sci_psychology МаринаДмитриевнаКоновалова Экспериментальная психология: конспект лекций

Непосредственной сдаче экзамена или зачета по любой учебной дисциплине всегда предшествует достаточно краткий период, когда студент должен сосредоточиться, систематизировать свои знания. Выражаясь компьютерным языком, он должен «вывести информацию из долговременной памяти в оперативную», сделать ее готовой к немедленному и эффективному использованию. Специфика периода подготовки к экзамену или зачету заключается в том, что студент уже ничего не изучает (для этого просто нет времени): он лишь вспоминает и систематизирует изученное.

Содержание и структура пособия соответствуют требованиям Государственного образовательного стандарта высшего профессионального образования.

ru
Litres DownloaderLitres Downloader 14.03.2009litres.rulitres-1790041.0

Марина Коновалова

Экспериментальная психология

Введение в психологическое исследование

Экспериментальная психология как самостоятельная наука.

Применение экспериментального метода к исследованию психических явлений в конце XIX в. сыграло решающую роль в становлении психологии как самостоятельной науки и выделении ее из философии. В этот период вся научная психология была экспериментальной. В дальнейшем в связи с накоплением психологических знаний произошла дифференциация научных областей психологии в соответствии с предметом их изучения, а экспериментальная психология стала пониматься лишь как общее обозначение различных видов исследований психических явлений посредством экспериментальных методов.

В.В. Никандров отмечает, что в настоящее время сложилась весьма непростая ситуация с определением границ экспериментальной психологии и ее места в системе психологических знаний. Ею утрачен статус самостоятельной науки.[1] На эту ситуацию обращал внимание еще Б.Г. Ананьев. Он указывал, что, с одной стороны, казалось бы, имеется фундаментальная наука о методах психологического исследования, достижениями которой могут пользоваться все частные разделы психологии. Но, с другой стороны, систематическое и неизбежное делегирование своих «полномочий» другим дисциплинам раздробило экспериментальную психологию, и ее отдельные разделы начали самостоятельную жизнь в частных психологических науках.[2]

В современных психологических словарях и справочниках, определяющих понятие «экспериментальная психология», как правило, подчеркивается относительная несамостоятельность этой научной дисциплины и отсутствуют указания на ее предмет. Например, в наиболее авторитетном «Психологическом словаре» дается следующее определение:

«Экспериментальная психология – общее наименование областей и разделов психологии, в которых эффективно применяется метод лабораторного эксперимента».[3]

Еще отчетливее эти тенденции звучат в другом определении: «Экспериментальная психология – общее обозначение различных видов исследования психических явлений посредством экспериментальных методов».[4] Аналогичное понимание экспериментальной психологии существует и в зарубежной психологии. П. Фресс определяет экспериментальную психологию следующим образом: «Экспериментальная психология представляет собой знания, приобретенные в психологии посредством применения экспериментального метода».[5] В некоторых определениях говорится о необходимости разработки методов в рамках экспериментальной психологии: «Экспериментальная психология – 1) область психологического знания, связанная с экспериментальными исследованиями психики... В экспериментальной психологии разрабатываются методы организации и проведения психологического эксперимента, а также методы обработки и анализа его результатов; 2) экспериментальный раздел общей психологии».[6]

В.Н. Дружинин выделяет несколько подходов к пониманию предмета экспериментальной психологии.

1. Экспериментальная психология как подлинно научная психология, базирующаяся на естественно-научном подходе к изучению психических явлений в противоположность философской, интроспективной психологии и другим видам психологического знания. Представителями данного подхода являются В. Вундт, С. Стивенс, П. Фресс, Ж. Пиаже и др. «Этот (экспериментальный) метод познания существенно отличается от метода философии, который основывается на очевидности положений и требований рефлективного мышления... Рассуждения в философии подчиняются законам мышления, тогда как в науке (экспериментальной психологии) этот контроль обеспечивается эмпирической проверкой».[7]

2. Экспериментальная психология как система методов и методик, реализованных в конкретных исследованиях. Представители: Г.И. Челпанов, Р. Готтсданкер и др. Р. Готтсданкер полагает, что экспериментальная психология – это наука об экспериментальных методах, которые могут применяться в любой из частных предметных областей психологии (психологии сенсорных процессов, психологии научения или психологии социального воздействия). Поэтому вся экспериментальная психология носит методический характер.[8]

3. Экспериментальная психология как теория психологического эксперимента, которая базируется на общенаучной теории эксперимента и в первую очередь включает планирование и обработку данных. Представители: Д. Кэмпбелл, Ф. Дж. МакГиган и др. Д. Кэмпбелл отмечает, что одним из важных в психологии являются «...вопросы планирования экспериментов, создание моделей экспериментов в соответствии с требованиями валидности научного знания.».[9]

4. Экспериментальная психология как область, которая занимается изучением проблем методов психологического исследования в целом. Представители: В.Н. Дружинин, Д. Мартин, Р. Солсо, Х. Джонсон, М. Бил, Т.В. Корнилова и др. В.Н. Дружинин подчеркивает, что предметом экспериментальной психологии является не только экспериментальный метод, но и другие виды теоретического и эмпирического знания в психологии.[10]

Именно этого понимания экспериментальной психологии мы будем придерживаться в дальнейшем изложении. Следует отметить, что при указанном подходе «эксперимент» понимается в самом широком объеме как любой метод психологического исследования, любой эмпирический метод. Несмотря на то что термины «эксперимент» и «эмпирия (эмпирика)» переводятся с греческого одинаково – опыт, значения их в современной науке разные. В понятии «эксперимент» опыт рассматривается как конкретный прием исследования в точно учитываемых условиях. В понятии «эмпирика» опыт понимается как общая совокупность накопленных знаний и умений. Отсюда эмпирический метод – это любой способ получения фактических данных о действительности, основанный на человеческом опыте. Таким образом, если принять широкое толкование понятия «эксперимент», то экспериментальную психологию скорее следовало бы поименовать «эмпирической психологией». Однако в психологии термин «эмпирическая психология» имеет уже свое значение и свою историю, что не позволяет повторно использовать его в другом значении.

Тем не менее в круг интересов экспериментальной психологии входит все большее число неэкспериментальных исследовательских приемов. И сейчас сложилась определенная традиция понимать эксперимент как частный метод эмпирического познания, а экспериментальную психологию – как совокупность множества эмпирических методов. Поскольку многие (если не большинство) эмпирических методов психологии естественным образом включают в себя измерительные процедуры и анализ результатов измерения, то в область компетенции экспериментальной психологии входят теперь и теория измерений, и знания по обработке (в первую очередь статистической) эмпирических данных.

В.В. Никандров подчеркивает, что «если говорить об экспериментальной психологии не только как о совокупности исследований психической жизни с помощью экспериментальных методов, но и как о науке, разрабатывающей эти методы, то мы сталкиваемся с проблемами теоретической проработки исследовательских приемов».[11] Ведь любой исследовательский метод есть практическая реализация принципов данной науки. А принципы – это основополагающее начало любой теории, концепции. Таким образом, каждый метод нуждается в подведении общетеоретической базы. С другой стороны, любой метод есть система процедур, операций, алгоритмов действий, формализованных правил сбора, анализа и обработки информации. Обычно эти операции и правила объединяются понятием «методика». Разработка всей методической системы есть непростая теоретическая работа, которая и совершается в рамках экспериментальной психологии.

Основными задачами экспериментальной психологии являются:

• формулирование методологических и теоретических основ исследования в психологии;

• разработка экспериментальных планов и эмпирических процедур;

• поиск методов анализа, интерпретации и проверки статистической значимости результатов психологических исследований;

• оценка эффективности экспериментальных процедур;

• оценка взаимосвязи теоретических положений и экспериментальных данных;

• разработка этических принципов психологических исследований;

• разработка правил представления результатов психологических исследований.

Подводя итог, можно охарактеризовать современное понимание термина «экспериментальная психология» следующим образом: это, во-первых, дисциплина, изучающая и разрабатывающая ряд эмпирических методов психологического исследования, а во-вторых, обобщающее обозначение исследований в разных областях психологии, использующих эти эмпирические методы.

В данном пособии экспериментальная психология понимается как самостоятельная научная дисциплина, разрабатывающая теорию и практику психологического исследования и имеющая своим главным предметом изучения систему психологических методов, среди которых основное внимание уделяется эмпирическим методам.

Такая трактовка экспериментальной психологии разрешает неопределенность ее места в системе психологических знаний, придавая ей статус самостоятельной науки.

Краткие сведения из истории становления экспериментальной психологии. Тысячелетия практического познания человеческой психики и столетия философских размышлений подготовили почву для оформления психологии как самостоятельной науки. Это происходит в XIX в. в результате внедрения в психологические исследования экспериментального метода. Процесс становления психологии как экспериментальной науки занимает приблизительно столетие (середина XVIII – середина XIX в.), в течение которого вынашивалась идея возможности измерения психических явлений.

В первой четверти XIX в. немецкий философ, педагог и психолог И.Ф. Гербарт (1776–1841) провозгласил психологию самостоятельной наукой, которая должна основываться на метафизике, опыте и математике. Несмотря на то что Гербарт признавал основным психологическим методом наблюдение, а не эксперимент, который присущ, по его мнению, физике, идеи этого ученого оказали сильнейшее влияние на взгляды основоположников экспериментальной психологии – Г. Фехнера и В. Вундта.

Немецкий физиолог, физик, философ Г.Т. Фехнер (1801–1887) достиг во всех этих областях значительных результатов, но в историю вошел как психолог. Он стремился доказать, что душевные явления могут быть определены и измерены с такой же точностью, как и физические. В своих исследованиях он опирался на открытую его предшественником по кафедре физиологии Лейпцигского университета Э.Г. Вебером (1795–1878) зависимость между ощущением и раздражителем. В результате Фехнер сформулировал знаменитый логарифмический закон, согласно которому величина ощущения пропорциональна логарифму величины стимула.[12] Этот закон получил его имя. Исследуя зависимость между физической стимуляцией и психическими ответами, Фехнер заложил основы новой научной дисциплины – психофизики, представляющей собой экспериментальную психологию того времени. Им были тщательно разработаны несколько экспериментальных методов, три из которых получили название «классических»: метод минимальных изменений (или метод границ), метод средней ошибки (или метод подравнивания) и метод постоянных раздражителей (или метод констант). Главный труд Фехнера «Элементы психофизики», опубликованный в 1860 г., по праву считается первым трудом по экспериментальной психологии.

Весомый вклад в развитие психологического эксперимента внес другой немецкий естествоиспытатель—Г. Гельмгольц (1821–1894). С помощью физических методов он измерил скорость распространения возбуждения в нервном волокне, чем положил начало изучению психомоторных реакций. До настоящего времени переиздаются его работы по психофизиологии чувств: «Физиологическая оптика» (1867) и «Учение о слуховых ощущениях как физиологическая основа теории музыки» (1875). Его теория цветового зрения и резонансная теория слуха актуальны до сих пор. Идеи Гельмгольца о роли мышц в чувственном познании были в дальнейшем творчески развиты великим русским физиологом И.М. Сеченовым в его рефлекторной теории.

В. Вундт (1832–1920) был ученым широких интересов: психологом, физиологом, философом, языковедом. В историю психологии он вошел как организатор первой в мире психологической лаборатории (Лейпциг, 1879), преобразованной позже в институт экспериментальной психологии. Это сопровождалось изданием первого официального документа, оформляющего психологию как самостоятельную дисциплину. Из стен Лейпцигской лаборатории вышли такие выдающиеся исследователи, как Э. Крепелин, О. Кюльпе, Э. Мейман (Германия); Г. Холл, Дж. Кеттелл, Г. Мюнстерберг, Э. Титченер, Г. Уоррен (США); Ч. Спирмен (Англия); Б. Бурдон (Франция).

Вундт, намечая перспективы построения психологии как самостоятельной науки, предполагал разработку в ней двух направлений: естественно-научного и культурно-исторического. В «Основах физиологической психологии» (1874) он указывает на необходимость использования лабораторного эксперимента для расчленения сознания на элементы, их изучения и выяснения связей между ними. Предметом изучения в эксперименте могут быть относительно простые явления: ощущения, восприятия, эмоции, память. Однако область высших психических функций (мышление, речь, воля) эксперименту не доступна и исследуется культурно-историческим методом (через изучение мифов, обычаев, языка и т. п.). Изложение этого метода и программа соответствующего эмпирического исследования даны в десятитомном труде Вундта «Психология народов» (1900–1920). Главными методическими признаками научной психологии, по Вундту, выступают: самонаблюдение и объективный контроль, так как без самонаблюдения психология превращается в физиологию, а без внешнего контроля данные самонаблюдения ненадежны.

Один из учеников Вундта Э. Титченер (1867–1927) отмечал, что психологический эксперимент – это не испытание какой-нибудь силы или способности, а рассечение сознания, анализ части психического механизма, психологический опыт же заключается в самонаблюдении при стандартных условиях. Каждый опыт, по его мнению, является уроком самонаблюдения, а главной задачей психологии – экспериментальное исследование структуры сознания. Так сформировалось мощное направление в психологии, именуемое «структурализмом» или «структурной психологией».

Начало ХХ в. характеризуется возникновением нескольких самостоятельных, а иногда и противостоящих друг другу направлений (школ) в психологии: бихевиоризма, гештальтизма и функционализма и др.

Гештальт-психологи (М. Вертгеймер, В. Кёлер, К. Кофф-ка и др.) критиковали взгляды Вундта на сознание как устройство, состоящее из неких элементов. Функциональная психология, опирающаяся на эволюционную теорию Ч. Дарвина, вместо изучения элементов сознания и его структуры интересовалась сознанием как инструментом приспособления организма к среде, т. е. его функцией в жизни человека. Наиболее яркие представители функционализма: Т. Рибо (Франция), Э. Клапаред (Швейцария), Р. Вудвортс, Д. Дьюи (США).

Весомый вклад в экспериментальную психологию внес еще один немецкий ученый – Г. Эббингауз (1850–1909). Под влиянием психофизики Фехнера он выдвигал в качестве задачи психологии установление факта зависимости психического явления от определенного фактора. В этом случае достоверным показателем является не высказывание испытуемого о его переживаниях, а его реальные достижения в той или иной предлагаемой экспериментатором деятельности. Главные успехи Эббингаузом были достигнуты в изучении памяти и навыков. К его открытиям принадлежит «кривая Эббингауза», показывающая динамику процесса забывания.

В России И.М. Сеченов (1829–1905) выдвинул программу построения новой психологии, опирающейся на объективный метод и принцип развития психики. Хотя сам Сеченов работал как физиолог и врач, его труды и идеи дали мощную методологическую базу всей психологии. Его рефлекторная теория давала объяснительный принцип явлениям психической жизни.

Со временем инструментальная база экспериментальной психологии расширяется: к традиционному «исследовательскому» эксперименту добавляется «испытательный эксперимент». Если задачей первого было получение данных об отдельном явлении или психологических закономерностях, то задача второго – получение данных, характеризующих человека или группу людей. Так в экспериментальную психологию вошел метод тестирования.

Родоначальником тестовых методик считается американец Дж. Кеттелл (1860–1944), применивший их при изучении широкого круга психических функций (сенсорных, интеллектуальных, моторных и т. д.). Однако идея применить тест для изучения индивидуальных различий восходит к английскому психологу и антропологу Ф. Гальтону (1822–1911), объяснявшему эти различия наследственным фактором. Гальтон положил начало новому направлению в науке – дифференциальной психологии. Для обоснования своих выводов он впервые в научной практике привлек статистические данные и в 1877 г. предложил для обработки массовых данных метод корреляций. Однако полного оформления тесты в его работах не получили (подробнее об истории психологического тестирования см. 7.2).

Внедрение статистико-математических методов в психологические исследования повышало надежность результатов и давало возможность устанавливать скрытые зависимости. С Гальтоном сотрудничал математик и биолог К. Пирсон (1857–1936), разработавший для проверки теории Ч. Дарвина специальный статистический аппарат. В результате был тщательно разработан метод корреляционного анализа, в котором до сих пор используется известный коэффициент Пирсона. В дальнейшем к подобным работам подключились англичане Р. Фишер и Ч. Спирмен. Фишер прославился изобретением дисперсионного анализа и работами по планированию эксперимента. Спирмен применил факторный анализ данных. Этот статистический метод был развит другими исследователями и в настоящее время широко применяется как одно из наиболее мощных средств выявления психологических зависимостей.

Первая в России экспериментальная психологическая лаборатория открылась в 1885 г. при клинике нервных и душевных болезней Харьковского университета, затем были устроены лаборатории «опытной психологии» в Петербурге, Дерпте. В 1895 г. открылась психологическая лаборатория при психиатрической клинике Московского университета. В отличие от этих лабораторий, где исследовательская работа была тесно связана с медицинской практикой, в Одессе профессором Н.Н. Ланге была создана психологическая лаборатория на историко-филологическом факультете.

Наиболее заметной фигурой в отечественной экспериментальной психологии начала ХХ в. можно считать Г.И. Челпанова (1862–1936). Им была выдвинута концепция «эмпирического параллелизма», восходящая к психофизическому параллелизму Фехнера и Вундта. В исследованиях восприятия пространства и времени он отточил технику экспериментирования и получил богатый эмпирический материал. Г.И. Челпанов активно внедрял экспериментально-психологические знания в подготовку психологов-экспериментаторов. С 1909 г. он читал курс «Экспериментальная психология» в Московском университете и в семинарии при Московском психологическом институте. Опубликованный в 1915 г. учебник Г.И. Челпанова «Введение в экспериментальную психологию» выдержал не одно издание.

XX в. – век бурного развития экспериментальной психологии. Однако появление все новых и новых психологических дисциплин обусловило «растаскивание» экспериментально-психологических проблем по разным разделам психологической науки и размывание ее границ как самостоятельной дисциплины, о чем уже упоминалось выше.

Этические принципы проведения психологических исследований. Как мы уже знаем, психология развивается во многом благодаря тому, что психологи выполняют экспериментальные исследования, а затем по их результатам делают выводы о работе человеческой психики. Однако у психологии есть определенная специфика, предъявляющая особые требования к проведению исследований. Эти требования, в частности, связаны с тем, что «объектом» изучения в психологии являются люди. Изучение людей в корне отличается от исследования объектов физического мира, однако только в конце ХХ в. ученые-психологи начали вырабатывать уважительный подход к людям, которые принимают участие в их экспериментах, т. е. стали задумываться об этических нормах, которые должны соблюдать психологи. Разработкой этических норм и стандартов занимаются профессиональные общественные организации, объединяющие психологов разных стран.

Нормы, которых должны придерживаться психологи при проведении психологических исследований, связаны в основном с необходимостью обеспечить должное уважение экспериментаторов к людям, которые являются объектами исследований. Психологи, проводящие исследования, обязаны защищать их участников от вреда, который может быть нанесен им в результате эксперимента. Это значит, что необходимо принять меры к тому, чтобы участники исследований не испытывали боли, страданий, а также исключить любые возможные негативные последствия долгосрочного характера. Если психолог хочет исследовать явление, представляющее потенциальную опасность для участников эксперимента, он должен обратиться в свою профессиональную организацию за разрешением на проведение исследований.

Эти правила относятся не только к физическому ущербу, но и к психологическим травмам.

Еще один этический аспект, который должны учитывать исследователи, состоит в том, что испытуемые по возможности не должны помещаться в такие условия, когда их сознательно вводят в заблуждение. Если временный обман все же необходим, исследователь должен обратиться за разрешением на подобные действия в этический комитет своей профессиональной организации. Даже если обман на короткое время признается допустимым, экспериментатор обязан раскрыть его испытуемым после завершения исследования.

Одной из первых этические стандарты психологов в 1963 г. опубликовала Американская психологическая ассоциация (American Psychological Association). Затем в этот документ неоднократно вносились поправки (см. Приложение 1).

Весьма созвучны этим стандартам основные положения Этического кодекса Британского общества психологов, опубликованные в 1990 г. В нем определяются следующие этические принципы для исследователей.

1. Исследователи всегда должны учитывать этические и психологические последствия для участников исследований.

2. Исследователи обязаны информировать участников эксперимента о целях исследования и получить их согласие, которое те дают на основе полной информации.

3. Сокрытие информации или введение в заблуждение участников исследований недопустимо. Следует избегать умышленного обмана.

4. После окончания исследований с их участниками должна быть проведена беседа, чтобы они полностью понимали суть проделанной работы.

5. Исследователи должны обратить внимание участников эксперимента на то, что у них есть право в любой момент отказаться от дальнейшей работы.

6. Все полученные данные должны считаться конфиденциальными, если предварительная договоренность не устанавливает обратное.

7. Исследователи обязаны защитить участников исследований от физического и психологического ущерба как во время проведения исследований, так и возникшего в их результате.

8. Исследования, основанные на наблюдениях, должны уважать частную жизнь и психологическое благополучие людей, являющихся объектами изучения.

9. Исследователи должны проявлять осторожность.

10. Исследователи разделяют ответственность за этические аспекты и должны способствовать тому, чтобы другие при необходимости изменили свою точку зрения.

Большинство студентов, изучающих психологию, выполняют психологические исследования, являющиеся частью курса обучения, и для них этические соглашения имеют такую же силу, как и для психологов, занимающихся профессиональными исследованиями. Ассоциация обучения психологии Британии разработала набор норм для студентов, выполняющих психологические исследования.

При проведении учебных исследований необходимо задать себе следующие вопросы.

• Должен ли я вообще выполнять такого рода исследования?

• Какой метод исследования наиболее приемлем с точки зрения этики?

• Достаточно ли я компетентен для проведения этого исследования?

• Проинформировал ли я испытуемых обо всем, что им требуется знать, прежде чем они примут участие в исследовании?

• Добровольно ли принимают участие в исследовании эти люди?

• Как я обеспечу анонимность и конфиденциальность всем участникам эксперимента?

• Как я обеспечу профессионализм выполнения исследования, а также защиту прав тех, кто принимает в нем участие?

Эти вопросы, затрагивающие этические аспекты, являются фундаментом планирования психологических исследований, поэтому их нужно задать себе уже на начальном этапе работы.

В настоящее время в России существует несколько авторитетных общественных организаций психологов. Это прежде всего Российское психологическое общество (преемник Общества психологов СССР), а также общественные организации психологов образования, органов внутренних дел и т. п. Каждая из этих общественных организаций создает этические кодексы, определяющие нормы и правила профессиональной деятельности.

В Этическом кодексе Российского психологического общества (РПО), принятом на III съезде РПО в 2003 г., предусмотрены нормы и правила научной и практической деятельности психологов, определены требования к психологу, нормы взаимоотношений психолога, заказчика услуг психолога и клиента, нормы общественно-научного поведения психолога. В этом документе также сформулированы главные этические принципы и правила деятельности психолога: принцип ненанесения ущерба клиенту (правило взаимоуважения психолога и клиента, правило безопасности для клиента применяемых методик, правило предупреждения опасных действий заказчика относительно клиента); принцип компетентности психолога (правило сотрудничества психолога и заказчика, правило профессионального общения психолога и клиента, правило обоснованности результатов исследования психолога); принцип беспристрастности психолога (правило адекватности методик, применяемых психологом, правило научности результатов исследования психолога, правило взвешенности сведений, передаваемых заказчику психологом); принцип конфиденциальности деятельности психолога (правило кодирования сведений психологического характера, правило контролируемого хранения сведений психологического характера, правило корректного использования результатов исследования); принцип осведомленного согласия.

Таким образом, каждый, кто планирует проведение психологических исследований, должен тщательно продумать методы, подходы, которые предполагается использовать. Существует множество разнообразных методов проведения психологических исследований, и все они в той или иной степени ставят этические проблемы.

Тема 1. Общие вопросы методологического обеспечения психологических исследований

1.1. Общее представление о методологии науки

Поскольку в настоящее время общепризнано существование психологии как самостоятельной науки, к ней применимы те же требования, что и к другим научным областям. Так что же такое наука?

Наука – это сфера человеческой деятельности, результатом которой является новое знание о действительности, отвечающее критерию истинности.[13] Практическая ценность научного знания тем выше, чем оно ближе к истине. Ученый, исследователь – это профессионал, который строит свою деятельность по критерию «истинность – ложность». Результатом научной деятельности может быть описание реальности, объяснение причин процессов и явлений, которые выражаются в форме текста, структурной схемы, графика, формулы и т. д. Идеалом научного поиска считается открытие законов – теоретическое объяснение действительности. Все научные результаты по степени обобщенности можно расположить на следующей шкале: единичный факт, эмпирическое обобщение, модель, закономерность, закон, теория.

Термин «наука» относится ко всей совокупности знаний, полученных научным методом. Наука как совокупность знаний характеризуется полнотой, достоверностью, систематичностью.

Наука как сфера человеческой деятельности прежде всего характеризуется методом. В истории психологии разные школы вырабатывали и разные методы исследования. Так, психология сознания исповедовала самонаблюдение, бихевиоризм – внешнее наблюдение и эксперимент, фрейдизм – психоанализ и т. д.

В самом общем смысле метод – это путь научного исследования или способ познания какой-либо реальности. Научный метод представляет собой совокупность приемов или операций, которые осуществляет исследователь при изучении какого-либо объекта.

Метод в единстве с предметом науки составляет научный подход к изучаемой реальности. (Психология сознания + + интроспекция = субъективистский подход к изучению психических явлений, бихевиоризм + наблюдение = объективистский подход.)

Научный подход выражается в методологических принципах, т. е. установках, организующих направление и характер исследования. Тот или иной научный подход и методологические принципы реализуются в конкретных исследовательских методах. Исследовательский метод – это форма организации определенного способа познания (наблюдение, эксперимент, опрос и др.). Исследовательский метод конкретизируется в исследовательских методиках. Методика отвечает конкретным целям и задачам исследования, содержит в себе описание объекта и процедур изучения, способов фиксации и обработки полученных данных. На основе одного исследовательского метода может быть создано множество методик.

У психологии нет однозначного набора исследовательских методов. Существующие методы получают свою интерпретацию в рамках той или иной научной школы. Одни методы используются только в рамках определенной научной школы, другие находят применение в разных школах.

Учение о методе науки составляет особую сферу научного знания – методологию. Методология – это система принципов и способов организации теоретической и практической деятельности для получения истинного результата.

В.П. Зинченко и С.Д. Смирнов выделяют следующие уровни методологии:[14] уровни философской, общенаучной, конкретно-научной методологии и уровень методики и техники исследования. Философская методология характеризует общую мировоззренческую позицию как интерпретационную основу науки. Общенаучная методология определяет принципы построения научного знания. Конкретно-научная методология служит реализации принципов построения и функционирования конкретной науки. На уровне методики и техники исследования конкретизируются принципы построения и проведения научного исследования.

Основополагающим для методологии психологии является разграничение в ее рамках естественно-научного и гуманитарного подхода в объяснении и понимании человека. В методологическом плане это различение имеет принципиальное значение, поскольку каждый из этих подходов представляет собой специфическое понимание идеалов и норм исследования, исходит из определенных мировоззренческих установок, способов получения, истолкования и использования знаний.

Естественно-научная парадигма в психологии исповедует две принципиальные установки: 1) ценность объективного и предметного знания (самоценность объективной истины); 2) ценность новизны, постоянного приращения объективного знания о мире (как результат исследования). Научное познание строится при помощи наблюдения и экспериментирования. Исследователь занимает позицию внешнего незаинтересованного, беспристрастного субъекта. Центральное место отводится индуктивному методу: обобщению большого количества сходных наблюдений. Количество накопленного эмпирического материала определяет основательность вывода. Содержание знания имеет единое для всех значение.

Критерием истинности естественно-научного знания являются проверяемость и воспроизводимость результатов научного исследования. Естественно-научная парадигма ориентирована на выявление общих зависимостей и законов, типов, подведение единичных фактов под общую зависимость. При построении типологий, классификаций, законов широко используются математические методы обработки полученных данных. Другим критерием истинности естественно-научного познания служит использование его результатов на практике. Изучение психологии человека с позиции естественно-научного подхода не может претендовать на полноту знания о нем, так как в этом случае игнорируется его духовная сущность.

Гуманитарная парадигма ориентирована на индивидуальность, обращена к духовному миру человека, его личностным ценностям и смыслам. Единичное событие имеет свою самоценность. Для гуманитарного познания важно постичь единичные факты как таковые. Гуманитарное знание включает в себя ценностное отношение к изучаемой действительности; объект познания оценивается с позиций нравственных, культурных, религиозных и эстетических норм. Содержание гуманитарного знания связано с вопросами смысла человеческого бытия. Гуманитарное знание – это единство истины и ценности, факта и смысла, сущего и должного. В отличие от естествознания в гуманитарных науках могут существовать разные точки зрения на одну проблему. Понимание социальных явлений, продуктов культуры, самого человека исторически изменчиво. Гуманитарное познание никогда не может быть окончательным и единственно верным.

Понимание, являющееся одним из способов гуманитарного познания, предполагает активное, пристрастное, заинтересованное отношение субъекта познания, его вживание в изучаемую реальность. Понимание – это не только знание, но и соучастие, сопереживание, сочувствие другому. Неотъемлемым моментом понимания является личный опыт исследователя, его нравственные и мировоззренческие установки, ценностные ориентации, отношение к познаваемому.

Гуманитарные науки используют в познании субъектный подход. При этом подходе человек воспринимается исследователем как активный субъект общения. Исследование принимает форму диалога двух субъектов. При диалоговом общении исследователя и испытуемого происходит изменение, развитие субъектов общения. С этим связано ограничение в применении количественных методов при изучении гуманитарной сферы.

В психологии разграничение двух парадигм наметилось уже в конце ХX в., когда немецкий философ В. Дильтей (1833–1911) выделил описательную и понимающую психологию. В отечественной психологии всегда преобладала ориентация на объективность, эксперимент. Советская психология развивалась как академическая естественно-научная дисциплина. В последние годы в России в рамках психологической практики начала оформляться гуманистическая психология.

Какой же подход может считаться наиболее адекватным для изучения такого сложного явления, как психика человека? С философско-мировоззренческой точки зрения человек – существо безмерное, а это значит, что окончательно познать его невозможно. С психологической точки зрения человек – существо многомерное, т. е. имеет проявления разных уровней. Различным проявлениям человека адекватны различные методы. Естественно-научные методы в психологии должны и могут использоваться, однако следует всегда помнить об их ограниченности в познании высших уровней человеческой реальности. Следовательно, естественно-научная и гуманитарная парадигмы в психологии имеют право на получение знания о человеке, на свои методы и методики исследования.

1.2.Научное исследование

Цель науки – установление истины, а способом ее постижения является научное исследование. Исследование в отличие от стихийных форм познания окружающего мира основано на методологии (или системе принципов), методе (способе организации) и методике (технике исследования). Его осуществление предполагает ряд обязательных этапов (постановку цели исследования, выбор средств исследования, фиксацию и представление результата и т. д.).

Различают эмпирические и теоретические исследования. В основе теоретического исследования лежат некоторые теоретические обобщения, на основе которых формулируются новые теоретические выводы. Эмпирические исследования не имеют теоретической базы, позволяют лишь накопить первоначальные научные факты. Как правило, большинство исследований носит теоретико-эмпирический характер. При этом на основе известных в науке подхода, теории, принципов ведется накопление нового знания.

Исследования по их характеру подразделяют на фундаментальные и прикладные, монодисциплинарные и междисциплинарные, аналитические и комплексные. (Фундаментальное исследование направлено на познание реальности без учета практического эффекта от применения знаний. Прикладное исследование проводится в целях получения знания, которое должно быть использовано для решения конкретной практической задачи. Монодисциплинарные исследования проводятся в рамках отдельной науки, в данном случае – психологии. Междисциплинарные исследования требуют участия специалистов различных областей и проводятся на стыке нескольких научных дисциплин. К этой группе можно отнести клинические генетические исследования, исследования в области психофизиологии, нейропсихологии и др.

Аналитическое исследование направлено на выявление одного, наиболее существенного, по мнению исследователя, аспекта реальности. Комплексное исследование ориентируется на охват максимально возможного числа значимых параметров изучаемой реальности. Как правило, комплексные исследования проводятся с помощью системы методов и методик.

По цели проведения все научные исследования можно разделить на несколько типов: поисковые, критические, уточняющие и воспроизводящие. Поисковые исследования проводятся в том случае, если заявленная проблема ранее никем не ставилась или в исследовании предпринимается попытка ее решения новым методом. Научные работы такого рода направлены на получение принципиально новых результатов в малоисследованной области.

Критические исследования проводятся в целях опровержения существующих теорий, моделей, законов или для проверки того, какая из двух альтернативных гипотез точнее прогнозирует реальность. Критические исследования проводятся в тех областях, где накоплен богатый теоретический и эмпирический запас знаний и имеются апробированные методики для проведения экспериментов.

Уточняющие исследования направлены на установление области применения теорий или эмпирических закономерностей. Это самый распространенный в современной психологии тип исследований. Обычно имеющиеся научные результаты проверяются в новых условиях, видоизменяется объект или методика. Таким образом исследователи получают данные о том, на какую область реальности распространяется полученное ранее знание.

Воспроизводящее исследование основывается на точном повторении исследования предшественников для определения достоверности, надежности и объективности полученных результатов. В соответствии с естественно-научным подходом в психологии результаты любого исследования должны подтвердиться в ходе аналогичного эксперимента, проведенного специалистом, обладающим соответствующей квалификацией. Воспроизводящее исследование – основа всей науки. Следовательно, метод и методика исследования должны быть представлены в таком виде, чтобы у исполнителя повторного исследования не возникало трудностей с их адекватным воспроизведением.

Наиболее устоявшимися в психологии являются следующие виды психологических исследований: обзорно-аналитическое, обзорно-критическое, теоретическое, эмпирическое описательное, эмпирическое объяснительное, методическое, экспериментальное.

Обзорно-аналитическое исследование предполагает подбор и изучение литературы по теме исследования с последующим систематическим изложением и анализом проработанного материала, рассчитанного на то, чтобы в полном объеме представить и оценить исследования, посвященные избранной теме. Задачи обзорно-аналитического исследования состоят в том, чтобы по имеющимся литературным данным определить: 1) общее состояние проблемы; 2) выделить вопросы, на которые ответы уже найдены; 3) найти спорные и нерешенные вопросы.

Информационный материал, накопленный в результате изучения литературы, представляется в виде научного реферата, где, кроме обзора проведенных исследований и краткого изложения их результатов, содержится обстоятельный анализ имеющихся данных.

К обзорно-аналитическому исследованию предъявляется ряд требований:[15]

• соотнесенность содержания анализируемой литературы с избранной темой;

• полнота списка изученной литературы;

• глубина проработки первичных литературных источников в содержании реферата;

• систематичность изложения имеющихся литературных данных;

• логичность и грамотность текста реферата, аккуратность оформления, соблюдение библиографических требований.

В заключении реферата делаются выводы, касающиеся состояния дел по изучаемой проблеме. В качестве приложения обычно дается список проработанной литературы.

Обзорно-критическое исследование отличается от обзорно-аналитического тем, что в нем наряду с обзором содержатся аргументированная критика того, что уже сделано по проблеме, и соответствующие выводы. Критический анализ может проводиться либо в основном тексте, либо в специальном разделе реферата и содержать размышления автора по поводу того, что в нем описывается.

Теоретическое исследование, кроме обзора и критического анализа литературы, содержит теоретические предложения автора, направленные на решение поставленной проблемы. К теоретическому исследованию предъявляются дополнительные требования, которые прежде всего касаются точности определения используемых понятий; логичности, непротиворечивости рассуждений.

В основе эмпирического (опытного) исследования лежат не литературные данные, не понятия, а реальные достоверные факты. Эмпирическое исследование (в данном случае оно противопоставляется экспериментальному) не предполагает создания искусственной ситуации для выявления и сбора необходимых фактов. В исследовании такого типа просто наблюдается, фиксируется, описывается и анализируется то, что происходит в жизни без личного вмешательства исследователя. Эмпирическое исследование может быть описательным и объяснительным. В описательном эмпирическом исследовании опытным путем добываются и описываются некоторые новые факты, касающиеся малоизученных объектов или явлений. Объяснительное эмпирическое исследование включает в себя не только сбор и анализ, но и объяснение полученных фактов. Такое объяснение содержит выявление причин и причинно-следственных зависимостей между фактами, при котором неизвестное объясняется через известное.

Основная цель методического исследования заключается в разработке, обосновании и проверке на практике по критериям валидности, надежности, точности и однозначности новой психодиагностической или коррекционно-развивающей методики.

Экспериментальное исследование – наиболее трудоемкий и сложный вид исследования, но вместе с тем оно наиболее точно и полезно в научном плане. В эксперименте всегда создается некоторая искусственная (экспериментальная) ситуация, выделяются причины изучаемых явлений, строго контролируются и оцениваются следствия действий этих причин, выявляются статистические связи между исследуемым и другими явлениями. Для проведения экспериментального исследования необходимо выполнение следующих требований:

1) четкая формулировка проблемы, темы, целей и задач исследования, проверяемых в нем гипотез;

2) установление критериев и признаков, по которым можно будет судить о том, насколько успешно прошел эксперимент, подтвердились или не подтвердились предложенные в нем гипотезы;

3) точное определение объекта и предмета исследования;

4) выбор и разработка валидных и надежных методов психодиагностики состояний исследуемого объекта и предмета до и после проведения эксперимента;

5) использование непротиворечивой логики доказательства того, что эксперимент прошел успешно;

6) определение подходящей формы представления результатов проведенного эксперимента;

7) характеристика области научного и практического применения результатов эксперимента, формулировка практических выводов и рекомендаций, вытекающих из приведенного эксперимента.

Этапы научного исследования. Научное исследование включает в себя ряд этапов. На каждом этапе решается определенная задача. Исследование начинается с постановки научной проблемы. Исходя из своих научных интересов каждый исследователь определяет основные нерешенные вопросы в данной области. На этом этапе формулируются тема исследования и общая исследовательская цель, определяются объект и предмет исследования. Возможно выдвижение предварительной гипотезы. (Подробнее о понятии научной проблемы см. ниже.)

На следующем этапе проводится теоретический анализ проблемы. Его содержание заключается в анализе имеющейся информации по изучаемой проблеме. Может оказаться, что поставленная проблема уже решена или существуют аналогичные исследования, не приведшие к окончательному результату. Если ученый сомневается в результатах, полученных ранее, он воспроизводит исследование по методике, предложенной его предшественниками, а затем анализирует методы и методики, которые применялись ими для решения этой или аналогичных задач. В результате формируется авторская модель изучаемого явления, уточняется научная проблема.

На основе предшествующих этапов становится возможным формулирование гипотез исследования. Это важный и ответственный этап работы, на котором общая цель исследования конкретизируется в систему задач.

Следующий этап – планирование исследования. На данном этапе строится программа исследования, выбираются методы и конкретные методики его реализации. Это наиболее творческий момент исследования, так как именно от автора зависит выбор объекта – группы людей, с которыми будет проводиться эксперимент или за которыми будет вестись наблюдение. Выбираются место и время проведения исследования, определяется порядок экспериментальных воздействий, разрабатываются способы контроля за помехами, влияющими на результат исследования.

Проведение исследования по намеченному плану– следующий этап. В ходе реального исследования всегда возникают отклонения от замысла, которые необходимо учесть при интерпретации результатов и повторном проведении опыта. На этом этапе также осуществляется фиксация результатов.

Анализ и интерпретация полученных данных проводятся после реализации намеченного плана исследования. На данном этапе ведутся первичный анализ данных, их математическая обработка, интерпретация. Исходные гипотезы проверяются на достоверность. Обобщаются новые факты или формулируются закономерности. Теории уточняются либо отбрасываются как непригодные.

Формулирование выводов — заключительный этап исследования. На основе уточненной теории делаются новые выводы и предсказания.

Как указывает В.Н. Дружинин, теория естественно-научного исследования опирается на ряд очевидных предположений.[16]

1. Время непрерывно, направлено от прошлого в будущее. События необратимы. Следствие не может быть раньше причины.

2. Пространство, в котором происходят события, изотропно. Процесс в одной из областей пространства происходит так же, как в любой другой области.

3. События в мире происходят независимо от нашего знания о них. Мир реален и объективен. Поэтому получаемый исследователем научный результат должен быть инвариантным относительно пространства, времени, типа объектов и типа субъектов исследования, т. е. объективным.

Эти требования относятся к идеальному исследованию и его идеальному результату. В реальности же разные моменты времени неидентичны, развитие мира необратимо. Пространство не изотропно. Нет двух идентичных объектов, которые можно было бы включить в класс эквивалентности. Все люди уникальны, у каждого своя судьба. Тем более уникальны исследователи. Поэтому полностью адекватно воспроизвести исследование в других условиях невозможно. Личностные черты экспериментатора влияют на ход исследования, его отношения с испытуемыми, точность регистрации и особенности интерпретации данных.

Реальное исследование не может полностью соответствовать идеальному. Однако научный метод должен давать результат, максимально приближенный к идеальному. Для уменьшения влияния отклонений идеального исследования от реального используются особые методы планирования эксперимента и обработки полученных данных. Соответствие реального исследования идеальному называется внутренней валидностью. Соответствие реального исследования изучаемой объективной реальности называется внешней валидностью. И наконец, отношение идеального исследования к реальности является теоретической, или прогностической, валидностью (подробнее об этих понятиях см. 4.5).

Теория в научном исследовании. Теория – высшая форма научного знания. Она представляет собой упорядоченную систему знаний и представлений о части реальности. Элементы теории логически связаны друг с другом. Ее содержание выводится по определенным правилам из некоторого исходного множества суждений и понятий. Теории в психологии создаются с целью раскрытия сущности, закономерностей и прогноза взаимодействия психических явлений между собой и с объективной реальностью.

