-то из российских олигархов решил расщедриться и выкупить у израильского правительства здания бывшего странноприимного дома, построенного в XIX веке членами русской царской семьи в центре Иерусалима, для того чтобы паломники из России могли получить кров во время посещения Святых мест. В начале 60-х годов XX века это историческое здание по приказанию Н. Хрущева было продано за 5 млн долларов правительству Израиля, которое, как бы в издевку, устроило в нем тюрьму, где отбывали наказание проститутки. Советские власти, по рассказам, не смогли даже как следует распорядиться вырученными деньгами, на эту сумму были куплены апельсины, которые перемерзли в трюмах рефрижератора и были выброшены на помойку. Вряд ли олигарху такая благая мысль пришла самостоятельно, хочется верить, что она была подсказана из Кремля. За доброе дело можно сказать спасибо им обоим.

Внешняя политика В. Путина

Общеизвестно, что внешняя политика играет подчиненную роль по сравнению с внутренней. Во времена исторического материализма даже говорили, что внешняя политика является продолжением внутренней, только иными средствами. Если во внутренних делах главным достижением администрации В. Путина по праву считается обеспечение стабильности, то и на внешнем фронте Россия в целом тяготела к проведению взвешенной, осторожной политики, исключающей участие страны в сомнительных и опасных по своим последствиям предприятиях. Ее позицию в целом можно назвать миротворческой. МИД РФ — основной инструмент проведения внешнеполитической линии, подчиняется напрямую Президенту страны, также, как и все силовые ведомства, некоторые из которых играют свою особую роль во внешнеполитических делах (СВР, ФСБ, Минобороны). В.В. Путин в силу своей прежней профессиональной подготовки и практического опыта был значительно сильнее в вопросах внешней политики, нежели в сложных проблемах социально-экономического развития страны. Кроме того, МИД при его администрации возглавлялся профессиональными дипломатами, имевшими за плечами многолетний опыт работы. Печальный опыт 90-х годов, когда рулил МИДом малограмотный выскочка А. Козырев, сдававший интересы России направо и налево, слава Богу, оказался поучительным для Кремля. Все эти факторы способствовали стабилизации внешнеполитического курса России, хотя рецидивы волюнтаризма, импульсивности еще сохранялись. Особенно это чувствовалось в отношениях со странами ближнего зарубежья, на которые сильное влияние оказывали возросшие интересы российского крупного бизнеса.

Традиционно трудно складывались отношения с Соединенными Штатами, политические руководители которых никак не могут преодолеть инерцию времен холодной войны, живут стереотипами той эпохи, по-прежнему склонны видеть в России потенциального противника. Вашингтон проявил полное безразличие ко всем капитулянтским уступкам, которые Россия сделала в 90-годы, и продолжает усиливать прессинг по всем направлениям. Только этим можно объяснить, что в нарушение своих же собственных устных обязательств не расширять НАТО в ответ на вывод российских войск из ГДР и других стран Восточной Европы, США вместе со своими союзниками неуклонно двигают границы НАТО все ближе и ближе к России. Они в одностороннем порядке вышли из Договора по ПРО 1972 года. Сейчас вопреки всякой логике США приступают к строительству станций раннего обнаружения пусков ракет и систем ПРО в Чехии и Польше.

Официальная мотивировка, что они предназначены для противодействия ракетно-ядерной угрозе со стороны стран-изгоев и прежде всего Ирана, выглядит не только по-детски наивной, но и просто смешной. Тем более, что разведслужбы США официально доложили президенту Д. Бушу, что у них нет доказательств наличия такой угрозы со стороны Ирана. Тем самым разведслужбы хотят отмыть свою репутацию, запятнанную тем, что якобы на основе их ложной информации о наличии оружия массового поражения в Ираке США начали войну в этой стране, которая по времени длится уже дольше, чем Вторая мировая война.

Американские вооруженные силы за это время появились в государствах Средней Азии под предлогом совместной борьбы против международного терроризма, их подразделения участвовали в совместных маневрах в Украине и, в частности, в Крыму, они направили большие группы военных советников в Грузию. Все это несмотря на то, что одним из первых крупных внешнеполитических шагов В. Путина было закрытие российской станции радиоэлектронной разведки на Кубе и вывод оттуда наших специалистов. Это был поистине царский подарок американцам, но они и бровью не повели в знак благодарности, продолжая жестко усиливать нажим на Россию по всем направлениям. США до сих пор даже не отменили закон Джексона-Вэнника, который содержит ряд унизительных дискриминационных положений, касающихся торгово-экономических отношений с Россией.

В 2000 году США решили проверить, насколько крепки нервы у новой российской администрации. Они обманом заманили к себе «в гости» бывшего управляющего делами президента Б. Ельцина Павла Бородина, занимавшего к тому времени пост статс-секеретаря союзных структур России и Белоруссии. Тщеславный П. Бородин «клюнул» на приглашение принять участие в церемонии вступления в должность только что избранного президента Д. Буша-младшего, но как только прибыл в Нью-Йорк, сразу же был арестован по просьбе швейцарских властей, обвинявших его в финансовом мошенничестве при проведении реставрационных работ в московском Кремле в 90-е годы. Мало кто из россиян питал какие-либо симпатии к П. Бородину, занимавшемуся в самые тяжелые для страны годы дорогостоящими реставрационными работами в Большом Кремлевском дворце. В обществе было известно, что немалые суммы тогда прилипли к рукам всех участников этой «стройки», включая членов семьи Б.Ельцина. Но поведение США вызвало у многих сограждан неподдельное возмущение и негодование. Речь шла о вопиющем нарушении положений Венской конвенции 1961 года, предусматривающей статус неприкосновенности для лиц с дипломатическим паспортом, прибывшим в качестве представителей на официальную государственную протокольную церемонию. Никто ранее (ни швейцарцы, ни американцы) не обращались по установленным каналам Интерпола с требованием о выдаче П. Бородина. В конце концов П. Бородин обвинялся в преступлениях, совершенных на территории России, и нанесших ущерб интересам только России. Ведь никто в Швейцарии не арестовывал зарубежных подельников П. Бородина. Короче говоря, США пошли на грубый акт произвола, нанеся публичный удар по престижу и суверенитету нашей страны. Слава Богу, что в данном вопросе позиция российского правительства и большинства общественного мнения в стране оказались едиными: требовать без каких-либо скидок возвращения П. Бородина на родину. В конце концов мы этого добились. В России, правда, его дело замяли, как было и с другими схожими случаями.

Через некоторое время ситуация повторилась, опять-таки с участием США и Швейцарии, власти которой арестовали бывшего российского министра атомной промышленности О. Адамова, которого на этот раз обвиняли США в растрате или присвоении 7 млн долларов, выданных России на финансирование мероприятий по ядерной безопасности. Снова унизительное содержание в тюрьме, длительная дипломатическая и юридическая борьба за возвращение О. Адамова в Россию и относительно благополучная развязка. Дело его позже рассматривалось в российских судах.

Трагические события в США 11 сентября 2001 года вызвали сильный стресс у российского руководства и В. Путина. Велико было опасение, что в США могут подумать, что за спиной этого нападения стоит Россия. Туповатый, но эмоционально неуравновешенный Д. Буш мог в состоянии аффекта отдать любой приказ. Из памяти старшего поколения не стерся жуткий эпизод, когда президент США Рональд Рейган (1980 –88 гг.) во время пробной звукозаписи перед своим телевыступлением сказал «в шутку»: «Я только что отдал приказ вооруженным силам США нанести ракетно-ядерный удар по СССР». Окружавшие его журналисты окаменели от ужаса, и не могли сказать ни слова даже тогда, когда им разъяснили, что речь шла всего-навсего о проверке записи звука. Мы не забыли, что в конце 40-х годов XX века министр обороны США Джон Форрестол Даллес выбросился в припадке безумия из окна высотного здания с криком: «Караул, русские идут!». Можно понять озабоченность В. Путина, который первым из иностранных глав государств срочно связался по горячей телефонной линии с паниковавшим Д. Бушем, выразил ему свое соболезнование и заверил, что наши страны будут вместе в борьбе против международного терроризма.

В этом шаге В. Путина был и прямой практический расчет: добиться ослабления американской и вообще западной поддержки чеченских боевиков-сепаратистов, которые использовали диверсионно-тер-рористические методы в борьбе с федеральной властью. События 11 сентября 2001 г. дали понять американцам, что и они не защищены от действий террористов. Последовавшие затем теракты в Испании, Великобритании и т. д. убедили европейцев в необходимости международного сотрудничества в противодействии терроризму.

Вскоре после событий 11 сентября В. Путин благоразумно уехал в свою сочинскую резиденцию, избавив себя от необходимости комментировать резкие заявления американского президента. США тогда в почти ультимативном тоне требовали от всех стран оказания полного содействия в их походе против террористов. Россия «на высшем уровне» долго молчала. Ее высокопоставленные чиновники давали самые разноречивые сигналы. Министр иностранных дел Игорь Иванов, находившийся в США, говорил, что страны СНГ могут самостоятельно решать вопрос о предоставлении своих территорий и воздушного пространства Соединенным Штатам для антитеррористических действий. В то же время секретарь Совета безопасности В. Рушайло мотался по столицам среднеазиатских государств, уговаривая их не втягиваться в военные действия. Начальник Генерального штаба А. Квашнин по-военному резко заявлял, что Россия не собиралась и не собирается участвовать в военных акциях США. Наконец, от самого президента мы в те дни даже услышали слова о готовности России вступить в НАТО. Самым неприятным последствием военно-политической лихорадки тех дней было появление американских военно-воздушных баз в Средней Азии (Узбекистане и Киргизии). Это произошло с молчаливого согласия России, а потом стало головной болью и для нее, и для КНР.

Шли годы, менялись точки напряженности, но США методично (в этом им не откажешь) вели свою линию на ограничение позиций России в мире. Они могут выстраивать долговременную кампанию по обвинению России в отсутствии демократии и в то же время не прекращать требовать вывода из Приднестровья крошечного контингента российских военнослужащих, выполняющих охранные задачи у складов военного имущества. США открыто готовятся к схватке с Россией по вопросу о государственной принадлежности шельфа Северного Ледовитого океана и в то же время, по-мелочному, будут использовать А. Илларионова, бывшего советника В. Путина, бежавшего в США, для проведения пропагандистских антироссийских акций. Автор отдал почти 50 лет своей жизни слежению за динамикой американо-российских отношений (или СССР — США) и смог убедиться, что после смерти Ф. Рузвельта ни один американский президент не захотел увидеть в нашей стране достойного и равноправного партнера. Все они выстраивали политику своей страны с целью приобретения односторонних преимуществ. Смена советского строя на нынешний ни в чем существенном не изменила природу американской политики в отношении России, и нет никаких оснований рассчитывать на серьезные изменения в этой политике в обозримом будущем. Очень образно охарактеризовал отношения между Россией и США В. Путин, когда в ответ на назойливые рекомендации из-за океана «восстановить демократические порядки» в ходе предвыборной борьбы по выборам Думы в декабре 2007 г., сказал: «Пусть внешние силы не суют свой сопливый нос в наши дела». (Это уже «кредо»!).

Особо следует сказать о характере наших отношений с Великобританией. Несмотря на то, что она входит в Евросоюз, ее политика по отношению к России всегда имела и имеет свои характерные особенности. Лондон с давних времен видит в России своего нежелательного соперника в европейских и мировых делах. Это противостояние восходит к временам еще Ивана Грозного и красной нитью проходит через все прошедшие века. Англия охотно поддерживала всех врагов России, где бы они ни объявлялись. Редкими историческими моментами мы оказывались в положении временных союзников; это было только тогда, когда Англия сама находилась под угрозой вражеского вторжения с европейского материка. Таких моментов было собственно всего три: совместная борьба против Наполеона, Первая мировая война и участие в антигитлеровской коалиции в 1941-45 гг.). В Первую мировую войну Англии не угрожало прямое вторжение, но она боролась против кайзеровской Германии, которая покушалась на британскую колониальную империю.

Во все остальное время Великобритания последовательно проводила антироссийскую (антисоветскую) политику. Всякий, кто воевал с Россией за господство на Балтике (Швеция) или в бассейне Черного моря (Турция), или на Дальнем Востоке (Япония), неизменно пользовался поддержкой Англии. Излишне говорить, что Россия и мизинцем не тронула территорию Англии, а вот английские войска, вместе со своими союзниками, оккупировали нашу землю в ходе Крымской войны (1854-55 гг.) и брали штурмом Севастополь. Их флот тогда захватил на короткое время Петропавловск-Камчатский, пытался взять Соловецкий монастырь, блокировал с моря Кронштадт. Русские войска отстояли свои дальние пределы, но британская агрессивность побудила императора Александра II продать Аляску Соединенным Штатам.

Англия отказалась даже дать убежище последнему русскому императору Николаю II, чтобы усилить смуту на российской земле, британцы были одними из главных организаторов интервенции в 1918-20 гг., послав войска на русский Север (в Архангельск) и на юг (в Азербайджан и Туркмению). Любой диссидент или политический противник Москвы всегда мог рассчитывать на теплый прием в Лондоне. Так уж издавна повелось в истории, начиная с А. Герцена, который нашел политическое убежище в Англии, и оттуда вещал: «К топору зовите Русь!», и кончая нынешними отщепенцами и предателями типа О. Горди-евского, Резуна-Суворова, Бориса Березовского, А. Литвиненко и пр. Великобритания была и остается спасительной гаванью для всех политических противников действующей в России власти, независимо от ее характера.

После 1991 года Великобритания, не без участия своих политических союзников, создала в России широкую сеть так называемых неправительственных некоммерческих организаций под видом правозащитных структур (от «Хельсинкской группы», которая якобы следит за выполнением решений Хельсинкского совещания 1975 года, — до Комитета по защите прав цыган). Таких организаций в России насчитывается несколько сотен. Все они финансируются и руководятся из-за границы. Они представляют из себя широкую, неконтролируемую сеть по сбору информации о внутриполитической и социально-экономической обстановке в стране, они подбирают и отправляют на учебу за границу наиболее способных молодых людей, которым уготована роль проводников чужого влияния в родной стране. Эти организации «рыхлят почву» для будущих «оранжевых» революций в России. В 2005 году российские спецслужбы обнаружили в Москве техническую разведывательную новинку — закамуфлированный под обычный декоративный камень радиоприемник и радиопередатчик. Это было британское изделие, на него поступали от мобильных телефонов сообщения агентов и через него информация ретранслировалась в центр английской разведки, находящийся в посольстве Великобритании. Много интересной информации получили сотрудники ФСБ о деятельности так называемых некоммерческих неправительственных организаций в России. Выяснилось, что английские дипломаты в Москве одновременно были и руководителями и содержателями этих организаций. Разразился громкий скандал.

Правительство России было вынуждено даже внести в Думу законопроект, который ставил под государственный контроль финансирование этих организаций и содержание их работы. Очень много было шуму в западных средствах массовой информации, как всегда бывает, когда им больно прищемят хвост.

Прошло немного времени, и англичане решили «расквитаться», организовав не менее шумный скандал вокруг так называемого «дела Александра Литвиненко» (бывшего подполковника ФСБ, который был завербован Борисом Березовским для сбора секретной служебной информации, а потом выехавшего к своему «патрону» в Лондон), якобы отравленного осенью 2006 г. радиоактивными веществами по заданию Лубянки. Эти и другие эпизоды только добавляли ядовитого дыма в и без того удушливую атмосферу российско-английских отношений.

В далеком 1946 г. бывший премьер-министр Англии Уинстон Черчилль стал инициатором холодной войны между Западом и Советским Союзом, пустил в оборот выражение «железный занавес», объявив обо всем этом в США в маленьком городишке Фултон по предварительному сговору с американским президентом Гарри Трумэном. Так с тех пор США и Англия стали неразлучной парочкой во всех антироссийских кампаниях и операциях. Они называют себя «привилегированными союзниками», делятся ядерными и ракетными секретами, координируют внешнеполитические шаги. Поэтому Англия занимает особую позицию в Евросоюзе по многим вопросам (она не примыкает, например, к зоне «евро»), включая отношение к России.

Правительство России не питает иллюзий относительно Англии. В декабре 2007 года МИД РФ уведомил английское посольство в Москве, что принято решение о закрытии с 1 января 2008 г. всех региональных отделений так называемого Британского Совета. Эта организация, создана в 1934 г., финансируется британским правительством и находится под патронатом королевы Елизаветы П. Она работает в 100 странах мира и занимается в основном пропагандой английского языка, британской системы образования и профессиональной подготовки, организует стажировки российских граждан в Англии, оказывает информационные и библиотечные услуги. В России действуют 15 региональных центров Британского Совета, охватывающих аудиторию примерно в 200 тыс. российских граждан. Все эти центры были открыты явочным порядком, без каких-либо правовых оснований в 90-е годы, когда западники делали в России все, что хотели. В некоторых случаях, например, в Екатеринбурге отделение Британского Совета работало на территории Генерального консульства Великобритании, что противоречит нормам международного права.

Попытки России создать в Англии аналогичную сеть наших культурно-просветительских центров наталкивались на решительный отказ, что и привело к очередной коллизии интересов между государствами. Реальную атмосферу российско-британских отношений отражает обмен репликами между премьер-министром Англии и российским президентом, когда первый посоветовал нам изменить российскую конституцию, а второй ответил, что британским политикам следует изменить мозги. Такое скоро не забывается!

Отношения с Западной Европой («старой Европой») оставались на приемлемом устойчивом уровне со своими приливами и отливами, как и положено в реальной жизни. Эта группа стран остается нашим основным экономическим партнером, главным покупателем наших энергоресурсов. Около 30 % потребляемого газа западноевропейские страны получают из России. В Европу идет и подавляющее большинство нашего нефтяного экспорта, составляющего свыше 200 млн тонн. Германия была нашим основным финансовым кредитором в советские и 90-е годы, в ее руках было до половины наших долговых обязательств. Наш рынок насыщен европейскими товарами.

В истории наших отношений были трагические события вроде нашествия Наполеона на Россию в 1812 г. или гитлеровской агрессии в 1941-45 гг., но время постепенно стирает остроту боли. Нынешние немцы осуждают гитлеризм и все, что связано с ним. В Германии нет актов вандализма по отношению к памятникам советским воинам, а в России идет восстановление кладбищ немецких солдат, нашедших свой последний приют в русской земле. В. Путин, работавший в Дрездене (ГДР), владеющий немецким языком, устанавливал в 90-е годы тесные контакты с немецкими фирмами и банками. Он остается другом бывшего немецкого канцлера Герхарда Шредера. Из этой дружбы родилась идея прокладки по дну Балтийского моря газопровода из России напрямую в Западную Европу, минуя капризные восточноевропейские страны.

Наши отношения с Западной Европой были бы еще более прозрачными и устойчивыми, если бы «старая Европа» не оставалась привязанной к атлантической колеснице, к НАТО, где главным распорядителем остаются Соединенные Штаты. Вашингтон втянул Европу в иракскую авантюру, создав бездну проблем для европейцев, превратив их территории в поле действий террористов. Чуть раньше США также цинично настояли на соучастии Европы в агрессии против Сербии, а теперь настоятельно требуют признания независимости Косова, чему противятся Испания и Кипр, которые сами испытывают угрозы со стороны сепаратистов.

По распоряжению В. Путина российский батальон, находившийся в столице Косова Приштине, был выведен в Россию в связи с тем, что его присутствие не могло повлиять на развитие событий в этом крае, хотя Россия по-прежнему настаивает на том, что статус Косова может быть решен только на основе консенсуса всех заинтересованных сторон.

Европа уже устала от опеки своего «старшего партнера» по холодной войне, но пока не находит политического мужества освободиться от нее, хотя дело постепенно идет к этому.

Основные причины трений между странами «старой Европы» и Россией сейчас переместились в сферу бизнеса. Очень показательной в этом отношении была речь В. Путина, произнесенная им 10 февраля 2007 года в Мюнхене на Международной конференции по безопасности. Кое-кто назвал ее даже «рецидивом холодной войны». Там, в присутствии политиков, бизнесменов, экспертов из более чем 40 стран, российский президент дал развернутую оценку международному положению. Без угроз и вызовов он сказал обычную правду об эгоистических интересах США и Запада, о неприемлемости однополярного мира, о «неразорвавшихся снарядах холодной войны в виде идеологических стереотипов, двойных стандартов, шаблонов блокового мышления» и т. д. Слышать такой язык со стороны России на Западе уже отвыкли за долгие 20 лет перестройки и реформ, поэтому сразу стали вопить о начале новой холодной войны, В. Путин мягонько напомнил своим слушателям, что Запад имеет 29 % акций в добыче российской нефти, а вот российскому капиталу доступа на Запад не дают. Соотношение иностранных капиталовложений в России и российских на Западе равно 15 к 1. Запад за свободу рынков в России, но за сохранение своих рынков за собой. Нас упорно не пускают на рынок ядерных материалов, и так далее в том же смысле.

В. Путин, защищая интересы крупного российского капитала, требовал предоставления ему в Европе таких же условий для свободы инвестирования, какими пользуется европейский капитал в России. Он подчеркивал, что инвестиции стран-членов ЕС в России составляют 30 млрд долларов (2007 г), в то время как российский капитал в Европе едва достигает 3 млрд долларов. Россия проявляет особый интерес к приобретению активов в распределительных газовых сетях в Западной Европе, в электроэнергетике и т. д., но встречает энергичное сопротивление со стороны своих конкурентов. Это уже обычная практика рыночного мирового хозяйства, не имеющая ничего общего с идеологическим противостоянием, с борьбой за альтернативный путь развития человечества, что раньше составляло суть холодной войны.

Сложнее складываются дела у России со странами Восточной Европы, которые когда-то входили в «социалистическое содружество». Особенно трудным партнером оставалась всегда Польша. История отношений между Россией и Польшей засорена огромным количеством завалов, всякая попытка их разборов неизменно вызывает всплеск эмоций, вызывающий конфронтацию. Мы не можем забыть Смутное время, когда польские войска оккупировали Москву, сидели в Кремле, ставили у власти выпестованных ими самозванцев, потом думали вообще об утверждении на престоле польского королевича. Они нам припомнят участие в трех разделах Польши, и лишении польского народа государственности. Мы им будем говорить об участии поляков на стороне Наполеона в войне против России (корпус Понятовского), они ответят, что русские жестоко подавили восстания 1830 и 1863 гг. Мы скажем о трагической судьбе 130 тыс. красноармейцев, попавших в польский плен в войне 1920 г., а они немедленно переведут разговор на расстрелы польских офицеров в Катынском лесу в 1940 г. Это будет бесконечный горький разговор, который ни к чему конструктивному привести не может. Если мы хотим строить принципиально новые отношения, а для этого сейчас есть все предпосылки, потому что у нас нет даже общей границы, кроме узкой полоски в Калининградской области, то нашим руководителям надо найти мужество подвести под прошлым жирную красную черту, перестать ворошить историю, не заниматься политической мастурбацией. Робкие попытки в этом направлении делались историками двух стран, но явно не хватило политической воли, чтобы взаимно покаяться друг перед другом и начать жить, глядя в будущее.

Такие акты исторического примирения известны, Например Аргентина и Чили, изнурявшие друг друга непрерывными войнами и конфликтами весь XIX век из-за территориальных претензий, наконец, в начале XX века решили прекратить эти склоки. Они собрали артиллерийские орудия обеих армий, переплавили их и из полученного металла отлили памятник в знак вечного мира между двумя народами. После этого они не воевали. Помнится, что никарагуанский президент Виолетта Чаморро, пришедшая к власти после выборов 1990 года, распорядилась собрать оружие «контрас» и «сандинистов», отчаянно боровшихся друг с другом на протяжении предыдущего десятилетия. В столице была выкопана бульдозерами глубокая яма, в которую торжественно было захоронено все оружие братоубийственной войны. Нечто подобное, только более масштабное должно произойти в российско-польских отношениях, в интересах народов обеих стран.

Трудно идет формирование отношений с прибалтийскими странами, где к власти пришли радикальные националисты, которых иногда называют даже этнофашистами. Их откровенная вражда к России, ко всему русскому, в том числе и к самим русским, составляющим значительную часть коренного населения этих стран, удивляет своей политической близорукостью. Она доходила до того, что некоторые страны даже предъявляли территориальные претензии на российскую территорию (Латвия, например, претендовала на Пыталовский район Псковской области), в ответ на что заслужили резкую реплику из уст В. Путина: «Они получат от мертвого осла уши».

В этих странах, что оскорбительно для России, происходит реабилитация участников фашистских военных формирований, сносятся советские военные мемориальные памятники. Всячески подавляется русский язык, культура. Национализм маленьких наций часто приобретает в мире агрессивный характер. Хуже всего то, что этот антирусский национализм в прибалтийских государствах получает поддержку со стороны США и стран Западной Европы, которые смотрят сквозь пальцы на нарушения декларируемых ими же демократических ценностей, только потому, что им выгодно по стратегическим соображениям закрепить свое влияния в этих трех прибалтийских государствах. Литва, Латвия и Эстония были без всяких проволочек приняты в Евросоюз и в НАТО, чтобы закрепить их отрыв от России.

Потребуется время, чтобы сложилась новая модель отношений между Россией и этими странами. С нашей стороны также важно не рассматривать их как страны-близнецы, именуя их одним словом «прибалтийские страны», а работать с каждой в отдельности.

Серьезные положительные сдвиги произошли в период администрации В. Путина в наших отношениях с великим восточным соседом — Китайской Народной Республикой. Эта страна, следуя стратегическому плану, разработанному Дэн Сяопином, поражает мир бурными темпами развития. Она смогла на практике совершить конвергенцию, соединив в своей модели все лучшее, что дал мировой социалистический опыт, с лучшим, чего добился капиталистический способ производства. За короткий срок вечно голодный Китай избавился от нехватки продовольствия. Сейчас производство зерновых достигло 500 млн тонн в год, вполне достаточных для обеспечения потребностей внутреннего рынка. Китай создает многоотраслевую экономику, ориентированную в большой степени на внешний рынок. Бытовая электроника, продукция легкой промышленности из Китая заполонили мировой рынок и в силу своей дешевизны подавили конкурентов в США и многих других странах. Объем внешней торговли КНР составляет около 1,3 триллиона долларов при положительном сальдо в 40 млрд долларов. Золотовалютные запасы КНР к началу 2008 г. достигли 1,5 триллиона долларов (без нефти и без газа!).

Наша доля во внешней торговле Китая составляет всего 2 %, смешно и грустно! Мы чудовищно отстали во всем, продаем им всего 10–11 млн тонн нефти в год, правда, обеспечиваем на 60 % потребности Китая в лесе, но поставляем самый дешевый вид — «кругляк». Доля машинно-технической продукции в нашем экспорте составляет жалких 5 %. Мы стыдливо отгородились от изучения китайского опыта, наши средства массовой информации почти ничего не говорят и не пишут о Китае. Мы не в состоянии признать, что рядом с нами из такого же, как у нас, социалистического кокона выпорхнула на свет поразительной расцветки бабочка, в то время как мы остались неприглядной гусеницей.

За время В. Путина Россия решила окончательно пограничный вопрос с КНР, приняв предложение Пекина о проведении новой стабильной границы на островах Тарабаров и Большой Уссурийский, расположенных на слиянии рек Амур и Уссури. Теперь вся граница между Россией и КНР на протяжении 4300 км зафиксирована договорами и соглашениями. Теперь не будет опасности нелепых вооруженных столкновений, какие имели место в 1969 г. на острове Даманском.

Подписаны документы, обеспечивающие снижение уровня военного присутствия около границы с обеих сторон. Главы наших государств встречаются трижды в год (один раз в двустороннем режиме, однажды на саммите Шанхайской организации сотрудничества и еще раз в рамках организации Азиатско-Тихоокеанского сотрудничества. Между Белым домом (в Москве) и Госсоветом КНР установлена «горячая линия» телефонной связи. Россия и КНР едины в намерении довести объем торговли между собой к 2020 году до 60–80 млрд долларов, только нам придется еще поломать голову над тем, чем мы сможем насытить с нашей стороны этот огромный поток.

В политической области взаимопонимание России и КНР очень высоко в региональной и международной проблематике, а вот что касается торгово-экономического сотрудничества, то все дело упирается в ограниченные возможности российской стороны. Раздражающая россиян миграция китайских граждан в районы Дальнего Востока и Сибири является следствием, прежде всего, неэффективности или просто коррупции российской администрации, которая оказывается не в состоянии взять под контроль этот процесс. В Пекине не считают эту стихийную миграцию следствием какого-то целенаправленного решения, ее рассматривают просто как естественное стремление части жителей перенаселенных районов Китая найти более предпочтительные условия для своей работы.

Орел на российском гербе имеет две головы: он должен смотреть одинаково и на Запад, и на Восток. Наши руководители в последние сто лет неизменно отдавали предпочтение Западу, где отношение к нам давно определилось, и не всегда доставляет нам удовольствие. Видимо, в государственных интересах целесообразно провести коррекцию этого курса. Это повысит уважение к нам со стороны заносчивых партнеров в Европе и за океаном.

Россия много времени потеряла, пытаясь нащупать стратегическую линию в своих взаимоотношениях с исламским миром. СССР в свое время оказывал арабским странам военно-политическую поддержку в их конфронтации с Израилем и его союзниками на Западе. Однако экономические и финансовые узы гораздо теснее связывали арабские страны с Западом. Оттого и происходили неожиданные для Кремля конфузы, вроде почти полного разрыва отношений Египта с СССР в 1973 г., когда египтяне выслали всех наших военных советников и, кроме того, отказались платить по военным долгам. Жуликоватый интриган Саддам Хусейн даже не поставил в известность Советский Союз, когда начал войну с Ираном, хотя был обязан сделать это в соответствии с двусторонним Договором о дружбе и взаимопонимании. Помню, как в кабинетах на Старой площади часто повторяли фразу, сказанную когда-то британским разведчиком Лоуренсом Аравийским: «На верность арабов нельзя полагаться, как на ненадежную трость. Она в любой момент может сломаться, и ее осколки вопьются вам в ладонь». Но советское руководство смиряло себя и держалось своего стратегического выбора.

После 1991 года произошла почти полная переориентация нашего государственного курса. Россия установила дипломатические отношения с Израилем, свернула до минимума политические и военно-технические связи с арабским миром. Это было даже не отступление, а паническое бегство. От прежних опорных пунктов остались только контакты с наиболее надежной Сирией и связи с Саддамом Хусейном. До 2000 года в наших отношениях с исламским миром царило обледенение. В арабской прессе нередко появлялись статьи, в которых отмечалось, что даже министры иностранных дел эпохи Б. Ельцина были либо евреями, либо полукровками (А. Козырев, Е. Примаков, И. Иванов). В немалой степени это обстоятельство отразилось на наших внутренних проблемах, когда арабские страны морально и материально поддержали чеченских боевиков, прикрывавшихся флагом ислама. Мы долго муссировали тему об арабских наемниках в Чечне, хотя так и не смогли представить ни своей, ни мировой общественности ни одного пленного араба-наемника.

С приходом к власти В. Путина общая картина стала меняться в сторону разумного прагматизма. До сознания Кремля стало доходить, что односторонняя ориентация на Израиль не принесла нам никаких дивидендов. Личные враги российских законов, вроде В. Гусинского или Л. Невзлина, нашли надежное убежище от правосудия в Израиле, который не выдает «своих». Намертво спаянный тандем США — Израиль по-прежнему прессовал Россию на всех внешнеполитических фронтах. Нараставшая нестабильность на юге страны из-за активизации исламских экстремистов побудила В. Путина внести коррективы в политику России. Самым значительным шагом в этом направлении была поездка В. Путина в Куала-Лумпур, на съезд государств-членов Исламской Конференции в октябре 2003 года. Россия была даже принята в эту Организацию в качестве наблюдателя. В. Путин сидел в зале, где произносились с трибуны жесткие антисионистские и антиизраильские речи.

Россия мудро поступила, не ввязавшись в иракскую войну на стороне США и их союзников. Мы даже не стали ссориться с марионеточным иракским правительством, созданным в условиях оккупации страны иностранными войсками. Мы простили Ираку долги, оставшиеся в наследство от Саддама Хусейна. Россия продолжила строительство атомной электростанции в Иране (Бушере), несмотря на жесткое противодействие со стороны США. И уж совсем Россия удивила мир, когда в феврале 2006 года выразила готовность принять в Москве делегацию «Хамаз», которая победила на парламентских выборах в Палестине, но встретила категорическое непризнание со стороны Израиля и США, где «Хамаз» фигурирует в списках террористических организаций.

В феврале 2007 г. году Президент РФ впервые в истории совершил официальные визиты в Саудовскую Аравию, Иорданию и Катар, что стало публичным подтверждением радикальных перемен в российской стратегии на Ближнем и Среднем Востоке. Прошло время, когда США старались создать сплошную линию конфронтации между Россией и исламским миром от Афганистана до Балкан, теперь им самим приходится искать выхода из тупиков, в которые они загнали себя в исламском мире.

В далекой Латинской Америке Россия, к сожалению, отсутствует как серьезный политический партнер. Потеря по собственной вине центра радиоэлектронной разведки на Кубе резко снизила уровень отношений между Россией и Кубой, подорвала доверие к нашей стране как надежному партнеру. Прежней теплоты уже не вернуть, хотя в 2006–2007 годах Россия постаралась выправить положение, предоставив Кубе заем в 350 млн долларов на приобретение российских товаров. Мы дали кредит на покупку двух самолетов «ИЛ-96», заключили соглашение о порядке погашения долгов за период после 1991 г.

Новым покупателем нашего военно-технического имущества стала Венесуэла, заключившая контракты на приобретение 100 тыс. автоматов Калашникова, 30 самолетов «Су-27» и т. д. Если нынешнему президенту Уго Чавесу удастся укрепить в национальном сознании венесуэльского народа новый политический курс и создать для этого организованную партийную опору, то Россия может получить шанс для серьезного укрепления своих позиций на этом континенте.

США, считавшие Латинскую Америку своим «задним двором» со времен провозглашения пресловутой доктрины Монро, сейчас с удивлением обнаруживают, что их позиции оказываются под угрозой. Их вооруженные силы завязли в Ираке, Афганистане, финансовые ресурсы напряжены до предела (государственный долг исчисляется 5 триллионами долларов), внутри страны потерян консенсус относительно приоритетов внешней политики. На вчерашний «задний двор» США активно проникают вездесущий Китай, Япония. Если бы наша бизнес-элита была более предприимчивой, то и для России там нашлось бы хорошее место под солнцем, но там надо работать, а «наши» привыкли «пилить» готовые деньги.

Какими бы важными ни были наши отношения со странами дальнего зарубежья, все-таки прежде всего и больнее всего нас касается обстановка в непосредственном окружении России, в странах так называемого ближнего зарубежья, вчерашних республиках СССР, составлявших вместе с Россией единый хозяйственный организм. Деление зарубежных стран на дальнее и ближнее зарубежье является атавистическим остатком нашего мышления 90-х годов прошлого столетия. В новых постсоветских государствах остались жить 25 млн русских людей, оказавшихся внезапно «пониженными в должности»: с положения старших братьев — в национальные меньшинства, в этнических изгоев. С горечью приходится признать, что всякие попытки создать какие-либо объединительные структуры между новыми государствами, возникшими на территории бывшего СССР, оказались полностью провальными. Более 15 лет болталась перед глазами общественности эфемерная идея Содружества независимых государств, собирались саммиты, принимались кучи документов, суетились чиновники, изображавшие активную деятельность, но все было обычным мыльным пузырем, имитацией дружбы и готовности к сотрудничеству.

Главы государств-членов СНГ на глазах общественности своих стран «валяли Ваньку» (была такая деревянная кукла-игрушка, в основание которой был залит свинец, и всякая попытка повалить «Ваньку» оканчивалась неудачей, он неизменно принимал вертикальное положение). Только к 2006–2007 году разговоры о СНГ стали быстро глохнуть, эту «организацию» стали называть «бюро по цивилизованному разводу бывших республик». Это стало признанием горькой реальности. За 17 лет существования СНГ не было создано ни одного наднационального органа, не было принято ни одного документа, обязательного для выполнения всеми участниками, никто в мире и не воспринимал СНГ как субъект международных отношений. Просто никто из участников СНГ не хотел честно и открыто сказать правду о своем отношении к этой «организации» и выйти из нее. СНГ и по сей день существует ни живым ни мертвым, хотя другой дороги у него, кроме как на историческое кладбище, нет.

