science Е Басаргина Жизнь за гранью жизни ru rusec lib_at_rus.ec LibRusEc kit, FictionBook Editor Release 2.6 2007-06-12 Tue Jun 12 01:48:41 2007 1.01

Басаргина Е

Жизнь за гранью жизни

Составитель Е. Басаргина

Жизнь за гранью жизни

"Веселись, юноша, в юности твоей, и да вкушает сердце твое радости во дни юности твоей, и ходи по путям сердца твоего и по видению очей твоих; только знай, что за все это Бог приведет тебя на суд". Екклесиаст. Гл. II, 9

"И возвратится прах в землю, чем он и был; а дух возвратится к Богу, Который дал его".

Екклесиаст. Гл. 12, 7

"Оживут мертвецы Твои, восстанут мертвые тела! Воспряньте и торжествуйте, поверженные во прахе, ибо... земля извергнет мертвецов".

Книга Пророка Исайи. 26:19

"И многие из спящих в прахе земли пробудятся, одни для жизни вечной, другие на вечное поругание и посрамление". Книга Пророка Даниила. 12:2

ВСТУПЛЕНИЕ

Что ожидает человека за порогом смерти? Пока в человеке теплится жизнь, он никогда не получит окончательного ответа на этот преисполненный чарующей тайной вопрос. Ведь проблема смерти потому и является фундаментальной для человека, что она не может быть полностью разрешена.

Можно, конечно, вслед за Эпикуром, уйти от ответа на этот вопрос. Вспомним, что писал он в письме к своему другу Менекею: "Привыкай думать, что смерть для нас - ничто: ведь все и хорошее и дурное заключается в ощущении, а смерть есть лишение ощущений... Стало быть, самое ужасное из зол, смерть, не имеет к нам никакого отношения: когда мы есть, то смерти еще нет, а когда смерть наступает, то нас уже нет". Но когда самое страшное позади, то что же дальше? Неужели мы оставим после себя лишь разлагающийся труп, или все-таки, "смерть - врата жизни"?

На протяжении многих столетий мыслящие люди искали ответ на этот вопрос. Высказывались самые различные суждения и предположения: одни полагали, что дух покойного обитает возле родного очага,

другие верили в переселение душ, третьи воображали, что души отлетают в неведомый потусторонний мир и продолжают там свое существование.

В наш скептический век этот вопрос звучит все настойчивее: есть ли загробная жизнь? Как иначе объяснить не прекращающиеся по сей день явления духов и призраков, поведение которых не подчиняется известным нам законам природы? А что собой представляют удивительные явления, происходящие на спиритических сеансах? В этой книге соседствуют разные, подчас взаимоисключающие суждения по этому и многим другим вопросам. Говорят, свою тайну смерть уносит с собою в могилу. Но может быть, все-таки нас ждет светлое будущее?

ГЛАВА ПЕРВАЯ

ЧТО ЕСТЬ ДУША?

"Все люди смертны", - этими словами начинается самый знаменитый из силлогизмов, гласящий далее: "Сократ - человек" и "следовательно, Сократ смертен". Насколько серьезно мы должны относиться к высказыванию о том, что люди и Сократ смертны? Ведь существует известное противоположное высказывание по этому вопросу - что люди и Сократ бессмертны, по крайней мере бессмертны их души. Сам Сократ был одним из первых философов, выдвинувших гипотезу бессмертия души.

Можно поставить вопрос по-другому: когда люди умирают, умирают ли они действительно, то есть остаются ли они мертвыми? Или, как это формулирует Иов: "Если человек умрет, то будет ли он снова жить?"

Тайна смерти и вопрос о том, что же все-таки происходит, когда перестает биться сердце, с незапамятных времен волновал человека.

Уже в древности мыслящие люди старались понять, во-первых, что составляет разницу между живущим и мертвым телом, что составляет причину бодрствования, сна, экстаза, болезни и смерти? Вовторых, что такое человеческие образы, появляющиеся в снах и видениях? Видя эти две группы явлений, древние дикари-философы, вероятно, прежде всего сделали само собой напрашивавшееся заключение, что у каждого человека есть жизнь и есть призрак. То и другое, видимо, находится в тесной связи с телом: жизнь дает ему возможность чувствовать,

мыслить и действовать, а призрак составляет его образ, или второе "я".

Понятие о личной душе, или духе, у примитивных обществ может быть определено следующим образом: Душа есть тонкий, невещественный человеческий образ, по своей природе нечто вроде пара, воздуха или тени. Она составляет причину жизни и мысли в том существе, которое она одушевляет.

В понятие о душе, или духе, вкладываются атрибуты и других жизненных проявлений. Так, караибы, связывая пульсацию сердца с духовными существами и признавая, что душа человека, предназначенная для будущей небесной жизни, живет в сердце, вполне логично употребляют одно и то же слово для обозначения "души, жизни и сердца".

Каким образом понятия о жизни, сердце, дыхании и призраке сливаются в одном понятии о душе, или духе, и вместе с тем, как неопределенны и темны такие понятм" у примитивных обществ, ясно видно из ответов туземцев Никарагуа на вопросы об их религии в 1528 г.: "Когда люди умирают, из их рта выходит нечто похожее на человека. Это существо отправляется к месту, где находятся мужчины и женщины. Оно похоже на человека, но не умирает, а тело его остается на земле". Вопрос: "Сохраняют ли те, которые отходят туда, то же тело, то же лицо, те же члены, как и здесь, на земле?" Ответ: "Нет, туда идет только сердце". Вопрос: "Но когда человеку вырезают сердце при жертвоприношении пленных, что тогда случается?" Ответ: "Уходит не самое сердце, но то, что в теле дает людям жизнь, и это покидает тело, когда человек умирает". В других' ответах указывается, что "не сердце поднимается вверх, а то, что заставляет людей жить, т. е. дыхание, выходящее изо рта".

Древняя теория жизни объясняет многие из физических и умственных состояний теорией отлетаниявсей души или некоторых из составляющих ее духов. Эта теория занимает очень значительное и прочное

место в биологии диких народов. Южные австралийцы говорят о человеке, находящемся в бесчувственном или бессознательном состоянии, что "он без души". Мы слышим у алгонкинских индейцев в Северной Америке, что болезнь происходит оттого, что "тень" больного отделена от его тела и что выздоравливающий не должен подвергать себя опасностям, прежде чем эта тень не утвердилась в нем прочно. Во всех случаях, где мы говорим, что человек был болен и выздоровел, они говорят, что "он умер и вернулся". Другое верование у тех же австралийцев объясняет состояние людей, лежащих в летаргии: "Их души отправились к берегами реки смерти, но не были там приняты и вернулись оживить снова их тело".

Туземцы Фиджи говорят, что, если кто-нибудь умрет или упадет в обморок, его душа может вернуться на зов. Иногда там можно видеть смешную сцену, когда рослый мужчина лежит врастяжку и громко кричит для возвращения своей души. По понятиям негров северной Гвинеи, умопомешательство происходит оттого, что больные преждевременно покинуты своей душой, причем удаление ее во время сна бывает только временным. Вот почему в разных странах возвращение потерянных душ составляет обычную специальность колдунов и жрецов. Индейцы салиш на реке Орегоне смотрят на дух как на нечто отличное от жизненного начала и способное покидать тело на короткое время помимо сознания больного. Для избежания гибельных последствий дух должен, однако, вернуться как можно скорее. Поэтому знахарь торжественным образом возвращает его через голову пациента.

Карены в Бирме бегают вокруг больного, желая поймать его блуждающую душу, "его бабочку", как говорят они, подобно древним грекам и славянам, и наконец, как бы бросают ее ему на голову.

Когда китаец лежит при смерти и предполагается, что его душа уже вышла из тела, родственник

ЧТО ЕСТЬ ДУША?

ет одежду больного на длинную бамбуковую трость, к которой иногда привязывается белый петух, а жрец в это время заклинает отошедшую душу войти в одежду, чтобы возвратить ее больному человеку. Если через какое-то время бамбук начинает медленно поворачиваться в руках держащего, то это значит, что душа вошла в одежду.

Это же учение составляет одну из сторон теории сновидений, распространенной у малокультурных народов. Некоторые гренландцы полагают, что душа покидает тело ночью и отправляется охотиться, плясать и посещать друзей. Их сны, которые у них вообще часты и живы, привели их к такому воззрению. У североамериканских индейцев распространено мнение, что душа спящего оставляет его тело и ищет предметов, которые для нее привлекательны. Эти предметы должны быть непременно приобретены человеком, когда он проснется, для того чтобы его душа не тосковала или не тревожилась и окончательно не покинула бы тела. Новозеландцы думают, что душа спящего покидает его тело и заходит в странствованиях даже в область умерших, чтобы побеседовать с друзьями. Тагалы острова Люсона не будят спящего человека, так как предполагается, что его душа отсутствует в это время. Святой Августин приводит один из тех двойных рассказов, которые так метко характеризуют теории подобного рода. Один уверял, что он видел раз ночью перед сном, как к нему подошел хорошо известный ему философ и объяснил некоторые места из Платона, которые отказывался объяснить ему прежде. Впоследствии рассказчик спросил этого же философа, почему он сделал в его доме то, в чем отказал ему у себя. "Я этого не делал, сказал философ, - но я видел это во сне". "Таким образом, - говорит Августин, - бодрствующему явился фантастический образ того, что другой видел во сне".