Существует множество форм теоретического знания: законы, классификации и типологии, модели, схемы, гипотезы и т. п. Как указывает В.Н. Дружинин, каждая теория включает в себя следующие основные компоненты: 1) исходную эмпирическую основу (факты, эмпирические закономерности); 2) базис – множество первичных условных допущений (аксиом, постулатов, гипотез), которые описывают идеализированный объект теории; 3) логику теории – множество правил логического вывода, которые допустимы в рамках теории; 4) множество выведенных в теории утверждений, которые составляют основное теоретическое знание.[17]

Эмпирическая основа теории формируется в результате интерпретации данных эксперимента и наблюдения. Постулаты и предположения являются следствием рациональной переработки, продуктами интуиции, не сводимыми к эмпирическим основаниям. Постулаты служат для объяснения эмпирических оснований теории.

Правила логического вывода не определяются в рамках данной теории, они являются производными теории более высокого уровня. Теоретическое знание представляет собой знаково-символическую модель части реальности. Законы, формируемые в теории, описывают не реальность, а идеализированный объект.

Существуют следующие виды теорий: описательные, теории по аналогии, количественные. Описательные теории предполагают описание и наименование явлений без объяснения причин их возникновения. Теории по аналогии объясняют взаимосвязь между изучаемыми явлениями по аналогии с уже известными. Количественные теории выражают количественное и статистическое подтверждение взаимосвязи между явлениями.

По способу построения различают аксиоматические и гипотетико-дедуктивные теории. Аксиоматические теории строятся на системе аксиом, необходимых и достаточных, но недоказуемых в рамках теории. Гипотетико-дедуктивные теории основаны на предположениях, имеющих эмпирическую, индуктивную основу.

Различают качественные, формализованные и формальные теории. К качественным теориям в психологии относятся теории, построенные без привлечения математического аппарата. Это, например, концепция мотивации А. Маслоу, теория когнитивного диссонанса Л. Фестингера и др. В структуре формализованных теорий используется математический аппарат. К ним относятся теория мотивации К. Левина, теория личностных конструктов Дж. Келли и др. Формальной теорией является, например, стохастическая теория теста Д. Раша, широко применяемая при шкалировании результатов психолого-педагогического тестирования.

Теории различаются по эмпирическому основанию и предсказательной мощности. Теория создается не только для описания реальности, которая послужила основой для ее построения, – значимость теории определяется тем, какие явления реальности и с какой точностью она может предсказать. Наиболее слабыми считаются теории «ad hoc» (для данного случая), позволяющие объяснить лишь те явления и закономерности, для объяснения которых они были разработаны.

Накопление новых эмпирических результатов, противоречащих прогнозам теории, не приводит к отказу от нее, а скорее побуждает к совершенствованию теории. Как правило, в определенное время существует не одна, а две или более теорий, которые одинаково успешно объясняют экспериментальные результаты (в пределах погрешности опыта).

П. Фейерабенд выдвинул принципы «упорства» и методологического «анархизма». Первый из них означает, что не следует сразу отказываться от старой теории, необходимо в разумных пределах игнорировать даже явно противоречащие ей факты. Второй принцип гласит, что теоретический анархизм более гуманен и прогрессивен, чем его альтернативы, опирающиеся на закон и порядок. Единственный принцип, не препятствующий прогрессу, называется «допустимо все».[18] Автор считает эти принципы конструктивными, приносящими большую пользу для развития науки.

Научная проблема. Постановка проблемы, как указывалось выше, является началом научного исследования. Проблема – это объективно возникающий в ходе развития познания вопрос или комплекс вопросов, решение которых представляет существенный практический или теоретический интерес.[19]

Научная проблема формулируется в терминах соответствующей научной отрасли, научных терминах и понятиях. Затем проблема операционализируется, т. е. научные понятия, используемые при ее формулировке, логически выстраиваются и определяются через систему конкретных понятий. Постановка проблемы имплицитно (неявно) содержит в себе формулировку гипотезы, т. е. предположения о способе ее разрешения. В ходе разрешения проблемы предусматривается получение нового знания, при этом результат рассматривается как новый, теоретически и практически значимый.

В науке при эволюционном развитии научного знания источником проблем может служить дефицит информации для описания или объяснения реальности. При революционном развитии науки научная проблема возникает как следствие противоречия в научных знаниях.

Проблемы подразделяются на реальные и псевдопроблемы. Псевдопроблемы кажутся значимыми, однако на поверку оказываются малосодержательными. Кроме того, выделяется класс риторических, неразрешимых проблем. (Доказательство неразрешимости проблемы является одним из вариантов ее решения.)

Гипотеза – это вытекающее из теории научное предположение о существовании явления, причине его возникновения или о наличии и характере связи между двумя и более явлениями, которое еще не подтверждено и не опровергнуто.

Признаками продуктивной гипотезы являются адекватность, правдивость и возможность проверки. Адекватность гипотезы заключается в соответствии теории исследования его целям и задачам, а также в соотнесенности с изучаемой реальностью. Правдивость гипотезы состоит в том, что она базируется на реальных и научно обоснованных фактах и содержит логику здравого смысла. Возможность проверки гипотезы выступает в двух принципах: фальсифицируемости и верифицируемости. Принцип фальсифицируемости заключается в том, что в ходе эксперимента гипотеза может быть опровергнута. Этот принцип абсолютен, так как опровержение теории всегда окончательно. Принцип верифицируемости состоит в том, что в ходе эксперимента гипотеза подтверждается. Этот принцип относителен, так как всегда есть вероятность опровержения гипотезы в следующем исследовании.

В методологии науки различают теоретические гипотезы и гипотезы – эмпирические предположения, которые подлежат экспериментальной проверке. Теоретические гипотезы выдвигаются для устранения внутренних противоречий в теории или для преодоления рассогласований теории и экспериментальных результатов и являются инструментом совершенствования теоретического знания. Гипотезы – эмпирические предположения выдвигаются для решения проблемы методом экспериментального исследования. Поэтому их еще называют экспериментальными гипотезами.

Существует три уровня экспериментальных гипотез по их происхождению.

1. Теоретически обоснованные гипотезы – основываются на теориях или моделях реальности и представляют собой прогнозы, следствия данных теорий или моделей. Гипотезы этого уровня служат для проверки следствий конкретной теории или модели.

2. Научные экспериментальные гипотезы – выдвигаются для подтверждения или опровержения тех или иных теорий, законов, ранее обнаруженных закономерностей или причинных связей между явлениями. Отличие их от гипотез первого уровня в том, что они не основаны на существующих теориях.

3. Эмпирические гипотезы – выдвигаются безотносительно какой-либо теории, модели, т. е. формулируются для данного случая. После экспериментальной проверки такая гипотеза превращается в факт.

Особенность любых экспериментальных гипотез заключается в том, что они операционализируемы, т. е. сформулированы в терминах конкретной экспериментальной процедуры. Всегда можно провести эксперимент по их непосредственной проверке.

По содержанию экспериментальные гипотезы можно разделить на три типа: о наличии явления (гипотезы типа А); о связи между явлениями (гипотезы типа Б); о причинной связи между явлениями (гипотезы типа В). Проверка гипотез типа А заключается в попытке установить истину. Гипотезы типа Б проверяются в ходе измерительного (корреляционного) исследования. Результатом корреляционных исследований является установление линейной или нелинейной связи между процессами либо констатация отсутствия связи.

Собственно экспериментальными гипотезами обычно считают лишь гипотезы типа В (каузальные). В экспериментальную гипотезу обычно включаются независимая переменная, зависимая переменная, отношения между ними и уровни дополнительных переменных.

Р. Готтсданкер выделяет следующие варианты экспериментальных гипотез:

• основная гипотеза – «конкретизация догадки» исследователя о влиянии независимой переменной на зависимую;

• контргипотеза – гипотеза, альтернативная основному предположению; возникает автоматически и состоит в противоположном отношении независимой и зависимой переменных;

• конкурирующая экспериментальная гипотеза – предположение об отсутствии влияния независимой переменной на зависимую;

• точная экспериментальная гипотеза – предположение об отношении между единичной независимой переменной и зависимой в лабораторном эксперименте;

• экспериментальная гипотеза о максимальной (или минимальной) величине – предположение о том, при каком уровне независимой переменной зависимая принимает максимальное (или минимальное) значение;

• экспериментальная гипотеза об абсолютных и пропорциональных отношениях – точное предположение о характере постепенного (количественного) изменения зависимой переменной с постепенным (количественным) изменением независимой; проверяется в многоуровневом эксперименте;

• экспериментальная гипотеза с одним отношением – предположение об отношении между одной независимой и одной зависимой переменными. Для проверки экспериментальной гипотезы с одним отношением может быть использован и факторный эксперимент (факторный план), но вторая независимая переменная является при этом контрольной;

• комбинированная экспериментальная гипотеза – предположение об отношении между определенным сочетанием (комбинацией) двух (или нескольких) независимых переменных, с одной стороны, и зависимой переменной – с другой; проверяется только в факторном эксперименте.[20]

Важным представляется различение научных и статистических гипотез. Научные гипотезы формулируются как предполагаемое решение проблемы. Статистическая гипотеза – это утверждение, сформулированное на языке математической статистики. Любая научная гипотеза требует перевода на язык статистики. Вывод об экспериментальном эффекте может быть сделан как на основе установления значимой связи между изменениями независимой и зависимой переменной, так и на основе установления значимых различий в уровне зависимой переменной в экспериментальных и контрольных условиях. Выбор тех или иных статистических критериев определяется обоснованным предположением о каузальной зависимости.

При оценке значимости различий в ходе организации эксперимента количество гипотез ограничивают до двух: основной и альтернативной, что и воплощается в процедуре статистической интерпретации данных. Эта процедура сводится к оценке сходств и различий. При проверке статистических гипотез используются два понятия: Н1 (гипотеза о различии), и Но (гипотеза о сходстве). Подтверждение первой гипотезы (Н1) свидетельствует о верности статистического утверждения о значимости различий, а подтверждение гипотезы Но – об отсутствии различий.

Так как в каждом психологическом эксперименте регистрируется несколько психологических параметров, то проверяются многочисленные статистические гипотезы. Каждый параметр характеризуется несколькими статистическими мерами: центральной тенденции, изменчивости, распределения. Кроме того, можно вычислить меры связи параметров и оценить значимость этих связей.

Таким образом, экспериментальная гипотеза служит для организации эксперимента, а статистическая – для организации процедуры сравнения регистрируемых параметров. Иначе говоря, статистическая гипотеза нужна на этапе математической интерпретации данных эмпирических исследований. Большое количество статистических гипотез необходимо для подтверждения или, точнее, опровержения основной – экспериментальной гипотезы. Экспериментальная гипотеза первична, статистическая – вторична.

Гипотезы, не опровергнутые в эксперименте, превращаются в компоненты теоретического знания о реальности: факты, закономерности, законы.

Таким образом, в итоге рассмотрения значения гипотезы для теории можно утверждать, что теорию в эксперименте непосредственно проверить нельзя. Теоретические высказывания универсальны; на их основе формулируются гипотезы. Как правило, гипотезы могут формулироваться в виде двух альтернатив. Теория опровергается, если выводимые из нее гипотезы не подтверждаются в эксперименте. Выводы, которые позволяет сделать результат эксперимента, асимметричны: гипотеза может отвергаться, но никогда не может быть окончательно принятой. Любая гипотеза открыта для последующей проверки.

1.3. Основные общенаучные исследовательские методы

Все методы современной науки можно разделить на теоретические и эмпирические. При проведении теоретического исследования ученый имеет дело не с самой реальностью, а с ее мысленной репрезентацией – представлением в уме образов, формул, пространственно-динамических моделей, схем, описаний и т. д. Таким образом, теоретическое исследование совершается «в уме». Теоретик пользуется правилами дедуктивного умозаключения (от общего к частному), разработанными еще Аристотелем.

Эмпирическое исследование проводится для проверки правильности теоретических умозаключений. Исследователь взаимодействует с самим объектом. Экспериментатор работает с помощью методов индукции (от частного к общему). Математическая статистика является современным вариантом индуктивного вывода. К общенаучным эмпирическим методам относятся наблюдение, эксперимент, измерение. Наблюдение часто является единственным методом для ряда естественных наук (классический пример – астрономия, где все исследования ведутся с помощью этого метода, а открытия сделаны на основе совершенствования техники наблюдения).

Наблюдение играет большую роль в науках, связанных с поведением (в частности, в этологии). Наблюдение связано с идеографическим подходом к исследованию реальности. Сторонники этого подхода считают его единственно возможным при изучении уникальных объектов. Идеографический подход требует наблюдения и фиксации единичных явлений и событий. Он широко применяется в исторических дисциплинах.

Идеографическому подходу противостоит подход номотетический – исследование, выявляющее общие законы развития, существования и взаимодействия объектов. Наблюдение является методом, на основе которого можно реализовать и идеографический, и номотетический подходы к познанию реальности.

Таким образом, наблюдение – это целенаправленное, организованное и особым образом фиксируемое восприятие исследуемого объекта. Ограниченность метода наблюдения заключается в том, что исследователь не может познать характеристики объекта, скрытые от непосредственного восприятия. Для этого применяются эксперимент и измерение. Эксперимент — это особый вид исследования, направленный на проверку научных и прикладных гипотез – предположений вероятностного характера, требующих строгой логики доказательства, опирающегося на достоверные факты, установленные в эмпирических исследованиях. В эксперименте всегда создается некоторая искусственная, или экспериментальная, ситуация, выделяются причины изучаемых явлений, строго контролируются и оцениваются следствия действий этих причин, выясняются статистические связи между исследуемым и другими явлениями.

Эксперимент позволяет воспроизводить явления реальности в специально созданных условиях и тем самым выявлять причинно-следственные зависимости между явлением и особенностями внешних условий. В процессе эксперимента исследователь всегда наблюдает за поведением объекта и измеряет его состояние.

Измерение проводится как в естественных, так и в искусственно созданных условиях. Отличие измерения от эксперимента состоит в том, что исследователь не стремится воздействовать на объект, но регистрирует его характеристики такими, какими они являются «объективно». В отличие от наблюдения измерение приборно опосредовано. При измерении невозможно выявить причинно-следственные зависимости, но можно установить связи между уровнями разных параметров объектов. Так измерение превращается в корреляционное исследование.

Таким образом, измерение – это эмпирический метод выявления свойств или состояний объекта путем организации взаимодействия объекта с измерительным прибором. Психологическое измерение – весьма непростая задача для исследователя. Достаточно редко в качестве измерительного инструмента выступает прибор (хроноскоп и т. п.), чаще это измерительная методика (тест) или другой человек (эксперт).

Метод моделирования отличается как от теоретического метода, дающего обобщенное знание, так и от эмпирического. При моделировании исследователь пользуется методом аналогий (умозаключением от частного к частному). Моделирование используется тогда, когда невозможно провести экспериментальное исследование объекта (Вселенная, Солнечная система, человек как объект первоначальных медицинских или фармакологических исследований и т. п.). Для изучения элементарных форм научения (условно-рефлекторное, оперантное) используются биологические модели – крысы, кролики, обезьяны. Различают физическое и знаково-символическое моделирование. «Физическая» модель исследуется экспериментально, знаково-символическая, как правило, реализуется в виде компьютерной программы.

1.4. Классификация методов психологического исследования

Подходы отечественных психологов к проблеме классификации методов психологии. С.Л. Рубинштейн[21] в качестве главных психологических методов выделил наблюдение и эксперимент. Наблюдение подразделялось им на внешнее и внутреннее (самонаблюдение), эксперимент – на лабораторный, естественный, психолого-педагогический и вспомогательный экспериментальный метод – физиологический эксперимент в его основной модификации (метод условных рефлексов). Кроме того, Рубинштейн выделял приемы изучения – прием изучения продуктов деятельности, беседу и анкету. Особое внимание он уделял беседе в различных вариантах (психоаналитическая беседа З. Фрейда, клиническая беседа в генетической психологии Ж. Пиаже, психолого-педагогическая беседа). В другой плоскости Рубинштейн рассматривал сравнительный метод (особенно сопоставление данных нормального и патологического развития) и генетический метод, которому он придавал универсальное значение в детской психологии.

Наиболее развернутую классификацию методов психологии в середине ХХ в. предложил Г.Д. Пирьов.[22] Его классификация во многом соответствовала состоянию научного аппарата психологии того времени. Пирьов выделил: а) основные методы – наблюдение, эксперимент, моделирование; б) вспомогательные методы; в) синтетический методический прием – психолого-педагогическую характеристику; г) специальные методические подходы.

На основании глубокого анализа состояния психологической науки Б.Г. Ананьевым разработана классификация методов, соответствующая этапам научного исследования.[23] Первую группу составляют организационные методы (сравнительный, лонгитюдинальный и комплексный), которые действуют на протяжении всего исследования, определяя его организацию. Вторая, самая многочисленная, группа включает в себя эмпирические методы. Это обсервационные методы (наблюдение и самонаблюдение), экспериментальные методы (лабораторный, полевой, естественный, формирующий, или психолого-педагогический, эксперимент), психодиагностические методы (тесты стандартизированные и прожективные; анкеты, социометрия, интервью и беседы), приемы анализа процессов и продуктов деятельности (хронометрия, циклография, профессиографическое описание), оценка изделий и выполненных работ (праксиметрические методы), моделирование (математическое, кибернетическое и т. д.), биографические методы (анализ дат, фактов и событий жизненного пути человека, документов, свидетельств и т. д.). Третью группу методов составляют приемы обработки данных: количественный (математико-статистический) и качественный анализ. В четвертую группу – интерпретационных методов — входят различные варианты генетического (фило– и онтогенетический) и структурного методов (классификация, типологизация и др.).

Следует отметить, что классификация методов Б.Г. Ананьева сохраняет свое значение до настоящего времени.

Классификация методов психологических исследований на современном этапе. М.С. Роговин и Г.В. Залевский предложили новую классификацию методов.[24] Метод, по их мнению, – это выражение некоторых соотношений между субъектом и объектом познания. Основные психологические методы можно разделить на шесть видов:

1) герменевтический (субъект и объект не противопоставлены, мысленная операция и метод науки тождественны);

2) биографический (выделение целостного объекта познания в науке о психике);

3) наблюдение (дифференциация объекта и субъекта познания);

4) самонаблюдение (превращение субъекта в объект на основе предшествующей дифференциации);

5) клинический (на первый план выходит задача перехода от внешненаблюдаемого к внутренним механизмам);

6) эксперимент (активное противостояние субъекта познания объекту, при котором учитывается роль субъекта в процессе познания).

В.Н. Дружинин предлагает объединить все разнообразие методов психологического исследования в три класса:[25]

1) эмпирические, при которых осуществляется внешнее реальное взаимодействие субъекта и объекта исследования;

2) теоретические, когда субъект взаимодействует с мысленной моделью объекта (предметом исследования);

3) интерпретация и описание, при которых субъект «внешне» взаимодействует со знаково-символическим представлением объекта (таблицами, графиками, схемами).

Результатом применения эмпирических методов являются данные, фиксирующие состояние объекта. В результате применения теоретических методов формируются знания о предмете в языковой, знаково-символической или пространственно-схематической форме. В результате интерпретации и описания рождаются научные факты и эмпирические зависимости. Интерпретационные методы играют важнейшую роль в целостном психологическом исследовании – именно от них зависит успех всей научной программы.

В.Н. Дружинин является автором еще одного подхода к классификации эмпирических методов психологического исследования.[26] Он располагает все психологические эмпирические методы в двумерном пространстве, оси которого обозначают два специфических признака психологического исследования: 1) наличие или отсутствие взаимодействия между испытуемым и исследователем или же интенсивность этого взаимодействия.

Взаимодействие максимально в клиническом эксперименте и минимально при самонаблюдении (когда исследователь и испытуемый – одно лицо); 2) объективированность и субъективированность процедуры. Крайними вариантами являются тестирование (или измерение) и «чистое» понимание поведения другого человека путем «вчувствования», эмпатии, сопереживания, личностной интерпретации его действий.

Эти два специфических признака, разделяющие психологические методы на типы, можно охарактеризовать следующим образом: первый признак образует ось «два субъекта – один субъект» или «внешний диалог – внутренний диалог», а второй образует ось «внешние средства – внутренние средства» или «измерение – интерпретация». В секторах, образованных этими осями, можно расположить основные психологические эмпирические методы (рис. 1).

Интересна еще одна классификация эмпирических методов – на основе исследовательской цели.[27] Здесь выделяют группы описательных, корреляционных и каузальных методов. К описательным методам относятся беседа, наблюдение, тестирование, биографический метод и др. – они описывают данные. Корреляционные методы — измерение и методы обработки данных – позволяют установить связь между явлениями. С помощью каузальных методов устанавливают причинно-следственную связь между явлениями – это уже эксперимент.

Тема 2. Метод наблюдения

2.1. Характеристика наблюдения как метода психологического исследования

Наблюдение – это целенаправленное, организованное восприятие и регистрация поведения исследуемого объекта. Задача наблюдателя, как правило, не связана с вмешательством в «жизнь» путем создания специальных условий для проявления наблюдаемого процесса или явления.

От пассивного созерцания окружающей действительности наблюдение отличается тем, что оно: а) подчинено определенной цели; б) проводится по определенному плану; в) оснащено предметными средствами для осуществления процесса и фиксации результатов.

Наблюдение – активная форма чувственного познания, дающая возможность накапливать эмпирические данные, образовывать первоначальные представления об объектах или проверять исходные предположения, связанные с ними. Наблюдение исторически является первым научным методом психологических исследований.

Термин «наблюдение» используется в трех разных значениях: 1) наблюдение как деятельность; 2) наблюдение как метод; 3) наблюдение как методика.

Наблюдение как деятельность относится к некоторым областям общественной практики. Оператор энергосистемы наблюдает за показаниями приборов, дежурный смены проводит осмотр оборудования по определенному плану, врач осматривает больного, следователь наблюдает за поведением подозреваемого и т. п. В отличие от наблюдения как научного метода наблюдение как деятельность направлено на обслуживание практической деятельности: наблюдение необходимо врачу для постановки диагноза и уточнения процесса лечения; следователю – для выдвижения и проверки версий и раскрытия преступления; оператору энергосистемы – для принятия решения о распределении потоков электроэнергии.

Наблюдение как метод науки включает в себя систему принципов познавательной деятельности, положений о сущности и специфике психологического наблюдения, о его возможностях и ограничениях, об орудийном оснащении и разновидностях деятельности человека в роли наблюдателя. Наблюдение как метод психологии отличается универсальностью, т. е. применимостью к изучению широкого круга явлений, гибкостью, т. е. возможностью по мере необходимости менять «поле охвата» изучаемого объекта, выдвигать и проверять по ходу наблюдения дополнительные гипотезы. Для проведения исследования методом наблюдения необходимо минимальное аппаратурное обеспечение.

Специфика наблюдения как научного метода психологии состоит в типе отношения к объекту изучения (невмешательстве) и наличии прямого визуального или слухового контакта наблюдателя с наблюдаемым. Основными характеристиками наблюдения как метода психологии являются целенаправленность, планомерность, зависимость от теоретических представлений наблюдателя.

Наблюдение как методика (методика наблюдения) учитывает конкретную задачу, ситуацию, условия и орудия наблюдения. Под методикой наблюдения понимается социально фиксированная, изложенная понятно для других, предметно представленная система сбора и обработки эмпирических данных, которая адекватна четко очерченному кругу задач. В зарубежной психологической литературе синонимом «методики наблюдения» является «техника наблюдения». Методика наблюдения содержит самое полное описание процедуры наблюдения и включает: а) выбор ситуации и объекта для наблюдения; б) программу (схему) наблюдения в виде перечня признаков (аспектов) наблюдаемого поведения и единиц наблюдения с подробным их описанием; в) способ и форму фиксации результатов наблюдения; г) описание требований к работе наблюдателя; д) описание способа обработки и представления полученных данных.

Объект и предмет наблюдения. Объектом внешнего наблюдения может быть отдельный человек, группа людей или общность. Объект наблюдения характеризуется уникальностью, неповторяемостью, очень малой или очень большой длительностью психических явлений.

Главная проблема, возникающая при проведении наблюдения, – воздействие присутствия наблюдателя на поведение наблюдаемого. Чтобы минимизировать это воздействие, наблюдатель должен «примелькаться», т. е. чаще присутствовать в окружающей среде, заниматься каким-либо делом, не акцентировать внимание на наблюдаемом. Кроме того, можно объяснить присутствие наблюдателя какой-либо приемлемой для наблюдаемого целью, либо заменить человека-наблюдателя регистрирующей аппаратурой (видеокамерой, диктофоном и т. п.), либо вести наблюдение из смежного помещения через стекло с односторонней проводимостью света (зеркало Гезелла). Скромность, такт, воспитанность наблюдателя ослабляют неизбежное влияние его присутствия.

Существует также прием включенного наблюдения, когда наблюдатель является реальным членом группы. Однако этот прием влечет за собой этическую проблему – двойственность позиции и невозможность проводить наблюдение за собой как членом группы.

Предметом наблюдения могут быть только внешние, экс-териоризированные компоненты психической деятельности:

– моторные компоненты практических и гностических действий;

– движения, перемещения и неподвижные состояния людей (скорость и направление движения, соприкосновения, толчки, удары);

– совместные действия (группы людей);

– речевые акты (их содержание, направленность, частота, продолжительность, интенсивность, экспрессивность, особенности лексического, грамматического, фонетического строя);

– мимика и пантомимика, экспрессия звуков;

– проявления некоторых вегетативных реакций (покраснение или побледнение кожи, изменение ритма дыхания, потоотделение).

При проведении наблюдения возникает сложность однозначного понимания внутреннего, психического через наблюдение внешнего. В психологии существует многозначность связей внешних проявлений с субъективной психической реальностью и многоуровневая структура психических явлений, поэтому одно и то же поведенческое проявление может быть связано с различными психическими процессами.

Позиция наблюдателя по отношению к объекту наблюдения может быть открытой или скрытой. Включенное наблюдение также можно отнести к разряду открытого или скрытого в зависимости от того, сообщает наблюдатель о факте наблюдения или нет.

Человек-наблюдатель обладает избирательностью восприятия, которая обусловливается его установками, общей направленностью деятельности. Определенная установка активизирует восприятие, обостряет чувствительность к значимым воздействиям, однако излишне фиксированная установка приводит к предвзятости. Общая направленность деятельности может послужить стимулом к переоценке одних фактов и недооценке других (учителя обращают внимание на познавательную деятельность, тренеры – на особенности телосложения, ловкость движений, портные – на покрой одежды и т. п.).

Существует также феномен проекции собственного «Я» на наблюдаемое поведение. Интерпретируя поведение другого человека, наблюдатель переносит на него собственную точку зрения. Индивидуальные характеристики наблюдателя (преимущественная модальность восприятия – зрительная, слуховая и др., способность к концентрации и распределению внимания, объем памяти, когнитивный стиль, темперамент, эмоциональная устойчивость и т. п.) также оказывают значительное влияние на результат наблюдения. Хорошему наблюдателю необходима специальная тренировка наблюдательности, которая позволяет несколько уменьшить влияние индивидуальных характеристик.

В зависимости от ситуации выделяют полевое наблюдение, лабораторное наблюдение и спровоцированное наблюдение в естественных условиях. Полевое наблюдение проводится в естественных условиях жизни наблюдаемого, искажения поведения в этом случае минимальны. Данный вид наблюдения очень трудоемок, так как ситуация, интересующая исследователя, мало поддается контролю и поэтому наблюдение чаще всего носит выжидательный характер. Лабораторное наблюдение проводится в более удобной для исследователя ситуации, однако искусственные условия могут сильно исказить поведение человека. Спровоцированное наблюдение осуществляется в естественных условиях, однако ситуация задается исследователем. В возрастной психологии это наблюдение сближается с естественным экспериментом (наблюдение в процессе игры, в ходе занятий и т. п.).

2.2. Организация психологического наблюдения

По способу организации выделяют несистематическое и систематическое наблюдение. Несистематическое наблюдение широко применяется в этнопсихологии, психологии развития, социальной психологии. Для исследователя здесь важно создание некоторой обобщенной картины изучаемого явления, поведения индивида или группы в определенных условиях. Систематическое наблюдение проводится по плану. Исследователь выделяет некоторые особенности поведения и фиксирует их проявление в различных условиях или ситуациях.

Выделяют также сплошное и выборочное наблюдение. При сплошном наблюдении исследователь фиксирует все особенности поведения, а при выборочном обращает внимание только на определенные поведенческие акты, фиксирует их частоту, продолжительность и т. п.

Различные способы организации наблюдения имеют свои преимущества и недостатки. Так, при несистематическом наблюдении могут быть описаны случайные явления, поэтому предпочтительнее организация систематического наблюдения в изменяющихся условиях. При сплошном наблюдении невозможна полная запись всего наблюдаемого, поэтому в данном случае желательно использовать аппаратуру или привлечь нескольких наблюдателей. При выборочном наблюдении не исключается влияние на его результат установки наблюдателя (видит только то, что хочет увидеть). Для преодоления такого влияния возможно привлечение нескольких наблюдателей, а также поочередная проверка как основных, так и конкурирующих гипотез.

В зависимости от цели исследования можно выделить поисковые исследования и исследования, направленные на проверку гипотез. Поисковое исследование проводится в начале разработки какой-либо научной области, ведется экстенсивно, имеет целью получить наиболее полное описание всех присущих данной области явлений, охватить ее целиком. Если в таком исследовании используется наблюдение, то оно, как правило, сплошное. Отечественный психолог М.Я. Басов, автор классического труда по методике наблюдения, обозначает цель такого наблюдения как «вообще наблюдать», наблюдать все, чем проявляет себя объект, без отбора каких-либо определенных проявлений.[28] В некоторых источниках такое наблюдение называют выжидательным.

Примером поискового исследования, проведенного на основе наблюдения, может служить работа Д.Б. Эльконина и Т.В. Драгуновой.[29] Общая цель данного исследования состояла в том, чтобы получить описание всех проявлений новообразований психического развития ребенка в подростковом возрасте. Систематическое, длительное наблюдение проводилось для выявления фактического поведения и деятельности подростков во время уроков, подготовки домашних заданий, кружковой работы, различных соревнований, особенностей поведения и взаимоотношений с товарищами, учителями, родителями, фактов, связанных с интересами, планами на будущее, отношением к себе, претензиями и стремлениями, общественной активностью, реакциями на успех и неуспех. Регистрировались оценочные суждения, беседы ребят, споры, реплики.

Если цель исследования конкретна и строго определена, наблюдение строится иначе. В данном случае оно называется исследующим, или выборочным. При этом производится отбор содержания наблюдения, расчленение наблюдаемого на единицы. Примером может послужить исследование стадий познавательного развития, проведенное Ж. Пиаже.[30] Для изучения одной из стадий исследователь выбрал манипулятивные игры ребенка с игрушками, имеющими полость. Наблюдения показали, что способность вкладывать один предмет в другой возникает позднее, чем необходимые для этого моторные навыки. В определенном возрасте ребенок не может сделать это, потому что не понимает, каким образом один предмет может находиться внутри другого.

По использованию средств наблюдения различают непосредственное и опосредованное (с использованием наблюдательных приборов и средств фиксации результатов) наблюдение. К средствам наблюдения относятся аудио-, фото– и видеоаппаратура, карты наблюдения. Однако технические средства не всегда доступны, а применение скрытой камеры либо диктофона представляет этическую проблему, поскольку исследователь в данном случае посягает на внутренний мир человека без его согласия. Некоторые исследователи считают их использование недопустимым.

По способу хронологической организации различают лонгитюдное, периодическое и единичное наблюдение. Лонгитюдное наблюдение проводится в течение ряда лет и предполагает постоянный контакт исследователя и объекта изучения. Результаты таких наблюдений обычно фиксируются в виде дневников и широко охватывают поведение, образ жизни, привычки наблюдаемого человека. Периодическое наблюдение проводится в течение определенных, точно заданных промежутков времени. Это наиболее распространенный вид хронологической организации наблюдения. Единичные, или однократные, наблюдения, как правило, представлены в виде описания отдельного случая. Они могут быть как уникальными, так и типичными проявлениями изучаемого феномена.

Фиксация результатов наблюдения может проводиться в процессе наблюдения или по прошествии некоторого времени. В последнем случае, как правило, страдают полнота, точность и надежность в регистрации поведения испытуемых.

2.3. Программа наблюдения

Программа (схема) наблюдения включает в себя перечень единиц наблюдения, язык и форму описания наблюдаемого.

Выбор единиц наблюдения. После выбора объекта и ситуации наблюдения перед исследователем встает задача проведения наблюдения и описания его результатов. Прежде чем наблюдать, необходимо из непрерывного потока поведения объекта вычленить определенные его стороны, отдельные акты, доступные прямому восприятию. Выбранные единицы наблюдения должны быть согласованы с целью исследования и давать возможность интерпретации результатов в соответствии с теоретической позицией. Единицы наблюдения могут значительно различаться по величине и сложности.

Часто исследователь не может заранее предусмотреть все варианты проявлений наблюдаемого объекта, и тогда он указывает наиболее адекватные цели исследования категории, в соответствии с которыми осуществляется запись наблюдаемой активности. (Категории – это понятия, обозначающие определенные классы явлений.) Они должны иметь одинаковую степень общности, не пересекаться, по возможности исчерпывать все проявления активности. Наиболее высокий уровень концептуализации имеет место в том случае, если категории образуют систему, которая охватывает все теоретически возможные проявления изучаемого процесса. Наблюдение, опирающееся на систему категорий, называется систематизированным. В качестве примера можно привести структуру категорий для описания взаимодействия членов малой группы при совместном решении задачи, предложенную американским психологом Р. Бейлзом.[31] Все поведение человека в указанной ситуации Бейлз разделяет на 12 категорий, распределенных на три социально-эмоциональные области: позитивную, негативную и нейтральную. Например, первая категория: «выражает солидарность, повышает статус другого человека, оказывает помощь, вознаграждает», девятая категория: «просит дать совет о направлении, возможном способе действия». Подведение единицы наблюдения под определенную категорию – начальный этап интерпретации—может проводиться в процессе наблюдения.

При использовании категоризированного наблюдения возможна количественная оценка наблюдаемых событий. Существуют два основных способа получения количественных оценок в ходе наблюдения: 1) оценка наблюдателем интенсивности (выраженности) наблюдаемого свойства, действия – психологическое шкалирование;2) измерение длительности наблюдаемого события – хронометраж. Шкалирование в наблюдении осуществляется методом балльных оценок. Обычно используются трех-, десятибалльные шкалы. Балл может быть выражен не только числом, но и прилагательным («очень сильный, сильный, средний» и т. д.). Иногда применяется графическая форма шкалирования, при которой оценка выражается величиной отрезка на прямой, крайние точки которого отмечают нижний и верхний баллы. Например, шкала наблюдений за поведением ученика в школе, разработанная Я. Стреляу для оценки индивидуальных характеристик человека, предполагает оценку по пятибалльной шкале десяти категорий поведения и очень точно определяет реактивность как свойство темперамента.[32]

Для хронометража в процессе прямого наблюдения необходимо: а) уметь быстро вычленять из наблюдаемого поведения искомую единицу; б) заранее установить, что считать началом, а что – концом поведенческого акта; в) иметь хронометр. Следует, однако, помнить, что хронометрирование деятельности, как правило, неприятно человеку, мешает ему.

Способы записи наблюдений. Общие требования к записи наблюдений сформулированы М.Я. Басовым.[33]

1. Запись должна быть фактологична, т. е. всякий факт должен быть зафиксирован в том виде, в каком он реально существовал.

2. Запись должна включать описание ситуации (предметной и социальной), в которой происходит наблюдаемое событие (запись фона).

3. Запись должна быть полной, чтобы в соответствии с целью отражать изучаемую реальность.

На основе изучения большого числа записей М.Я. Басовым было предложено различать три главных способа словесной фиксации поведения: истолковательная, обобщающе-описательная и фотографическая записи. Использование всех трех видов записей позволяет собрать наиболее подробный материал.

Запись нестандартизированных наблюдений. В поисковом исследовании предварительные знания об изучаемой действительности минимальны, поэтому задача наблюдателя – фиксировать проявления активности объекта во всем их многообразии. Это фотографическая запись. Однако в нее необходимо включение элементов истолкования, так как отразить ситуацию «беспристрастно» практически невозможно. «Одно-два метких слова исследователя лучше потока длинных описаний, где „за деревьями не видно леса“», – писал А.П. Болтунов.[34]

Обычно в ходе поисковых исследований используется форма записей наблюдений в виде сплошного протокола. В нем обязательно указываются дата, время, место, ситуация наблюдения, социальное и предметное окружение, при необходимости – контекст предшествующих событий. Сплошной протокол – это обычный лист бумаги, на котором запись ведется без рубрикаций. Чтобы запись была полной, необходимо хорошее сосредоточение наблюдателя, а также использование условных сокращений или стенографии. Сплошной протокол используют на фазе уточнения предмета и ситуации наблюдения, на его основании может быть составлен перечень единиц наблюдения.

В длительном полевом исследовании, проводимом методом нестандартизированного наблюдения, формой записи является дневник. Он ведется при многодневных наблюдениях в тетради с пронумерованными листами и большими полями для последующей обработки записей. Для сохранения точности наблюдений на протяжении длительного времени следует соблюдать точность и единообразие терминологии. Дневниковые записи также рекомендуется вести непосредственно, а не по памяти.

В ситуации скрытого включенного наблюдения регистрацию данных обычно приходится вести постфактум, поскольку наблюдатель не должен раскрывать себя. Кроме того, как участник событий он не может что-то записывать. Поэтому наблюдатель вынужден перерабатывать материал наблюдений, суммируя и обобщая однородные факты. Следовательно, в дневнике наблюдения используются обобщающе-описательные и истолковательные записи. Однако при этом некоторые наиболее яркие факты воспроизводятся наблюдателем относительно фотографично, без обработки, «как таковые и единственные» (М.Я. Басов).

Каждая запись в дневнике наблюдений должна содержать небольшое введение, позволяющее лучше понять поведение, ставшее предметом фиксации. В нем отражаются место, время, обстановка, ситуация, состояние окружающих и т. п. Наряду с введением к записи может прилагаться и заключение, в котором отражаются изменения обстановки, произошедшие за время проведения наблюдения (появление значимого человека и т. п.).

Сохраняя полную объективность при фиксации данных, наблюдатель затем должен высказать свое отношение к описываемым явлениям и свое понимание их смысла. Такие записи должны быть четко отделены от записей наблюдения и поэтому делаются на полях дневника.

Запись стандартизированных наблюдений. Для категоризированных наблюдений используются два способа записи – запись в символах и стандартный протокол. При записи в символах каждой категории могут быть присвоены обозначения – буквенные, пиктограммы, математические знаки, что сокращает время записи.

Стандартный протокол применяется в тех случаях, когда количество категорий ограничено и исследователя интересует только частота их появления (система для анализа вербального взаимодействия учителя и ученика Н. Фландерса). Такая форма записи результатов наблюдения имеет свои достоинства и недостатки. К достоинствам можно отнести точность и полноту фиксации проявлений, к недостаткам – потерю «живой ткани взаимодействия» (М.Я. Басов).

Результатом наблюдения является «поведенческий портрет». Такой результат очень ценен в медицинской, психотерапевтической, консультативной практике. Основные параметры при составлении поведенческого портрета на основе наблюдения таковы:

1) отдельные особенности внешнего вида, имеющие значение для характеристики наблюдаемого человека (стиль одежды, прически, насколько он стремится в своем внешнем облике «быть таким, как все» или же хочет выделиться, привлечь к себе внимание, равнодушен ли он к своей внешности или придает ей особое значение, какие элементы поведения это подтверждают, в каких ситуациях);

2) пантомимика (осанка, особенности походки, жестикуляции, общая скованность или, наоборот, свобода движений, характерные индивидуальные позы);

3) мимика (общее выражение лица, сдержанность, выразительность, в каких ситуациях мимика значительно оживляется, а в каких остается скованной);

4) речевое поведение (молчаливость, разговорчивость, многословие, лаконизм, стилистические особенности, содержание и культура речи, интонационное богатство, включение в речь пауз, темп речи);

5) поведение по отношению к другим людям (положение в коллективе и отношение к этому, способы установления контакта, характер общения – деловое, личностное, ситуативное общение, стиль общения – авторитарный, демократический, с ориентацией на себя, с ориентацией на собеседника, позиции в общении – «на равных», сверху, снизу, наличие противоречий в поведении – демонстрация различных противоположных по смыслу способов поведения в однотипных ситуациях);

6) поведенческие проявления (по отношению к себе – к внешности, личным вещам, недостаткам, преимуществам и возможностям);

7) поведение в психологически трудных ситуациях (при выполнении ответственного задания, в конфликте и т. п.);

8) поведение в основной деятельности (игра, учеба, профессиональная деятельность);

9) примеры характерных индивидуальных вербальных штампов, а также высказываний, характеризующих кругозор, интересы, жизненный опыт.

2.4. Использование наблюдения в психолого-педагогических исследованиях

Широкое применение метода наблюдения для изучения психического развития детей обусловлено особенностями объекта исследования. Маленький ребенок не может быть участником психологических экспериментов, не в состоянии дать словесный отчет о своих действиях, мыслях, эмоциях и поступках.

Накопление данных о психическом развитии детей младенческого и раннего возраста позволило свести их в определенные системы.

Таблицы развития А. Гезелла охватывают четыре основные сферы поведения ребенка: моторику, язык, адаптивное и личностно-социальное поведение. Данные, полученные посредством прямого наблюдения за реагированием детей на обычные игрушки и другие объекты, дополняются информацией, сообщаемой матерью ребенка. Американский психолог А. Анастази[35] в своем авторитетном руководстве по психологическому тестированию отмечает недостаточную стандартизованность этих таблиц развития, но указывает на их полезность в качестве дополнения к медицинским обследованиям, осуществляемым педиатрами и другими специалистами.