Следует признать, что как США не справились со своей ролью единственной сверхдержавы в мире, свалившейся на их голову после самораспада СССР и социалистической системы в мире, так и Россия не смогла сыграть роль ведущей региональной силы в том районе, который она справедливо считала зоной своих особых жизненных интересов. Центробежные тенденции оказались куда сильнее центростремительных. Немалая ответственность лежит, разумеется, на России, которая создавала веками великую империю, а теперь внезапно утратила способность к объединению. Ее политические руководители не сумели родить никакой привлекательной идеи. Сама внутриполитическая и социально-экономическая жизнь России, изобиловавшая острыми гражданскими конфликтами (чего стоит только расстрел из танковых орудий Верховного Совета в 1993 г), финансовыми потрясениями вроде дефолта 1998 года и т. д., не содействовала росту авторитета страны на постсоветском пространстве, Автору лично приходилось видеть на улицах Киева в 2004–2005 гг. лозунги типа такого; «Не хотим жить под игом российских олигархов!». Очень быстро осознание новой исторической реальности пришло к Кремлю, который даже ликвидировал созданное вначале Министерство по делам СНГ, и стал выстраивать отношения с ближайшими соседями на двусторонней основе. К моменту прихода к власти В. Путина никакой романтикой в отношениях со странами СНГ уже и не пахло.

На Украину был направлен послом Виктор Черномырдин, политический «тяжеловес» ельцинской поры. Обоснованием для его назначения был как раз практический вопрос — ему поручалось отрегулировать проблемы с украинской задолженностью за российский газ. Дружба дружбой, а табачок врозь. Началась тяжелая многолетняя тяжба, не прекращающаяся до сих пор, в ходе которой Россия потерпела одно из самых горьких поражений. Она просмотрела созревание и свершение на Украине «оранжевой революции» в 2004–2005 гг., которая привела к закреплению и резкому усилению в политике этой страны антироссийских тенденций. Нынешние украинские власти публично заявили о своей стратегической цели — вступлении в Евросоюз и НАТО, с сохранением для России только роли важного партнера.

Россия в течение многих лет обманывалась в своих оценках глубинных процессов, протекавших в Украине. Виной тому были ее бездарные, насквозь коррумпированные чиновники во главе с В. Черномырдиным, которые слали в Москву утешительные докладные. Они подобрали на роль «пророссийского» кандидата на пост украинского президента явно неподходящую кандидатуру Виктора Януковича, имевшего зримые уязвимые слабости в виде двух судимостей в прошлые годы, слабо подготовленного политически, не имевшего к тому же необходимых волевых качеств. Российский бизнес в Украине работал в противоход российской государственной политике. Бизнес преследовал только свои корпоративные интересы, мало заботясь об общероссийских, не отдавая отчета в том, что поражение России будет означать и для них наступление «черных времен». Сиюминутность интересов взяла верх над стратегическими соображениями. Так и получилось, что часть российского бизнеса в Украине встала на сторону прозападного кандидата Виктора Ющенко.

Выборы украинского президента состоялись 31 октября 2004 года, и первый подсчет результатов дал преимущество В. Януковичу, но сторонники В. Ющенко отказались признать законными итоги выборов, начали кампанию гражданского неповиновения, создали на центральной площади г. Киева — Майдане палаточный протестный городок. После долгих препирательств в Центризбиркоме было назначено повторное голосование, в результате которого с небольшим преимуществом победил уже В. Ющенко. Это было уже победой «оранжевой» революции. А ведь советники нашего президента убедили его совершить явные ошибки. Он успел до дня выборов съездить в Украину под предлогом празднования 60-летия освобождения Украины от фашистской оккупации, что было расценено как прямая политическая поддержка В. Януковича и, кроме того, В. Путин поздравил после первого тура голосования В. Януковича с победой на выборах, а победа улетела из рук, как выпущенный воробышек.

Россия жертвовала многим, чтобы поддержать неверно выбранную линию. Мы отменили взимание НДС на поставляемую в Украину нефть, что дало нашей соседке прямую денежную выгоду в размере 1 млрд долларов. Мы уступили упорству Киева, который настаивал на подписании Соглашения о демаркации сухопутной границы и в то же время категорически отказывался искать взаимоприемлемого решения о морских границах с Россией, претендуя на полный контроль над Керченским проливом. Украина намеренно раздувала конфликтную ситуацию вокруг крошечной песчаной косы Тузлы, расположенной при входе в Керченский пролив, требуя признания украинского суверенитета над ней.

Украина недвусмысленно заявила, что не намерена больше продлевать срок аренды военно-морской базы в Севастополе, который заканчивается в 2017 году. Вокруг нашего флота в Севастополе постоянно нагнетается нетерпимая обстановка, раз за разом украинские власти отбирают у российских моряков маяки, полигоны, компоненты флотской инфраструктуры (бани, пекарни и т. д.), земельные участки. Осенью 2007 года Киев вообще сделал официальное заявление, что не позволит нашему флоту выходить в открытое море, если не получит полной и исчерпывающей информации о цели, сроках похода. В этом предупреждении сказано, что Украина не разрешит нашему флоту участвовать в каких-либо военных действиях против третьих стран. Демарш Украины последовал сразу после того, как отряд российских военных кораблей впервые после долгого перерыва вышел в просторы Мирового океана.

Можно было бы долго перечислять ступени недружественной эскалации напряженности в отношениях между Россией и Украиной, но нельзя не затронуть вопроса о поставках российского газа в Украину. В самых общих цифрах ситуация выглядела следующим образом: через газопроводы, проходящие по территории Украины, мы поставляем в Западную Европу 125 млрд кубометров природного газа. Примерно 25 млрд кубометров мы платили натурой Украине за прокачку газа в Европу. Но вот эта самая плата «натурой» оказалась многолетней финансовой ловушкой для России. В то время как наши западноевропейские партнеры получали газ по цене 160 долларов за 1 тыс. кубов (с 1.1.2006 г. по 255 долларов), Украина получала такой же газ по цене всего в 50 долларов за 1 тыс. кубометров. Все предыдущие годы не прекращались скандалы вокруг темы так называемого несанкционированного изъятия газа из трубопроводов, т. е. прямого воровства. Только в начале 2006 года, когда антироссийский курс Украины стал очевидным, Россия устами В. Путина вдруг вспомнила о своих чудовищных потерях и поставила вопрос ребром: либо Украина платит за газ по рыночным ценам, либо мы будем жаловаться европейцам, что Украина мешает их теплоснабжению. Общие убытки «Газпрома» в отношениях с Украиной оценивались в 5 млрд долларов.

Никто не может вразумительно объяснить, почему Россия столь расточительно строила свои отношения до 2006 г. и почему вспомнила об этом только в середине второго срока администрации В. Путина. Сам российский президент однажды сказал журналистам, что, дескать, Россия субсидировала экономику соседних стран для укрепления их независимости и демократии (!?). После таких слов впору схватиться за голову — хоть стой, хоть падай!

Размеры газовых долгов Украины — кроссворд, не поддающийся разгадке. Подсчеты, проведенные с участием третьих сторон, дали цифру в 2,5 млрд долларов, а после того как над этой проблемой «поработал» В. Черномырдин, цифра съежилась до 1,5 млрд, да и эти средства мы получили не живыми деньгами, а старыми самолетами стратегической авиации «ТУ-95» и «ТУ-160», которые остались в момент распада СССР на украинской территории.

18 декабря 2007 года Верховная рада Украины поручила формирование правительства Юлии Тимошенко. В его состав вошли министры, за которыми давно тянется слава противников России. В. Янукович, который длительное время еще оставался на посту премьер-министра, отправлен в отставку, и теперь для дрейфа Украины на Запад нет никаких препятствий. Сами нынешние руководители украинского правительства называют свой курс в отношении России «вечным невозвращением».

Апофеозом коллапса российской политики на украинском направлении является признание В. Путина, сделанное им в беседе с В. Януковичем в его последний приезд в Москву в июне 2007 г., когда наш президент сказал: «Я не могу разобраться в хитросплетениях политического кризиса на Украине. У вас нет оппозиции, у вас все у власти. Кто у вас оппозиция? Я что-то никак не могу разобраться». Эти слова — приговор бестолковщине всей российской политики на украинском направлении.

Отношения между Россией и Белоруссией правильнее всего характеризовать как застой на политическом фронте и последовательное укрепление торгово-экономических и гуманитарных связей. В 1996 году, когда Б. Ельцину понадобилось выбросить какой-то привлекательный, окрашенный патриотизмом внешнеполитический проект накануне предстоявших президентских выборов, он пригласил А. Лукашенко в Москву и они вместе на Соборной площади Кремля в присутствии Святейшего Патриарха Алексия П, под колокольный звон объявили о намерении создать единое Союзное государство России и Белоруссии. Это вызвало мощный взрыв энтузиазма в обеих странах. В самом деле: в Белоруссии население на 98 % говорит по-русски, у нас одна история, одна судьба. Население в обеих странах православное, и духовное поле единое — Белорусская Православная церковь подчиняется Московской патриархии. Экономически мы неразрывно связаны друг с другом. Белоруссия в советские времена была своеобразным «сборочным цехом» СССР. Даже сейчас большегрузные автомобили марок «БелАз» и «МАЗ» на 70 % состоят из комплектующих, производимых на российских предприятиях. Белоруссия является вторым (!) нашим партнером во внешней торговле, уступая только Германии. По ее территории проходят магистральные нефтепроводы и газопроводы, по которым мы отправляем в Западную Европу более половины нашего экспорта нефти (более 100 млн тонн) и 20 % нашего экспорта газа (23 млрд кубометров).

У нас с Белоруссией существует единое оборонное пространство, мы совместно охраняем наши границы, мы несравненно дальше продвинулись в создании единого экономического пространства, чем с каким-либо другим государством. Пассажиров, пересекающих российско-белорусскую границу, не беспокоят таможенные или миграционные власти, белорусские граждане пользуются в России практически такими же правами, как и россияне. Казалось бы, есть все основания для завершения строительства единого государства. Однако есть самая «малость», которая застопорила весь объединительный процесс. Она заключается в определении статуса Белоруссии в будущем Союзном государстве и в судьбе руководителей обоих государств. Неосторожное заявление В. Путина о том, что Белоруссия должна войти в состав России на правах обыкновенного субъекта Федерации, вызвало открытое неприятие со стороны руководства Белоруссии. В самом деле, если «новые русские» научились любить свой суверенитет и извлекать из него свою пользу, то надо понимать, что и «новые белорусы» успели почувствовать вкус суверенитета.

В социально-экономических моделях, сложившихся в наших странах, есть заметные различия. Россия, где прошла «дикая приватизация», имеет очень высокий уровень частного сектора в экономике. В Белоруссии приватизация идет гораздо более медленными темпами, по общемировым стандартам (без ваучеризации и залоговых аукционов), при аудиторской оценке стоимости имущества и оплате его наличными средствами. У них и сейчас больше половины ВВП производится на государственных предприятиях. Кремль попробовал нажать на белорусских партнеров, требуя ускорения выравнивания характеристик национальных экономик, заявляя, что, дескать, сначала надо углубить приватизацию, а потом думать о политическом союзе. Всем памятна знаменитая фраза В. Путина: «Мухи отдельно, котлеты отдельно!». В Белоруссии ее расценили однозначно — как желание российских толстосумов, у которых имеются огромные денежные ресурсы, скупить активы белорусских предприятий, Когда белорусская сторона предложила «Газпрому» купить акции «Белтрансгаза» по рыночной цене, за 5 млрд долларов, то в ответ получила «газовую атаку» в виде резкого повышения цен на поставляемый в Белоруссию газ, что сильно испортило наши отношения. Российский бизнес и политика часто идут не в ногу, мешают друг другу, что мы видели на примере Украины,

— этот феномен повторился и в российско-белорусских отношениях. Стратегию путают с сиюминутными выгодами, национальные интересы государства с клановыми прибылями. Нам следовало бы брать пример с американцев, где бизнес никогда не перечит общегосударственным интересам. Если, например, Вашингтон объявляет блокаду Кубе или какому-то другому государству, то никакая коммерческая структура, независимо от ее размеров и влияния, не осмелится действовать вопреки принятому решению. Нигде в мире экономические соображения не принимались всерьез, когда речь шла о крупных объединительных процессах. ФРГ и ГДР, Северный и Южный Йемен, Северный и Южный Вьетнам, Китай и Гонконг и т. д. и т. п. — нигде экономика не стала препятствием для объединения.

Сейчас объединительный процесс между Россией и Белоруссией находится в состоянии очевидного застоя. Разработанный до деталей Конституционный акт (замена Конституции) лежит без движения несколько лет, собирается время от времени Высший государственный совет, в который входят от каждого государства по четыре человека (глава государства, премьер-министр и два председателя палат парламента), чтобы только отметиться, что он еще жив. Вместо полнокровного Союзного парламента действует «бесполое» Парламентское собрание России и Белоруссии. Первоначально думали создать Совет министров Союзного государства, но до сих работает его «эрзац» в виде Постоянного комитета Союзного государства во главе с небезызвестным Павлом Бородиным.

Время работает против идеи объединения России и Белоруссии. С каждым годом становится все меньше людей, которые жили в едином государстве СССР и помнят преимущества той жизни, в активный возраст входят новые поколения, для которых объединение с Россией не является приоритетной целью. Российские средства массовой информации по разным причинам внесли свой огромный разрушительный вклад в дело дискредитации идеи объединения России и Белоруссии. Если всем противникам идеи Союзного государства удастся добиться своей конечной цели, то это будет вторым крупнейшим политическим поражением России в ближнем зарубежье. Чтобы переломить нынешнюю стагнацию, видимо, придется дождаться смены нынешнего поколения руководителей в России и Белоруссии.

Похоже, что надолго испорчены и наши отношения с Молдовой, камнем преткновения в которых остается проблема Приднестровской республики, самопровозглашенной и никем не признанной, но сохраняющей свою живучесть уже в течение 17 лет. На территории Приднестровья находились крупные склады вооружения и военного имущества бывшего СССР, перешедшие в собственность России, и до сих пор там сохраняется небольшой контингент военнослужащих РФ, которые охраняют эти склады. Руководство Молдовы полагает, что присутствие этого воинского контингента и политическая поддержка со стороны России Приднестровья являются единственным препятствием для воссоединения страны, поэтому настойчиво ищет союзников для выдавливания России из этого региона. После победы «оранжевой революции» в Украине Кишинев получил важного союзника. Все западные страны уже давно и настойчиво требуют от России убраться из Приднестровья в соответствии со Стамбульскими соглашениями от 1999 года. Запад простил Молдове все ее внешние долги как наиболее бедному государству и упорно тянет ее в НАТО.

Россия не может определить свою конечную цель, а следовательно и линию для ее достижения, в этом регионе. Мы растягиваем как можно дольше эвакуацию военных грузов из Приднестровья, потому что их охрана остается единственным оправданием для присутствия там наших военнослужащих. Мы создаем искусственные конфликты в отношениях с Молдовой вроде запрета импорта на их дешевые вина в Россию под предлогом их несоответствия нашим санитарным нормам. За этим просматриваются клановые интересы российского бизнеса, прежних импортеров отстранили, а новых не создали. Кто-то под предлогом погашения молдавских долгов использует время для приобретения в этой республике хозяйственных активов. Сколько времени продлится такая неопределенность, сказать трудно, но скорее всего Россия окажется вынужденной уйти из Молдовы и Приднестровья. Частный российский бизнес успеет захватить какие-то куски собственности, но государственная политика, безусловно, окажется скомпрометированной.

Еще хуже сложились наши отношения с Грузией. Снова, как и в случае с Молдовой, «притчей во языцех» оказались две самопровозглашенные и непризнанные республики — Абхазия и Южная Осетия. Россия столкнулась с тем фактом, что после 1991 все грузинские правительства оказывались крайне антироссийскими. Почти два века Грузия входила в состав Российской Империи и СССР и пользовалась огромными преимуществами, вытекавшими из ее географического положения (знаменитая «монополия» на цветочную, фруктовую продукцию, привилегированное место отдыха и т. д.) и политической исключительности в силу присутствия в советском руководстве таких фигур, как И. Сталин, Л. Берия, С. Орджоникидзе и др. Легкое приобретение независимости вскружило голову новым руководителям Грузии. Никогда не угасавший национализм полыхнул обжигающим огнем. От Грузии отшатнулись Аджария, Абхазия, Южная Осетия, напуганные великодержавием Тбилиси. Отколовшиеся национальные окраины стали искать моральной поддержки и обыкновенной помощи у России, больше обращаться было не к кому.

Россия оказалась перед дилеммой: поддерживать единство Грузии или активно работать на укрепление отделившихся автономий. Решить эту проблему Россия не сумела, как тот буриданов осел, умерший от голода только потому что не мог решить, из какой охапки сена — правой или левой — надо есть. До сегодняшнего дня официально, на международно-правовом поле, Россия рассматривает Грузию как единое государство. Был даже период, когда Россия объявляла бойкот Абхазии и закрывала свою границу с ней, и открыла ее только по соображениям гуманитарного характера. Но в практической политике Россия оказывает поддержку властям непризнанных республик, она ведет с ними торговые операции, участвует в восстановлении путей сообщения, гарантирует спокойствие и неприкосновенность их границ путем дислокации (по трехсторонней договоренности между Грузией, Россией и властями непризнанных республик) российских воинских миротворческих контингентов.

Более 180 тыс. жителей Абхазии и Южной Осетии приняли российское гражданство, тем самым российские власти взяли на себя ответственность за их безопасность. Но в то же время все попытки властей непризнанных республик добиться принятия их в состав России были встречены ледяным молчанием со стороны Москвы, что порождает среди населения этих «государств» чувство неуверенности в своем будущем и недовольство непредсказуемой политикой России. Люди, принявшие российское гражданство, не чувствуют себя полноправными гражданами России, потому что на них не распространяются многие права и льготы, которыми пользуются жители коренной России (например, они не могут рассчитывать на получение материнского капитала в случае рождения второго и последующих детей).

Грузинскому президенту М. Саакашвили удалось сломить сепаратизм в Аджарии и восстановить в Батуми власть центрального правительства, потому что у Аджарии нет общей границы с Россией, но все попытки повторить этот сценарий в Абхазии и Южной Осетии терпят пока провал, что только увеличивает конфликтный накал в отношениях между Грузией и Россией. Грузинское правительство все усилия на международной арене направляет на то, чтобы добиться замены российского миротворческого контингента в Абхазии и Южной Осетии на международные силы, полагая, что таким образом удастся «кнутом или пряником» заставить мятежные автономии вернуться под власть Тбилиси. Но этот вариант сопряжен с опасностью серьезной гуманитарной катастрофы из-за накопившегося груза национальной непримиримости.

Решение США и западных держав добиться полной государственной независимости от Сербии для Косова может оказаться прецедентом для решения вопроса и о других непризнанных государствах мира, в том числе и находящихся на территории Грузии.

Российские войска, ранее дислоцированные в Грузии, после длительной и крикливой кампании, инсценированной М. Саакашвили, с требованием их скорейшего вывода, покинули грузинскую территорию и частично перебазировались в Армению, оставшуюся последним надежным партнером России в Закавказье, а частично вернулись на родину. Чем дольше тянется период конфликтности и неприязни между Грузией и Россией, тем хуже для народов обеих стран. Закрепляются стереотипы непримиримости, новые поколения впитывают в себя желчь противоречий. В нынешней Грузии даже те политические силы, которые настроены оппозиционно по отношению к М. Саакашвили, не выступают за нормализацию отношений с Россией.

Отношения с Азербайджаном носят натянутый, но внешне бесконфликтный характер. Россия не сможет забыть, что в годы двух чеченских войн эта республика использовалась сепаратистскими боевиками для отдыха, лечения, связей с арабскими странами. За последние годы Баку стал опорным пунктом для политики США в Каспийском регионе. Там берет начало стратегический нефтепровод Баку — Джейхан, который построен, чтобы обеспечить выход нефти из этого региона на Запад, минуя российские проводные системы. Одно время активно муссировались слухи о возможности размещения на Апшеронском полуострове военно-воздушной базы США. Они основаны на том, что США сразу после 1991 г. объявили Каспийскую впадину зоной своих жизненных интересов, а по оценкам западных экспертов запасы нефти и газа в прикаспийском регионе уступают только зоне Персидского залива.

Поскольку Россия выбрала Армению в качестве своего опорного пункта в Закавказье, то одно это определяет антироссийскую позицию Азербайджана. Постепенно из наиболее недружественных по отношению к России постсоветских государств стал даже формироваться своеобразный блок, названный ГУАМ (Грузия, Украина, Азербайджан, Молдова). Пока его контуры недостаточно четко определены, но он чем-то напоминает ушедшую в историю Малую Антанту («сердечное согласие»), которая в 20–30 е годы XX века была призвана сыграть роль «санитарного кордона», отделявшего Советскую Россию от Западной Европы. Любые антироссийские инициативы неизменно получают поддержку с Запада, что и происходит с блоком ГУАМ.

В Средней Азии общей тенденцией в политике новых государств является четко обозначившееся стремление уйти от односторонней ориентации на Россию, найти новых партнеров в лице Запада, Китая и Ирана. Особенно это заметно на примере Казахстана. Нурсултан Назарбаев — пожизненный президент Казахстана — перенес столицу страны из Алма-Аты в город Астану (бывший Целиноград), чтобы сконцентрировать административный аппарат, силовые структуры в тех местах, где раньше было почти монолитное русское население (оно составляет 30 % всего населения Казахстана). Выдавливание всего русского из общественно-политической жизни страны идет последовательно и неуклонно. Русские практически устранены из управленческих структур, их представительство в законодательных органах сведено к минимуму, все государственное делопроизводство к 2010 году будет переведено на казахский язык.

Российский капитал в Казахстане занимает всего лишь пятое место, после США, Южной Кореи, Великобритании и даже Нидерландов. Если раньше (до 2004 г.) Казахстан отправлял на Запад 32 млн тонн нефти (из общего объема добычи более 50 млн тонн) через российские нефтепроводы, то сейчас построен и открыт прямой нефтепровод Казахстан — Китай пропускной способностью в 20 млн тонн в год. Казахстан участвует в финансировании нефтепроводного проекта Баку — Джейхан, чтобы иметь альтернативный путь для вывоза своей нефти на Запад.

С помощью США Казахстан строит военно-морскую базу на Каспийском море в порту Актау. Не прекращая посылать своих военных курсантов на учебу в Россию, Назарбаев направляет также своих специалистов в США, Китай, Индию и Турцию для получения высшего военного образования. Казахстан участвует в войне в Ираке на стороне США и их союзников, послав в эту ближневосточную страну 32 военнослужащих — специалистов по минному делу. Когда во время интервью с министром обороны Казахстана Мухтаром Алтынбаевым (2004 г.) ему был задан вопрос о роли американцев в Средней Азии, он ответил: «Пока американцы в Средней Азии играют в целом позитивную роль, ну а что будет дальше, покажет время». Со своей стороны США в знак благодарности и признательности за такую тихую, но удобную для США политику, закрывают глаза на все нарушения демократии, которые происходят на каждом шагу в Казахстане. Отметятся для галочки двумя-тремя «осуждающими» фразами, и дальше молчок.

Россия продлила в 2004 г. срок аренды космодрома в Байконуре до 2050 года, по стабильной плате в 115 млн долларов в год; со своей стороны мы построим на заводе им. М.В. Хруничева первый казахский геостационарный спутник связи. В целом отношения с Казахстаном носят прагматический характер и строятся на взаимовыгодной основе.

До 2005 года Запад рассматривал Узбекистан в качестве своего основного партнера в Средней Азии, что соответствовало также интересам Ислама Каримова, который, не колеблясь, предоставил США военно-воздушную базу на своей территории «для борьбы с международным терроризмом». Но случилось непредвиденное: в мае 2005 года в Андижане, столице Ферганской долины, вспыхнули массовые антиправительственные выступления, переросшие в уличные беспорядки и попытки силового захвата правительственных зданий. Войска и силы МВД применили оружие и открыли огонь на поражение, что привело к многочисленным жертвам среди мирного населения. Общественность так никогда и не узнала об общем количестве погибших, но западные источники говорили о более 500 убитых и 2 тыс. раненых. Характер выступления также трактовался противоречиво. Правительство утверждало, что имело место выступление исламистских радикалов, в то время как западники говорили, что речь шла о попытке очередной «оранжевой революции» в защиту демократии и прав человека.

Шквал обвинений со стороны Запада в адрес президента Узбекистана И. Каримова в нарушении демократии привел к тому, что узбекское правительство предложило американцам убраться из страны, военно-воздушная база США была закрыта, и Ташкенту ничего другого не осталось, как опереться на Москву, которая благоразумно помалкивала, понимая, что ей без особых усилий представилась возможность укрепить свои позиции в регионе.

После смерти 21 декабря 2006 года пожизненного президента Туркменистана Сапармурата Ниязова (Туркменбаши), проводившего невразумительную политику изоляции своей страны от внешних влияний, наметились положительные перемены в политике Туркменистана по отношению к России. Новое руководство в лице президента Турбангулы Бердымухаме-дова стало действовать более открыто. Было подписано новое соглашение о транспортировке туркменского газа в Европу через российскую трубопроводную систему, достигнуты договоренности о цене прокачки газа и о его поставках в Россию в те регионы, куда легче и проще доставить туркменский газ.

С Таджикистаном Россию связывают более тесные узы. В 90-е годы российские воинские части, дислоцированные в этой республике, помогли положить конец кровопролитной гражданской войне и утвердить у власти нынешнего президента Эмомали Рахмонова. Спасаясь от кошмара братоубийственного конфликта, в Россию хлынула мощная волна эмиграции, сейчас в РФ проживают более 500 тыс. таджиков. Большинство из них занято на строительных работах, но, увы, часть оказалась вовлеченной в наркобизнес, который стал процветающим промыслом в Таджикистане,

Соседний Афганистан, после вывода оттуда советских войск, превратился в основного производителя в мире опиумного мака. По оценкам экспертов ООН на долю Афганистана приходится сейчас 95 % производства героина в мире. США, активно подавляющие производство и торговлю наркотиками в западном полушарии, где оно представляет серьезную угрозу для здоровья населения США, совершенно безучастно к разрастанию наркотической угрозы, исходящей из Афганистана. Ведь афганские наркотики распространяются в первую очередь через Таджикистан в Россию, через Иран в Турцию и на Балканы и на юг через Пакистан и Индию, т. е. поражают народы, которые должны быть ослаблены в интересах США.

Россия была вынуждена уступить просьбам властей Таджикистана и снять свои пограничные войска с афган о-таджикской границы, что устранило основные препятствия на пути наркотранзита в Россию. Поезда и самолеты, прибывающие из Душанбе, стали самыми проблемными для наших таможенников и миграционных служб. Повышенная терпимость российской власти к наркотической угрозе, возможно, объясняется тем, что крупный российский бизнес имеет большие интересы в горнорудной промышленности Таджикистана и особенно в производстве алюминия.

В самой далекой и самой бедной республике — Киргизии, являющейся к тому же политически очень нестабильной из-за непрекращающейся борьбы кланов за власть, позиции России относительно устойчивы. Большое беспокойство в Москве вызвало появление в 2002 году в Киргизии американской военно-воздушной базы, но тогдашний президент Аскар Акаев быстро компенсировал образовавшийся перекос тем, что предложил России создать свою собственную базу ВВС в местечке Кант в 30 километрах от столицы Бишкека и всего в 20 км от американской военно-воздушной базы. Так и живут бок о бок партнеры-соперники, не особо вмешиваясь в бурную политическую жизнь Киргизии, где в 2005 г. был свергнут президент Аскар Акаев, и с тех пор ситуация остается чреватой потрясениями.

В целом все центральноазиатские страны в своих нынешних отношениях с Россией лучше всего характеризуются словами известной песни В. Высоцкого: «И не друг, и не враг, а так…».

Даже краткий обзор внешней политики России во времена администрации В. Путина свидетельствует о том, что Россия в значительной степени восстановила свою весомую роль в мировых делах. Ее голос перестал быть просительным и заискивающим, как во времена Б. Ельцина, когда судьба власти зависела напрямую от того, дадут ей очередной заем на Западе или нет. О России заговорили на Западе с уважением и даже некоторым страхом. Очень влиятельный американский журнал «Тайм» избрал В. Путина Человеком года — 2007 с мотивировкой «За укрепление стабильности и повышение роли России в мире». Вполне заслуженно!

Карман, полный денег, делает высокомерными и заносчивыми большинство представителей класса «новых русских». К сожалению, иногда задиристые нотки слышны и в речах российских руководителей, склонных к тому, чтобы похвастаться и погрозить. Полезнее и практичнее было бы проявлять сдержанность, в духе православного христианства. Нам пока, честно говоря, нечем особо хвастаться и нечем грозить. Неплохо брать пример с Китая, который говорит много меньше, а делает несравненно больше.

Если в дальнем зарубежье российские позиции можно считать восстановленными, то, к сожалению, наша внешняя политика в постсоветских государствах в целом потерпела больше провалов, нежели одержала побед. По существу так и не была выработана стратегическая линия поведения в ближнем зарубежье. Семь бывших союзных республик из 15-ти — три Прибалтийские и государства-члены ГУАМ — занимают откровенно антироссийские позиции. Отношения с остальными имеют свои плюсы и минусы, но мы не можем найти среди них действительно надежного и верного союзника. Российская социально-экономическая модель не оказалась достаточно привлекательной, чтобы вызвать симпатии широких народных масс в сопредельных государствах и тем самым оказать давление снизу на правящие круги постсоветских государств. Более того, Россия нередко является убежищем для тех политических деятелей из стран ближнего зарубежья, которые оказались отвергнутыми по тем или иным причинам народами своих стран. В Москве осели бывший президент Азербайджана А. Муталибов, бывший президент Киргизии А. Акаев, бывший руководитель Аджарии Аслан Абашидзе и многие другие. Остается надеяться, что те программы развития, тот рост народного благосостояния, те параметры духовного подъема, которые намечаются сейчас на ближайшие годы в России, превратят нашу страну в широкоформатную региональную державу.

От наемного менеджера до национального лидера

Простого взгляда на историю России достаточно, чтобы понять, что В. Путин совершил одну из самых головокружительных по скорости карьер в условиях спокойного мирного времени, без войн и революций. Он сам сказал о себе в интервью американскому журналу «Тайм» 20 декабря 2007 г.: «Я приехал в Москву из Петербурга летом 1996 года, в августе. Через три года, в августе 1999-го, я стал уже Председателем правительства России. А еще через полгода стал президентом. Ведь я приехал в Москву в 1996 году, у меня не было каких-то больших связей, друзей, на которых я мог опереться, нет. Мне кажется, что все это произошло потому, что близкие люди первого Президента России господина Ельцина осознали, что я буду абсолютно искренне и с полной отдачей сил исполнять эти обязанности, буду честен по отношению к первому президенту…». Такого молниеносного взлета на вершину политической власти в мирных условиях Россия еще не знала. Такой феномен возможен в стране с инфантильным гражданским сознанием большинства населения, неразвитостью общественно-политических институтов и бесконтрольной исполнительной властью. Выборы преемника заменяются назначением. Такая процедура чем-то напоминает решение Петра I, когда он заменил традиционный порядок престолонаследия в России (по старшинству по мужской линии) на произвольное назначение очередного монарха по завещанию действующего.

Скромный петербургский чиновник В. Путин, оказавшийся в Москве без крупного состояния, без поддерживающей его политической силы, без связей, должен был чем-то привлечь внимание Б. Ельцина. За спиной у В. Путина было тяжелое поражение на выборах его учителя и покровителя А. Собчака, претендовавшего на второй срок в качестве губернатора Санкт-Петербурга. Единственное, чем он мог завоевать доверие и войти в Семью, была демонстрация преданности и надежности (кроме рекомендаций А. Собчака). Такой шанс представился ему на посту директора ФСБ, когда он организовал ловушку-западню для строптивого Генерального прокурора РФ Ю. Скуратова, заманив последнего в общество женщин более чем легкого поведения, засняв все происходившее там скрытой телевизионной камерой и показав эту компрометирующую пленку по федеральным каналам телевидения. Один из опасных противников Б. Ельцина был, таким образом, политически уничтожен.

Вскоре возникла другая смертельная опасность для агонизирующего Б. Ельцина: коммунисты, располагавшие тогда, в 1999 году, большим числом голосов в Государственной думе, решили начать процедуру импичмента, т. е. насильственного отрешения действовавшего президента от власти. Против Б. Ельцина было выдвинуто пять пунктов обвинений. Ему инкриминировали государственную измену в форме Беловежских соглашений, приведших к распаду СССР, расстрел в октябре 1993 г. здания Верховного Совета и насильственный захват власти, самовольную кровавую военную операцию в Чечне, развал обороноспособности страны, геноцид российского народа. Обстановка в Государственной думе была такова, что решение о начале процедуры импичмента могло быть принято с большой степенью вероятности. Тогда В. Путин вновь оказал бесценную услугу Б. Ельцину: именно юристы и аппарат ФСБ разработали правовую аргументацию в защиту Б. Ельцина. Кроме этого в ход были пущены все дозволенные и недозволенные методы давления на депутатов, чтобы склонить их голоса на сторону президента. Главными были подкуп и угрозы. С огромными усилиями ситуацию удалось спасти, но эта «Пиррова победа» стала предпосылкой для «добровольной» отставки Б.Ельцина в декабре 1999 года.

Эти события выделили В.Путина из числа многих других претендентов на роль преемника (ими были на разных этапах Б. Немцов, С. Степашин, С. Кириенко и др.). Скромность, эффективность и преданность были на том этапе главными козырями В. Путина. Преданность Б. Ельцину никогда не была поколеблена до самой смерти последнего. Уже говорилось, с какой помпой В. Путин отмечал 75-летие своего патрона в Георгиевском зале Большого Кремлевского дворца, наградив его высшим орденом «За заслуги перед Отечеством» I степени. Похороны Б. Ельцина со стороны власти были обставлены с явными переборами в сторону оказания почестей. Гроб с телом покойного был установлен в Храме Христа Спасителя, где его отпевали не как усопшего раба Божьего Бориса, а как первого Президента Российской Федерации. На Новодевичьем кладбище, где был похоронен Б. Ельцин, состоялся полный светский ритуал прощания, как с Верховным Главнокомандующим. Покойник собрал воедино и православный, и воинский ритуал. А. Солженицын отмечал позже, что вряд ли такой церемониал будет повторен при прощании с другими главами российского государства.

В 2007 году В.Путин подписал Указ о создании специального книгохранилища под названием Президентская библиотека, где будут храниться в электронном виде уникальные архивные материалы по истории нашего государства. Она разместится в Санкт-Петербурге, в историческом здании Синода на Сенатской площади. Филиалы библиотеки будут открыты во всех регионах страны, но самое поразительное, что эта библиотека будет носить имя Бориса Ельцина, человека никогда не читавшего книг и вообще малообразованного.

В. Путин проявляет трогательную заботу о вдове А. Собчака Л. Нарусовой. Хорошо это или плохо? Нынешнее поколение россиян в своем большинстве крайне негативно относится в фигуре Б. Ельцина, скорее всего и в историю нашего государства он войдет как антигерой, но ведь когда-то мы должны прервать отвратительную традицию поливать грязью свергнутых или ушедших по воле Божьей в мир иной правителей нашего государства. Наверное, правильнее будет следовать русской народной поговорке: «О покойниках говорят либо хорошо, либо ничего!». Автор сказал все, что думал о Б.Ельцине в книге «Крестный путь России. 1991–2000 гг.», которая вышла еще при жизни первого Президента РФ. Добавить больше нечего.