В Европе простой народ сохранил также интересные подробности этой первобытной теории

ний; таково, например, опасение перевернуть спящего человека, чтобы отсутствующей душе не было трудно найти обратный путь. Легенда о короле Гунтраме - одна из целой группы легенд, интересных с этой точки зрения. Король спал в лесу, положив голову на колени верного оруженосца. Слуга его видел, как змея выползла изо рта господина и направилась к ручью, но не могла переплыть его. Тогда слуга положил свой меч через ручей, животное поползло по нему и скрылось в горе. Некоторое время спустя змея вернулась и вошла опять в рот спящего короля, который, проснувшись, рассказал, что видел во сне, как он проходил по железному мосту через реку к горе, полной золота. Это одна из тех поучительных легенд, которые сохраняют нам, как в музее, памятники древнего умственного состояния наших предков и следы мыслей, которые для наших современных умов представляются чистой фантазией, но дикарю кажутся до сих пор совершенно здравыми и истинными. Карены в настоящее время вполне поняли бы каждое слово этого рассказа. У них существует поверье, что духи не могут переходить через воду, вследствие чего в бирманских лесах протянуты нити через ручьи для прохождения духов. Столь же понятно им представление о душе, выходящей из тела в виде животного, и, наконец, верование, что сон есть настоящее странствование Души спящего.

На низшей ступени культуры очень часто думают, что душа, покинувшая тело, является во сне другому человеку, который, по выражению оджибве, "видит ее во время сна". Эта же мысль ясно высказывается в веровании фиджийцев в то, что дух живого человека может покинуть тело, чтобы мучить других во сне. То же содержится в новейшем рассказе о старой индианке из Британской Колумбии, которая послала просить знахаря отогнать мертвецов, приходящих к ней каждую ночь.

Для древних греков сновидения имели то же значение, что и для современных дикарей. Сон,

13

ЧТО ЕСТЬ ДУША?

щий заботы с души, напал на Ахиллеса, когда ок лежал на берегу шумящего моря, и тут встала перед ним душа Патрокла. Это был его рост, его прелестные глаза, его голос и даже та одежда, которую он обыкновенно носил. Он заговорил, и Ахиллес протянул к нему любящие руки, но не мог его схватить - душа исчезла под землей подобно пару. Во все века, отделяющие нас от времен Гомера, появление во сне живых или умерших людей было предметом философского размышления или суеверного страха. Как призрак живущего, так и дух умершего играет роль в типическом рассказе Цицерона. Два аркадийца прибыли вместе в Мегару. Один остановился в доме друга, другой в гостинице. Ночью последний явился во сне своему товарищу, умоляя его о помощи, потому что содержатель гостиницы замышлял убить ' его. Спящий вскочил в ужасе, но, полагая, что видение не имеет никакого значения, снова заснул. Тогда его товарищ явился к нему во второй раз, говоря, что если он не хотел спасти его, то может по крайней мере отомстить за него, потому что хозяин гостиницы убил и спрятал его тело в навозную телегу, почему он и просит друга прийти завтра рано утром к городским воротам, прежде чем телега выедет. Пораженный этим вторым сном, путешественник исполнил то, о чем его просили, увидел телегу, нашел в ней убитого, и хозяин гостиницы был привлечен к суду. "Что может быть названо более божественным, чем этот сон?"

Как правило считается, что душа покидает тело через отверстия, чаще всего через рот или через ноздри. Поэтому на острове Целебес к носу, пупку и ногам больного иногда прицепляют рыболовные крючки, чтобы душа его при попытке бегства попадала на крючок и оставалась с человеком. Один член племени турик с реки Барам (остров Борнео) не желал расстаться с крючковидными камнями, Tak как, по его утверждению, они прицепляли его душу к телу и таким образом не давали духовной его части

литься от телесной. Приморские даяки считают, что пальцы колдуна или шамана должны быть снабжены рыболовными крючками, которыми он в момент отлета человеческой души будет захватывать и возвращать ее в тело больного. Крючки могут быть использованы для ловли душ как друзей, так и врагов. Руководствуясь этим принципом, охотники за головами на острове Борнео вешают рядом с черепами убитых ими врагов деревянные крючья в уверенности что это поможет им в предстоящих набегах добыть новые головы. Одним из инструментов, которыми пользуется знахарь племени гайда, является полая кость, в которую он закупоривает отлетающие души, с тем чтобы потом возвратить их владельцам. Когда в присутствии индуса кто-нибудь зевает, тот щелкает пальцами, чтоб помешать душе выйти через открытый рот. Жители Маркизских островов зажимают рот и нос умирающего, чтобы сохранить его в живых и не дать ускользнуть его душе; сообщают, что так же поступают жители Новой Каледонии. С той же целью багобо на Филиппинских островах надевают на кисти и лодыжки больных латунные кольца. Индейцы-итонама из Южной Америки запечатывают глаза, рот и нос умирающего, чтобы его душа не вышла наружу и не увлекла за собой другие души. По той же причине островитяне Ниаса, которым внушают страх души недавно умерших людей они отождествляют душу с дыханием, - стремятся заточить дух в его земной оболочке; для этого они, например, затыкают нос и связывают челюсти трупа. Прежде чем оставить ^РУП, австралийские аборигены племени вакельбура закладывают ему в уши горячие уголья, чтобы удержать дух в теле до тех пор, пока живые не удаляться на достаточное расстояние и их нельзя будет настичь. Чтобы душа женщины не выскользнула во время родов, сиделка на юге острова Целебес возможно туже завязывает вокруг тела роженицы повязку. Тот же обычай соблюдают минангкабау на острове Суматра: моток ниток или веревку обматывают

ЧТО ЕСТЬ ДУША?

вокруг талии роженицы, так что душа, которая во время родов стремится выскочить, находит выход закрытым. Альфуры на Целебесе перед началом родов, чтобы душа младенца при рождении не выскользнула и не потерялась, стараются заткнуть все отверстия в доме, даже замочную скважину, трещины и щели в стенах. В то же время затыкают рты всем животным внутри и вне дома из опасения, чтобы ни одно из них не проглотило душу ребенка. По той же причине все присутствующие в доме люди, включая роженицу, обязаны во время родов держать свои рты закрытыми. На вопрос, почему они не закрывают и свои носы, альфуры ответили, что через ноздри воздух втягивается и выпускается, и душа будет вытолкнута наружу до того, как успеет там поселиться. Простонародные выражения в языках цивилизованных наций, такие, как "держать сердце во рту" или "иметь душу на губах или в носу", показывают, насколько естественной является мысль о том, что жизнь (или душа) может выскользнуть через рот или через ноздри.

Часто душа представляется птицей, готовой улететь. Такое представление, вероятно, оставило следы в большинстве языков и продолжает сохраняться в качестве поэтической метафоры. Множеством странных способов это представление о душе-птице проявляется у малайцев. Если душа готова взлететь птицей, можно воспользоваться рисом как приманкой, чтобы либо помешать ей улететь, либо возвратить из опасного полета. Например, на острове Ява, когда ребенка впервые ставят на землю - этот момент кажется первобытным людям особенно опасным, - его помещают в клетку для кур, и мать начинает кудахтаньем созывать цыплят. Когда в Синтанге (округ на острове Борнео) кто-либо будь то мужчина, женщина или ребенок - падает с дерева и его приносят домой, жена или другая родственница с максимальной поспешностью прибегает на место происшествия и, разбрасывая там выкрашенный ь желтый

цвет рис, приговаривает: "Кудах, кудах, душа! Такой-то снова у себя дома. Кудах, кудах, душа!" После этого она собирает рис в корзинку, приносит ее пострадавшему и, роняя зерна ему на голову, повторяет: "Кудах! Кудах! Кудах! Душа!" Делается это, очевидно, с целью вернуть птичку-душу на свое место в голову владельца.

Считается, что душа погруженного в сон человека на самом деле вылетает из тела и посещает те места, видит тех людей и совершает те действия, которые видит спящий. Например, когда бразильский или гвианский индеец пробуждается от глубокого сна, он твердо убежден, что душа его взаправду охотилась, ловила рыбу, рубила деревья или делала еще что-то привидевшееся ему, в то время как тело в неподвижности лежало в гамаке. Целое селение индейцев-бороро пришло в панику и чуть не покинуло место своего обитания из-за того, что кому-то приснилось, будто к ним украдкой приближаются враги. Один индеец племени макуши был слаб здоровьем, и ему привиделось во сне, что хозяин заставил его волоком поднять каноэ через каскад крутых водопадов. Следующим утром индеец горько упрекал хозяина в бессердечии к бедному больному, которому всю ночь пришлось тяжело работать. Индейцы Гран-Чако часто рассказывают самые невероятные истории и выдают их за сущую правду. Поэтому несведущие европейцы утверждают, что эти индейцы - лгуны. На самом же деле индейцы глубоко убеждены в правдивости рассказываемого: ведь они не отличают сна от яви.

Отсутствие души во время сна чревато опасностями, поэтому если по какой-нибудь причине душа надолго оторвется от тела, человек, лишившись своего жизненного начала, умрет. У немцев бытует верование, согласно которому душа выскальзывает изо рта спящего в виде белой мыши или птички; преградить птице или животному путь к возвращению - значит вызвать смерть спящего. Поэтому жители Трансильвании утверждают, что не следует позволять ребенку

ЧТО ЕСТЬ ДУША?