Методика Э. Фрухт[36] фиксирует развитие ребенка в возрасте от 10 дней до 12 месяцев по следующим категориям: 1) зрительные ориентировочные реакции; 2) слуховые ориентировочные реакции; 3) эмоции и социальное поведение; 4) движения руки и действия с предметами; 5) движения общие; 6) понимание речи; 7) активная речь; 8) навыки и умения.

Для каждого возраста даются перечень категорий (от двух до семи) и описание реакций, характерных для данного возраста. Например, для возраста 1 месяц: движения общие – лежа на животе, пытается поднимать и удерживать голову (в течение 5 с); сразу поднимает голову после поглаживания спины, удерживает ее в течение 5 с и опускает. Для возраста 3 месяца: движения общие – лежит на животе, опираясь на предплечья и высоко подняв голову (в течение 1 мин), сразу высоко поднимает голову, опираясь на предплечья, грудь приподнята, ноги спокойно лежат, сохраняет это положение 1 мин; удерживает голову в вертикальном положении (на руках у взрослого); удерживает голову прямо в течение 30 с. При поддержке под мышки крепко упирается в твердую опору ногами, согнутыми в тазобедренном суставе; при прикосновении к опоре выпрямляет ноги в коленном суставе и упирается обеими ступнями.

Данная схема не направлена на постановку диагноза, а лишь позволяет распознать общую картину развития и обратить внимание на некоторые тревожные симптомы.

Карточки развития Д. Лешли.[37] Автор предлагает использовать в карточке развития следующие структурные рубрики:

1) физическое развитие, которое охватывает и общие движения, такие как ходьба, лазанье, и более тонкие, например координация движений глаза и руки при рисовании и лепке;

2) общение и развитие речи. Сюда относятся выразительная речь и понимание; 3) социальное развитие и игра – включают отношения со взрослыми и детьми, то, как ребенок играет, его интересы, возможность концентрироваться на этих занятиях; 4) самостоятельность и независимость – наличие умений обходиться без помощи взрослых во время приема пищи, одевания, пользования туалетом, а также умений помогать взрослым, участвовать в групповых занятиях и выполнять текущие поручения; 5) поведение. Иногда включается в рубрику 3 (социальное развитие) или 4 (самостоятельность), однако данный раздел необходим для фиксации трудностей и проблем ребенка.

Структура карточки развития – это перечень пунктов по каждому направлению развития. Если умение или навык сформированы, то в карточке ставят значок», если данные неопределенные – «?». Итоги в конце не подводятся. Это способ «сфотографировать» малыша в какой-то точке развития для планирования дальнейших мер по его воспитанию, а также для сравнения с будущими «снимками» этого же ребенка.

Психологи и логопеды используют результаты развития ребенка с целью сравнения со средними показателями для детей данного возраста. Воспитатели склонны сравнивать более поздние результаты развития с более ранними. Если у ребенка имеются отклонения в развитии, то они, как правило, выражаются в снижении темпа развития. Для таких детей нужны специальные карточки развития, где указываются более дробные этапы и ступени, которые ребенок проходит до того, как усвоит определенные навыки. Они не всегда отмечаются в качестве пройденных этапов для здоровых детей.

При выборе карточки развития не стоит стремиться найти совершенный образец – таковой вряд ли существует. Точно сформулированные пункты в карточке менее важны, чем систематическое наблюдение за ребенком. Регулярность наблюдений названа Д. Лешли «методом повременных проб» и означает проведение наблюдений по заранее отмеченным временным отрезкам. Все записи, относящиеся к одному «срезу», должны быть внесены в карточку в течение одной недели. Если это оказывается невозможным, следует отложить наблюдение.

Методика наблюдения за «трудным» поведением Д. Лешли.[38] Автор считает, что для понимания проблемы ребенка следует провести наблюдение и после этого сделать вывод, насколько она серьезна. Довольно легко определить три основных аспекта наблюдения: 1) частота – как часто проявляется проблема; 2) продолжительность – как долго длится «трудное» поведение в каждом случае или в течение какого времени за день такое поведение выглядит типичным; 3) интенсивность – проблема несложная, довольно серьезная или весьма серьезная. Отдельно следует сказать о частоте наблюдений. Можно наблюдать за ребенком в течение нескольких дней, а можно просто сосчитать число проявлений «трудного» поведения. Частотный счет применительно к такому поведению порой приносит и неожиданные результаты. Взрослые могут решить, что ребенок шалит большую часть дня, а после наблюдения оказывается, что бывают длинные периоды в течение дня или даже целые дни, когда ребенок вовсе не «трудный».

Таким образом, на основе наблюдения возможно проведение как фундаментальных исследований в области детского развития, так и огромного числа прикладных изысканий, помогающих вскрыть и объяснить различные феномены детского развития. Овладение навыками психологического наблюдения очень значимо для педагога, так как позволяет ему глубже понять своих воспитанников.

Тема 3. Вербально-коммуникативные методы

3.1. Общая характеристика вербально-коммуникативных методов

Вербально-коммуникативные методы предназначены для непосредственного или опосредованного сбора первичной вербальной информации. Они широко распространены в медицине, социологии, педагогике, а также в психологии.

К вербально-коммуникативным методам относятся беседа, интервью и анкетирование. Интервью и анкетирование иногда объединяют общим названием – методы опроса.

По характеру взаимосвязи исследователя и респондента различают очные и заочные методы. К очным относятся беседа и интервью, к заочным – анкетирование, опрос по почте, опрос через средства массовой информации и т. п.

По степени формализации вербально-коммуникативные методы подразделяются на стандартизированные (их часто называют опросами) и нестандартизированные. Стандартизированные опросы проводятся по заранее подготовленному плану, нестандартизированные, или свободные, имеют только общую цель, в них не предусмотрен детально проработанный план. Существует также комбинация этих двух групп – полустандартизированные опросы, когда часть вопросов и план точно определены, а другая часть – свободная.

По частоте проведения выделяют одноразовые и многоразовые опросы.

Специфическим видом опроса является опрос экспертов. К этому методу обращаются чаще всего на начальном этапе исследования при определении его проблемы и цели, а также на заключительном этапе – как к одному из методов контроля полученной информации. Основные этапы экспертного опроса: подбор экспертов, их опрос, обработка результатов. Подбор экспертов – наиболее ответственный этап. Эксперты – это люди, компетентные в исследуемой области, крупные специалисты с большим стажем работы в данной области. Наиболее распространенными методами подбора экспертов являются: а) документальный (на основе изучения социально-биографических данных, публикаций, научных работ и т. п.); б) тестологический (на основе тестирования); в) на основе самооценок; г) на основе оценок специалистами.

Экспертный опрос может быть как анонимным, так и открытым. Обращение к конкретному эксперту в анкете по имени и отчеству часто способствует установлению контакта между ним и исследователем. В опросе экспертов чаще используются открытые вопросы, что требует при ответе значительных временных затрат, поэтому следует особо поблагодарить эксперта за участие в опросе (подробно об открытых и закрытых вопросах см. 3.3).

Экспертный опрос может быть проведен и в форме интервью. Чаще всего интервьюирование экспертов проводится на этапе уточнения проблемы и постановки целей исследования. После обработки данных интервью с экспертами составляется анкета, которая затем используется в массовом опросе.

Опрос как процесс общения. Понимание опроса как метода сбора данных отражает несколько упрощенную трактовку. В этом случае респонденты выступают как источник информации, а исследователь – как ее приемник и регистратор. Однако, как показывает опыт проведения опросов, на практике дело обстоит гораздо сложнее. Опрос представляет собой особую форму общения. Любые участники опроса и в роли респондента, и в роли исследователя в процессе опроса оказываются не простыми объектами воздействия, а напротив, воздействующими лицами. В общение вступают активные личности, которые не только обмениваются репликами, отмечают согласие или несогласие, а выражают определенное отношение к ситуации общения, его условиям и средствам.

Вместе с тем общение в процессе опроса обладает рядом специфических черт, таких как целенаправленность, асимметричность, опосредованность. Целенаправленность опроса определяется тем, что цель общения в процессе опроса задается задачами исследования.

Процесс общения в психологии рассматривается как субъект-субъектное взаимодействие. Партнеры по общению попеременно выступают в роли источника и адресата сообщений и имеют обратную связь, на основе которой строят свое последующее поведение. Общение, основанное на равноправном участии сторон, называется симметричным. Такое общение наиболее эффективно. Беседа как разновидность опроса является симметричным видом общения и поэтому позволяет получить наиболее глубокие сведения о респонденте. В реальной жизни имеют место и асимметричные модели общения (ситуации экзамена, допроса и т. п.), когда одна сторона преимущественно задает вопросы, а другая должна на них отвечать. В асимметричном общении одна из сторон берет на себя преимущественно функции воздействия, т. е. субъекта, а другая – объекта.

Ситуация опроса во многом несимметрична. В любой ситуации опроса, особенно при проведении анкетирования или интервью, инициативу в установлении контакта берет на себя исследователь. Составление вопросника для интервью или анкеты – также функции исследователя. В этом случае активность респондентов проявляется далеко не в полной мере. Существуют специальные методические приемы, позволяющие исследователю приблизить опрос к ситуации более симметричного общения, с тем чтобы расположить к себе опрашиваемого и получить более искренние ответы.

Опосредованным является такое общение, для осуществления которого привлекаются посредники. Опрос очень часто является опосредованным общением. В качестве посредника может выступать третье лицо (интервьюер), письменный текст (анкета), техническое средство (телевидение). В таком общении утрачивается контакт исследователя с респондентом, затрудняется или задерживается во времени обратная связь.

Опрос можно рассматривать как разновидность массового общения. Он ориентирован на большие группы людей, которые интересуют исследователя как носители определенных свойств и качеств, представители тех или иных социальных групп. Респондент как личность исследователю неизвестен.

Таким образом, при проведении опроса исследователю следует принимать во внимание влияние особенностей, присущих данному виду общения, на результаты.

Получение при опросе недостоверных сведений может спровоцировать сам исследователь. Это происходит вследствие многих причин, к которым можно отнести следующие.

Отношение исследователя к опросу. Ситуация опроса парадоксальна в том отношении, что исследователь, преследуя научные цели, обращается к рядовым людям и собирает информацию, почерпнутую из их обыденного сознания. Он строит исследование исходя из собственных предположений, которые могут отразиться и в формулировке вопросов, и в интонации, с которой эти вопросы будут заданы в беседе.

Предположения исследователя об уровне сознания респондентов. Предметом изучения чаще всего являются интересы, склонности, симпатии, а все это осознается разными людьми в разных обстоятельствах неодинаково. В любом психическом акте можно выделить осознанные и неосознанные компоненты. Респондент, как правило, может дать отчет только об осознаваемых фактах психической реальности.

Проблема «языка». При составлении вопросника, конструировании анкеты исследователь формулирует свои мысли с помощью слов. Использование определенных слов может вызвать разночтения. Понимание респондентом вопроса может не совпадать со смыслом, вложенным в него исследователем. Кроме того, разные респонденты могут понимать смысл вопроса по-разному.

Отношение исследователя к респонденту. Если респондент рассматривается только с позиций получения информации и не представляет для исследователя интереса как активная самостоятельная неповторимая личность, то процесс общения значительно обедняется.

У исследователя могут быть и неадекватные установки по отношению к респондентам, например он может полагать, что все респонденты, попавшие в выборку, примут участие в опросе или с одинаковым интересом отнесутся к этому мероприятию. Исследователь может также считать, что все участники опроса правильно понимают содержание предлагаемых вопросов, способны разобраться во всех видах вопросов и в одинаковой степени формулировать свои ответы, все без исключения добросовестно отвечают на все вопросы, включенные в список, говорят о себе только правду, объективны в оценках и т. п.

Отношение к анкете, вопроснику. Анкета или вопросник – не прибор, позволяющий «замерить» исследуемое явление. Проблема анкеты – это проблема посредника (в более явной форме она проявляется в том случае, если к проведению опроса привлекаются помощники – интервьюеры и анкетеры). Как при составлении анкеты, так и при привлечении помощников необходимо соблюдать особые правила (подробнее о них см. 3.3).

Тем не менее при проведении исследования с использованием вербально-коммуникативных методов главным источником недостоверности результатов является респондент. Рассмотрим причины этого подробнее.

1. Отношение респондентов к опросу. Степень согласия для участия в опросе может быть различной. Одни люди с удовольствием участвуют в опросах, другие соглашаются с неохотой, третьи отказываются. Поэтому не исключено, что исследователь сможет узнать мнение только определенной группы людей. Среди тех, кто принял участие в опросе, также можно выделить различные виды отношения к нему – недобросовестность, опасение последствий, что приводит к пропускам отдельных вопросов. Скрытое нежелание участвовать в опросе может состоять в специфической фиксации ответов (все ответы «да», все ответы «нет», все ответы «не знаю», высший балл по всем шкалам, фиксация ответов в шахматном порядке и т. п.).

2. Мотивация респондентов для участия в опросе. Мотивы, побудившие респондента участвовать в опросе, могут соответствовать целям исследования, противоречить им или быть нейтральными по отношению к ним. Не существует однозначного мнения о том, насколько повышается мотивация опрашиваемых, если их участие оплачивается. К мотивации участия в опросе может быть применена известная типология. Часть опрашиваемых действует под влиянием мотивации достижения успеха, их анкеты всегда полностью заполнены, ответы подробные, содержат комментарии, замечания, пожелания. Для людей, действующих под влиянием мотивации избегания неудачи, характерен выбор общих ответов, обтекаемых формулировок. Человек боится нанести ущерб своему престижу, поэтому он, как правило, открыто не отказывается участвовать в опросе.

3. Эмоциональное отношение к участию в опросе. Эмоции вносят определенные изменения в исходную мотивацию. Чаще всего они активизируют респондента, однако в некоторых случаях происходит торможение деятельности.

4. Установки респондентов можно рассматривать как устойчивое расположение человека, готовность к определенной форме реагирования. При участии в опросах одни люди считают, что опрос помогает в решении важных научно-практических задач, и стремятся сотрудничать с исследователем (кооперативная установка), другие считают опрос не слишком важным делом, анкету – неудачной, организаторов – несерьезными людьми. Обычно эти люди участвуют в опросах формально. Для получения достоверной и надежной информации предпочтительнее наличие кооперативной установки.

5. Восприятие цели исследования. Мера информирования респондента о цели исследования остается дискуссионной. Сторонники одного подхода считают, что цель должна оставаться неизвестной не только для респондентов, но и для интервьюеров и анкетеров, другие полагают, что достаточно простого указания о проведении опроса в научных целях, по мнению третьих, цель должна быть представлена респонденту в доступной для его понимания форме.

6. Восприятие интервьюера, анкетера. Для респондентов этот человек олицетворяет и исследователя, и организацию, проводящую исследование. От восприятия опрашиваемым такого «посредника» во многом зависит его дальнейшее поведение и качество участия в опросе.

7. Проблема доверия. Установлению доверия к исследованию способствует уверенность респондента в том, что сведения, полученные от него, не пойдут ему во вред, а анонимность ответов гарантирована.

Отдельную группу составляют проблемы, связанные с восприятием респондентами вопросов. В зависимости от типа вопроса, а также от индивидуальных особенностей каждого респондента могут наблюдаться различные искажения в понимании смысла вопросов и формулировании ответов. Восприятие вопросов, с одной стороны, представляет собой процесс чувственного познания (услышать вопрос, увидеть вопрос), но, с другой стороны, не сводится к нему. Понимание вопроса – это расшифровка его смысла. Оно начинается с поиска общей мысли высказывания и только затем перемещается на лексический и синтаксический уровни. В процессе понимания часто встречаются затруднения (односторонние и обоюдные). Рассмотрим наиболее типичные из них.

Восприятие «трудного вопроса». В узком смысле трудный вопрос – это вопрос, понимание которого затруднено при восприятии письменного текста и не затрагивает соображения престижа или самооценки. Восприятие вопроса могут осложнять чисто внешние признаки (длинный вопрос, вопрос в табличной форме), неудачное расположение (начало на одной странице, окончание на другой). Затруднение вызывает понимание вопроса, содержащего незнакомые слова, термины (их лучше не использовать, а при необходимости пояснять). Иногда затруднения возникают из-за неконкретности вопроса, а также при восприятии так называемого множественного вопроса, когда в одной формулировке содержится несколько вопросов.

Трудности при формулировании ответа могут быть связаны: а) с принятием респондентом решения о совпадении его мнения с вариантом ответа (в случае, если исследователь при формулировании ответов не учитывает лексику респондентов); б) выбором множественного ответа; в) трудностями припоминания, исчисления или воображения. Все указанные трудности могут стать причиной отказа работы с анкетой.

Восприятие тенденциозного вопроса. Под тенденциозностью вопроса понимают такое его качество, при котором респондент вынужденно принимает точку зрения, навязанную исследователем. (Иначе говоря, в вопросе содержится подсказка, намек на то, какой ответ нужен исследователю.) В результате некоторая часть респондентов отказывается отвечать на такие вопросы, а другая – не утруждает себя возражениями и соглашается с исследователем. Тенденциозность вопроса достигается внушением, которое незаметно для человека и произвольной коррекции не поддается.

Иногда тенденциозность вопроса заключается уже в его формулировке, преамбуле к вопросу (внушается авторитетное мнение, мнение большинства), закрытии вопроса (жесткие рамки заранее определенных ответов), содержании подсказок. Внушающее воздействие может иметь последовательность подсказок (как правило, респонденты уделяют больше внимания вариантам, расположенным в начале или в конце списка).

Использование слов с модальным значением побуждает респондента выразить согласие с высказанной в вопросе точкой зрения (например, в вопросе «Как вы относитесь к необходимости повышения ответственности чиновников?» внушающее воздействие на респондента оказывает слово «необходимость»). Вводные слова в формулировке вопросов («Как вы считаете? Как, по вашему мнению...?» и т. п.) часто побуждают респондентов высказать именно свое мнение. С другой стороны, внушающее воздействие оказывают ссылки на точку зрения специалистов («По мнению ведущих ученых...), слова „к сожалению...“ и др.

Употребление частиц также может оказать воздействие на восприятие вопроса. Частица «ли» придает вопросу оттенок сомнения («Должны ли мы всегда ходить на родительские собрания?») и провоцирует отрицательный ответ. Использование частицы «не» тоже нежелательно, так как на двойное отрицание трудно получить достоверный ответ. («Не хотелось ли вам хотя бы раз в жизни сменить профессию?» «Да». «Нет».) Оба варианта ответа означают одно и то же.

Восприятие деликатного вопроса. Под деликатным вопросом понимается вопрос, касающийся наиболее интимных, глубоко личных свойств человека, которые редко становятся предметом публичного обсуждения. Вторжение психолога-исследователя во внутренний мир человека не оставляет последнего равнодушным. Как правило, человек старается не афишировать свои притязания, проблемы, личные переживания и т. п. При ответах на некоторые деликатные вопросы респондент стремится уклониться от ответа, чтобы сохранить свои привычные представления о чем-либо. Нужно ли избегать в исследовании постановки деликатных вопросов? Как правило, они непосредственно связаны с целью исследования, ведь деликатность вопроса как раз и заключается в оценке личных, скрытых качеств респондента, о которых он не намерен рассуждать публично. Однако следует учитывать стремление некоторых респондентов уклониться от ответов на подобные вопросы и ввести нейтральные формулировки ответов: «не задумывался», «затрудняюсь ответить». Не ответив содержательно на один-два деликатных вопроса, респондент не откажется от участия в опросе в целом, но, не имея такой возможности, он скорее всего даст неискренний ответ или просто не станет участвовать в опросе.

Следует заметить, что практически любой вопрос для респондентов может оказаться трудным, тенденциозным или деликатным, так как это связано с индивидуальностью и неповторимостью внутреннего мира каждого человека.

Некоторые исследователи выражают сомнение в целесообразности использования информации, полученной в опросах, из-за большой вероятности сознательных искажений ответов, неискренности респондентов. Проблема искренности респондентов связана со свойственным каждой личности стремлением к самоутверждению. Достичь мнимого самоутверждения в ситуации опроса для респондента довольно легко – следует только выдать желаемое за действительное, показать себя не таким, каким он является на самом деле, а таким, каким ему хотелось бы быть. Поэтому тщательная работа по формулированию вопросов необходима как на этапе составления вопросника, так и при проведении пилотажных опросов, т. е. на стадии апробации вопросника.

Более детальная классификация и характеристика вопросов, применяемых в психологических исследованиях с использованием вербально-коммуникативных методов, дается в разделах 3.3 и 3.4.

3.2. Беседа

Беседа – это метод устного получения сведений от интересующего исследователя человека путем ведения с ним тематически направленного разговора.

Беседа широко применяется в медицинской, возрастной, юридической, политической и в других отраслях психологии. Как самостоятельный метод она особенно интенсивно используется в практической психологии, в частности в консультативной, диагностической и психокоррекционной работе. В деятельности практического психолога беседа часто играет роль не только профессионального метода сбора психологической информации, но и средства информирования, убеждения, воспитания.

Беседа как метод исследования неразрывно связана с беседой как способом человеческого общения, поэтому квалифицированное ее применение немыслимо без фундаментальных социально-психологических знаний, навыков общения, коммуникативной компетентности психолога.

В процессе общения происходит восприятие людьми друг друга, понимание окружающих и своего «Я», поэтому метод беседы теснейшим образом связан с методом наблюдения (как внешнего, так и внутреннего). Невербальная информация, получаемая при собеседовании, зачастую не менее важна и значима, чем информация вербальная. Нерасторжимая связь беседы с наблюдением – одна из характерных ее особенностей. При этом беседа, направленная на получение психологической информации и оказывающая психологическое воздействие на личность, может быть отнесена наряду с самонаблюдением к наиболее специфичным для психологии методам.

Отличительной особенностью беседы в ряду других вербально-коммуникативных методов является свободная, непринужденная манера исследователя, стремление раскрепостить собеседника, расположить его к себе. В такой атмосфере искренность собеседника значительно повышается. Вместе с этим возрастает адекватность данных по исследуемой проблеме, получаемых в ходе беседы.

Исследователь должен принимать во внимание наиболее распространенные причины неискренности. Это, в частности, опасение человека показать себя с плохой или смешной стороны; нежелание упоминать о третьих лицах и давать им характеристики; отказ раскрывать те стороны жизни, которые респонденту представляются интимными; боязнь, что из беседы будут сделаны неблагоприятные выводы; антипатия к собеседнику; непонимание цели беседы.

Для успешного проведения беседы очень важное значение имеет начало разговора. Для установления и поддержания хорошего контакта с собеседником исследователю рекомендуется демонстрировать свой интерес к его личности, его проблемам, его мнениям. Следует избегать при этом открытого согласия или несогласия с собеседником. Свое участие в беседе, интерес к ней исследователь может выражать мимикой, позами, жестами, интонацией, дополнительными вопросами, специфическими замечаниями. Беседа всегда сопровождается наблюдением за обликом и поведением испытуемого, которое дает дополнительную, а подчас и основную информацию о нем, его отношении к предмету разговора, к исследователю и сопутствующей обстановке, о его ответственности и искренности.

В психологии выделяют следующие виды беседы: клиническую (психотерапевтическую), вводную, экспериментальную, автобиографическую. В ходе клинической беседы главная цель состоит в оказании помощи клиенту, вместе с тем она может использоваться для сбора анамнеза. Вводная беседа, как правило, предшествует эксперименту и нацелена на привлечение испытуемых к сотрудничеству. Экспериментальная беседа проводится для проверки экспериментальных гипотез. Автобиографическая беседа позволяет выявить жизненный путь человека и применяется в рамках биографического метода.

Различают управляемую и неуправляемую беседу. Управляемая беседа проводится по инициативе психолога, он определяет и поддерживает основную тему разговора. Неуправляемая беседа чаще возникает по инициативе респондента, а психолог лишь использует полученную информацию в исследовательских целях.

В управляемой беседе, служащей для сбора информации, отчетливо проявляется неравенство позиций собеседников. Психологу принадлежит инициатива в проведении беседы, он определяет тематику и задает первые вопросы. Респондент обычно отвечает на них. Асимметричность общения в этой ситуации может снизить доверительность беседы. Респондент начинает «закрываться», намеренно искажать сообщаемые им сведения, упрощать и схематизировать ответы вплоть до односложных высказываний типа «да-нет».

Управляемая беседа не всегда эффективна. Иногда более продуктивна неуправляемая форма беседы. Здесь инициатива переходит к респонденту, а беседа может принимать характер исповеди. Такой вариант беседы типичен для психотерапевтической и консультативной практики, когда клиенту необходимо «выговориться». В этом случае особое значение приобретает такая специфическая способность психолога, как умение слушать. Проблеме слушания уделяется особое внимание в руководствах по психологическому консультированию И. Атватера,[39] К.Р. Роджерса[40] и др.

Слушание – активный процесс, требующий внимания и к тому, о чем идет речь, и к человеку, с которым беседуют. Умение слушать имеет два уровня. Первый уровень слушания – внешний, организационный, он обеспечивает правильное восприятие и понимание смысла речи собеседника, но недостаточен для эмоционального понимания самого собеседника. Второй уровень – внутренний, эмпатийный, это проникновение во внутренний мир другого человека, сочувствие, эмпатия.

Данные аспекты слушания должны учитываться профессиональным психологом при проведении беседы. В некоторых случаях вполне достаточно первого уровня слушания, и переход на уровень сопереживания даже может быть нежелательным. В других случаях без эмоционального сопереживания не обойтись. Тот или иной уровень слушания определяется задачами исследования, складывающейся ситуацией и личностными особенностями собеседника.

Беседа в любой форме всегда представляет собой обмен репликами. Они могут носить как повествовательный, так и вопросительный характер. Реплики исследователя направляют разговор, определяют его стратегию, а реплики респондента поставляют искомую информацию. И тогда реплики исследователя можно считать вопросами, даже если они выражены не в вопросительной форме, а реплики его собеседника – ответами, даже если они выражены в вопросительной форме.

При проведении беседы очень важно учитывать, что некоторые типы реплик, за которыми стоят определенные психологические особенности человека и его отношение к собеседнику, могут нарушить ход общения вплоть до его прекращения. Крайне нежелательными со стороны психолога, проводящего беседу с целью получения информации для исследования, являются реплики в форме: приказа, указания; предупреждения, угрозы; обещания – торговли; поучения, нравоучения; прямого совета, рекомендации; несогласия, осуждения, обвинения; согласия, похвалы; уничижения; брани; успокоения, утешения; допроса; увода от проблемы, отвлечения. Такие реплики часто нарушают ход мысли респондента, заставляют его прибегать к защите, могут вызвать раздражение. Поэтому свести вероятность их появления в беседе к минимуму – обязанность психолога.

При ведении беседы различают техники рефлексивного и нерефлексивного слушания. Техника рефлексивного слушания заключается в управлении беседой с помощью активного речевого вмешательства исследователя в процесс общения. Рефлексивное слушание применяется для контроля однозначности и точности понимания исследователем услышанного. И. Атватер выделяет следующие основные приемы рефлексивного слушания: выяснение, перефразирование, отражение чувств и резюмирование.[41]

Выяснение – это обращение к респонденту за уточнениями, помогающее сделать его высказывание более понятным. В этих обращениях исследователь получает дополнительные сведения или уточняет смысл высказывания.

Перефразирование – это формулировка высказывания респондента в ином виде. Цель перефразирования – проверка точности понимания собеседника. Психолог по возможности должен избегать точного, дословного повторения высказывания, поскольку при этом у собеседника может возникнуть впечатление, что его невнимательно слушают. При умелом перефразировании у респондента, напротив, возникает убеждение, что его внимательно слушают и стремятся понять.

Отражение чувств – это словесное выражение слушающим текущих переживаний и состояний говорящего. Подобные высказывания помогают респонденту почувствовать заинтересованность исследователя и внимание к собеседнику.

Резюмирование — это подытоживание слушающим мыслей и чувств говорящего. Оно помогает закончить беседу, свести отдельные высказывания респондента в единое целое.

При этом психолог получает уверенность в том, что адекватно понял респондента, а респондент осознает, насколько ему удалось передать свои взгляды исследователю.

При нерефлексивном слушании психолог управляет беседой с помощью молчания. Здесь значительную роль играют невербальные средства общения – контакт глаз, мимика, жесты, пантомимика, выбор и изменение дистанции и т. п. И. Атватер выделяет следующие ситуации, когда применение нерефлексивного слушания может быть продуктивным:[42]

1) собеседник стремится высказать свою точку зрения или выразить свое отношение к чему-либо;

2) собеседник хочет обсудить наболевшие проблемы, ему необходимо «выговориться»;

3) собеседник испытывает трудности в выражении своих проблем, переживаний (мешать ему не следует);

4) собеседник испытывает неуверенность в начале беседы (необходимо дать ему возможность успокоиться).

Нерефлексивное слушание – достаточно тонкая техника, использовать ее надо осторожно, чтобы излишним молчанием не разрушить процесс общения.

Вопрос фиксации результатов беседы решается по-разному в зависимости от цели исследования и индивидуальных предпочтений психолога. В большинстве случаев применяется отсроченная запись. Считается, что письменная регистрация данных в ходе беседы препятствует раскрепощению собеседников, в то же время она более предпочтительна по сравнению с использованием аудио– и видеоаппаратуры.

Резюмируя вышеизложенное, можно сформулировать профессионально важные качества психолога, определяющие эффективность использования беседы как метода психологического исследования:

– владение приемами рефлексивного и активного слушания;

– умение точно воспринимать информацию: эффективно слушать и наблюдать, адекватно понимать вербальные и невербальные сигналы, различать смешанные и замаскированные сообщения, видеть несоответствие между вербальной и невербальной информацией, без искажений запоминать сказанное;

– способность критически оценивать информацию, учитывая качество ответов респондента, их согласованность, соответствие вербального и невербального контекста;

умение правильно сформулировать и вовремя задать вопрос, своевременно обнаруживать и корректировать непонятные для респондента вопросы, быть гибким при формулировании вопросов;

• умение увидеть и учесть факторы, вызывающие защитную реакцию респондента, препятствующие его включенности в процесс взаимодействия;

• стрессоустойчивость, способность длительно выдерживать получение больших объемов информации;

• внимательность к уровню утомления и тревожности респондента.

Используя беседу в качестве метода психологического исследования, психолог может гибко сочетать различные ее формы и техники ведения.

3.3. Интервью

Интервью – это вербально-коммуникативный метод, основанный на непосредственных ответах респондента на вопросы исследователя. В определении места интервью среди вербально-коммуникативных методов существуют некоторые разночтения. По мнению одних авторов,[43] интервью наиболее сходно с беседой, другие сближают интервью с анкетированием, вводя его в общую группу опросных методов.[44] По-видимому, эти разногласия связаны с промежуточным положением интервью в системе вербально-коммуникативных методов. С беседой интервью сближает непосредственный характер общения исследователя и респондента, с анкетированием – стандартизация процедуры проведения и наличие вопросника.

Сферы использования интервью достаточно обширны. Интервью применяют в журналистике, статистике, педагогике, управлении, психологии и некоторых других сферах. Особое распространение получило применение интервью в социологии и социальной психологии.

При проведении интервью значительную роль играет процесс общения с респондентом. Здесь не всегда сохраняется установка на равенство общающихся, так как исследователь (интервьюер) определяет тему обсуждения, преимущественно задает вопросы, предусматривает лимит времени и т. п., а респондент отвечает на вопросы, высказывает свое мнение в пределах, устанавливаемых исследователем. Инициатива общения исходит от исследователя, поэтому при использовании интервью гораздо сильнее, чем при проведении беседы, проявляется асимметричность общения.

Одна из главных составляющих интервью – вопросник. От его грамотного составления зависит достижение поставленной исследователем цели. Однако проблема построения вопросника подробно будет рассмотрена в разделе 3.3, посвященном анкетированию, так как при использовании этого метода данная проблема является центральной.

По степени формализации различают следующие типы интервью: свободное, стандартизированное, полустандартизированное.

Свободное интервью – это длительное собеседование без строгой детализации вопросов по общей программе. Такие интервью могут продолжаться до трех часов. Обычно они практикуются на стадии уточнения проблемы исследования. Свободное интервью проводится без заранее заготовленного вопросника, определена только тема. Получаемая в его ходе информация, как правило, ценна сама по себе и не нуждается в последующей статистической обработке. Группы опрашиваемых при свободном интервью невелики (10–20 человек), их ответы записывают с максимальной точностью. Для обобщения результатов применяют контент-анализ (анализ содержания).

Стандартизированное интервью включает общий план опроса, последовательность вопросов, варианты предполагаемых ответов. Интервьюер обязан точно придерживаться формулировок вопросов и их последовательности. В стандартизированном интервью преобладают закрытые вопросы (см. 3.3). Если число возможных вариантов ответов достаточно велико, то респонденту дают карточку с этими ответами, чтобы он выбрал подходящий для него вариант. Однако в целом стремятся к тому, чтобы вопросы и варианты ответов воспринимались на слух.

При использовании открытых вопросов (см. 3.3) особое внимание уделяют точности регистрации ответов на них. Если интервьюер ведет дословную запись с сохранением лексики респондентов, то это занимает много времени, нарушает психологический контакт с респондентом. В таких случаях желательно использовать магнитофон, диктофон. Иногда интервьюер категоризирует свободные ответы по системе классификации, отмечая нужные позиции в опросном листе, что позволяет ускорить работу, сохранить психологический контакт с респондентом и не навязывать ему конкретную формулировку ответа. В целом интервью с открытыми вопросами позволяет глубже изучить предмет исследования.

В зависимости от цели проведения стандартизированное интервью может быть клиническим или фокусированным. Клиническое интервью направлено на получение глубокой и подробной информации о внутренних побуждениях, мотивах, склонностях опрашиваемого. Фокусированное интервью ориентировано на получение информации по конкретной проблеме, выявление отношения к отдельному явлению. Респонденты специально готовятся к этому – читают статью, книгу, участвуют в семинаре по определенной проблематике, а затем им задаются вопросы, связанные с данной проблемой.

Полустандартизированное интервью – сочетание свободного и стандартизированного. В процессе полустандартизированного интервью допускаются отступления от последовательности вопросов, свободные высказывания респондентов и т. п.

По процедуре проведения интервью можно разделить на направленные и ненаправленные. Направленное интервью проводят многократно с одними и теми же респондентами через определенные промежутки времени. Цель такого интервью – учет изменения мнений респондентов по исследуемой проблеме. Ненаправленное интервью проводится однократно со случайной выборкой.

По типу респондентов различают: интервью с ответственным лицом, предполагающее получение «официальной информации»; интервью с экспертом, предполагающее получение профессионального суждения об изучаемой проблеме; интервью с рядовым респондентом, предполагающее получение суждения по изучаемой проблеме, порожденного обыденным сознанием.

По способу общения между исследователем и респондентом интервью подразделяются на непосредственные («лицом к лицу») и опосредованные (телефонные). Телефонное интервью позволяет более оперативно собрать информацию, не требует больших материальных затрат. При телефонном интервью устраняется эффект «третьих лиц», снижается влияние личности интервьюера на результаты опроса. Однако такое интервью имеет и недостатки: оно ограничено по времени (не может быть продолжительнее 10–15 мин), в целом не является репрезентативным (например, из-за неодинаковой телефонизации в городских и сельских районах).

По количеству участников интервью делятся на индивидуальные, групповые и массовые. Индивидуальное интервью – это опрос одного респондента одним интервьюером. Групповое интервью – работа одного интервьюера одновременно с несколькими респондентами. Массовое интервью – это опрос больших популяций респондентов, поэтому при его проведении работает группа интервьюеров.

По технике регистрации ответов интервью подразделяются на протоколируемые и непротоколируемые. При проведении протоколируемого интервью запись ответов ведется в процессе опроса, при непротоколируемом используется отсроченная запись.

Можно выделить следующие достоинства интервью как метода исследования: 1) с его помощью возможно получение глубинной информации о мнениях респондентов; 2) во время интервью имеется возможность наблюдения за психологическими реакциями респондентов; 3) личный контакт интервьюера с респондентом обеспечивает полноту реализации опросника, а также более серьезное отношение респондента к опросу.

Вместе с тем у интервью имеются и недостатки: 1) необходимость поиска психологического контакта с каждым респондентом; 2) значительные временные и материальные затраты, связанные с подготовкой интервьюеров и проведением интервьюирования; 3) проблема сохранения анонимности; 4) сравнимость результатов, полученных разными интервьюерами.

Главной фигурой при проведении интервью является интервьюер. Практика проведения опросов с помощью интервью сформировала некоторые требования к интервьюеру. Среди них: социальная активность, наличие жизненного опыта; общительность, наблюдательность; эрудированность; дисциплинированность, честность; хорошая подготовка (знание темы интервью, техники проведения опроса и фиксации результатов); стрессоустойчивость, физическая выносливость.

Для качественного проведения интервью интервьюеру необходимо соблюдать ряд правил. В частности, он должен:

1) хорошо знать текст вопросника, типы вопросов, варианты ответов на них;

2) работать с респондентом наедине;

3) обязательно представить респонденту организацию, проводящую исследование, ее руководителя, а также представиться самому;

4) ознакомить респондента с темой исследования, дать гарантии анонимности;

5) не допускать изменений, добавлений, пояснений, комментариев к вопросам, так как они могут повлиять на точность ответов. Если вопрос непонятен респонденту, необходимо медленно прочитать его еще раз. Если вопрос остается непонятным, следует просто сделать пометку в вопроснике;

6) не допускать передачи вопросника респонденту, который должен слышать и держать во внимании только один вопрос и варианты ответов к нему;

7) не оказывать влияния на ответ респондента;

8) в случае нерешительности, отказа опрашиваемого отвечать на тот или иной вопрос не принуждать его к ответу. Следует лишь убедить его в необходимости высказать свое мнение;

9) не допускать перестановки и добавления вопросов в вопросник;

10) четко, разборчиво вести записи.

В конце интервью необходимо спросить респондента, не устал ли он, какое впечатление произвели на него вопросы, какие замечания и предложения он хотел бы высказать. Наиболее существенные замечания респондентов заносятся в отчет.

На успешное проведение интервью оказывает влияние также внешний вид интервьюера (аккуратность, выбор одежды с учетом обстановки, в которой ему придется работать, отсутствие броских деталей в одежде и т. п.). Считается, что интервью проходит более эффективно, если интервьюер и респондент одного пола и близки по возрасту.

Успех интервью зависит от места, конкретной обстановки, времени проведения, а также от его длительности. Все эти параметры объединяются понятием «ситуация интервью».

Наиболее типичные места проведения интервью – рабочее место респондента, отдельное помещение на производстве, квартира респондента, официальное учреждение (помещение), нейтральное место, улица. Выбор места проведения интервью зависит от темы и стандартизации вопросника. Практика исследований показывает, что хороших результатов можно добиться, проводя интервью на рабочем месте респондента, – при таких условиях в ответах преобладают деловой настрой и критический характер. Интервью на рабочем месте целесообразно проводить при изучении проблем, связанных с работой, обучением. В этом случае обстоятельства, связанные с процедурой опроса, актуализируются более подробно.

По месту жительства проводятся интервью по вопросам досуга, культуры, работы коммунальных служб и т. п. В домашней обстановке человек располагает большим временем и обычно более охотно отвечает на вопросы, чем в служебном помещении.

Благоприятная обстановка интервью характеризуется наличием изолированного места, отсутствием третьих лиц и отвлекающих факторов (звонки, шум и т. п.). Прерывать начатое интервью нежелательно.

Наиболее благоприятен для проведения интервью утренний период, так как респондент еще не утомлен. Менее благоприятны обеденный перерыв, вторая половина дня, вечернее нерабочее время.

Продолжительность интервью зависит от изучаемой проблемы и объема вопросника. Как показывает опыт, респонденты охотнее соглашаются на короткие интервью, но иногда наблюдаются и противоположные тенденции: если интервью длинное, значит, проблема важная. Время проведения интервью зависит и от темпа задавания вопросов. При быстром темпе респондент не имеет времени на обдумывание и дает спонтанные ответы, при медленном темпе его ответы более обдуманны. Обычно продолжительность интервью составляет от десяти минут до полутора часов.

3.4. Анкетирование

Анкетирование – это письменный опрос. Анкетирование – наиболее распространенный вид опроса, в котором общение исследователя и респондента опосредовано текстом анкеты. Анкета – это объединенная одним исследовательским замыслом система вопросов, направленных на выявление количественно-качественных характеристик объекта и предмета исследования.

В настоящее время используется несколько видов анкетирования: раздаточное, почтовое и с помощью средств массовой информации.

Раздаточное анкетирование заключается в непосредственном получении респондентом анкеты из рук исследователя или анкетера. Этот вид анкетирования позволяет получить практически 100 %-й возврат анкет и гарантирует добросовестное их заполнение.

При почтовом анкетировании анкеты рассылаются. Здесь имеет место достаточно низкий процент возврата анкет. Этот вид анкетирования целесообразно использовать при опросе экспертов.

Анкетирование с помощью средств массовой информации предусматривает размещение анкет в газетах и журналах. Процент возврата таких анкет по почте составляет около 5 %. Размещение анкет в Интернете может привести к недостаточной репрезентативности данных в связи с различием в доступе. Еще одним способом использования средств массовой информации является интерактивное телевидение. Голосование в телеэфире по телефону или с помощью электронной почты также может использоваться с целью получения информации благодаря высокой оперативности по сравнению с другими видами анкетирования.