В. Путин в первые год-два своего пребывания в Кремле чувствовал себя довольно неуверенно. Он тогда часто повторял о себе, что является не более чем «нанятым менеджером», «судьей на спортивном поле, призванным следить за соблюдением правил игры», но с самого начала стал активно приглашать на важные государственные посты людей, с которыми был связан деловыми и дружескими отношениями в период работы в Санкт-Петербурге. Так в мае 2000 года Герман Греф был назначен Указом президента на пост министра экономического развития и торговли. В том же месяце пост заместителя Председателя правительства и министра финансов РФ получил Алексей Кудрин. Эта пара все восемь лет администрации В. Путина составляла его опору в «экономическом блоке» правительства. За ними потянулись и другие, постепенно создавая партию питерцев в Москве. Чтобы не загружать читателя деталями этого процесса, рекомендую вниманию самых любознательных из них две работы А. Мухина «Правители России. Старая площадь и Белый дом» (М., 2005 г.) и «Путин: ближний круг Президента» (М., 2005). Там собраны сведения о большинстве ныне влиятельных российских чиновников, приглашенных тогда из Питера. В основном это ранее неизвестные люди, в подавляющем большинстве русские по национальности. Они последовательно начали теснить политиканствовавших бизнесменов из кругов «семибанкирщины» (Б. Березовский, В. Гусинский. М.Ходорковский и пр.).

Практика формирования правящих элит из числа лично преданных людей является общепринятой в государствах, где нет устоявшихся институтов демократической власти, где многое, если не все, решается за кулисами официальной политической жизни. Смена советской модели на формально демократическую ничего не поменяла в технологии власти: при Л. Брежневе мы говорили о «днепропетровской» мафии, при Б. Ельцине о «екатеринбургской», при В. Путине о «питерской».

Для укрепления позиций питерской группировки, а вместе с нею и усиления власти В. Путина было два немаловажных условия. Новый класс российской буржуазии еще не сформировался в полной мере как единая общественно-политическая сила. Его рождение целиком зависело от государственной власти, которая раздавала имущество и выдавало патенты на новый социальный статус. В толпе жаждущих получить свое «место под солнцем» чаще вспыхивали внутривидовые скандалы и разборки, нежели формировалось единое классовое сознание. Это помогало Кремлю устанавливать контроль в этом секторе российского общества.

С другой стороны, основная часть населения России, доведенная до крайности физического истощения и морально-нравственной усталости в результате полосы «перестроек и реформ», была готова поддержать любую политическую силу, которая гарантировала бы передышку и стабильность.

Экономический фундамент феномена В. Путина как «национального лидера» создан, разумеется, неудержимым ростом цен на энергоносители (нефть и газ), которыми по воле Божьей оказалась богата Россия. Эксперты подсчитали, что за период с 2000 по 2007 наша страна получила от экспорта нефти, газа и нефтепродуктов около 1 триллиона долларов. За годы администрации В. Путина цены на нефть на мировом рынке выросли в четыре раза. Это колоссальное богатство позволило правительству залатать большинство дыр, из которых в основном и состояло одеяние России в момент прихода в Кремль В.Путина. Удалось снять с шеи удавку внешнего долга, решить самые неотложные социальные проблемы в виде некоторого повышения зарплат, пенсий, запуска так называемых «приоритетных национальных проектов», несколько оживить инвестиционную политику в промышленности.

Доходы от экспорта энергоносителей продолжают расти. В одном только 2007 г. они составят более 250 млрд долларов, а в 2008 году ожидается доход в сумме 290 млрд долларов. С полным основанием можно говорить, что на Россию в годы администрации В. Путина пролился настоящий золотой дождь. Недаром говорят православные люди, что Россия — это «удел Богородицы», и мы живем под ее Божественным Покровом.

Корреспондент журнала «Тайм», избравшего в 2007 г. В. Путина «Человеком года», задал ему ехидный вопрос: «Вы чувствуете, наверное, что вам везет, что у вас много нефти?». Обидевшийся В. Путин ответил: «Везет дуракам, а мы работаем с утра до ночи. Да, есть положительные внешнеэкономические факторы, но давайте вспомним: и во времена СССР цены на нефть и газ тоже взлетали до небес, а результата не было».

В этих словах есть немало лукавства: в советские времена больше половины экспортируемой нефти и почти весь газ направлялись в социалистические страны Восточной Европы по низким ценам, не имевшим никакого отношения к мировым. Даже главный нефтепровод по маршруту Минск — Варшава — Берлин назывался «Дружба». Потом Советский Союз нес немыслимо тяжелое бремя гонки вооружений, да и социальные программы в те времена были гораздо более затратными (взять хотя бы массовое строительство бесплатного жилья). В. Путин прав в том, что рост цен на энергоносители в 70-е годы XX века не был использован в должной мере советскими руководителями прежде всего для рывка в научно-технической области. Но мы не видим такого рывка и сейчас. Различного рода статистические игры, в результате которых Россия то объявляется восьмой экономической державой мира, то причисляется к одной из самых отсталых стран, напоминают нам все те же вирши Н. Некрасова: «Ты и убогая, ты и обильная, ты и могучая, ты и бессильная, матушка Русь».

В. Путин пришел к власти как востребованный обществом «решительный, волевой» человек. Люди вообще любят решительных политиков, помните, каким авторитетом пользовался покойный генерал А. Лебедь, внешне производивший впечатление несокрушимого медведя. Народы России до невозможности были утомлены властью расквашенного, больного Б. Ельцина и его червивого окружения. Всем хотелось порядка. Брошенный В. Путиным призыв «мочить в сортире» всех боевиков-сепаратистов нашел благодатный отклик в сердцах большинства людей. Все восемь лет своей администрации В. Путин жестко и неуклонно проводил в жизнь этот свой лозунг, который привел его к власти. Усмирение Чечни, силовое подавление всех очагов террористического подполья на Северном Кавказе и на всей территории страны проводились последовательно, невзирая на моральные издержки и потери человеческих жизней. Ему пришлось пройти через тяжелые испытания, связанные с крупными вылазками террористов, пытавшихся изуверскими методами сломить волю Кремля и заставить его капитулировать, принять их политические требования.

Одним из первых таких испытаний был захват 23 октября 2002 г. в Москве Театрального центра на ул. Дубровка. Тогда крупная банда террористов в составе более 40 человек, 19 из которых были шахидками-смертницами, взяла в заложники около тысячи ничего не подозревавших зрителей, пришедших посмотреть мюзикл «Два капитана». Зал был оцеплен бандитами, которые заминировали все помещение.

Провода от взрывных устройств были подведены к взрывателям, находившимся в руках у женщин-террористок. Длительные переговоры с бандитами, которые пытались вести представители общественности (врачи, артисты) не дали никаких результатов. Тогда было принято решение о применении спецсредств (усыпляющих газов) для нейтрализации террористов. Санкцию на такую крайнюю меру никто не мог дать, кроме высших властей страны. В результате подавляющее большинство заложников было освобождено, но очень дорогой ценой. Вместе с бандитами погибли и более сотни ни в чем не повинных мирных людей.

Прошло менее 2 лет, и 22 июня 2004 года, сразу после начала второго президентского срока В. Путина, террористы под руководством Шамиля Басаева совершили налет на столицу Ингушетии город Назрань, а также на город Карабулак и станицу Слепцовскую. Два последних удара носили явно отвлекающий характер, а основные трагические события развернулись в Назрани. Боевики предварительно вывели из строя телефонную связь в городе, затем, одетые в камуфляжную форму, блокировали все основные транспортные узлы (перекрестки) в городе. Начавшаяся ночью в центре города перестрелка, взрывы гранат, подняли на ноги все население. Работники правоохранительных органов, естественно, поспешили на свои боевые места и многие из них попали в ловушки: бандиты, действовавшие под видом патрулей, останавливали автомашины, требовали предъявить документы и, убедившись в том, что перед ними находились военнослужащие федеральных органов власти, тут же на месте расстреливали их. В ту ночь (годовщина начала Великой Отечественной войны) в городе было по официальным данным убито 98 человек и 104 ранено. Бандитами были захвачены многие здания государственных, в том числе правоохранительных, органов. В их руки попало много оружия и боеприпасов. Отбились от террористов только военнослужащие федеральной пограничной службы, которые сумели защитить себя, свой арсенал и документацию.

Самой масштабной по своим трагическим последствиям и моральному воздействию на все общество была акция боевиков по захвату школы N 1 в севе-ро-осетинском городе Беслане 1 сентября 2004 года. В тот день, воспользовавшись праздничной церемонией, посвященной открытию очередного учебного года, отряд вооруженных до зубов террористов, численность которого точно так и не была установлена (но более 20 человек) загнала в помещение школы свыше 1 тысячи человек, более половины составляли дети. Дерзость и неожиданность налета вызвали шок властей всех уровней. Очевидцы рассказывали о неразберихе, царившей в многочисленных «штабах», создаваемых на месте различными ведомствами. Требования террористов, переданные на магнитофонной пленке, были стандартными (вывод российских войск, предоставление независимости и т. д.). Центральная федеральная власть в переговоры с бандитами не вступала никогда и ни при каких обстоятельствах, иное поведение означало бы легитимизацию террористов, признание за ними некоего статуса равноправного переговорщика с вытекающими отсюда негативными последствиями как внутри страны, так и на международной арене.

К террористам приезжал бывший президент Ингушетии Руслан Аушев (поскольку большая часть террористов были ингушами), который попытался убедить отпустить детей, но безуспешно. В помещение школы заходили и другие люди, чтобы вынести тела расстрелянных бандитами людей, и т. д. Они могли видеть отчаянное положение заложников, которым не давали ни пищи, ни воды, они едва могли сидеть в переполненных помещениях, над их головами висели взрывные устройства. В нараставшей напряженности прошли почти три дня, и наконец ситуация переломилась. В школе раздались взрывы, которыми были сорваны крыша, выбиты окна. Оцепившие школу спецназовцы пошли на штурм и, когда все было кончено, глазам очевидцев предстала жуткая картина. Полуразрушенные, обгоревшие помещения были завалены трупами заложников, среди которых были и бандиты, и бойцы спецназа. Из общего числа погибших 333 человек более 180 были дети. 18 военнослужащих федеральных структур отдали свои жизни в этой драматической попытке спасти заложников. Бандиты все были убиты, кроме одного попавшего в плен, которого впоследствии суд приговорил к пожизненному заключению.

Не только Северная Осетия, но весь Северный Кавказ, вся Россия и весь мир содрогнулись от этого кошмарного преступления террористов. Может быть это злодеяние, жертвами которого стали дети, стало тем рубежом, за которым окончательно развеялась дымовая завеса «борцов за свободу и независимость», маскировавшая обычных террористов.

События в Беслане стали на многие годы источником сомнений по поводу того, все ли было сделано правильно, чтобы избежать таких массовых жертв. Созданная комиссия Совета Федерации и Государственной думы по расследованию событий в течение почти двух лет вела работу по установлению и оценке всех фактов той трагедии, но ее итог оказался блеклым и не удовлетворил многих. Он вылился в простой «Политический доклад», содержание которого не вышло за границы того, что было известно обществу и до начала работы комиссии. Более того, один из членов комиссии Юрий Савельев, депутат Госдумы от блока «Родина», отказался подписать доклад и опубликовал свое особое мнение, в котором он возложил большую долю ответственности за массовую гибель заложников на руководство федеральных сил.

Помнится, что в те дни сидевший в подполье в горах Чечни и выдававший себя за президента Чечни Аслан Масхадов выражал готовность прибыть (при условии полных гарантий безопасности со стороны российских властей) в Беслан для переговоров с террористами. Москва отмолчалась, руководствуясь все теми же соображениями — не вступать ни в какой официальный контакт с бандитами. Тогда подумалось, а почему бы Москве не переиграть в благородстве Аслана Масхадова, почему бы не дать ему возможность встретиться с террористами с главной задачей — добиться освобождения детей. Пообещать ему не только личную безопасность, но и гарантию в случае освобождения заложников доставить его в любую точку Чечни или за границу вместе со всеми участниками бандитского налета. «Воюйте, дескать, за свои «идеи», если они у вас есть, но без издевательства над здоровьем и жизнью детей». Москва бы выиграла от такого шага. Произошло то, что произошло. Прямолинейность, жесткость взяли свое.

Последним событием из серии крупномасштабных нападений боевиков можно считать попытку захвата столицы Кабардино-Балкарии город Нальчик 13 октября 2005 года. В тот день несколько крупных отрядов боевиков общей численностью более 200 человек одновременно штурмовали республиканский телецентр, гражданский аэродром, основные государственные учреждения, общежития милиции. Бои развернулись по всему городу. Средства массовой информации минимизировали подачу информации по этим событиям, чтобы не вызывать панических настроений в обществе. О размахе боевых действий говорят попавшие в прессу сведения о потерях обеих сторон. Бандиты потеряли убитыми 91 человек, 36 были взяты в плен. Военнослужащие силовых структур понесли также чувствительный урон: 24 человека погибли и 58 ранены. Досталось и гражданскому населению Нальчика: 19 убитых и 110 раненых. Ожесточенность и масштаб боевых действий говорили об организованности и высокой степени подготовки террористического подполья в Кабардино-Балкарии. То, что войскам и правоохранительным органам все-таки удалось отстоять город и нанести поражение нападавшим бандам, объясняется тем, что незадолго до этих событий в руки властей попали надежные сведения о готовившейся операции с указанием сроков и направлений главных ударов. Как потом выяснилось, атака на гражданский аэродром преследовала целью захватить пассажирские авиалайнеры и использовать их как тараны для атаки на атомные электростанции, по образцу и подобию террористов, напавших на башни-близнецы в Нью-Йорке 11 сентября 2001 г.

В октябре 2007 года в Верховном суде Кабардино-Балкарии начался беспрецедентный процесс против 59 боевиков и их пособников, обвиняемых по делу о нападении на город Нальчик. Аналогов данного процесса не было в российской судебной практике. Для него было специально построено здание судебных заседаний площадью 1500 кв. метров с залом, рассчитанным на 400 мест. Это здание примыкает к СИЗО и связано с ним крытой зарешеченной галереей-переходом. Подсудимые обвиняются не менее чем по десяти статьям Уголовного кодекса, в том числе в вооруженном мятеже. Уголовное дело состоит из 1300 томов и суду предстоит опросить 2 тыс. свидетелей и 400 потерпевших. Суд продлится несколько месяцев и вряд ли закончится к моменту выхода в свет этой книги, но приговоры будут без сомнения очень суровыми.

Этими крупными драматическими и трагическими событиями не исчерпывается угроза стабильности на Северном Кавказе. Они свидетельствует лишь о масштабности и живучести антиправительственного подполья. Террористы дают о себе знать практически ежедневно, совершая нападения на представителей правоохранительных органов, местные власти, российских военнослужащих. Ситуацию на Северном Кавказе можно сравнить с пожаром на торфяном болоте, когда не видно на поверхности открытого огня, но он полыхает под ногами и любой неосторожный шаг грозит окончиться фатально. Мы уже привыкли к сообщениям об актах насилия на Северном Кавказе, и все-таки общественность была потрясена информацией о том, что в ноябре 2007 года в лесах Чегемского ущелья в Кабардино-Балкарии были найдены трупы четырех охотников и пятерых егерей, которые случайно наткнулись на лагерь бандитов. Террористы разоружили мирных охотников, а затем хладнокровно расстреляли их в затылок, как делали фашисты. Были убиты даже охотничьи собаки. Проведенное расследование показало, что местные жители и раньше не раз натыкались на стоянки боевиков, численность которых не идет на убыль.

Несмотря на сохраняющуюся напряженную обстановку на Северном Кавказе, надо признать, что В. Путину удалось решить самую сложную и долгое время кровоточившую проблему собственно Чечни — эпицентра политических и военных проблем. Пожалуй, это единственный собственный проект, который ему удалось довести до конца. Почти 10 лет федеральные силы вели военные действия на территории этой республики. Они ставили своей целью сохранение территориальной целостности российского государства, восстановление конституционного порядка. Номинально боевики-сепаратисты сражались за независимость Ичкерии (так они называли Чечню) и установление исламского государства на базе шариатских законов. Но фактически в основе их действий была гремучая смесь из исторической вражды, накопившейся с времен покорения Кавказа, движения под руководством имама Шамиля, эксцессов Гражданской войны 1918-21 гг., кошмаров, связанных с мятежом чеченцев в годы Великой Отечественной войны и их насильственным выселением в 1944 г., и безответственного, провокационного призыва Б.Ельцина, бросившего в 1991 г. клич: «Берите столько суверенитета, сколько сможете проглотить!».

В Чечне сразу было создано свое правительство, провозгласившее разнузданный национализм основой своей деятельности. Началось беспрецедентно жестокое изгнание и уничтожение русского населения (в Чечне в 1991 г. проживало 250 тыс. русских). В 1994 г. Б. Ельцин в нарушение всех законов Российской Федерации бросил армию на подавление мятежа, но война приобрела затяжной, кровавый характер и закончилась через два года поражением российской армии и заключением Хасавьюртского перемирия — по нему Россия практически признала независимость Чечни, которая должна была быть оформлена в 2000 году. Но в 1999 году крупные отряды чеченских боевиков вторглись в Дагестан с целью оторвать эту республику от России. Расчет был на то, что обессиленная Россия не сможет противостоять новому наступлению экстремистов. Вот тогда-то и родился лозунг В. Путина «мочить всех террористов в сортире!», превративший его сразу в знаковую фигуру в политическом мире России. Хасавьюртское перемирие было тем самым перечеркнуто чеченскими боевиками, и началась вторая чеченская война со всеми ее жестокостями с обеих сторон.

Обстановка в Чечне изрядно осложнялась вмешательством внешних сил. Традиционные недруги России — США и страны Западной Европы — настойчиво травили Россию в международных организациях и в ходе любых переговорных процессов за жестокость и нелегитимность действий в Чечне. Западные СМИ и часть российских журналистов, кормившихся из западных ладошек, поливали грязью наши военные и гражданские власти, что придавало сепаратистско-бандитскому подполью в Чечне еще больше куража в продолжении бессмысленной бойни. Из многих арабских стран шла (под видом гуманитарной помощи) финансовая подпитка мятежников. Ряды боевиков пополнялись наемниками. Много горьких переживаний доставили события в Чечне В. Путину, он, как умел, отбивался от всех обвинений, но продолжал твердо вести свою линию на умиротворение республики. Через всего месяц с небольшим после первой инаугурации в качестве Президента РФ В. Путин назначил своим Указом чеченского муфтия Ахмата Кадырова на пост главы администрации Чеченской республики. Это был верный шаг, пусть чеченцы сами разбираются со своими делами.

В начале 2003 г. после укрепления позиций А. Кад ырова и относительной стабилизации обстановки в республике был разработан и вынесен на всенародный референдум проект новой Конституции Чечни. Ее основные положения сводились к следующему: Чеченская республика является единой и неделимой и составляет неотъемлемую часть территории Российской Федерации. Вооруженные силы на территории республики только те, которые предусмотрены Конституцией РФ. Граждане Чечни проходят воинскую службу в соответствии с федеральными законами. Никто не может содержаться в рабстве. Запрещается пропаганда насилия и порнографии (жестче, чем это говорится в федеральных законах). Прокурора Чеченской республики назначает Генеральный прокурор РФ по согласованию с Народным собранием Чеченской республики. Правосудие, как и вообще официальное делопроизводство, осуществляется на русском языке. Президент РФ может отрешить Президента Чеченской республики от власти, если его действия будут противоречить Конституции РФ и федеральным законам. Создается двухпалатный парламент: Совет Республики в составе 21 человек (по одному представителю от каждого из 18 административных районов плюс по одному представителю от городов Грозный, Гудермес и Аргун) и Народное собрание из 46 человек, избираемых напрямую по установленным квотам (не по партийным спискам). Парламент в полном составе имеет право выразить недоверие президенту и уволить его и его правительство, если за такое решение проголосуют две трети его состава.

На 23 марта 2003 г. было назначено проведение всенародного референдума по вопросу о принятии этой Конституции. В Чечне и в России началась невероятная суета и нервная активность.

Подал голос из подполья Аслан Масхадов, который на Западе почему-то считался «законным» президентом Ичкерии и сам себя полагал таковым же: он прислал в Москву своего эмиссара, некоего Саламбека Маигова, имевшего на руках присланные по факсу неизвестно откуда полномочия на ведение переговоров, Представитель российского правительства сразу же заявил, что Кремль не признает несуществующего государства, несуществующего президента и, следовательно, их эмиссара. Но С.Маигов получил возможность устроить пресс-конференцию в помещении газеты «Московские новости» (вечный оплот «демократов») и огласить требования Масхадова: вывести войска из Чечни, отложить проведение референдума и вести переговоры только с ним — Масхадовым. Было видно, что он уже утратил способность трезво оценивать изменившуюся в Чечне обстановку.

14 февраля 2003 г. политический комментатор телеканала НТВ Савик Шустер (гражданин США) организовал очередной сеанс ток-шоу под названием «Свобода слова», на которое пригласил масхадовского эмиссара и давно известных своими прозападными настроениями журналистов, как А.Политковскую, Ю. Щекочихина и др. Пришел Б. Немцов и, непонятно зачем, появился Сергей Ястржембский (из администрации президента). Ток-шоу вылилось в поток агрессивных обвинений в адрес России, в резкие протесты против референдума. При наличии «Закона о противодействии экстремизму» с экрана лились призывы в поддержку боевиков, оправдания их. Было удивительно, почему С. Шустеру (занимавшему в свое время должность заведующего бюро радиостанции «Свобода» в России) было разрешено вести такие передачи по одному из центральных каналов. Правда вскоре он был отлучен от нашего эфира и в последнее время обосновался в Киеве, где занимается своим обычным делом — ведет закамуфлированную, но злобную пропаганду против России.

Политики на Западе чувствовали, что неизбежное скорое начало войны против Ирака отодвинет Чечню на периферию мирового общественного интереса, и всячески старались успеть напакостить России. В Страсбурге Парламентская Ассамблея Европейского союза поддержала идею о создании международного трибунала по Чечне и даже составила список тех, кого намеревались назначить в преступники. Там не захотели слушать ничего о новом повороте в жизни Чечни. Любопытно, что в Страсбург приехала группа в составе б чеченцев, которые в свое время входили в состав парламента, избранного при А. Масхадове, но им не дали даже слова, только потому, что они были готовы поддержать идею проведения референдума. Одним словом, политическая непримиримость была налицо, но В. Путин вел свою линию неуклонно.

Референдум 23 марта 2003 г., в котором приняло участие 96 % населения Чечни, показал, что подавляющее большинство населения высказалось против войны, за жизнь в составе России и по федеральным законам. Конечно, выборы были демократическими по-восточному. Было объявлено о выплате довольно крупных компенсаций за жилища и имущество, утраченные в ходе боевых действий. Для этого из федерального бюджета было выделено 20 млрд рублей. Лучшим агитаторам, призывавшим людей идти голосовать, выдавались премии по 25 тыс. рублей. Каждой матери, родившей ребенка в день голосования, выдавалось по 10 тыс. рублей. Распускали слухи, что всех, кто не проголосует, поставят на учет в ФСБ. Да мало ли какие кнуты и пряники используются во всех странах, добровольно-принудительно принявших новую политическую веру под названием «демократия».

Парламентская Ассамблея Европы отказалась прислать своих наблюдателей под предлогом отсутствия должной безопасности, зато приехали 52 эксперта из арабских стран, от «Лиги арабских государств», от «Исламской конференции». Никто из них не высказал никаких замечаний.

Но наши доморощенные «демократы» просто из кожи вон лезли от возмущения по поводу неправильного (по их мнению) референдума. Они опубликовали гневное письмо протеста от «имени интеллигенции». Для памяти привожу список «подписантов»; Ахеджакова, Ахмадуллина, Вайль, Войнович, Гельман, Искандер, Розовский, Тодоровский, Юрский, Шендерович (все имена известные, но среди них нет ни одного русского). Они звали мирных граждан России выйти на улицы и протестовать против войны (но не в Ираке, где США засыпали города ракетами и бомбами, а в Чечне, где все шло к миру). Какая-то чушь, вроде уже забытой «инициативы» Б. Немцова собрать 1 млн. подписей против войны в Чечне. Кстати, подписанты — это почти те же люди, которые в 1993 году, после расстрела Белого дома, призывали к массовым репрессиям против сторонников Верховного Совета и вообще против левых, в каких бы организациях они ни состояли. Какой-то единый кукловод водит рукой этих «интеллигентов».

В. Путин в те дни обратился к чеченскому народу со специальным посланием, поздравив его с успешным итогом референдума и пожеланием мирной созидательной жизни. Он принял большую группу духовных авторитетов Чечни, что было правильным, выверенным шагом. Каждому федеральному округу (а их, как известно, в России 7) было предложено построить в Чечне по две школы за счет собственных средств. Все согласились. Как бы то ни было, водораздел обозначился; от войны к миру.

Через 6 месяцев после референдума, в октябре 2003 г. состоялись выборы нового Президента Чеченской республики. Победу, легко предсказуемую, одержал Ахмет Кадыров, получивший 81 % голосов. Нормализация обстановки в Чечне буквально бесила непримиримых полевых командиров вроде Шамиля Басаева. Они были готовы пойти на самые крайние меры. 9 мая г. во время празднования Дня Победы на стадионе города Грозного террористы взорвали заранее заложенный фугас под правительственной трибуной, где находился А, Кадыров, в результате чего законно избранный Президент Чечни был убит. Но это не остановило начатый процесс. Были подготовлены и проведены новые выборы главы государства, и 6 октября 2004 вступил в должность новый Президент республики Алу Алханов, ранее курировавший работу всех правоохранительных структур.

Чеченская драма не прекратилась, но ее интенсивность пошла на убыль. По-прежнему продолжалась минн о-фугасная война, гибли, попав в засады, российские военнослужащие, но масштабы и частота террористических вылазок становились все меньше.

Тяжелыми потерями и обильной кровью приобретался опыт войны с отморозками, потерявшими человеческое обличье. 8 марта 2005 г. был убит в своем бункере «президент Ичкерии» Аслан Масхадов, бывший полковник Советской армии, начальник артиллерии дивизии, дислоцированной в Вильнюсе, который возмущался национализмом прибалтов до 1991 г., а потом сам превратился в главаря боевиков-террористов. Чуть раньше, 13 февраля 2004 г. в столице Катара (г. Доха) был убит «вице-президент Ичкерии» Зелимхан Яндарбиев. Поочередно погибли наиболее одиозные и известные своими дерзкими преступлениями полевые командиры Салман Радуев (был взят в плен, судим и умер в тюрьме), арабский наемник Хаттаб и, наконец, Шамиль Басаев, самый злобный враг России, возглавивший в 1999 г. поход в Дагестан. Террористы стали переносить свои действия в соседние регионы — Дагестан, Карачаево-Черкессию, Кабардино-Балкарию, Северную Осетию в надежде зажечь там огонь войны, рассчитывая на более низкий там уровень мобилизованности правоохранительных органов. В самой Чечне они свертывали свои действия, ибо сталкивались с растущей боеспособностью правоохранительных органов.

В 2006 году президентом Чечни стал Рамзан Кадыров — сын покойного президента А.Кадырова, который, даже следуя местным традициям, был обязан отыскать и наказать тех, кто убил его отца.

Развалилась и вся информационно-пропагандистская структура в российских СМИ, которая активно поддерживала сепаратистское подполье. Умер Ю. Щекочихин. Убрался из Москвы американский телепровокатор Савик Шустер. В 2006 г. в Москве у подъезда своего дома была убита А. Политковская. Не до Чечни теперь Соединенным Штатам и Западной Европе, испытавшим на себе тяжелые удары террористов.

На выборах в Государственную думу 2 декабря 2007 г. избиратели в Чечне почти поголовно проголосовали за партийный список «Единой России», т. е. за В.Путина. Остается надеяться, что полученный результат окажется достоверным и прочным.

Главный вопрос о том, в каком направлении будет развиваться ситуация на Северном Кавказе в целом, зависит от того, окажется ли достаточным только применение силы и жесткости в борьбе с подпольем для наведения порядка. Пока власть полагается в основном на силу, у нее заметно не хватает козырей в борьбе за души людей, а без этого кардинально переломить обстановку нельзя. Все суды над захваченными в плен боевиками проходили или проходят в закрытом режиме, информация о них почти не доходит до общественности, которая пребывает в неведении, какие же «идеологические» родники питают террористическое подполье.

Кстати, и в обычной внутриполитической практике Кремль полагается на силу или угрозу ее применения, нежели на свою способность убеждать людей. Особенно достается представителям так называемой «оранжевой» окраски, потому что главную опасность на этом этапе власть видит именно отсюда. Когда 3 марта 2007 года в Санкт-Петербурге М. Касьянов, Г. Каспаров, активисты «Другой России» организовали демонстрацию по случаю 90-летия Февральской революции 1917 г. в России, местная власть бросила все силы для разгона демонстрации, не колеблясь, вывела на улицы бронетехнику. Точно так же реагируют на мероприятия «Другой России» и московские власти. Г. Каспарова не раз арестовывали, чтобы отбить у него охоту заниматься политикой. На колкие вопросы со стороны западных журналистов, зачем нужны такие репрессивные меры, если рейтинг доверия В. Путину находится на заоблачной высоте, он обычно отвечает, что рассматривает этих людей и организации, стоящие за ними, как агентов иностранных государств, работающих на чужую публику и на чужие интересы.

Одним словом, в противостоянии как с открытой вооруженной оппозицией, так и строптивой политической фрондой В. Путин действует прямолинейно, как солдатский штык. Когда же речь заходит о спорных вещах, затрагивающих широкие общественные слои, и в которых участвуют «вменяемые» политические силы и движения, то В. Путин демонстрирует способность к компромиссам в интересах достижения, если не полного консенсуса, то хотя бы взаимопонимания. На его долю легла тяжесть принятия решения о государственных символах России. Предыдущие десять лет государство пользовалось временными символами, потому что между исполнительной властью и законодателями сохранялись неразрешимые разногласия. Всем было понятно, что государственные символы являются теми атрибутами, с которых начинается формирование новой государственности. Борьба нового со старым начинается, как правило, с низвержения и разрушения старых символов.

К моменту прихода В. Путина в Кремль вся советская символика была уничтожена (она сохранилась кое-где в архитектуре и декоративном убранстве станций метрополитена), но в российском обществе была очень велика доля людей, которая не принимала новую «демократическую» символику. Больше года велась работа по поиску приемлемого варианта. К концу 2000 года, наконец, В. Путин предложил утвердить новую символику посредством принятия соответствующих Федеральных Конституционных законов.

Гербом России был избран вызолоченный двуглавый орел на красном поле с изображением Георгия Победоносца. Сам двуглавый орел был утвержден в качестве герба Великого княжества Московского Иоанном III в 1497 году, тогда его изображение появилось на стенах Грановитой палаты в Кремле. Фигура Георгия Победоносца была добавлена в герб Иоанном Грозным в 1562 г. после его успешных кампаний против Казанского и Астраханского ханств. Скипетр и держава были вложены в когти орла Царем Алексеем Михайловичем Романовым в 1654 г., а при его сыне Петре I над головами орла появились императорские короны. Этот герб носит сугубо символическое значение, как знак исторической преемственности нынешней России от всех предыдущих форм российского государства. Он никак не привязан к сущности нынешней российской демократической республики. Герб на протяжении веков формировался по мере территориального расширения и укрепления влияния России. Сейчас же он не адекватен целям и задачам нынешнего государства, у которого нет никаких имперских амбиций. Об этом еще раз и предельно ясно заявил президент В. Путин в интервью американскому журналу «Тайм» 20.12.2007 г. Герб взяли на вооружение, наверное, еще и потому, что ничего нового и внятного не могли предложить ни политики, ни геральдмейстеры.

В качестве государственного знамени было утверждено трехцветное полотнище, «триколор». Известно, что впервые этот флаг появился в России в 1693 г., когда Петр I позаимствовал его у голландцев, изменив лишь порядок расположения полотнищ (у голландцев красное полотнище находится вверху, а у русских внизу). Более полутора веков просуществовал этот флаг в качестве коммерческого в торговом флоте России. Как такового Государственного флага у России не было. Только в 1858 году повелением императора Александра II было предписано придать этому знамени статус государственного и вывешивать его на зданиях в торжественных случаях.

После 1917 года это знамя было позабыто и вновь появилось в российской истории в августе 1991 года, когда буквально на другой день после провала так называемого путча ГКЧП, 21 августа, Чрезвычайная сессия Верховного Совета РСФСР утвердила его в качестве государственного символа.

Все левое крыло политических сил во главе с коммунистами отрицательно относилось к этому знамени, потому что он использовалось Белыми армиями в годы Гражданской войны, в противовес красному знамени, под которым воевала Красная армия. «Триколор», к сожалению, был взят на вооружение в годы Великой Отечественной войны русскими военными формированиями, которые создавались немцами из предателей и военнопленных для борьбы против партизан и выполнения охранных функций. Споров было много. Дискуссия не пошла в русло поисков какого-то третьего варианта — создания нового государственного знамени для новой судьбы нового государства. В. Путин волевым решением оставил в силе выбор Б. Ельцина. Само по себе знамя не очень выразительно, не несет в свом содержании символической нагрузки, имеет в мире «двойников» (например, государственный флаг Словении отличается от нашего только наличием в центре полотнища герба).

Зато в вопросе о государственном гимне он сделал скорее шаг в сторону левых сил. Как известно, после 1991 года в качестве временного гимна использовалась мелодия М. Глинки («Патриотическая песня»), для которой не было написано никаких слов. В прессе появлялись сообщения о том, что мелодия «Патриотической песни» была в свое время написана кем-то из польских композиторов в качестве государственного гимна будущей независимой Польши. Ноты мелодии были переданы М.Глинке для апробации и доработки и были найдены в архиве великого композитора только после его смерти. Ничего удивительного в этом нет, так как М. Глинка принадлежал к старинному польскому роду, имевшему поместья на Смоленщине и оставшемуся в России после изменения в ее пользу государственных границ с Польшей.

Исторического материала для выбора было немного. Дореволюционный гимн «Боже, Царя храни!» явно не годился, мелодия М. Глинки были лишена «державности», к тому же с трудом поддавалась обеспечению ее текстом. В. Путин решил остановиться на мелодии последнего советского гимна, написанного Александром Александровым в те дни, когда советские войска, преследуя немецко-фашистскую армию, уже вошли на территорию Европы в 1944 г. Тот гимн отвечал тогда всем требованиям заказчика — И. Сталина. Гимн «прожил» без малого полвека. Теперь надо было вытряхнуть из него старые слова и написать новые. К счастью, автор слов прежнего советского гимна Сергей Михалков был жив, здоров. Ему и поручили перелицевать старый текст. Против затеи, связанной с сохранением прежней мелодии, шумно выступили демократы «западного розлива» Б. Немцов, И. Хакамада, В. Рыжков и др. Ими овладевает повышенная протестная возбудимость при самом отдаленном упоминании о прошлом величии России. Депутаты от «Союза правых сил» и «Яблока» грозили уйти из зала в знак протеста, намекали на возможность гражданского неповиновения.

Новый текст получился у гимна лишенным всякого политического содержания, не «программным», серым, поэтому его никак не могут запомнить люди, для которых пение гимна является обязанностью при торжественных церемониях. С. Михалкову, когда они писал старый текст, было всего 31 год, а страна шла к высочайшим вершинам влияния в мире, теперь автор новых слов был 87-летним старцем, гражданином страны, еще не поднявшейся с колен после пережитой геополитической трагедии.

Между убогими словами и величественной мелодией гимна замечается внутренний диссонанс.

Как бы то ни было, но в декабре 2000 года все символы были утверждены законом, и споры, как ни странно, быстро прекратились. В армии, особенно в боевой обстановке, говорят, что лучше любой четкий приказ, чем бесконечные метания в поисках лучшего. Так и произошло в вопросе о наших государственных символах.

Но пожалуй, наиболее ожесточенное сражение на поле «символов» развернулось весной 2007 года, когда встал вопрос о Знамени Победы, поднятым над поверженным Рейхстагом 1 мая 1945 года. Началось все с того, что депутат «Единой России"» отставной генерал-лейтенант Алексей Сигуткин (который и в армии-то путем нигде не служил, судя по справочникам, а к Победе не имел никакого отношения, потому что родился в 1949 г.) внес законопроект об изменении привычного вида Знамени Победы путем снятия с него изображения серпа и молота. Вся левая оппозиция в Государственной думе встала на дыбы. На прямые вопросы коллег, кто его толкал на такую инициативу, А. Сигуткин отвечал, как нашкодивший упрямый школьник: «Это я делаю по своей собственной инициативе!». Против перемен категорически выступил депутат, генерал армии В. Варенников, который был в 1945 г. начальником почетного караула и нес Знамя Победы на знаменитом параде Победы. Но вскоре стало ясно, что Кремль не мог потерпеть, чтобы Знамя Победы практически было идентично по своему дизайну прежнему государственному флагу СССР и партийному знамени теперешней Коммунистической партии Российской Федерации.