спать с открытым ртом; в противном случае душа его выскользнет в виде мыши, и ребенок никогда не проснется. Задержаться душа спящего человека может по ряду причин. Она может, к примеру, встретить душу другого спящего, и они подерутся. Если гвинейский негр утром просыпается с ломотой в костях, ему кажется, что душа другого человека во сне поколотила его душу. Кроме того, душа может встретить душу недавно умершего человека, и та увлечет ее за собой. Поэтому туземцы на островах Ару не останутся в доме на ночь после того, как кому-то случится в нем умереть, так как считается, что душа умершего еще пребывает в доме, и они опасаются повстречаться с ней во сне. Далее, возвратиться в тело спящего человека душе может помешать несчастный случай или прямое насилие. Если во сне даяку привидится, что он упал в воду, ему кажется, что случай этот действительно приключился с его душой; он посылает за колдуном, который сеткой ловит душу в водоеме до тех пор, пока не поймает и не возвратит ее владельцу. Санталы рассказывают такой случай. Одному уснувшему человеку очень захотелось пить, и душа его в виде ящерицы покинула тело и вошла в кувшин с водой. Как раз в этот момент владелец кувшина прикрыл его крышкой; поэтому душа не смогла вернуться в тело, и человек умер. Пока друзья усопшего готовили его тело к сожжению, кто-то открыл кувшин, чтобы набрать в него воды. Тут ящерица выскользнула и возвратилась в тело, которое тотчас же ожило. Человек встал и спросил друзей, почему они плакали. Те сказали, что считали его мертвым и готовились сжечь его тело. Человек объяснил друзьям, что спустился в колодец за водой, но выбраться оттуда оказалось делом трудным и он только что вернулся. Тогда они все поняли.

Все первобытные народы соблюдают запрещение будить спящего; ведь душа его отсутствует и может не успеть возвратиться, и человек, если он проснется без души, заболеет. Если разбудить спящего

но необходимо, делать это следует постепенно, чтобы у души было время вернуться. Житель одного из островов Фиджи (Матуку), на которого кто-то наступил во время сна, поднял истошный крик, умоляя свою душу вернуться. Ему как раз снилось, что он был далеко, на острове Тонга, и он пришел в большое беспокойство после неожиданного пробуждения на острове Матуку. Если бы ему не удалось побудить душу быстро пересечь море и вернуться в покинутое обиталище, ему грозила смерть. Туземец, вероятно, умер бы от страха, если бы его не успокоил оказавшийся под рукой миссионер.

Еще более опасно, по мнению примитивного человека, передвигать спящего или изменять его внешний облик: в таком случае по возвращении душа не сможет узнать тело, и человек умрет. У минангкабау строго запрещается пачкать лицо спящего черной краской или грязью; в противном случае отсутствующая душа может не пожелать войти в изменившееся до неузнаваемости тело. Малайцы-патани воображают, что, если разрисовать лицо человека во время сна, отошедшая душа его не узнает и сон будет продолжаться до тех пор, пока с лица не смоют краску.

ПАРЦИАЛЬНЫЕ ДУШИ

Наблюдения над жизнью привели примитивного человека к заключению, что не только все тело человека в целом заключает в себе жизненный элемент, который мы называем душой, но и отдельные части или функции его, как кровь, дыхание, имеют каждая свою парциальную душу. К этой концепции он пришел на основании целого ряда других совершенно правильных наблюдений. Вот человек ослеп на один глаз, а другой видит и вполне здоров. В чем дело? Вывод ясен: в одном глазу тот жизненный элемент, который заставляет его видеть, остался, а из другого ушел. Вот человек, разбитый параличом: одна нога у

ЧТО ЕСТЬ ДУША?

него парализована, а другая действует; значит, из больной ноги что-то ушло, а в другой это нечто осталось, и это нечто есть душа. Гренландские эскимосы считают, что даже в каждом суставе пальца есть своя маленькая душа. Или человек физически во всех отношениях здоров, а в умственном отношении ненормален: стало быть, из его головы душа куда-то ушла; у человека отнялся язык - значит, душа ушла из языка и т. д. И примитивный человек до такой степени реально представляет себе это, что идет еще дальше, допуская существование совершенно особых специальных душ. Так, например, гиляк считает, что красноречие сказочника, поэта и т. д. зависит от того, что у него на языке сидит какой-то особый дух, и когда этот дух уходит, пропадает всякое вдохновение. Мало того, нельзя прервать поэта или сказочника во время его импровизации: можно рассердить духа красноречия, а этот дух такой могучий, что от его гнева можно даже умереть. Вот из этих наблюдений, из этой идеи о том, что в отдельных частях тела заключается особая душа, парциальная душа, примитивный человек опять-таки делает целый ряд необыкновенных выводов.

Среди частей его тела есть такие, которые особенно привлекают к себе внимание примитивного человека; его поражает такая часть тела, как волосы, которые непрерывно растут и никогда не умирают, не гниют. Постригите их, сбрейте их - они все-тки продолжают расти. И вполне естественно, что учение о парциальных душах наделило волосы особенной душой и даже исключительно сильной. У франков короли никогда не стригли своих волос. Вспомним также библейского Самсона, который, лишившись длинных волос, потерял свою силу. Одного волоса человека достаточно, чтобы иметь власть над его душой, и Миклухо-Маклай не мог получить образцов волос туземцев, пока он не догадался срезать у себя прядь и дать ее им в обмен. И замечательно, что такой же факт обязательного обмена волосами

дим в противоположном конце земного шара, у эскимосов. После этого не удивительно, что воины у племени минахасса на о. Целебесе извлекают из волос убитого врага его силу и храбрость, погружая их в кипящую воду и выпивая этот отвар. У туземцев центральной Австралии сыновья либо, за отсутствием таковых, младшие братья или их сыновья срезают у покойников волосы и делают из них пояс, который употребляется в очень важных случаях жизни, ибо он обладает магической силой, помогает в разных предприятиях и разрушает планы противника. Это же отношение к волосам отразилось и на целом ряде мер для защиты от колдунов и ведьм: в Индии, в Мексике, в Европе и т. д. мы встречаемся с насильственным срезанием или сбриванием у них волос, чтобы лишить их колдовской силы. С другой стороны мы видим, что волосы, как драгоценная часть тела, в серьезных случаях жизни приносились в жертву богам. Так, в древней Греции юноши при достижении зрелости приносили свои волосы в Дельфах в жертву Аполлону, там же девушки перед венчанием состригали свои волосы как жертвоприношение Артемиде, Афине и т. д., а на Евфрате молодые люди жертвовали части своих бород и девушки - части своих кос, причем эти волосы клали в серебряные или золотые ларцы, где были написаны их имена, и прибивали их к стенам храма. Наконец, как весьма ценную вещь, их отдают как знак любви или как выражение острого горя и отчаяния при смерти близких. Так, мы читаем в Илиаде, что Ахилл вложил в руки трупа Патрокла свои отрезанные кудри. Человек делает вывод, что раз волосы такое могущественное средство, то их нельзя стричь, и чем они длиннее, тем, значит, больше будет жизненности в человеке; отсюда отращивание волос шаманами, священниками и т. д.; отсюда же и стремление украшать свое тело и одежду волосами. С другой стороны, наоборот, является опасение, что раз в волосах живет такое важное для жизни человека существо, дух или душа, то в них

что ЕСТЬ ДУША?

заключается и громадная опасность: какой-нибудь злой дух может повредить жизни волос, их душе, и это будет влиять на жизнь человека, а потому волосы надо стричь и охранять их от всяких вредных влияний. Например, мытье головы не должно производиться часто, чтобы не оскорбить духа головы. Мытье головы бирманского короля производилось с большой; торжественностью, а персидский царь, по свидетельству Геродота, мыл голову лишь один раз в году, в день своего рождения. Римлянки тоже должны были мыть голову в день Дианы, 13 августа. Снятые волосы тщательно сохраняют, иногда зарывают под деревьями и т. п., чтобы избежать опасности околдования и действия злых духов через их посредство. У гольдов, например, когда ребенок заболевает, ему остригают волосы и отдают их шаману на хранение, и тогда ребенок уже в безопасности, потому что дух болезни мог бы проникнуть через волосы.

Кроме волос, в теле человека есть и другие части, которые наталкивают примитивного человека на размышления: он видит, что в нем есть части разрушающиеся и есть части не разрушающиеся или слабо разрушающиеся. Вот этим-то не разрушающимся частям тела он и придает особое значение, наделяя! их специальной душой. К ним в первую очередь от-i носится человеческий скелет, кости, а среди костей' он опять-таки выделяет наиболее прочную кость костяка, наиболее важную, где заключается человеческий мозг - именно череп. Отсюда целый ряд концепций, приведших к культу черепа и культу костей. ]

Костяк человека сохраняется долго, долго боретс^ против гниения, и потому понятно, что примитивный) человек приписывает ему какую-то особую силу saj его долговечность, за то, что он сохраняет в себе ту силу, которая была ему присуща при жизни. Вот почему кости играют такую большую роль в культе. На островах Фиджи покойнику кладут на грудь или в руки зуб кашалота, и, что особенно важно и любопытно, это то, что этот зуб кашалота этимологическ"

значит "его дыхание", т. е. его душа. Таким образом, кладя зуб кашалота, покойнику дают душу этого животного, а душа этого животного, конечно, большая сила.