Именно при проведении анкетирования на первый план особенно отчетливо выступают такие черты вербально-коммуникативных методов, как опосредованность, целенаправленность общения и черты массового общения. Общение исследователя с респондентом происходит в письменной форме. Все вопросы и ответы фиксируются в опросном листе. Последовательность и формулировка вопросов строго определены.

Процедура анкетирования еще более стандартизирована и формализована, чем процедура интервью. Анкетер выполняет чисто служебные обязанности – раздает анкеты, контролирует их возврат, регламентирует время заполнения анкеты и т. п. При проведении массового анкетирования достигается полная анонимность. Респондент в анкетном опросе более активен, чем исследователь, поэтому он, прежде чем отвечать на вопросы, может ознакомиться со всем содержанием анкеты, изменить последовательность вопросов и т. п. В этой связи искусство анкетирования проявляется прежде всего в формулировании вопросов и конструировании анкеты.

Формулировка вопросов анкеты. Е.С. Кузьмин и В.Е. Семенов приводят ряд правил, которые необходимо соблюдать при формулировании вопросов, используемых в устных и письменных опросах.[45]

1. Каждый вопрос должен быть логически отдельным. Он не должен быть «множественным», т. е. совмещать (явно или неявно) два или более подвопроса.

2. Нежелательно применение малораспространенных слов (особенно иностранных), узкоспециализированных терминов, многозначных слов.

3. Следует стремиться к краткости, лаконичности. Длинные вопросы затрудняют их восприятие, понимание и запоминание.

4. К вопросам, касающимся малознакомых опрашиваемому тем, допустимо сделать небольшое предисловие (преамбулу) в виде пояснения или примера. Но сам вопрос должен оставаться кратким.

5. Вопрос должен быть, насколько это возможно, конкретным. Лучше касаться отдельных случаев, конкретных предметов и ситуаций, чем абстрактных тем и каких-либо обобщений.

6. Если в вопросе содержатся указания или намеки на возможные ответы, то спектр вариантов этих ответов должен быть исчерпывающим. Если добиться этого невозможно, то вопрос следует переформулировать так, чтобы в нем не было никаких подсказок.

7. Вопросы не должны понуждать респондентов к неприемлемым для них ответам. Если с содержательной точки зрения этого избежать трудно, то необходимо сформулировать вопрос так, чтобы у опрашиваемого была возможность ответить без ущерба для себя, «без потери лица».

8. Формулировка вопроса должна предотвращать получение стереотипных ответов. Такие шаблонные, ни к чему не обязывающие ответы обычно очень слабо насыщены полезной для исследователя информацией.

9. Следует избегать употребления в вопросах неприятных для респондента слов и выражений, способных вызвать его негативное отношение к вопросу.

10. Недопустимы вопросы внушающего характера.

Все вопросы, используемые в анкете, можно разделить по содержанию на вопросы о фактах (поведения и сознания) и вопросы о личности респондента.

Вопросы о фактах – самые «безобидные» для респондента, но тем не менее результаты, полученные с помощью опроса и других объективных методов (анализ документов), совпадают на 80–90 %. Среди этих вопросов можно выделить следующие.

Вопросы о фактах прошлого. Под влиянием времени и последующих событий прошлое предстает как бы в новом свете. Из памяти респондентов вытесняется прежде всего то, что заставляет человека чувствовать себя дискомфортно.

Вопросы о фактах поведения. Когда поведение приобретает общественную значимость, то говорят о поступке. Свои поступки человек соотносит с принятыми в обществе нормами и поступками других людей. В повседневной жизни человек редко задумывается над своим поведением, практически любой вопрос относительно поведения касается его общественной оценки. Особенно сильно подвержены искажениям ответы на вопросы о социально нежелательном поведении.

Вопросы о фактах сознания. Они направлены на выявление мнений, пожеланий, ожиданий, планов на будущее; в отдельных случаях – на личность опрашиваемого, окружающую его среду, события, не имеющие к нему прямого отношения. Любое мнение, высказанное респондентом, представляет собой оценочное суждение, основанное на индивидуальных представлениях, и поэтому носит субъективный характер.

Вопросы о личности респондента входят во все анкеты, образуя социально-демографический блок вопросов (выявляют пол, возраст, национальность, образование, профессию, семейное положение и др.). Широко распространены вопросы об уровне информированности и знаний. Достоверную информацию о знаниях можно получить с помощью вопросов экзаменационного типа, заданий или проблемных ситуаций, разрешение которых требует от респондентов использования определенных сведений, а также знакомства с конкретными фактами, событиями, именами, терминами.

По форме вопросы делятся на открытые и закрытые, прямые и косвенные. Закрытым вопрос называется в том случае, если на него в анкете приводится полный набор вариантов ответов. Такая форма вопроса в значительной степени сокращает время для заполнения анкеты и ее подготовки для автоматизированной обработки.

Закрытые вопросы могут быть альтернативными и неальтернативными. Альтернативные вопросы предполагают возможность выбора респондентом всего одного варианта ответа, в результате чего сумма ответов на все варианты, представленные в таком вопросе, всегда составляет 100 %. Неальтернативные вопросы допускают выбор нескольких вариантов ответов, поэтому их сумма может превышать 100 %.

Если исследователь уверен в полноте известных ему вариантов ответов, то он ограничивается только их списком. Довольно часто в анкетах используется табличная форма ответов на закрытые вопросы.

Открытые вопросы не имеют вариантов ответов, а потому не содержат подсказок и не навязывают респонденту вариант ответа. Они дают ему возможность выразить свое мнение во всей полноте и до мельчайших подробностей. Поэтому с помощью открытых вопросов можно собрать более богатую по содержанию информацию, чем при использовании закрытых вопросов. Число строк для записи ответа зависит от характера вопроса и должно быть достаточным для того, чтобы респондент мог свободно выразить свою мысль (обычно от трех до семи). Формулируя ответ на открытый вопрос, респондент руководствуется только собственными представлениями. Открытые вопросы следует применять для получения данных по изучаемой проблеме, об особенностях словарного запаса и языка, о круге ассоциаций в связи с предметом опроса, о вербальных навыках, связанных со способностью формулировать свое мнение и аргументировать его.

В отдельных случаях используется полузакрытая форма вопроса, когда перечень вариантов дополняется строкой для формулировки респондентом собственного варианта, если он отличается от приведенных в перечне.

Респонденты охотно отвечают на открытые вопросы, если они имеют четкое представление о теме опроса. Если же предмет опроса малознаком или непривычен, то респонденты уклоняются от ответов, дают неопределенные ответы, отвечают не по существу. В этом случае, применяя открытый вопрос, исследователь рискует совсем не получить содержательной информации. Используя закрытую форму вопроса, он помогает респонденту сориентироваться в предмете опроса и выразить свое отношение через набор возможных суждений или оценок.

Прямым называется такой вопрос, формулировка которого предполагает ответ, одинаково понимаемый и исследователем, и респондентом. Если же расшифровка ответа предусмотрена в ином, скрытом от опрашиваемого смысле, то это косвенный вопрос.

Если прямые вопросы анкеты требуют от респондента критического отношения к себе, окружающим людям, оценки негативных явлений действительности, то в ряде случаев они или остаются без ответа, или содержат неточную информацию. В подобных ситуациях используются косвенные вопросы. Респонденту предлагается воображаемая ситуация, не требующая оценки его личных качеств или обстоятельств его деятельности. При конструировании таких вопросов исходят из предположения о том, что, отвечая на них, респонденты опираются на собственный опыт, однако сообщают о нем в безличной форме, что снимает остроту критических оценок, характерную для высказываний от первого лица.

В зависимости от функции выделяют основные и вспомогательные вопросы. Основные вопросы направлены на сбор информации о содержании исследуемого явления, вспомогательные служат для подтверждения надежности получаемой информации.

Среди вспомогательных вопросов выделяют контрольные вопросы и вопросы-фильтры. Контрольные вопросы направлены на проверку искренности ответов. Они могут как предшествовать основным вопросам, так и ставиться после них. Иногда в качестве контрольных используют вопросы-ловушки. Это вопросы, на которые, будучи искренним, можно дать только один определенный ответ. Если респондент из-за невнимательности или недобросовестности дает другой ответ, то попадает в эту ловушку. Предполагается, что доверять его ответам на все другие вопросы также не следует, поэтому результаты таких респондентов обычно изымаются из дальнейшей обработки.

Необходимость в вопросах-фильтрах возникает тогда, когда исследователю нужно получить данные, характеризующие не всю совокупность опрашиваемых, а только ее часть. Для того чтобы отделить интересующую исследователя часть респондентов от всех других, задается вопрос-фильтр.

Повышение достоверности ответов респондентов может быть достигнуто с помощью некоторых методических приемов. Во-первых, респонденту должна быть обеспечена возможность уклониться от ответа, выразить неопределенное мнение. Для этого предусматриваются варианты ответов: «затрудняюсь ответить», «когда как» и т. п. Исследователи часто избегают таких вариантов, опасаясь, что если большая доля респондентов воспользуется ими, то их ответы нельзя будет интерпретировать. Однако преобладание подобных ответов служит показателем либо отсутствия у опрашиваемых определенного мнения, либо непригодности вопроса для получения нужной информации.

Во-вторых, вопросы не должны содержать в своей формулировке явных или неявных подсказок, внушать представление о «плохих» и «хороших» вариантах ответов. При формулировке оценочных вопросов необходимо следить за балансом положительных и отрицательных суждений.

В-третьих, следует учитывать возможности памяти респондента и его способность к анализу и обобщению собственных поступков, взглядов и т. п. Это важно при формулировке вопросов о затратах времени на тот или иной вид деятельности, об их регулярности и периодичности.

Когда формулировка вопросов будет закончена, их необходимо проверить на соответствие следующим критериям:

1) предусмотрены ли в анкете такие варианты ответов, как «затрудняюсь ответить», «не знаю» и т. п., дающие респонденту возможность уклониться от ответов, когда он сочтет это нужным;

2) не следует ли к некоторым закрытым вопросам добавить позицию «другие ответы» со свободными строками для дополнительных высказываний респондентов;

3) относится ли вопрос ко всей совокупности опрашиваемых или только к ее части (в последнем случае следует добавить вопрос-фильтр);

4) достаточно ли объяснена респонденту техника заполнения ответа на вопрос? Есть ли в анкете указания на то, сколько вариантов ответов можно отметить;

5) нет ли логического несоответствия между содержанием вопроса и шкалой измерения;

6) содержатся ли в формулировке вопроса термины, которые могут быть непонятны опрашиваемому; как их заменить, не нарушая смысла вопроса;

7) не превышает ли вопрос компетентность опрашиваемого (если такое подозрение есть, нужен вопрос-фильтр на проверку компетентности);

8) не превышает ли вопрос возможности памяти опрашиваемых;

9) не слишком ли многочисленны варианты ответов на вопрос (если это так, то нужно расчленить список на тематические блоки и вместо одного сформулировать несколько вопросов);

10) не задевает ли вопрос самолюбие респондента, его достоинство, престижные представления;

11) не вызовет ли вопрос отрицательных эмоций у опрашиваемого (опасения за последствия участия в опросе, печальные воспоминания, другие негативные эмоциональные состояния, нарушающие его психологический комфорт).

Композиция и оформление анкеты. Анкета – это своего рода сценарий беседы с респондентом. Началу такой беседы предшествует краткое вступление (обращение к респонденту), где излагаются тема, цели и задачи анкетирования, называется организация, которая его проводит, объясняется техника заполнения анкеты.

В начале анкеты располагаются наиболее простые и нейтральные по смыслу вопросы. Их цель – формирование установки на сотрудничество, задача – заинтересовать собеседника, ввести в курс обсуждаемых проблем.

Более сложные вопросы, требующие анализа, размышлений, размещаются в середине анкеты. К концу анкеты трудность вопросов должна снижаться, здесь обычно размещают вопросы о личности опрашиваемого.

Вопросы могут объединяться в блоки по тематическому принципу. Переход к новому блоку должен сопровождаться пояснениями, активизирующими внимание респондента.

Большое значение имеют также инструктивные указания по технике заполнения анкеты, расположенные непосредственно в тексте вопросов: сколько вариантов можно отметить – один или несколько, как заполнять вопрос-таблицу – по строкам или по столбцам. Неправильно понятая техника заполнения анкеты зачастую искажает информацию.

Отдельно следует сказать о графическом оформлении анкеты. Она должна быть напечатана четким шрифтом, иметь достаточно места для записи ответов на открытые вопросы, а также стрелки-указатели переходов от вопроса-фильтра к основным вопросам. Число вопросов должно быть ограничено: как правило, после 45 мин заполнения анкеты внимание респондента резко снижается.

Композиция анкеты проверяется на соответствие следующим критериям:

1) соблюдается ли принцип расположения вопросов от наиболее простых (контактных) в начале анкеты к наиболее сложным в середине и простым (разгрузочным) в конце;

2) не влияют ли предшествующие вопросы на последующие;

3) разделены ли смысловые блоки «переключателями внимания», обращениями к респонденту, информирующими о начале следующего блока;

4) снабжены ли вопросы-фильтры указателями перехода для разных групп респондентов;

5) нет ли скоплений однотипных вопросов, вызывающих у респондента ощущение монотонности и утомление;

6) нет ли нарушений в верстке (опечаток) и графическом оформлении анкеты (недопустимы: перенос части вопроса на другую страницу, однообразный шрифт в тексте анкеты, не позволяющий отделить вопросы от вариантов ответов и вопросы друг от друга, недостаточность места для свободных ответов и т. п.).

Даже при соблюдении всех этих требований не всегда возможно заранее оценить качество анкеты. Это можно сделать в ходе пробного исследования – проведение анкетирования на небольшой выборке. В ходе такого пробного исследования собирается методическая информация, а также выясняется отношение респондентов к опросу, их реакция на отдельные вопросы. Один из наиболее очевидных индикаторов непригодности вопроса – большая доля не ответивших или затруднившихся ответить на него.

Процедура анкетирования и правила поведения анкетера. Для успешного проведения анкетирования необходимо соблюдение ряда условий.

Желательно, чтобы анкетер пришел на место проведения анкетирования в сопровождении представителей администрации, общественных организаций, помогающих подготовить условия для этого мероприятия. Необходимо также предусмотреть посадочные места для каждого опрашиваемого, чтобы респонденты находились на достаточном расстоянии друг от друга, не мешали друг другу. Анкетер должен представиться, объяснить цель своего прихода, цель исследования, рассказать, как и где будут использованы результаты анкетирования, а также подробно разъяснить правила заполнения анкеты и предупредить анкетируемых, что в случае затруднений следует обращаться только к нему, а не совещаться друг с другом по поводу ответов на вопросы. Следует также иметь запас простых карандашей или ручек, чтобы при необходимости обеспечить ими респондентов.

Перед раздачей анкет нужно убедиться, что в помещении нет людей, не принимающих участия в анкетировании. Особенно надо обратить внимание на лиц, которые своим присутствием могут спровоцировать напряженность психологической атмосферы.

При вопросе «Почему именно нас опрашивают?» следует доступным языком объяснить принцип составления выборки и заверить собравшихся в том, что участие именно этих респондентов как представителей выборки крайне важно для получения полной и достоверной информации.

При сборе анкет желательно по возможности тщательно просмотреть каждую. В случае пропусков следует узнать, почему респондент не ответил, и постараться привлечь его к повторной работе с этим вопросом. При отказе отвечать этот вопрос следует пометить («отказ»). Всеми способами следует избегать публичного отказа, так как это отрицательно действует на остальных. Анкетер не имеет права принуждать респондента отвечать на вопросы анкеты.

При проведении анкетирования нужно вести себя дружелюбно, вежливо, избегать крайностей в поведении (сухость, официальность – разговорчивость, пристрастность). Необходимо терпеливо выслушивать все замечания респондентов, серьезно относиться к их мнению, не навязывать свою точку зрения.

Во время заполнения анкет анкетер должен предотвращать любые высказывания респондентов, не допускать обсуждения любых тем, в том числе и темы опроса.

В ситуации, когда респондент хочет высказать свое мнение более подробно, обратить внимание на недостатки в организации анкетирования, следует предоставить ему чистые листы бумаги, на которых он может высказать свое мнение.

Опыт проведения многочисленных опросов позволил сформулировать несколько правил поведения анкетера.

1. Задача анкетирования – не просто получить ответы, а получить правдивые ответы. То, насколько эта задача может быть выполнена, зависит от поведения анкетера. Первое впечатление – очень значимый фактор в восприятии анкетера. Для анкетера предпочтительна неброская, но аккуратная одежда, важны улыбка, вежливость, энергичность, уверенность в себе. Благоприятное впечатление производит сочетание доброжелательности и требовательности.

2. Лучше встретиться с респондентами утром, заранее оговорив это время. При встрече анкетер должен представиться. Не следует держать перед глазами список респондентов и делать в нем какие-либо пометки. Необходимо дать гарантии анонимности – не оглашать содержание ответов, не допускать к заполненным анкетам посторонних лиц.

3. Объясняя цели проведения исследования, анкетер должен сделать особый упор на практических целях; не следует давать обещаний и гарантий выполнить все пожелания, высказанные в ходе анкетирования.

3.5. Использование вербально-коммуникативных методов в психолого-педагогических исследованиях

Вербально-коммуникативные методы играют значительную роль в проведении исследования в образовательном учреждении, а также в практической деятельности психолога. Беседа и интервью – неотъемлемые методы в работе как с детьми и подростками, так и со взрослыми, непосредственно включенными в жизнь детей, – родителями, педагогами, администрацией образовательных учреждений.

Проведение беседы и интервью со взрослыми и детьми строится на общих принципах, однако работа с детьми имеет определенную специфику. Это обусловлено в первую очередь их возрастными особенностями, к числу которых относятся недостаточно развитая способность к рефлексии, слабость анализа и синтеза информации, недостатки внимания и утомляемость, сложность вербализации своих переживаний, особенности мотивации и др. Во многих психологических трудах, посвященных проблемам вербально-коммуникативных методов, неоднократно подчеркивалось, что работа с детьми является несравненно более сложным делом, чем со взрослыми. На это, в частности, указывает Й. Шванцара.[46]

Степень полноты и достоверности получаемых в процессе опроса данных зависит от того, насколько опрашиваемое лицо способно к самонаблюдению. В этом отношении возможности детей ограничены. Так, способность к сознательному наблюдению собственных эмоциональных реакций и их вербализации у большинства детей в достаточной степени формируется только с 11–12 лет. Однако это не означает, что с детьми можно разговаривать только о каких-то внешних, объективных фактах их жизни и нельзя обсуждать возникающие у них переживания, эмоциональные реакции и т. д. В принципе дети способны описать свои мысли и чувства, но их возможности в этом ограничены, а навыки припоминания событий недостаточно развиты.

Проводя беседу с детьми, психологу очень важно занять адекватную позицию. Это непросто, поскольку асимметричность общения в ситуации опроса ребенка усугубляется возрастной дистанцией. По мнению Й. Шванцары,[47] оптимальной в этом случае может быть позиция, выраженная в принципах недирективного подхода. Эти принципы состоят в следующем:

1) психолог должен создать человечески теплое, полное понимания отношение к ребенку, позволяющее как можно раньше установить контакт с ним;

2) психолог должен принимать ребенка таким, какой он есть;

3) своим отношением психолог должен дать ребенку почувствовать атмосферу снисходительности, чтобы он мог свободно проявлять свои чувства;

4) психолог должен тактично и бережно относиться к позициям ребенка: он ничего не осуждает и ничего не оправдывает, но при этом все понимает.

Реализация такого отношения, основанного на создании атмосферы безусловного принятия, искренности и открытости, помогает ребенку проявить свои возможности, «раскрыться» в общении с психологом.

Мотивирование респондентов и установление контакта. В проведении интервью с целью получения первичной информации могут участвовать дети с определенного возраста и подростки. Цель исследования должна быть понятна респондентам и вызывать непосредственный интерес. В этом случае дети, а особенно подростки, способны осознанно участвовать в интервью и анкетировании и целенаправленно отвечать на вопросы исследователя как в устной, так и в письменной форме.

При использовании беседы в практике оказания консультативной помощи отличие в работе с детьми и подростками от работы со взрослыми состоит в том, что взрослые люди, как правило, обращаются к психологу по собственной инициативе, тогда как детей обычно приводят педагоги и родители, заметив отклонения в их развитии и поведении. Поэтому у детей нередко отсутствует какая-либо мотивация общения с психологом и далеко не со всеми из них удается сразу установить тесный контакт, так необходимый при проведении беседы. Нередко от психолога требуются большая находчивость и изобретательность, чтобы «разговорить» ребенка. Это касается прежде всего детей и подростков с заниженной самооценкой, тревожных, неуверенных в себе и так называемых «трудных», которые имеют немалый отрицательный опыт общения со взрослыми.

Для привлечения ребенка к сотрудничеству часто используется игра или рисование. Для этого у психолога должны быть яркие, привлекательные игрушки, различные головоломки, цветные карандаши и бумага, другие занимательные вещи, которые способны заинтересовать детей и спровоцировать их на общение.

Важным условием установления и поддержания контакта является форма обращения к ребенку. Предпочтительным является обращение по имени. Й. Шванцара рекомендует называть маленьких детей так, как их обычно называет мама.[48] Речь психолога, его язык имеют большое значение при проведении беседы с детьми и подростками. Не все обороты и выражения «взрослой» речи могут быть понятны ребенку, поэтому, организуя беседу, нужно принимать во внимание возраст, пол, условия воспитания детей. Кроме того, чтобы самому понимать ребенка, психолог должен быть знаком с детским словарем, знать и при необходимости уметь использовать в общении со школьниками подростковый и молодежный сленг.

Правильно сформулированный и вовремя поставленный вопрос не только позволяет психологу получить необходимые сведения, но и выполняет своеобразную развивающую функцию: он помогает ребенку осознать собственные переживания, расширяет возможность вербализации субъективных состояний.

Умение подобрать нужные вопросы, отыскать для каждого ребенка индивидуальную тактику ведения беседы является довольно трудным делом и во многом зависит от опыта психолога, наличия у него творческого подхода к использованию данного метода.

Признанный мастер проведения беседы с детьми, швейцарский психолог Ж. Пиаже писал по этому поводу: «Как трудно удержаться от чрезмерного многословия, особенно педагогу, расспрашивая ребенка! Как трудно удержаться от невольного внушения ему своих мыслей! А всего труднее отыскать средний путь, избежав и чрезмерной систематичности, вызванной заранее разработанной концепцией, и полной хаотичности фактов, к которой приводит отсутствие какой-либо направленной гипотезы! В сущности говоря, хороший экспериментатор должен соединять в себе два обычно несовместимых качества: он должен знать, как наблюдать, т. е. позволять ребенку говорить совершенно свободно, не прерывая его высказываний и не отклоняя их ни в одну сторону, и в то же самое время он должен быть постоянно настороже, чтобы не пропустить ничего важного; каждую минуту он должен иметь в виду какую-нибудь рабочую гипотезу, хоть какую-то теорию, правильную или ложную, и стремиться ее проверить. Начинающий исследователь либо подсказывает ребенку то, что он ожидает от него получить, либо же не подсказывает ему совершенно ничего, потому что он не ищет ничего определенного; нечего и говорить, что в этом случае он ничего и не найдет. Короче, это нелегкая задача...»[49]

Использование различных видов вербально-коммуникативных методов в работе с детьми. В зависимости от целей исследования вербально-коммуникативные методы могут иметь разное содержание. Так, на первых этапах работы, когда необходимо получить возможно более полное представление об особенностях ребенка и установить характер его проблем, работа обычно проводится по типу диагностического интервью, которое носит общий характер и направлено на «зондирование» различных аспектов жизни: выяснение интересов и склонностей ребенка, его положения в семье, отношения к родителям, братьям, сестрам, к школе и одноклассникам, установление наиболее частых форм поощрения и наказания, связанных с этим способом реагирования, и т. д. Диагностически ценным может оказаться выяснение того, что сам ребенок считает для себя главной проблемой.

При проведении беседы, как правило, затрагиваются более глубокие аспекты жизни ребенка.

В зависимости от целей и содержания исследования может варьироваться мера управляемости беседой со стороны психолога. В полностью управляемой беседе психолог целиком контролирует ее содержание, руководя ответами ребенка и удерживая беседу в рамках необходимой структуры. В неуправляемой беседе, напротив, инициатива полностью переходит на сторону отвечающего, а психолог, начав разговор, далее следует за ребенком в выборе темы обсуждения, поддерживая ход беседы посредством приемов активного слушания: отражения чувств собеседника, рефлексии содержания его сообщений и др. Типичной в этом плане является процедура проведения беседы, реализуемая в рамках недирективного подхода К.Р. Роджерса.[50] Ценность применения этого подхода в работе с детьми обусловлена тем, что в нем отсутствуют недостатки формального подхода к вопросам и ответам, непривычного для маленьких детей, а у школьников вызывающего ассоциации с проверочными учебными процедурами.

При проведении диагностического интервью целесообразно сочетание директивного и недирективного подходов, когда мера управляемости может меняться на разных этапах проведения беседы в зависимости от ее содержания. В частности, директивный подход используется обычно для получения фактической информации о предметах, не требующих от ребенка высокой включенности «Я»: о любимых играх, книгах и т. п.

Использование различных форм вопросов в работе с детьми. Так же, как и при работе со взрослыми, психолог может использовать в работе с детьми открытые и закрытые вопросы. При проведении беседы с детьми в структуру вопроса нередко включается описание каких-либо ситуаций. При этом открытость и закрытость как собственно вопроса, так и описания-стимула могут сочетаться по-разному.

Разные по степени открытости формулировки описания ситуации используются в интервью в зависимости от его целей. Так, если необходимо прояснить достаточно узкий аспект отношений ребенка, целесообразно использовать закрытое структурированное описание ситуации. Если же исследователя интересует более общая характеристика отношений, тогда предпочтительным является менее структурированный подход с открытым описанием, поскольку он предоставляет ребенку больше свободы в выборе наиболее значимых для него и наиболее типичных форм его отношений.

Однако вопросы, которые полностью неструктурированы, открыты с точки зрения компонентов описываемых в них ситуаций, не подходят для работы с детьми дошкольного возраста. Это связано с тем, что маленький ребенок, имея ограниченную ассоциативную способность, нуждается в некоторой опорной структуре, внутри которой он может организовать свое мышление и выстроить ответ. В работе с детьми старше шести лет использование неструктурированных открытых вопросов становится вполне оправданным.

При использовании закрытых вопросов существенно сужается круг возможных ответов. Это особенно важно иметь в виду при работе с легко внушаемыми маленькими детьми. Вместе с тем использование закрытых вопросов может быть полезным приемом, который облегчает ребенку выражение социально не одобряемых установок.

Важным параметром вопроса является мера его непосредственной направленности на интересующий психолога предмет. С этой точки зрения различают прямые, косвенные и проективные вопросы. Прямые вопросы непосредственно направлены на выяснение исследуемого предмета. Открытые прямые вопросы используются, как правило, для получения фактической информации и при изучении простых установок и отношений. Косвенные вопросы используются для изучения эмоциональных реакций и отношений в тех случаях, когда существует опасность внушающего воздействия на ребенка прямого вопроса или когда можно прогнозировать возникновение защитных реакций и искаженных ответов при обсуждении тем, связанных с социально одобряемыми нормами и табу.

Проективные вопросы в большой мере маскируют преследуемую психологом цель. При этом ребенка просят не сообщить о своих переживаниях, а проинтерпретировать чувства и предсказать действия гипотетического ребенка. Обычно в вопросах этого типа конкретная ситуация используется для выявления общих установок отвечающего. В работе с детьми проективные вопросы часто предъявляются с помощью кукол и картинок. Применение проективных вопросов основано на предположении, что ребенок, отвечая на такой вопрос, идентифицирует себя с гипотетическим персонажем и выражает собственные переживания и мотивы поступков. В большинстве случаев данное предположение соответствует действительности и валидность проективных вопросов в работе с детьми довольно высока. Однако это справедливо не для всех ситуаций и вопросов, используемых в интервью. В некоторых случаях ребенок может давать ответ, который скорее соответствует культурным нормам его группы, чем его собственным отношениям и чувствам. Иногда ответ ребенка на проективный вопрос может представлять собой смешение фантазий и реальности.

В целом ценность применения проективных вопросов при работе с детьми не подлежит сомнению, поскольку существует множество обстоятельств, при которых не могут быть заданы прямые вопросы, например когда ребенок недостаточно осознает свои чувства и переживания или не может выразить их от первого лица, потому что слишком сильны культурные запреты, и др. В таких случаях наиболее адекватны именно проективные вопросы.

Существуют различные способы формулирования вопросов, позволяющие ребенку выразить то, что в другой ситуации он может считать неприемлемым. Так, В. Михал[51] рекомендует следующие «облегчающие» формулировки:

• ребенку дают понять, что и другие дети могут испытывать или делать то же самое («Некоторые дети думают... А что думаешь ты?», «Всем приходится иногда драться... Ну, а тебе?»);

• допускаются два альтернативных решения, причем указывается на приемлемость каждого из них («Если твой брат нашалит, ты накажешь его сам или расскажешь об этом маме?», «Вы с учительницей понимаете друг друга или у тебя с ней бывают недоразумения?»);

• выбирается формулировка, которая смягчает неприемлемость ответа (в предыдущем примере вместо «расскажешь об этом маме» можно сказать: «...проследишь за тем, чтобы мама об этом тоже узнала»);

• неблагоприятная действительность принимается как нечто обычное, само собой разумеющееся, чтобы ребенок не был вынужден отрицать свое неправильное поведение. Вопрос при этом формулируется так, чтобы в нем содержалось предположение именно такого поведения (например, вместо вопроса: «Ты ссоришься с братом?» можно спросить: «Из-за чего вы с братом чаще всего ссоритесь?»);

• ребенку дают возможность ответить сначала позитивно и лишь после этого задают вопрос, который потребует от него негативных или критических оценок («Что тебе в школе нравится? А что не нравится?»);

• употребление эвфемизмов и перифраз («Они с братом друг друга не понимают», «Он не вернул деньги», «Иногда ночью он не может проснуться сам»);

• вместо собственно вопроса используется комментарий по поводу соответствующего места в рассказе ребенка (например, по ходу рассказа об играх с детьми замечается: «Мальчишки ведь еще и дерутся»). Это выступает своеобразным приглашением к прямому или косвенному сообщению о собственном поведении ребенка;

• при работе с детьми старшего возраста иногда оправдывает себя письменный ответ на некоторые вопросы; детям младшего возраста вопросы может задавать кукла.[52]

Выбор типа вопросов, используемых в интервью, обусловлен различными факторами. Определенные значения могут иметь общие теоретические установки исследователя, содержание изучаемой проблемы и др. Так, при исследовании аспектов жизни ребенка, связанных со строго определенными культурными нормами, более предпочтительны косвенные и проективные вопросы. Однако, если психологу необходимо выяснить, в какой степени эти нормы или табу представлены в сознании ребенка, более уместными будут прямые вопросы.

При исследовании личностных характеристик или межличностных отношений важным аспектом анализа является способ, каким ребенок структурирует свой ответ, отбирает подробности для сообщения, а также последовательность и содержание его ассоциаций. Для такого анализа предпочтительны менее структурированные вопросы и в целом недирективный подход.

Следует обратить внимание на то, что интервью с ребенком или подростком не должно быть жестко ограничено применением какого-либо одного типа вопросов. Форма вопросов может меняться в разные моменты интервью в зависимости от его целей, содержания обсуждаемой проблемы и т. д.

При проведении беседы и интервью с детьми и подростками нередко возникает проблема регистрации данных, обычно в виде дилеммы между использованием магнитофона и письменным фиксированием ответов. По мнению большинства психологов, письменное фиксирование более предпочтительно, так как позволяет сохранить естественность ситуации, меньше отвлекает ребенка, не сковывает его. Конечно, не все высказывания можно записать дословно, однако ключевые моменты в ответах детей требуют точной записи и ее, как правило, удается сделать. Для регистрации невербальных компонентов сообщения (пауз, интонаций, темпа речи и др.), учет которых необходим при интерпретации полученных данных, обычно применяется система сокращений и кодов, которую каждый психолог вырабатывает для себя по мере приобретения практического опыта ведения беседы.

Рассказы детей и подростков могут носить глубоко личный, интимный характер, поэтому в беседе с ними так же, как и в любом другом психологическом исследовании, нужно соблюдать условия конфиденциальности. Если возникает экстренная необходимость сообщить о чем-либо из рассказанного ребенком его родителям и учителям, следует обязательно получить на это согласие ребенка.

Тема 4. Метод эксперимента

4.1. Общая характеристика психологического эксперимента

Эксперимент является одним из основных методов научного исследования. В общенаучном плане эксперимент определяется как особый метод исследования, направленный на проверку научных и прикладных гипотез, требующий строгой логики доказательства и опирающийся на достоверные факты. В эксперименте всегда создается некоторая искусственная (экспериментальная) ситуация, выделяются причины изучаемых явлений, строго контролируются и оцениваются следствия действий этих причин, выясняются связи между исследуемыми явлениями.

Эксперимент как метод психологического исследования соответствует приведенному выше определению, однако имеет некоторую специфику. Многие авторы, как указывает В.Н. Дружинин,[53] в качестве ключевой особенности психологического эксперимента выделяют «субъектность объекта» исследования. Человек как объект познания обладает активностью, сознательностью и тем самым может оказать влияние как на процесс своего изучения, так и на его результат. Поэтому к ситуации эксперимента в психологии предъявляются особые этические требования, а собственно эксперимент может рассматриваться как процесс общения экспериментатора с испытуемым.

Задача психологического эксперимента заключается в том, чтобы сделать внутреннее психическое явление доступным объективному наблюдению. При этом исследуемое явление должно адекватно и однозначно проявляться во внешнем поведении, что достигается за счет целенаправленного контроля условий его возникновения и протекания. С.Л. Рубинштейн писал:

«Основная задача психологического эксперимента заключается в том, чтобы сделать доступными для объективного внешнего наблюдения существенные особенности внутреннего психического процесса. Для этого нужно, варьируя условия протекания внешней деятельности, найти ситуацию, при которой внешнее протекание акта адекватно отражало бы его внутреннее психическое содержание. Задача экспериментального варьирования условий при психологическом эксперименте заключается прежде всего в том, чтобы вскрыть правильность одной-единственной психологической интерпретации действия или поступка, исключив возможность всех остальных».[54]

В.В. Никандров указывает, что достижение главной цели эксперимента – предельно возможной однозначности в понимании связей между явлениями внутренней психической жизни и их внешними проявлениями – достигается благодаря следующим основным характеристикам эксперимента:

1) инициатива экспериментатора в проявлении интересующих его психологических фактов;

2) возможность варьирования условий возникновения и развития психических явлений;

3) строгий контроль и фиксация условий и процесса их протекания;

4) изоляция одних и акцентирование других факторов, обусловливающих изучаемые феномены, которая дает возможность выявления закономерностей их существования;

5) возможность повторения условий эксперимента для многократной проверки получаемых научных данных и их накопления;

6) варьирование условий для количественных оценок выявляемых закономерностей.[55]

Таким образом, психологический эксперимент можно определить как метод, при котором исследователь сам вызывает интересующие его явления и изменяет условия их протекания с целью установить причины возникновения этих явлений и закономерности их развития. Кроме того, получаемые научные факты могут неоднократно воспроизводиться благодаря управляемости и строгому контролю условий, что дает возможность их проверки, а также накопления количественных данных, на основе которых можно судить о типичности или случайности изучаемых явлений.

4.2. Виды психологического эксперимента

Эксперименты бывают нескольких видов. В зависимости от способа организации выделяют лабораторный, естественный и полевой эксперименты. Лабораторный эксперимент проводится в специальных условиях. Исследователь планово и целенаправленно воздействует на объект изучения, чтобы изменить его состояние. Достоинством лабораторного эксперимента можно считать строгий контроль за всеми условиями, а также применение специальной аппаратуры для измерения. Недостатком лабораторного эксперимента является трудность переноса полученных данных на реальные условия. Испытуемый в лабораторном эксперименте всегда осведомлен о своем участии в нем, что может стать причиной мотивационных искажений.

Естественный эксперимент проводится в реальных условиях. Его достоинство состоит в том, что изучение объекта осуществляется в контексте повседневной жизни, поэтому полученные данные легко переносятся в реальность. Испытуемые не всегда проинформированы о своем участии в эксперименте, поэтому не дают мотивационных искажений. Недостатки – невозможность контроля всех условий, непредвиденные помехи и искажения.

Полевой эксперимент проводится по схеме естественного. При этом возможно использование портативной аппаратуры, позволяющей более точно регистрировать получаемые данные. Испытуемые проинформированы об участии в эксперименте, однако привычная обстановка снижает уровень мотивационных искажений.

В зависимости от цели исследования различают поисковый, пилотажный и подтверждающий эксперименты. Поисковый эксперимент направлен на поиск причинно-следственной связи между явлениями. Он проводится на начальном этапе исследования, позволяет сформулировать гипотезу, выделить независимую, зависимую и побочные переменные (см. 4.4) и определить способы их контроля.

Пилотажный эксперимент – это пробный эксперимент, первый в серии. Он проводится на небольшой выборке, без строгого контроля переменных. Пилотажный эксперимент позволяет устранить грубые ошибки в формулировке гипотезы, конкретизировать цель, уточнить методику проведения эксперимента.

Подтверждающий эксперимент направлен на установление вида функциональной связи и уточнение количественных отношений между переменными. Проводится на заключительном этапе исследования.

В зависимости от характера влияния на испытуемого выделяют констатирующий, формирующий и контрольный эксперименты. Констатирующий эксперимент включает в себя измерение состояния объекта (испытуемого или группы испытуемых) до активного воздействия на него, диагностику исходного состояния, установление причинно-следственных связей между явлениями. Целью формирующего эксперимента является применение способов активного развития или формирования каких-либо свойств у испытуемых. Контрольный эксперимент – это повторное измерение состояния объекта (испытуемого или группы испытуемых) и сравнение с состоянием до начала формирующего эксперимента, а также с состоянием, в котором находится контрольная группа, не получавшая экспериментального воздействия.

По возможности влияния экспериментатора на независимую переменную выделяют спровоцированный эксперимент и эксперимент, на который ссылаются. Спровоцированный эксперимент – это опыт, в котором экспериментатор сам изменяет независимую переменную, при этом наблюдаемые экспериментатором результаты (виды реакций испытуемого) считаются спровоцированными. П. Фресс называет данный тип эксперимента «классическим».[56] Эксперимент, на который ссылаются, – это опыт, в котором изменения независимой переменной осуществляются без вмешательства экспериментатора. К этому виду психологического эксперимента прибегают тогда, когда независимые переменные оказывают воздействие на испытуемого, значительно растянутое во времени (например, система воспитания и т. п.). Если воздействие на испытуемого может вызвать серьезное негативное физиологическое или психологическое нарушение, то такой эксперимент проводить нельзя. Однако бывают случаи, когда негативное воздействие (например, травма головного мозга) происходит в реальности. Впоследствии такие случаи могут быть обобщены и изучены.

4.3. Структура психологического эксперимента

Главными компонентами любого эксперимента являются:

1) испытуемый (исследуемый субъект или группа);

2) экспериментатор (исследователь);

3) стимуляция (выбранный экспериментатором способ воздействия на испытуемого);

4) ответ испытуемого на стимуляцию (его психическая реакция);

5) условия опыта (дополнительные к стимуляции воздействия, которые могут влиять на реакции испытуемого).

Ответ испытуемого является внешней реакцией, по которой можно судить о протекающих в его внутреннем, субъективном пространстве процессах. Сами эти процессы есть результат воздействия на него стимуляции и условий опыта.

Если ответ (реакцию) испытуемого обозначить символом R, а воздействия на него экспериментальной ситуации (как совокупности воздействий стимуляции и условий опыта) – символом S, то их соотношение можно выразить формулой R = =f (S). То есть реакция есть функция от ситуации. Но эта формула не учитывает активную роль психики, личности человека (P). В действительности реакция человека на ситуацию всегда опосредована психикой, личностью. Таким образом, соотношение между основными элементами эксперимента может быть зафиксировано следующей формулой: R = f (Р, S).

П. Фресс и Ж. Пиаже в зависимости от задач исследования выделяют три классических типа отношений между этими тремя компонентами эксперимента: 1) функциональные отношения; 2) структурные отношения; 3) дифференциальные отношения.[57]

Функциональные отношения характеризуются вариативностью ответов (R) испытуемого (Р) при систематических качественных или количественных изменениях ситуации (S). Графически эти отношения можно представить следующей схемой (рис. 2).

Примеры функциональных отношений, выявленных в экспериментах: изменение ощущений (R) в зависимости от интенсивности воздействия на органы чувств (S); объем запоминания (R) от числа повторений (S); интенсивность эмоционального отклика (R) на действие различных эмоциогенных факторов (S); развитие адаптационных процессов (R) во времени (S) и т. п.

Структурные отношения раскрываются через систему ответов (R1, R2, Rn) на различные ситуации (Sv S2, Sn). Отношения между отдельными ответами структурируются в систему, отражающую структуру личности (Р). Схематически это выглядит так (рис. 3).

Примеры структурных отношений: система эмоциональных реакций (Rp R2, Rn) на действие стрессоров (Sv S2, Sn); эффективность решения (R1, R2,Rn) различных интеллектуальных задач (S1, S2, Sn) и т. п.

Дифференциальные отношения выявляются через анализ реакций (R1, R2, Rn) разных испытуемых (P1, P2, Pn) на одну и ту же ситуацию (S). Схема этих отношений такова (рис. 4).

Примеры дифференциальных отношений: разница скорости реакции у разных людей, национальные различия в экспрессивном проявлении эмоций и т. п.