Выяснилось, что уже больше года шла подковерная борьба вокруг этого вопроса. Было установлено, что в действительности на Рейхстаге после его взятия был укреплен штурмовой флаг 150 Идрицкой гвардейской стрелковой дивизии, которой было поручено штурмовать это здание (Идрица — город в Башкирии, где в 1942 г. формировалась эта дивизия). Таких флагов перед штурмом было изготовлено 9 штук и все они находились в частях и подразделениях дивизии. Когда же настало время вынести Знамя на парад Победы, то по политическому решению И. Сталина было решено не оставлять на знамени названия дивизии, а сохранить только звезду и серп и молот, потому что Победу одержала не одна дивизия, а вся армия, весь народ. Помните, как в песне: «…нам нужна одна победа, одна на всех, мы за ценой не постоим». Так и стало Знамя Победы почти идентичным государственному флагу СССР.

После многочисленных кулуарных консультаций выяснилось, что снять серп и молот не удастся без крупного скандала и позора, а следовательно и потери голосов ветеранов на выборах. И вот тогда В. Путин принимает «соломоново» решение: считать впредь по закону Знаменем Победы именно штурмовой флаг 150 дивизии с сохранением на нем всех атрибутов (включая серп и молот) и названия соединения. Сталинское политическое решение теперь перекрыто путинским политическим решением.

Но и в таком виде Знамя Победы вызывает крапивницу у власти. Поэтому в новый закон внесены фатальные для ветеранов слова: «Знамя (или его копии) МОЖНО выносить на мероприятиях, посвященных Дню Победы». Слово «МОЖНО» не означает «НУЖНО». Единороссы с пеной у рта доказывали, что непозволительно обязывать субъекты Федерации обзаводиться копиями Знамени Победы, что для этого, дескать, в бюджете не предусмотрено выделение средств. Левые отстояли серп и молот, но в ответ получили вместо общенационального Знамени Победы штурмовой флаг 150 дивизии, который можно выносить на празднества, а можно и не выносить.

Помнится, я подошел к ложе представителя Президента в Государственной думе, благо мое депутатское кресло стояло буквально в двух шагах, и предложил заключить любое пари, что теперь, опираясь на новый закон, властные структуры в стране не будут вывешивать Знамя Победы в День Победы, потому что этого «можно и не делать». Никто не протянул в знак готовности руку, в ложе знали, что такое пари они наверняка проиграют.

Истек срок полномочий Государственной думы IV созыва, и когда общественность уже забыла о сражениях вокруг Знамени Победы, мне попалась на глаза информация о том, что «инициатор» этой затеи Алексей Сигуткин получил награду — он был назначен 16 января 2008 года руководителем аппарата Государственной думы РФ.

В годы администрации В. Путина был изменен еще один исторический символ современной России. Был отменен праздничный день 7 ноября, когда, начиная с 1918 года, отмечалась годовщина Великой Октябрьской Социалистической революции 1917 г. Чтобы чем-то заполнить образовавшуюся пустоту, был довольно искусственно сконструирован новый праздник, который назвали «День народного единства» и повелели отмечать его 4 ноября. В обоснование праздника было положено взятие русским народным ополчением Китай-города 4 ноября 1612 года, что стало началом разгрома польских интервентов. Пока в этот день скорее происходит демонстрация раздробленности народа, нежели его единства. По распоряжению властей, во избежание скандалов и потасовок, все публичные мероприятия, проводимые в этот день политическими партиями, проводятся в специально отведенных местах, разделенных между собой приличными расстояниями. Коммунистам разрешают собраться на Театральной площади, ЛДПР скликает своих сторонников на Пушкинскую площадь, «яблочники» и прочие демократы направляются на Болотную площадь, православным патриотам отдают набережную Москвы-реки и т. д. Так власти спокойнее!

Из каждых 10 россиян 9 вряд ли смогут ответить вразумительно, какие исторические события лежат в основе главных гражданских «демократических» праздников 12 июня и 4 ноября. Это отражает слабую воспитательную начинку наших государственных символов и праздников.

В. Путин вполне современный политик, он хорошо знает цену публичного «имиджа», старательно лепит его по избранной схеме и не без помощи своих «имиджмейкеров». Если, скажем, надо показать государственную строгость, то перед телевизионными камерами устраиваются сцены суровой критики отдельных министров. Например, как-то летом 2006 года В. Путин вспылил по адресу Министерства финансов: «Не успели мы досрочно расплатиться с долгами перед Парижским клубом и сэкономить 8 млрд долларов, как Минфин уже начал делить эти деньги в бюджете 2007 г. Кто же им разрешил, ведь даже и соглашение еще не подписано, а они уже подсуетились». Вроде пустяшный вопрос, а народ, смотрящий телевизор подумал: суров же наш президент! И никому в голову не придет вспомнить, что президент давно поставил задачу довести инфляцию до 3 %, а она зашкаливает за 12 %. Минфину все «по барабану». Никто наверху не станет вспоминать о несоответствии поставленных целей достигнутым результатам. Минфин живет по своим правилам, напоминающим сентенции крыловской басни: «а Васька слушает, да ест!»

Когда рождался пресловутый закон N 122 о монетизации льгот инвалидам и пенсионерам, В. Путин, обсуждая перед телекамерой этот законопроект с М. Зурабовым и А. Кудриным, раздумчиво и с некоторым сомнением в голосе спрашивал: «А надо ли принимать этот закон?!». У зрителей и слушателей складывалось впечатление, что президент не хочет посягать на жалкие «льготы» стариков. Люди чуть успокоились, но прошло немного времени, и закон был принят, подписан президентом.

В другой раз, когда были запущены «приоритетные национальные проекты», президент сурово распекал перед телезрителями министра образования и науки А. Фурсенко за то, что его подчиненные забыли включить в соответствующий законопроект об образовании классных руководителей лицеев, спецшкол, кадетских и иных училищ, которым также полагалась прибавка в 1 тыс. рублей за классное руководство, как и преподавателям общеобразовательных средних школ. Такие публичные «порки» по несущественным бюрократическим «проколам» все равно создают образ недремлющего государева ока, мимо которого не пройдет никакая мелочь.

Как только президент появлялся на телеэкране в качестве председательствовавшего на заседании правительства, как надо было ожидать очередного «разбора полетов». 10 октября 2005 года он в рассерженном виде заговорил в камеру о том, что кое-кто предлагает выделить из РАО «РЖД» компанию по пассажирским перевозкам, чтобы сделать перевозки из убыточных прибыльными. Суть предложения до примитивности проста: пассажирские перевозки действительно, по ведомственной статистике, самоокупаются на 60 %, и дефицит покрывается за счет доходов от товарных перевозок. Перевозчиками товарных грузов являются в основном бизнес-структуры (олигархи), и они не желают, чтобы за их счет компенсировались убытки пассажирских перевозок. Они хотят снижения тарифов на транспортировку своих грузов, и им наплевать, что это может привести к росту стоимости билетов на проезд людей по железным дорогам. Снова создалось у зрителей убеждение, что президент стоит на страже интересов пассажиров. Но спустя всего несколько дней стало известно, что цены с 1.1.2006 на проезд в поездах будут резко повышены, а с 2009 года все «выпадающие доходы» (убытки от пассажирских перевозок) РАО «РЖД» будут компенсироваться за счет бюджета, т. е. налогоплательщиков.

Такие и подобные им сцены и эпизоды создают в обществе разное восприятие президента и правительства. Первый вроде бы радеет за интересы рядового гражданина, а второе всячески мешает, тормозит, саботирует инициативы главы государства. От этого рейтинг доверия президенту весьма велик, а симпатий к правительству нет никаких. При этом всем понятно, что каждый министр в отдельности и кабинет в целом формируется лично президентом, несет только перед ним полную ответственность.

Следует подчеркнуть, что в годы администрации В. Путина не было так называемой министерской чехарды, быстрой и немотивированной смены руководителей министерств и ведомств, как при его предшественнике Б. Ельцине, который без конца занимался «кадровыми рокировочками».

Очень умело пользовался В. Путин своим разведывательным прошлым. В начале своей администрации он явно благожелательно относился к публикациям, в которых значительное место уделялось его работе в разведке. Разведчик всегда представляется среднему гражданину человеком, окутанным тайной, романтикой, наделенным особыми личными качествами и вооруженным недоступными (для всех остальных) профессиональными знаниями. На разведчиках не висит никакая историческая ответственность за репрессивные действия КГБ в прошлом, потому что сама принадлежность разведки к КГБ всегда была в большой степени чисто условной, с 1991 г. она существует самостоятельно. Каких только домыслов не нагромоздили журналисты вокруг В. Путина-разведчика, и все это «работало на позитив».

Прошло время, и в 2007 г. корреспондент журнала «Тайм» задал В. Путину прямой вопрос: «Вы работали в КГБ… Как все-таки сейчас сказывается на Вас опыт работы в этом ведомстве? Иногда говорят, что разведчик — он всегда остается разведчиком». В. Путин ответил в ставшей свойственной ему прямой манере: «Да врут все. Мы все живые люди. Конечно, что-то остается из прежнего опыта, чем-то мы пользуемся в сегодняшней жизни, что-то исчезает. Но и в университете, и в КГБ, куда я попал по распределению, самым главным я считаю, что и там, и там учили самостоятельно мыслить…». Правильно сказал президент: «Да врут все!»

Сейчас уже отпала необходимость использовать «крышу разведчика», поэтому упор делается на гражданскую «Альма матер» (Ленинградский университет), а в КГБ «попал по распределению», а не по своей доброй воле.

Разумеется, В. Путину в разведке не пришлось попасть в пекло войны на невидимом фронте. Первый эшелон специалистов со знанием немецкого языка отправляли в Западную Германию, в Австрию, второй эшелон оседал в Берлине, где был фронт работы по Западному Берлину плюс широкое сотрудничество с разведкой ГДР (одной из самых эффективных в мире), а вот третий эшелон отправлялся в провинциальные города ГДР, где накал разведывательной работы был наименьшим. Слава Богу, что В. Путину не пришлось испытать всех «прелестей», которые контрразведка противника обрушивает на головы наших разведчиков в виде слежки, подслушивания, постоянных угроз провокаций и пр. В Дрездене, где пришлось работать В. Путину, служба была несравненно более спокойной, чем в других местах. Так и получилось, что Владимир Владимирович с пользой для себя носил долгое время ореол разведчика, а потом скромно снял его, когда отпала нужда.

В. Путин с пользой для дела проявляет внимание и заботу о популярных деятелях культуры. В администрации президента есть люди, которые следят за приближающимися юбилеями звезд, к этим дням готовятся специальные поздравления, подарки и, если надо, то и государственные награды. Нередко президент находит время для того, чтобы лично приехать даже домой к юбиляру, чтобы показать им свое особое расположение. Так, например, он посетил Алису Фрейндлих прямо у нее на квартире, по-простому, по-товарищески. Но, правда, телекамера была наготове, чтобы доложить об этом всей России.

Президент может посетить артиста в день его рождения и без присутствия средств массовой информации, Рассказывают, что однажды В. Путин отдыхал в своей резиденции на Валдайском озере и узнал, что в расположенном неподалеку доме отдыха «Валдай» проводил свой отпуск известный артист Александр Ширвиндт. В добром расположении духа В. Путин сел за руль внедорожника и решил посетить любимца широких кругов зрителей. Но при въезде на территорию дома отдыха его машину остановил сторож, который не узнал в лицо Российского президента и потребовал документы, дающие право на пребывание там. «Инцидент» вскоре был разрешен и дал почву для хохота, шуток. Сторож стал «героем», который давал потом интервью прессе и до сих пор рассказывает в родном поселке о своем подвиге.

В разных ипостасях представал В. Путин перед российской общественностью за восемь лет администрации: в летном комбинезоне в кабине истребителя-штурмовика «СУ-27», в форме морского офицера на борту боевых кораблей, в спортивных костюмах на борцовских коврах, верхом на коне, в одеянии лыжника-слаломиста и т. д. и т. п. Всегда это было демонстрацией физического здоровья, смелости, уверенности, мужественности.

Очень много пересудов среди политологов постоянно вызывали кадровые решения президента. Достаточно хорошо было известно, что в первые годы своего пребывания в Кремле он был очень стеснителен в вопросах кадровых перемен. Даже сменить своего шофера было для него трудным делом. В то время получила широкое хождение молва о некоем взятом им на себя перед Б. Ельциным обязательстве не менять основные кадры высшего эшелона в течение года. Потом этот срок слухи продлили до двух лет. Но по мере приобретения опыта в своей новой должности В. Путин становился все более и более решительным в кадровых вопросах. Первые крупные его шаги были понятны желанием взять под свой контроль силовые структуры и т. д., но впоследствии кадровые перестановки утратили для общества понятный смысл. Трудно объяснить, почему был освобожден осенью 2007 г. от обязанностей премьер-министра М. Фрадков, который тут же был награжден орденом «За заслуги перед Отечеством» I степени и назначен на пост Директора Внешней разведки РФ. Зачем надо было назначать всего на каких-нибудь полгода нового премьера Виктора Зубкова, если В. Путин намеревался сам стать Председателем правительства после мартовских выборов 2008 года?

Всем понятно, что бывшего министра здравоохранения и социального развития М. Зурабова отправили в отставку накануне выборов в Государственную думу в 2007 г. по той же причине, по которой сбрасывают балласт с воздушного шара, теряющего высоту. Но поразительно, что на эту должность была назначена Татьяна Голикова — бывший заместитель министра финансов, которая никогда не имела отношения ни к здравоохранению, ни к социальным вопросам. Эта женщина-компьютер занималась только цифрами бюджетной технологии. Министром обороны назначен А. Сердюков, который всю предыдущую жизнь занимался вопросами производства и торговли мебелью.

Бывший министр экономического развития Герман Греф, который почти все 8 лет неколебимо просидел в этом кресле, вдруг был назначен главой Сбербанка, а бывший успешный руководитель этого крупнейшего в России банка А. Казьмин получил направление возглавить Почтовое ведомство России. Кто-то из банкиров пошутил: «Это даже не почетная пенсия, а почетная каторга!»

Череда этих перестановок никак не объяснялась видимым государственным интересом или профессиональным укреплением ведомств. На них, очевидно, сказывались какие-то личностные соображения. На смену кадровой робости пришла не внушающая радости раскованность. В российском правительстве стали видны родственные связи, что так же не способствует эффективности работы государственного аппарата и не вяжется с этикой демократических государств. Например, нынешний председатель правительства В. Зубков является тестем министра обороны А. Сердюкова, а министр топливной и энергетической промышленности В. Христенко супругом Татьяны Голиковой — министра здравоохранения и социального развития. В этой кадровой тасовке больше чувствуется волюнтаризма, чем полезного смысла. Но она отражает резко возросшую роль личности президента в решении таких вопросов. Люди, часто соприкасающиеся с высшим эшелоном российской власти, нередко высказывают сожаление, что многие кадровые перестановки ведут к снижению профессионализма российского правительства.

Иной раз создается впечатление, что под кадровую гильотину могут попасть высокопоставленные лица в результате вспышек внезапного раздражения президента. Так, в ноябре 2007 г. после поездки на Камчатку В. Путин созвал совещание высшего командного состава ВС РФ, на котором резко критиковал работу некоторых руководителей Министерства обороны. Своим решением он сразу же после этого совещания освободил со своих постов трех генералов: начальника службы расквартирования и обустройства войск генерала армии А. Гребенюка, начальника Главного военно-медицинского управления генерал-полковника И. Быкова (обоим едва исполнилось по 50 лет и до «нормальной» отставки оставалось почти добрых 10 лет), а заодно с ними был уволен начальник Главного бронетанкового управления генерал-полковник В. Полонский. Уволенные генералы подверглись разносу за то, что не обеспечили своевременного завершения строительства госпиталя для подводников Тихоокеанского флота на Камчатке. Из пяти заместителей министра обороны, которые занимали свои посты при министре С. Иванове, после его ухода осталось только два. И это все притом, что к самому С. Иванову никаких претензий за время пребывания на посту министра не предъявлялось.

Из таких информационных фото— и теле— кусочков складывается мозаичное панно, дающее доступное обществу представление о личности президента. Оно является, безусловно, выигрышным, если мы вспомним о том, как выглядели перед нашими гражданами все предыдущие руководители страны в течение длительного времени после молодого Л. Брежнева.

В. Путин заботится не только о своем собственном «имидже». Он старается поднять и престиж России. Ради этого создана телевизионная компания под названием «Россия сегодня», которая ведет круглосуточное вещание на английском языке на весь мир. Расширяет свою работу радиостанция «Голос России». В 2005 году поступили сообщения о том, что Кремль в секретном порядке подписал контракт с нью-йоркским агентством «Кетчум» (профессиональная пиар-контора) на разработку мер по улучшению образа России в глазах мировой общественности. Ничего предосудительного здесь нет, любая страна, у которой появляются для этого финансовые возможности, занимается работой по саморекламе: «С волками жить — по-волчьи выть», от старой поговорки никуда не деться.

К концу свого второго срока администрации В. Путин стал размышлять (задним числом) о тех главных задачах, которые он ставил перед собой в период работы на посту Президента РФ. В ответах на вопросы журнала «Тайм» в декабре 2007 г. он сформулировал их таким образом: «научить всех подчиняться закону вне зависимости от объема накопленного состояния»; далее: «облагородить наш российский бизнес, сделать его более социально ответственным и убрать стену отчуждения между населением и бизнесом»; и, наконец, «побороть бедность». Цели, безусловно, благородные, но они так и остались целями. Президент не решился сказать в своих ответах журналу, в какой мере ему удалось достичь их.

Если сам глава государства признает высокую степень пораженности страны коррупцией, а главными участниками этого процесса являются властные структуры и крупный бизнес, то понятно, что никто из них не подчиняется закону, а предпочитает обходить закон, не обращать на него внимания. Пропасть, разделяющая население и бизнес, не сократилась ни на один миллиметр за годы администрации В. Путина.

Недоверие, граничащее с враждебностью, стало постоянной пограничной чертой между бедными и богатыми. Кое-что, но самую малость, удалось сделать в части сокращения бедности путем прибавок к зарплатам бюджетников, пенсиям, пособиям. Улучшение в этой области носит скорее статистический характер, нежели реальный, потому что стремительный и постоянный рост цен моментально съедает прибавки. Впрочем, каждый читатель может самостоятельно ответить, в какой мере В. Путину удалось решить заявленные им самим задачи.

В. Путин никому никогда не говорил о самой, может быть, главной проблеме, которую ему приходилось решать во время второго срока администрации — вопросе о наследнике президентской власти в России. В силу чрезмерной концентрации власти в руках одного человека, выбор наследника в нашей стране всегда превращается в головную боль действующей власти. Ошибка приводит к тому, что наследник обязательно опорочит работу предшественника, дабы выглядеть самому новаторским, энергичным лидером. Н. Хрущев топтал политически И. Сталина. Л. Брежнев подверг изоляции и осуждению самого Хрущева. Наследники Брежнева обозвали его правление «периодом застоя». М. Горбачев отмежевался от всех своих коммунистических предшественников вообще. О том, как поступил Б. Ельцин с М. Горбачевым, даже и вспоминать не стоит. Этих уроков было более чем достаточно, чтобы В. Путин не наступил еще раз на эту типично русскую «банановую корку».

14 ноября 2005 года оказался далеко не рядовым днем в биографии В. Путина. В тот далекий понедельник он лично появился на экранах телевизоров и объяил о назначении новым первым заместителем председателя правительства Дмитрия Медведева, который до этого был руководителем аппарата президента. По существу, это был уже выбор преемника. Он очень походил на карьерный вариант самого В. Путина — своего рода проект «Путин-2». К тому моменту Д. Медведев был совершенно неизвестен в обществе как публичный политик. В толстом энциклопедическом томе «Россия — 2000. Современная политическая история России. Лица России», вышедшем в свет в 2000 году, среди 20 заметных в политике Медведевых, ни одного Дмитрия нет.

Непрозрачность и неизвестность — выгодные качества для теперешних политиков. Они никогда ничем конкретным не руководили, их не за что критиковать, их достоинства и недостатки известны только одному работодателю — самому президенту. Д. Медведев в силу всего этого не имел никакой политической опоры, у него нет своих собственных сторонников, как нет и врагов. У него нет других взглядов, кроме взглядов самого президента. Его единственная сила — это доверие и поддержка со стороны президента. Для простого избирателя у нового фаворита российской политической фортуны есть явно выигрышные черты. Он молод, грамотно говорит, у него чисто русские имя и фамилия, кроме того, он курирует четыре «национальных приоритетных проекта», направленные на решение казалось бы самых острых социальных проблем, касающихся каждого человека. В исходе голосования в марте 2008 г. не было никаких сомнений. Сам В. Путин охотно согласился стать Председателем правительства при президенте Д. Медведеве. Сформировался такой тандем, который может, не нарушая Конституции, управлять Россией до тех пор, пока это выдерживает страна.

Выбор кандидатуры Д. Медведева в качестве «престолонаследника» был моментально и восторженно встречен бизнес-сообществом. Российский фондовый рынок ответил резким ростом котировок акций основных его участников. Локомотивом роста стал «Газпром», председателем совета директоров которого является Д. Медведев. Его акции за один день выросли в цене на 3 %, а за ними потянулись другие «голубые фишки» — РАО «ЕЭС», «Лукойл», «Сбербанк», «Ростелеком» и др. Все аналитики отметили, что кандидатура Д. Медведева оказалась самой благоприятной для рынка, где его знают как человека, придерживающегося откровенно либеральных взглядов. Что же касается других слоев общества, то там эта новость не вызвала столь однозначного одобрения, она была воспринята как неизбежное продолжение власти В. Путина, к которой привыкли и с которой смирились.

Политологи и журналисты гадают, чем, дескать, вызвано твердое желание В. Путина остаться во власти и поставить на пост главы государства абсолютно преданного и надежного соратника, с которым он бок о бок работал в течение всех 17 «демократических» лет. Оптимисты-идеалисты считают, что за 8 прошедших лет было сделано очень много позитивного, началось строительство новой России, и негоже оставлять в незавершенном виде начатые перемены.

Скептики-пессимисты говорят, что наверху идет такая острая борьба

— конкуренция кланов, что если не будет какого-то устраивающего всех компромиссного звена (каким является В. Путин), то страна может погрузиться в пучину бесконечных и острых конфликтов с непредсказуемым результатом. И у оптимистов, и тем более у скептиков, найдется немало аргументов для обоснования своих позиций. Но есть и третий вариант: продолжение власти необходимо для того, чтобы как можно дольше наше общество не узнало всей правды о том, что кроется в действительности за нарисованным нарядным фасадом благополучия России.

Кроме того, никогда не следует сбрасывать со счетов и постоянно действующий фактор, который можно назвать «прилипчивостью человека к власти». Власть сама по себе обладает трудно преодолимым магнетизмом. Вкусивший ее остается на всю жизнь отравленным ею. История России свидетельствует о том, что почти никто из ее правителей, независимо от своих природных талантов, не уходил добровольно от власти. Как правило, это происходило в результате естественной смерти, насильственного свержения или ухода под давлением неотвратимо приближающегося силового устранения. Во всеобщей истории человечества также трудно сыскать случаи, когда политический деятель по собственной воле оставлял бы власть, исключением являются эпизоды отказа от прав на престол в обмен на свободу выбрать по любви спутника жизни (морганатический брак). Любовь оказывалась сильнее отравы власти. Человечество изобрело только одно лекарство от наркотической зависимости от власти — демократию, по законам которой личность жестко ограничивается по срокам пребывания у власти и ставится под реальный и строгий контроль со стороны государственных институтов во время исполнения властных полномочий.

Демографическая трагедия России

Прописной истиной является утверждение всех мировых авторитетов политологии, что количество и качество населения страны главным образом определяют ту нишу, которую это государство будет занимать в мировом сообществе. Все великие цивилизации прошлого хирели и в конце концов погибали из-за сокращения их демографического потенциала и падения качественных характеристик их населения. И наоборот, рост численности населения ведет к повышению совокупного интеллектуального потенциала народа и к росту его роли в мировом сообществе. Сейчас мы видим это на примере Китая, Индии, Бразилии, Мексики и др. Что же влияет на демографию в первую очередь?

Как-то попалась мне в руки книжечка о таежных охотниках Эвенкии, а в ней привлек особое внимание рассказ об одном особо удачливом охотнике, который в советское время вдвое, втрое больше своих товарищей добывал пушнины на стандартных 100 квадратных километрах таежных угодий, которые выделялись для каждого промысловика. Он был удостоен высокого звания Героя Социалистического труда, что для такой профессии было крайней редкостью. Сам он, будучи человеком открытым, честным, работящим, вовсе не думал хранить втайне свои производственные секреты и всем рассказывал о своих придумках. «Я, — рассказывал он, — от дедов слышал, да и сам видел, что чем больше в лесу пищи, тем больше и дичи. Известно, что природа может прокормить на моем участке, к примеру, 100 соболей, а если им создать более благоприятные условия для жизни, то их число удвоится и утроится. Я стал рубить в тайге маленькие избушки на курьих ножках (на столбах, чтобы медведи не разорили их) и загружать их осенью, когда начинаются заморозки, всякой рыбой, которая в изобилии водится во всех лесных реках. Поставлю простейшую сеть, и через день-два уже готов месячный, а то и больше, рацион для пушного зверя. Маленькие окошечки в стенах избушки позволяют проникать внутрь только небольшим юрким пушным зверькам. Вот так и выросло их поголовье в моих угодьях до удивительных уровней. К тому же я не травмирую зверей ревом снегоходов, а берегу их покой, передвигаясь на лошади, а то и на лыжах»,

Этот пример очень показателен для всего живого мира. Чем благоприятнее для определенной особи, вида, рода окружающая среда, тем быстрее идет рост этой популяции. Кролики в Австралии, колорадские жуки в России, бизоны в американских прериях и т. д. И, наоборот, чем враждебнее среда обитания, чем скуднее она для поддержания полнокровной жизни, тем стремительнее вымирает тот или иной биологический вид. Откройте Красную книгу, и Вы увидите, сколько чудесных созданий Всевышнего уже исчезло с лица земли или находится на грани уничтожения.

Человек, хотя он и венец творения и царь природы, он не перестает быть биологическим существом, млекопитающимся, со всеми инстинктами животного мира. Данный ему разум позволяет смягчить и затушевать наиболее резкие грани этих инстинктов, жизнь в обществе себе подобных вынуждает подчиняться правилам, выработанным человечеством на протяжении истории. Но при всех обстоятельствах человек остается зависимым от качества окружающей его среды. География и природа, форма организации человеческого общества, наличие естественных и анропоген-ных угроз и многое другое определяют характер окружающей среды, влияют на качество жизни человека. Мы размножаемся и вымираем в зависимости от того качества жизни, в которое мы попадаем.

Сейчас факт галопирующего вымирания народов России не подвергается даже обсуждению. Это, увы, стало аксиомой. Нынешняя власть целых пятнадцать лет своего существования старалась не замечать этого грозного факта, и только под самый конец администрации В. Путина с этой темы было снято молчаливое табу.

Было время, когда В. Путин только-только начинал «наживать жирок» в качестве первого лица государства. Хотелось, естественно, блеснуть перед вверенным ему народом свежестью идей, смелостью анализа накопившихся проблем. К тому же он помнил, что всего год тому назад его предшественник Борис Ельцин чуть было не стал жертвой импичмента, т. е. принудительного отстранения от поста президента по целому ряду обвинений, главным из которых был геноцид российского населения.

Готовя свое первое Послание Федеральному собранию в июле 2000 года, он даже пригласил к себе в Кремль группу видных российских специалистов по вопросам демографии и народонаселения, чтобы выслушать их оценки реального положения в стране, а также рекомендации по выправлению ситуации. Автор не был, понятно, на этой встрече, но, судя по всему, беседа с ними произвела на президента ошеломляющее впечатление. Он был настолько сильно потрясен, что в текст его первого Послания были включены такие слова: «Нас, граждан России, из года в год становится все меньше и меньше. Уже несколько лет численность населения страны в среднем ежегодно уменьшается на 750 тыс. И, если верить прогнозам — а прогнозы основаны на реальной работе людей, которые в этом разбираются, — уже через 15 лет россиян может стать меньше на 22 млн человек.

Вдумайтесь в эту цифру — седьмая часть населения страны. Если нынешняя тенденция сохранится, выживание нации окажется под угрозой… Сегодня демографическая ситуация — одна из тревожных». Эти слова абсолютно верны как констатация факта. Жаль, что у него не хватило политического мужества проанализировать причины такого катастрофического положения. И еще более жаль, что не нашлось ни малейшего внятно выраженного желания переломить эту тенденцию общенациональной трагедии.

С каждым очередным годом своего нахождения на высшем государственном посту В. Путин все реже и меньше касался вопроса о демографии. Он уже не встречался с учеными и практиками, ограничивался просмотром статистических сводок. При подготовке сценариев так называемых «прямых встреч президента с народом» по интернету или в телеэфире из поступавших вопросов тщательно устранялись всякие напоминания о демографической катастрофе, чтобы не ставить главу государства в неудобное положение. В таком же ключе инструктировали и журналистов, приглашавшихся на встречи с президентом.

Однако шила в мешке не утаишь. Сама проблема гибели населения уже не стучится в окно, а ломится в дверь. Президенту пришлось еще раз вернуться к этому вопросу в своем ежегодном Послании Федеральному собранию от 25 апреля 2005 года. Но это «возвращение» весьма примечательно. Он вспомнил об этом в самом конце своего Послания, говорил о проблеме предельно коротко, тщательно избегал упоминания о причинах геноцида и не формулировал никаких конкретных путей для выхода из демографического тупика. Вот конкретные слова, например, о преодолении низкой рождаемости: «Нам необходимо повысить престиж материнства и отцовства, создать условия, благоприятствующие рождению и воспитанию детей».

Отмечая, что в стране гибнут от отравления суррогатами алкоголя по 40 тыс. молодых мужчин, кормильцев семей, президент говорит: «Однако эту проблему невозможно решить методом запретов, и результатом нашей работы должна стать осознанная молодым поколением необходимость в здоровом образе жизни, в занятиях физической культурой и спортом. Каждый молодой человек должен осознать, что здоровый образ жизни — это успех, его личный успех». И это все! Ну как не вспомнить при этом лозунга знаменитых сатириков Ильфа и Петрова из «Двенадцати стульев»: «Спасение утопающих — дело рук самих утопающих».

А вот как президент рекомендует сократить смертность (100 человек в день) на российских дорогах в результате дорожно-транспортных происшествий: «…нам следует реализовать целый комплекс мер, позволяющих преодолеть эту ужасную ситуацию». Спасибо, г-н президент, за такую конкретную и исчерпывающую программу действий! В таком же духе выдержана вся единственная страничка его Послания в части, касающейся населения.

Начиная с 2003 года в его публичных выступления стала навязчиво появляться тема о мигрантах, которые должны были компенсировать нехватку рабочих рук в России. С 2005 года он уже не относит вымирание населения к главным угрозам для России в XXI веке, говоря только об экономическом отставании.

Тема вымирания населения выпала, судя по всему, не только из публичных выступлений президента и руководителей правительства, но и из их управленческих программ. Во всяком случае, ни в деятельности исполнительной власти, ни в инициативах законодателей в период администрации В. Путина не было замечено ничего существенного для перелома катастрофической для государства тенденции потери населения.

Только научная общественность заламывала руки в безутешной скорби по судьбе народа, проводила круглые столы, парламентские слушания, научные конференции. Десятки, сотни книг, тысячи статей — научных и публицистических — перепахивали и вдоль и поперек тему демографической катастрофы. Православная церковь не раз выражала свою глубокую озабоченность перспективой гибели населения России. Одна политическая власть оставалась глухой, слепой и немой. Шестым чувством она понимала, что всякая попытка привлечь внимание к этой проблеме будет означать суд над самой властью. Поскольку в распоряжении той же власти всегда имеются казенные чиновники (от статистики, здравоохранения и социального развития и даже от науки), то им была поставлена задача — найти оправдательные аргументы и постараться внедрить их в общественное сознание, чтобы оно меньше травмировалось складывающейся демографической ситуацией. Из этого лагеря стали слышаться голоса, что, дескать, процесс убыли населения является чуть ли не всеобщим в развитых странах. Обычно в качестве примера приводятся страны Западной Европы. При этом напрочь забывают Соединенные Штаты Америки, Канаду, Австралию, Японию, Тайвань и др., в которых народонаселение продолжает расти, несмотря на высокий уровень развития.

Точно также забывают, что Россия, к сожалению, вряд ли в полной мере может называться развитой страной. Принадлежность к пресловутой «восьмерке» не отражает ее схожести по социально-экономической характеристике со своими партнерами. Россия была принята в эту группу по сугубо политическим соображениям еще во времена Б. Ельцина для поддержки и гарантии необратимости тех перемен, которые произошли в России в 90-годы. Кремлю каждый раз тычут в глаза, когда он пытается сделать шаг в сторону, что его возьмут да и выставят за дверь из «восьмерки», потому что он ни по каким параметрам там находиться не должен. Критерии развитых стран к нам неприменимы. Нельзя забывать, что такие страны, как Мексика, Бразилия, давно обогнали Россию по экономическим показателям, но тем не менее, остаются в разряде развивающихся стран. Как бы горько ни было, но следует признать, что Россия в результате геополитической катастрофы, случившейся в 1991 году, выпала из разряда передовых развитых стран мира, опустилась во многих отношениях в средние слои развивающихся стран, поэтому сравнивать наши процессы в демографии с Европой было бы некорректно.

Манипуляторы от науки стараются не вспоминать, что СССР как мировая держава по уровню своего экономического развития стоял, безусловно, выше нынешней России, которая после 15 лет «демократических» преобразований и реформ так и не смогла к 2006 г. достичь уровня 1990 г. Но, несмотря на тогдашний высокий уровень экономического и научно-технического развития, в стране продолжался рост населения. Механически выводить зависимость прироста населения от уровня экономического развития страны нельзя — это антинаучно. Вымирание началось с точно определенного года, а именно с 1992 г., т. е. буквально через один родовой цикл после геополитической катастрофы 1991 года. Отвергать прямую связь между приходом в России к власти дикого капитализма и началом в связи с этим устойчивого вымирания населения может только коррумпированный «ученый», либо продавший душу дьяволу журналист.

Разумеется, тенденция к сокращению рождаемости была и в последний период советского времени, но обвала не было, а в 1991–1992 гг. произошел именно обвал, определивший начавшуюся демографическую катастрофу.

Россия в те годы совершила прыжок в никуда. Сознание людей было замутнено потоком жестко ангажированной пропаганды, которая демонизировала все прошлое и обещала райские кущи, которые вот-вот зацветут на навозной куче рыночной экономики. Управление всей системой средств массовой информации находилось в руках кучки олигархов, полагавшихся целиком и полностью на Запад. Вся система ценностей, сложившаяся в XX веке, оказалась опрокинутой. Жизнь каждой семьи и отдельного человека оказалась лишенной привычного фундамента. Неопределенность и неуверенность стали главными характерными чертами бытия. Стремительное разрушение экономики страны, хаотическая гиперинфляция, ликвидация всех банковских сбережений граждан, приход нищеты в каждый третий дом россиянина — все это сокрушило психологическую устойчивость подавляющего большинства моих сограждан. Депрессия из медицинской аномалии стала нормой душевного состояния людей. Новая колода политиков, осевших в Кремле, обладала крайне низким уровнем интеллекта. Она не могла сама осмыслить масштабы и глубину происходивших изменений, а потому и не была в состоянии разъяснить всему народу характер перемен, их направленность и цель. Б. Ельцин начинал в 1992 г. с просьбы к россиянам потерпеть 5–6 месяцев, после чего все будет хорошо, а кончил тем, что в августе 1998 г., за четыре дня до финансовой катастрофы, публично уверял граждан, что никакого дефолта не будет.

1991-93 годы были тем временем, когда власть особо демонстративно унижала всю нацию, выставляла напоказ нежелание считаться с волей народа. Это началось с наплевательского отношения к результатам мартовского (1991 г.) референдума относительно судьбы Советского Союза и закончилось позорнейшим расстрелом из танковых пушек первого демократического Верховного Совета. Народ был сломлен, его воля к сопротивлению подавлена, он обречен на участь быдла.