На Аляске охотники заботливо охраняют от собак в течение года кости убитых куниц и бобров и затем хоронят их, иначе они рисковали бы не поймать больше этой добычи. То же самое находим у других индейцев по отношению к другим животным. Вообще забота о сохранении костей в целости - явление общераспространенное, связанное с концепцией о том, что душа как-то связана, состоит в интимной связи с остатками своего тела, а в особенности' с этими неумирающими остатками тела, с костями, и раз она в такой связи, значит, кости могут служить, так сказать, передаточным орудием для общения с духами. Вот почему в Центральной Америке вдовы целый год носят кости своего покойного мужа за спиной, а по ночам спят с ними; по истечении же года хранят их на крыше. У племени такали вдовы не разлучаются с костями мужа в течение целых четырех лет.

И у нас, в нашем быту, мы встречаемся с явлением из области культа костей - я имею в виду культ мощей: и в христианском обществе, которое верит в душу как в духовное, бесплотное существо, не имеющее в себе ничего телесного, которое верит, что душа совершенно другой природы, чем все нами видимое, мы тем не менее находим этот пережиток культа костей.

Из всех частей костяка самая важная, конечно, это череп, потому что для примитивного человека ясно, что череп - это хранитель самого драгоценного вещества организма, с которым связана жизнь. Вот почему среди культа костей специфическое место занимает культ черепа. В Меланезии черепа хранятся в особых храмах и составляют предмет целой системы религиозных обрядов. В Полинезии находим культ черепов вождей. Очень хорошую иллюстрацию для этой психологии представляют китайцы. Для китайца

ЧТО ЕСТЬ ДУША?

нет худшего наказания, чем быть обезглавленным, потому что тогда он и на том свете будет обезглавлен. У самоедов при лечении больных, когда убивают оленя, съедают его глаза, а затем голову вешают около больного, причем больному всовывают в рот кончик оленьего языка: они считают, что отрезанная голова оленя может вылечить больного.

Из этого культа черепа возник между прочим обычай, который так характерен для многих малайских племен, именно охота за черепами. Эти народы предпринимают целые походы против своих соседей для того, чтобы добыть черепа, хотя в обыденной жизни эти люди необыкновенно добродушны и даже кротки. И тем не менее охота за черепами является у них обыденным делом: они считают, что черепа способствуют урожаю, и вокруг добытых голов устраиваются пляски и пиршества. Умирает ли вождь, нужно ли построить новый дом, спустить новую лодку, обеспечить хороший урожай - все это повод для того, чтобы добыть один или другой череп, а в более важные моменты, конечно, предпринимаются уже целые войны, целые походы. Отсюда, конечно, охота за скальпами, как пережиток охоты за черепами.

Среди органов человеческого тела, которые в глазах примитивного человека обладают особой душой, по своей силе, по выдающимся сверхъестественным особенностям этой души выделяются органы, которые носят техническое название genitalia, т. е. органы оплодотворения: мужской и женский, легшие в основу так называемого фаллического культа. Орган размножения стал объектом, обладающим особой магической силой, а в силу анимистической психологии не только сам орган, но и изображение его должно было играть такую же магическую роль.

В дальнейшем создалось представление о том, что те существа, те духи, которые являются виновниками творчества в природе, имеют вид этих самых органов. Процессу оплодотворения стали приписывать все происходящее в природе; все благополучие - от него

же. Характернейшим примером такого представления о том, что весь процесс космического творчества является тоже результатом действия божеств, имевших вид органов оплодотворения, является представление японцев. Япония, можно сказать, классическая страна фаллического культа. По мифологии шиваизма, все острова Японии - не что иное, как изображение фаллоса, т. е. мужского органа, и являются божествами фаллического образца.

В шиваизме, т. е. религии, основанной на культе Шивы, в Индии, это фаллическое божество тоже играет огромную роль, и поклонники его с XII столетия образовали даже особую секту лингамитов (лингам - то же, что в Греции фаллос), которые постоянно носят на себе изображение этого органа в виде амулета. Подобные же явления мы видим и в Риме, где детям надевались эти изображения на шею, как амулеты, для охраны от дурного глаза, от злого духа. Но что для нас особенно удивительно, это то, что на улицах Рима стояли, - как у нас стоят, скажем, электрические фонари, - громадные столбы с колоссальными изображениями фаллоса, служившими так сказать профилактической охраной города от злых духов. На востоке, особенно в эллинский период, культ фаллоса доходил до самых экстравагантных размеров. В Сирии храм Астарты и Аттиса украшался у входа изображениями фаллоса и фаллическими сценами из культа этой богини. В Египте Апису жертвовали фаллосы мертвых. В Александрии Птолемеи во время религиозных процессий носили фаллос в 120 локтей длины, на который надевали венок и золотую звезду на конце (наглядная аниматизация!). Эта психология породила целый ряд изображений фаллических божеств, в которых особенно резко подчеркивались размеры и формы этого органа. В Греции бесплодные женщины обнажались перед фаллическим божеством Приапом, для того, чтобы приобщиться к плодородию, а в Финикии во время праздненства по умершим Адонисе женщины проституировали себя.

ЧТО ЕСТЬ ДУША?

кими обрядами полон и свадебный ритуал. Так, Риме невеста в день венчания садилась на изображе ние фаллоса, чтобы приобщить себя к плодородию Чтобы усилить плодотворящую силу богов, им приносились самые лучшие дары. И, наконец, величайшей жертвой, которую человек приносил своему божеству, было оскопление. Это было особенно развито на Вое токе, в Передней Азии. Надо думать, что от этого-то института оскопления и пошел, как пережиток, и другой институт - обрезание, которое является обычным не только у семитских народов, но встречается у очень многих примитивных народов Африки, Меланезии, Австралии и т. д. Он практикуется в об щем у 200 миллионов людей, т. е. почти у одно девятой части всего населения земного шара.

В современном быту сохранилось одно пережива ние, которое ясно говорит о существовании некогда фаллического культа: это - то, что мы называе" "кукиш". Кукиш - символ фаллоса, и для того, что бы отогнать злого духа после ухода человека, которо го боятся, что он сглазит ребенка или вообще причи нит зло, ему ставят вдогонку кукиш. Но кукиш н" наша монополия. Даже в Бразилии, в Рио-де-Жаней ро фешенебельные дамы носят за спиной кукиш против дурного глаза в виде ручки из дерева, перламутра, коралла, черного камня и т. д. Там же в кабачках в мелочных лавках, в особенности в тех, где торгуку дичью и т. пД подвешивают к потолку для охрань товаров от порчи вследствие дурного глаза больши кулаки-кукиши. И хотя кукиш теперь обычно ставя1 человеку за оскорбление или вообще в минуту раз дражения, но первоначальное его происхождение - фаллическое.

Кроме двойников, кроме душ парциальных, есп еще другая категория душ; это так называемы' внешние души. Под внешней душой подразумевается животное или растение, в котором живет одна w душ человека. В татарской сказке у Кастрена геро) неуязвим потому, что .душа его (внешняя душа) хра

нится в двенадцатиглавом змее, который находится у него в переметной суме.

Североамериканский индеец верит, что когда ктонибудь охотится за тем животным, которое является его внешней душой, тогда сердце его трепещет, и когда это животное падает, то человек падает в обморок. Очень красиво представление о внешней душе .изображено в прелестной японской сказке о девушкедереве.

Один бедный молодой человек не мог жениться, но, наконец, неожиданно встретил красивую девушку, которая согласилась выйти за него замуж, и они друг друга очень полюбили. В один несчастный день он видит, что она умирает. И она ему говорит: "Я не человеческое создание, моя душа - душа дерева; сердце дерева - мое сердце; жизненные соки мои - соки ивы. Кто-то рубит меня, и я умираю, я даже плакать не могу". Это, конечно, сказка, но она прекрасно отражает старое верование.

Насколько конкретно представляет себе примитивный человек роль этой внешней души, можно видеть из следующего примера. Один англичанин во время охоты на Ниле убил гиппопотама. В это время умерла какая-то старуха, и от англичанина потребовали уплаты выкупа, потому что его признали убийцей этой старухи, ибо она умерла оттого, что ее жизнь связана была с гиппопотамом. И что же? Англичанин вынужден был заплатить большой выкуп за это мнимое убийство и был еще доволен, что не поплатился жизнью за смерть старухи.

что ЕСТЬ ДУША?

ЧТО В ИМЕНИ МОЕМ?