4.4. Экспериментальные переменные и способы их контроля

Для уточнения соотношения всех факторов, входящих в эксперимент, введено понятие «переменная». Выделяют три вида переменных: независимые, зависимые и дополнительные.

Независимые переменные. Фактор, изменяемый самим экспериментатором, называется независимой переменной (НП).

В качестве НП в эксперименте могут выступать условия, в которых осуществляется деятельность испытуемого, характеристика заданий, выполнение которых требуется от испытуемого, характеристики самого испытуемого (возрастные, половые, иные различия испытуемых, эмоциональные состояния и другие свойства испытуемого или взаимодействующих с ним людей). Поэтому принято выделять следующие типы НП: ситуационные, инструктивные и персональные.

Ситуационные НП чаще всего не входят в структуру экспериментального задания, выполняемого испытуемым. Тем не менее они оказывают непосредственное воздействие на его деятельность и могут варьироваться экспериментатором. К ситуационным НП относятся различные физические параметры, например освещенность, температура, уровень шума, а также размер помещения, обстановка, размещение аппаратуры и т. п. К социально-психологическим параметрам ситуационных НП может быть отнесено выполнение экспериментального задания в изоляции, в присутствии экспериментатора, внешнего наблюдателя или группы людей. В.Н. Дружинин указывает на особенности общения и взаимодействия испытуемого и экспериментатора как на особую разновидность ситуационных НП.[58] Этому аспекту уделяется большое внимание. В экспериментальной психологии существует отдельное направление, которое называется «психология психологического эксперимента».

Инструктивные НП связаны непосредственно с экспериментальным заданием, его качественными и количественными характеристиками, а также способами его выполнения. Инструктивной НП экспериментатор может манипулировать более или менее свободно. Он может варьировать материал задания (например, числовой, словесный или образный), тип ответа испытуемого (например, вербальный или невербальный), шкалу оценивания и т. п. Большие возможности заключаются в способе инструктирования испытуемых, информирования их о цели экспериментального задания. Экспериментатор может изменять средства, которые предлагаются испытуемому для выполнения задания, ставить перед ним препятствия, использовать систему поощрений и наказаний в ходе выполнения задания и т. д.

Персональные НП представляют собой управляемые особенности испытуемого. Обычно в качестве таких особенностей выступают состояния участника эксперимента, которые исследователь может менять, например различные эмоциональные состояния или состояния работоспособности-утомления.

Каждый испытуемый, участвующий в эксперименте, обладает множеством уникальных физических, биологических, психологических, социально-психологических и социальных признаков, которыми экспериментатор управлять не может. В некоторых случаях следует считать эти неуправляемые признаки дополнительными переменными и применять к ним способы контроля, о которых будет рассказано ниже. Однако в дифференциально-психологических исследованиях при применении факторных планов неуправляемые персональные переменные могут выступать в качестве одной из независимых переменных (подробно о факторных планах см. 4.7).

Исследователи различают также разные виды независимых переменных. В зависимости от шкалы представления можно выделить качественные и количественные НП. Качественным НП соответствуют различные градации шкал наименований. Например, эмоциональные состояния испытуемого могут быть представлены состояниями радости, гнева, страха, удивления и т. п. Способы выполнения заданий могут включать наличие или отсутствие подсказок испытуемому. Количественные НП соответствуют ранговым, пропорциональным или интервальным шкалам. Например, время, отведенное на выполнение задания, количество заданий, размер вознаграждения по результатам решения задач могут быть использованы как количественные НП.

В зависимости от количества уровней проявления независимых переменных различают двухуровневые и многоуровневые НП. Двухуровневые НП имеют два уровня проявления, многоуровневые – три или более уровней. В зависимости от количества уровней проявления НП строятся различные по сложности экспериментальные планы.

Зависимые переменные. Фактор, изменение которого является следствием изменения независимой переменной, называется зависимой переменной (ЗП). Зависимая переменная – это компонент в составе ответа испытуемого, который непосредственно интересует исследователя. В качестве ЗП могут выступать физиологические, эмоциональные, поведенческие реакции и другие психологические характеристики, которые можно зарегистрировать в ходе психологических экспериментов.

В зависимости от способа, с помощью которого можно зарегистрировать изменения, выделяют ЗП:

S наблюдаемые непосредственно;

S требующие физической аппаратуры для измерения;

S требующие психологического измерения.

К ЗП, наблюдаемым непосредственно, относятся вербальные и невербальные поведенческие проявления, которые четко и однозначно могут быть оценены внешним наблюдателем, например отказ от деятельности, плач, определенное высказывание испытуемого и т. п. К ЗП, требующим физической аппаратуры для регистрации, относятся физиологические (пульс, величина артериального давления и т. д.) и психофизиологические реакции (время реакции, латентное время, длительность, скорость выполнения действий и т. п.). К ЗП, требующим психологического измерения, относятся такие характеристики, как уровень притязаний, уровень развития или сформированности тех или иных качеств, форм поведения и т. п. Для психологического измерения показателей могут быть использованы стандартизированные процедуры – тесты, опросники и т. п. Некоторые поведенческие параметры могут быть измерены, т. е. однозначно распознаны и интерпретированы только специально обученными наблюдателями или экспертами.

В зависимости от количества параметров, входящих в зависимую переменную, различают одномерные, многомерные и фундаментальные ЗП. Одномерная ЗП представлена единственным параметром, изменения которого и изучаются в эксперименте. Примером одномерной ЗП может служить скорость сенсомоторной реакции. Многомерная ЗП представлена совокупностью параметров. Например, внимательность может оцениваться объемом просмотренного материала, количеством отвлечений, числом правильных и ошибочных ответов и т. д. Каждый параметр может фиксироваться независимо. Фундаментальная ЗП представляет собой переменную комплексного характера, параметры которой имеют некоторые известные отношения между собой. В этом случае одни параметры выступают как аргументы, а собственно зависимая переменная – как функция. Например, фундаментальное измерение уровня агрессии может рассматриваться как функция ее отдельных проявлений (мимических, вербальных, физических и др.).

Зависимая переменная должна обладать такой базовой характеристикой, как сензитивность. Сензитивность ЗП – это ее чувствительность к изменению уровня независимой переменной. Если при изменении независимой переменной зависимая переменная не изменяется, то последняя несензитивна и проводить эксперимент в таком случае не имеет смысла. Известны два варианта проявления несензитивности ЗП: «эффект потолка» и «эффект пола». «Эффект потолка» наблюдается, например, в том случае, когда предъявляемая задача настолько проста, что ее выполняют все испытуемые независимо от возраста. «Эффект пола», напротив, возникает в том случае, когда задание настолько сложно, что с ним не может справиться ни один из испытуемых.

Существуют два основных способа фиксации изменений ЗП в психологическом эксперименте: непосредственный и отсроченный. Непосредственный способ применяется, например, в экспериментах по кратковременному запоминанию. Экспериментатор непосредственно после повторения ряда стимулов фиксирует их количество, воспроизведенное испытуемым. Отсроченный способ используется в том случае, когда между воздействием и эффектом проходит определенный промежуток времени (например, при определении влияния количества заученных иностранных слов на успешность перевода текста).

Дополнительные переменные (ДП) – это сопутствующая стимуляция испытуемого, оказывающая влияние на его ответ. Совокупность ДП состоит, как правило, из двух групп: внешних условий опыта и внутренних факторов. Соответственно их принято называть внешними и внутренними ДП. К внешним ДП относят физическую обстановку опыта (освещенность, температурный режим, звуковой фон, пространственные характеристики помещения), параметры аппаратуры и оборудования (дизайн измерительных приборов, рабочий шум и т. п.), временные параметры эксперимента (время начала, продолжительность и др.), личность экспериментатора. К внутренним ДП относят настроение и мотивацию испытуемых, их отношение к экспериментатору и опытам, их психологические установки, склонности, знания, умения, навыки и опыт в данном виде деятельности, уровень утомления, самочувствие и т. п.

В идеале исследователь стремится все дополнительные переменные свести на нет или хотя бы к минимуму, чтобы выделить «в чистом виде» связь между независимой и зависимой переменными. Существует несколько основных способов контроля влияния внешних ДП: 1) элиминация внешних воздействий; 2) константность условий; 3) балансировка; 4) контрбалансировка.

Элиминация внешних воздействий представляет собой наиболее радикальный способ контроля. Он состоит в полном исключении из внешней среды каких бы то ни было внешних ДП. В лаборатории создаются условия, изолирующие испытуемого от звуков, света, вибрационных воздействий и т. п. Наиболее ярким примером может служить эксперимент по сенсорной депривации, проводимый на добровольцах в специальной камере, полностью исключающей поступление каких-либо раздражителей из внешней среды. Следует отметить, что элиминировать воздействия ДП практически невозможно, да и не всегда нужно, так как результаты, полученные в условиях элиминации внешних воздействий, вряд ли могут быть перенесены в реальность.

Следующий способ контроля – создание константных условий. Суть этого способа состоит в том, чтобы сделать воздействия ДП постоянными и одинаковыми для всех испытуемых на протяжении всего опыта. В частности, исследователь стремится сделать постоянными пространственно-временные условия эксперимента, технику его проведения, оборудование, предъявление инструкции и т. д. При тщательном применении этого способа контроля удается избежать больших погрешностей, однако проблема переноса результатов эксперимента в условия, сильно отличающиеся от экспериментальных, остается проблематичной.

В тех случаях, когда нет возможности создать и поддерживать постоянные условия на протяжении всего эксперимента, прибегают к способу балансировки. Этот способ применяется, например, в ситуации, когда внешняя ДП не поддается идентификации. В этом случае балансировка будет состоять в использовании контрольной группы. Исследование контрольной и экспериментальной групп проводится в одних и тех же условиях с той лишь разницей, что в контрольной группе отсутствует воздействие независимой переменной. Тем самым изменение зависимой переменной в контрольной группе обусловлено лишь внешними ДП, а в экспериментальной – совместным действием внешних дополнительных и независимой переменной.

Если внешняя ДП известна, то балансировка заключается в воздействии каждого ее значения в сочетании с каждым уровнем независимой переменной. В частности, такая внешняя ДП, как пол экспериментатора, в сочетании с независимой переменной (пол испытуемого) приведет к созданию четырех экспериментальных серий:

1) мужчина-экспериментатор – мужчины испытуемые;

2) мужчина-экспериментатор – женщины испытуемые;

3) женщина-экспериментатор – мужчины испытуемые;

4) женщина-экспериментатор – женщины испытуемые.

В более сложных экспериментах может применяться балансировка нескольких переменных одновременно.

Контрбалансировка как способ контроля внешних ДП практикуется чаще всего тогда, когда эксперимент включает в себя несколько серий. Испытуемый оказывается в разных условиях последовательно, однако предыдущие условия могут изменять эффект воздействия последующих. Для ликвидации возникающего в этом случае «эффекта последовательности» разным группам испытуемых экспериментальные условия предъявляются в различном порядке. Например, в первой серии эксперимента первой группе предъявляется решение интеллектуальных задач от более простых к более сложным, а второй – от более сложных к более простым. Во второй серии, напротив, первой группе предъявляется решение интеллектуальных задач от более сложных к более простым, а второй – от более простых к более сложным. Контрбалансировка применяется в тех случаях, когда есть возможность проведения нескольких серий эксперимента, однако следует учитывать, что большое число попыток вызывает утомление испытуемых.

Внутренние ДП, как указывалось выше, – это факторы, кроющиеся в личности испытуемого. Они оказывают весьма значительное влияние на результаты эксперимента, их воздействие достаточно трудно проконтролировать и учесть. Среди внутренних ДП можно выделить постоянные и непостоянные. Постоянные внутренние ДП в течение эксперимента существенно не изменяются. Если эксперимент проводится с одним испытуемым, то постоянными внутренними ДП будут его пол, возраст, национальность. К этой группе факторов также можно отнести темперамент, характер, способности, склонности испытуемого, его интересы, взгляды, убеждения и другие компоненты общей направленности личности. В случае проведения эксперимента с группой испытуемых эти факторы приобретают характер непостоянных внутренних ДП, и тогда для нивелировки их влияния прибегают к специальным способам формирования экспериментальных групп (см. 4.6).

К непостоянным внутренним ДП относятся психологические и физиологические характеристики испытуемого, которые могут либо значительно изменяться по ходу эксперимента, либо актуализироваться (или исчезать) в зависимости от целей, задач, вида, формы организации эксперимента. Первую группу таких факторов составляют физиологические и психические состояния, утомляемость, привыкание, приобретение опыта и навыков в процессе выполнения экспериментального задания. В другую группу входят установка на данный опыт и данное исследование, уровень мотивации к данной экспериментальной деятельности, отношение испытуемого к экспериментатору и своей роли подопытного и т. п.

Для уравнивания эффекта воздействия этих переменных на ответы в разных пробах существует ряд способов, успешно применяемых в экспериментальной практике.

Для устранения так называемого серийного эффекта, в основе которого лежит привыкание, используется особая очередность предъявления стимулов. Эта процедура получила название «уравновешенного чередного порядка», когда стимулы разных категорий предъявляются симметрично относительно центра стимульного ряда. Схема такой процедуры выглядит так: А В В А, где А и В – стимулы разных категорий.

Чтобы предупредить влияние на ответ испытуемого тревожности или неопытности, проводятся ознакомительные или предварительные эксперименты. Их итоги не учитываются при обработке данных.

Для предупреждения изменчивости ответов из-за накопления опыта и навыков в процессе эксперимента испытуемому предлагается так называемая «исчерпывающая практика». В результате такой практики у испытуемого до начала собственно эксперимента вырабатываются устойчивые навыки, и в дальнейших экспериментах показатели испытуемого от фактора накопления опыта и навыков уже напрямую не зависят.

В тех случаях, когда необходимо свести к минимуму влияние на ответ испытуемого утомления, прибегают к «методу вращения». Суть его состоит в том, что каждой подгруппе испытуемых предъявляется определенная комбинация стимулов. Совокупность таких комбинаций полностью исчерпывает все множество возможных вариантов. Например, при трех типах стимулов (А, Б, В) каждому из них представляется первое, второе и третье место в предъявлении испытуемым. Таким образом, первой подгруппе стимулы предъявляются в порядке АБВ, второй – АВБ, третьей – БАВ, четвертой – БВА, пятой – ВАБ, шестой – ВБА.

Приведенные способы процедурного уравнивания внутренних непостоянных ДП применимы как для индивидуальных, так и для групповых экспериментов.

Установка и мотивация испытуемых как внутренние непостоянные ДП должны поддерживаться на одном и том же уровне во время всего опыта. Установка как готовность воспринимать раздражитель и отвечать на него определенным образом создается через инструкцию, которую экспериментатор дает испытуемому. Чтобы установка была именно такой, какая требуется по задаче исследования, инструкция должна быть доступна испытуемым и адекватна задачам эксперимента. Однозначность и легкость понимания инструкции достигаются ее ясностью и простотой. Во избежание вариативности предъявления инструкцию рекомендуется зачитывать дословно или давать в письменном виде. Поддержание исходной установки контролируется экспериментатором путем постоянного наблюдения за испытуемым и корректируется путем напоминания при необходимости соответствующих указаний инструкции.

Мотивация испытуемого рассматривается главным образом как интерес к данному эксперименту. Если интерес отсутствует или слаб, то трудно рассчитывать на полноценность выполнения испытуемым предусмотренных в эксперименте заданий и на надежность его ответов. Слишком высокий интерес, «перемотивация», также чревата неадекватностью ответов испытуемого. Поэтому для получения исходно приемлемого уровня мотивации экспериментатор должен самым серьезным образом подойти к формированию контингента испытуемых и подбору стимулирующих их мотивацию факторов. В качестве таких факторов могут выступать состязательность, различные виды вознаграждения, интерес к своим показателям, профессиональный интерес и др.

Психофизиологические состояния испытуемых рекомендуется не только поддерживать на одном уровне, но и оптимизировать этот уровень, т. е. испытуемые должны находиться в «нормальном» состоянии. Следует убедиться, что до проведения опыта у испытуемого не было сверхзначимых для него переживаний, у него достаточно времени для участия в эксперименте, он не голоден и т. п. Во время проведения эксперимента не следует излишне возбуждать или подавлять испытуемого. Если же эти условия выполнить не удается, то проведение эксперимента лучше отложить.

Из рассмотренных характеристик переменных и способов их контроля становится понятой необходимость тщательной подготовки эксперимента при его планировании. В реальных условиях экспериментирования добиться 100 %-го контроля всех переменных невозможно, однако различные психологические эксперименты значительно отличаются друг от друга степенью контроля переменных. Рассмотрению вопроса оценки качества эксперимента посвящен следующий раздел.

4.5. Валидность и надежность эксперимента

Для конструирования и оценки экспериментальных процедур используются понятия: идеальный эксперимент, эксперимент полного соответствия и бесконечный эксперимент.

Идеальный эксперимент – это эксперимент, организованный таким образом, что экспериментатор изменяет лишь независимую переменную, зависимая переменная контролируется, а все остальные условия эксперимента остаются неизменными. Идеальный эксперимент предполагает эквивалентность всех испытуемых, неизменность их характеристик во времени, отсутствие самого времени. Он никогда не может быть осуществлен в реальности, так как в жизни изменяются не только интересующие исследователя параметры, но и ряд других условий.

Соответствие реального эксперимента идеальному выражается в такой его характеристике, как внутренняя валидность. Внутренняя валидность показывает достоверность результатов, которую обеспечивает реальный эксперимент по сравнению с идеальным. Чем больше влияют на изменение зависимых переменных не контролируемые исследователем условия, тем ниже внутренняя валидность эксперимента, следовательно, больше вероятность того, что факты, обнаруженные в эксперименте, являются артефактами. Высокая внутренняя валидность – главный признак хорошо проведенного эксперимента.

Д. Кэмпбелл выделяет следующие факторы, угрожающие внутренней валидности эксперимента: фактор фона, фактор естественного развития, фактор тестирования, погрешность измерения, статистическая регрессия, неслучайный отбор, отсеивание.[59] Если они не контролируются, то приводят к появлению соответствующих эффектов.

Фактор фона (истории) включает события, которые происходят между предварительным и окончательным измерением и могут вызвать изменения в зависимой переменной наряду с влиянием независимой переменной. Фактор естественного развития связан с тем, что изменения в уровне зависимой переменной могут возникнуть в связи с естественным развитием участников эксперимента (взросление, нарастание утомления и т. п.). Фактор тестирования заключается во влиянии предварительных измерений на результаты последующих. Фактор погрешности измерения связан с неточностью или изменениями в процедуре или методе измерения экспериментального эффекта. Фактор статистической регрессии проявляется в том случае, если для участия в эксперименте были отобраны испытуемые с крайними показателями каких-либо оценок. Фактор неслучайного отбора соответственно встречается в тех случаях, когда при формировании выборки отбор участников проводился неслучайным образом. Фактор отсеивания проявляется в том случае, если испытуемые неравномерно выбывают из контрольной и экспериментальной групп.

Экспериментатор должен учитывать и по возможности ограничивать влияние факторов, угрожающих внутренней валидности эксперимента.

Эксперимент полного соответствия – это экспериментальное исследование, в котором все условия и их изменения отвечают реальности. Приближение реального эксперимента к эксперименту полного соответствия выражается во внешней валидности. От уровня внешней валидности зависит степень переносимости результатов эксперимента в реальность. Внешняя валидность, по определению Р. Готтсданкера, влияет на достоверность выводов, которую дают результаты реального эксперимента по сравнению с экспериментом полного соответствия.[60] Для достижения высокой внешней валидности нужно, чтобы уровни дополнительных переменных в эксперименте соответствовали их уровням в реальности. Эксперимент, который не имеет внешней валидности, считается неверным.

К факторам, угрожающим внешней валидности, относят следующие:

• реактивный эффект (заключается в уменьшении или увеличении восприимчивости испытуемых к экспериментальному влиянию вследствие предыдущих измерений);

• эффект взаимодействия отбора и влияния (состоит в том, что экспериментальное влияние будет существенным только для участников данного эксперимента);

• фактор условий эксперимента (может привести к тому, что экспериментальный эффект может наблюдаться только в данных специально организованных условиях);

• фактор интерференции влияний (проявляется при предъявлении одной группе испытуемых последовательности взаимоисключающих влияний).

Заботу о внешней валидности экспериментов особо проявляют исследователи, работающие в прикладных областях психологии – клинической, педагогической, организационной, поскольку в случае невалидного исследования его результаты ничего не дадут при переносе их в реальные условия.

Бесконечный эксперимент предполагает неограниченное количество опытов, проб для получения все более точных результатов. Увеличение количества проб в эксперименте с одним испытуемым ведет к повышению надежности результатов эксперимента. В экспериментах с группой испытуемых повышение надежности происходит при увеличении числа испытуемых. Однако суть эксперимента состоит именно в том, чтобы на основе ограниченного числа проб или при помощи ограниченной группы испытуемых выявить причинно-следственные связи между явлениями. Поэтому бесконечный эксперимент не только невозможен, но и бессмыслен. Для достижения высокой надежности эксперимента количество проб или число испытуемых должно соответствовать изменчивости изучаемого явления.

Следует отметить, что при увеличении числа испытуемых повышается и внешняя валидность эксперимента, так как его результаты могут быть перенесены на более широкую популяцию. Для проведения экспериментов с группой испытуемых необходимо рассмотреть вопрос об экспериментальных выборках.

4.6. Экспериментальные выборки

Как указывалось выше, эксперимент может проводиться либо с одним испытуемым, либо с группой испытуемых. Эксперимент с одним испытуемым проводится лишь в некоторых специфических ситуациях. Во-первых, это ситуации, когда индивидуальными различиями испытуемых можно пренебречь, т. е. испытуемым может быть любой человек (если в эксперименте изучаются его особенности в отличие, например, от животного). В других ситуациях, напротив, испытуемый представляет собой уникальный объект (гениальный шахматист, музыкант, художник и др.). Возможны также ситуации, когда от испытуемого требуется особая компетентность как результат обучения или неординарного жизненного опыта (единственный выживший в авиационной катастрофе и т. п.). Одним испытуемым ограничиваются и в тех случаях, когда повторение данного эксперимента с участием других испытуемых невозможно. Для экспериментов с одним испытуемым разработаны особые экспериментальные планы (подробно о них см. 4.7).

Чаще эксперименты проводятся с группой испытуемых. В этих случаях выборка испытуемых должна представлять собой модель генеральной совокупности, на которую затем будут распространяться результаты исследования. Первоначально исследователь решает проблему численности экспериментальной выборки. В зависимости от цели исследования и возможности экспериментатора она может составлять от нескольких испытуемых до нескольких тысяч человек. Количество испытуемых в отдельной группе (экспериментальной или контрольной) варьируется от 1 до 100 человек. Для применения статистических методов обработки рекомендуется число испытуемых в сравниваемых группах не менее 30–35 человек. Кроме того, целесообразно увеличивать количество испытуемых по крайней мере на 5—10 % от требуемого, так как часть из них или их результатов будет «отбракована» в ходе эксперимента.

Для формирования выборки испытуемых необходимо учитывать несколько критериев.

1. Содержательный. Он заключается в том, что подбор группы испытуемых должен соответствовать предмету и гипотезе исследования. (Например, бессмысленно набирать в группу испытуемых детей двухлетнего возраста для выявления уровня произвольного запоминания.) Желательно создать идеальные представления об объекте экспериментального исследования и при формировании группы испытуемых минимально отклоняться от характеристик идеальной экспериментальной группы.

2. Критерий эквивалентности испытуемых. При формировании группы испытуемых следует учесть все значимые характеристики объекта исследования, различия в выраженности которых могут существенно повлиять на зависимую переменную.

3. Критерий репрезентативности. Группа лиц, участвующих в эксперименте, должна представлять всю часть генеральной совокупности, на которую будут распространяться результаты эксперимента. Величина экспериментальной выборки определяется видом статистических мер и выбранной точностью (достоверностью) принятия или отвержения экспериментальной гипотезы.

Рассмотрим стратегии отбора испытуемых из популяции.

Случайная стратегия заключается в том, что каждому члену генеральной совокупности предоставляется равный шанс попадания в экспериментальную выборку. Для этого каждому индивиду присваивается номер, а затем с помощью таблицы случайных чисел формируется экспериментальная выборка. Данная процедура трудноосуществима, поскольку каждый представитель интересующей исследователя популяции должен быть учтен. Кроме того, случайная стратегия дает хорошие результаты при формировании экспериментальной выборки большого объема.

Стратометрический отбор используется в том случае, если в экспериментальной выборке обязательно должны быть представлены испытуемые с определенным набором характеристик (пол, возраст, уровень образования и т. п.). Выборка составляется таким образом, чтобы в ней были равно представлены испытуемые каждой страты (слоя) с заданными характеристиками.

Стратометрический случайный отбор совмещает две предыдущие стратегии. Представителям каждой страты присваиваются номера и из них случайным образом формируется экспериментальная выборка. Данная стратегия эффективна при отборе экспериментальной выборки небольшого объема.

Репрезентативное моделирование применяется в том случае, когда исследователю удается создать модель идеального объекта экспериментального исследования. Характеристики реальной экспериментальной выборки должны минимально отклоняться от характеристик идеальной экспериментальной выборки. Если исследователю известны не все характеристики идеальной модели экспериментального исследования, то применяется стратегия приближенного моделирования. Чем точнее набор критериев, описывающих популяцию, на которую предполагается распространить выводы эксперимента, тем выше его внешняя валидность.

Иногда в качестве экспериментальной выборки используются реальные группы, при этом в эксперименте либо участвуют добровольцы, либо все испытуемые привлекаются принудительно. И в том и в другом случае нарушается внешняя и внутренняя валидность.

После формирования экспериментальной выборки экспериментатор составляет план исследования. Достаточно часто эксперимент проводится с несколькими группами, экспериментальными и контрольными, которые помещаются в разные условия. Экспериментальные и контрольные группы должны быть эквивалентными на момент начала экспериментального воздействия.

Процедура подбора эквивалентных групп и испытуемых называется рандомизацией. По мнению ряда авторов, эквивалентность групп может быть достигнута при попарном отборе. В этом случае экспериментальная и контрольная группы составляются из индивидов, эквивалентных по значимым для эксперимента побочным параметрам. Идеальный вариант для попарного отбора – привлечение близнецовых пар. Рандомизация с выделением страт заключается в подборе однородных подгрупп, в которых испытуемые уравнены по всем характеристикам, кроме интересующих исследователя дополнительных переменных. Иногда для выделения значимой дополнительной переменной все испытуемые тестируются и ранжируются по уровню ее выраженности. Экспериментальная и контрольная группы формируются так, чтобы испытуемые, обладающие одинаковыми или близкими значениями переменной, попали в разные группы. Распределение испытуемых на экспериментальную и контрольную группы может проводиться и случайным методом. Как уже указывалось выше, при большой численности экспериментальной выборки этот способ дает вполне удовлетворительные результаты.

4.7. Экспериментальные планы

Экспериментальный план – это тактика экспериментального исследования, воплощенная в конкретной системе операций планирования эксперимента. Основными критериями классификации планов являются:

• состав участников (индивид или группа);

• количество независимых переменных и их уровней;

• виды шкал представления независимых переменных;

• метод сбора экспериментальных данных;

• место и условия проведения эксперимента;

• особенности организации экспериментального воздействия и способа контроля.

Планы для групп испытуемых и для одного испытуемого. Все экспериментальные планы можно разделить по составу участников на планы для групп испытуемых и планы для одного испытуемого.

Эксперименты с группой испытуемых имеют следующие преимущества: возможность обобщения результатов эксперимента на популяцию; возможность использования схем межгрупповых сравнений; экономия времени; применение методов статистического анализа. К недостаткам данного типа экспериментальных планов можно отнести: влияние индивидуальных различий между людьми на результаты эксперимента; проблему репрезентативности экспериментальной выборки; проблему эквивалентности групп испытуемых.

Эксперименты с одним испытуемым – это частный случай «планов с маленьким N». Дж. Гудвин указывает на следующие причины использования таких планов: потребности в индивидуальной валидности, так как в экспериментах с большим N возникает проблема, когда обобщенные данные не характеризуют ни одного испытуемого.[61] Эксперимент с одним испытуемым проводится также в уникальных случаях, когда в силу ряда причин невозможно привлечь много участников. В этих случаях целью эксперимента является анализ уникальных явлений и индивидуальных характеристик.

Эксперимент с маленьким N, по мнению Д. Мартина, имеет следующие преимущества: отсутствие сложных статистических подсчетов, легкость в интерпретации результатов, возможность изучения уникальных случаев, привлечение одного-двух участников, широкие возможности манипуляции независимыми переменными.[62] Ему свойственны и некоторые недостатки, в частности сложность процедур контроля, затруднение при обобщении результатов; относительная неэкономичность по времени.

Рассмотрим планы для одного испытуемого.

Планирование временных серий. Основным показателем влияния независимой переменной на зависимую при реализации такого плана является изменение характера ответов испытуемого во времени. Простейшая стратегия: схема А – В. Испытуемый первоначально выполняет деятельность в условиях А, а затем в условиях В. Для контроля «эффекта плацебо» применяется схема: А – В – А. («Эффект плацебо» – это реакции испытуемых на «пустые» воздействия, соответствующие реакциям на реальные воздействия.) В данном случае испытуемый не должен заранее знать, какое из условий является «пустым», а какое реальным. Однако эти схемы не учитывают взаимодействия воздействий, поэтому при планировании временных серий, как правило, применяют схемы регулярного чередования (А – В – А – В), позиционного уравнивания (А – В – В – А) или случайного чередования. Применение более «длинных» временных серий увеличивает возможность обнаружения эффекта, но приводит к ряду негативных последствий – утомлению испытуемого, снижению контроля за другими дополнительными переменными и т. п.

План альтернативных воздействий является развитием плана временных серий. Его специфика заключается в том, что воздействия А и В рандомизированно распределяются во времени и предъявляются испытуемому раздельно. Затем сравниваются эффекты от каждого из воздействий.

Реверсивный план применяется для изучения двух альтернативных форм поведения. Первоначально регистрируется базовый уровень проявления обеих форм поведения. Затем предъявляется комплексное воздействие, состоящее из специфического компонента для первой формы поведения и дополнительного для второй. Через определенное время сочетание воздействий видоизменяют. Эффект двух комплексных воздействий оценивается.

План возрастания критериев часто используется в психологии обучения. Суть его состоит в том, что регистрируется изменение поведения испытуемого в ответ на прирост воздействия. При этом следующее воздействие предъявляется лишь после выхода испытуемого на заданный уровень критерия.

При проведении экспериментов с одним испытуемым следует учитывать, что основные артефакты практически неустранимы. Кроме того, в этом случае, как ни в каком другом, проявляется влияние установок экспериментатора и отношений, которые складываются между ним и испытуемым.

Р. Готтсданкер предлагает различать качественные и количественные экспериментальные планы.[63] В качественных планах независимая переменная представлена в номинативной шкале, т. е. в эксперименте используются два или более качественно разных условия.

В количественных экспериментальных планах уровни независимой переменной представлены в интервальных, ранговых или пропорциональных шкалах, т. е. в эксперименте используются уровни выраженности того или иного условия.

Возможна ситуация, когда в факторном эксперименте одна переменная будет представлена в количественном, а другая – в качественном виде. В таком случае план будет комбинированным.

Внутригрупповые и межгрупповые экспериментальные планы. Т.В. Корнилова определяет два типа экспериментальных планов по критерию количества групп и условий проведения эксперимента: внутригрупповые и межгрупповые.[64] К внутригрупповым относятся планы, в которых влияние вариантов независимой переменной и измерение экспериментального эффекта происходят в одной группе. В межгрупповых планах влияние вариантов независимой переменной осуществляется в разных экспериментальных группах.

Преимуществами внутригруппового плана являются: меньшее количество участников, устранение факторов индивидуальных отличий, уменьшение общего времени проведения эксперимента, возможность доказательства статистической значимости экспериментального эффекта. К недостаткам относятся неконстантность условий и проявление «эффекта последовательности».

Преимуществами межгруппового плана являются: отсутствие «эффекта последовательности», возможность получения большего количества данных, сокращение времени участия в эксперименте для каждого испытуемого, уменьшение эффекта выбывания участников эксперимента. Главным недостатком межгруппового плана является неэквивалентность групп.

Планы с одной независимой переменной и факторные планы. По критерию количества экспериментальных воздействий Д. Мартин предлагает различать планы с одной независимой переменной, факторные планы и планы с серией экспериментов.[65] В планах с одной независимой переменной экспериментатор манипулирует одной независимой переменной, которая может иметь неограниченное количество вариантов проявления. В факторных планах (подробно о них см. с. 120) экспериментатор манипулирует двумя и более независимыми переменными, исследует все возможные варианты взаимодействия их разных уровней.

Планы с серией экспериментов проводятся для постепенного исключения конкурирующих гипотез. В конце серии экспериментатор приходит к верификации одной гипотезы.

Доэкспериментальные, квазиэкспериментальные планы и планы истинных экспериментов. Д. Кэмпбелл предложил разделить все экспериментальные планы для групп испытуемых на следующие группы: доэкспериментальные, квазиэкспериментальные и планы истинных экспериментов.[66] В основе этого деления лежит близость реального эксперимента к идеальному. Чем меньше артефактов провоцирует тот или иной план и чем строже контроль дополнительных переменных, тем ближе эксперимент к идеальному. Доэкспериментальные планы менее всего учитывают требования, предъявляемые к идеальному эксперименту. В.Н. Дружинин указывает, что они могут служить лишь иллюстрацией, в практике научных исследований их следует по возможности избегать.[67] Квазиэкспериментальные планы являются попыткой учета реалий жизни при проведении эмпирических исследований, они специально создаются с отступлением от схем истинных экспериментов. Исследователь должен осознавать источники артефактов – внешних дополнительных переменных, которые он не может контролировать. Квазиэкспериментальный план применяется тогда, когда применение лучшего плана невозможно.

Систематизированные признаки доэкспериментальных, квазиэкспериментальных планов и планов истинных экспериментов приводятся в нижеследующей таблице.[68]

При описании экспериментальных планов будем пользоваться символизацией, предложенной Д. Кэмпбеллом: R – рандомизация; X – экспериментальное воздействие; O – тестирование.

К доэксперименталъным планам относятся: 1) исследование единичного случая; 2) план с предварительным и итоговым тестированием одной группы; 3) сравнение статистических групп.

При исследовании единичного случая однократно тестируется одна группа после экспериментального воздействия. Схематично этот план можно записать в виде:

X O

Контроль внешних переменных и независимой переменной полностью отсутствует. В таком эксперименте нет никакого материала для сравнения. Результаты могут быть сопоставлены лишь с обыденными представлениями о реальности, научной информации они не несут.

План с предварительным и итоговым тестированием одной группы часто применяется в социологических, социально-психологических и педагогических исследованиях. Его можно записать в виде:

O1 XO2

В этом плане отсутствует контрольная группа, поэтому нельзя утверждать, что изменения зависимой переменной (разница между O1 и O2), регистрируемые в ходе тестирования, вызваны именно изменением независимой переменной. Между начальным и итоговым тестированием могут произойти и другие «фоновые» события, воздействующие на испытуемых вместе с независимой переменной. Этот план не позволяет контролировать также эффект естественного развития и эффект тестирования.

Сравнение статистических групп будет точнее назвать планом для двух неэквивалентных групп с тестированием после воздействия. Он может быть записан в таком виде:

XO1

O2

Этот план позволяет учитывать эффект тестирования, благодаря введению контрольной группы контролировать ряд внешних переменных. Однако с его помощью невозможно учесть эффект естественного развития, так как нет материала для сравнения состояния испытуемых на данный момент с их начальным состоянием (предварительное тестирование не проводилось). Для сравнения результатов контрольной и экспериментальной групп используют t-критерий Стьюдента. Однако следует учитывать, что различия в результатах тестирования могут быть обусловлены не экспериментальным воздействием, а различием в составе групп.

Квазиэкспериментальные планы являются своеобразным компромиссом между реальностью и строгими рамками истинных экспериментов. Существуют следующие типы квазиэкспериментальных планов в психологическом исследовании: 1) планы экспериментов для неэквивалентных групп; 2) планы с предварительным и итоговым тестированием различных рандомизированных групп; 3) планы дискретных временных серий.

План эксперимента для неэквивалентных групп направлен на установление причинно-следственной зависимости между переменными, однако в нем отсутствует процедура уравнивания групп (рандомизация). Этот план может быть представлен следующей схемой:

O1 X O2

O3 O4

К проведению эксперимента в данном случае привлекаются две реальные группы. Обе группы тестируются. Затем одна группа подвергается экспериментальному воздействию, а другая – нет. Затем обе группы повторно тестируются. Результаты первого и второго тестирования обеих групп сопоставляют, для сравнения используют t-критерий Стьюдента и дисперсионный анализ. Различие O2 и O4 свидетельствует о естественном развитии и фоновом воздействии. Для выявления действия независимой переменной необходимо сравнивать 6(O1 O2) и 6(O3 O4), т. е. величины сдвигов показателей. Значимость различия приростов показателей будет свидетельствовать о влиянии независимой переменной на зависимую. Этот план аналогичен плану истинного эксперимента для двух групп с тестированием до и после воздействия (см. с. 118). Главным источником артефактов является различие в составе групп.

План с предварительным и итоговым тестированием различных рандомизированных групп отличается от плана истинного эксперимента тем, что предварительное тестирование проходит одна группа, а итоговое – эквивалентная группа, которая подверглась воздействию:

R O1

R X O2

Главный недостаток этого квазиэкспериментального плана – невозможность контролировать эффект «фона» – влияние событий, происходящих наряду с экспериментальным воздействием в период между первым и вторым тестированием.

Планы дискретных временных серий подразделяются на несколько видов в зависимости от количества групп (одной или нескольких), а также в зависимости от количества экспериментальных воздействий (одиночного или серии воздействий).

План дискретных временных серий для одной группы испытуемых состоит в том, что первоначально определяется исходный уровень зависимой переменной на группе испытуемых с помощью серии последовательных замеров. Затем применяют экспериментальное воздействие и проводят серию аналогичных замеров. Сравнивают уровни зависимой переменной до и после воздействия. Схема этого плана:

O1O2O3O4O5O6

Главный недостаток плана дискретных временных серий в том, что он не дает возможности отделить результат влияния независимой переменной от влияния фоновых событий, которые происходят в течение исследования.

Модификацией этого плана является квазиэксперимент по схеме временных серий, в котором воздействие перед замером чередуется с отсутствием воздействия перед замером. Его схема такова:

ХO1 – O2ХO3 – O4 ХO5

Чередование может быть регулярным или случайным. Этот вариант подходит лишь в том случае, когда эффект воздействия обратим. При обработке данных, полученных в эксперименте, серии разбивают на две последовательности и сравнивают результаты замеров, где было воздействие, с результатами замеров, где оно отсутствовало. Для сравнения данных используется t-критерий Стьюдента с числом степеней свободы n – 2, где n – число ситуаций одного типа.

Планы временных серий часто реализуются на практике. Однако при их применении нередко наблюдается так называемый «эффект Хотторна». Впервые его обнаружили американские ученые в 1939 г., когда проводили исследование на заводе Хотторна в Чикаго. Предполагалось, что изменение системы организации труда позволит повысить его производительность. Однако в ходе эксперимента любые изменения в организации труда приводили к повышению его производительности. В результате оказалось, что само по себе участие в эксперименте повысило мотивацию к труду. Испытуемые поняли, что ими лично интересуются, и стали работать продуктивнее. Чтобы контролировать этот эффект, должна использоваться контрольная группа.

Схема плана временных серий для двух неэквивалентных групп, из которых одна не получает воздействия, выглядит так:

O1O2O3O4O5O6O7O8O9O10

O1O2O3O4O5O6O7O8O9O10

Такой план позволяет контролировать эффект «фона». Обычно он используется исследователями при изучении реальных групп в образовательных учреждениях, клиниках, на производстве.

Еще один специфический план, который нередко используется в психологии, называют экспериментом ex-post-facto. Он часто применяется в социологии, педагогике, а также в нейропсихологии и клинической психологии. Стратегия применения этого плана состоит в следующем. Экспериментатор сам не воздействует на испытуемых. В качестве воздействия выступает некоторое реальное событие из их жизни. Экспериментальная группа состоит из «испытуемых», подвергшихся воздействию, а контрольная группа – из людей, не испытавших его. При этом группы по возможности уравниваются на момент своего состояния до воздействия. Затем проводится тестирование зависимой переменной у представителей экспериментальной и контрольной групп. Данные, полученные в результате тестирования, сопоставляются и делается вывод о влиянии воздействия на дальнейшее поведение испытуемых. Тем самым план ex-post-facto имитирует схему эксперимента для двух групп с их уравниванием и тестированием после воздействия. Его схема такова:

(R) X O1

(R) O2

Если удается достичь эквивалентности групп, то этот план становится планом истинного эксперимента. Он реализуется во многих современных исследованиях. Например, при изучении посттравматического стресса, когда люди, перенесшие воздействия природной или техногенной катастрофы, или участники боевых действий тестируются на наличие посттравматического синдрома, их результаты сопоставляются с результатами контрольной группы, что позволяет выявить механизмы возникновения подобных реакций. В нейропсихологии травмы головного мозга, поражения определенных структур, рассматриваемые как «экспериментальное воздействие», предоставляют уникальную возможность для выявления локализации психических функций.

Планы истинных экспериментов для одной независимой переменной отличаются от других следующим:

1) использованием стратегий создания эквивалентных групп (рандомизация);

2) наличием как минимум одной экспериментальной и одной контрольной групп;

3) итоговым тестированием и сравнением результатов групп, получавших и не получавших воздействие.

Рассмотрим подробнее некоторые экспериментальные планы для одной независимой переменной.