Именно эти события и стали отправной точкой демографической гибели русского народа, а вместе с ним и многих других народов России. Не надо искать аналогов в Европе, ссылаться на другие страны и времена, пытаться найти аргументы, уводящие в сторону от подлинных причин нашей беды. Все судьбоносные проблемы России имеют в своей основе наши внутренние корни. Правильные или неправильные решения этих проблем тоже главным образом зависят от нас. Было бы малодушием пытаться объяснять наши трудности и трагедии вмешательством чуждых, «забугорных» сил.

Для простоты понимания проблемы можно сказать, что русский народ, основная масса населения России, после всего пережитого, перед лицом всего переживаемого, решили покончить самоубийством. Лучше страшный конец, чем страх без конца. Но это самоубийство носит характер не единовременного акта вроде ядерной катастрофы, а растянутого по времени вымирания. Это не добровольное решение, а реакция не бесконечные и безмерные измывательства над ним со стороны власти, закрывающие путь к нормальному развитию этноса. Если хотите, это своего рода эвтаназия, ответ на бесперспективность дальнейшего существования. Другая бы власть озаботилась таким душевным состоянием нации, нашла бы десятки способов внушить ей веру в сегодняшний и завтрашний день, помогла бы ей и словом и делом выйти из тупика, куда ее же и загнала. Наша власть безучастна к судьбе своего народа.

Естественный прирост населения России завершился в 1991 году, когда в последний раз в истории Отечества было отмечено увеличение на 104 тыс. человек. Начиная с 1992 года заработала смертельная спираль: уже в тот первый год гайдаровские реформы выкосили 220 тыс. невосполнимых жизней российских граждан. А дальше пошло-поехало по нарастающей линии. В 1993 году естественная убыль составила уже 732 тыс. человек, в следующем году она подскочила до 873 тыс. человек. Сказался психологический шок от расстрела Верховного Совета и кровавой бани, учиненной около телецентра в Останкино. Затем боль стала утихать, и цифры убыли, оставаясь очень высокими, все-таки поползли вниз. В 1995 г. мы недосчитались 822 тыс. человек, в 1996-776 тыс., в 1997 г. — 740 тыс., в 1998 — 691 тыс. В те годы я молил Бога, чтобы эта тенденция не прервалась, но тут грянула финансовая катастрофа, названная чужим словом «дефолт», которая в одночасье перечеркнула и мои надежды, и шансы на спасение народа. Дефолт уничтожил все банковские сбережения нарождавшегося среднего класса, вторично привел к ограблению простых граждан, рухнула банковская система, пали на колени промышленные предприятия. Эта катастрофа не замедлила сказаться на темпах вымирания населения. Уже в следующем 1999 году естественная убыль подскочила до 918 тыс., в 2000 году она составила аж 950 тыс. человек. Вот и говорите после этого, что наши демографические процессы являются частным проявлением общеевропейского феномена! Отчаяние нашего народа в этот раз было еще более глубоким и стойким. Темпы вымирания все последующие годы (до 2006) оставались высокими и колебались в амплитуде от 930 тыс. до 780 тыс. ежегодно.

Несмотря на ужасающее по своим масштабам сокращение численности населения, стоит отметить, что разрушительная демографическая инерция только набирает силу. В данный момент (2007 г.) сокращение населения в определенной степени сдерживается благоприятной половозрастной структурой, образовавшейся в результате высокой рождаемости восьмидесятых годов прошлого века. Последнее обстоятельство способствовало появлению в наши дни многочисленных брачных контингентов, чем и объясняется небольшой автоматический рост рождаемости в последние годы.

Однако запас этой демографической прочности на исходе. Его влияние продлится не далее 2009–2012 гг., после чего при отсутствии эффективной демографической политики численность населения будет стремительно убывать. Начиная с 2010 г. ежегодный размер естественной убыли может превысить один миллион человек, а к 2025 г. эта цифра имеет все шансы вырасти в два раза. Таковы прогнозы Центра демографических исследований.

Какую часть населения России с особым усердием выкашивает смерть? Преимущественно русских в центральных областях страны. Вот перечень тех регионов, где темпы потери коренного населения особенно велики. Это Московская, Тульская, Рязанская, Владимирская, Ярославская, Калужская, Тверская, Пензенская, Псковская, Ивановская и другие области. Каждый раз, посещая эти края, я непременно задавал вопрос либо губернаторам, либо мэрам городов, либо главам районных администраций о динамике народонаселения и почти всегда получал леденящий душу ответ: «На три гроба — одна колыбелька». Смертность везде превышает рождаемость в два, три, четыре раза. Гибнут потомки жителей тех областей, где когда-то были сердце и мозг исторической России, где возникали и крепли княжества, сложившиеся в великое Московское царство — фундамент Российской Империи.

Для контраста приведем перечень тех республик и автономных образований, где показатели демографического развития резко отличаются от общероссийских в сторону роста численности населения. Это Дагестан, Ингушетия, Кабардино-Балкария, Карачево-Черкессия, Северная Осетия, Республика Тыва, Республика Саха и др. Вот и получается, что мы непрерывно слышим по телевидению и радио, в том числе из уст самых высоких правительственных чинов, стенания о том, что северокавказский регион является чуть ли не самым депрессивным в стране, что там уровень жизни является самым низким и что туда надо направлять мощные потоки финансовой помощи, а численность населения там растет. Даже в Чечне, где много лет бушевала война, численность населения не уменьшается, а растет. Вы не увидите в Чечне на улицах такого количества нищих, как в городах и селах центральной России, там не встретите беспризорных и брошенных детей, которыми забиты спецшколы центральной России и стайки которых бродят по вокзалам, толкутся возле рынков, ютятся в подвалах и на чердаках полуразрушенных зданий. Основная масса сирот и беспризорных детей — это русские, осколки вымерших, разрушенных семей. Даже в Чечне, где пожар войны бушевал более 10 лет, имеется всего 19 тыс. сирот, причем большинство из русских, армянских и других семей, детей чеченцев меньшинство.

Очевидцы, много лет живущие на Северном Кавказе, рассказывают, что нельзя не удивляться тому, что вокруг разрушенных войной городов и селений растут, как грибы в дождливую погоду, поселки из добротных, с архитектурным «перебором» коттеджей. В «нищей» Ингушетии бывший президент этой республики Руслан Аушев нашел немалые средства, чтобы построить роскошный президентский дворец.

Я был крайне удивлен, когда услышал на заседании Государственной думы от высокопоставленного чиновника финансового ведомства России признание, что именно в республиках Северного Кавказа отмечается самый высокий в стране уровень обмена рублевой массы на иностранную валюту. Любой наблюдательный человек не может не заметить, что в этих республиках появляются дорогостоящие футбольные клубы («Динамо» в Махачкале, «Терек» в Грозном, «Алания» во Владикавказе, «Спартак» в Нальчике), причем играют в них в подавляющем большинстве не спортсмены из местных национальностей, а купленные пришельцы из России и из стран дальнего зарубежья). Никак все это не вяжется с навязываемым клише о нищете и депрессивности этих регионов.

Пишу эти строки и вспоминаю годы своей работы в разведке, когда в наши руки попадали секретные документы американских спецслужб. С каким циничным сладострастием они отмечали, что изменение национального состава населения вследствие сокращения доли русского этноса приведет в близком будущем к падению боеспособности российских вооруженных сил. Чем дальше, тем выше будет доля призываемых юношей из числа народов национальных окраин, которые имеют низкий общеобразовательный уровень, плохо владеют русским языком, зачастую не понимают общегосударственных целей и приоритетов. А вооруженные силы тем временем оснащаются все более сложными системами вооружения, связи и управления войсками, требующими особо высокого уровня подготовки. Как не отметить, что с разрушением Советского Союза во многих этнических автономиях стали забывать русский язык. Сейчас на многих судебных процессах по делам террористов-боевиков обвиняемые требуют предоставления им переводчиков, ссылаясь на незнание русского языка. Где-то в этом кроется простая уловка для выигрыша времени, но где-то и горькая правда. Ведь за 15 лет «демократии» в России так и не был принят закон о русском языке как основном государствообразующем факторе. Все это — следствие сдвигов в демографии страны, которые в огромной степени являются отражением государственной политики. Власть безразлична к покорным русским областям и старается ублажить тех, кто громче других кричит о своей «бедности» и, приставив нож к горлу, требует все новых и новых дотаций.

Нынче модно всячески пинать советское прошлое. Но давайте спокойно взглянем на то, как заботился тот режим о приращении народонаселения. Развод — т. е. разрушение семьи — рассматривался как антисоциальный акт, он мог состояться только по решению суда, который руководствовался в первую очередь интересами детей. Инициатор развода должен был заплатить существенную государственную пошлину, равную двух-трехмесячному заработку. В газетах обязательно публиковалась информация о судебных слушаниях по всем бракоразводным процессам (ведь и у третьих лиц могли оказаться материальные или моральные претензии к участникам процесса). Развод был препятствующим фактором в служебном и профессиональном росте. Мотивировки развода непременно отражались в характеризующих личность документах. Развод был возможен, но в общественном мнении он считался пятном на репутации человека и, прежде всего, на репутации мужчины. Отношение к разводу было почти таким же, как во времена Российской Империи и церковного брака.

Семья пользовалась прямой и публичной поддержкой государства. Было введено почетное звание «Мать-героиня», учреждены ордена и медали за материнство. Воспроизводство населения было приравнено к особо уважаемой профессии. Вспомните кинофильм «20 лет спустя», в котором замечательная русская актриса Наталья Гундарева играла роль многодетной матери, отдавшей всю свою жизнь воспитанию нового поколения. Или фильм «Евдокия», где в главной роли матери снималась не менее замечательная актриса Л. Хитяева. Многодетная семья имела преимущественное право на улучшение своих жилищных условий. Постоянно увеличивались пособия на детей, продлевались оплачиваемые отпуска по беременности и уходу за детьми. Все это было отрезано, как ножом гильотины, в 1991 году и осталось только в памяти старшего поколения.

Куда ни кинь, а факт остается фактом: в конце 80-х годов душевой месячный доход в размере ниже 75 рублей (тогда при абсолютно стабильных ценах это был прожиточный уровень) имело менее 10 % населения огромного Советского Союза, а после первого десятилетия торжества «демократии» в России удельный вес граждан, прозябающих ниже прожиточного уровня, возрос до 35 %, К тому же эти цифры относятся теперь только к территории «процветающей» России, одаренной Господом нефтью и газом, золотом и алмазными копями, лесом и рыбой. О какой рождаемости можно говорить в голодающей стране, треть населения которой не живет, а просто существует. Приведу один примечательный диалог: на вопрос, как поживаешь? — собеседник отвечает: «На три Д!». «Это как надо понимать?» — «Доедаю, донашиваю, доживаю!»…

В поисках ответа на вопрос, кому сейчас на Руси жить хорошо, я посмотрел статистику, отражающую уровень заработных плат в различных отраслях российской экономики. Наиболее высокооплачиваемые наемные работники работают в следующих отраслях: добыча топливно-энергетических ископаемых (в среднем 22 тыс. рублей), производство кокса и нефтепродуктов (около 22 тыс. рублей), транспортировка по трубопроводам (21 тыс. руб.) работав финансовых учреждениях (18 тыс. руб.), электроэнергетика (14 тыс. рублей). В то же время в таких отраслях, как производство готовой металлической продукции, машин и оборудования, электронных и электрических аппаратов и пр., зарплаты колеблются от 8 до 10 тыс. руб. А в сельском хозяйстве и того ниже — всего около 4 тыс. рублей. Вот она — экономика, вывернутая наизнанку. То, что мы называем реальной экономикой, т. е. производством новых высокотехнологичных товаров и продуктов жизнеобеспечения, находится в загоне, а приоритет отдается добыче и экспорту природных ресурсов.

Тысячу раз я слышал возмущенные упреки апологетов «дикого капитализма» в том, что я, дескать, сгущаю краски. «Посмотрите на обилие товаров в магазинах и на рынках, взгляните, как одеты в массе прохожие!». Я согласен с тем, что витрина «дикого капитализма» выглядит прилично, но у этой витрины отовариваются не более одной трети населения страны. А где остальные? Откуда берутся данные официальной статистики о среднем уменьшении роста и веса россиян? Почему министр обороны вынужден создавать специальные откормочные пункты для призывников, которые по своим физическим кондициям не способны нести воинскую службу? Почему наши медицинские службы фиксируют из года в год «несбалансированность» питательного рациона среднего россиянина, не получающего нужного количества животных белков, молока, не говоря уже о фруктах и пр. Оценивать положение в стране можно только на основании общероссийских показателей, а не выборочных данных о числе наших туристов, проводящих отпуска за рубежом, количестве иномарок, курсирующих по нашим дорогам, коттеджных поселков и пр.

Они будут относиться к численно незначительной социально-привилегированной части населения. Да, у них и с рождаемостью чаще всего все в порядке — Роман Абрамович имеет, например, пятерых детей. Но это не влияет на судьбу народа России.

Не снижающийся уровень социальной нищеты и отсутствие у подавляющего большинства населения шансов вырваться из нее является основным фактором, влияющим на демографические процессы в нашей стране. Страшно подумать, что почти все многодетные семьи в нынешней России оказались в категории нищих наряду с пенсионерами, членами так называемых неполных семей и др. Сама мысль о заведении ребенка связывается сразу с угрозой резкого понижения уровня жизни семьи. Классики политической экономии всегда подчеркивали, что капиталист (предприниматель, работодатель) платит рабочему за его труд столько, сколько необходимо для воспроизводства рабочей силы. Т. е. речь шла не только об обеспечении жизненных потребностей самого рабочего, но и стимулировании его к рождению и воспитанию детей — новой рабочей силы. Потому нынешнее поколение россиян с удивлением читает, что рабочие в Российской империи имели просторные дома, удобные квартиры. Вспомните, что в квартире питерского рабочего Аллилуева проживали сразу по нескольку человек профессиональных революционеров (в том числе И. Сталин). В советское время при низких уровнях зарплаты существовал так называемый «фонд общественного потребления» в виде яслей, детских садов, пионерских лагерей, бесплатного здравоохранения, образования и т. д., который в большой степени компенсировал издержки, связанные с рождением и воспитанием нового поколения.

При «диком капитализме», воцарившемся в 1991 г., временщикам, прозванным «новыми русскими», стало безразлично, будет ли в стране сохранен здоровый запас рабочих рук. Они в угаре сиюминутного обогащения абсолютно не задумываются о завтрашнем дне, о судьбе России. Они себя не ощущают даже как класс, который намерен всерьез и надолго управлять Россией. Их жизненное кредо выражается двумя словами: «урвать» и «свалить», т. е. нажиться и эмигрировать. Отсюда полное безразличие к проблемам народонаселения, к нормальному воспроизводству рабочей силы для самих же себя. После нас хоть потоп! Этим объясняется типично российское явление невыплаты в срок даже наших убогих зарплат, ликвидация всей социальной инфраструктуры в виде детских, спортивных, оздоровительных и иных центров при промышленных предприятиях, упразднение всех доступных форм санаторного или иного отдыха. Все во имя увеличения (причем немедленного) прибыли, ничего для воспроизводства рабочей силы, населения. В народных сказках и притчах это называлось «убивать курочку, несущую золотые яйца» или «пилить сук, на котором сидишь». Но временщикам некогда ждать. Их интересует только свой личный завтрашний день и ничей другой. В этом и состоит «философия» «новых русских». Их психология понятна, но гораздо труднее понять, почему российская публичная власть, Кремль, думают точно так же?

Семья — ячейка общества и государства — утратила всякую ценность в последнее время. Число разводов почти равно числу браков, из-за чего появилась новая категория — «неполная семья», чаще всего мать с ребенком. Каждый третий ребенок в России родится вне брака: это тоже особая статья — мать-одиночка.

Под влиянием распоясавшихся средств массовой информации обрушилась вся система морально-нравственных ценностей. Распутный образ жизни, считавшийся во все времена позором, теперь стал чуть ли не символом свободы, раскованности. Молодые мужчины, насмотревшись эротических картинок в журналах и газетах, наглядевшись порнографических фильмов, наговорившись с виртуальными жрицами любви по «горячим» телефонам, потом с тоской записывают телефоны врачей, которые обещают восстановить утерянные раньше времени способности. Утром мужчин уговаривают купить возбуждающую «Виагру», а вечером предлагают другое снадобье, которое лечит то, что изуродовано «Виагрой». Любовь, Богом данное святое чувство для продолжения здорового рода, объявлено всего-навсего «удовольствием». Русские женщины — наши вековые хранительницы семейного очага, оплот чистоты и целомудренности, пускаются во все тяжкие. Нищета выстроила шпалерами наших девушек вдоль улиц и шоссе, погнала их в притоны западных стран. По оценкам экспертов, в 90-е годы и в наши дни более 3 млн девушек и женщин постоянно зарабатывают на жизнь торговлей своим телом.

Драматический слом всего уклада жизни после 1991 г. привел к тому, что у людей гаснут естественные природные инстинкты. Среди мужчин и женщин растет число гомосексуалов, все чаще мы слышим о преступлениях педофилов, матери отказываются от своих детей, а нередко и убивают их, выбрасывая тельца в мусорные ящики. Конечно, народ, впавший под влиянием обстоятельств в такое массовое безумие, не может нормально восстанавливать свою популяцию.

В.В. Путин в период своей администрации окончательно оформил решение: делать ставку только на миграцию рабочей силы из стран СНГ в качестве компенсации угасающих трудовых ресурсов собственно российского населения. Ведь тот перекос, который уже наметился в этническом составе населения России в ее государственных границах, будет еще более усугублен притоком мигрантов из-за рубежа. Ведь в правительственных кулуарах поговаривают о приеме ежегодно по 1 млн иностранных граждан, дабы как-то прикрыть бреши, образуемые уходом в мир иной коренного населения. Но если представить, что подобная практика продлится 15–20 лет (на большее может не хватить и резервов ближнего зарубежья), то мы можем прогнозировать коренное изменение национального состава России. Русские могут оказаться в положении национального меньшинства в своем собственном историческом государстве. Повторится история Косовского края. Сроки такой трансформации во многом будут зависеть от политики государства, но тенденцию изменить уже нельзя. Курс проложен администрацией В. Путина, а скорость движения по нему будет определяться самой жизнью.

До сих пор приток мигрантов из бывших советских республик не доставлял особых проблем для государства и общества, поскольку в Россию приезжали в основном этнические русские, которые не смогли или не захотели адаптироваться к жизни в новых постсоветских государствах, где русские внезапно и против своей воли оказались в положении национальных меньшинств, к тому же третируемых во всех отношениях коренными народами этих стран. В общей сложности за период с 1990 по 2004 гг. включительно к нам приехало на постоянное жительство 5 млн 645 тыс. мигрантов. Это количество новых граждан России все равно не компенсировало естественную убыль населения, но в какой-то мере смягчило демографический удар. Приток мигрантов был неравномерным в разное время. Он начался еще в советское время, но в последние годы коммунистического режима, когда в бывших республиках уже начался националистический угар и русские стали превращаться в козлов отпущения за все грехи социалистического строя, приток возрос. В 1990 г. в Россию уже выехало 275 тыс. переселенцев. Пик бегства русских пришелся на 1993–1998 гг., когда мы ежегодно принимали по полмиллиона и больше наших несчастных сограждан, а в 1994 г. к нам приехал почти миллион человек. Это были годы, когда новые национальные элиты утверждали свою власть, отодвигая русских на второй или десятый план. Почти полностью выехали наши соотечественники из стран Закавказья, на 85–90 % из стран Средней Азии, за исключением Казахстана и Киргизии, потому что в первом случае русских оказалось в стране слишком много (35 % от общего числа населения) и они были расселены компактно, что облегчает выживание, а во втором, потому что киргизское правительство постаралось удержать у себя русское население, объявив русский язык государственным и создав приемлемые условия межнациональной жизни.

Сейчас приток русских из-за рубежа резко сократился. Надобно заметить, что наше правительство никогда не было радо приезду наших сограждан, обоснованно полагая, что в их лице оно получает своих политических противников, которые будут поддерживать своими голосами оппозиционные политические силы. Тут уж ничего не попишешь! Русские семьи, оказавшиеся за пределами своей родины по воле Беловежских сепаратистов, возлагали ответственность за развал СССР на новые демократические власти. Все невзгоды и унижения, обрушившиеся на них, также записывались в счет новых властей. Россия так и не смогла, или не захотела, выработать свою миграционную политику, которая бы привлекла на родину те 25 млн русских, которые оказались отрезанными новыми государственными границами. Те, кто прорывался, несмотря ни на что, в Россию, делали это на свой страх и риск, не рассчитывая на теплые объятия матери-родины. Они находили опору в своих родных, друзьях, знакомых, а государство оставалось для них злой мачехой. Поэтому при мало-мальской возможности выжить в новых условиях русские оставались там, где их застала геополитическая катастрофа 1991 года. Очень мало уехало из Прибалтики, почти все остались на Украине и тем более в Белоруссии. Сейчас приток усыхает на глазах — он уже измеряется несколькими десятками тысяч в год.

Среди теперешних иммигрантов начинает преобладать этнически иной компонент: китайцы, азербайджанцы, грузины, таджики и пр. Это иная миграция

— эти люди едут не на родину, они едут за заработком, прибылями, собственностью. Плоды их работы часто не остаются в России, они утекают в виде денежных переводов, товаров за рубеж. Для них Россия не родина, а дойная корова, хотя часть этих мигрантов останется в России, создаст здесь свои семьи, пустит корни.

Сколько русских людей уехало в эти беспросветные годы из России в дальнее зарубежье в поисках лучшей доли, не поддается точному просчету, так как многие их них не вышли из российского гражданства. Самые пессимистические оценки называют цифру в 5 млн человек, а оптимисты будут настаивать на 2–3 миллионах человек. По данным Комитета по статистике за десятилетие с 1997 г. по 2007 г. Россию покинуло 1 млн 400 тыс. человек, хотя пик бегства за границу пришелся на более ранние годы последней декады XX века. Это своего рода виртуальные россияне. Если по данным Госкомстата на 1 января 2006 года численность населения России составляла 142,7 млн человек, то мы можем смело сказать, что эта цифра на самом деле меньше, ибо она не учитывает многочисленных россиян, бродящих по белу свету с нашими российскими паспортами. Сейчас нельзя найти ни одного города в Западной Европе, в США, где бы не было заметной колонии россиян. В Израиле выходцы из России составляют четверть населения этого государства и постепенно превращаются в ведущую политическую силу (евреи чаще, чем другие, практикуют систему двойного гражданства).

Сам феномен «утечки мозгов» отражает глубину российской демографической трагедии. Вымывается наиболее образованная, наиболее активная часть населения страны и образующаяся лагуна заполняется выходцами из ближнего зарубежья, которые в силу своего более низкого общеобразовательного уровня получают в обществе уничижительные клички, из которых «чурки» самое ласкательное.

Демографическая картина России претерпевает радикальные изменения в части размещения населения по территории страны. С 1991 года, с общим развалом страны, ее экономики, началось бегство населения из отдаленных концов, где оно оказалось полностью брошенным государством на произвол судьбы, в центральные районы России. Из уст правительственных чиновников, выступавших с трибуны Государственной думы, приходилось слышать, что на всем протяжении от Уральских гор до Тихого океана осталось только 18 млн россиян, а в Забайкалье и Дальнем Востоке их всего не более 4 млн. Никаких других причин для исхода населения нет, кроме резко изменившихся социально-экономических условий жизни, наступивших в результате геополитической катастрофы 1991 года. Остановка всей обрабатывающей промышленности, прекращение строительства транспортной инфраструктуры, коллапс геолого-разведочных работ, отмирание Северного морского пути и многое другое привели к свертыванию миллионов рабочих мест, утрате перспектив на возрождение Сибири и Дальнего Востока. Непомерный рост всех видов транспортных тарифов сделал невозможным поддержание в привычных масштабах экономических и межчеловеческих контактов и связей. Все это породило желание людей уехать в центральные районы страны, где пока сохранились терпимые условия жизни.

Ни центральное правительство, ни местные власти не предпринимали никаких серьезных шагов для удержания населения на этих территориях. По сведениям, приходившим с Чукотки, тамошний губернатор Р. Абрамович даже предлагал оплатить русским специалистам, остававшимся в регионе (геологам, врачам, метеорологам и пр.) расходы по возвращению на Большую землю. Не один век русские первопроходцы осваивали и закрепляли эти земли, а теперь на протяжении всего 16–17 лет стали спешно покидать их в результате потери государственного интереса к этим краям и к людям, их населявшим. В Чукотском автономном округе численность населения за годы «демократии» сократилось в три раза, в Магаданской области более, чем в два раза, и т. д. Люди едут в основном в Центральный, Южный и Поволжский Федеральные округа. Здесь сейчас сгрудилось более 60 % всего населения России. За время моей работы в составе Государственной думы IV созыва я смог убедиться в том, что сейчас власть озабочена только тем, чтобы найти средства для обеспечения жильем тех граждан, которых переселяют из районов Крайнего Севера в центр страны. Никаких инициатив по удержанию населения, по развитию этих районов не предпринималось и не планировалось. Вот что было сказано в рекомендациях парламентских слушаний, состоявшихся 6 апреля 2006 года по вопросам переселения из районов Крайнего Севера: «По инициативе Правительства Российской Федерации непрерывно сокращается перечень предоставляемых северянам гарантий и компенсаций, постоянно снижается уровень и объем возмещения затрат, понесенных гражданами в связи с работой и проживанием в экстремальных природно-климатических условиях Крайнего Севера и приравненных к ним местностей». Крепко запомните: вся эта политика проводится «по инициативе правительства», назначенного президентом и ответственного только перед ним.

Продолжается концентрация населения в городах, где попроще найти работу и более сносные условия существования. В 2006 году в России было 13 городов с населением более одного миллиона. Кроме Новосибирска и Омска, остальные 11 находятся в центральной части России. Немыслимо «пухнет» Москва с ее почти 11 миллионами жителей. Парадокс: страна вымирает, а Москва входит в число 20 самых крупных городов мира. Набирает темпы и Санкт-Петербург с его почти 5-миллионным населением. Остальные (Нижний Новгород, Екатеринбург, Самара, Казань, Челябинск, Ростов-на-Дону, Уфа, Волгоград, Пермь), как мощные магниты, продолжают втягивать в себя оставшихся в живых последних могикан из некогда процветавшей российской сельской глубинки.

Мы уже отмечали, что вымирание коснулось в первую очередь русских, но к этому следует добавить, что гибнут чаще мужчины, В среднем они доживают до 58 лет, но этот порог имеет тенденцию к понижению. По продолжительности жизни среди мужчин Россия занимает сейчас (2006 г.) 136 место в мире из 191 стран, в то время как по женской 91 место. Смертность среди сильного пола в отдельных возрастных категориях бывает в три-четыре раза выше женской. Ничего похожего не наблюдается в развитых странах Европы и Америки, с которыми нас пытаются иногда сравнивать ангажированные «специалисты». Но еще страшнее то, что мужчины погибают в трудоспособном возрасте. В общей численности умерших мужчин эта категория составляет 30 %. Уходят в мир иной мужчины по существу в цветущем возрасте в основном в результате глубочайшего жизненного кризиса, из-за стыда перед самими собой и своими родными и близкими за несостоявшуюся судьбу, из-за реальной нищеты или страха перед ней, бесперспективности и собственного бессилия. Мужчина, который испокон веков был опорой семьи, ее кормильцем и наставником, оказался выброшенным на обочину жизни. Любой человек, далекий от демографической статистики и не занимающийся социологией, может убедиться в этом самым простым образом: следует лишь спуститься в поезд метрополитена, особенно в часы пик, и посмотреть на окружающих мужчин и женщин. Мужчины выглядят чаще всего измученными, небрежно одетыми, они стараются побыстрее захватить свободное место в вагоне, забыв свою природную обязанность, вошедшую в прошлые годы в привычку, уступать место женщине. Тупо и безразлично сидят они даже тогда, когда рядом стоят дети или люди пожилого возраста. Если они читают что-то, то это в большинстве случаев бульварные газетки, спортивные новости. Почти не видно в руках конспектов, учебников или хотя бы литературной классики. Серьги в мочках у молодых юношей, воткнутые в уши наушники «эгоистиков» (индивидуальных магнитофонов), пластиковые бутылки с пивом или напитками в руках дополняют гнетущую картинку.

Женщины выгодно отличаются в лучшую сторону. Они живее, энергичнее, ухожены в большинстве случаев. Чувствуется, что они в своих семьях играют далеко не последнюю роль во всех отношениях, в том числе и в материальном. Жаль только, что теперь редко увидишь в общественном месте беременную женщину, а с ребеночком на руках вообще ходят только профессиональные нищенки. Женщина как мать постепенно уходит из нашей повседневной жизни. Невольно вспоминаются слова какой-то пародийной песенки: «Я корова, я и бык. Я и баба, и мужик».

В пенсионном возрасте, когда волей-неволей итожится вся жизнь, женщины вдвое превышают по численности мужчин. Они более стойки и выносливы. Мы это знали по трагическому опыту ленинградской блокады, по другим крутым поворотам нашей истории.

Коротка жизнь россиянина в нынешней России, но и доживать до старости нет большой радости. Обычного человека ждет убогое существование на положении нелюбимого нахлебника государства. В развитых странах мира пенсия обычно составляет 60–80 % от среднего уровня заработка, а то и больше. Уход на пенсию для человека не трагедия, а переход в новое качество, дающее ему свободу и возможность заслуженно отдохнуть. Потому-то американцы, японцы и прочие разные шведы, только уйдя на покой начинают рвать цветы удовольствий, разъезжать туристами по экзотическим странам, проводить время в приморских курортных местах, увлекаться спортом, доступным их возрасту. Помню, с какой завистью я смотрел на моих одногодков, испанских старичков-пенсионеров: чистенькие, отутюженные, они собирались стайками каждый вечер на приморском бульваре в городе Паламос (я там был несколько дней туристом) и самозабвенно играли в «болас», бросая на точность килограммовые металлические шары.

В развивающихся странах размер пенсии по отношению к заработку поменьше: 40–50 %. В целом в мире по данным Международной организации труда пенсия колеблется вокруг 50 %. Но Россия опять выпадает их этого общечеловеческого ряда. У нас размер пенсии составляет около 25 % заработка. Уход на пенсию — это почти похороны. Уровень жизни человека сваливается вертикально вниз. Представить себе русского зарубежного туриста, купившего себе тур на пенсию, столь же невозможно, как и увидеть в Москве министра, идущего на работу пешком с зонтиком в руках. Пожилые люди — носители народных традиций, часто воспитатели новых поколений, наставники и мудрые советчики — в России почти официально объявлены социальной обузой. Если бы их можно было лишить избирательных прав и освободиться от зависимости от их голосов, то они были бы объявлены вообще вне закона. Не видать бы им нынешних убогих «льгот», как своих ушей.

Власть постоянно думает, как бы сократить армию пенсионеров или радикально уменьшить расходы на них. Простейший путь — повысить возраст для выхода на пенсию для мужчин до 65 лет, а для женщин до 60 лет — все время крутиться в головах наших министров. Можно сослаться на пример других развитых стран, но вот беда: в России среднестатистический мужчина и сейчас не доживает до нынешнего уровня выхода на пенсию, поднимать планку для него еще на пять лет бессмысленно, он все равно умрет в свои среднестатистические 58 лет. А потому в качестве стратегического курса взята линия на постоянное увеличение разрыва между уровнем зарплаты и пенсией. Иначе говоря, зарплата будет повышаться в зависимости от общего роста доходов страны, от инфляционных показателей, а пенсия будет замораживаться, либо радикально притормаживаться на нынешнем уровне. Простейшая цель: довести пенсию до 20 % от заработка, т. е. создать ситуацию, когда человек будет стараться работать как можно дольше из-за страха оказаться на пенсионном дне. Таким образом кремлевские сидельцы думают избежать принятия непопулярного и ничем не оправданного закона о повышении возрастного ценза для выхода на пенсию. Кстати вспомним, что лично для себя президенты гарантировали самые райские условия. Их пенсия будет равна 75 % от оклада действующего президента, как «в лучших домах Лондона и Филадельфии», плюс бессчетные натуральные привилегии, не подлежащие монетизации (машина, охрана, резиденция, штат помощников и пр.) Ох, как далеко им до Петра I, который, прежде чем утвердить размер солдатского пайка, сам питался этим пайком несколько месяцев!

В стародавние теперь времена дети рассматривались в качестве главного достояния государства и семьи. Лес без подлеска обречен на гибель. Мне много лет приходилось работать в качестве журналиста и дипломата за рубежом и на постоянные вопросы о том, есть ли в Советском Союзе привилегированные классы, легко было отвечать: «Да, есть — это дети!». И эти слова имели под собой солидную материальную базу. Разве не для детей создавалась сеть яслей, детских садов, пионерских лагерей, Дворцов пионеров и т. д. У нас была лучшая в мире детская литературы, специальные киностудии, где рождались фильмы для детей и юношества. Вспоминаю слова иностранных шахматных гроссмейстеров, которые предупреждали своих коллег не соглашаться легкомысленно на сеансы одновременной игры во Дворцах пионеров, ибо они подвергались риску потерпеть крупное поражение. Вся эта огромная инфраструктура детской цивилизации была в мгновение ока растащена приватизаторами, отнявшими у детей право на развитие своих природных способностей. Ссылки на то, что, дескать, в советское время все это делалось из-за необходимости выращивать идеологически зашоренных молодых людей, не выдерживают серьезной критики. В хороший кувшин можно налить любое по качеству вино. Совсем нетрудно изменить содержание воспитательного процесса, исключить из него элементы нелепой идеологической ангажированности, усилить православно-патриотическую составляющую, но сохранить саму индустрию воспитания физически здорового, развитого и духовно крепкого гражданина.

В первые годы администрации В. Путина мне как-то довелось участвовать в беседе, на которой присутствовала супруга российского президента Людмила Александровна Путина. Зашел разговор о российских детях, о том, как решить судьбу миллионов брошенных малолеток. Кто-то предлагал возвратиться к уже апробированной системе А. Макаренко, получившей признание во всем мире, кто-то высказывался в пользу создания общенационального бойскаутского движения.

Но все сходились на мысли, что без государственного вмешательства в решение этой сложной проблемы страна обойтись не может. С надеждой было вброшено предложение, чтобы она, Л.А. Путина, взяла на себя роль инициатора и покровительницы такой программы. Все участники беседы помнили слова Екатерины Великой, которая на вопрос, в чем она видит свое предназначение как российской государыни, ответила: «Сбережение и приумножение российской нации!», и надеялись увлечь Л.А. Путину этим примером. Велико было разочарование участников, когда они услышали в ответ туманные рассуждения о том, что, мол, целесообразно взять за образец европейские примеры создания семей с несколькими приемными детьми. Все поняли, что сеяли в непаханную, не удобренную землю. Жаль вообще, что наши первые дамы шествуют по экранам телевизоров только как протокольные приложения к своим высокопоставленным мужьям и не играют никакой существенной роли в жизни страны, а если играют, то как Раиса Максимовна Горбачева-в роли «злых гениев» своих мужей. В то же время в странах с такой суперконцентрацией публичной власти в руках одного лица — главы государства — роль его супруги, если бы она взялась за патронаж жизненно важного гуманитарного проекта, могла бы оказаться исключительно важной.

В практической жизни мы видим полное отчуждение власти от народа, высшим выражением которой является безразличие этой власти к совершающемуся на ее глазах и с ее помощью геноциду нации. Но стоит затронуть эту тему публично, как сразу же на голову критиков обрушатся обвинения в «огульном охаивании», в «политиканстве» и прочих грехах. Не преминут сказать, что правительство, мол, приняло еще в 2001 году «Концепцию демографического развития», рассчитанную до 2015 года, что постоянно ведется ее уточнение и разрабатывается план по ее реализации. Не считаю нужным загромождать память читателей изложением пустопорожних пожеланий улучшения демографической ситуации. Благими намерениями, как известно, вымощен путь в ад. В народе давно говорят: «На словах и так и сяк, а на деле — никак». Во времена «демократии» в России бумажные урожаи стали еще более тучными, чем даже при советском строе. Только тогда они назывались «постановлениями партии и правительства», а теперь «концепциями». И те и другие оказались и оказываются ненужными для дела. Давно известно, что самая лучшая форма сказать что-либо — это сделать что-то. О каком «демографическом развитии» может идти речь, если все факты говорят о демографической катастрофе? Создается впечатление, что в нынешней России слово «развитие» вообще употребляется как синоним слова «упадок». Разве Министерство экономического развития соответствует своему названию, а Министерство здравоохранения и социального развития хоть в чем-нибудь содействует именно развитию? Нет, конечно!