Укажу еще на одну важную категорию душ, которая для нас особенно поразительна: это категория душ, кроющихся в имени человека. Имя человека есть в то же время одна из его душ и притом душа немаловажная, и такой взгляд пользуется широким распространением. Если взять пример из воззрений примитивных народов, то самой характерной иллюстрацией могут служить эскимосы. Эскимос считает, что человек состоит из тела, души и имени, причем лишь имя - одно бессмертно, никогда не умирает. Когда ребенок заболевает или чихает, то предполагается, что это оттого, что его душа-охранительница удалилась, и если это была душа, скажем, какойнибудь Анны, то к ней взывают: "Анна, приди сейчас назад!". У кельтов и у всех индоевропейских народов, по свидетельству Риса, также была вера в то, что имя является не только частью человека, но что оно есть та часть его, которая называется душой, дыханием, жизнью. Имени вообще придавалось такое огромное значение, что в Египте, например, блаженство покойника зависело между прочим от того, сохранилось ли об его имени благоговейное воспоминание на земле. Стереть имя покойника с гробницы значило совершить самое большое преступление. И, наконец, известно, что имена царей в Египте записывались на особых свитках и им приносились жертвы. В Китае, где сильно развит культ предков, имена покойных родителей записываются на особых дощечках, и им также приносят особые жертвы. Насколько дорожат именем, самым классическим примером может служить тот факт, что в Греции имена жрецов, например, записывались каждое на свинцовой пластинке, которую после их смерти бросали в море, потому что в море эта свинцовая пластинка, а с ней и имя, никогда не погибнут, а гибель имени была бы равносильна, по их воззрению, гибели самой души человека.

Отношением к именам как к чему-то бессмертному объясняется одна странная вещь и в православных панихидах. В православной панихиде самый важный момент - это "вечная память". Но что значит для христиан вечная память, когда вечное заключается в переживании души в духовном смысле? Сколько времени может сохраниться память о человеке? Сохранить о нем вечную память - это пережиток того времени, когда люди верили, что имя человека сохраняется навсегда. "Вечная память" - это память имени.

Теперь понятна важность выбора имени для примитивного человека. Если он носит имя, которое связано с душой человека несчастного, больного и т. д., то, конечно, он будет страдать от этого, и, наоборот, имя человека счастливого, удачливого приносит счастье и успех в жизни. Поэтому у каждого народа существовали строгие, определенные правила насчет выбора имен.

У православных выбор имени ведется по святцам, по имени того или другого святого, у евреев часто по дедушке и бабушке. У многих народов, когда заболевает человек, ему дают сейчас же другое имя, полагая, что та душа, с именем которой он связан, душа больная, несчастная. Демосфен после несчастной херонейской битвы перестал подписываться своим именем и просил своих друзей, чтобы они позволили ему подписываться их именем, а между тем Демосфен был образованнейший человек своего времени. У индейцев Северной Америки чироки, когда болезнь не подается лечению, шаман меняет имя своего пациента и вновь принимается за камлание, а эскимосы Берингова пролива иногда меняют на старости свои имена в надежде начать таким образом новую жизнь. Точно так же после инициации вновь посвященный юноша получает новое имя. У современных ортодоксальных евреев в случае опасной болезни больному для его спасения придается добавочное имя, а если в семье Дети умирают, новорожденному дают имя "старик" или "старуха".

С другой стороны, раз имя играет такую важную роль, то бывает опасно произносить имя зря, всуе, чтобы все знали его, так как можно злоупотребить именем, околдовать им человека. До чего доходит это опасение произносить имя, можно бидеть из следующего примера' на Новой Зеландии, когда вождь носит какое-нибудь имя, которое означает обыденное слово, допустим "вода", "нож" и т. пД то никто не смеет употреблять это слово для обозначения соответственного объекта, и вместо слова "вода", скажем, надо употреблять совсем другое слово, слово же "вода" совершенно исчезает из языка, пока жив этот вождь.

Такое же отношение к имени переносится и на животных, и мы встречаемся тут с целым рядом словесного табу. Так, во время охоты не произносят имени животного, за которым охотятся, потому Что оно может обидеться и охота будет неудачна. Например, при охоте на зайца никогда не говорят "заяц", а - "серый", "скакун", при охоте на медведя - "старый", "старик", "дедушка" или что-нибудь в этом роде. Сантал, заметив на охоте тигра или льва, призывает своих спутников криком: "кошка".

Скрывали свои имена и боги. Так, в Египте богиня Изида скрывала свое имя от могущественного бога солнца Ра. Скрывали свои имена, по свидетельству Плутарха и Плиния, и боги римские, а в библии третья заповедь гласит: "не произноси имени господа бога твоего всуе". Таким образом мы видим, что как не любит человек и даже животное, чтобы произносили его имя всуе, так не любит этого и божество, дабы нельзя было злоупотреблять именем, сделать что-нибудь дурное, причинить зло, помешать успеху на охоте и пр.

Резюмируем все сказанное о душе: примитивный человек рассматривает себя как систему душ; даже свое собственное тело он включает в эту общую систему. Эта система множественности душ различает души не только по их природе, но и по форме, по роли, которую они играют в жизни человека и т. д.

Мы видели, что есть души витальные, т. е., те, которые являются причиной жизни организма на земле, и есть души, которые имеют отношение только к загробной жизни. Затем души различаются по функциям: одна душа отправляет одну функцию, она, скажем, присутствует в состоянии бодрствования и является причиной самой жизненности организма и во время сна куда-то уходит; другая переживает человека после его смерти, а третья исполняет какуюнибудь функцию умственную и т. д. Кроме того, души различаются и по формам своим: одна душа имеет форму двойника человека, а другая, если она, например, душа парциальная, имеет форму уже не целого индивида, а той или иной части его тела. Следовательно, говоря о множественности душ, мы должны себе представлять множественность душ не однородных, а самых разнородных, которые по своей форме, по своей природе, по своим функциям и т. д. строго различаются между собою. Только после долгой эволюции как философии христианской, так и философии высших религий вообще это представление о множественности душ отпадает, и выработалось представление об единой душе, которая продолжает жизнь человека и после смерти, а при жизни является источником, причиной его существования.

БЕССМЕРТИЕ ДУШИ

Посмотрим, как представляет себе человек бессмертие. Современная идея о бессмертии души, как и современное представление о природе души, явилась продуктом долгой и долгой эволюции. Хотя все примитивные народы, как мы видели, имеют представление о двойнике человека, который продолжает его жизнь на том свете, после смерти, тем не менее у них нет представления об абсолютном бессмертии: после вторичной жизни душа может окончательно погибнуть.

ЧТО ЕСТЬ ДУША?

После долгой эволюции является уже учение об абсолютном бессмертии души. Вот что мы читаем, например, у одного представителя даосского культа в Китае: человеческое тело подобно покрову гусеницы или коже змеи, сохраняющимся на них только некоторое время, но гусеница живет и тогда, когда внешний покров ее высыхает, змея продолжает жить после замены своей старой кожи на новую, а тот, кто познал истину, тот стал участником дао, т. е. бессмертия. У Цицерона, римского философа, мы встречаем даже такое представление, что все души, и животных, и растений, бессмертны, а человеческая душа божественна.

Но бессмертие далеко не принимается за удел, общий для всех людей: целые слои определенно исключаются из него.

На островах Тонга будущая жизнь была привилегией одной касты. По верованию туземцев, их предводители и высшие классы переходили в божественном просветлении в страну блаженства Болоту, а низшие классы были наделены только такими душами, которые умирали вместе с телами. И хотя некоторые из членов этого класса имели смелость требовать места в раю наряду с избранными, но народ вообще благодушно соглашался на уничтожение своих плебейских душ. В Никарагуа народ верил, что души добрых людей после смерти будут жить с богами, а души злых должны умереть вместе с телом и угаснуть навсегда. В тех случаях, когда люди верили, что душа переживает тело, мы встречаемся с фактами, доказывающими, что они принимали душу за смертное существо, подверженное, подобно телу, различным опасностям и смерти. Гренландцы соболезнуют о бедных душах, которые зимой или в бурю должны переходить через страшную гору, откуда спускаются в другой мир: здесь, считали они, душе может быть нанесен вред, отчего она умрет второй смертью, после которой ничего не остается. Фиджийцы говорят о битве, которую душа умершего воина должна

жать с душеубийцей Саму и его братьями. Для этойто битвы покойного при погребении снабжают палицей. Если он останется победителем, для него открывается дорога к судилищу Нденгеи, окажется раненым - должен будет вечно бродить в горах, убитого же в поединке Саму и его братья сварят и съедят. А души неженатых фиджийцев не доживают даже до этого поединка; они тщетно пытаются прокрасться при отливе через рифы мимо скалы, где сидит Нангананга, истребитель неженатых душ. Он хохочет над их бесполезными усилиями и спрашивает, не думают ли они, что никогда не будет прилива? Возвращающиеся волны прибивают дрожащие души к берегу, и Нангананга разбивает их вдребезги на большом черном камне, как кусок гнилого дерева. Таковы же рассказы гвинейских негров о жизни и смерти душ, покинувших тела. Или великий жрец, перед которым они должны предстать после смерти, будет судить их, посылая добрых с миром в страну блаженства и убивая злых во второй раз палицей, лежащей всегда наготове перед его жилищем. Или же отошедшие души должны быть судимы своим божеством у реки смерти. Если они соблюдали праздники, клятвы и воздерживались от запрещенных яств, то оно отсылает их ласково в счастливую страну. Если же они грешили, то бог бросает их в реку, топит и погружает в вечное забвение. Даже обыкновенная вода может потопить душу негра, если верить рассказу миссионера Кавацца о вдовах в Матамбе, которые погружаются в реки и пруды, чтобы утопить души своих умерших мужей, не желающие покидать их. После этой церемонии они могут снова выйти замуж. Отсюда видно, что понятие о душах, подвергающихся уничтожению после смерти или умирающих вторичной смертью, - и до сих пор не чуждое умозрительной теологии - было известно и низшей культуре.