План для двух рандомизированных групп с тестированием после воздействия. Его схема выглядит так:

R XO1

R O2

Этот план применяют в том случае, если нет возможности или необходимости проводить предварительное тестирование. При равенстве экспериментальной и контрольной групп данный план является наилучшим, поскольку позволяет контролировать большинство источников артефактов. Отсутствие предварительного тестирования исключает как эффект взаимодействия процедуры тестирования и экспериментального задания, так и сам эффект тестирования. План позволяет контролировать влияние состава групп, стихийного выбывания, влияние фона и естественного развития, взаимодействие состава группы с другими факторами.

В рассмотренном примере использовался один уровень воздействия независимой переменной. Если же она имеет несколько уровней, то количество экспериментальных групп увеличивается до числа уровней независимой переменной.

План для двух рандомизированных групп с предварительным и итоговым тестированием. Схема плана выглядит следующим образом:

R O1 Х O2

R O3 O4

Этот план применяется в том случае, если существуют сомнения в результатах рандомизации. Главный источник артефактов – взаимодействие тестирования и экспериментального воздействия. В реальности также приходится сталкиваться с эффектом неодновременности тестирования. Поэтому наилучшим считается проведение тестирования членов экспериментальной и контрольной групп в случайном порядке. Предъявление-непредъявление экспериментального воздействия также лучше проводить в случайном порядке. Д. Кэмпбелл отмечает необходимость контроля «внутригрупповых событий».[69] Данный экспериментальный план хорошо контролирует эффект фона и эффект естественного развития.

При обработке данных обычно используются параметрические критерии t и F (для данных в интервальной шкале). Вычисляют три значения t: 1) между O1 и O2; 2) между O3 и O4; 3) между O2 и O4. Гипотезу о значимости влияния независимой переменной на зависимую можно принять в том случае, если выполняются два условия: 1) различия между O1 и O2 значимы, а между O3 и O4 незначимы и 2) различия между O2и O4 значимы. Иногда удобнее сравнивать не абсолютные значения, а величины прироста показателей б(1 2) и б (3 4). Эти значения также сравниваются по t-критерию Стьюдента. В случае значимости различий принимается экспериментальная гипотеза о влиянии независимой переменной на зависимую.

План Соломона представляет собой объединение двух предыдущих планов. Для его реализации необходимы две экспериментальные (Э) и две контрольные (К) группы. Его схема выглядит так:

С помощью этого плана можно контролировать эффект взаимодействия предварительного тестирования и эффект экспериментального воздействия. Эффект экспериментального воздействия выявляется при сравнении показателей: O1 и O2; O2 и O4; O5 и O6; O5 и O3. Сравнение O6, O1 и O3 позволяет выявить влияние фактора естественного развития и фоновых воздействий на зависимую переменную.

Теперь рассмотрим план для одной независимой переменной и нескольких групп.

План для трех рандомизированных групп и трех уровней независимой переменной применяется в тех случаях, когда необходимо выявление количественных зависимостей между независимой и зависимой переменными. Его схема выглядит так:

При реализации этого плана каждой группе предъявляется лишь один уровень независимой переменной. При необходимости можно увеличить количество экспериментальных групп в соответствии с количеством уровней независимой переменной. Для обработки данных, полученных с помощью такого экспериментального плана, могут применяться все вышеперечисленные статистические методы.

Факторные экспериментальные планы применяются для проверки сложных гипотез о взаимосвязях между переменными. В факторном эксперименте проверяются, как правило, два типа гипотез: 1) гипотезы о раздельном влиянии каждой из независимых переменных; 2) гипотезы о взаимодействии переменных. Факторный план заключается в том, чтобы все уровни независимых переменных сочетались друг с другом. Число экспериментальных групп при этом равно числу сочетаний.

Факторный план для двух независимых переменных и двух уровней (2 х 2). Это наиболее простой из факторных планов. Его схема выглядит так.

Данный план выявляет эффект воздействия двух независимых переменных на одну зависимую. Экспериментатор сочетает возможные переменные и уровни. Иногда используются четыре независимые рандомизированные экспериментальные группы. Для обработки результатов применяется дисперсионный анализ по Фишеру.

Существуют более сложные версии факторного плана: 3 х 2 и 3 х 3 и т. д. Дополнение каждого уровня независимой переменной увеличивает число экспериментальных групп.

«Латинский квадрат». Является упрощением полного плана для трех независимых переменных, имеющих два и более уровней. Принцип латинского квадрата состоит в том, что два уровня разных переменных встречаются в экспериментальном плане только один раз. Тем самым значительно сокращаются количество групп и экспериментальная выборка в целом.

Например, для трех независимых переменных (L, M, N) с тремя уровнями у каждой (1, 2, 3 и N(A, В, С)) план по методу «латинского квадрата» будет выглядеть так.

В этом случае уровень третьей независимой переменной (А, В, С) встречается в каждой строке и в каждой колонке по одному разу. Комбинируя результаты по строкам, столбцам и уровням, можно выявить влияние каждой из независимых переменных на зависимую, а также степень попарного взаимодействия переменных. Применение латинских букв А, В, С для обозначения уровней третьей переменной традиционно, поэтому метод и получил название «латинский квадрат».

«Греко-латинский квадрат». Этот план применяется в случае, если необходимо исследовать влияние четырех независимых переменных. Он строится на основе латинского квадрата для трех переменных, при этом к каждой латинской группе плана присоединяется греческая буква, обозначающая уровни четвертой переменной. Схема для плана с четырьмя независимыми переменными, каждая из которых имеет три уровня, будет выглядеть так:

Для обработки данных, полученных в плане «греко-латинский квадрат», применяется метод дисперсионного анализа по Фишеру.

Главная проблема, которую позволяют решить факторные планы, – определение взаимодействия двух и более переменных. Эту задачу невозможно решить, применяя несколько обычных экспериментов с одной независимой переменной. В факторном плане вместо попыток «очистить» экспериментальную ситуацию от дополнительных переменных (с угрозой для внешней валидности) экспериментатор приближает ее к реальности, вводя некоторые дополнительные переменные в разряд независимых. При этом анализ связей между изучаемыми признаками позволяет выявить скрытые структурные факторы, от которых зависят параметры измеряемой переменной.

4.8. Корреляционные исследования

Теория корреляционного исследования разработана английским математиком К. Пирсоном. Стратегия проведения такого исследования заключается в том, что управляемое воздействие на объект отсутствует. План корреляционного исследования несложен. Исследователь выдвигает гипотезу о наличии статистической связи между несколькими психическими свойствами индивида. При этом предположение о причинной зависимости не обсуждается.

Корреляционным называется исследование, проводимое для подтверждения или опровержения гипотезы о статистической связи между несколькими (двумя или более) переменными. В психологии в качестве переменных могут выступать психические свойства, процессы, состояния и т. п.

Корреляционные связи. «Корреляция» в прямом переводе означает соотношение. Если изменение одной переменной сопровождается изменением другой, то говорят о корреляции этих переменных. Наличие корреляции двух переменных не является свидетельством наличия причинно-следственных зависимостей между ними, но дает возможность выдвинуть такую гипотезу. Отсутствие корреляции позволяет опровергнуть гипотезу о причинно-следственной связи переменных.

Различают несколько типов корреляционных связей:

• прямая корреляционная связь (уровень одной переменной непосредственно соответствует уровню другой переменной);

• корреляция, обусловленная третьей переменной (уровень одной переменной соответствует уровню другой переменной в силу того, что обе эти переменные обусловлены третьей, общей переменной);

• случайная корреляция (не обусловлена никакой переменной);

• корреляция, обусловленная неоднородностью выборки (если выборка состоит двух неоднородных групп, то может быть получена корреляционная связь, не существующая в генеральной совокупности).

Корреляционные связи бывают следующих видов:

– положительная корреляция (повышение уровня одной переменной сопровождается повышением уровня другой переменной);

– отрицательная корреляция (рост уровня одной переменной сопровождается снижением уровня другой);

– нулевая корреляция (свидетельствует об отсутствии связи переменных);

– нелинейная связь (в определенных пределах повышение уровня одной переменной сопровождается повышением уровня другой, а при других параметрах – наоборот. Большинство психологических переменных имеют именно нелинейную связь).

Планирование корреляционного исследования. План корреляционного исследования является разновидностью квазиэкспериментального плана при отсутствии воздействия независимой переменной на зависимые. Корреляционное исследование разбивается на серию независимых измерений в группе испытуемых. В случае простого корреляционного исследования группа однородна. В случае сравнительного корреляционного исследования мы имеем несколько подгрупп, различающихся по одному или нескольким критериям. Результаты таких измерений дают матрицу вида Р х О. Обрабатываются данные корреляционного исследования путем вычисления корреляций по строкам или по столбцам матрицы. Корреляция по строкам дает сравнение испытуемых. Корреляция столбцов дает информацию о связи измеряемых переменных. Часто выявляются временные корреляции, т. е. изменение структуры корреляций во времени.

Ниже рассмотрены основные типы корреляционного исследования.

Сравнение двух групп. Применяется для установления сходства или различия двух естественных или рандомизированных групп по выраженности того или иного параметра. Средние результаты у двух групп сравнивают с помощью t-критерия Стьюдента. При необходимости для сравнения дисперсий показателя в двух группах также может быть использован t-критерий Фишера (см. 7.3).

Одномерное исследование одной группы в разных условиях. План этого исследования близок к экспериментальному. Но в случае корреляционного исследования мы не управляем независимой переменной, а лишь констатируем изменение поведения индивида в разных условиях.

Корреляционное исследование попарно эквивалентных групп. Этот план используется при исследовании близнецов методом внутрипарных корреляций. Близнецовый метод основывается на следующих положениях: генотипы монозиготных близнецов сходны на 100 %, а дизиготных близнецов – на 50 %, среда развития как дизиготных, так и монозиготных пар одинакова. Дизиготные и монозиготные близнецы разбиваются на группы: в каждой – один близнец из пары. У близнецов обеих групп измеряется интересующий исследователя параметр. Затем вычисляются корреляции между параметрами -корреляция) и между близнецами -корреляция). Сравнивая внутрипарные корреляции монозиготных и дизиготных близнецов, можно выявить доли влияния среды и генотипа на развитие того или иного признака. Если корреляция монозиготных близнецов надежно выше корреляции дизиготных близнецов, то можно говорить о существующей генетической детерминации признака, в противном случае говорят о средовой детерминации.

Многомерное корреляционное исследование. Проводится для проверки гипотезы о связи нескольких переменных. Отбирается экспериментальная группа, которая тестируется по определенной программе, состоящей из нескольких тестов. Данные исследования заносятся в таблицу «сырых» данных. Затем эта таблица обрабатывается, подсчитываются коэффициенты линейных корреляций. Корреляции оцениваются на статистические различия.

Структурное корреляционное исследование. Исследователь выявляет различие в уровне корреляционных зависимостей между одними и теми же показателями, измеренными у представителей разных групп.

Лонгитюдное корреляционное исследование. Оно строится по плану временных серий с тестированием группы через заданные промежутки времени. В отличие от простого лонгитюда исследователя интересуют изменения не столько самих переменных, сколько связей между ними.

Тема 5. Психологическое измерение

5.1. Элементы теории психологического измерения

Измерение может быть самостоятельным исследовательским методом, но может выступать и как компонент целостной процедуры эксперимента. Как самостоятельный метод измерение служит для выявления индивидуальных различий в поведении субъектов и отражения ими окружающего мира, а также для исследования адекватности отражения и структуры индивидуального опыта.

Измерение в процедуре эксперимента рассматривается как метод регистрации состояния объекта исследования и соответственно изменения этого состояния в ответ на экспериментальное воздействие.

На основе теории измерения строятся психологические тесты.

В психологии различают три основные процедуры психологического измерения. В основе различения лежит объект измерения.

1. Измерение особенностей поведения людей, определение различий между людьми с точки зрения выраженности тех или иных свойств, наличия того или иного психического состояния или для отнесения к определенному типу. Психологическое измерение заключается в измерении испытуемых.

2. Измерение как задача испытуемого, в ходе выполнения которой последний измеряет (классифицирует, ранжирует, оценивает и т. п.) внешние объекты: других людей, стимулы или предметы внешнего мира, собственные состояния. Психологическое измерение в этом случае является измерением стимулов. Под стимулом понимается любой шкалируемый объект.

3. Совместное измерение стимулов и испытуемых. При этом предполагается, что «стимулы» и «испытуемые» могут быть расположены на одной оси. Поведение испытуемого рассматривается как проявление взаимодействия личности и ситуации.

Внешне процедура психологического измерения испытуемых ничем не отличается от процедуры психологического эксперимента. Однако при проведении психологического эксперимента исследователя интересуют причинные связи между переменными, а результатом психологического измерения является лишь отнесение испытуемого либо оцениваемого им объекта к тому или иному классу, точке шкалы или пространству признаков.

Психологическое измерение стимулов является задачей, которую испытуемый решает в ходе психологического эксперимента. В этом случае измерение используется только как методический прием наряду с другими методами психологического исследования; испытуемый же «играет роль» измерительного прибора.

По сути психологическое измерение испытуемых и психологическое измерение стимулов являются качественно различными процедурами, но в психологии принято употреблять понятие «психологическое измерение» применительно к обоим этим случаям. Процедура психологического измерения состоит из ряда этапов, аналогичных этапам экспериментального исследования. Основой психологических измерений является математическая теория измерений – раздел математической психологии.

С математической точки зрения измерением называется операция установления взаимно однозначного соответствия множества объектов и символов (как частный случай – чисел). Правила, на основании которых числа приписываются объектам, определяют шкалу измерения. Шкала (от лат. scala – лестница) в буквальном значении есть измерительный инструмент.

Понятие измерительной шкалы введено в психологию американским ученым С. Стивенсом.[70] Его трактовка шкалы и сегодня используется в научной литературе.

Операции, способы измерения объектов задают тип шкалы. Различают несколько типов шкал (см. 5.2). Шкала, в свою очередь, характеризуется видом преобразований, которые могут быть применены к результатам измерения. Если не соблюдать это правило, то структура шкалы нарушится, а данные измерения нельзя будет осмысленно интерпретировать. Тип шкалы однозначно определяет совокупность статистических методов, которые могут быть применены для обработки данных измерения.

5.2. Измерительные шкалы

Рассмотрим подробнее особенности различных измерительных шкал. С. Стивенсом[71] предложена классификация из четырех типов шкал измерения:

1) номинативная (номинальная, шкала наименований);

2) порядковая (ординальная);

3) интервальная (шкала равных интервалов);

4) шкала равных отношений.

Номинативная (от лат. nomen – имя, название) шкала – это шкала, классифицирующая по названию. Название не измеряется количественно, а лишь позволяет отличить один объект от другого или один субъект от другого. Номинативная шкала – это способ классификации объектов или субъектов, распределения их по ячейкам классификации.

Простейший случай номинативной шкалы – дихотомическая шкала, состоящая из двух наименований. Признак, который измеряется по дихотомической шкале наименований, называется альтернативным. Он может принимать всего два значения (например, леворукий – праворукий). Более сложный вариант номинативной шкалы – классификация из трех и более наименований (например, холерик, сангвиник, флегматик, меланхолик).

Распределив все объекты, реакции или всех испытуемых по классам, можно перейти от наименований к числам, подсчитав количество наблюдений в каждом классе.

Таким образом, номинативная шкала позволяет подсчитывать частоты встречаемости разных наименований или значений признака, а затем работать с этими частотами с помощью математических методов.

Порядковая шкала – это шкала, классифицирующая по принципу «больше – меньше». Если в шкале наименований безразлично, в каком порядке расположены классы, то в порядковой шкале они образуют последовательность от самого малого значения к самому большому (или наоборот).

В порядковой шкале должно быть не менее трех классов (например, положительный ответ – нейтральный ответ – отрицательный ответ). В порядковой шкале неизвестно истинное расстояние между классами, но известно, что они образуют последовательность.

От классов легко перейти к числам, если считать, что низший класс получает ранг 1, средний класс – ранг 2, а высший класс – ранг 3, или наоборот. Чем больше классов в шкале, тем больше возможностей для математической обработки полученных данных и проверки статистических гипотез.

Все психологические методы, использующие ранжирование, построены на применении порядковой шкалы. Если испытуемому предлагается, например, упорядочить 15 потребностей по степени их значимости или проранжировать список личностных качеств учителя, то во всех этих случаях он совершает так называемое принудительное ранжирование, при котором количество рангов соответствует количеству ранжируемых субъектов или объектов (потребностей, качеств и т. п.).

Независимо от того, приписывается ли каждому качеству или испытуемому один из трех-четырех рангов или же совершается процедура принудительного ранжирования, в результате получаются ряды значений, измеренные по порядковой шкале. Однако данные, полученные в разных группах, могут оказаться несопоставимыми, так как группы могут изначально различаться по уровню развития исследуемого качества и испытуемый, получивший в одной группе высший ранг, в другой получил бы лишь средний, и т. п.

Единица измерения в шкале порядка – расстояние в 1 ранг, при этом расстояние между классами и рангами может быть разным.

Интервальная шкала – это шкала, классифицирующая по принципу «больше на определенное количество единиц – меньше на определенное количество единиц». Каждое из возможных значений признака отстоит от другого на равном расстоянии.

Построение интервальной шкалы для измерения психических явлений – дело очень сложное. Даже при получении данных в физических единицах (секундах, сантиметрах и т. п.) результаты психологического измерения не являются измеренными по интервальной шкале. Аналогично значения, полученные испытуемыми в баллах по любой нестандартизованной методике, оказываются измеренными лишь по шкале порядка. На самом деле равноинтервальными можно считать только шкалы в единицах стандартного отклонения и процентильные шкалы – и то лишь при условии, что распределение значений в стандартизующей выборке было нормальным.[72]

Принцип построения большинства интервальных шкал основан на правиле «трех сигм»: примерно 97,7—97,8 % всех значений признака при нормальном его распределении укладываются в диапазон М ± 36. Можно построить шкалу в единицах долей стандартного отклонения, которая будет охватывать весь возможный диапазон изменений признака, если крайний слева и крайний справа интервалы оставить открытыми.

Американский психолог Р. Кеттелл предложил шкалу стенов – «стандартных десяток». Построение такой шкалы начинается с определения среднего арифметического значения в «сырых» баллах, которое принимается за точку отсчета. Вправо и влево отмеряются интервалы, равные 1/2 стандартного отклонения. Справа от среднего значения будут располагаться интервалы, равные 6, 7, 8, 9 и 10 стенам, слева – интервалы, равные 5, 4, 3, 2 и 1 стенам. На оси «сырых» баллов размечаются границы интервалов в единицах «сырых» баллов. Иногда в шкале стенов за разное количество «сырых» баллов будет начисляться одинаковое количество стенов. Шкалу стенов можно построить по любым данным, измеренным по крайней мере в порядковой шкале, при объеме выборки n > 200 и нормальном распределении признака.

Другой способ построения равноинтервальной шкалы – группировка интервалов по принципу равенства накопленных частот (процентильная шкала). При нормальном распределении признака в окрестности среднего значения группируется большая часть всех наблюдений, поэтому в этой области среднего значения интервалы оказываются меньше, уже, а по мере удаления от центра распределения они увеличиваются. Следовательно, такая процентильная шкала является равноинтервальной только относительно накопленной частоты.[73]

Многие исследователи не проверяют степень совпадения полученного ими эмпирического распределения с нормальным распределением и тем более не переводят получаемые значения в единицы долей стандартного отклонения, или процентили, предпочитая пользоваться «сырыми» данными. «Сырые» же данные часто дают скошенное, срезанное по краям или двухвершинное распределение. С такими распределениями приходится встречаться очень часто, и дело здесь не в какой-то ошибке, а в специфике психологических признаков.

Шкала равных отношений – это шкала, классифицирующая объекты или субъекты пропорционально степени выраженности измеряемого свойства. В шкалах отношений классы обозначаются числами, которые пропорциональны друг другу: 2 так относится к 4, как 4 к 8. Это предполагает наличие абсолютной нулевой точки отсчета. Однако возможности человеческой психики столь велики, что трудно представить себе абсолютный нуль в какой-либо измеряемой психологической переменной.

Абсолютный нуль может иметь место при подсчете количества объектов или субъектов. По отношению к показателям частот возможно применять все арифметические операции: сложение, вычитание, деление и умножение. Единица измерения в этой шкале отношений – одно наблюдение, один выбор, одна реакция и т. п.

Таким образом, универсальной шкалой измерения в частотах встречаемости того или иного значения признака и единицей измерения, которая представляет собой одно наблюдение, является номинативная шкала. Расклассифицировав испытуемых по признакам номинативной шкалы, можно применить потом высшую шкалу измерения – шкалу отношений между частотами.

5.3. Тестирование и теория измерений

Разновидностью процедуры измерения свойств объекта является психологическое тестирование (подробно о нем см. тему 6).

С теоретической точки зрения тестирование состоит из двух основных компонентов: собственно тестирования – взаимодействия испытуемого с тестом и интерпретации – взаимодействия данных (индикаторов) испытуемого с совокупностью данных.

В зависимости от того, с какими свойствами и индикаторами имеет дело исследователь на множестве испытуемых (определяется природой свойства) или индикаторов (определяется описанием поведения и заданий), получаются разные модели теста. Если свойство не определено, то рассматривается отношение различия на множестве людей. Это отношение порождает новый класс объектов. Такой тест выявляет меру сходства каждого человека с «человеком-эталоном».

Если свойство определено качественно, то оно рассматривается как точечное, что позволяет ограничить класс объектов – выделить людей, обладающих этим свойством, и людей, не обладающих им. В этом случае тест позволяет произвести дихотомическую классификацию.

Если свойство линейное или многомерное, то можно выявить величину свойства, характеризующую каждого человека. Тест позволяет измерить свойство количественно.

Кумулятивно-аддитивная модель теста предложена немецким психологом К. Левиным, который понимал поведение как функцию личности и ситуации. В тесте решается задача восстановить свойство личности по поведению в ситуации. Ситуацией является пункт теста, а поведением – ответ испытуемого. Таким образом, каждый индикатор свойства есть соединение поведения и ситуации. Тем самым личность является производным от совокупности индикаторов. Процедура обнаружения свойств, к которой сводится тестовое измерение, завершается выводом суммарного балла. «Сырой» балл считается оценкой, характеризующей испытуемого.

Кумулятивную гипотезу проверяют путем корреляции результатов применения различных методик. При наличии высокого положительного коэффициента линейной корреляции результатов кумулятивно-аддитивная модель принимается для обработки данных личного опросника.

Вероятностная модель теста. Критическую оценку применения кумулятивно-аддитивной модели дал швейцарский психолог Р. Мейли. Он полагал, что тесты измеряют только вероятность наличия у испытуемого того или иного психологического свойства, а не его интенсивность.[74] По мнению В.Н. Дружинина, критика, с которой выступает Р. Мейли, носит только качественный характер и не имеет математического или эмпирического обоснования.[75] С позиции обобщенной модели основное требование к тесту заключается в том, чтобы процедуры измерения и интерпретации были тождественны.

Тема 6. Психологическое тестирование

6.1. Общая характеристика психологического тестирования

Психологическое тестирование – это метод измерения и оценки психологических характеристик человека с помощью специальных техник. Предметом тестирования могут быть любые психологические характеристики человека: психические процессы, состояния, свойства, отношения и т. п. Основой психологического тестирования является психологический тест – стандартизированная система испытаний, позволяющая обнаружить и измерить качественные и количественные индивидуально-психологические различия.

Изначально тестирование рассматривалось как разновидность эксперимента. Однако к настоящему времени специфика и самостоятельное значение тестирования в психологии позволяют отграничить его от собственно эксперимента.

Теория и практика тестирования обобщены в самостоятельных научных дисциплинах – психологической диагностике и тестологии. Психологическая диагностика – это наука о способах выявления и измерения индивидуально-психологических и индивидуально-психофизиологических особенностей человека. Таким образом, психодиагностика является экспериментально-психологическим разделом дифференциальной психологии. Тестология – это наука о разработке, конструировании тестов.

Процесс тестирования, как правило, включает в себя три этапа:

1) выбор методики, адекватной целям и задачам тестирования;

2) собственно тестирование, т. е. сбор данных в соответствии с инструкцией;

3) сравнение полученных данных с «нормой» или между собой и вынесение оценки.

В связи с наличием двух способов вынесения оценки по тесту различают два типа психологического диагноза. Первый тип заключается в констатации наличия или отсутствия какого-либо признака. В этом случае полученные данные об индивидуальных особенностях психики тестируемого соотносятся с некоторым заданным критерием. Второй тип диагноза позволяет сравнивать нескольких тестируемых между собой и находить место каждого из них на определенной «оси» в зависимости от степени выраженности тех или иных качеств. Для этого проводится ранжирование всех обследуемых по степени представленности исследуемого показателя, вводятся высокий, средний, низкий и т. д. уровни изучаемых особенностей в данной выборке.

Строго говоря, психологический диагноз есть не только результат сравнения эмпирических данных с тестовой шкалой или между собой, но и итог квалифицированной интерпретации с учетом многих привходящих факторов (психического состояния тестируемого, его готовности к восприятию заданий и отчету о своих показателях, ситуации тестирования и пр.).

Психологические тесты особенно ярко демонстрируют связь способа исследования с методологическими воззрениями психолога. Например, в зависимости от предпочитаемой теории личности исследователь выбирает тип личностного опросника.

Использование тестов – неотъемлемая черта современной психодиагностики. Можно выделить несколько областей практического использования результатов психодиагностики: сфера обучения и воспитания, сфера профессионального отбора и профессиональной ориентации, консультативная и психотерапевтическая практика и, наконец, область экспертизы – медицинской, судебной и т. п.

6.2. Возникновение и развитие метода тестирования

Возникновение метода тестирования, как уже указывалось выше, произошло в конце XIX в. на основе развития экспериментальных методов для изучения психических явлений. Возможность количественной оценки психических явлений и сопоставления на этой основе результатов разных испытуемых между собой обусловила бурное развитие метода тестирования. Вместе с этим накапливались знания об индивидуально-психологических особенностях людей.

Дифференциально-психологическое изучение человека формировалось не только как следствие развития экспериментальной психологии. Дифференциальная психология «выросла» из задач, стоявших перед медицинской и педагогической практикой, где велика была потребность в дифференциации душевнобольных и умственно отсталых людей.

Разработка психологических тестов велась во многих странах Европы и в США. Первоначально в качестве тестов использовались обычные лабораторные эксперименты, однако смысл их применения был иным. В этих экспериментах изучались не различия в реакциях испытуемого на разные стимулы, а индивидуальные различия в реакциях испытуемого при соблюдении постоянных условий эксперимента.

В 1905 г. появился первый интеллектуальный тест, соответствующий современному пониманию тестов. По заказу министерства образования Франции французский психолог А. Бине разработал тест интеллекта для выявления умственно неполноценных детей, не способных обучаться в обычных школах. В 1907 г. этот тест был усовершенствован соотечественником А. Бине Т. Симоном и получил название шкалы умственного развития Бине – Симона. Разработанная шкала содержала 30 заданий, расположенных по степени возрастания трудности. Например, для ребенка трех лет требовалось: 1) показать свои глаза, нос, рот; 2) повторить предложение длиной до шести слов; 3) повторить по памяти два числа; 4) назвать нарисованные предметы; 5) назвать свою фамилию. Если ребенок решал все задания, ему предлагались задания более старшей возрастной ступени. Задания считались соответствующими определенной возрастной ступени, если их правильно выполняло большинство (80–90 %) детей данного возраста.

Шкала Бине – Симона в последующих редакциях (1908 и 1911 гг.) была переведена на английский и немецкий языки. В этих редакциях был расширен возрастной диапазон – до 13 лет, увеличено число задач и введено понятие умственного возраста. Умственный возраст определялся по успешности выполнения тестовых заданий следующим образом: сначала ребенку предлагались задания, соответствующие его хронологическому возрасту. Если он справлялся со всеми заданиями, ему предлагали задания следующей старшей возрастной группы. Если же он не выполнял задания своей возрастной группы, ему предлагались задания предшествующей младшей возрастной группы. Базовым умственным возрастом считался тот, все задания которого были выполнены ребенком. Если ребенок выполнял, кроме них, некоторые задания из последующего старшего возраста, то к его базовому умственному возрасту добавлялось несколько «умственных месяцев».

В 1912 г. немецким психологом В. Штерном было введено понятие коэффициента интеллекта (IQ), определяемого как отношение умственного возраста к хронологическому возрасту, выраженное в процентах.

Усовершенствование шкалы А. Бине было продолжено в Стэнфордском университете (США) под руководством американского психолога Л.М. Термена. В 1916 г. был предложен новый, стандартизированный вариант этой шкалы, которую стали называть шкалой Стэнфорд – Бине. Она имела два существенных отличия от предыдущих редакций. Во-первых, в ней использовался коэффициент интеллекта, а во-вторых, вводилось понятие статистической нормы. Для каждого возраста наиболее типичный, средний показатель выполнения теста равнялся 100, а статистическая мера разброса – стандартное отклонение – 16. Таким образом, все индивидуальные результаты в пределах от 84 до 116 считались нормальными. Если тестовый показатель был выше 116, ребенок считался одаренным, если ниже 84 – умственно отсталым. Шкала Стэнфорд – Бине имела впоследствии еще несколько редакций (1937, 1960, 1972, 1986 гг.). Вновь создаваемые интеллектуальные тесты до сих пор проверяются на валидность путем сопоставления с результатами этой шкалы.

В начале XX в. развитие тестирования определялось также запросами промышленности и армии. Создавались тесты для отбора в различных отраслях производства и сферы обслуживания (тесты Мюнстерберга для профотбора телефонисток, тесты Фридриха для отбора слесарей, тесты Гута для наборщиков и др.), а также для распределения новобранцев по родам войск (тесты «Армия Альфа» и «Армия Бета»). Это привело к появлению группового тестирования. Впоследствии армейские тесты были использованы в гражданских целях.

В первой половине XX в. появился целый ряд методик, направленных на дифференциальную диагностику различных типов патологии. Немецкий психиатр Э. Крепелин продолжил работу Ф. Гальтона над методикой свободных ассоциаций. Впоследствии ассоциативный эксперимент преобразовался в «метод незаконченных предложений», широко используемый до настоящего времени. В 1921 г. швейцарским психиатром Г. Роршахом был создан «тест чернильных пятен», являющийся одной из самых популярных проективных методик.

В 1935 г. американскими психологами Х. Морган и Г. Мюрреем был разработан тест тематической апперцепции (ТАТ), который в настоящее время имеет множество модификаций. Параллельно развивались теоретические основы конструирования тестов, совершенствовались методы математико-статистической обработки. Появились корреляционный и факторный анализ (Ч. Спирмен, Т.Л. Кили, Л.Л. Терстон и др.). Это позволяло разрабатывать принципы стандартизации тестов, что давало возможность создавать согласованные тестовые батареи. В итоге были предложены методики, построенные по факторному принципу (опросник Р. Кеттелла 16PF и др.), и новые тесты интеллекта (1936 г. – тест Дж. Равена, 1949 г. – тест Д. Векслера, 1953 г. – тест Амтхауэра). В это же время совершенствовались тесты профотбора (батарея GATB для армии США в 1957 г.) и клинические тесты (опросник MMPI в 1940-е гг.).

В 1950–1960 гг. произошли важные изменения в идеологии тестирования. Если раньше тесты были направлены на отсев, отбор, типизацию людей по различным категориям, то в 1950—1960-е гг. психодиагностика обратилась к нуждам и проблемам отдельной личности. Появилось огромное количество личностных опросников, цель которых – углубленное познание личности, выявление ее особенностей (опросники Г. Айзенка и др.).

Значительное количество тестов специальных способностей и достижений было создано по запросу со стороны промышленности и образования. В середине XX столетия появились критериально-ориентированные тесты.

В настоящее время в арсенале психологов насчитывается более десяти тысяч тестовых методик.

6.3. Классификация психологических тестов

Одна из наиболее удачных классификаций предложена американским психологом С. Розенцвейгом в 1950 г. Он разделил методы психодиагностики на три группы: субъективные, объективные и проективные.

Субъективные методы, к которым Розенцвейг отнес опросники и автобиографии, требуют от субъекта наблюдения за собой как за объектом. Объективные методы требуют исследования через наблюдение за внешним поведением. Проективные методы основываются на анализе реакций испытуемого на кажущийся личностно-нейтральным материал.

Американский психолог Г.У. Оллпорт предложил различать в психодиагностике прямые и непрямые методы. В прямых методах выводы о свойствах и отношениях испытуемого делаются исходя из его сознательного отчета, они соответствуют субъективным и объективным методам Розенцвейга. В непрямых методах выводы делаются на основании идентификаций испытуемого, они соответствуют проективным методам в классификации Розенцвейга.

В отечественной психологии принято подразделять все психодиагностические методики на два типа: методики высокого уровня формализации (формализованные) и малоформализованные методики (М.К. Акимова).[76]

Для формализованных методик характерна жесткая регламентация процедуры обследования (точное соблюдение инструкций, строго определенные способы предъявления стимульного материала и т. д.); в них предусмотрены нормы или другие критерии оценки результатов. Эти методики позволяют собирать диагностическую информацию в относительно короткие сроки, количественно и качественно сравнивать результаты большого числа испытуемых.

Малоформализованные методики дают ценные сведения об испытуемом в тех случаях, когда изучаемые явления плохо поддаются объективизации (личностные смыслы, субъективные переживания) или чрезвычайно изменчивы (состояния, настроения). Малоформализованные методы требуют высокого профессионализма психолога, значительных затрат времени. Однако полностью противопоставлять эти типы методик не следует, так как в целом они дополняют друг друга.

Всю группу формализованных методик иногда называют тестами. Однако в данной классификации они включают в себя четыре класса методик: тесты, опросники, проективные техники и психофизиологические методики. К малоформализованным методикам относятся: наблюдение, беседа, анализ продуктов деятельности.

В контексте рассматриваемой темы обратимся к классификации С. Розенцвейга, представленной и детально рассмотренной в работе В.В. Никандрова и В.В. Новочадова.[77]

Субъективные психодиагностические методики. При использовании субъективного диагностического подхода получение информации основано на самооценке исследуемым своего поведения и личностных особенностей. Соответственно, методики, основанные на использовании принципа самооценки, называют субъективными.

Субъективные методики в психодиагностике в основном представлены опросниками. В Словаре-справочнике по психодиагностике[78] утверждается, что к опросникам относятся психодиагностические методики, задания которых представлены в виде вопросов. Однако такое представление заданий является лишь внешним признаком, объединяющим опросники, но вовсе не достаточным для отнесения методик к этой группе, поскольку в виде вопросов формулируются задания и интеллектуальных, и проективных тестов.

По процедуре использования опросники сближаются с анкетированием. И в том и в другом случае общение между исследователем и исследуемым опосредовано анкетой или опросником. Исследуемый сам читает предлагаемые ему вопросы и сам фиксирует свои ответы. Подобная опосредованность дает возможность проведения массового психодиагностического исследования с помощью опросников. Вместе с тем существует и ряд различий, не позволяющих рассматривать анкеты и опросники как синонимы. Определяющим является различие в направленности: в отличие от анкет, выполняющих функцию сбора информации любой направленности, опросники нацелены на выявление личностных особенностей, в силу чего в них на первый план выходит признак не технологический (получение ответов на вопросы), а целевой (измерение личностных качеств). Отсюда следуют различия в специфике исследовательских процедур анкетирования и тестирования с помощью опросника. Анкетирование обычно анонимно, тестирование с помощью опросника – персонифицировано. Анкетирование, как правило, формально, ответы респондента не приводят ни к каким непосредственным последствиям, тестирование – личностно. Анкетирование более свободно по процедуре сбора информации вплоть до рассылки анкет по почте, тестирование обычно подразумевает непосредственный контакт с тестируемым.

Таким образом, опросник – это тест для выявления индивидуально-психологических различий на основе самоописания их проявлений испытуемыми. А вопросник в строгом смысле слова – это совокупность последовательно задаваемых вопросов, закладываемая в анкету или опросник при их конструировании. Опросник, таким образом, включает инструкцию испытуемому, перечень вопросов (т. е. вопросник), ключи для обработки получаемых данных, сведения по интерпретации результатов.

По принципу построения различают опросники-анкеты и собственно опросники. К опросникам-анкетам относятся методики, несущие в себе элементы анкеты. Для них характерно включение вопросов не только закрытого, но и открытого типа. Обработка закрытых вопросов производится по соответствующим ключам и шкалам, результаты дополняются и уточняются информацией, получаемой с помощью открытых вопросов. Обычно в опросники-анкеты включаются вопросы на выявление социально-демографических показателей: сведений о поле, возрасте, образовании и т. п. Опросник-анкета может целиком состоять из открытых вопросов, причем иногда количество ответов на вопросы не ограничено. Кроме того, к опросникам-анкетам принято относить методики, предмет диагностики которых слабо связан с личностными характеристиками, даже в том случае, если такие методики имеют формальные признаки опросника (например, Мичиганский скрининг-тест алкоголизма).

По сфере преимущественного применения различают узкопрофильные опросники и опросники широкого применения (широкого профиля). Узкопрофильные опросники, в свою очередь, делятся по сфере преимущественного применения на клинические, профориентационные, сферы обучения, сферы менеджмента и работы с персоналом и др. Некоторые опросники созданы специально для вузовской и школьной психодиагностики (опросник диагностики уровня школьной тревожности Филлипса), психодиагностики в сфере менеджмента (опросники самооценки деловых и личностных качеств менеджеров различных уровней, выявления степени лояльности к фирме и т. п.). Иногда узкопрофильные опросники со временем становятся опросниками широкого профиля. Например, известный Миннесотский многопрофильный личностный опросник (MMPI) создавался как сугубо клинический, для выявления психических заболеваний. Затем благодаря созданию значительного количества дополнительных неклинических шкал он стал универсальным, одним из наиболее употребительных личностных опросников.

В зависимости от того, к какой категории относится исследуемое с помощью опросника явление, выделяют опросники состояний и опросники свойств (личностные опросники). Существуют также комплексные опросники.

Психические состояния ситуационно обусловлены и измеряются минутами, часами, сутками, очень редко – неделями или месяцами. Поэтому инструкции к опросникам состояний указывают на необходимость отвечать на вопросы (или оценивать утверждения) в соответствии с актуальными (а не типичными) переживаниями, отношениями, настроениями. Довольно часто опросники состояний используются для оценки эффективности коррекционных воздействий, когда диагностируются состояния до и после сеанса воздействия или до и после серии сеансов (например, опросник САН, позволяющий оценить состояние по трем параметрам: самочувствие, активность, настроение).

Психические свойства представляют собой более устойчивые явления, чем состояния. На их выявление направлены многочисленные личностные опросники. Комплексные опросники сочетают в себе признаки опросника состояний и опросника свойств. В подобном случае диагностическая информация является более полной, поскольку состояние диагностируется на определенном фоне личностных свойств, облегчающих или затрудняющих возникновение состояния. Например, опросник Спилбергера – Ханина содержит шкалу реактивной тревожности (с помощью которой диагностируется тревожность как состояние) и шкалу личностной тревожности (для диагностики тревожности как личностного свойства).

В зависимости от степени охвата свойств личностные опросники делятся на реализующие принцип черт и типологические.

Опросники, реализующие принцип черт, подразделяются на одномерные и многомерные. Одномерные личностные опросники направлены на выявление наличия либо степени выраженности одного свойства. Выраженность свойства подразумевается в каком-то диапазоне от минимально до максимально возможного уровня. Поэтому такие опросники часто называют шкалами (например, шкала тревожности Ж. Тейлор). Достаточно часто опросники-шкалы используются в целях скрининга, т. е. отсеивания испытуемых по определенному диагностируемому признаку.

Многомерные личностные опросники направлены на измерение более чем одного свойства. Перечень выявляемых свойств, как правило, зависит от специфики области применения опросника и концептуальных воззрений авторов. Так, опросник Э. Шострома, созданный в рамках гуманистической психологии, направлен на выявление таких свойств, как принятие себя, спонтанность, самоуважение, самоактуализация, способность к близким контактам и т. п. Иногда многомерные опросники служат основой для создания одномерных опросников. Например, шкала тревожности Ж. Тейлор была создана на основе одной из шкал опросника MMPI. При этом на создаваемые одномерные опросники не могут автоматически переноситься показатели надежности и валидности исходных многомерных опросников. В данном случае требуется дополнительная оценка этих характеристик производных методик.

Количество шкал в многомерных опросниках имеет определенные пределы. Так, тестирование опросником 16PF Р. Кеттелла, оценивающим свойства личности по 16 параметрам и содержащим 187 вопросов, занимает от 30 до 50 мин. Опросник MMPI содержит 10 основных шкал и три контрольные шкалы. Испытуемый должен ответить на 566 вопросов. Время работы над опросником составляет 1,5–2 ч и, пожалуй, имеет предельную продолжительность. Как показывает практика, дальнейшее увеличение количества вопросов непродуктивно, поскольку ведет к росту почти в геометрической прогрессии необходимого для ответов времени, развитию усталости и монотонии и к падению мотивации испытуемых.

Типологические опросники создаются на основе выделения личностных типов – целостных образований, не сводимых к набору отдельных свойств. Описание типа дается через характеристику усредненного или, наоборот, ярко выраженного представителя типа. Указанная характеристика может содержать значительное количество личностных свойств, которое при этом не обязательно жестко лимитировано. И тогда целью тестирования будет выявление не отдельных свойств, а близости обследуемого человека к тому или иному личностному типу, что можно сделать с помощью опросника с достаточно небольшим числом вопросов.