Не подготовленные всем ходом исторического развития России к осознанию конечности нашего демографического бытия, мы справедливо возмущаемся прогнозами М. Тэтчер о том, что русских останется скоро 15–20 млн, которые будут сосредоточены вокруг Москвы в переделах средневекового княжества, и этого достаточно для сохранения этноса. Мы по инерции полагаем, что это только политизированная угроза в наш адрес. Но, оказывается, западные эксперты ближе к грустной оценке, чем нам бы хотелось. Государственный секретарь США Кондолиза Райс публично говорит о том, что, дескать, несправедливо, что Россия владеет слабонаселенной обширной Сибирью. Ей вторят «специалисты» на Западе, полагающие, что для России хватит 30–40 млн человек, которые будут обслуживать нефте— и газопромыслы и пути транспортировки добываемых ресурсов на Запад. И вовсе не обязательно, чтобы эти 30–40 млн человек были русскими.

В последнее время и наши специалисты приходят к таким же неутешительным для нас оценкам. Российская Академия наук, а точнее, ее Институт социально-экономических проблем народонаселения делают вывод о том, что «столько, сколько нас было, больше уже не будет». «Мы прошли точку невозврата», — резюмирует эту оценку член-корреспондент РАН, эксперт ООН по вопросам старения населения Н.М. Римашевская. Я разделяю их точку зрения. Добавим только, что научное понимание этой трагедии, начавшейся в 1991 г., пришлось как раз на время администрации В. Путина. Власть пока не признает этого приговора, но он уже вынесен и апелляции не подлежит. Вопрос может стоять только в сроках приведения этого приговора в жизнь.

Российское общество и в особенности русский народ не могут смириться с этой обреченностью, они лихорадочно ищут пути спасения своей цивилизации. На многочисленных слушаниях по демографическому вопросу высказываются различные предложения, направленные хотя бы на существенное торможение процесса вымирания. Наиболее часто слышно требование ввести временный или окончательный запрет на аборты. Эта мера действует во многих странах мира, в Советском Союзе она была введена в 1955 году. Против абортов выступает Православная Церковь, как и другие конфессии России. Нынешняя бесконтрольность искусственного прерывания беременности ежегодно уносит жизни примерно 2,5 млн потенциальных граждан. Точной статистики опять-таки нет. Здоровью женщин наносится непоправимый ущерб, а часто они теряют вообще способность иметь детей в будущем. При теперешнем разнообразии противозачаточных средств аборт вообще выглядит варварским, почти средневековым способом избавиться от нежелательного ребенка. Запрет абортов был бы в любом случае благом для общества, за исключением отдельных конкретных ситуаций, когда продолжение беременности представляет собой опасность для жизни матери или когда анализы показывают, что плод в материнской утробе несет в себе такие генетические или органические дефекты, которые не позволяют рассчитывать на рождение здорового ребенка. В этом последнем случае решение принимают будущие родители и, в первую очередь, мать. Общественность права, когда утверждает, что если законен мораторий на смертную казнь для преступников, то тем более подлежит запрету аборт, являющийся убийством невинного существа.

Предлагается ввести ранее существовавший налог на бездетность на здоровых российских граждан репродуктивного возраста. Эта мера, безусловно, вызовет острую полемику в обществе, которому уже много лет непрерывно внушают мысль о приоритетности интересов личности по сравнению с обществом и тем более государством. Но если мы платим единый социальный налог, из которого складываются основные средства Пенсионного фонда для поддержания старшего поколения, то еще более необходимо обеспечить подрастающее поколение. Налог на бездетность целесообразен, особенно в части, касающейся мужчин, которые все чаще и чаще стали просто уклоняться от вступления в брак, от заведения детей, движимые чувствами личного эгоизма, стремления легко пропорхать по жизни.

Необходимо радикально пересмотреть те денежные выплаты, которые полагаются матери и ребенку. Сейчас по закону единовременное пособие на рождение ребенка составляет всего 8 тыс. рублей. Кот наплакал! Сравните соседнюю Украину, где после победы «оранжевой революции» было решено платить за рождение ребенка 1500 долларов (т. е. 42 тыс. рублей, или в пять раз больше, чем в России), я уж не говорю о Европе, где финансовая помощь еще выше. Российской власти давно пора понять, что производство детей — это самое ценное производство в стране. Детей надо, если хотите, покупать, т. е. платить родителям большую часть стоимости на рождение и воспитание. Ежемесячное пособие на ребенка не должно быть меньше, чем прожиточный уровень, а ведь мы платим сегодня смешные 70 рублей (это составляет всего 3 % от прожиточного уровня!).

Возьмите в руки карандаш и посчитайте, во что обошлось бы России приобретение новеньких малышей численностью в 1 миллион, при условии выплаты матерям среднего прожиточного уровня в 2500 рублей в месяц. Все расходы государства составили бы в год сумму, не превышающую 1 млрд долларов. При нынешних золотовалютных запасах страны более 450 млрд долларов и стабилизационном фонде в 70 млрд долларов, приведенные выше расчеты вовсе не окажутся обременительными.

Когда приходится выезжать в сельские местности Центральной России, то на каждом шагу встречаешь семьи, которые живут на одну мизерную пенсию единственного пенсионера, плюс, разумеется, на то, что производится в приусадебном хозяйстве. Пенсия играет спасительную роль, а более весомые пособия на ребенка сыграли бы роль фактора возрождения.

Почти единодушны все наши корреспонденты в требовании предоставлять молодым семьям муниципальное жилье на условиях ипотеки, но с каждым ребенком, родившимся в браке, списывать по 30 % оставшейся задолженности, а после третьего ребенка считать всю задолженность полностью погашенной (за счет бюджета федерации или субъекта федерации). Кстати, такой закон уже действует в Татарстане и там положение с рождаемостью налаживается.

Высказывается пожелание принять закон о предоставлении детям из многодетных семей права на бесплатное получение высшего и среднего специального образования. Предложение верное, но только политика правительства направлена в диаметрально противоположном направлении, оно думает о полной приватизации системы высшего образования, а эта мера закроет путь в ВУЗы не только для выходцев из многодетных семей, а для всех малообеспеченных граждан. Ломоносовых больше не будет, а практика покупки дипломов вместо знаний станет широко распространенной.

Все в один голос настаивают на необходимости разработки такой миграционной политики, которая превратила бы Россию в привлекательный родной дом для миллионов русских, рассыпавшихся по чужим городам и весям. Это особенно важно, потому что история свидетельствует о том, что русские люди уже во втором поколении ассимилируются в тех странах, где они проживают.

Например, во Франции, куда после нашей революции и Гражданской войны 1918-21 гг. эмигрировало в общей сложности более 3 млн человек, в конце XX века по переписи осталось всего 50 тыс. русских, потомки остальных уже офранцузились.

В горьком раздумье полагаю, что нам не следует слепо копировать международную позицию в вопросах клонирования человека. Если бы существовала надежная технология воспроизводства человека из качественного генетического материала, я не вижу непреодолимых препятствий для того, чтобы воспользоваться ею для сохранения русского этноса. Это было бы гораздо нравственнее, чем сидеть, сложа руки, и ждать исчезновения с лица земли великого русского народа.

Под конец администрации В. Путина Кремль, наконец, выступил со своим планом торможения процесса вымирания населения России. Сначала сам президент озвучил основные параметры правительственной инициативы, а затем был внесен соответствующий законопроект, одобренный Государственной думой. В соответствии с этим планом вводится новая социально-экономическая категория «материнский капитал», который ориентирован на стимуляцию рождения второго ребенка и последующих детей. Начиная с 1 января 2007 года каждая женщина — гражданка Российской Федерации, «независимо от места проживания» при рождении второго ребенка (а если у нее есть два, то при рождении третьего) имеет право на получение государственного сертификата на сумму в 10 тыс. долларов, не облагаемую налогами и подлежащую индексации в зависимости от темпов инфляции. Эти средства поступят в распоряжение матери через три года после рождения ребенка и могут быть использованы только для трех четко определенных законом целей: для улучшения жилищных условий, для образования (учебы) ребенка или для увеличения накопительной части пенсии матери. Сейчас этот закон стал действовать. По состоянию на середину августа 2007 г. уже было выдано 106 тыс. сертификатов (в расчете на год получится примерно 170 тыс.). Индексированная стоимость одного сертификата составляет 267 тыс. рублей.

Политическая целесообразность этой правительственной инициативы не подвергается сомнению, хотя она сильно запоздала. Ее запуск был вызван приближающимся предвыборным циклом (выборы в Думу в 2007 г., выборы Президента РФ в марте 2008 г.) и обеспечен крупными накопленными денежными ресурсами.

Что же касается эффективности самой программы, то в обществе не прекращается дискуссия вокруг этого вопроса. Борис Немцов — наиболее заметный лидер «Союза правых сил» открыто говорит, что эта программа приведет к ускорению исламизации России, потому что основная масса женщин, готовых рожать второго и третьего ребенка, принадлежит как раз к народностям, исповедующим ислам. Многие специалисты по демографии полагают, что отвлечение женщин-матерей из производственной сферы в семью еще больше обострит ситуацию на рынке труда. Ведь в настоящее время более 50 % рабочих мест в стране занято именно женщинами. Эти эксперты обращают внимание на то, что мужчины вообще выпали из поля зрения составителей правительственной программы. Целесообразно повысить уровни заработков мужчин, чтобы они могли содержать более многочисленные семьи, нежели давать бесплатные субсидии в виде «материнского капитала».

Многие отмечают несоответствие размеров «материнского капитала» объявленным целям, на которые он может быть истрачен. Так, в Москве на весь «капитал» можно приобрести всего 3 квадратных метра жилья или оплатить два

— три года обучения в высшем учебном заведении и т. д.

Составители программы, как обычно, проявили небрежность в формулировках, в результате чего претензии на «материнский капитал» могут предъявить около 500 тыс. женщин — гражданок РФ, постоянно проживающих за границей (Абхазия, Южная Осетия, Приднестровье и страны так называемого дальнего зарубежья). Только практика ближайших лет может показать, насколько действенной окажется инициатива В. Путина, хотя все демографы сходятся во мнении, что она сможет только несколько затормозить в лучшем случае вымирание населения России, но не будет в состоянии переломить печальную тенденцию.

Да, нас будет с каждым годом все меньше и меньше, но, может быть, мы превзойдем всех качеством. Помните, во время Великой Отечественной войны была в ходу поговорка, рожденная в морской пехоте: «Нас мало, но мы в тельняшках». Нельзя забыть слова маршала Советского Союза Баграмяна (армянина по национальности), говорившего: «Я не пошлю часть в бой, если в ней не будет половины личного состава из числа русских». Всем нам известно, какую огромную роль играют качественные характеристики людей в любой деятельности. В армии это элитные подразделения и части, прославленные гвардейские соединения, в труде это передовики производства, талантливые самоучки, изобретатели, в науке первооткрыватели, первопроходцы.

Выдающиеся руководители государств, военачальники всегда стараются поднимать дух своих граждан, солдат, звать их на великие дела. Вождь, вожак, лидер тем и отличается, что видит дальше и находит дорогу короче и безопаснее к намеченной цели. Мы не перестаем аплодировать Дэн Сяопину и нынешнему китайскому руководству — многоголовому, но единому, которые ведут огромный Китай к невиданным высотам развития. По разному можно относиться к Фиделю Кастро, но нельзя не восхищаться его безмерным мужеством и прозорливостью, когда он в 90-е годы спасал страну и народ, оказавшиеся в безнадежной ситуации после развала СССР и ликвидации социалистического лагеря.

За последние пятнадцать лет Россия пережила и пик падения, и пик формального взлета, если принимать за него финансовое благополучие государства. Но и в горе, и в благополучии у нас не было руководителей, способных поднять народ с колен, показать ему дорогу в завтра. Вправду говорят: «Лучше стадо баранов во главе со львом, чем стая львов во главе с бараном». Наши сидельцы у власти не просто обособились от народа, они губят его высокие качества, апробированные на протяжении истории. Они сорвали запретные печати и выпустили страшных «коней Апокалипсиса», топчущих и калечащих наш народ, уничтожающих его физическое и духовное здоровье. На первое место следует поставить, безусловно, алкоголизацию страны.

За Россией незаслуженно и несправедливо закрепляется образ самой пьяной страны. Большая доля вины за эту позорную славу лежит лично на «товарище» Б.Н. Ельцине, который оставил далеко позади всех своих коллег по цеху глав государств по части публичного пьянства во время отправления официальных функций Президента России. Мировая история современности не знала еще случаев, когда руководитель государства мог на глазах публики мочиться на колеса самолетного шасси, мог в состоянии полной прострации не выйти из самолета для протокольной встречи с встречавшим его руководителем другого государства. Никому из государственных деятелей не приходило в голову подняться со своего места в ряду почетных гостей и в состоянии сильного «поддатия» выхватить из рук ошалевшего от неожиданности дирижера военного оркестра палочку и начать дирижировать перед телекамерами. Сколько раз Б. Ельцин, до самозабвения любивший играть на столовых ложках, начинал, будучи под «высоким градусом», лупить ложками по лысинам и лбам своих приближенных… Об этом мы всегда будем вспоминать с содроганием от позора и унижения, которые темной тенью ложились на честь и достоинство страны. Но хуже всего, что Б. Ельцин ликвидировал государственную монополию на производство и торговлю спиртными напитками, отдал эту жизненно важную часть национальной экономики в руки криминальных структур. Запредельное увеличение производства дешевых сортов «паленых» алкогольных напитков, круглосуточная доступность спиртного зелья понадобились Кремлю в качестве наркотика для обезболивания народа в период шоковой терапии по методу Гайдара.

Сам по себе алкоголь не является ни абсолютным злом, ни абсолютным добром. У него есть свои яростные противники и такие же ревностные защитники. Появившийся еще в библейские времена алкоголь был постоянным спутником человечества. Как известно, первым чудом, сотворенным Иисусом Христом, было превращение воды в вино. И сейчас любой врач скажет, что в малых дозах алкоголь помогает ослаблять угрозу сердечно-сосудистых заболеваний, преодолевать стрессовые нагрузки. Нередко алкоголь называют «коммуникативным допингом», облегчающим установление и развитие контактов между людьми. Прав был поэт Расул Гамзатов, когда писал, что пить можно, но только надо знать «с кем, за что, чего и сколько».

Всемирная организация здравоохранения проводила в 80-годах прошлого столетия исследования воздействия алкоголя на здоровье людей в 11 странах, начиная с тогда еще социалистической Польши до США. Результатом этих исследований был доклад, в котором говорилось, что безопасным уровнем для страны является потребление алкоголя на уровне 8 литров в год (в пересчете на чистый спирт) на душу населения.

Люди принимают алкоголь в основном для того, чтобы лучше чувствовать себя в своем микромире или перед лицом макрообстоятельств, чтобы изменить свое психическое состояние, снять напряжение, поднять настроение, но в любом случае, чтобы как-то компенсировать несовершенство своих отношений с окружающим миром. За алкоголем закрепилась характеристика «самого распространенного психотропного препарата в мире».

Попытки запретить потребление алкоголя, предпринимавшиеся в разное время даже очень сильными государственными структурами, неизменно проваливались. Наиболее памятными были периоды «сухого закона» в США (1929

— 33 гг.) и антиалкогольной кампании в СССР (1985-88 гг.). Общество ответило тогда массовым производством алкогольных суррогатов, криминализацией всей сферы производства и сбыта этой продукции, что в свою очередь привело к колоссальным финансовым потерям для государственных бюджетов.

Невозможность полного запрещения алкоголя не означает снятия с государства и общества в целом обязанности по правовому и морально-нравственному регулированию производства и потребления алкогольных напитков. Сейчас даже родилась новая наука — алкология, которая изучает социальные последствия употребления алкоголя. Если журналисты чаще всего говорят только о количестве и качестве выпускаемой алкогольной продукции, то они царапают проблему только по поверхности. Никто в России сегодня не может сказать, сколько алкогольного зелья производится и потребляется в нашей стране. Ученые допускают разброс в диапазоне от 10 до 16 литров (в пересчете на чистый спирт) на душу населения. Государство ныне не контролирует подпольное производство спиртных напитков, не имеет понятия о том, сколько самогона потребляет наша «глубинка», сколько вина делают частные виноделы.

Гораздо ближе к «оку алкогольного циклона» подходят специалисты, измеряющие последствия употребления алкоголя: число самоубийств, убийств, иных преступлений, дорожно-транспортных происшествий, производственных травм и т. д. Вот они-то и приходят к выводам о том, что в нынешней России алкоголь стал мощным фактором национальной деградации, реакцией на «сволочизм жизни». Пить стали все: от «новых русских» (от страха за совершенные беззакония, от стресса, вызываемого дикой конкуренцией, от бездуховности и т. д.) до бомжей (от полного отчаяния и безысходности). Резко упало качество рабочей силы: многие инвесторы (особенно в сельской местности) жалуются на невозможность найти квалифицированных механизаторов, животноводов для комплектации персонала новых предприятий. Массовая алкоголизация населения ведет к увеличению доли новорожденных, появляющихся на свет с врожденными дефектами. Систематическое в течение длительного времени употребление алкоголя — кратчайший путь к могиле. Нынешняя средняя продолжительность жизни мужчин в России 58 лет (при пенсионном возрасте в 60 лет) — самое горькое свидетельство страшной беды, нависшей над нашим будущим.

По расчетам специалистов, сейчас каждый мужчина в России в среднем выпивает в год примерно 130 пол-литровых бутылок водки, что означает генетическую кончину нации. Наши российские ученые даже вывели некую формулу умерщвления народа, которая гласит, что за каждый дополнительный литр общероссийского душевого годового потребления (сверх нормы в 8 литров) мы заплатим 65 тысячами жизней, 10 месяцами сокращения продолжительности жизни у мужчин и 4 месяцами у женщин.

Куда смотрит правительство и те, кто обязан по Конституции гарантировать нашу жизнь и безопасность? Они стыдливо отводят глаза в сторону, не видя в упор эту проблему. В условиях России ее решение не столь уж сложно: необходимо только восстановить монополию государства на производство и торговлю спиртными напитками. Б. Ельцин пытался сделать этот шаг, но был вынужден ретироваться и отозвать свои Указы, не выдержав давления и угроз алкогольной мафии. Алкоголь, как и наркотики, является, в конечном счете, оружием массового поражения, и государство не может отдавать его целиком и полностью в руки частных дельцов. Московские великие князья лучше нынешних кремлевских сидельцев понимали важность проблемы, когда в 1478 году впервые установили государственную монополию, как только производство «хлебного вина» достигло производственных масштабов. Кроме сохранения важнейшего национального достояния — здоровья народа, монополия принесла бы в доход государства огромные суммы, сопоставимые с внутренними доходами от торговли газом и нефтью. Помнится, в советское время, когда вся экономика была государственной, прибыль от продажи спиртных напитков достигала 15 % от доходных статей бюджета.

Идею восстановления госмонополии на производство и торговлю спиртными напитками безусловно поддержали бы и Федеральное собрание, и Общественная палата, и подавляющее большинство народа, особенно женщины, отчаянно борющиеся за семью и детей в условиях алкогольного геноцида. Но такая мысль почему-то ни разу не пришла в голову нашему правительству и нашему президенту. Может быть, им спокойнее жить с пьяным стадом рабов, чем с энергичными, трезвыми гражданами?

Права народная поговорка: «Пришла беда — отворяй ворота!», в том смысле, что беда не приходит одна, за ней обязательно придут беды-подружки.

Наша страна в период советского строя практически не знала, что такое наркотическая опасность для общества. Первые сигналы беды мы получили в годы пребывания ограниченного контингента советских войск в Афганистане. Помню свое потрясение, когда узнал, что начальник штаба одной из дивизий вместе с адъютантом наладили приобретение и отправку в СССР героина. Перевозка осуществлялась на военно-транспортных самолетах, не подвергавшихся таможенному досмотру. Был в те годы зафиксирован даже факт отправки героина под видом груза «200» (т. е. в запаянном цинковом гробу, где должно было находится тело погибшего военнослужащего). Те случаи были предметами судебных дел, и виновные понесли суровое наказание. Действовавшая в СССР жесткая система административных и уголовных наказаний вкупе с непримиримой позицией средств массовой информации по отношению к употреблению наркотиков обеспечивали достаточно надежную защиту общества от этой беды. Усилиями журналистов создавалось убеждение, что наркотическая напасть является типичным спутником именно капиталистического строя. Но в 1991 году наступило время победы капитализма в России, и всем нам пришлось убедиться, что, увы, советские пропагандисты были правы.

Наркотики — это в первую очередь бизнес, приносящий фантастические доходы. Судите сами: один килограмм героина стоит в Афганистане 9-10 тыс. долларов, в Таджикистане уже 25–30 тыс. долларов, а в Москве или других крупных городах России за тот же килограмм оптовые поставщики выручают по 150 тыс. долларов. За такой «навар» наркоторговцы (особый вид преступных капиталистов) готовы убить родного отца. Их не остановят никакие морально-нравственные препоны, никакая религия, никакие административные наказания. Они не боятся тюрьмы. Их деятельность может притормозить только неотвратимая смертная казнь с конфискацией всего имущества, что и практикуется во многих странах Азии. На всех этапах производства и торговли любыми видами наркотиков норма прибыли колеблется от 300 до 2000 %, о чем свидетельствуют материалы судебных дел. Погоня за бешеной, шальной прибылью является главным мотором, раскручивающим пандемию наркомании в России.

Чем больше граждан будет вовлечено в наркотическую зависимость, тем больше будут доходы наркомафии, которая сложилась в нашей стране в мощную структуру, имеющую огромное влияние на правительство и законодательные органы. Бывший министр здравоохранения Ю. Шевченко характеризовал наркоманию как «неизлечимую болезнь». Каждый наркоман в среднем должен тратить в день более 500 рублей на приобретение «дозы», он становится пожизненным рабом наркомафии, но одновременно он становится общественно опасным человеком, ибо превращается в потенциального преступника и разорителя семьи. Наркоманы — раковые клетки общества. Число их растет, они образуют колонии, высасывающие живые соки общественного организма. Для расширенного воспроизводства численности наркоманов за счет вовлечения в этот порок молодых людей (а особенно уязвимым по мнению медиков является возраст с 11 до 17 лет) применяется на первом этапе бесплатная (рекламная) раздача доз наркотиков, затем зелье отпускается по сверх заниженным ценам, которые постепенно повышаются до рыночного уровня. В Москве были отмечены случаи даже силового принуждения школьников к употреблению наркотиков.

В период моей избирательной кампании в 1999 г. в Люберецком округе г. Москвы ко мне пришел один из жителей, который рассказал о том, что в средней школе, где учился его сын, свила гнездо группа распространителей наркотиков, которая терроризировала администрацию школы, нейтрализовала путем дачи взятки местную милицию и насильно заставляла школьников (под угрозой избиения) принимать наркотики. Мой собеседник, здоровый мужчина в расцвете лет, рабочий по специальности, переговорил с родителями других школьников и они, создав своего рода отряд самообороны, были вынуждены буквально вступить в рукопашную с распространителями наркотиков, которые бежали с поля боя, выкрикивая угрозы и обещая отомстить. Вскоре, действительно, против родителей были возбуждены уголовные дела по обвинению их в хулиганстве и нанесении телесных повреждений. Слава Богу, тот эпизод закончился благополучно, но он высветил преступное безразличие власти к охране здоровья и безопасности населения, особенно молодежи.

Наше общество беззащитно сейчас от наркомании, которая, как торфяной пожар, выедает нутро народа. Государственные органы не ведают истинных масштабов трагедии. О численности обреченных на деградацию и смерть бедолаг (а больной обычно умирает через 4–5 лет после начала регулярного приема наркотиков) имеются только оценочные данные. Они колеблются от 3 до 6 млн человек. Эксперты отмечают лишь тенденции в употреблении наркотиков: утверждают, например, что в России (по сравнению с Западом) резко растет число женщин, становящихся наркоманками, что у нас наблюдается ускоренный переход с легких на тяжелые наркотики. Как об очевидном факте говорят о количественном и «качественном» росте наркобизнеса. По самым скромным подсчетам сотрудников МВД, до конечных потребителей наркотиков ежегодно доходит более 2 млрд доз. Перехватывается на стадии производства или распространения не более 300 млн доз. Да и то некоторые аналитики, комментируя тиражируемые по телевидению акты захвата и уничтожения «очередных» партий наркотиков, говорят, что это следствие конкурентной борьбы в среде наркодельцов, когда укоренившиеся кланы выдают властям нежелательных молодых конкурентов по бизнесу.

Когда мы говорим о «качественном» совершенствовании наркобизнеса, то мы имеем в виду расширение сети подпольных лабораторий на территории России, где стараниями профессиональных химиков создаются новые ранее неизвестные виды наркопродукции, вроде некой «экстази», которую сбывают в дискотеках и других местах скопления молодежи.

По-прежнему основной поток наркотиков идет к нам из Афганистана, где по существу под покровительством американских оккупационных сил создан крупнейший мировой центр по производству наркотиков. Отсюда наркотики идут через Таджикистан в Россию и частично достигают стран Восточной и Западной Европы. Наркотики используются против России как оружие массового поражения. Многие эксперты обращают внимание на то, что наркотики выбивают в основном русский этнос, об этом же говорит медицинская статистика.

Развитые страны Запада, ранее нас познавшие опасность распространения наркотиков, использовали разные меры в борьбе с этим злом. США в свое время объявили наркотики «национальным врагом N 1», создали специальные государственные структуры для борьбы с наркотрафиком, оказали существенную помощь правительствам тех стран, откуда наркотики поступали в США, для борьбы с местной наркомафией. Например, Колумбии были предоставлены авиасредства для обнаружения и уничтожения посевов конопли и мака, предоставлена помощь в подготовке кадров, выделены финансовые средства для технического вооружения подразделений, ориентированных на борьбу с производством наркотиков. США не остановились даже перед совершением вооруженной агрессии против Панамы в 1989 г. для захвата Мануэля Норьеги, тогдашнего руководителя Панамы, обвиненного в организации наркокартеля.

Да, в своем доме и его окрестностях США сделали немало для ограничения наркотического пожара. Они даже шли на контакты со своими злейшими врагами — кубинскими властями, чтобы максимально ограничить доступ наркотиков на свою территорию. А главное, средства массовой информации в США вели и ведут систематическую кампанию по противодействию распространению наркотиков в США. В результате им удалось за последние десять лет существенно ослабить наркотическую угрозу. Совсем иначе они ведут себя по отношению к наркодельцам в других регионах мира. Все, что не задевает интересы США и их граждан, их не волнует. Пусть наркотический геноцид полыхает где угодно, им наплевать.

Великобритания исторически была первой страной, наживавшейся на торговле наркотиками. Она была организатором и активным участником так называемых опиумных войн с Китаем (1840 и 1856-60 гг.), в ходе которых принудительно заставила Китай открыть двери для ввоза английского опиума. Сейчас в Англии, как и во Франции, наркоман может быть в судебном порядке направлен на принудительное лечение, ибо он представляет общественную опасность. Такие страны, как Иран, Таиланд, Малайзия, Пакистан и др. ввели смертную казнь за провоз и торговлю наркотиками.

У нас в России нет эффективной системы защиты общества от этой напасти. Поведение правительства и законодательной власти дает основание полагать, что они выступают скорее потатчиками, чем противниками наркомафии. Правительство своими постановлениями утверждает недопустимо высокие количества наркотиков, которые может иметь при себе гражданин, не подвергаясь при этом опасности попасть под действие Уголовного кодекса (а никакие штрафы не беспокоят торговцев наркотиками, они для них, как слону дробина).

Отмывка денег в России не представляет никакого труда, ибо никто не интересуется происхождением средств у покупателя пакетов акций, крупной недвижимости и т. д.

Средства массовой информации практически не ведут никакой работы по противодействию распространению наркотиков. Поразительно, что и глава государства В. Путин ни разу не акцентировал внимание общественности на этой социальной угрозе. Почему бы это? Складывается впечатление, что власть заинтересована в максимальном снижении протест-ных настроений в молодежной среде, поэтому не просто смотрит сквозь пальцы на распространение наркомании и алкоголизма среди населения, а всячески способствует этому. Похоже, здоровые, умные люди не нужны нынешней власти.

Деградирующие, спившиеся жертвы порока, живущие только заботами, где бы добыть денег на очередную порцию дурмана, понятно, не могут быть полноценными гражданами, и в таком качестве они становятся дополнительным бременем для своих родных и близких. Всякие разговоры о том, что, дескать, легкие наркотики не опасны для здоровья и что лучше легализовать употребление «дури», чем бороться с ней, нельзя рассматривать иначе, как платные пропагандистские кампании наркомафии, добивающейся узаконивания своей деятельности. Для нас наркомания — путь к вырождению нации.

После 1991 г. самым серьезным испытаниям в России подвергся вековой институт семьи. Внезапно распахнутые ворота для свободы во всех отношениях, бурное распространение порнографической литературы, фильмов вызвали разрушение традиционных форм интимной жизни граждан. Беспорядочность в сексуальных отношениях, соединенная с массовой проституцией, вскоре поставили перед обществом проблему СПИДа (синдром приобретенного иммунодефицита).

СПИД называют «чумой» нашего века. Эта смертельно опасная болезнь может передаваться из поколения в поколение, сводя родителей в могилу в раннем возрасте и обрекая детей на такую же судьбу. Вирус этой болезни передается половым путем и через кровь. Поэтому столь часты заболевания в среде наркоманов, пользующихся одними и теми же шприцами. Громкую огласку получили случаи, когда в медицинских центрах, в их банках крови, оказывается донорская кровь с вирусом СПИДа, что ведет к массовому заражению больных. В Ливии в самом начале нынешнего века произошел получивший широкую известность драматический эпизод. Работавшие там по контракту болгарские медицинские сестры, сами того не ведая, переливая кровь, полученную из банка крови, невольно заразили несколько десятков пациентов СПИДом. Они были приговорены к смертной казни, от которой их спасло только заступничество мирового медицинского сообщества и болгарского государства.

Долгое время через «железный занавес» до нас только глухо доходили сообщения о нараставшем опустошении рядов наркоманов и гомосексуалистов в странах Запада под ударами СПИДа. Умиравшие от этой болезни люди нередко жертвовали свои состояния на борьбу с этим чудовищным злом, что содействовало привлечению внимания общественности и властей к этой проблеме. Во времена Советского Союза наши контакты с Западом были сведены к минимуму, денежными ресурсами наши граждане, даже оказавшиеся за границей, как правило, не располагали. Понятия «советский» и «импотент» были почти синонимами в забугорной злачной среде. Правильно говорят, что нет худа без добра. Наши идеологические и денежные ограничения держали нас подальше от таких «достижений» Запада, как СПИД.

С началом же демократических реформ раскрылись настежь российские двери и окна. Все действительные и мнимые ценности западной цивилизации явились сюда в наше незащищенное и неподготовленное к такому нашествию Отечество. Среди непрошенных гостей оказался и СПИД. Я был потрясен откровением одного из французских бизнесменов, побывавшим в начале 90-х годов в России. Он писал: «Российские власти не имеют понятия о состоянии здоровья своего народа. Нищета толкает молодых женщин отдаваться за 10 долларов первому попавшемуся проходимцу. Не ведающие опасностей подростки в ужасающей грязи общественных туалетов и подъездов колют себе наркотики, чтобы спастись хотя бы на время от еще более леденящего ужаса окружающей жизни».

До геополитической катастрофы, постигшей Россию в 1991 г., зловещую пальму первенства по темпам разгула СПИДа держали в своих руках три страны в мире: Уганда (которую вообще считают прародиной этой болезни), Таиланд (пользующийся репутацией секс-курорта) и Бразилия, но в этих странах высшее государственное руководство быстро осознало стратегическую угрозу, которую несет в себе СПИД. Были приняты меры как по мобилизации своего медицинского сообщества, так и помощи международных организаций. Необходимые законодательные, административные и пропагандистские шаги дополнили оборонительный арсенал общества. Темпы распространения СПИДа упали, эпидемию удалось взять под контроль. Но их место, увы, заняла наша родина.

Россия в период администрации В. Путина вышла на первое место в мире по темпам распространения СПИДа. Фундамент для такого «достижения» был заложен, разумеется, в предыдущие годы, когда происходило тотальное разрушение государственных и общественных структур, общепринятых норм морали и нравственности. В апреле 2004 года в Москве удалось собрать встречу министров стран-членов СНГ, ответственных за борьбу со СПИДом. В работе принимали участие и представители западных государств и органов здравоохранения. Вот там-то и были озвучены устрашающие факты и свидетельства о триумфальном шествии эпидемии СПИДа по всему постсоветскому пространству. Впервые было сказано, что за последние 10 лет число инфицированных выросло в 9 (!) раз и достигло 1,5 млн человек. Горько сознавать, что Россия, даже на территории бывшего СССР, оказалась лидером в этой гонке за смертью, у нас инфицированных оказалось больше на 1 млн (при всей относительности данных официальных органов здравоохранения).

Встреча показала, что ни российские органы здравоохранения, ни их коллеги из сопредельных стран не владеют надежной информацией о состоянии дел по проблеме СПИДа. Статистика приблизительная, разбросы цифр недопустимые для практического использования этой информации. Но все-таки участники пришли к единому пониманию, что эта болезнь является стратегической угрозой безопасности государства. Вице-премьер российского правительства А.Д. Жуков, выступая перед участниками встречи, так и сказал: «Распространение СПИД вышло за рамки медицинской проблемы, и в сегодняшней демографической ситуации стало для России вопросом стратегической, социальной и экономической безопасности». Присутствовавший там посол США Александр Вершбоу (наш пострел везде поспел, особенно там, где обсуждаются смертельно опасные для России проблемы) высказался не менее категорично: «Эпидемия СПИД может свести на нет экономические достижения России, которых она добилась с таким трудом». Все понимали, что СПИД убивает наиболее здоровую часть общества, ее зародыш, так как 80 % больных СПИДом — это люди моложе 29 лет. А если к этому добавить, что почти половину инфицированных составляют молодые женщины в детородном возрасте, то станет понятно, что болезнь угрожает катастрофически ускорить процесс вымирания населения России.

В нашей стране действует международная неправительственная организация, ставящая своей задачей борьбу со СПИДом. Называется эта организация «Фонд Восток — Запад» и руководит им голландка Риан ван де Брааг. Так вот она признается: «Чтобы достучаться до высшего российского руководства, надо действовать через западные правительства и посольства. Сигналы из самой России там не слышат. Мы не можем убедить российское правительство, что СПИД — это серьезная проблема и государство должно с ней бороться. Сотрудники Фонда почти открыто говорят, что российские коррумпированные чиновники, крышующие наркоделъцов, не заинтересованы в сокращении численности наркозависимых людей (а это основное направление борьбы со СПИДом), и поэтому не оказывают должного содействия в работе Фонда».

Лечение СПИДа — дело очень дорогостоящее. Годовой курс лечения обходится почти в 10 тыс. долларов. Правда, в самое последнее время появились новые технологии, позволяющие удешевить лечение до 3 тыс. долларов и даже до 1600–1700 долларов. Но препараты и оборудование в основном западного производства.

Захочет ли наше правительство взглянуть глазами любящего сына на больную Россию или бросит ее умирать? Главный санитарный врач России Геннадий Онищенко сказал в октябре 2005 года, что финансирование борьбы со СПИДом будет увеличено в 2006 г. в 20 (!) раз и достигнет 3 млрд рублей. В народе говорили в старину: «С паршивой овцы — хоть шерсти клок». Посудите сами: этих денег хватит на лечение всего 33 тыс. больных, а у нас их больше миллиона. Создавать надо целую новую отрасль медицины, а пока мозги наших министров заточены на то, чтобы отрезать от расходов на население каждую лишнюю копейку, не то что рубль. Но на проблему СПИДа нельзя просто закрыть глаза. Она выедает сердцевину населения, как гниющее дупло ствол дерева.