2 Заказ N 428

ЛИТЕРАТУРА

1. Д. Д. Фразер. Золотая ветвь. 1929.

2. Л. Я. Штернберг. Первобытная религия в свете J этнографии. 1936.

3. Э. Б. Тайлор. Первобытная культура. 1939.

ГЛАВА ВТОРАЯ

РЕИНКАРНАЦИЯ

Верование в будущую жизнь распадается на два главных отдела. Оба эти учения, тесно связанные между собой и даже переходящие друг в друга, одинаково распространены по всему миру. Одно из них есть учение о переселении душ. Другое - о самостоятельном существовании линий души после смерти тела.

Истоки идеи реинкарнации, т. е. веры в то, то душа покойника вновь воплощается в животное, растение или человека, следует искать у первобытных племен. В древности распространенной была вера в то, что в детей переселяются души предков или родных, и это, с точки зрения дикарей, объясняет общее сходство между родителями и детьми. Иоруба, приветствуя новорожденное дитя словами: "Ты вернулся", ищут какие-нибудь приметы, чтобы узнать, душа которого из предков вернулась в его образе.

Геродот писал, что египтяне первыми стали учить о бессмертии человеческой души. Когда умирает тело, душа переходит в другое существо, как раз рождающееся в тот момент. Пройдя через (тела) всех земных и морских животных и птиц, она снова вселяется в тело новорожденного ребенка. Это круговращение продолжается три тысячи лет.

Верование в возрождение отошедшей души в Другом человеческом образе, побуждавшее западноафриканских негров, находившихся в рабстве вдали от РОДИНЫ, к самоубийству в надежде воскреснуть вновь на родине, развивается у некоторых примитивных обществ в определенное учение о земном воскресении. Одной из форм этого учения является теория

РЕИНКАРНАЦИЯ

кожих племен о появлении на земле белых. Желая найти какое-либо разумное объяснение появлению между ними человеческих существ странного для них вида, будучи поражены их бледными как тень лицами и почти сверхъестественным могуществом, эти племена решили, что души их покойников вернулись на землю в этой странной форме.

Австралийцы выразили это учение в простом заклинании: "Исчезни, черный человек, встань, белый человек'". Австралийский туземец, повешенный белыми в Мельбурне, выразил в последние минуты убеждение, что он вернется на землю белым человеком и будет иметь множество шестипенсовых монет. Верование это распространилось между туземцами с самого начала их отношений с европейцами, и, основываясь на нем, они большей частью смотрели на англичан как на своих умерших родственников, вернувшихся на родину вследствие своей привязанности к ней при жизни.

Так как дикарь не проводит определенной пограничной черты между душами людей и животных, то он может без затруднения допустить переход человеческих душ в тела низших животных. В одной области Северо-Западной Америки мы встречаем индейцев, которые верят, что души умерших переходят в медведей, и путешественники слышали, как одно племя умоляло пощадить жизнь старой седой медведицы со сморщенной мордой, потому что видело в последней восприемницу души какой-то прабабушки, имевшей сходство с этим животным. У эскимосов один путешественник видел вдову, которая питалась исключительно птицами и не хотела дотронуться до моржового мяса, потому что колдун уверил ее, что душа ее покойного мужа переселилась в моржа.

У ирокезов существует трогательный обычай выпускать на волю птицу в день похорон, чтобы онг могла унести с собой душу.

В Мексике тласкаланы полагали, что после смерт] души благородных будут жить в великолепных певчих птицах, тогда как души плебеев перейдут в ла' сок, жуков и тому подобных существ.

В Африке племя марави думает, судя по рассказам путешественников, что души злых превращаются в шакалов, а души добрых - в змей. Зулусы, полагая, что человек может превратиться в осу или ящерицу, верят в превращение умерших людей в змей, т. е. таких животных, которые благодаря своему свойству менять кожу так часто играли роль в представлениях о воскресении и бессмертии. В чрезвычайном почете находятся там некоторые безвредные зеленые или бурые змеи, которые тихо и бесстрашно заползают в дома: их принимают за "аматонго" или предков. Умершего человека, превратившегося в змею, по их мнению, можно узнать двояким образом: если змея одноглазая или имеет рубец или другой знак на теле, то она есть "тонго" человека, отличавшегося такими же особенностями при жизни, если же на ней нет никаких особых знаков, то "итонго" является во сне в образе человека и открывает таким образом личность змеи.

В Гвинее полагают, что обезьяны, обитающие вблизи кладбища, вмещают в себя души умерших. В некоторых местностях обезьяны, крокодилы и змеи, принимаемые за превращенных людей, считаются священными. И примитивного человека совершенно не шокирует, что ему придется вести будущую жизнь в образе какого-нибудь животного, тем более, что животное - только форма животного, только нечто кажущееся таким, а на самом деле оно - такое же существо, как он сам, и ведет такой же образ жизни, как и он. Отсюда возникает между прочим и представление у многих народов о том, что некоторых животных нельзя есть, ибо они его предки. Очень любопытно, что у некоторых народов, которые верят, что покойники воскресают в виде того или другого животного, умерших хоронят в таком вместилище, которое имеет форму соответствующего животного. Например, у некоторых меланезийских народов покойников кладут в покров, имеющий вид меча-рыбы, и бросают в море, потому что они верят, что он будет съеден рыбо-духом и потом превратится в такую же

РЕИНКАРНАЦИЯ

рыбу. В Египте некоторых членов царской фамилии хоронили в скульптурных изображениях золотых коров и других животных, которым они поклонялись.

Некоторые народы верят, что жизнь в деревья вдувают души умерших. Племя диери в Центральной Австралии считает священными деревья, в которые, как гласит предание, превратились их предки: они с почтением отзываются об этих деревьях и делают все возможное, чтобы их не срубили и не сожгли. Когда белые поселенцы просят диери срубить дерево, они серьезно возражают, утверждая, что за такой проступок им перестала бы сопутствовать удача; они боятся понести наказание за то, что не защитили предков. Часть жителей Филиппинских островов верит, что в определенных деревьях обитают духи их предков, и поэтому бережно относится к ним. Если филиппинцы вынуждены свалить одно из таких деревьев, они просят у него прощения, говоря, что сделать это их заставил жрец. Духи находят пристанище преимущественно в высоких, величественных деревьях с большими раскидистыми кронами. Когда ветер шелестит листьями, туземцам чудится голос духа, и они никогда не пройдут мимо такого дерева, почтительно не поклонившись ему и не испросив у духа прощения за причиненное беспокойство. В каждой деревне игорротов есть свое священное дерево, в котором обитают души умерших предков ее жителей. Дереву приносят жертвы; считается, что любое оскорбление, нанесенное ему, повлечет за собой какое-нибудь несчастье для всей деревни. Будь оно срублено, деревня со всеми своими обитателями неизбежно погибнет.

По верованиям корейцев, души людей, умерших от чумы или на дороге, а также души женщин, испустивших дух во время родов, неизменно находят себе пристанище в деревьях. На грудах камней, нагроможденных под деревьями, этим духам приносят в жертву пироги, вино и свинину. В Китае с незапамятных времен существовал обычай сажать деревья на могилах, чтобы придать духу умершего силу и тем самым спасти его тело от разложения. А так как

ные сосны и кипарисы якобы больше других деревьев наполнены жизненной силой, для этой цели избирались преимущественно они. Растущие на могилах деревья иногда отождествляются с душами умерших. У мяо-киа обитателей Южного и Западного Китая - священное дерево ставится у входа в каждое селение: жители верят, что оно служит обиталищем духа их первопредка и управляет их судьбой. Иногда вблизи селения располагается священная роща; деревья в ней не вырубаются, а умирают и гниют на месте. Сухие ветви устилают землю, но никому не позволено их убирать, не испросив предварительно позволения у духа дерева и не принеся ему жертву. Маравы в Южной Африке всегда придерживались мнения, что земля кладбища священна: на ней нельзя ни вырубать деревья, ни убивать животных, потому что каждая пядь земли там обитаема духами умерших.

Эта идея, связанная с самым примитивным представлением об окружающем мире, у культурных народов древности эволюционировала в очень сложную этическую концепцию, именно в учение о метемпсихозе, согласно которому жизнь каждого существа и человека в особенности является цепью бесконечного ряда превращений, в зависимости от того или другого поведения человека; стало быть, это превращение в то или другое существо зависело от самого человека. Если человек на этом свете, скажем, в Индии, принадлежит к презираемой и гонимой касте париев, это совсем не зависит от того или другого социального положения человека; это зависит от того, что некогда, в другой жизни, в жизни предшествовавшей, его поступки были таковы, что ему надо было в наказание превратиться в пария; мало того, он может превратиться в еще худшее, низшее существо. Например, в наказание за преступление, по воззрениям индуистов, которые мы находим в книге Ману, людям в грядущей жизни посылаются всякие уродства. Человек, воровавший пищу, будет страдать от несварения желудка, клеветник будет иметь гнилое дыхание,

РЕИНКАРНАЦИЯ

рад будет хромать. В наказание за свои дела люди будут возрождаться идиотами, слепыми, глухими, немыми, уродами и будут предметом презрения для добродетельных людей. Искупив свое преступление в адских муках, убийца брахмана может перейти в дикое животное или арию. Тот, кто прелюбодеянием обесчестил своего духовного отца, сто раз возродится в виде травы, куста, пресмыкающегося, птицы, питающейся падалью, хищного зверя. Жестокие люди сделаются кровожадными животными. Ворующие хлеб и мясо превратятся в крыс и коршунов. Вор, укравший цветную одежду, овощи или благовония, сделается соответственно красной куропаткой, павлином или выхухолью. Словом, смотря по душевному настроению, в котором человек совершает тот или другой поступок, он пожинает плоды этого в образе существа, наделенного теми или другими качествами.