Ярким примером типологических опросников являются методики Г. Айзенка. Широко используется его опросник EPI, созданный в 1963 г. и направленный на выявление интроверсии-экстраверсии и нейротизма (аффективной стабильности-нестабильности). Эти две личностные характеристики представлены в виде ортогональных осей и круга, в секторах которого выделяются четыре типа личности: экстравертированный нестабильный, экстравертированный стабильный, интровертированный стабильный, интровертированный нестабильный. Для описания типов Айзенком использовано порядка 50 коррелирующих между собой разноуровневых черт: свойства нервной системы, свойства темперамента, черты характера. Впоследствии Айзенк предложил сопоставить эти типы с типами темперамента по Гиппократу и И.П. Павлову, что было реализовано при адаптации опросника в 1985 г. А.Г. Шмелевым. При создании методики экспресс-диагностики характерологических особенностей подростков Т.В. Матолиным исходные типы личности по Айзенку были разбиты на 32 более дробных типа с описанием путей психолого-педагогического воздействия, что позволяет использовать опросник в работе педагога, школьного психолога, работника службы занятости.

По оцениваемой подструктуре личности выделяют: опросники темперамента, опросники характера, опросники способностей, опросники направленности личности; смешанные опросники. Опросники каждой из групп могут быть как типологическими, так и нетипологическими. Например, опросник темперамента может быть направлен на диагностику как отдельных свойств темперамента (активности, реактивности, сензитивности, эмоциональной возбудимости и т. д.), так и на диагностику типа темперамента в целом по одной из существующих типологий.

Из опросников диагностики темперамента большую популярность получили методики В.М. Русалова, Я. Стреляу и ряд других. Опросники составлены с таким расчетом, чтобы о свойствах темперамента конкретного испытуемого можно было бы судить по его описанию своих эмоциональных и поведенческих реакций в различных жизненных ситуациях. Диагностика темперамента с помощью таких опросников не требует специального оборудования, занимает сравнительно немного времени и может быть массовой по процедуре. Основной недостаток этих тестов заключается в том, что относимые к темпераменту поведенческие проявления несут на себе отпечаток не только темперамента, но и характера. Характер сглаживает реальные проявления некоторых свойств темперамента, благодаря чему они выступают в замаскированном виде (феномен «маскировки темперамента»). Поэтому опросники темперамента дают информацию не столько о темпераменте, сколько о типичных формах реагирования испытуемого в тех или иных ситуациях.

Опросники для диагностики характера также могут быть как опросниками отдельных черт, так и опросниками типа характера в целом. Примерами типологического подхода к характеру являются опросник X. Шмишека, направленный на выявление типа акцентуации характера по типологии К. Леонгарда, и опросник ПДО (патохарактерологический диагностический опросник), выявляющий тип акцентуации характера по типологии российского психиатра А.Е. Личко. В работах немецкого психиатра К. Леонгарда можно встретить термины «акцентуация характера» и «акцентуация личности». А.Е. Личко полагает, что правильнее было бы говорить об акцентуациях только характера, потому что в действительности речь идет именно об особенностях и типах характера, а не личности.[79]

Диагностика способностей с помощью субъективных опросников проводится редко. Считается, что дать достоверную оценку своим способностям большинство людей не в состоянии. Поэтому при оценке способностей предпочтение отдается объективным тестам, где уровень развития способностей определяется на основе результативности выполнения испытуемыми заданий тестов. Однако ряд способностей, самооценка развития которых не вызывает включения механизмов психологической защиты, можно успешно измерять и с помощью субъективных тестов, например коммуникативные способности.

Диагностика направленности личности может представлять собой определение типа направленности в целом или исследование ее компонентов, т. е. потребностей, мотивов, интересов, установок, идеалов, ценностей, мировоззрения. Из них достаточно крупные группы методик составляют опросники интересов, опросники мотивов и опросники ценностей.

Наконец, если выявляемые опросником свойства принадлежат не к одной, а к нескольким подструктурам личности, говорят о смешанном опроснике. Это могут быть адаптированные зарубежные опросники, где нет традиции проводить границы между темпераментом и характером, характером и личностью в целом. Существуют и отечественные опросники, созданные с целью комплексной диагностики, например опросник «Черты характера и темперамента» (ЧХТ).

Объективные тесты. В рамках объективного подхода диагноз выносится на основании информации об особенностях выполнения деятельности и ее результативности. Эти показатели в минимальной степени зависят от представлений испытуемого о себе (в отличие от субъективных тестов) и от мнения лица, проводящего тестирование и интерпретацию (в отличие от проективных тестов).

В зависимости от предмета тестирования существует следующая классификация объективных тестов:[80]

• тесты личности;

• тесты интеллекта (вербальные, невербальные, комплексные);

• тесты способностей (общих и специальных;)

• тесты креативности;

• тесты достижений (тесты действия, письменные, устные).

Тесты личности, как и личностные опросники, направлены на выявление личностных особенностей, однако уже не на основе самоописания этих особенностей испытуемым, а через выполнение им ряда заданий с четко структурированной, фиксированной процедурой. Например, тест замаскированных фигур (EFT) подразумевает поиск испытуемым простых черно-белых фигур внутри сложных цветных фигур. Результаты дают информацию о перцептивном стиле личности, определяющим показателем которого авторы теста считают «поле-зависимость» или «поле-независимость».

Тесты интеллекта направлены на оценку уровня интеллектуального развития. При узкой трактовке понятия «интеллект» применяются методики, позволяющие оценить только умственные (мыслительные) особенности человека, его умственный потенциал. При широком понимании категории «интеллект» применяются методики, позволяющие характеризовать в дополнение к мышлению и другие познавательные функции (память, пространственную ориентировку, речь и др.), а также внимание, воображение, эмоционально-волевой и мотивационный компоненты интеллекта.

Измерению в тестах интеллекта подлежит как понятийное (словесно-логическое), так и образное и наглядно-действенное (предметное) мышление. В первом случае задания обычно носят вербальный (речевой) характер и предлагают испытуемому установить логические отношения, выявить аналогии, произвести классификацию или провести обобщение между различными словами, обозначающими какие-либо предметы, явления, понятия. Применяются также математические задачи. Во втором случае предлагается выполнить задания невербального (неречевого) характера: операции с геометрическими фигурами, складывание картинок из разрозненных изображений, группировка графического материала и т. п.

Конечно, диада «образное мышление – понятийное мышление» не то же самое, что диада «невербальное мышление – вербальное мышление», поскольку словом обозначаются не только понятия, но и образы и конкретные предметы, а мыслительная работа с предметами и образами требует обращения к понятиям, например при классификации или обобщении невербального материала. Тем не менее в диагностической практике вербальные методики часто соотносятся с изучением вербального интеллекта, основным компонентом которого считается понятийное мышление, а невербальные методики – с изучением невербального интеллекта, основой которого выступает образное или предметное мышление.

Учитывая сказанное, было бы корректнее говорить не об изучении видов мышления или интеллекта, а о видах применяемых методик по изучению интеллекта: вербальные – невербальные методы. К первой категории относятся такие тесты, как «Простые и сложные аналогии», «Логические связи», «Отыскание закономерностей», «Сравнение понятий», «Исключение лишнего» (в вербальном варианте), школьный тест умственного развития (ШТУР). Примеры методик второй категории: «Пиктограммы», «Классификация картинок», тест «Прогрессивные матрицы» Дж. Равена и т. п.

Как правило, в современных тестах интеллекта в одной методике совмещаются и вербальные, и невербальные задания, например в тестах А. Бине, Р. Амтхауэра, Д. Векслера. Такие тесты являются комплексными. Тест Д. Векслера (WAIS), один из самых популярных, состоит из 11 субтестов: шести вербальных и пяти невербальных. Задания вербальных субтестов направлены на выявление общей осведомленности, понятливости, легкости оперирования числовым материалом, способностей к абстрагированию и классификации, задания невербальных субтестов – на изучение сенсомоторной координации, особенностей зрительного восприятия, способностей к организации фрагментов в логическое целое и т. д. По результатам выполнения заданий вычисляются коэффициенты интеллекта: вербального, невербального и общего.

Тесты интеллекта подвергаются постоянной критике, поскольку в большинстве случаев неясно, что же они измеряют: то ли действительно умственный потенциал человека, то ли степень обученности, т. е. его знания и навыки, которые очень сильно зависят от условий развития и воспитания. Этот факт даже послужил основанием для обозначения результатов тестирования как тестовый, или психометрический, интеллект. Систематически наблюдаемые рассогласования между фактическими достижениями в умственной деятельности и тестовым интеллектом привели к введению в психодиагностическую практику понятия «несправедливых» тестов. Особенно резко эта «несправедливость» проявляется при использовании тестов, разработанных для одной общности (социальной группы, социального слоя, национальности и т. п.), в обследовании людей другой общности, с другими культурными традициями, иным уровнем образования. В психодиагностике постоянно предпринимаются попытки создать тесты интеллекта, свободные от влияния культуры (культурно-свободный тест Р. Кеттелла).

Принято считать, что классические тесты интеллекта позволяют измерять только уровень конвергентного мышления – нетворческого, «осторожного». Другой компонент интеллекта – дивергентное (творческое) мышление – подобному тестированию не поддается. Получаемые коэффициенты (IQ) не дают представления об этой стороне интеллекта, что привело к попыткам разработки специальных методов – тестов креативности (см. ниже).

Тесты способностей – это методы, направленные на оценку возможностей человека в овладении знаниями, умениями и навыками как общего, так и частного характера. В первом случае речь идет об оценке общих способностей (сенсорных, моторных, мнемических и т. д.), во втором – об оценке способностей специальных, обычно связанных с профессиональной деятельностью (математических, музыкальных, художественных, скорости чтения и т. д.).

В зависимости от задач исследования тесты способностей часто объединяются в те или иные батареи; иногда они включаются в батареи с тестами интеллекта, например для более полной оценки способностей человека при проведении профотбора и профориентации. Батарея тестов общих способностей GATB, разработанная американской Службой занятости в 1956 г., содержит 12 субтестов на вербальные и математические способности, пространственное восприятие, моторику пальцев, моторику рук и т. д. В настоящий момент батарея GATB за счет разработки ряда ее модификаций для отдельных групп профессий относится к числу наиболее широко применяемых в зарубежной профессиональной диагностике, в частности в США.

Отдельный вид способностей представляют собой творческие способности. Совокупность творческих способностей называют креативностью. В теоретическом плане не проведена четкая грань между креативностью как качеством интеллекта, как творческой способностью и как свойством личности. Поэтому в группу тестов креативности входят весьма разнообразные методики. Наиболее известны тесты Дж. Гилфорда и Е. Торренса, разработанные на рубеже 1950—1960-х гг. Тест Е. Торренса состоит из трех субтестов, позволяющих оценить уровни развития вербального, образного и звукового творческого мышления, получить представление о качественном своеобразии этих структур креативности у разных людей. Задания требуют от испытуемого продуцировать идеи в вербальной форме, в форме некоторого рисунка, изображения. В зависимости от количества и оригинальности идей судят об уровне развития креативности испытуемого.

Тесты достижений предназначены для оценки уровня овладения знаниями, умениями и навыками в какой-либо конкретной деятельности и используются преимущественно в сферах обучения и профотбора. По типу задания различают тесты действия, письменные и устные тесты.

Тесты действия выявляют степень умения выполнять действия с определенными инструментами, орудиями, материалами, механизмами и т. п., например при тестировании машинистки, сборщика деталей, водителя автомобиля и т. д. Письменные тесты представляют собой систему вопросов и возможных ответов на специальном бланке. Иногда вопросы иллюстрируются рисунками, сопровождающими вопрос. Задача испытуемого – либо выбрать правильный словесный ответ, либо отметить на графике отображение описанной в вопросе ситуации, либо найти в рисунке деталь, дающую правильное решение соответствующего вопроса. Устные тесты – это системы устных вопросов, предусматривающие обход трудностей, возникающих из-за отсутствия у испытуемого опыта в формулировании ответов. Тесты достижений используются в первую очередь в сферах обучения и профотбора. В последнее время они приобрели огромную популярность в виде разнообразных игр на радио и телевидении.

Проективные тесты. В рамках проективного диагностического подхода получение информации основано на анализе особенностей действий испытуемого с внешне нейтральным, как бы безличным материалом, становящимся в силу его слабой структурированности и неопределенности объектом проекции. Соответственно, методики, основанные на использовании принципа проекции, называются проективными (прожективными). Понятие проекции для обозначения этих методик впервые было использовано французским психологом Л.К. Франком в 1939 г. и, несмотря на неоднократные попытки изменить их название, закрепилось, став общепринятым.

Необходимость смены названия была продиктована постепенным отходом в интерпретации методик этой группы от идей психоанализа. На сегодняшний день термин «проекция» в психологии имеет два значения; 1) в психоаналитическом понимании – один из защитных механизмов, посредством которого внутренние импульсы и чувства, неприемлемые для «Я», приписываются внешнему объекту и только тогда проникают в сознание (в этом смысле термин был впервые введен в науку 3. Фрейдом в 1894 г.); 2) в непсихоаналитическом понимании – проявления личности вовне. Каждое проявление активности (эмоциональное, речевое, двигательное) несет на себе отпечаток личности в целом. Чем менее стереотипны стимулы, побуждающие к активности, тем ярче проявление личности.

Первое описание проекции как естественной тенденции людей действовать под влиянием своих потребностей, интересов и всей психической организации (причем защитные механизмы могут проявляться, а могут и не проявляться) принадлежит американскому психологу Г.А. Мюррею. Создание теоретической концепции проекции в применимом для исследования личности виде обусловило бурное развитие проективных методик, которые в настоящий момент занимают видное положение в зарубежной психодиагностической практике.

Тестирование с помощью проективных методов имеет следующие наиболее общие особенности. В методиках используется неоднозначный, слабоструктурированный стимульный материал, допускающий большое число вариантов восприятия и интерпретации. При этом предполагается, что чем слабее он структурирован, тем выше степень проекции: «Субъект, поглощенный попытками интерпретировать вроде бы ничего субъективно не значащий материал, не замечает, как раскрывает свои волнения, страхи, желания и тревоги. Таким образом значительно снижается сопротивление при раскрытии личных, иногда очень болезненных проблем».[81] Для преодоления сопротивления испытуемого инструкция дается ему без раскрытия истинной цели, а сама процедура тестирования нередко проходит в игровой форме. Испытуемый, как правило, не ограничивается в выборе ответов, и ответы не оцениваются как «правильные» или «ошибочные». Благодаря этим особенностям проективные методики нередко используются на начальных этапах психологической работы с клиентом или в начале комплексного психологического тестирования личности, поскольку позволяют установить контакт и вызвать интерес к обследованию. Немаловажным достоинством многих проективных методик является то, что ответы испытуемых не обязательно должны даваться в вербальной форме (как в случае с опросниками), что позволяет использовать их в работе и со взрослыми, и с детьми.

Классификация проективных методов принадлежит Л.К. Франку. Он предложил различать проективные методы в зависимости от характера реакций испытуемого. В современной, дополненной классификации проективных методов различают конститутивные, конструктивные, интерпретативные, катартические, экспрессивные, импрессивные, аддитивные методики.

Конститутивные методики характеризуются ситуацией, в которой от испытуемого требуется создать некую структуру из слабоструктурированного, аморфного материала, оформить стимулы, придать им смысл. Примером методик этой группы является тест Г. Роршаха, стимульный материал которого состоит из 10 стандартных таблиц с черно-белыми и цветными симметричными «кляксами». Испытуемому предлагается ответить на вопрос, на что, по его мнению, похоже каждое пятно. В зависимости от ответов обследуемого судят о его переживаниях, особенностях взаимодействия с окружением, реалистичности восприятия действительности, тенденциях к беспокойству и тревожности и др. Тест Г. Роршаха в высокой степени удовлетворяет ориентацию проективной психологии на использование нестереотипных стимулов. Стимульный материал данного теста не навязывает испытуемому ответов, в связи с чем он является наиболее часто используемой в зарубежной психодиагностике проективной методикой. Попыткой дальнейшего развития принципа слабоструктурированности стимульного материала является методика «Картины облаков» В. Штерна и др., где используется напоминающий облака стимульный материал, не имеющий в отличие от «пятен Роршаха» симметрии и четкого контура. Испытуемому предлагается самостоятельно отметить контуры и рассказать о том, что изображено на картинках.

Конструктивные методики подразумевают конструирование, создание из оформленных деталей осмысленного целого. Например, стимульный материал методик «Деревня» и «Тест мира» состоит из небольших по величине предметов, количество которых в разных вариантах доходит до 300. Среди них школа, больница, мэрия, церковь, торговые лавки, деревья, автомобили, фигурки людей и животных и т. п. Испытуемому предлагается по своему усмотрению построить из этих предметов деревню, в которой он хотел бы жить, либо некоторое пространство своего существования (по терминологии авторов – «малый мир»). Определяется подход испытуемого к конструированию макета, реалистичность его построения, близость к характерным для разных контингентов построениям и т. д.

Интерпретативные методики подразумевают истолкование испытуемым какого-либо события, ситуации. Примерами являются тест тематической апперцепции (ТАТ), тесты словесных ассоциаций. Стимульный материал ТАТ представляет собой набор из 30 черно-белых изображений, на которых представлены относительно неопределенные сцены, допускающие неоднозначную интерпретацию. Испытуемому предлагается составить рассказ по каждому изображению: что там происходит, что переживают действующие лица, что этому предшествовало, чем ситуация закончится. На основе рассказа испытуемого создается представление о его переживаниях, осознаваемых и неосознаваемых потребностях, конфликтах и способах их разрешения. В тестах словесных ассоциаций стимульный материал состоит из списка не связанных между собой слов, на каждое из которых испытуемый должен как можно быстрее дать первое пришедшее на ум слово-ассоциацию. Характер и время реакции ответов дают возможность выделить наиболее «эмоционально заряженные» для данного испытуемого слова-стимулы, судить о наличии тех или иных проблемных тем.

Катартические методики представляют собой осуществление игровой деятельности в специально организованных условиях. К ним относят, в частности, психодраму Я. (Дж.) Морено, рассматриваемую как проективную методику исследования личности. В ходе мини-представления, в котором испытуемый (протагонист) играет роль самого себя или воображаемого лица в значимых для себя ситуациях, проявляются его личностные особенности, а путем аффективного отреагирования в драматических ситуациях, созвучных переживаниям испытуемого, достигается терапевтический эффект (катарсис – очищение и инсайт – озарение). Методика не имеет стандартной процедуры проведения, данных о валидности и надежности, вследствие чего применяется в качестве не столько психодиагностической, сколько психотерапевтической методики в групповой психотерапии.

В экспрессивных методиках получение информации основано на анализе рисунков испытуемого. Рисунки могут быть на свободную или заданную тему. Известны рисуночные методики «Несуществующее животное» М.З. Друкаревич, «Дом – дерево – человек» Дж. Бука, «Рисунок семьи» В. Халса, «Нарисуй человека» К. Маховер, «Мой жизненный путь» И.Л. Соломина, «Детская рука, которая беспокоит» Р. Давидо, «Лица и эмоции» А. Джахез и Н. Манши, многомерный рисуночный тест Р. Блоха, тест рисования пальцами Р. Шоу и др. По утверждению Д. Харриса, автора одной из модификаций теста «Рисунок человека» Ф. Гудинаф, «рисунки могут многое сказать об аффекте, темпераменте, отношении и личности человека, который их нарисовал».[82]

Проведение рисуночных тестов не требует больших затрат времени, обычно допускает групповую форму. Основными подвергаемыми анализу элементами рисунка являются его размер, положение на листе (вверху, внизу, в центре, в углу), поворот рисунка влево или вправо, нажим (слабый, стандартный, сильный), характеристика линий (ровные, дрожащие, прерывистые, двойные), наклон фигуры, плотность и площадь штриховки, количество и характер деталей. Как правило, рисуночные методики подразумевают дополнение рисунка рассказом испытуемого об изображенном, составление истории по рисунку, опрос испытуемого по прилагаемому перечню вопросов. Анализируются и поведение испытуемого во время выполнения задания, его высказывания, вегетативные проявления, длительность работы над рисунком. Для увеличения достоверности интерпретации желательно проводить рисуночные методики в комплексе с другими тестами, дополнять их результатами беседы и наблюдения.

Импрессивные методики подразумевают предпочтение одних стимулов (как наиболее желательных) другим. Испытуемый оказывается в ситуации, когда необходимо либо выбрать наиболее предпочтительные стимулы, либо проранжировать стимулы по степени предпочтения. Например, в тесте Л. Сонди испытуемому предъявляются 48 портретов психически больных людей, разбитых на шесть серий, с инструкцией выбрать в каждой серии по два наиболее и наименее понравившихся портрета. В зависимости от предпочтений испытуемого судят о наиболее значимых для него «диагностических областях».

Отдельную подгруппу импрессивных тестов составляют тесты цветового выбора (цветовой тест отношений А.М. Эткинда, тест цветовых метафор И.Л. Соломина, тест цветных пирамид М. Пфистера и Р. Хайсса, «Попарные сравнения» Ю.И. Филимоненко и др.). Все эти тесты базируются на тесте швейцарского психолога М. Люшера, опубликованном в 1948 г. В основе теста Люшера лежит предположение о том, что выбор цвета отражает настроение, функциональное состояние и наиболее устойчивые черты личности. Каждый цвет спектра является пусковым сигналом, вызывающим у человека разнообразные, не осознаваемые в полной мере ассоциации. Например, с красным цветом человек сталкивается преимущественно в ситуациях опасности и напряженной борьбы (это цвет крови, огня), что приводит к ассоциированию этого цвета с соответствующим для таких ситуаций состоянием нервно-психического напряжения, мобилизованности, активного действия. Соответственно, предпочитать в ситуации тестирования красный цвет будет человек активный и хорошо отдохнувший, для которого ассоциативная специфика восприятия цвета будет соответствовать его энергетическим возможностям и мотивационным установкам, отвергать – человек утомленный и заторможенный, для которого возбуждение в данный момент неуместно, идет вразрез с наличным энергопотенциалом и установками.

Аддитивные методики подразумевают произвольное завершение испытуемым стимульного материала, например завершение предложения (методики А. Пейна, Д. Сакса и С. Леви, А. Тендлера, Дж. Роттера, Б. Форера, А. Роде и др.) или завершение истории (методики Л. Дюсса, М. Тома и др.). В зависимости от характера завершений судят о потребностях и мотивах испытуемого, его отношении к семье, сексу, вышестоящим по работе и т. д.

Классификация К. Франка неоднократно критиковалась за описательность, смешение критериев, нечеткое разделение групп методов. Непонятно, например, куда отнести тесты типа «Завершение рисунка» – к экспрессивным, конститутивным или аддитивным методам. При выделении группы катартических методов произошло смещение акцента с процесса на результат (катарсис). Вряд ли достаточно обоснован выбор характера реакций испытуемого в качестве критерия построения претендующей на полноту охвата классификации проективных методов, тем более что выделенные Франком категории оказались заданы не столько характером реакций испытуемого, сколько характером самого стимульного материала и целью исследования.

В связи с этим возникает необходимость в разведении проективных тестов по нескольким критериям. В.В. Никандров и В.В. Новочадов предлагают следующую классификационную систему проективных методик:[83]

1) по задействованной модальности (методики с визуальной, тактильной, аудио– и иной стимуляцией);

2) по характеру стимульного материала (вербальные, невербальные);

3) по типу реакции испытуемого (ассоциативные, интерпретативные, манипулятивные, свободного выбора);

4) по наличию или отсутствию готовых вариантов ответа (проективные, полупроективные).

Большинство психодиагностических методик подразумевает задействование зрительной модальности. Это является отражением особой важности роли зрения в приеме информации у современного человека: допускается, что адресация стимульного материала глазам позволяет получать ответы, достаточно полно характеризующие личность. Тем не менее существуют методики, где стимуляция предъявляется испытуемому на слух, например в тесте словесных ассоциаций, где тестируемый должен как можно быстрее дать слово-ассоциацию на произносимое психодиагностом слово-стимул. Известны также попытки создания проективных методик, обращенных к тактильным ощущениям.

По характеру стимульного материала проективные методики могут быть вербальными, где в качестве стимула выступает слово, предложение или текст, и невербальными, с предметной, цветовой, рисуночной и прочей стимуляцией. В тестах словесных ассоциаций в качестве стимулов используются отдельные слова, в методиках типа «Завершение предложений» – незаконченные предложения, в методиках типа «Завершение истории» – неполные тексты.

Принято различать следующие типы ответов испытуемых: ассоциация, интерпретация, манипуляция (по шкале действий с предметами, материалами и др., имеющей полюсами творческую и репродуктивную манипуляцию), свободный выбор (т. е. некое распределение, ранжирование стимульного материала). В соответствии с этим проективные методики предложено делить на ассоциативные, интерпретативные, манипулятивные и методики свободного выбора.

В зависимости от наличия готовых вариантов ответа различают полупроективные методики, где испытуемому предлагается выбрать один из предложенных вариантов ответа на проективную стимуляцию (в некотором смысле – аналог закрытых опросников), и собственно проективные, где такие варианты отсутствуют. Примером полупроективной методики может быть тест Л. Сонди (обычно наиболее известные тесты называются только по фамилии, здесь именно такой случай), где испытуемому предлагается выбрать в каждой серии портретов по два понравившихся и два непонравившихся. Испытуемому может не понравиться ни один портрет, а ненравящихся может быть больше, чем два, однако принудительная инструкция ставит испытуемого в определенные условия, которым он должен следовать, что накладывает определенные ограничения на проявление его личностных свойств. Безусловными плюсами полупроективных методик являются простота количественной обработки результатов, доступность перевода методик в компьютерную форму, меньшая уязвимость относительно субъективизма интерпретатора.

Общепринятым является представление о том, что проективные тесты имеют преимущество над субъективными, поскольку позволяют выявить неосознаваемые компоненты психического. Однако необходимо заметить, что эти неосознаваемые компоненты вовсе не обязательно проявятся в результатах тестирования. По мнению Г.У. Оллпорта, нормальный, адекватно приспособленный субъект при проведении проективных тестов дает ответы, аналогичные сознательному отчету в субъективных тестах, либо благодаря достаточно развитому самоконтролю никак не проявляет свои доминирующие мотивы. Поэтому проективное тестирование приобретает особое значение только тогда, «когда в проективных реакциях обнаруживается эмоционально нагруженный материал, противоречащий сознательным отчетам. И только тогда можно с уверенностью говорить о наличии или отсутствии невротических тенденций».[84]

Компьютерное тестирование. Это относительно молодое направление психодиагностики, связанное с использованием средств электронно-вычислительной техники. Появление компьютерной психодиагностики обусловлено развитием информационных технологий. Попытки автоматизировать предъявление испытуемому стимульного материала и последующую обработку результатов предпринимались начиная с 1930-х гг., но лишь с 1970-х гг. началось подлинное развитие компьютерной психодиагностики, обусловленное появлением персональных компьютеров. С 1980-х гг. компьютерные тесты стали разрабатываться в массовых масштабах: сначала – как компьютерные версии известных бланковых методик, а в 1990-е гг. – как специальные методики, учитывающие возможности современной техники и не употребимые в бланковом виде, поскольку рассчитаны на сложный, изменяющийся в пространстве и времени стимульный материал, специфическое звуковое сопровождение и т. п. Начало XXI в. отмечено тем, что управление тестированием все чаще передается компьютеру. Если в прошлые годы автоматизировались отдельные стадии исследования, например предъявление материала, обработка данных, интерпретация результатов, то на современном этапе все чаще можно встретить программы, которые берут на себя все обследование целиком вплоть до постановки диагноза, что сводит необходимость присутствия психолога к минимуму.

Безусловными достоинствами компьютерных тестов являются: быстрое проведение; высокая скорость и безошибочность обработки; возможность безотлагательного получения результатов; обеспечение стандартных условий тестирования для всех испытуемых; четкий контроль процедуры тестирования (невозможен пропуск вопросов, при необходимости может фиксироваться время каждого ответа, что особенно важно для тестов на интеллект); возможность исключения психолога как дополнительной переменной (что имеет особое значение при проведении экспертизы); наглядность и занимательность процесса (поддержка внимания с помощью цвета, звука, игровых элементов, что наиболее важно для обучающих программ); легкая архивация результатов; возможность объединения тестов в батареи (пакеты программ) с единой итоговой интерпретацией; мобильность экспериментатора (весь инструментарий на одной дискете); возможность проведения массовых исследований (например, через Интернет).

Недостатки компьютерных тестов: сложность, трудоемкость и дороговизна разработки программ; необходимость дорогостоящей компьютерной техники; сложность использования ЭВМ в полевых условиях; необходимость специального обучения испытуемого работе с компьютерными тестами; трудности работы с невербальным материалом, особая сложность перевода в компьютерную форму проективных тестов; отсутствие индивидуального подхода к тестируемому (потеря части психодиагностической информации, получаемой в беседе и наблюдении); латентность этапов обработки и интерпретации данных (качество этих процедур полностью зависит от разработчиков программ). У некоторых испытуемых при взаимодействии с компьютером могут возникать эффекты «психологического барьера» или «сверхдоверия». Поэтому данные о валидности, надежности и репрезентативности бланковых тестов не могут быть автоматически перенесены на их компьютерные аналоги, что ведет к необходимости новой стандартизации тестов.

Недостатки компьютерных тестов вызывают настороженное отношение к ним психологов. Мало используются такие тесты в клинической психологии, где цена ошибки слишком высока. Отечественный психолог Л.С. Выготский выделял три уровня психодиагностики: 1) симптоматический (выявление симптомов); 2) этиологический (выявление причин); 3) типологический (целостная, динамическая картина личности, на основе чего строится прогноз). Компьютерная психодиагностика на сегодняшний день находится на низшем уровне – уровне симптоматического диагноза, практически не давая материала для выявления причин и вынесения прогноза.

Тем не менее, по-видимому, компьютерные тесты имеют большое будущее. Многие из перечисленных недостатков компьютерной психодиагностики наверняка будут устранены благодаря дальнейшему развитию электронной техники и совершенствованию психодиагностических технологий. Залогом такого оптимизма является нарастающий интерес науки и практики к компьютерной диагностике, в арсенале которой уже сейчас имеется свыше 1000 компьютерных тестов.

Среди существующих компьютерных тестов можно выделить следующие их виды:[85]

1) по структуре – аналоги бланковых тестов и собственно компьютерные тесты;

2) по количеству тестируемых – тесты индивидуального и группового тестирования;

3) по степени автоматизации тестирования – автоматизирующие один или несколько этапов обследования и автоматизирующие все обследование;

4) по задаче – диагностические и обучающие;

5) по адресату – профессиональные психологические, полупрофессиональные и непрофессиональные (развлекательные).

Пользователем профессиональных компьютерных тестов является психолог, поэтому они разрабатываются специализированными лабораториями или центрами компьютерной психодиагностики. Эти тесты имеют ряд специфических особенностей: а) наличие архива (базы данных); б) наличие пароля на вход в тест или базу данных для обеспечения конфиденциальности результатов; в) развернутая интерпретация результатов с использованием профессиональных терминов, коэффициентов, с построением графиков (профилей); г) наличие информации о разработчиках методики, сведений о валидности и надежности, справочных материалов о лежащих в основе методики теоретических положениях.

Полупрофессиональные компьютерные тесты ориентированы на специалистов смежных профессий, например на педагогов, менеджеров по персоналу. Такие тесты зачастую снабжены редуцированной интерпретацией без использования специальной лексики, просты в освоении и работе. Тесты подобного уровня могут быть предназначены и для неспециалиста, рядового пользователя персонального компьютера, интересующегося психологией. Наконец, существует также большое число непрофессиональных компьютерных тестов, направленных на популяризацию психологических идей или преследующих развлекательные цели.

Пользуясь профессиональными или полупрофессиональными компьютерными тестами, необходимо соблюдать те же этические принципы, что и при бланковом тестировании. Важно не распространять результаты тестирования и защищать свои файлы паролем, особенно если у компьютера несколько пользователей. И главное – «не сотворить себе кумира», т. е. помнить, что компьютерный тест является только средством, помощником и имеет свои границы применения.

6.4. Стандартизация, надежность и валидность теста

Рассмотрим понятия стандартизации, надежности и валидности теста с позиций классической эмпирико-статистической теории. В соответствии с этой теорией конструирование тестов для изменения психологических свойств и состояний основано на шкале интервалов. Измеряемое психическое свойство считается линейным и одномерным. Предполагается также, что распределение совокупности людей, обладающих данным свойством, описывается кривой нормального распределения.

В основе психологического тестирования лежит классическая теория погрешности измерений. Считается, что тест – такой же измерительный прибор, как любой физический прибор, и результаты, которые он показывает, зависят от величины свойства у испытуемого, а также от самой процедуры измерения. Любое свойство психики имеет «истинный» показатель, а показания по тесту отклоняются от истинного на величину случайной погрешности. На показания теста влияет и «систематическая» погрешность, но она сводится к прибавлению (вычитанию) константы к «истинной» величине параметра, что для интервальной шкалы значения не имеет.

Надежность теста. Если тест проводить много раз, то среднее значение будет характеристикой «истинной» величины параметра. Под надежностью теста принято понимать устойчивость результатов к воздействию случайных факторов, внешних и внутренних. Наиболее часто проводится оценка ретестовой надежности. Чем теснее коррелируют результаты начального и повторного (обычно отсроченного на несколько месяцев) проведения теста, тем он надежнее.

Предполагается, что существует неограниченное количество заданий, которые могут «работать» на измеряемое свойство. Тест есть лишь выборка заданий из их генеральной совокупности. В идеале можно создать сколько угодно эквивалентных форм теста, поэтому определение надежности теста можно провести путем корреляции параллельных форм или эквивалентных равных частей, полученных путем расщепления тестового задания на две части. Поскольку в реальном тесте число заданий ограничено (не более 100), то оценка надежности теста всегда приблизительна. Тест считается надежным, если коэффициент корреляции результатов составляет не менее 0,75.

Валидность теста. Проблеме валидности в классической теории теста уделяется много внимания, однако теоретически она никак не решается. Валидность означает пригодность теста измерять то свойство, для измерения которого он предназначен. Следовательно, чем больше на результат выполнения теста или отдельного задания влияет измеряемое свойство и чем меньше другие переменные (в том числе внешние), тем тест валиднее.

Тест валиден (и надежен), если на его результаты влияет лишь измеряемое свойство. Тест невалиден (и ненадежен), если результаты тестирования определяются влиянием нерелевантных переменных.

Существуют следующие виды валидности теста.

Очевидная валидность. Тест считается валидным, если у испытуемого складывается впечатление, что он измеряет то, что должен измерять.

Конкретная валидность (конвергентная – дивергентная валидность). Тест должен хорошо коррелировать с тестами, измеряющими конкретное свойство либо близкое ему по содержанию, и иметь низкие корреляции с тестами, измеряющими заведомо иные свойства.

Прогностическая валидность. Тест должен коррелировать с отдаленными по времени внешними критериями.

Содержательная валидность. Тест должен охватывать всю область изучаемого поведения.

Конструктная валидность. Предполагает полное описание измеряемой переменной, выдвижение системы гипотез о связях ее с другими переменными, эмпирическое подтверждение (неопровержение) этих гипотез.

С теоретической точки зрения единственным способом установления «внутренней» валидности теста и отдельных заданий является метод факторного анализа (и аналогичные), который позволяет: а) выявлять латентные (скрытые) свойства и вычислять значение «факторных нагрузок» – коэффициенты детерминации свойств тех или иных поведенческих признаков; б) определять меру влияния каждого латентного свойства на результаты тестирования.

Стандартизация теста заключается в приведении процедуры оценок к общепринятым нормативам. Стандартизация предполагает преобразование нормальной или искусственно нормализованной шкалы первичных оценок в шкальные оценки (подробнее об этом см. 5.2). Тестовые нормы, полученные в ходе стандартизации, представляют собой систему шкал с характеристиками распределения тестового балла для различных выборок. Они не являются «внутренними» свойствами теста, а лишь облегчают его практическое применение.

6.5. Требования к разработке, проверке и адаптации тестовых методик

Известны два пути создания психодиагностических методик: адаптация известных методик (зарубежных, устаревших, с иными целями) и разработка новых, оригинальных методик.

Адаптация теста – это комплекс мероприятий, обеспечивающих адекватность теста в новых условиях применения. Выделяют следующие этапы адаптации тестов:

1) анализ исходных теоретических положений автора теста;

2) для иностранных методик – перевод теста и инструкций к нему на язык пользователя (с обязательной экспертной оценкой соответствия оригиналу);

3) проверка надежности и валидности в соответствии с психометрическими требованиями;

4) стандартизация на соответствующих выборках.

Наиболее серьезные проблемы возникают при адаптации вербальных тестов (опросников, вербальных субтестов в составе тестов интеллекта). Эти проблемы связаны с языковыми и социокультурными различиями народов разных стран. Многовариантность перевода какого-либо термина, невозможность точной передачи идиоматических оборотов – обычное явление при переводах с языка на язык. Иногда бывает настолько сложно подобрать языковые и смысловые аналоги заданий теста, что полная его адаптация становится сопоставимой с разработкой оригинальной методики.

Понятие адаптации приложимо не только к зарубежным методикам, которые предполагается использовать в условиях нашей страны, но и к устаревшим отечественным методикам. Устаревают они достаточно быстро: в связи с развитием языка и изменчивостью социокультурных стереотипов методики должны корректироваться каждые 5–7 лет, что подразумевает уточнение формулировок вопросов, коррекцию нормативов, обновление стимульного материала, пересмотр интерпретационных критериев.

Самостоятельная разработка тестовой методики обычно состоит из следующих этапов.

1. Выбор предмета (явления) и объекта исследования (контингента).

2. Выбор вида теста (объективный, субъективный, проективный), типа заданий (с предписанными ответами, со свободными ответами) и шкал (числовые, вербальные, графические).

3. Подбор первичного банка заданий. Он может осуществляться двумя путями: вопросы формулируются исходя из теоретических представлений об измеряемом явлении (факторно-аналитический принцип) или же подбираются в соответствии с их дискриминативностью, т. е. способностью отделять испытуемых по наличию требуемого признака (критериально-ключевой принцип). Второй принцип эффективен при разработке тестов отбора (например, профессионального или клинического).

4. Оценка заданий первичного банка (содержательной валидности теста, т. е. соответствия каждого из заданий измеряемому явлению, и полноты охвата изучаемого явления тестом в целом). Проводится с помощью метода экспертной оценки.

5. Предварительное тестирование, формирование банка эмпирических данных.

6. Эмпирическая валидизация теста. Проводится с помощью корреляционного анализа оценок теста и показателей по внешнему параметру изучаемого свойства (например, школьной успеваемости при валидизации теста интеллекта, врачебного диагноза при валидизации клинических тестов, данных других тестов, валидность которых известна, и др.).

7. Оценка надежности теста (устойчивости результатов к действию случайных факторов, внешних и внутренних). Наиболее часто оцениваются ретестовая надежность (соответствие результатам повторного тестирования, обычно через несколько месяцев), надежность частей теста (устойчивость результатов отдельных задач или групп задач, например по методу «четное – нечетное») и надежность параллельных форм, если таковые существуют. Методика признается надежной, если коэффициент корреляции результатов (первичного и повторного тестирования, одной и другой частей теста, одной и другой параллельных форм) составляет не менее 0,75. При более низком показателе надежности производятся корректировка заданий теста, переформулирование вопросов, снижающих надежность.

8. Стандартизация теста, т. е. приведение процедуры и оценок к общепринятым нормативам. Стандартизация оценок подразумевает преобразование нормальной или искусственно нормализованной шкалы первичных оценок (эмпирических значений изучаемого показателя) в оценки шкальные (отражающие место в распределении результатов выборки испытуемых). Виды шкальных оценок: стены (1—10), станайны (1–9), 7-оценки (10—100) и др.

9. Определение прогностической валидности, т. е. информация о том, с какой степенью точности методика позволяет судить о диагностируемом психологическом качестве спустя определенное время после измерения. Прогностическая валидность также определяется по внешнему критерию, но данные по нему собираются спустя некоторое время после тестирования.

Таким образом, надежность и валидность – это собирательные понятия, включающие в себя несколько видов показателей, отражающих направленность методики на предмет исследования (валидность) и объект исследования (надежность). Степень надежности и валидности отражают соответствующие коэффициенты, указываемые в сертификате методики.

Создание методики – трудоемкая работа, требующая развитой системы заказа на методики с соответствующей оплатой труда разработчиков и гонорарами за использование авторских методик.

Тема 7. Обработка данных психологических исследований

7.1. Общее представление об обработке данных

Обработка данных психологических исследований – отдельный раздел экспериментальной психологии, тесно связанный с математической статистикой и логикой. Обработка данных направлена на решение следующих задач:

• упорядочивание полученного материала;

• обнаружение и ликвидация ошибок, недочетов, пробелов в сведениях;

• выявление скрытых от непосредственного восприятия тенденций, закономерностей и связей;

• обнаружение новых фактов, которые не ожидались и не были замечены в ходе эмпирического процесса;

• выяснение уровня достоверности, надежности и точности собранных данных и получение на их базе научно обоснованных результатов.

Различают количественную и качественную обработку данных. Количественная обработка – это работа с измеренными характеристиками изучаемого объекта, его «объективированными» свойствами. Качественная обработка представляет собой способ проникновения в сущность объекта путем выявления его неизмеряемых свойств.

Количественная обработка направлена в основном на формальное, внешнее изучение объекта, качественная – преимущественно на содержательное, внутреннее его изучение. В количественном исследовании доминирует аналитическая составляющая познания, что отражено и в названиях количественных методов обработки эмпирического материала: корреляционный анализ, факторный анализ и т. д. Реализуется количественная обработка с помощью математико-статистических методов.