Пожалуй, ничто так красноречиво не говорит о качестве жизни в стране как душевное состояние ее жителей, их психическое здоровье. Устойчивая тенденция сокращения численности населения, что бы ни говорили записные демографы, является реакцией людей на ту среду обитания, в которой они оказались. А среда обитания — это в первую очередь совокупность социально-экономических условий, которые нас окружают, которые определяют уровень комфортности или дискомфорта жизни. Зримые нелады в психическом состоянии населения СССР начались почти одновременно с началом перестройки. Пропала в короткое время прежняя уверенность в устоявшихся правилах жизни, появилась тревога ожидания неясных перемен, стало раздражать словоблудие одних политических деятелей и агрессивность их противников. Нехватки продовольствия и товаров широкого потребления в торговой сети усиливали напряженность в душах людей. Средства массовой информации активно раскачивали массовое сознание, сея семена раздора. В СССР возродились снова «психические эпидемии», когда здравый смысл начал отказывать не отдельным людям, а большим группам населения и даже обществу в целом. Появились неосознанные страхи, которые толкали наших сограждан в сети самообмана. Возникли феномены некой целительницы Джуны, которая якобы без проблем устраняла смертельные недуги, под одним взглядом которой бутоны роз расцветали прямо на глазах, а пачки сигарет поднимались со стола и парили в воздухе. Ее услугами пользовались даже тогдашние коммунистические бонзы, утерявшие веру в самих себя и в свое учение. Ее преемниками стали еще более наглые аферисты от психиатрии вроде А. Кашпировского и А.Чумака, которые проводили сеансы гипноза и лечения прямо по центральному телевидению, пользуясь покровительством супруги М. Горбачева. Анатолий Кашпировский активно использовался и в политических целях, его взял в свою партию небезызвестный В. Жириновский и даже провел его в Государственную думу от ЛДПР. Сейчас мы вспоминаем об этих аферистах с чувством стыда за свою доверчивость.

Общенациональная катастрофа 1991 года и последующие события резко ухудшили психическое здоровье населения. Круто и внезапно изменившиеся условия жизни губительно сказались на душевном состоянии людей. Чего стоило только аннулирование банковских сбережений всего населения страны в 1992 г.! Боль и отчаяние, помноженные на бессилие и страх перед завтрашним днем, без труда ломали психику наших сограждан, особенно вступивших в зрелый возраст, когда сокращаются возможности изменить жизнь только своими усилиями. Из года в год стало стремительно расти число душевнобольных, которых сейчас в России насчитывается около 3 млн человек. Только в Москве зарегистрировано 160 тыс. лиц с соответствующим медицинским диагнозом.

В декабре 2004 года с большим запозданием в Москве собрался Первый национальный конгресс по социальной психиатрии, который протрубил сигнал тревоги, но, к сожалению, не смог выработать системной программы оздоровления общества, ибо ученым, врачам не под силу решить такую задачу без активной роли государства, а государство старается не замечать беды, порожденной им самим.

На конгрессе много говорилось о том, что главными жертвами психических заболеваний становятся в основном «социально незащищенные категории населения, имеющие нестабильное материальное положение», что к ним добавляются сотни тысяч людей, пострадавших от военных действий и диверсионно-террористических угроз в зоне Северного Кавказа, что одна треть призывников не попадает в армию по причине выявившихся психических расстройств и т. д. и т. п. Одним словом, было приведено огромное количество информации о не просто неблагополучном, а катастрофическом положении. Нельзя равнодушно слышать о том, что в нынешней России 80 % детей нуждаются в медико-психологической помощи. А ведь дети — это наше будущее!

Постоянно лезет в гору кривая самоубийств. В 1915 году в России из каждых 100 тыс. человек населения добровольно уходили из жизни 3,4 человека, в начале перестройки в 1985 г. этот показатель поднялся до 24,5 человек, в 1993 г. он достиг 38, а сейчас подтягивается к 50. Мы устойчиво вошли в группу стран с самым высоким уровнем самоубийств. И это несмотря на то, что Православная Церковь укрепила свои позиции в обществе и всячески стремится, используя институт исповеди, облегчать душевные страдания людей.

Специалисты-психиатры обращают внимание на то, что дороговизна лекарственных препаратов ведет к тому, что многие начальные фазы психических заболеваний могли бы быть купированы своевременным регулярным приемом медикаментов, но из-за бедности людей из искры разгорается пламя.

Российская система здравоохранения утратила контроль за большой частью больных, которые, будучи предоставленными сами себе, являют опасность для общества. Более 10 тыс. уголовных дел ежегодно прекращаются в судах РФ, после того как выясняется, что виновниками в нарушении закона были психически больные люди.

Парадоксальный факт: число заболевших постоянно растет, а сеть лечебно-профилактических учреждений сокращается. Становится меньше психоневрологических диспансеров, ежегодно закрываются 1–2 специализированные больницы. Забота о психически больных людях явочным порядком перекладывается на их родных и близких. Если в стародавние времена большую часть попечительства об этой категории больных брали на себя состоятельные люди, то нынешние бизнесмены проявляют к ним почти полное безразличие. Это вызвано тем, что в царской России по православным нормам благотворительность должны была быть незаметной и адресованной наиболее сирым и обездоленным, а теперешние нувориши предпочитают оказывать свое финансовое покровительство тем, кто афиширует эту помощь и превращает ее в торговую рекламу.

Безразличие государства и бизнеса к психическому состоянию общества, от которого они отгородились Кремлевскими стенами, заборами своих вилл, толпами охранников, тонированными стеклами автомобилей, ведет к тому, что мы с вами будем все чаще и чаще слышать о жутких примерах насилия в семье, армии, в школах, детских учреждениях. Мы будем поражаться, как гаснут в людях природные инстинкты; матери отказываются от своих детей, подростки бросаются из окон высоких домов, мужчины в расцвете лет лезут в петлю. Мы будем с горечью все чаще встречать безумно шепчущих и жестикулирующих людей на улицах городов, мимо которых с воем сирен будут мчаться кортежи «членовозов» новой русской демократии.

Россия исторически была страной здоровой, генетически благополучной. В царское время наше население подавало пример уравновешенного отношения к жизни. Православная Церковь осуждала добровольный уход из жизни как великий грех. Самоубийц и приравненных к ним жертв дуэльных поединков даже запрещалось хоронить на кладбищах. Население страны было в основном крестьянским, жившим традиционным укладом. Чувство общинности, взаимовыручка помогали преодолевать даже тяжелые стрессы, вызывавшиеся пожарами, падежом скота, гибелью основных кормильцев.

По мере реформ, последовательно с 1917 года разрушавших исторический крестьянский уклад жизни (продразверстка, потом коллективизация, индустриализация и пр.), началась массовая миграция в города, сопровождавшаяся алкоголизацией, разрушением семей. Число самоубийств стало неуклонно расти. Медики и социологи во всем мире пришли к единому пониманию, что уровень в 20 самоубийств на 100 тыс. населения является предельно допустимым для здоровья нации, за которым начинается социальная патология. Так вот, в СССР уровень самоубийств всегда чуть превышал этот допустимый предел и в середине 80-х годов составлял 25 человек на 100 тыс. населения. Но с наступлением перестройки, а затем в период либеральных реформ кривая самоубийств круто полезла вверх. В 1994 г. мы уже вдвое превысили допустимый уровень, еще через 5 лет дошли до цифры в 65 человек, покончивших с собой на 100 тыс. населения.

Такие показатели специалисты называют уже «смертельной агонией общества». Россия вышла на первое место в мире по этому индексу. Страшно представить себе, что только в одном 1999 году, вследствие финансового краха (дефолта) в России свели счеты с жизнью более 90 тыс. человек. В могилы легли не только отчаявшиеся пенсионеры, но и немало разнокалиберных «новых русских» потерявших свои дела, обремененных кредитами и невыполнимыми обязательствами. Всего же за годы реформ более полумиллиона россиян окончили свою жизнь в петле, или пустив пулю в висок, либо приняв смертельную дозу отравы.

Самое горькое, что уходят из жизни самые нужные для общества люди. В основном это мужчины в трудоспособном возрасте: их доля среди самоубийц составляет 80 %. Они оказались выброшенными из жизни в результате крутого и внезапного изменения социально-экономической обстановки в стране. Безработица, нищета, стыд перед семьей и бесперспективность стали основными причинами принятия фатальных решений. В среде армейских офицеров процент самоубийц является, пожалуй, рекордным. Ежегодно сводят счеты с жизнью 500 человек. А сколько отчаявшихся удалось спасти в последнюю минуту или в госпиталях после неудачных суицидальных попыток?

Каждый раз приходится оговариваться, что в России сейчас нет профессиональной и политически корректной статистики. Многих данных просто не существует, а многие лакируются по вкусам власти. Но в печать все-таки просачиваются леденящие душу сведения о тех «новшествах», которые характеризуют ситуацию с самоубийствами в нашей стране. Во-первых, у нас теперь чаще кончают с собой именно в деревнях, чем в городе, хотя во всем мире дела обстоят как раз наоборот. Речь не идет об абсолютных цифрах самоубийств, а только о пропорции их к численности населения. В течение века власти всех мастей разоряли русское село и российское крестьянство, которые сейчас доведены до катастрофического положения. Деревня, жизнь и работа в ней, стали синонимом крайней маргинализации, концом всех жизненных надежд на успех. А ведь именно село было корнями нашей нации, здесь производилась веками не только основная часть ВВП, но и создавалась самобытная культура, складывался наш особый уклад жизни. Здесь рождались наш фольклор, национальный костюм, формировался русский национальный характер. Теперь эти корни сгнили, дереву не устоять.

Россия с ее несчитанными брошенными и беспризорными детьми стала лидером по числу детских самоубийств. Мир знаком с этим явлением по единичным случаям, а у нас гибнет в среднем в год таким образом около 2,5 тыс. детей.

Только у нас формируется общественное движение с требованием к правительству организовать пункты по эвтаназии, где можно было бы добровольно уйти с помощью медиков из жизни. Этого просят, например, чернобыльцы, которые получили тяжелые болезни в результате облучения и не могут рассчитывать на помощь со стороны правительства.

Все факторы, которые определяют неблагополучный социальный фон, толкающий людей на добровольный уход из жизни, сохранялись во все годы администрации В.В. Путина.

Поэтесса-фронтовичка Юлия Друнина, сама покончившая с собой в августе 1991 года, написала последние строчки: «…Как летит под откос Россия, не могу, не хочу смотреть».

Лично меня потряс один эпизод, описанный в журнале «Наш современник», где рассказывалось об одном из защитников Брестской крепости, написавшем своей кровью в 1941 году слова «Умираю, но не сдаюсь!», но чудом оставшемся в живых. Прошли годы, и в 1993 году этот ветеран, впавший в полное отчаяние, уехал из своего родного города Усть-Кута в Брест, поклонился святым для него развалинам, а потом пошел навстречу мчавшемуся поезду. В гостинице нашли его записку, в которой говорилось: «Не хочу умирать от унижения, на коленях!»

Среди писателей и публицистов широкое хождение получила формула «Время лемминга» применительно к эпидемии самоубийств в России. Этими словами определяется странное природное явление, когда мелкие грызуны-лемминги собираются в плотные массы, движутся строго в направлении норвежских фьордов и там кончают самоубийством, бросаясь с ледяных круч в холодные воды океана. Не так ли и мы, стараясь уйти от жизни, не слышать, не видеть, не знать, не чувствовать окружающего нас мира, становимся на путь леммингов? Беззащитная, брошенная на произвол судьбы нация кончает самоубийством.

Когда мы говорим о «реформах» времен В. Путина, мы неизменно приходим к выводу о несоответствии заявленного с полученным итогом. «Реформаторы» совершенно очевидно плохо знают страну, ее население, которые избраны в качестве объектов реформы. Сами «преобразования» продиктованы волюнтаристскими клановыми интересами, они не вытекают из назревших, естественных потребностей страны. Предлагаемые нововведения учитывают интересы только финансово-бюрократических кланов, которые ловко прикрываются словесными лохмотьями об общественной пользе.

Возьмите жилищную проблему, которая в нашей стране является, пожалуй, одной из самых острых и больных для простых людей. Предыдущая советская власть старалась решить ее, развертывая массовое строительство дешевого жилья за государственный счет. Знаменитые «хрущобы» — самая памятная программа. Это потом мы стали ерничать над этими супер-скромными жилищами, где были объединенные ванные с санузлами (прозванные в народе «гаванами»), низкие потолки, высокая слышимость и пр. Но в те далекие 50

— 60-е годы XX века они были желанным спасением от жизни в коммунальных квартирах. С годами государство строило больше и лучше, но жилья все равно не хватало, Население росло, особенно в городах, требования к «метражу» т. е. нормативам жилой площади на одного человека увеличивались. Перестройка и реформы 90-годов опрокинули всю прежнюю структуру. Надолго строительство почти прекратилось, а затем приватизированная строительная отрасль начала работать на новой коммерческой основе.

По состоянию на 2005 год в стране имелось всего жилья 2,9 млрд квадратных метров т. е. в среднем по 19 квадратных метров на одного человека. В США это показатель превышает 100 кв. метров, а в Европе колеблется в зависимости от страны от 60 до 80. О качестве не приходится говорить. Только за 90-е годы объем ветхого и аварийного жилья вырос в три раза. Каждая третья семья российского гражданина живет в неблагоустроенных домах. В последнее время стали строить больше, но цены, по которым семье предоставляется право купить жилье, заоблачные и недоступные для подавляющего большинства людей, особенно русских. Посудите сами: при себестоимости строительства жилья в среднем по стране в 10 тыс. рублей за квадратный метр владельцы домов предлагают квартиры по цене в 30 тыс. рублей и выше. Это чистый грабеж под видом рыночной экономики.

Чтобы заставить людей все-таки платить эти немыслимые для России цены (ведь средняя заработная плата среднего честного гражданина не превышает 13 тыс. рублей), правительство протащило через Думу Жилищный кодекс, в соответствии с которым навязало населению практически единственный путь приобретения жилья через систему ипотеки, т. е. получения банковского кредита под залог приобретенной квартиры. Все иные формы получения жилья были ликвидированы на практике, хотя слов таких не говорится. Но условия ипотеки нельзя назвать иными словами, как разбойничьи. Любой человек, желающий обзавестись квартирой, должен оплатить 30 % ее стоимости сразу, наличными, а затем платить остаток ипотечного займа под банковский кредит в 18 и более процентов годовых. Получается, что если кредит оформлен на 10 лет рассрочки, то несчастный покупатель будет вынужден в итоге заплатить за квартиру вдвое — втрое большую сумму, чем она реально стоила в момент покупки. Плюс он должен обязательно застраховать приобретенное таким образом жилье, оплатить все сборы по оформлению сделки и т. д.

Банки и строительные монополии потирали руки от удовольствия: теперь людям некуда деваться, и они будут вынуждены раскошелиться. Власть сознательно пошла на эту социальную аферу, но она не приняла во внимание, что реальный платежеспособный спрос населения не соответствует аппетитам финансовых и строительных дельцов. Депутаты нашего блока «Родина» выстудили с категорическим протестом против такого Жилищного кодекса, и все наши депутаты просто покинули зал заседаний, положив на рабочие столы плакаты со словом «Бойкот». Внесенный нами альтернативный вариант Жилищного кодекса правительственное большинство высокомерно отказалось даже рассматривать и включать в повестку дня. Все это происходило весной 2004 года.

Прошел год. Засуетились все те же банкиры и строительные олигархи. Выяснилось, что закон-то не работает. Построенное жилье стоит невостребованным, за ипотечными кредитами очереди не стоят, а потоки писем со всех сторон об отчаянном положении с жильем текут и текут в администрацию президента, в Думу, в другие властные структуры. 31 млн российских семей хотели бы улучшить свое жилье, но состоявшаяся «реформа» не позволяет им сделать этого, у людей нет таких денег.

В некоторых субъектах федерации в это же время проводились другие схемы решения жилищного вопроса. В Татарстане, например, та же самая «ипотека» была добавлена словом «социальная», что означало снижение банковского процента до 7 % годовых. Для лиц, принадлежащих к бюджетной сфере, и для молодежи в качестве стартового капитала использовались государственные средства из так называемого Жилищного фонда при президенте Татарстана. Очень важной новацией было решение освободить семью от уплаты за 18 квадратных метров жилья в случае рождения первого ребенка, а при рождении второго снять оплату за 36 метров и так далее. Разумно! За счет бюджета в этой национальной республике за несколько лет было переселено из ветхих домов в новые почти 50 тыс. семей.

В апреле 2005 года В. Путин созвал заседание Президиума Госсовета, чтобы по существу признать, пока не поздно, неудачу с попыткой решить жилищную проблему на путях, навязанных банкирами и строительными баронами. Они-то рассчитывали, что за один год к ним обратятся не меньше 1 млн соискателей ипотечных кредитов, а на самом деле получили только 40 тыс. заявлений. Это капля в море! Она точно соответствует доле «новых русских» в нашем обществе.

Теперь разговор пошел о каких-то более или менее разумных шагах вроде призыва к снижению банковского процента, поисков форм участия государства в финансировании строительства жилья, возможности использования для этих средств ресурсов Пенсионного фонда и т. д. Было озвучено, что до 2010 года государство сможет выделить на эти цели 260 млрд рублей «только для старта всей системы». А дальше пошла обычная «маниловщина». Вот, дескать, мы к 2010 году построим 400 млн квадратных метров жилья (это ведь 15 % ко всему жилому фонду нынешней России, разве это под силу расхристанному российскому государству?), в нашей строительной промышленности откроется 1 млн новых рабочих мест и т. д. и т. п.

Президент В. Путин в самых худших традициях советских времен предложил создать Национальный совет по жилищной политике, чтобы отмахнуться от заботы.

О самой проблеме жилья для граждан России можно, увы, смело сказать, что в 2010 году она останется такой же острой, какой она была и пять, и десять лет тому назад. С тем набором инструментов, с которым подступается к ней нынешняя власть, ее не решить, потому что ключ ее лежит в вопиющей нищете подавляющего населения страны, несоразмерности доходов населения стоимости предлагаемого на рынке жилья.

Безденежье и невозможность своим трудом заработать средства для более или менее достойного существования толкают людей на путь порока. Если для женщин это дорога в проституцию, то мужчины часто обращаются к игорному бизнесу, полагая, что там можно схватить за хвост Жар-птицу счастья, не преступая при этом закона.

В прессе появилось не так давно сообщение о трагедии, разыгравшейся пару лет назад в зале игровых автоматов «Галактика» в г. Омске. Там 22-летний молодой человек, пораженный тяжелой формой игромании, проиграл последние 5 тысяч рублей, а затем в отчаянии выхватил принесенный с собой топор и набросился на охранника, зарубив его насмерть. Россия потеряла еще двух здоровых мужчин, остались две обездоленных семьи, безутешные родители и несчастные сироты. Трагедии подобного рода плодятся день ото дня. Изобретателями этой новой, трагической для России напасти, стала мафия игорного бизнеса, развернувшая бешеную активность при попустительстве и прямом пособничестве властей. Никогда прежде наша страна не знала такой беды. Да, играли помещики, офицеры (вспомните «Пиковую даму»), на последние гроши азартно ставили бомжи, но подавляющее большинство населения было надежно защищено законами и общественной моралью. Игрок был изгоем в обществе, в сознании людей.

То, что происходит сейчас в России, можно сравнить с внезапно обрушившимися на нас цунами игорного порока. Пожар азартных игр в годы администрации В. Путина охватил всю страну. Всего лишь за четыре года, с 2000 г. по 2004 г. количество игровых столов выросло почти вдвое, достигнув 4,5 тыс. штук. За игровыми столами сидят «новые русские», которые не знают, как убить время, и нуждаются в острых ощущениях. На них можно было бы махнуть рукой. Но посмотрите, что творится на более широком поле развращения людей. За те же четыре года первой администрации В. Путина число игральных аппаратов росло просто космическими темпами: с 34 тыс. в 2000 году до 306 тыс. в 2004, т. е. возросло почти в 10 (!) раз. Ни в каком другом секторе экономики, или ином сегменте делания денег, не замечено даже приблизительно такого скандального роста «производства». В средствах массовой информации утверждается, что ежегодно армия «одноруких бандитов» прирастает 40–50 тысячами новых «бойцов».

В моей родной, бедной, вымирающей Рязанской области за последнее кошмарное пятилетие число игровых объектов подскочило с 100 до 2600, т. е. более, чем в 25 раз! Могу утверждать, что такого срамного бума не знала ни одна страна ни в какой период своей истории. Очередное позорное первое место, на которое за шиворот власть втащила Россию. Даже туда, где религия и традиции вроде бы ставили надежные преграды для порока, вроде Дагестана, проникла новая зараза. Там еще пять лет назад не было ни одного игрового объекта, а к 2006 г. их было уже более 500. Не добрались пока дельцы игорного бизнеса только до таких Богом и властью забытых окраин, как Эвенкийский, Корякский и Чукотский автономные округа, да и то это вопрос времени.

Миллионы наших сограждан заболели «фартовой горячкой». Кто-то проигрывает шестизначные суммы, а большинство отрывает от семейных бюджетов последние гроши. Доход от одного лишь «однорукого бандита» составляет от 700 до 1000 долларов в месяц, а поскольку вся индустрия игорного бизнеса работает в России практически «в тени», в отсутствие закона, регулирующего его деятельность, то ее подлинные масштабы ведомы только самим хозяевам этой индустрии. По оценкам прессы доходность игорного бизнеса в год составляет не менее 8-10 млрд долларов. Иными словами, каждый день приносит хозяевам игорных заведений 27–28 млн долларов.

Роль «государева ока», т. е. контроля над игорным бизнесом, вызывает не просто критику, а законные издевки со стороны большой части общественности. Как юмор и сатира звучит, например, положение о том, чтобы лицензии на игорный бизнес выдавались Госкомспортом. Вроде бы что-то похожее на «спортивную игру». Лицензии выдаются за смехотворную плату в 1 тыс. рублей.

В какой-то мере налоговые службы более или менее приглядывают за этим обширным полем дураков, куда заманивают наивных Буратино, чтобы они оставили свой последний золотой, в призрачной надежде собрать урожай. Но они ограничиваются взиманием налогов с каждого игорного аппарата, с каждого стола и т. д., не более того. Кривая роста сборов налогов также красноречиво свидетельствует о том, что «игорная промышленность» бурно набирает темпы. В 2003 г. было собрано 3,5 млрд рублей, а в 2005 году эта сумма выросла до 21 млрд рублей! За три года увеличение в б раз (!). Разумеется, хотя эта сумма и кажется солидной, она на самом деле ничтожна в общих доходах государства и не решает никаких серьезных проблем. Если сравнивать доходы государства от игровой индустрии с ущербом, который наносится этим пороком обществу, то результат будет однозначно отрицательным.

Игромания сродни наркомании, алкоголизму, она превращает человека в раба своей страсти, разрушает личность, разбивает семьи. Она толкает людей на преступления с целью любой ценой добыть деньги для очередного свидания с «одноруким бандитом». Люди влезают в долги, закладывают свое будущее.

Мировой опыт противодействия губительному влиянию игорного бизнеса широк и многообразен. Врачи, психологи едины в своем мнении, что в обществе всегда есть и всегда будут люди, склонные к азартным играм, поэтому полное искоренение этого порока вряд ли возможно. Подавляющее большинство стран стремится либо к радикальному сокращению и территориальному ограничению зоны разрешенного игрового бизнеса, либо к установлению над ним жесткого государственного контроля с изъятием большей части доходов с направлением этих средств на пенсионные нужды и другие социальные проекты. Радикально решен вопрос в США и Китае, где есть строго ограниченные места для азартных игр — Лас Вегас и Атлантик-Сити в США и Макао в Китае. В Израиле игорный бизнес вообще запрещен. Нет смысла умножать примеры, скажем только, что в мире повсеместно игорный бизнес считается занятием несовместимым с религиозными нормами, противоречащим общепринятой морали и нравственности. Мне не приходилось встречать защитников и апологетов игорного бизнеса ни в одном общественном слое ни у нас в России, ни за рубежом.

Семь лет администрации В. Путина (2000–2006 гг.) игорный бизнес калечил население России, и только когда стал приближаться срок очередных выборов в Государственную думу и на пост президента, власть демонстративно подняла знамя борьбы против этого порока, чтобы повысить свой авторитет среди избирателей. Все эти годы оппозиционные партии требовали набросить узду на игорный бизнес, но «Единая Россия» не желала рассматривать ничьих инициатив, кроме своих собственных. Господь с ними, с этими мелкими политическими ужимками! Интересы России и ее народа куда важнее, чем препирательство по поводу авторства той или иной инициативы.

В феврале 2006 г. был, наконец, представлен проект федерального закона «О государственном регулировании деятельности по организации и проведению азартных игр и пари…». Он поступил в Комиссию по противодействию коррупции Государственной думы, где подвергся серьезной и обоснованной критике за то, что в нем содержалось много положений, открывавших дорогу для коррупции. Чего стоило одно только положение, которое звучало так: «Органы исполнительной власти субъектов Федерации выдают организаторам игорного заведения заключения о соответствии игорного заведения установленным… требованиям». Предоставление такого права чиновникам на местах открыло бы такой простор для коррупции, что волосы встанут дыбом. Подобных дыр в проекте не счесть. Например, утверждалось, что 80 % средств, вовлекаемых в игорный бизнес, должны составлять премиальный фонд, но никаких контрольных мер, никаких гарантий и никакой ответственности для обеспечения этой нормы не было предусмотрено. А в практике были случаи, когда контролеры обнаруживали в кожухе «одноруких бандитов» простые жестяные ведра вместо программного устройства и игровых приспособлений. Монеты сыпались туда без малейшего шанса для клиентов выиграть что-нибудь.

Комиссия по противодействию коррупции забраковала представленный законопроект, который к тому же был ориентирован на концентрацию игорного бизнеса в руках наиболее богатых и влиятельных юридических лиц.

Еще целый год был потерян в процессе переработок и дополнений, пока под давлением общественного мнения не было принято решение вывести с 2008 года все игорные заведения в четыре специально выделенные зоны на территории страны. Все заслуги в этом были приписаны Кремлю, который просто не мог уже противостоять нараставшему протесту со стороны миллионов простых граждан и политической оппозиции.

Когда социологи или журналисты дают критическую оценку состоянию нашего общества, могут найтись защитники власти, которые обвинят их в «очернительстве» нынешних порядков. Но послушайте, что говорил в Государственной думе в начале 2006 года тогдашний министр обороны С.Б. Иванов, когда давал объяснения по поводу диких фактов дедовщины в российской армии: «В основе любого вида воинских преступлений лежит… моральная патология нашего общества. В чем она выражается? Во-первых, в кризисе целевых нравственных установок значительной части населения, в том числе и военнослужащих. Во-вторых, в правовом нигилизме, утвердившемся на почве все еще значительного разрыва между идеями правового государства и реальным отношением наших сограждан к правопорядку. В третьих, в девальвации традиционных ценностей и идеалов национальной культуры в массовом общественном сознании. В доказательство последнего тезиса достаточно просто взглянуть на программы передач, транслируемых многими телевизионными каналами: сплошные «Зоны», «Ментовские войны», «Парни из стали», «Криминальные России», «Чрезвычайные происшествия», разбавленные выпусками новостей, которые тоже неизменно изобилуют сообщениями о катастрофах, кровавых преступлениях и так далее.

Разумеется, противостоять такому негативному информационному напору крайне сложно не только молодежи, но даже взрослым людям, имеющим уже достаточно устоявшиеся жизненные ценности и принципы, поэтому неудивительно, что криминальные сюжеты с телевизионных экранов и газетных полос зачастую перекочевывают в нашу повседневную жизнь, становясь сценариями человеческих трагедий, в том числе и в армейской среде». Помнится, что в этот самый момент со скамей фракции КПРФ раздался голос: «Если общество такое паршивое, может быть имеет смысл поменять общественный строй?». В зале повисла тишина и слегка смутившийся министр пробормотал: «Нет, к этому я не призываю».

Завершая свое выступление, министр обороны дал качественный срез призывного контингента российской армии, который лучше всего характеризует состояние всего нашего общества. «Из призыва осени 2005 года только 20 % допущено к службе с оружием в руках — что говорить дальше? Более 2 % военнослужащих по призыву имеют высокий уровень суицидального риска (близкие родственники неоднократно пытались покончить с собой), более 10 % имеют ослабленное здоровье, 10 % имеют дефицит массы тела (это я деликатно выражаюсь), более 6 % употребляли регулярно алкоголь и 5 % пробовали наркотики, более 7 % имели приводы в милицию, 1,5 % имели судимость. Вот такой у нас призывной контингент!». Мне только остается добавить, что эти данные относились к призывникам, направлявшимся в военно-воздушные силы — одно из самых элитных подразделений Вооруженных сил России. Можно только вообразить, из чего состоят так называемые проблемные части российской армии.

Подводя итог всему сказанному, можно категорически утверждать, что геноцид населения России, демографическая катастрофа, постигшая в первую очередь русский народ, не являются отзвуком неких общемировых процессов. Это сугубо наш российский феномен. Он предельно четко детерминирован переменами социально-экономического и политического порядка в России. Приход «демократии» в Россию, рука об руку с «диким капитализмом», привели к созданию в стране среды, негодной для жизни и процветания нормального среднего человека. Только по этой причине коренные жители стали либо погибать, либо пускаться в бега в другие страны. Пока не изменится эта среда, сохранятся и эти гибельные для нашей цивилизации процессы. За последние годы у власти не появилось ни желания, ни способности изменить к лучшему эту среду, враждебную для традиционного русского человека. Дел нет, а на пустые слова обращать внимания не стоит. Вымирание продолжается, а качество остающегося населения становится год от года все более худшим.

Россия, понятно, не останется пустынной землей. Сюда уже тянутся все более густой цепочкой мигранты из тех окраинных земель и даже из сопредельных государств Дальнего Зарубежья (Китай, Вьетнам, Корея), где условия для жизни еще хуже, или теснота населения не дает возможности выгородить для себя жизненное пространство. Но это будут другие этносы, с иным менталитетом, с чуждой религией, образом жизни. Внуки нынешних молодых русских людей будут едва ли составлять половину населения России. Восточно-европейская славянско-православная цивилизация — одна из шести основных цивилизаций мира — находится в стадии угасания, и те, кто стоит у власти и считает себя выразителями ее ценностей, почти ничего не делают для ее сохранения и возрождения. Бог им судья! Обессилевший русский народ вряд ли сможет стать им судьей.

Куда пропала «Родина»?

На годы администрации президента В. Путина пришлось рождение и смерть нового явления в российской внутриполитической жизни — избирательного блока «Родина». Он сгорел, как метеорит, попавший в земную атмосферу, оставив за собой яркий хвост в памяти людей. На выборах в Государственную думу 2003 года за него было подано 5,5 млн голосов избирателей, более 9 % от всех, принявших участие в голосовании. Блок «Родина» получил 38 мандатов, а уже к следующим выборам от него не осталось и следа. Поскольку автор в свое время принял активное участие в избирательной борьбе, входил в состав Высшего Совета народно-патриотического блока «Родина» и был депутатом от него в составе Государственной думы IV созыва, то он счел уместным поделиться с читателями своим видением судьбы «Родины», тем более, что такие вопросы часто задаются ее тогдашними сторонниками.

Возникновение «Родины» относится к лету 2003 года, когда на повестку дня встали очередные выборы в Государственную думу, намеченные на 7 декабря 2003 года. В администрации Президента РФ родилась мысль создать новую политическую структуру, которая смогла бы принять участие в выборах и отвлечь голоса от КПРФ. Существование Коммунистической партии, ее идеологии, символики не перестает раздражать российскую власть. Кремль прилагал и будет прилагать все усилия к тому, чтобы рано или поздно устранитьКПРФ как родимое пятно с политического лица России. То ли удастся добиться этого простой сменой названия партии, то ли для этого потребуется длительный период откалывания от нее кусков электората и кадровых членов — но цель останется постоянной. Власть, конечно, использует растущее недовольство в левых кругах Г. Зюгановым, под руководством которого КПРФ попала в полосу застоя.

В соответствии с планами администрации президента предполагалось создать левую, патриотическую организацию, в которую можно было бы привлечь тех, кто окончательно разуверился в возможности добиться перемен под руководством компартии, но не утратил веры в то, что путем демократических выборов можно повлиять на судьбу Отечества.

Для осуществления задуманного плана был использован Д.О. Рогозин, который к тому времени уже был депутатом Государственной думы, Председателем комитета по международным делам и был даже спецпредставителем Президента РФ на переговорах по обеспечению транзитных перевозок российских пассажиров и грузов через территории прибалтийских государств в Калининградскую область. Рослый, симпатичный, легко владеющий словом и пером, энергичный, с явным уклоном влево, он приглянулся В. Путину и его «администраторам».

Сам Д. Рогозин видел в создании новой политической силы не только рычаг для дробления коммунистического электората. Его еще разогревало и определенное чувство мести партийным боссам из «Единой России», которые отказались принять рекомендацию сверху о назначении Д. Рогозина на пост генерального секретаря этой партии. Одним словом, в лице Д. Рогозина администрация нашла нормального карьериста, укоторого дела не заладились ни с настоящим левым, ни всамделишним правым флангом. Он охотно взялся за строительство своего собственного политического гнезда, но поскольку фактор времени толкал на быстрые решения, то на ум пришла идея о создании избирательного блока из мелких, но уже прошедших регистрацию политических партий. Так в будущую «Родину» попал Юрий Владимирович Скоков, у которого в «загашнике» была так называемая Партия российских регионов, немощная в политическом отношении, но зарегистрированная по всем правилам в Министерстве юстиции. Ю.Скоков в начале 90-х годов был влиятельным политиком, занимал пост секретаря Совета безопасности. Его кандидатура даже выдвигалась на пост премьер-министра и во время рейтингового голосования он занял первое место, но Б. Ельцин предпочел кандидатуру В. Черномырдина, получившего второе место. Обида и здесь сыграла свою роль.

Д. Рогозин и Ю. Скоков привлекли к плану известного левого экономиста Сергея Глазьева, наработки которого могли составить некое подобие платформы будущего блока. Первоначально политические затейники решили даже назвать будущий блок «Товарищ» и придумали символику в виде изувеченного серпа и молота. Всю избирательную кампанию планировалось поручить известному галеристу (владельцу модной галереи художественных произведений) Марату Гельману — сыну драматурга А. Гельмана. В общем, собралась разношерстная компания из юдофобов (к которым принадлежал Ю. Скоков), русских националистов (типа Д. Рогозина) и даже политиканствующих евреев (М. Гельман и K°.) Но они довольно быстро сообразили, что в таком составе им ничего на предстоявших выборах не светило и, скрепя сердце, пришлось приглашать людей «со стороны», но известных своими государственно-патриотическими убеждениями. Вот тогда-то и пришлось взять новое, куда более привлекательное, название блока «Родина».

За короткий срок удалось привлечь генерала армии В.Варенникова, участника парада Победы, генерала армии, бывшего министра обороны И. Родионова, бывшего Председателя Правления Центрального Банка России В. Геращенко и других. В их числе оказался и автор этих строк, в течение нескольких лет работавший политическим комментатором в телевизионной передаче «Русский Дом», которую вел Александр Кругов, тоже оказавшийся в «Родине». Мы совершенно искренне верили в то, что создается, наконец-то, настоящая новая левая сила, которая не будет нести на своих плечах груз ответственности за грехи советского прошлого, будет свободна от всех пут.