Буддисты считают, что жизнью человека в прежние существования определяется его настоящее состояние и что судьба его будущих жизней зависит от того, будет ли он накапливать добродетели или пороки в настоящей. Память, правда, обыкновенно отказывается сохранять воспоминание о прошлых рождениях, но, как известно, она не сохраняет и сведений о начале нашей настоящей жизни. В случае царя Бимсары, ноги которого были обожжены и натерты солью ' по приказанию его жестокого сына, чтобы отнять у него возможность ходить, можно спросить: за что столь святой человек терпел подобные муки? За то, что в одной из своих прежних жизней он прошел близ дагобы, не сняв туфель, и ходил по ковру жреца, не вымыв ног. Человек может на некоторое время стать счастливым за свои заслуги в прежних состояниях, но если он не будет продолжать придерживаться добрых правил, то в следующий раз он родится на свет в виде какого-нибудь зверя, а затем в виде преты, или низшего духа. Гордец может возродиться уродом с толстыми губами, демоном или червяком. Буддистская теория "действий (карма)", по которой участь всех чувствующих существ определяется не

присуждаемым ей наказанием или наградой, но роковой связью причины с последствием, причем настоящее всегда является результатом прошедшего через посредство непрерывного ряда причин и действий, представляет собой одну из самых замечательных форм развития нравственной философии.

Буддизм, подобно брахманизму, от которого он отделился, обыкновенно признавал переселения душ между человеческими и полубожественными существами и животными, а в исключительных случаях допускал даже деградацию их до степени растения или вещи. Как ум буддистов выработал учение о метемпсихозе, или переселении душ, можно видеть в бесконечных легендах о превращениях самого Гаутамы, прошедшего 550 рождений, претерпевшего страдания и нужду в течение бесчисленных веков, чтобы приобрести таким образом возможность освободить чувствующие существа от страданий, присущих всему живущему. Четыре раза он являлся в виде МагаБрамы, 20 раз - в виде духа (дева) Секры и много раз проходил через состояния отшельника, царя, богача, раба, горшечника, игрока, лекаря змеиных укусов, обезьяны, слона, быка, змеи, бекаса, рыбы, лягушки и древесного духа. Когда, наконец, он сделался высшим Буддой, его разум, подобно сосуду, переполненному медом, наполнился амброзией истины, и он провозгласил свою победу над жизнью.

Такое же воззрение на метемпсихоз встречаем и в греческой философии, например, у Платона.

Чтобы конкретно представить психологию этой странной концепции, я приведу пример такого мыслителя, как Пифагор, который представлял себе свою собственную прежнюю жизнь следующим образом. Он указал, например, в храме богини Геры место, где висел щит, который некогда, когда он был Эвфорбо (мифический герой, которого Менелай убил при осаде Трои), принадлежал ему. Позднее он был Гермотимом, Клазоменским пророком, погребение которого было заблаговременно отпраздновано, когда душа его лишь на время покинула тело. После этого его

РЕИНКАРНАЦИЯ

ческая душа переселилась в петуха. Микилл просил этого петуха рассказать ему про Трою, рассказать, происходило ли там все так, как описал Гомер, но петух ответил, что он не мог знать этого, ибо во время этих событий он был верблюдом в Бактрии. И такие нелепости для людей тех времен казались совершенно естественными явлениями.

В позднейшей еврейской философии учение о переселении душ, "гилгул", или передвижении их, приняли каббалисты и поддерживали его посредством того характерного метода толкования Библии, о котором полезно вспоминать время от времени для предостережения мистических толкователей наших дней. Душа Адама перешла в Давида и перейдет в мессию; в самом деле, не встречаются ли заглавные буквы их имен в имени Адама и не говорит ли Иезекииль: "Слуга мой Давид будет их царем вовеки"? Душа Каина переходит в Иофора, а душа Авеля - в Моисея, и потому-то Иофор отдает свою дочь в жены Моисею. Души переселяются в животных, птиц и гадов: не есть ли Яхве "царь духов всякой плоти"? Тот, кто совершил хоть один грех при всех добрых делах, должен превратиться в животное. Душа того, кто подаст еврею нечистую пищу, переселится в лист, гонимый ветром в разные стороны, "потому что вы будете подобны дубу с увядающими листьями". Если же кто сквернословит - душа его перейдет в немой камень, подобно Навалу: "И он стал камнем". В христианстве наиболее замечательными представителями учения о переселении душ являются манихеи. Мы слышим от них, что души грешников переходят в диких зверей, тем более отвратительных, чем грешнее души. Тот, кто убьет крысу или курицу, сам сделается крысой или курицей. Души могут перейти в растения, которые поэтому имеют не только жизнь, но и смысл. Души жнецов переходят в бобы и ячмень, чтобы был" в свою очередь срезанными, почему избранные^ старались объяснить хлебу, который они ели, что они не жали пшеницу, из которой он испечен. Души последователей духовно низкой общины,

живущей в браке, должны перейти в дыни и огурцы, чтобы очиститься после съедения их и стать избранными. Впрочем, эти подробности дошли до нас от противников манихеев, поэтому остается нерешенным, насколько последние действительно и серьезно верили подобным вещам.

В позднейшие времена учение о переселении душ многократно упоминается в отношении одной из областей Юго-Западной Азии. Вильгельм Рейсбрук говорит, что понятие о постоянном переселении душ из одного тела в другое было распространено у средневековых несторианцев. Он также упоминает о довольно смышленом духовном лице из их числа, которое говорил с ним о душах животных и спрашивало, найдут ли они себе такое убежище, где бы им не нужно было работать после смерти. Раввин Вениамин Тудельский упоминает в XII в. о друзах Гермонской горы: "Они говорят, что душа добродетельного человека переходит в тело новорожденного младенца, тогда как души грешников переселяются в собак или в других животных". Подобные представления, по-видимому, еще до сих пор не исчезли у представителей племени друзов. Насаиры также видят в переселении душ средство возмездия и очищения. Неверущие, по их мнению, должны превратиться в верблюдов, ослов, собак, овец; непокорные насаиры - в евреев, суннитов или христиан. Души же верных переходят в новые тела в своем народе. Для последних достаточно несколько перемен "сорочек" (т. е. тел), чтобы достигнуть рая или сделаться звездами. Примеры подобных верований в пределах современной христианской Европы встречаются у болгар, которые полагают, что турки, никогда не евшие свинины., превращаются после своей смерти в кабанов. Общество, однажды собравшееся есть жареного кабана, должно было отказаться от этого, потому что кушанье брызнуло слюной в огонь, а в ушах его оказались лоскутки бумажной материи, в которой знающие люди немедленно узнали остатки прежней чалмы. Впрочем, такие случаи составляют исключение, переселение душ

45

РЕИНКАРНАЦИЯ

никогда не принадлежало к числу .важнейших христианских учений, хотя оно и не было чуждо средневековой схоластике, и даже в новейшее время эксцентричные теологи то там, то здесь поддерживают его. Впрочем, было бы удивительно, если бы дело было иначе. Мы часто наблюдали в истории верований, как представления людей древнейшей культуры вырождаются, превращаясь в пережиток, и затем время от времени вновь оживают.

В XVIII веке английский писатель Генри Филдинг (1707-1754) в своем "Путешествии в загробный мир" вновь возвращался к теории переселения душ. Смысл загробного путешествия по Филдингу состоит в том, что духи, недостойные блаженства, будут возвращены на землю, дабы в новой жизни искупить прегрешения прежней. Редко кому это удается сразу - иные путешествуют по многу раз. В каком качестве предстоит вторично родиться - решит жеребьевка у Колеса Фортуны.

Третья часть "Путешествия в загробный мир" посвящена многочисленным метаморфозам римского императора Юлиана Отступника (331-363). Горемычный император на наших глазах 19 раз перевоплощается в различные образы: он начал рабом в конце IV века, а кончил учителем танцев в середине XIV века. Юлиан последовательно превращался из императора в раба, затем в скупого жида, генерала, наследника, плотника, щеголя, монаха, скрипача, премудрого мужа, короля, шута, нищего, министра, солдата, портного, чиновника, поэта, рыцаря, учителя танцев.

Феномену реинкарнации в последние годы все большее внимание уделяется в исследованиях европейских и американских ученых.

Французская исследовательница А. Давид-Неэль (1868-1969), которая после окончания Сорбонны более двенадцати лет провела в Тибете под видом бродячей нищенки-паломницы, в своей книге "Мистики и маги Тибета" рассказывает о том, как в Тибете после смерти настоятеля монастыря - ламы - все монахи отправляются на поиски его нового воплощения.