В качественной обработке преобладают синтетические способы познания. Обобщение проводится на следующем этапе исследовательского процесса – интерпретационном. При качественной обработке данных главное заключается в соответствующем представлении сведений об изучаемом явлении, обеспечивающем дальнейшее его теоретическое изучение. Обычно результатом качественной обработки является интегрированное представление о множестве свойств объекта или множестве объектов в форме классификаций и типологий. Качественная обработка в значительной мере апеллирует к методам логики.

Противопоставление друг другу качественной и количественной обработки довольно условно. Количественный анализ без последующей качественной обработки бессмыслен, так как сам по себе не приводит к приращению знаний, а качественное изучение объекта без базовых количественных данных в научном познании невозможно. Без количественных данных научное познание – чисто умозрительная процедура.

Единство количественной и качественной обработки наглядно представлено во многих методах обработки данных: факторном и таксономическом анализе, шкалировании, классификации и др. Наиболее распространены такие приемы количественной обработки, как классификация, типологизация, систематизация, периодизация, казуистика.

Качественная обработка естественным образом выливается в описание и объяснение изучаемых явлений, что составляет уже следующий уровень их изучения, осуществляемый на стадии интерпретации результатов. Количественная же обработка полностью относится к этапу обработки данных.

7.2. Первичная статистическая обработка данных

Все методы количественной обработки принято подразделять на первичные и вторичные.

Первичная статистическая обработка нацелена на упорядочивание информации об объекте и предмете изучения. На этой стадии «сырые» сведения группируются по тем или иным критериям, заносятся в сводные таблицы. Первично обработанные данные, представленные в удобной форме, дают исследователю в первом приближении понятие о характере всей совокупности данных в целом: об их однородности – неоднородности, компактности – разбросанности, четкости – размытости и т. д. Эта информация хорошо считывается с наглядных форм представления данных и дает сведения об их распределении.

В ходе применения первичных методов статистической обработки получаются показатели, непосредственно связанные с производимыми в исследовании измерениями.

К основным методам первичной статистической обработки относятся: вычисление мер центральной тенденции и мер разброса (изменчивости) данных.

Первичный статистический анализ всей совокупности полученных в исследовании данных дает возможность охарактеризовать ее в предельно сжатом виде и ответить на два главных вопроса: 1) какое значение наиболее характерно для выборки; 2) велик ли разброс данных относительно этого характерного значения, т. е. какова «размытость» данных. Для решения первого вопроса вычисляются меры центральной тенденции, для решения второго – меры изменчивости (или разброса). Эти статистические показатели используются в отношении количественных данных, представленных в порядковой, интервальной или пропорциональной шкале.

Меры центральной тенденции – это величины, вокруг которых группируются остальные данные. Данные величины являются как бы обобщающими всю выборку показателями, что, во-первых, позволяет судить по ним обо всей выборке, а во-вторых, дает возможность сравнивать разные выборки, разные серии между собой. К мерам центральной тенденции в обработке результатов психологических исследований относятся: выборочное среднее, медиана, мода.

Выборочное среднее (М) – это результат деления суммы всех значений (X) на их количество (N).

Медиана (Me) – это значение, выше и ниже которого количество отличающихся значений одинаково, т. е. это центральное значение в последовательном ряду данных. Медиана не обязательно должна совпадать с конкретным значением. Совпадение происходит в случае нечетного числа значений (ответов), несовпадение – при четном их числе. В последнем случае медиана вычисляется как среднее арифметическое двух центральных значений в упорядоченном ряду.

Мода (Мо) – это значение, наиболее часто встречающееся в выборке, т. е. значение с наибольшей частотой. Если все значения в группе встречаются одинаково часто, то считается, что моды нет. Если два соседних значения имеют одинаковую частоту и больше частоты любого другого значения, мода есть среднее этих двух значений. Если то же самое относится к двум несмежным значениям, то существует две моды, а группа оценок является бимодальной.

Обычно выборочное среднее применяется при стремлении к наибольшей точности в определении центральной тенденции. Медиана вычисляется в том случае, когда в серии есть «нетипичные» данные, резко влияющие на среднее. Мода используется в ситуациях, когда не нужна высокая точность, но важна быстрота определения меры центральной тенденции.

Вычисление всех трех показателей производится также для оценки распределения данных. При нормальном распределении значения выборочного среднего, медианы и моды одинаковы или очень близки.

Меры разброса (изменчивости) – это статистические показатели, характеризующие различия между отдельными значениями выборки. Они позволяют судить о степени однородности полученного множества, его компактности, а косвенно и о надежности полученных данных и вытекающих из них результатов. Наиболее используемые в психологических исследованиях показатели: среднее отклонение, дисперсия, стандартное отклонение.

Размах (Р) – это интервал между максимальным и минимальным значениями признака. Определяется легко и быстро, но чувствителен к случайностям, особенно при малом числе данных.

Среднее отклонение (МД) – это среднеарифметическое разницы (по абсолютной величине) между каждым значением в выборке и ее средним.

где d = |Х – М |, М – среднее выборки, X – конкретное значение, N – число значений.

Множество всех конкретных отклонений от среднего характеризует изменчивость данных, но если не взять их по абсолютной величине, то их сумма будет равна нулю и мы не получим информации об их изменчивости. Среднее отклонение показывает степень скученности данных вокруг выборочного среднего. Кстати, иногда при определении этой характеристики выборки вместо среднего (М) берут иные меры центральной тенденции – моду или медиану.

Дисперсия (D) характеризует отклонения от средней величины в данной выборке. Вычисление дисперсии позляет избежать нулевой суммы конкретных разниц (d = Х – М) не через их абсолютные величины, а через их возведение в квадрат:

где d = |Х – М|, М – среднее выборки, X – конкретное значение, N – число значений.

Стандартное отклонение (б). Из-за возведения в квадрат отдельных отклонений d при вычислении дисперсии полученная величина оказывается далекой от первоначальных отклонений и потому не дает о них наглядного представления. Чтобы этого избежать и получить характеристику, сопоставимую со средним отклонением, проделывают обратную математическую операцию – из дисперсии извлекают квадратный корень. Его положительное значение и принимается за меру изменчивости, именуемую среднеквадратическим, или стандартным, отклонением:

где d = |Х– М|, М – среднее выборки, X– конкретное значение, N – число значений.

МД, D и ? применимы для интервальных и пропорционных данных. Для порядковых данных в качестве меры изменчивости обычно берут полуквартильное отклонение (Q), именуемое еще полуквартильным коэффициентом. Вычисляется этот показатель следующим образом. Вся область распределения данных делится на четыре равные части. Если отсчитывать наблюдения начиная от минимальной величины на измерительной шкале, то первая четверть шкалы называется первым квартилем, а точка, отделяющая его от остальной части шкалы, обозначается символом Qv Вторые 25 % распределения – второй квартиль, а соответствующая точка на шкале – Q2. Между третьей и четвертой четвертями распределения расположена точка Q3. Полуквартильный коэффициент определяется как половина интервала между первым и третьим квартилями:

При симметричном распределении точка Q2 совпадет с медианой (а следовательно, и со средним), и тогда можно вычислить коэффициент Q для характеристики разброса данных относительно середины распределения. При несимметричном распределении этого недостаточно. Тогда дополнительно вычисляют коэффициенты для левого и правого участков:

7.3. Вторичная статистическая обработка данных

К вторичным относят такие методы статистической обработки, с помощью которых на базе первичных данных выявляют скрытые в них статистические закономерности. Вторичные методы можно подразделить на способы оценки значимости различий и способы установления статистических взаимосвязей.

Способы оценки значимости различий. Для сравнения выборочных средних величин, принадлежащих к двум совокупностям данных, и для решения вопроса о том, отличаются ли средние значения статистически достоверно друг от друга, используют t-критерий Стьюдента. Его формула выглядит следующим образом:

где М1, М2 – выборочные средние значения сравниваемых выборок, m1, m2 – интегрированные показатели отклонений частных значений из двух сравниваемых выборок, вычисляются по следующим формулам:

где D1, D2 – дисперсии первой и второй выборок, N1, N2 – число значений в первой и второй выборках.

После вычисления значения показателя t по таблице критических значений (см. Статистическое приложение 1), заданного числа степеней свободы (N1 + N2 – 2) и избранной вероятности допустимой ошибки (0,05, 0,01, 0,02, 001 и т.д.) находят табличное значение t. Если вычисленное значение t больше или равно табличному, делают вывод о том, что сравниваемые средние значения двух выборок статистически достоверно различаются с вероятностью допустимой ошибки, меньшей или равной избранной.

Если в процессе исследования встает задача сравнить неабсолютные средние величины, частотные распределения данных, то используется ?2критерий (см. Приложение 2). Его формула выглядит следующим образом:

где Pk – частоты распределения в первом замере, Vk – частоты распределения во втором замере, m – общее число групп, на которые разделились результаты замеров.

После вычисления значения показателя ?2по таблице критических значений (см. Статистическое приложение 2), заданного числа степеней свободы (m – 1) и избранной вероятности допустимой ошибки (0,05, 0,0 ?2t больше или равно табличному) делают вывод о том, что сравниваемые распределения данных в двух выборках статистически достоверно различаются с вероятностью допустимой ошибки, меньшей или равной избранной.

Для сравнения дисперсий двух выборок используется F-критерий Фишера. Его формула выглядит следующим образом:

где D1, D2 – дисперсии первой и второй выборок, N1, N2 – число значений в первой и второй выборках.

После вычисления значения показателя F по таблице критических значений (см. Статистическое приложение 3), заданного числа степеней свободы (N1 – 1, N2 – 1) находится Fкр. Если вычисленное значение F больше или равно табличному, делают вывод о том, что различие дисперсий в двух выборках статистически достоверно.

Способы установления статистических взаимосвязей. Предыдущие показатели характеризуют совокупность данных по какому-либо одному признаку. Этот изменяющийся признак называют переменной величиной или просто переменной. Меры связи выявляют соотношения между двумя переменными или между двумя выборками. Эти связи, или корреляции, определяют через вычисление коэффициентов корреляции. Однако наличие корреляции не означает, что между переменными существует причинная (или функциональная) связь. Функциональная зависимость – это частный случай корреляции. Даже если связь причинна, корреляционные показатели не могут указать, какая из двух переменных является причиной, а какая – следствием. Кроме того, любая обнаруженная в психологических исследованиях связь, как правило, существует благодаря и другим переменным, а не только двум рассматриваемым. К тому же взаимосвязи психологических признаков столь сложны, что их обусловленность одной причиной вряд ли состоятельна, они детерминированы множеством причин.

По тесноте связи можно выделить следующие виды корреляции: полная, высокая, выраженная, частичная; отсутствие корреляции. Эти виды корреляций определяют в зависимости от значения коэффициента корреляции.

При полной корреляции его абсолютные значения равны или очень близки к 1. В этом случае устанавливается обязательная взаимозависимость между переменными. Здесь вероятна функциональная зависимость.

Высокая корреляция устанавливается при абсолютном значении коэффициента 0,8–0,9. Выраженная корреляция считается при абсолютном значении коэффициента 0,6–0,7. Частичная корреляция существует при абсолютном значении коэффициента 0,4–0,5.

Абсолютные значения коэффициента корреляции менее 0,4 свидетельствуют об очень слабой корреляционной связи и, как правило, в расчет не принимаются. Отсутствие корреляции констатируется при значении коэффициента 0.

Кроме того, в психологии при оценке тесноты связи используют так называемую «частную» классификацию корреляционных связей. Она ориентирована не на абсолютную величину коэффициентов корреляции, а на уровень значимости этой величины при определенном объеме выборки. Эта классификация применяется при статистической оценке гипотез. При данном подходе предполагается, что чем больше выборка, тем меньшее значение коэффициента корреляции может быть принято для признания достоверности связей, а для малых выборок даже абсолютно большое значение коэффициента может оказаться недостоверным.[86]

По направленности выделяют следующие виды корреляционных связей: положительная (прямая) и отрицательная (обратная). Положительная (прямая) корреляционная связь регистрируется при коэффициенте со знаком «плюс»: при увеличении значения одной переменной наблюдается увеличение другой. Отрицательная (обратная) корреляция имеет место при значении коэффициента со знаком «минус». Это означает обратную зависимость: увеличение значения одной переменной влечет за собой уменьшение другой.

По форме различают следующие виды корреляционных связей: прямолинейную и криволинейную. При прямолинейной связи равномерным изменениям одной переменной соответствуют равномерные изменения другой. Если говорить не только о корреляциях, но и о функциональных зависимостях, то такие формы зависимости называют пропорциональными. В психологии строго прямолинейные связи – явление редкое. При криволинейной связи равномерное изменение одного признака сочетается с неравномерным изменением другого. Эта ситуация для психологии типична.

Коэффициент линейной корреляции по К. Пирсону (r) вычисляется c помощью следующей формулы:

где х – отклонение отдельного значения X от среднего выборки (Мх), у – отклонение отдельного значения Y от среднего выборки у), Ьх – стандартное отклонение для X, ?y – стандартное отклонение для Y, N – число пар значений Xи Y.

Оценка значимости коэффициента корреляции проводится по таблице (см. Статистическое приложение 4).

При сравнении порядковых данных применяется коэффициент ранговой корреляции по Ч. Спирмену (R):

где d – разность рангов (порядковых мест) двух величин, N – число сравниваемых пар величин двух переменных (X и Y).

Оценка значимости коэффициента корреляции проводится по таблице (см. Статистическое приложение 5).

Внедрение в научные исследования автоматизированных средств обработки данных позволяет быстро и точно определять любые количественные характеристики любых массивов данных. Разработаны различные программы для компьютеров, по которым можно проводить соответствующий статистический анализ практически любых выборок. Из массы статистических приемов в психологии наибольшее распространение получили следующие: 1) комплексное вычисление статистик; 2) корреляционный анализ; 3) дисперсионный анализ; 4) регрессионный анализ; 5) факторный анализ; 6) таксономический (кластерный) анализ; 7) шкалирование. Познакомиться с характеристиками этих методов можно в специальной литературе («Статистические методы в педагогике и психологии» Стенли Дж., Гласа Дж. (М., 1976), «Математическая психология» Г.В. Суходольского (СПб., 1997), «Математические методы психологического исследования» А.Д. Наследова (СПб., 2005) и др.).

Тема 8. Интерпретация и представление результатов психологических исследований

8.1. Интерпретация и обобщение результатов исследования

Методы интерпретации данных корректнее называть подходами, поскольку они являются в первую очередь объяснительными принципами, предопределяющими направление интерпретации результатов исследования. В научной практике получили развитие генетический, структурный, функциональный, комплексный и системный подходы. Использование того или иного метода не означает отбрасывания других.

Генетический подход – это способ исследования и объяснения явлений (в том числе психических), основанный на анализе их развития как в онтогенетическом, так и филогенетическом планах. При этом требуется установление: 1) начальных условий возникновения явления; 2) главных этапов и 3) основных тенденций его развития. Цель генетического подхода – выявление связи изучаемых явлений во времени, прослеживание перехода от низших форм к высшим.

Чаще всего генетический подход применяется при интерпретации результатов в психологии развития: сравнительной, возрастной, исторической. Любое лонгитюдное исследование предполагает применение рассматриваемого подхода.

Генетический подход рассматривается как методическая реализация одного из основных принципов психологии, а именно принципа развития.[87] При таком видении другие варианты реализации этого принципа рассматриваются как модификации генетического подхода (исторический и эволюционный подходы).

Структурный подход – направление, ориентированное на выявление и описание структуры объектов (явлений). Для него характерно: углубленное внимание к описанию актуального состояния объектов; выяснение внутренне присущих им вневременных свойств; интерес не к изолированным фактам, а к отношениям между ними. В итоге строится система взаимосвязей между элементами объекта на различных уровнях его организации.[88]

Достоинством структурного подхода является возможность наглядного представления результатов в виде различных моделей. Эти модели могут даваться в форме описаний, перечня элементов, графической схемы, классификации и пр. Примеры подобного моделирования можно найти у З. Фрейда, Г. Айзенка и др.

Структурный подход часто применяется в исследованиях, посвященных изучению конституциональной организации психики и ее материального субстрата – нервной системы. Данный подход привел к созданию И.П. Павловым типологии высшей нервной деятельности, который затем был развит Б.М. Тепловым и В.Д. Небылицыным. Структурные модели человеческой психики в пространственном и функциональном аспектах представлены в работах В.А. Ганзена,[89] В.В. Никандрова[90] и др.

Функциональный подход ориентирован на выявление и изучение функций объектов (явлений). Он применяется главным образом при изучении связей объекта со средой. Этот подход исходит из принципа саморегуляции и поддержания равновесия объектов действительности. Примерами реализации функционального подхода в истории науки являются такие известные направления, как функциональная психология и бихевиоризм. Классическим образцом воплощения функционального подхода в психологии является динамическая теория поля К. Левина. В современной психологии функциональный подход обогащается компонентами структурного и генетического анализа. Общеизвестным считается представление о многоуровневости и многофазности всех психических функций человека, действующих одновременно на всех уровнях как единое целое. Элементы структур большинство авторов соответствующих моделей рассматривают также и как функциональные единицы, олицетворяющие определенные связи человека с действительностью.

Комплексный подход – это направление, рассматривающее объект исследования как совокупность компонентов, подлежащих изучению с помощью соответствующей совокупности методов. Компоненты могут быть как относительно однородными частями целого, так и его разнородными сторонами, характеризующими изучаемый объект в разных аспектах.

Часто комплексный подход предполагает изучение сложного объекта методами различных наук, т. е. организацию междисциплинарного исследования. Очевидно, что он предполагает применение в той или иной мере и всех предыдущих интерпретационных методов.

Яркий пример реализации комплексного подхода в науке – концепция человекознания, согласно которой человек как объект изучения подлежит скоординированному исследованию большого комплекса наук. В психологии эта идея комплексности изучения человека была четко сформулирована Б.Г. Ананьевым.[91] Человек рассматривается одновременно как представитель биологического вида (индивид), носитель сознания и активный элемент познавательной и преобразующей действительность деятельности (субъект), субъект социальных отношений (личность) и уникальное единство социально значимых биологических, социальных и психологических особенностей (индивидуальность).

Системный подход – это методологическое направление в изучении реальности, рассматривающее любой ее фрагмент как систему. Основателем системного подхода как неотъемлемого методологического и методического компонента научного познания можно считать австрийского ученого, переехавшего в США, Л. Берталанфи, разработавшего общую теорию систем.[92] Система есть некоторая целостность, взаимодействующая с окружающей средой и состоящая из множества элементов, находящихся между собой в некоторых отношениях и связях. Организация этих связей между элементами называется структурой. Элемент – мельчайшая часть системы, сохраняющая ее свойства в пределах данной системы. Дальнейшее расчленение этой части ведет к потере соответствующих свойств. Свойства элементов определяются их положением в структуре и, в свою очередь, определяют свойства системы. Но свойства системы не сводятся к сумме свойств элементов. Система как целое синтезирует (объединяет и обобщает) свойства частей и элементов, в результате чего она обладает свойствами более высокого уровня организации, которые во взаимодействии с другими системами могут представать как ее функции. Любая система может рассматриваться, с одной стороны, как объединение более простых (мелких) подсистем со своими свойствами и функциями, а с другой – как подсистема более сложных (крупных) систем.

Системные исследования осуществляются с помощью системных анализа и синтеза. В процессе анализа система выделяется из среды, определяются ее состав (набор элементов), структура, функции, интегральные свойства и характеристики, системообразующие факторы, взаимосвязи со средой. В процессе синтеза создается модель реальной системы, повышается уровень обобщения и абстракции описания системы, определяются полнота ее состава и структур, закономерности развития и поведения.

Описание объектов как систем, т. е. системные описания, выполняют те же функции, что и любые другие научные описания, – объяснительную и прогнозирующую. Но еще важнее, что системные описания выполняют функцию интеграции знаний об объектах.

Системный подход в психологии позволяет вскрыть общность психических явлений с другими явлениями действительности. Это дает возможность обогащения психологии идеями, фактами, методами других наук и, наоборот, проникновения психологических данных в другие области знания. Он позволяет интегрировать и систематизировать психологические знания, сокращать объем и повышать наглядность описаний, уменьшать субъективизм в интерпретации психических явлений, помогает увидеть пробелы в знаниях о конкретных объектах, определить задачи дальнейших исследований, а иногда и предсказать свойства объектов, информация о которых отсутствует, путем экстраполяции и интерполяции имеющихся сведений.

Рассмотренные выше подходы являются фактически органичными компонентами системного подхода. Некоторые авторы сопоставляют эти подходы с соответствующими уровнями качеств человека, составляющих предмет психологического исследования (В.П. Кузьмин[93] и др.).

В настоящее время большинство научных исследований проводится в русле системного подхода. Наиболее полное освещение применительно к психологии системный подход нашел в работах В.А. Ганзена,[94] А.А. Крылова,[95] Б.Ф. Ломова,[96] А. Раппопорта[97] и др.

8.2. Формы представления результатов исследования

Завершением любой исследовательской работы является представление результатов в той форме, которая принята научным сообществом. Следует различать две основные формы представления результатов: квалификационную и научно-исследовательскую.

Квалификационная работа – курсовая, дипломная работа, диссертация и т. д. – служит для того, чтобы студент, аспирант или соискатель, представив свое научное исследование, получил документ, удостоверяющий уровень компетентности. Требования к таким работам, способу их оформления и представления результатов изложены в соответствующих инструкциях и положениях, принятых учеными советами.

Результаты научно-исследовательской работы – это результаты, полученные в ходе исследовательской деятельности ученого. Представление научных результатов обычно происходит в трех формах: 1) устные изложения; 2) публикации; 3) электронные версии. В любой их этих форм присутствует описание. В. А. Ганзен под описанием понимает любую форму представления информации о полученных в исследовании результатах.[98]

Различают следующие варианты представления информации: вербальная форма (текст, речь), символическая (знаки, формулы), графическая (схемы, графики), предметнообразная (макеты, вещественные модели, фильмы и др.).

Вербальная форма – наиболее распространенный вариант представления описаний. Любое научное сообщение – это прежде всего текст, организованный по определенным правилам. Различают два вида текстов: на естественном языке («природном», обыденном) и на научном языке. Обычно представление результатов научного исследования является текстом «смешанного» вида, где в естественную речевую структуру включены фрагменты, сформулированные на строго научном языке. Эти языки нельзя строго разграничить: научные термины входят в повседневное обращение, а наука черпает из естественного языка слова для обозначения вновь открытых сторон реальности. Но в отличие от обыденного употребления каждый научный термин имеет однозначное предметное содержание. В психологии в качестве научных терминов употребляются такие слова, как «личность», «внимание», «чувство» и т. п. Здесь грань между научной и обыденной терминологией весьма тонка, что порождает дополнительную трудность для автора-психолога.

Главное требование к научному тексту – последовательность и логичность изложения. Автор должен по возможности не загружать текст избыточной информацией, но может использовать метафоры, примеры, для того чтобы привлечь внимание к особо значимому для понимания сути звену рассуждений. Научный текст в отличие от литературного текста или повседневной речи очень клиширован – в нем преобладают устойчивые структуры и обороты (в этом он сходен с «канцеляритом» – бюрократическим языком деловых бумаг). Роль таких штампов чрезвычайно важна, поскольку внимание читателя не отвлекается на литературные изыски или неправильности изложения, а сосредоточивается на значимой информации: суждениях, умозаключениях, доказательствах, цифрах, формулах. «Наукообразные» штампы на самом деле играют важную роль «рамок», стандартной установки для нового научного содержания.

Текст состоит из высказываний. Каждое высказывание имеет определенную логическую форму. Существуют основные логические формы высказывания: 1) индуктивное – обобщающее некоторый эмпирический материал; 2) дедуктивное – логический вывод от общего к частному или описание алгоритма; 3) аналогия – «трансдукция»; 4) толкование или комментарий – «перевод», раскрытие содержания одного текста посредством создания другого.

Геометрические (пространственно-образные) описания являются традиционным способом кодирования научной информации. Поскольку геометрическое описание дополняет и поясняет текст, оно «привязано» к описанию языковому. Геометрическое описание наглядно. Оно позволяет одновременно представить систему отношений между отдельными переменными, исследуемыми в эксперименте. Информационная емкость геометрического описания очень велика.

В психологии используется несколько основных форм графического представления научной информации. Для первичного представления данных используются следующие графические формы: диаграммы, гистограммы и полигоны распределения, а также различные графики.

Начальным способом представления данных является изображение распределения. Для этого используют гистограммы и полигоны распределения. Часто для наглядности распределение показателя в экспериментальной и контрольной группах изображают на одном рисунке.

Гистограмма – это «столбчатая» диаграмма частотного распределения признака на выборке. При построении гистограмм на оси абсцисс откладывают значения измеряемой величины, а на оси ординат – частоты или относительные частоты встречаемости данного диапазона величины в выборке.

В полигоне распределения количество испытуемых, имеющих данную величину признака (или попавших в определенный интервал величины), обозначают точкой с координатами. Точки соединяются отрезками прямой. Перед тем как строить полигон распределения или гистограмму, исследователь должен разбить диапазон измеряемой величины, если признак дан в шкале интервалов или отношений, на равные отрезки. Рекомендуют использовать не менее пяти, но не более десяти градаций. В случае использования шкалы наименований или порядковой шкалы такой проблемы не возникает.

Если исследователь хочет нагляднее представить соотношение между различными величинами, например доли испытуемых с разными качественными особенностями, то ему выгоднее использовать диаграмму. В секторной круговой диаграмме величина каждого сектора пропорциональна величине встречаемости каждого типа. Величина круговой диаграммы может отображать относительный объем выборки или значимость признака.

Переходным от графического к аналитическому вариантом отображения информации являются в первую очередь графики, представляющие функциональную зависимость признаков. Идеальный вариант завершения экспериментального исследования – обнаружение функциональной связи независимой и зависимой переменных, которую можно описать аналитически.

Можно выделить два различных по содержанию типа графиков: 1) отображающие зависимость изменения параметров во времени; 2) отображающие связь независимой и зависимой переменных (или любых двух других переменных). Классическим вариантом изображения временной зависимости является обнаруженная Г. Эббингаузом связь между объемом воспроизведенного материала и временем, прошедшим после заучивания («кривая забывания»). Аналогичны многочисленные «кривые заучивания» или «кривые утомления», показывающие изменение эффективности деятельности во времени.

В психологии часто встречаются и графики функциональной зависимости двух переменных: законы Г. Фехнера, С. Стивенса (в психофизике), закономерность, описывающая зависимость вероятности воспроизведения элемента от его места в ряду (в когнитивной психологии), и т. п.

Л.В. Куликов дает начинающим исследователям ряд простых рекомендаций по построению графиков.[99]

1. График и текст должны взаимно дополнять друг друга.

2. График должен быть понятен «сам по себе» и включать все необходимые обозначения.

3. На одном графике не разрешается изображать больше четырех кривых.

4. Линии на графике должны отражать значимость параметра, важнейшие параметры необходимо обозначать цифрами.

5. Надписи на осях следует располагать внизу и слева.

6. Точки на разных линиях принято обозначать кружками, квадратами и треугольниками.

Если необходимо на том же графике представить величину разброса данных, то их следует изображать в виде вертикальных отрезков, чтобы точка, обозначающая среднее, находилась на отрезке (в соответствии с показателем асимметрии).

Видом графиков являются диагностические профили, которые характеризуют среднюю выраженность измеряемых показателей у группы или определенного индивида.

При представлении информации с использованием топологических характеристик применяются графы. Например, в виде графа представлена иерархическая модель интеллекта Д. Векслера.

Наряду с графами в психологии применяются пространственно-графические описания, в которых учитываются структура параметров и отношения между элементами. Примером является описание структуры интеллекта – «куб» Д. Гилфорда. Другой вариант применения пространственного описания – пространство эмоциональных состояний по В. Вундту или же описание типов личности по Г. Айзенку («круг Айзенка»).

В случае, если в пространстве признаков определена метрика, используется более строгое представление данных. Положение точки в пространстве, изображенном на рисунке, соответствует ее реальным координатам в пространстве признаков. Таким способом представляются результаты многомерного шкалирования, факторного и латентно-структурного анализа, а также некоторых вариантов кластерного анализа.

Наиболее важный способ представления результатов научной работы – числовые значения величины, в частности:

1) показатели центральной тенденции (среднее, мода, медиана);

2) абсолютные и относительные частоты;

3) показатели разброса (стандартное отклонение, дисперсия, процентильный разброс);

4) значения критериев, использованных при сравнении результатов разных групп;

5) коэффициенты линейной и нелинейной связи переменных и т. д.

Стандартный вид таблиц для представления первичных результатов таков: по строкам располагаются испытуемые, по столбцам – значения измеренных параметров. Результаты математической статистической обработки также сводятся в таблицы. Существующие компьютерные пакеты статистической обработки данных позволяют выбрать любую стандартную форму таблиц для представления их в научной публикации.

Приложения

1. Этические принципы проведения исследования на человеке (American Psychological Association, 1973)[100]

Решение проводить исследования должно основываться на осознанном желании каждого психолога внести ощутимый вклад в психологическую науку и способствовать благополучию человека. Ответственный психолог обдумывает различные направления, где нужны энергия и возможности человека.

Приняв решение о проведении исследований, психологи должны осуществлять свои замыслы с уважением к людям, принимающим в них участие, и с заботой об их достоинстве и благополучии.

Принципы, о которых говорится ниже, разъясняют исследователю этичное ответственное отношение к участникам экспериментов в ходе проведения исследовательских работ – от первоначального замысла до шагов, необходимых для защиты конфиденциальности данных исследований. Эти принципы должны рассматриваться в контексте документов, прилагаемых в качестве дополнения к принципам.

1. При планировании опыта исследователь несет персональную ответственность за составление точной оценки его этической приемлемости, опираясь на принципы исследований. Если, опираясь на эту оценку и взвесив научные и человеческие ценности, исследователь предлагает отклониться от принципов, то он дополнительно берет на себя серьезные обязательства по разработке этических рекомендаций и принятию более строгих мер по защите прав участников исследований.

2. На каждом исследователе всегда лежит ответственность за установление и поддержание приемлемой этики исследования. Исследователь также несет ответственность за этичное обращение коллег, ассистентов, студентов и всех других служащих с испытуемыми.

3. Этика требует, чтобы исследователь информировал испытуемых обо всех сторонах эксперимента, которые могут повлиять на их желание принимать в нем участие, а также отвечал на все вопросы о других подробностях исследования. Невозможность ознакомления с полной картиной эксперимента дополнительно усиливает ответственность исследователя за благополучие и достоинство испытуемых.

4. Честность и открытость – важные черты отношений между исследователем и испытуемым. Если утаивание и обман необходимы по методологии исследования, то исследователь должен объяснить испытуемому причины таких действий для восстановления их взаимоотношений.

5. Этика требует, чтобы исследователь относился с уважением к праву клиента сократить или прервать свое участие в процессе исследований в любое время. Обязательство по защите этого права требует особой бдительности, когда исследователь находится в позиции, доминирующей над участником. Решение по ограничению этого права увеличивает ответственность исследователя за достоинство и благополучие участника.

6. Этически приемлемое исследование начинается с установления четкого и справедливого соглашения между исследователем и участником эксперимента, разъясняющего ответственность сторон. Исследователь обязан чтить все обещания и договоренности, включенные в это соглашение.

7. Этичный исследователь защищает своих клиентов от физического и душевного дискомфорта, вреда и опасности. Если риск таких последствий существует, то исследователь обязан проинформировать об этом испытуемых, достичь согласия до начала работы и принять все возможные меры для минимизации вреда. Процедура исследований не должна применяться, если есть вероятность, что она причинит серьезный и продолжительный вред участникам.

8. Этика работы требует, чтобы после сбора данных исследователь обеспечил участникам полное разъяснение сути эксперимента и устранил любые возникающие недоразумения. Если научные или человеческие ценности оправдывают задержку или утаивание информации, то исследователь несет особую ответственность за то, чтобы для его клиентов не было тяжелых последствий.

9. Если процедура исследования может иметь нежелательные последствия для участников, то исследователь несет ответственность за выявление, устранение или корректировку таких результатов (в том числе и долговременных).

Информация, полученная в ходе исследования, является конфиденциальной. Если существует вероятность, что другие люди могут получить доступ к этой информации, то этика практики исследований требует, чтобы эта вероятность, а также планы по обеспечению конфиденциальности были объяснены участникам как часть процесса по достижению взаимного информационного согласия.

2. Статистические приложения

1. Значимость t-распределения Стьюдента

2. Таблица значимости критерия ?2

3. Граничные значения F-критерия Фишера для вероятности допустимой ошибки 0,05 и числа степеней свободы N1 и N2

4. Таблица значимости коэффициента корреляции (по Пирсону)

5. Таблица значимости коэффициента корреляции рангов (по Ч. Спирмену)

Примечания


1

Никандров В.В. Экспериментальная психология. СПБ., 2003.

2

Ананьев Б.Г. О проблемах современного человекознания. М., 1977.

3

Психологический словарь / Под ред. В.В. Давыдова и др. М., 1983.

4

Психология. Словарь / Под ред. А.В. Петровского, М.Г. Ярошевского; Сост. Л.А. Карпенко. М., 1990.

5

Экспериментальная психология. Вып. 1, 2 / Под ред. П. Фресса и Ж. Пиаже. М., 1966.

6

Психологический словарь-справочник руководителя / Под ред. А.А. Крылова и В.П. Сочивко. Л., 1982.

7

Экспериментальная психология. Вып. 1, 2 / Под ред. П. Фресса и Ж. Пиаже. М., 1966.

8

Готтсданкер Р. Основы психологического эксперимента. М., 2005.

9

Кэмпбелл Д. Модели экспериментов в социальной психологии и прикладных исследованиях. СПб., 1996.

10

Дружинин В.Н. Экспериментальная психология. СПб., 2000.

11

Никандров В.В. Экспериментальная психология. СПб., 2003.

12

Фехнер Г.Т. О формуле измерения ощущений // Проблемы и методы психофизики. М., 1974. С. 13–19.

13

Дружинин В.Н. Экспериментальная психология. СПб., 2000.

14

Зинченко В.П., Смирнов С.Д. Методологические вопросы психологии. М., 1982.

15

Немов Р.С. Психология. Кн. 3. М., 1995.

16

Дружинин В.Н. Экспериментальная психология. СПб., 2000.

17

Дружинин В.Н. Экспериментальная психология. СПб., 2000.

18

Фейерабенд П. Избранные труды по методологии науки. М., 1986.

19

Философский энциклопедический словарь. М., 1989.

20

Готтсданкер Р. Основы психологического эксперимента. М., 2005.

21

Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. М., 1946.

22

Цит. по: Ананьев Б.Г. О проблемах современного человекознания. М., 1977.

23

Там же.

24

Роговин М.С, Залевский Г.В. Теоретические основы психологического и патопсихологического исследования. М., 1988.

25

Дружинин В.Н. Экспериментальная психология. СПб., 2000.

26

Там же.

27

Горбунова В.В. Экспериментальная психология в схемах и таблицах. Ростов н/Д., 2005.

28

Басов М.Я. Избранные психологические произведения. М., 1975.

29

Возрастные и индивидуальные особенности младших подростков / Под ред. Д.Б. Эльконина, Т.В. Драгуновой. М., 1967.

30

Пиаже Ж. Избранные психологические труды. М., 1969.

31

Bales R.F. Personality and Interpersonal Behavior. N.Y., 1970.

32

Стреляу Я. Роль темперамента в психологическом развитии. М., 1982.

33

Басов М.Я. Избранные психологические произведения. М., 1975.

34

Болтунов А.П. Педагогическая характеристика ребенка. М.; Л., 1926.

35

Анастази А. Психологическое тестирование. Т. 1, 2. М., 1982.

36

Цит. по: Дети-сироты. Консультирование и диагностика. М., 1998.

37

Лешли Д. Работать с маленькими детьми. М., 1991.

38

Лешли Д. Работать с маленькими детьми. М., 1991.

39

Атватер И. Я вас слушаю... М., 1988.

40

Роджерс К.Р. Взгляд на психотерапию. Становление человека. М., 1994.

41

Атватер И. Я вас слушаю... М., 1988.

42

Атватер И. Я вас слушаю... М., 1988.

43

Активные методы в работе школьного психолога / Под ред. И.В. Дубровиной. М., 1990.

44

Никандров В.В. Экспериментальная психология. СПб., 2003.

45

Методы социальной психологии / Под ред. Е.С. Кузьмина, В.Е. Семенова. Л., 1977.

46

Шванцара Й. и др. Диагностика психического развития. Прага, 1978.

47

Там же.

48

Шванцара Й. и др. Диагностика психического развития. Прага, 1978.

49

Флейвелл Дж. Генетическая психология Жана Пиаже. М., 1967.

50

Роджерс К.Р. Взгляд на психотерапию. М., 1994.

51

Михал В. Диагностическое интервью // Й. Шванцара и др. Диагностика психического развития. Прага, 1978.

52

Цит. по: Практическая психология образования / Под ред. И.В. Дубровиной. СПб., 2004.

53

Дружинин В.Н. Экспериментальная психология. СПб., 2000.

54

Рубинштейн С.Л. Основы общей психологии. М., 1946. С. 37.

55

Никандров В.В. Наблюдение и эксперимент в психологии. СПб., 2002.

56

Фресс П. Экспериментальный метод // Экспериментальная психология / Под ред. П. Фресс, Ж. Пиаже. Вып. 1, 2. М., 1966.

57

Экспериментальная психология / Под ред. П. Фресс, Ж. Пиаже. Вып. 1,2. М., 1966.

58

Дружинин В.Н. Экспериментальная психология. СПб., 2000.

59

Кэмпбелл Д. Модели экспериментов в социальной психологии и прикладных исследованиях. М., 1980.

60

Готтсданкер Р. Основы психологического эксперимента. М., 1982.

61

Гудвин Дж. Исследование в психологии: методы и планирование. СПб., 2004.

62

Мартин Д. Психологические эксперименты. СПб., 2002.

63

Готтсданкер Р. Основы психологического эксперимента. М., 1982.

64

Корнилова Т.В. Экспериментальная психология: теория и методы. М., 2002.

65

Мартин Д. Психологические эксперименты. СПб., 2002.

66

Кэмпбелл Д. Модели экспериментов в социальной психологии и прикладных исследованиях. М., 1980.

67

Дружинин В.Н. Экспериментальная психология. СПб., 2000.

68

Горбунова В.В. Экспериментальная психология в схемах и таблицах. Ростов н/Д., 2005.

69

Кэмпбелл Д. Модели экспериментов в социальной психологии и прикладных исследованиях. М., 1980.

70

Стивенс С. Математика, измерение и психофизика. Т. 1 // Экспериментальная психология / Под ред. С. Стивенса. М., 1950.

71

Стивенс С. Математика, измерение и психофизика. Т. 1 // Экспериментальная психология. М., 1950.

72

БурлачукЛ.Ф., Морозов С.М. Словарь-справочник по психологической диагностике. Киев, 1989.

73

Мельников В.М., ЯмпольскийЛ.Т. Введение в экспериментальную психологию личности. М., 1985.

74

Мейли Р. Структура личности // Экспериментальная психология / Под ред. П. Фресса, Ж. Пиаже. Вып. 5. М., 1975.

75

Дружинин В.Н. Экспериментальная психология. СПб., 2000.

76

Психологическая диагностика / Под ред. К.М. Гуревича, Е.М. Борисовой. М., 2000.

77

Никандров В.В., Новочадов В.В. Метод тестирования в психологии. СПб., 2003.

78

Бурлачук Л.Ф., Морозов С.М. Словарь-справочник по психодиагностике. СПб., 1999.

79

Личко А.Е. Психопатии и акцентуации характера у подростков. СПб., 1999.

80

Никандров В.В., Новочадов В.В. Метод тестирования в психологии. СПб., 2003.

81

Проективная психология / Под ред. Р. Римской, И. Кириллова. М., 2000.

82

Проективная психология / Под ред. Р. Римской, И. Кириллова. М., 2000.

83

Никандров В.В., Новочадов В.В. Метод тестирования в психологии. СПб., 2003.

84

Проективная психология / Под ред. Р. Римской, И. Кириллова. М., 2000.

85

Никандров В.В., Новочадов В.В. Метод тестирования в психологии. СПб., 2003.

86

Сидоренко Е.В. Методы математической обработки в психологии. СПб., 2001.

87

Принцип развития в психологии / Отв. ред. Л.И. Анцыферова. М., 1978.

88

Роговин М.С. Структурно-уровневые теории в психологии. Ярославль, 1977.

89

Ганзен В.А. Системные описания в психологии. Л., 1984.

90

Никандров В.В. Экпериментальная психология. СПб., 2003.

91

Ананьев Б.Г. О проблемах современного человекознания. М., 1977.

92

Берталанфи Л. Общая теория систем – обзор проблем и результатов // Системные исследования. М., 1969.

93

Кузьмин В.П. Различные направления разработки системного подхода и их гносеологические основания // Вопросы философии. 1983. № 3. С. 18–29.

94

Ганзен В.А. Системный подход в психологии. Л., 1983.

95

Крылов А.А. Системный подход как основа исследований в инженерной психологии и психологии труда // Методология исследований по инженерной психологии и психологии труда. Ч. 1. Л., 1974. С. 5—11.

96

Ломов Б.Ф. О системном подходе в психологии // Вопросы психологии. 1975. № 2. С. 31–45.

97

Раппопорт А. Системный подход в психологии // Психологический журнал. 1994. № 3. С. 3—16.

98

Ганзен В.А. Системные описания в психологии. Л., 1984.

99

Куликов Л.В. Психологическое исследование. СПб., 1994.

100

Цит. по: Дружинин В.Н. Экспериментальная психология. СПб., 2000.