Спрашивать у наших лидеров, откуда они брали деньги на ведение предвыборной кампании, считалось неприличным. Все они давно тусовались в российской политике, каждый имел своих спонсоров, да и вообще в порядочном обществе не принято заглядывать в чужой карман, тем более что мы сами ни за что не платили и не получали ни от кого никаких денег. Потом нам стало известно, что общий бюджет пропагандистской кампании «Родины» составил где-то порядка 20 млн долларов. Около этого пирога роились тучи трутней, у которых были свои прикормленные субтрутни, а у тех, в свою очередь, крепостные работяги. Главное занятие этих дармоедов называется «освоение бюджета». Например, руководитель информационно-пропагандистского управления блока «Родина» получал зарплату в 10 тыс. долларов, его заместитель — 5 тыс., и т. д. Присоединившись к «Родине» и даже попав в предварительные списки ее кандидатов в депутаты Государственной думы, мы вовсе не ставили самоцелью получение мандатов. Мы смиренно соглашались с тем, как наши кандидатуры постепенно отодвигали все ниже и ниже, пока мы не перешли из федеральных списков в региональные. Мы были даже готовы уступить в случае победы свои места, если этого потребуют интересы «Родины». Зато в ходе избирательной борьбы мы не жалели, как поется в песне «ни себя, ни врагов». Особенно доставалось от нас В. Жириновскому, который выходил из себя и терял самообладание не один раз.

Наконец, наступил день победы — 7 декабря 2003 года. К вечеру стало известно, что «Родина» получила 9 % голосов в целом по России и 15 % в главных городах — Москве и Санкт-Петербурге. Какая была радость после почти двух десятилетий непрерывных поражений и провалов… Приятно было сознавать, что в нашем народе стали просыпаться чувства еще недавно оскорбленного патриотизма, что их голосами были выброшены из парламента вконец опостылевшие наглые лица Бориса Немцова, И. Хакамады, Г. Явлинского. Какое счастье было сознавать, что А. Чубайс, самый ненавидимый человек в России, рискнувший впервые в своей карьере пойти на выборы, провалился с треском. Вспомнился старый лозунг времен гражданской войны в Испании — «Но пасаран!» (Они не пройдут!). Это была историческая победа, она показала, что мы можем бить их же оружием, т. е. демократическими выборами. Лиха беда

— начало!

Мы понимали, что прорыв «Родины» в Думу не может ничего решить на этом этапе. Правительственное большинство располагало таким подавляющим большинством голосов, что даже страшно подумать (более двух третей). 38 депутатов от «Родины» против более чем 400, 1 против 12. Драка при таком соотношении сил бессмысленна. Мы сравнивали наш успех с частичной военной операцией по форсированию водной преграды и захватом плацдарма на вражеском берегу, который надлежало укреплять, отбивая яростные атаки поздно спохватившегося противника. Либо мы удержим свой пятачок и подготовим условия для накопления сил и начала в будущем решительного наступления, либо вражеская сила сомнет защитников и сбросит их в воду.

Поначалу все складывалось внешне благополучно. На первом заседании новорожденной фракции мы единогласно избрали ее председателем С. Глазьева и рекомендовали от «Родины» избрать заместителем Председателя Государственной думы Д. Рогозина. Увы, это было первое и последнее единогласное решение.

Перед самым Новым — 2004-м — годом собрался Высший совет блока «Родина», чтобы принять решение по трем важным вопросам. Первое: принимать ли участие в выборах Президента РФ, намеченных на 14 марта 2004 г., второе: кого выдвигать в качестве кандидата на пост Президента РФ, если по первому вопросу будет принято положительное решение, и третье: будем ли создавать единую политическую партию под названием «Родина», чтобы закрепить и развить успех.

Достаточно быстро 16 членов Высшего совета блока «Родина» приняли решение принять участие в выборах Президента РФ. Все понимали, что одержать победу на таких выборах невозможно, но получить опыт предвыборной борьбы, сформировать и закрепить в сознании избирателей образ лидера «Родины» — необходимо. Вот тут-то и начались разногласия, оказавшиеся впоследствии фатальными для судьбы всего блока. Выяснилось, что за спиной Высшего совета Ю.Скоков уже вел работу по «подбору кандидата» и предлагал на эту роль Наталью Нарочницкую, которая ни за что не захотела играть роль подставной куклы и наотрез отказалась от столь щедрого предложения.

На самом заседании тот же Ю.Скоков предложил кандидатуру банкира В. Геращенко на пост Президента РФ от блока «Родина». При обсуждении этого варианта пришлось вспомнить, что В. Геращенко по причине возраста не мог рассматриваться как перспективный кандидат. К дате следующих выборов президента в 2008 г. ему должен был пойти восьмой десяток. И потом, у него не было никакого опыта, кроме банковской работы. Он не обладал никакой харизмой, и к этому времени вел затяжную судебную тяжбу с государством, добиваясь выплаты ему повышенной пенсии за предыдущие годы работы, за что его язвительно кусала пресса. В качестве альтернативы всплыла кандидатура Сергея Глазьева, который в глазах публики в ходе избирательной борьбы выглядел как идеологический лидер блока. На стенах домов были даже надписи «За «Родину», за Глазьева!».

Как только было произнесено имя Глазьева, Д. Рогозина и Ю. Скокова будто взорвало. Они дуэтом в грубой и обнаженной форме заявили, что победа «Родины» была обеспечена на выборах только благодаря поддержке администрации президента, и не стоит переоценивать наши собственные заслуги. Они сказали, что Кремль просит не выдвигать кандидатуры основных лидеров блока — т. е. С. Глазьева и Д. Рогозина на президентских выборах. Мы тогда еще не знали, что такая же «просьба»-требование были выставлены и КПРФ и ЛДПР, которые покорно согласились выставить свои вторые номера: Н.Харитонова вместо Г.Зюганова и О.Малышкина вместо В.Жириновского.

Судя по всему В. Путин, собираясь вторично баллотироваться на пост Президента РФ в 2004 г., не был уверен, что победа придет к нему в режиме «автопилота» и постарался застраховаться на всякий случай, «убедив» основных соперников самоустраниться от борьбы. Руководство КПРФ и ЛДПР уже давно отработали технологию сожительства с властью, и с ними проблем не возникло. «Родина» была новичком в политике, у нее было нечто похожее на коллективное руководство, и не все лидеры знали правила подковерной борьбы.

На заседании Высшего совета «Родины» мнения разделились. «Идеалисты» в политике считали, что кандидатура Глазьева является наиболее походящей во всех отношениях, а «прагматики» (во главе с Д.Рогозиным) считали, что кандидатом должен быть не кто иной, как В. Геращенко. Было проведено тайное голосование: С.Глазьев получил 7 голосов, а В. Геращенко — 8. Один бюллетень признан недействительным.

Все эти детали можно выбросить на помойку, если бы они не отражали главного выбора политического пути «Родины»: стать ли блоку еще одной партией-подпевалой Кремлю, вроде ЛДПР, либо попытаться стать, несмотря на все, самостоятельной политической силой. В ходе честного тайного голосования верх взяли «прагматики-подпевалы». Проигравшим надо было признать этот факт и в интересах сохранения блока готовиться к началу нового этапа борьбы, уже внутри парламентской фракции, за изоляцию и ослабление позиций кремлевских подсадных уток.

И в этот момент произошло неожиданное: С. Глазьев вышел из зала заседания вместе со своим тогдашним финансовым спонсором А. Бабаковым (ныне один из руководителей «Справедливой России») и, вернувшись через пять-десять минут, объявил всем, что он самостоятельно выдвигает свою кандидатуру на пост Президента РФ на ближайших выборах, не нуждается для этого в поддержке «Родины» и будет собирать 2 млн требуемых по закону подписей. Все! Рубикон был перейден, раскол состоялся. «Родина» получила пробоину, которая пустит ее на дно.

О третьем вопросе, вынесенном в повестку дня, о создании единой политической партии «Родина» все сразу как-то забыли. Оказалось, что он никому не интересен, все были ошеломлены глубиной и стремительностью раскола.

Своим сепаратным неожиданным решением пойти на президентские выборы С. Глазьев поставил себя в положение волка, которого сразу же кругом обложили красными флажками. Власть не потерпит никого, кто осмелится претендовать на роль реального конкурента. Д. Рогозин, стремившийся к роли единоличного лидера «Родины», вместе с администрацией президента организовали настоящую охоту на С. Глазьева, Его начисто убрали с экранов телевизоров: такая мера считается в наше время основной формой политического убийства. Помните поговорку: «С глаз долой — из сердца вон!». В то же время любая серая личность, без конца мелькающая перед глазами телезрителей, приобретает значимость и политический вес. С. Глазьеву перестали предоставлять залы для встреч с избирателями даже в тех случаях, когда была достигнута предварительная договоренность и проведена оплата аренды. У журналистов сразу пропала охота встречаться и брать интервью у С. Глазьева. Всех бизнесменов, которых подозревают в оказании финансовой поддержки кандидата, проклятого администрацией, немедленно категорически предупреждают о необходимости прервать с ним все контакты. Тот же самый А. Бабаков, который подтолкнул Глазьева на гибельный шаг самовыдвижения, оказался первым, кто отвернулся от незадачливого политика, впавшего в немилость. Таковы нравы в нынешней российской политике. Там жестокость, мстительность соседствуют с вероломством, предательством и трусостью.

В результате президентских выборов независимый кандидат С.Глазьев получил всего около 3 % голосов и сразу превратился в неудачника в политике. В начале марта 2004 года Д. Рогозин провел тайные переговоры с одним из депутатов «Родины», старожилом российской политики Сергеем Бабуриным, который до поры до времени тихо сидел на второстепенных ролях во фракции. По согласованию с администрацией президента они сговорились убрать С. Глазьева с его поста руководителя фракции «Родина» в Государственной думе и избрать на его место Д. Рогозина. Надобно заметить, что пост руководителя партийной фракции ценится очень высоко в парламентских кругах. Он важнее, чем рядовой заместитель Председателя Государственной думы.

По условиям сделки С. Бабурин в награду за участие в свержении С. Глазьева получал пост заместителя Председателя Госдумы, которое освободилось бы после ухода Д. Рогозина. Операцию решили провести скрытно, без публичного шума. Был пущен по рукам депутатов фракции так называемый опросный лист, в котором сразу и были сформулированы три вопроса: а) согласны ли Вы освободить С. Глазьева с поста руководителя фракции?; б) согласны ли Вы избрать Д. Рогозина руководителем фракции?; и в) согласны ли Вы поддержать инициативу фракции по выдвижению кандидатуры С.Бабурина на пост заместителя Председателя Государственной думы?

Все уважающие себя депутаты с негодованием отвергли метод опросной интриги, но из 38 депутатов большинство все-таки ответило согласием на поставленные вопросы. Таких приспособленцев оказалось 21 человек. Судьба С. Глазьева была решена.

Молниеносно, в течение нескольких часов, эти решения были санкционированы Комитетом по регламенту и утверждены на первом же пленарном заседании Государственной думы. Власть торопилась окончательно «размазать по стене» С. Глазьева.

Устранив основного конкурента со своего пути, Д. Рогозин решил создать единую партию «Родина» под своим управлением. Для этого, используя связи в администрации Президента, он сумел быстро перерегистрировать в Министерстве юстиции прежнюю виртуальную Партию российских регионов (собственность Ю. Скокова) в политическую партию «Родина». Все было проделано келейно, без огласки, что вызвало взрыв негодования во фракции «Родина». На самом деле такие проделки называются незаконной приватизацией бренда (названия, торговой марки), своего рода «черным рейдерством». Но в России уже давно действует понятие, что «если чего-то нельзя, но очень, очень хочется, то можно». Тут уже спохватился С. Бабурин, который оказался вне «Родины», а стало быть утратил политическую опору на будущее. Он долго и упорно торговался с Д. Рогозиным о равноправном слиянии своей партии «Народная воля» с новоиспеченной «Родиной», но ничего у него не вышло. Окончательно забуревший от успехов Д. Рогозин требовал только одного, чтобы все остальные партии и группировки, прежде входившие в состав блока «Родины», самораспустились, а их члены на индивидуальной основе вступали в новую партию «Родина». Это диктаторское требование стало началом конца политической карьеры самого Д. Рогозина. Он утратил способность реально оценивать обстановку, явно переоценил себя и стал делать одну ошибку за другой.

Столкнувшись с нежеланием С. Бабурина распустить партию «Народная воля» и вступить рядовым в «Родину», Д. Рогозин решил устранить его с ранее подаренного ему поста заместителя Председателя Государственной думы (по регламенту каждая думская фракция имеет право иметь своего заместителя Председателя). Технически он задумал провести в жизнь этот план самым иезуитским образом: решил поставить на заседании фракции отчеты нескольких депутатов о проделанной ими работе. В список отчитывающихся был включен и С. Бабурин, работу которого должны были признать неудовлетворительной и на этом основании поставить вопрос о его отзыве с поста заместителя Председателя Государственной думы.

К этому времени у самой администрации президента стали накапливаться сомнения относительно намерений Д. Рогозина, слишком резво рвущемуся к власти. Оттуда, со Старой площади был подан сигнал о том, что пора попридержать амбиции Д, Рогозина. Сигнал был правильно понят частью депутатов фракции, и задуманное заседание приобрело совершенно иное направление. Бабурина, конечно, подвергли полному разносу, даже приняли решение исключить из состава фракции «Родина», но на большее сил у Д. Рогозина не хватило. До поры до времени власть не дала в обиду С.Бабурина, он не был освобожден с поста заместителя Председателя Госдумы. Все это происходило в самом начале февраля 2005 года.

Уязвленный Д.Рогозин, начинавший терять ориентацию в политическом поле России, решил попытаться повысить свою ценность в глазах администрации президента и в общественном мнении страны, разыграв роль радикального борца за народные интересы. Для этого он успел побывать в Киеве, где триумфально шествовала «оранжевая революция», стоял рядом с В. Ющенко, украшенный оранжевым шарфом. Нам, его коллегам по фракции, он не мог вразумительно объяснить, зачем он это делал. Как школьник, он говорил что-то про свое намерение создать канал неофициальной связи между главами Украины и России, хотя никто его об этом не просил.

В это же самое время он совершил свою последнюю, на этот раз роковую, ошибку. Он, опять-таки втайне от основной части парламентской фракции «Родина», с небольшой группой своих самых преданных соратников, решился на беспрецедентный шаг — объявил голодную забастовку прямо в здании Государственной думы в своем собственном служебном кабинете. Формальной причиной забастовки был протест против введения в действие с 1 января 2005 г, закона N 122 о монетизации льгот пенсионерам и инвалидам. Скрытым намерением было пойти на крайне рискованный шаг в надежде привлечь внимание общественного мнения и превратиться в самого популярного и, следовательно, влиятельного политика страны.

Голодная забастовка, длившаяся с 21 января по 2 февраля 2005, окончилась полным фиаско. Президент В. Путин был раздражен такой формой публичного протеста, которая к тому же была использована на Западе для подпитки антироссийской пропаганды. Надо полагать, что и «ответственным товарищам» из администрации президента попало по шее за то, что они в течение почти двух лет растили и пестовали такого «ужасного мальчика», непослушного и своевольного. Российские средства массовой информации открыто издевались над акцией Д. Рогозина, намекая на то, что он проводит акцию по рекомендации врачей с целью простого похудения. Парламентские старожилы сразу же дистанцировались от своих голодающих коллег. Подавляющее большинство депутатов фракции «Родина», пребывавших в неведении относительно намерений Д. Рогозина, только укреплялось в недоверии к этому непредсказуемому человеку.

Правда, с мест шло много телеграмм, писем, посланий, с поддержкой акции голодающих парламентариев. Ими пестрели стенды, поставленные в зале заседаний фракции «Родина», но дальше им ходу не давали. Дни шли за днями, Кремль молчал, как сфинкс, правительство не реагировало на голодовку. Пенсионеры и инвалиды защищали свои права на скудные льготы самым прямым и эффективным образом: перекрывали дороги, блокировали административные здания.

Наконец от голодающих пришел сигнал с просьбой о помощи, надо было выйти из акции без потери лица. Для этого понадобилось провести специальное заседание фракции, на котором было принято решение просить наших коллег прекратить голодную забастовку, не подвергать свое здоровье опасности и вернуться к исполнению своих депутатских обязанностей.

К весне 2005 года уже полностью определились контуры провала политического проекта под названием «Родина». Всего лишь один год с небольшим продержался он на политической арене России и развалился из-за непомерных амбиций своих лидеров С. Глазьева и Д. Рогозина, не справившихся с выпавшей на их долю исторической ответственностью. Оба они были устранены самой жизнью и усилиями администрации президента из политической жизни страны.

С начала 2005 года управление парламентской фракцией «Родина» было полностью утеряно, хотя формально Д. Рогозин продолжал оставаться ее руководителем, каждый депутат действовал так, как подсказывал ему его долг перед избирателями.

Кремль долго не мог принять решение, что теперь делать с партией «Родина», которую так старательно приспосабливал под себя Д. Рогозин. В конце концов ее стали грубо отстранять от участия в региональных выборах под самыми различными предлогами. Например, в Москве для этого был использован предвыборный видеоролик партии под названием «Очистим Москву от мусора», который был расценен как призыв к разжиганию межнациональных отношений в городе. В других местах широко использовался уже затасканный до дыр метод обвинения партии в сборе фальшивых (недостоверных) подписей избирателей. Когда не находилось более или менее уважительных поводов, то власть действовала по тому же рецепту, по которому поступил Волк в крыловской басне «Волк и Ягненок», сказавший что «ты виноват уж в том, что хочется мне кушать».

Наконец, в администрации президента остановились на фигуре Бабакова Александра Михайловича, того самого, который подталкивал С. Глазьева на самоубийственное самовыдвижение. Ему было поручено стать своего рода председателем ликвидационной комиссии по утилизации всего наследства «Родины». Сам А. Бабаков является бизнесменом средней руки, имеющим основные капиталы в Украине, политические взгляды неопределенны и могут меняться под влиянием деловых интересов. Он взял под свое управление партию «Родина», потом и фракцию (без большого сопротивления со стороны разочаровавшихся и уставших от распрей депутатов).

Постепенно в администрации президента пришли к мысли, что на расчищенном от «Родины» месте надо создать новую квазипартию, поручив дело ее строительства совершенно надежному и безусловно преданному Кремлю человеку. Им стал Сергей Михайлович Миронов, в переговоры с которым и вступил А. Бабаков. Свою задачу А. Бабаков видел в том, чтобы выторговать для себя гарантии политического выживания за счет сдачи остатков «Родины».

Замысел администрации президента скоро стал виден невооруженным глазом. В прессе замелькало название новой партии — «Справедливая Россия», в которую собирались слить остатки мертворожденной «Партии жизни» (креатура С.Миронова с треском провалившаяся на выборах в Государственную думу в 2003 г.), партии пенсионеров и партии «Родина». Поскольку все они в свое время зачинались, вынашивались, рождались и пестовались «родителями» в лице администрации президента, то им же не составило большого труда склеить из этих лоскутов «Справедливую Россию».

В 2006 году депутатам фракции «Родина» было предложено оформить членство в новой партии «Справедливая Россия». Многие не устояли перед оппортунистическим соблазном, дали согласие в рас чете, что для них найдется «местечко под солнышком». Твердые «родинцы» — их оказалось меньшинство — стояли насмерть, как защитники «дома Павлова» в Сталинграде, они чувствовали за спиной поддержку 5,5 млн избирателей, оскорбленных и раздраженных поведением бывших лидеров «Родины» и власти.

Наконец, в 2007 г. свершилось невиданное в истории парламентов действо: бывшая фракция народно-патриотического союза «Родина» была переименована во фракцию партии «Справедливая Россия», хотя последняя еще ни разу не принимала участия в выборах. В нее потянулись все изгои из других партийных фракций, вроде скандального Алексея Митрофанова (ЛДПР), Елены Драпеко (КПРФ), Евгения Ройзмана (группа независимых депутатов) и т. д. Ни о каком идейном единстве уже речи не могло быть. Для тех, кто остался во фракции, сменившей партийный флаг, и тех, кто прибился к ней в последнее время, никаких других целей, кроме личного выживания в качестве депутатов Государственной думы не было. «Родина» умерла.

На выборах 2007 года «Справедливая Россия» преодолела 7 % барьер и теперь имеет свою законную фракцию в Госдуме, но среди ее депутатов осталось только три человека, которые когда-то входили в блок «Родина». Один из них А. Бабаков — председатель ликвидационной комиссии.

Власть постаралась не обидеть и других главных могильщиков «Родины». Дмитрий Рогозин получил назначение на пост посла РФ при НАТО, где он сполна сможет поупражняться в своем красноречии, без каких-либо серьезных шансов переубедить кого бы то ни было. Перед отъездом в Брюссель он признался журналистам, что очень доволен тем, что теперь ему не надо быть оппозиционером, одежкой которого он очень тяготился. Сергей Глазьев ожидает одобрения его кандидатуры на должность заместителя исполнительного секретаря исполнительного секретаря ЕврАЗЭС (Организация европейско-азиатского экономического сотрудничества) — одной из фантомных структур СНГ. Оба они будут подальше от Москвы, приделе, перестанут беспокоить власть и, Бог даст, перестанут обманывать людей своей игрой в оппозицию. Sic transit gloria mundi! («Так проходит мирская слава!»).

Подводя итоги двух сроков администрации В. Путина, мы можем определенно сказать, что главным позитивным достижением прошедших лет является укрепление государственных институтов России, роли Президента РФ, что позволило прервать нарастание дезинтеграционных процессов в стране. Сейчас России не грозит распад, хотя достигнутая консолидация обеспечивается только административными и силовыми средствами, а потому и является неустойчивой.

За эти годы создана правовая база, оформившая и закрепившая новый социальный строй в России. Созданы гарантии невозврата к прошлому.

Взяты под правительственный контроль силовые и информационно-пропагандистские меры воздействия на общество, которые призваны исключить возможность изменения социального строя.

В. Путин на протяжении всего периода своей администрации выстраивал государственную политику таким образом, чтобы в стране наиболее вольготно жилось крупным олигархическим структурам. Подавляющее большинство принятых при его администрации законов были направлены на укрепление позиций олигархического капитала. Именно поэтому в 2000–2008 гг. Россия побила все мировые рекорды роста числа миллиардеров и миллионеров с одной стороны и темпов вымирания коренного населения страны. Это самое убедительное доказательство сути правительственной политики. Ответ на вечный вопрос: «Кому хорошо жить на Руси» очевиден.

Россия как страна, в конце администрации В. Путина, утратила почти все шансы возвратиться в число развитых промышленных и передовых в научно-техническом отношении держав мира. Сам президент полностью отошел от тех заявленных планов и намерений, которые он изложил в начале своей администрации в памятной статье «Россия на рубеже тысячелетий». Он забыл о своих намерениях догнать Испанию или Португалию по уровню развития, о чем с большим вдохновением вещал в 2000 году. За эти годы мы оказались даже позади Бразилии, Мексики и других стран. Прошедшие 8 лет его администрации еще больше отбросили Россию от промышленно развитых стран мира. Мы с каждым годом опускаемся ниже и ниже по уровню реального экономического развития. Сугубо сырьевая ориентация страны, которая по оценке самого В. Путина в 2000 году было негативной деформацией российской экономики, теперь стала выдаваться за ее преимущество перед другими странами в мире. Измерять прогресс страны только по количеству полученных нефтедолларов, вложенных к тому же в иностранные ценные бумаги — это грубый и примитивный подлог, обман своего народа. Разрушение основного промышленного и научно-технического потенциала страны продолжалось прежними темпами. В. Путин смирился с положением страны как поставщика сырья и энергоресурсов, закамуфлировав свою капитуляцию высокопарными словами о России как факторе энергетической безопасности для Европы и мира. Главными «стройками российского капитализма» стали в годы администрации В. Путина прокладки газо— и нефтепроводов за границу: «Голубой поток» в Турцию по дну Черного моря, «Южный поток» по дну Черного моря на Балканы, «Северный поток» по дну Балтийского моря в Западную Европу, нефтепровод из Западной Сибири на побережье Тихого океана. Никакие другие промышленные проекты не занимали в такой степени внимание Кремля, как добыча и экспорт энергоресурсов.

Сырьевой экономике не нужно растущее численно население страны, олигархам не нужны просвещенные, образованные граждане. Поэтому в период администрации В. Путина были сформулированы положения о мигрантах как основном источнике трудовых ресурсов, начали создаваться экономические препятствия для получения знаний посредством быстрой коммерциализации системы образования, были сужены каналы для получения альтернативной информации. В России формируются почти непреодолимые препятствия для изменения социального статуса людей. Страна практически оказалась разделенной на касты. Конкурентность в экономике, соревновательность в общественно-политической жизни становятся пустыми фразами.

Все разговоры о возрастающей роли государства в российской экономике, об имперских амбициях российской власти являются скорее атрибутами межклановой борьбы. «Наезды» на отдельных олигархов, захваты имущества — это не укрепление роли государства, а атрибуты, сопровождающие возникновение и укрепление нового олигархического клана, использующего попавший в его руки административный ресурс. На судьбу страны и ее народа это не оказывает никакого позитивного влияния.

«Старые» олигархи ельцинского времени (Р. Абрамович, М. Фридман. А. Мордашев, В. Вексельберг и др.) стараются либо продать за бешеные цены (за бюджетные деньги) свои активы новым олигархам, либо предпринимают меры по превращению своих сырьевых империй в транснациональные компании, которые выйдут из правового поля российского законодательства и получат своего рода «охранные грамоты» от своих собратьев на Западе. И те и другие в равной степени действуют без оглядки на общественность, делают все возможное, чтобы удержать основную массу населения страны в пассивном, оболваненном положении. Больше всего они боятся роста гражданского сознания населения, открытости политической и экономической жизни. Именно поэтому мы вынуждены признать, что при такой власти у России нет будущего.

Реальный портрет современной России в конце администрации В. Путина очень далек от той картинки, которую пытаются нарисовать подконтрольные правительству средства массовой информации, а вместе с ними и министры правительства. В советское время ложь стыдливо называлась «лакировкой действительности». Сейчас техника «лакировки» достигла пика совершенства. За позолоченным фасадом Москвы и Питера лежит разрушенная страна, у которой при нынешних характеристиках власти нет шансов на возрождение в качестве одного из развитых государств мира.

Для возрождения уже нет материально-технического фундамента и, что особенно важно, человеческого потенциала во всех его измерениях. На это нет и политической воли власти.

Грустно приходить к таким печальным выводам. Но здравый смысл не приемлет никаких других.

Челобитная новому президенту РФ

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Пользуемся печатным словом, чтобы не быть затоптанными в очередях теми, кто рвется приложиться к ручке устно. Письмо на Руси издавна было формой публичного общения подданных с государями. Промните, еще князь Курбский с Иваном Грозным вели жаркие споры на бумаге. А в наши дни А Минкин без устали слал письмо за письмом В. Путину, правда, без ответов. В своих посланиях и князь, и смерд из «Московского комсомольца» осыпали государей упреками и нехорошими подозрениями. У нас и в мыслях нет этого. Мы не запорожские казаки, и Вы, слава Богу, не турецкий султан! А поговорить с Вами очень хочется! Мы президентов видим и слышим каждый день, а они нас один раз в год по телеэфиру, да и то человек 50 из полутора миллионов желающих пообщаться. Потому и решили обратиться к Вам с письмом через наш журнал. Может быть, оно и не дойдет до Вас, как письмо чеховского Ваньки Жукова «на деревню дедушке», но мы хотя бы душу облегчим своей челобитной.

Заскребло у нас на сердце от знакомых по прошлой жизни запахов «культа личности» и «лакировки действительности». Нанюхались мы этой «дури» в свое время до тошноты, а чем кончилось, все знают. Вы человек образованный, из профессорской семьи, да и по поведению видно, интеллигентный, не откажете в просьбе притормозить подхалимское рвение лизоблюдов. Толку от этого «чего изволите» на грош, а сраму потом не оберешься. Всем нам, для блага Отечества, побольше надо деловитости и скромности. Пустыми словами дорога в ад вымощена!

Больше всего болит у нас душа о судьбе российского народа, русского в первую очередь. Ведь без многочисленного, духовно и физически здорового населения нет будущего у нашей России. Нефть, газ, лес, мешки с деньгами — ни к чему будут России, если она утратит свое население. Все уйдет в чужие руки как выморочное имущество. Вчера мадам Тэтчер, нынче Кондолиза Райс уже зарятся на наши земли и подземные богатства. А ведь мы с Вами не только хозяева этих сокровищ, мы еще и творцы и носители великой славянско-православной цивилизации. На Вас народ своими голосами возложил обязанность Главного Хранителя материальных и духовных ценностей этой цивилизации. Помните, что Екатерина Великая — чужая по крови, но русская донельзя по душе — на вопрос о том, что она считает своей главной задачей как императрицы, ответила: «Сбережение и приумножение народа российского». От того и получила в истории звание «Великой». У Вас-то, у самого, говорят, один сынок Илюшенька, смышленый мальчонка 12 лет, но, даст Бог, на новом посту прирастет семейство детишками.

Вы не так давно уже сказали принародно, что Россия будет не только великой энергетической, но и великой продовольственной державой. Вашими бы устами да мед пить! Давно уж позабыл наш народ, что такое сытая жизнь. Весь XX век страна перебивались с хлеба на воду, да и нынче половину съедаемого продовольствия привозим «из-за бугра», расплачиваясь Божьим даром — нефтью и газом. Харчи нынче в мире дорожают с каждым месяцем. Едоков становится все больше, а на Западе уже думают, как бы из продовольствия научиться делать более дешевое горючее, чем из нефти. Вон, наши соседи-белоруссы уже решили задачку, обеспечили себя всеми основными продуктами питания. Низкий поклон Вам будет от всей России, если Вы не только цель поставите, но еще и достигнете ее.

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Знали бы Вы, как мы утомились от погони за «журавлями в небе». Самое время получить синичку в руки. Коммунисты все время обещали рай на земле, потом демократы сулили «молочные реки в кисельных берегах», все звали потерпеть, подождать. Бумажные программы, концепции, «основные направления», «перспективные планы» вконец опостылели, Числа им нет. Никто за них не отчитывается и не несет ответственности. Попробуйте заменить канцелярское производство настоящей работой с видимыми и ощутимыми результатами. Тогда и перед народом, и перед миром будет не зазорно.

Знаем, как трудно будет Вам в новой упряжке: уж больно непрофессиональный, распухший от пороков достался Вам управленческий аппарат. Другого быстро в России не создать, но этот следовало бы основательно почистить и подремонтировать. Чиновничью ораву пора сократить. Рабочие руки появились бы, расходов казенных стало бы меньше, оставшиеся на службе заработали бы пошустрей. А людям-то как полегчало бы! Попробуйте проводить на заморский манер конкурсы на замещение чиновничьих должностей, поверьте, профессионализм повысится, а кумовство скукожится. А еще, Дмитрий Анатольевич, начните-ка в самом деле борьбу с коррупцией. Скажите сами, что не давали и не брали никогда взяток, пусть Вашему примеру последуют и Ваше окружение, все большие и малые начальники. Примите, наконец, после 17 бесплодных лет закон о противодействии коррупции, призовите общественность себе на помощь. У Вас получится, ей Богу! Может быть, не все сразу, но ведь дорогу одолеет идущий. Это под лежачий камень вода не течет. Не оставлять же эту тему оруженосцам «оранжевой революции».

Никак не могут люди взять в толк, почему в России на все виды товаров и услуг установились мировые цены, а нередко и с большим перебором, и только один товар — рабочая сила — осталась в российской цене. Зарплаты в нашей стране в 5–7 раз ниже, чем в тех странах, которые мы вроде бы, по словам наших самых больших руководителей, уже догнали и вот-вот перегоним. Про наших пенсионеров и говорить не приходится — они сплошь нищие. Что за загадочная экономическая модель сложилась в России, где государство богатое, а население бедное? Каким аршином измеряются наши экономические параметры?

Сначала ходили слухи, а потом пришла и достоверная информация, что там, «наверху» уже готовится законопроект, по которому все население России будет обязано платить новый налог на недвижимое имущество. Пройдут налоговые инспекторы по всем квартирам, дачкам-«фазендам», опишут гаражи (включая «ракушки» и т. д.), оценят все по рыночным ценам и обложат налогом. Самое скромное имущество потянет на большую сумму (1 квадратный метр жилья в Москве оценят в 3–4 тыс. долларов, 1 сотку земли на «фазенде» тоже определят в 1–8 тыс. долларов, в зависимости от места расположения), а следовательно и налог будет либо неподъемным, либо очень обременительным. Опять-таки скажутся ножницы между рыночными (мировыми) ценами и российской зарплатой или пенсией. Государство, которое палец о палец не ударило, чтобы создать эту жалкую личную собственность, получит огромные доходы от налога на нее. Простые люди окажутся под угрозой потерять свои «фазенды», оставить свои привычные дома. Неужели Вы, Дмитрий Анатольевич, позволите совершиться этой несправедливости? Это было бы черной неблагодарностью за оказанное Вам доверие. Если нам не изменяет память, то в Конституции есть положение, гласящее, что нельзя принимать законы, ухудшающие положение граждан, да и Вы сами говорили, что будете стремиться только к повышению благосостояния населения.

Если мы Вас не совсем утомили, то выслушайте и еще одно пожелание. Речь пойдет о деньгах, но не о наших, а об общих — российских. Уж очень тревожно и неспокойно становится на мировых фондовых рынках из-за того, что стало загнивать и дуплиться дерево самой еще недавно могучей американской экономики. Спады котировок стали и чаще, и глубже. Неподъемные расходы США, их растущие долги, плодящиеся повсюду в мире конкуренты и противники не приведут к добру. А ведь наши золотовалютные запасы и другие «лишние» средства привязаны к их финансовым инструментам в большой степени. Богатые граждане и у нас, и у них стали скупать золотишко для надежности своих капиталов. Цена на «презренный металл» растет быстрее, чем цена на нефть и газ. Не стоит ли подумать о том, чтобы поискать более надеж-ное и эффективное хранилище для наших государственных денег, и не дрожать каждое утро в ожидании сводки о новых котировках чужих ценных бумаг. Сталин не был дураком, когда полагался на золотые слитки в казначейских подвалах: когда он умер, в них находилось 2500 тонн этого добра.

Если уж так нужны правительству деньги (хотя мы не понимаем зачем, потому что оно не знает, что делать с нынешним денежным изобилием), то почему бы не взять под государственный контроль производство и торговлю алкогольными напитками, доходы от которых сопоставимы с доходами от внутренней торговли нефтью и газом. Ведь это было бы в интересах и государственной казны, и всего населения. Убрать бы с полок все опасные для здоровья суррогаты, очистить города и села от ларьков, киосков, палаток, набитых алкогольной отравой. Ведь со времен Московского княжества и до 1991 г. государство не выпускало из своих рук это выгодное и общественно небезопасное дело. Сейчас государство окрепло, оно справилось с могучим «ЮКОСом», «Русснефтью» и др. Неужто ему не по плечу алкогольные бароны?

Сейчас все кругом только и говорят о том, что, дескать, Кремль так ловко выстроил в одну шеренгу все средства массовой информации в России, что у него нет в их среде политических оппонентов. Прошедшие выборы в Государственную думу и Президента РФ подтверждают правоту этой точки зрения. Но если влияние Кремля на российские СМИ и в самом деле так велико, то нельзя ли его использовать для гуманизации в целом содержания их работы. Ведь очевидно, что лицо нынешних российских СМИ формировалось в 90-е годы прошлого столетия, когда в стране шла ожесточенная борьба за власть, за дележ имущества бывшего СССР, когда были опрокинуты все традиционные представления о морали и нравственности. Вот тогда и в информационном поле стали господствовать темы убийств, насилия, страха. Теперь-то вроде времена переменились, уже который года мы гордимся стабилизацией, а вот СМИ так и живут по старым канонам, пропагандируя глумление над личностью, секс, насилие во всех формах. Не пора ли протереть им глаза, о чем давно говорят и в Думе, в Общественной палате и даже в правительстве. Про простых граждан и говорить не приходится: они — главные жертвы пропаганды агрессивности со стороны СМИ. Поговорите с ними по-хорошему, Дмитрий Анатольевич, мы думаем, они поймут, что пора кончать с «чернухой» и «порнухой». На дворе давно другое время года!

Уважаемый Дмитрий Анатольевич! Если Вы не возражаете, мы время от времени будем обращаться к Вам и по другим вопросам. Всего в первом письме не скажешь, да ведь и Вы только-только начинаете свою президентскую вахту. Мы от всей души желаем Вам успехов на новом поприще, обещаем, что будем внимательно и заинтересованно следить за всеми Вашими шагами по ковровой президентской дорожке, которые будут приближать Россию к светлому будущему. Всего Вам доброго, попутного ветра во всех добрых начинаниях.

Искренне Ваш, «Русский Дом». (С подлинным верно: писарь Н. Леонов).