кие поиски иногда длятся до 20-30 лет. Всеми делами монастыря в такие периоды ведает управляющий. Когда находится мальчик, претендующий на роль воплощенного ламы, ему устраивают своеобразный экзамен: в пустой комнате ему дают мешок с вещами, 20 процентов которых принадлежали умершему ламе. Мальчик должен их узнать и о каждой что-нибудь рассказать.

А. Давид-Неэль описывает .случай, которому она сама была свидетельницей. Однажды небольшой караван, в составе которого она путешествовала по Внутренней Монголии, остановился на ночлег в стойбище одного кочевника. При караване находился управляющий монастыря, который уже более 20-ти лет оставался без ламы. Когда все вошли в хижину кочевника, управляющий, усевшись на полу, достал дорогую табакерку и стал запихивать в нос нюхательный табак. В этот момент к нему подошел 10- летний сын кочевника и строго спросил: "Откуда у тебя моя табакерка?" Управляющий, мгновенно вскочив на ноги, рухнул перед ним на колени... Это было безоговорочное признание мальчика воплощением старого ламы.

Но еще более убедительны примеры, взятые из Яна Стивенсона, который опубликовал трехтомную монографию, посвященную проблемам реинкарнации. Его метод носит документальный характер, включающий опрос свидетелей, изучение архивных материалов, тщательный анализ возможных искажений и т. п. В монографии содержится 1300 случаев реинкарнации в различных частях мира.

Случаи, доступные серьезной научной проверке, связаны с припоминанием прошлых воплощений детьми в возрасте от двух до четырех лет. К настоящему времени исследовано более тысячи подобных случаев. В качестве примера современного исследования можно привести случай Сварнлаты Мишера.

Сварнлата родилась 2 марта 1948 года в семье инспектора районной школы в Чхатарпуре, штат Мадхья: Прадеш (Индия). Как-то в возрасте трех с

РЕИНКМРНАЦИЯ

половиной лет она приезжала с отцом в город Катни и сделала при этом ряд справедливых замечаний о доме, в котором она якобы жила. В действительности же семья Мишер никогда не жила ближе чем в ста милях от этого места. Позже Сварнлата рассказала друзьям и родственникам детали своей предыдущей жизни: она утверждала, что фамилия ее была Патхак.

В возрасте 10 лет Сварнлата заявила, что новая знакомая их семьи, жена профессора колледжа, была в предыдущей жизни ее подружкой. Несколько месяцев спустя об этом случае узнал Шри Х.Н.Баккерджи с кафедры парапсихологии университета в Джайпуре. Он встретился с семьей Мишер, разыскал дом Патхаков. Он обнаружил, что рассказы девочки весьма напоминают историю жизни Бии, которая была дочерью Патхаков и женой Шри Чинтамини Пандая. Бия умерла в 1939 году.

Летом 1959 года семья Патхаков и родственники Бии по мужу посетили семью Мишер в Чхатарпуре. Сварнлата не только узнала их, но и указала, кто есть кто. Она отказалась признать двух посторонних людей, которых в экспериментальных целях пытались выдать за ее родственников. Позже девочку привезли в Катли. Там она узнала многих людей и места, отмечая перемены, происшедшие со времени смерти Бии.

Летом 1961 года видный психиатр, исследователь психических феноменов из Вирджинского университета Ян Стивенсон посетил обе семьи и попытался проверить достоверность этого случая. Стивенсон выяснил, что из 49-ти заявлений Сварнлаты только два не соответствовали действительности. Она детально описала дом Бии, соседние постройки в том виде, какими они были до 1939 года, описала доктора, лечившего Бию, а также подробности ее болезни и смерти. Она была способна припомнить такие случаи из жизни Бии, которые были известны далеко не всем родственникам. Она безошибочно находила среди присутствовавших своих давних близких друзей,

родственников и слуг, несмотря на попытки сбить ее с толку. Интересно, что в отношениях с "братьями", которые были старше ее на 40 лет, она вела себя как старшая сестра.

В 1961 году Фрэнк Эдварс выпустил книгу "Странные люди", где были собраны многочисленные примеры непонятных и не поддающихся объяснению явлений. В этой книге приводилось три документально подтвержденных случая реинкарнации, подобных описанному выше наблюдению. В одном из них рассказывалось о родившейся в 1926 году в Индии, в Дели, девочке по имени Шанти Дэви, которая утверждала, что она в прошлом рождении жила со своим мужем Кедарнатом в городе Мутти и умерла во время родов в 1925 году. Удалось разыскать этого Кедарната и с его помощью проверить утверждение Шанти Дэви. Несмотря на самые пристрастные допросы многочисленных исследователей, Шанти Дэви ни разу не ошиблась в интимных подробностях семьи, живущей в Муттре и не знакомой даже ее родителям. Ученые, принявшие участие с эксперименте и засвидетельствовавшие увиденное, были осторожны в выводах. Они согласились, что ребенок, родившийся в 1926 году в Дели, каким-то образом помнит со всей ясностью и всеми подробностями жизнь в Муттре. Ученые не нашли ни одного доказательства обмана, но они также не нашли объяснения увиденному.

Сообщения о реинкарнации продолжают периодически появляться на страницах газет. Вот одна из недавних сенсаций.

Двенадцатилетняя Елена Маркард из Западного Берлина, придя в себя после тяжелой травмы, заговорила на безупречном итальянском языке, которого раньше не знала. При этом девочка утверждала, что зовут ее Розетта Кастельяни, жила она в Италии, родилась в 1887 году, а умерла в 1917. Когда девочку отвезли по указанному адресу, дверь открыла дочь давно умершей Розетты. Елена, узнав ее, сказала: "Вот моя дочь Франса".

РЕИНКАРНАЦИЯ

Некоторые иследователи склонны относить к памяти о прошлых рождениях явления, с которыми сталкивался чуть ли не каждый из нас. Так, многим иногда казался удивительно знакомым какой-то переулок в чужом городе или какая-либо ситуация напоминала давно пережитое. Известно, например, что молодой Лев Толстой однажды на охоте, погнавшись за зайцем, упал с коня. Когда он поднялся, ему показалось, что когда-то, как он говорил, "очень давно", он так же ехал верхом, погнался за зайцем, перелетел через коня... Опросы, проведенные за рубежом, показали, что три четверти людей испытывали это чувство узнавания. А необъяснимые жесты, поступки... Мужчина, перепрыгивая через лужу, поднимает полы пиджака, будто на нем длинное платье. Другой имеет странную привычку крутить несуществующие усы, хотя никогда усов не носил...

В 1895 году французский врач-гипнотизер А.де Роша сделал интересное открытие, что в очень глубоком гипнозе будто бы могут ожить и проявиться воспоминания о предшествующем перевоплощении души. Загипнотизированный вдруг начинает говорить не своим голосом, от имени какого-то другого лица, которое повествует о своей давно угасшей жизни.

В кругах посвященных "путешествение в прошлое" под гипнозом - дело обычное. Оно дает возможность достичь того, что гипнотизируемый шаг за шагом возвращается в свою юность, детство - вплоть до момента рождения, а затем, может быть, и в еще более отдаленное прошлое.

Это удалось, например, в случае с молодым американцем Джорджем Филдом.

Гипнотизер Лоринг Уильяме ввел этого 15-летнего американца в состояние глубокого гипнотического сна. Уильяме поэтапно вернул мальчика к моменту его рождения, а затем более чем на сто лет в прошлое. Вскоре мальчик заговорил:

- Я был Джонатан Пауэлл... простой крестьянин из Северной Каролины... Жил там один... неподалеку от городка Джефферсон... Родился в 1832 году... Во

время гражданской войны в 1863 году меня убили мятежные солдаты. Они выстрелили в меня... В живот...

Насколько позволили исторические документы, которые удалось раздобыть Уильямсу, он проверил подробности, рассказанные под гипнозом Джорджем Филдом и касавшиеся Джонатана Пауэлла. Выяснилось, что гипнотизируемый сообщал о таких особенностях этой местности и городка, которые нельзя было придумать, а можно было только узнать.

Затем Лоринг Уильяме с мальчиком поехал в Джефферсон. Когда он провел сеанс гипноза в присутствии историка, специально изучавшего этот край, выяснилось поразительно: говоря от имени крестьянина Пауэлла, Джордж Филд сумел назвать по именам всех местных "отцов города" прошлого века. Он также описал их дома в мельчайших подробностях.

Однако документально существование Джонатана Пауэлла доказать не удалось, поскольку в этой области начали регистрировать родившихся и умерших лишь с 1912 года.

Уильяме опубликовал рассказ об этом впечатляющем, хотя и не совсем доказуемом гипнотическом возврате в прошлое. Спустя немного времени Джордж Филд получил письмо. Женщина с девичьей фамилией Пауэлл писала ему, что она является внучатой племянницей Джонатана Пауэлла. Она рассказала ему о подробностях жизни Джонатана Пауэлла, которые были известны по устным рассказам в их семье. Наряду со всем остальным она писала: "Джонатан Пауэлл приходился мне двоюродным дедом. Его убили янки".

Удивительный случай описан в книге Яна Курье "Никто не умирает навсегда". Один врач из Филадельфии время от времени применял гипноз в качестве метода лечения. В 1955 году он назначил серию гипнотических сеансов своей 37-летней жене. Увидев, что она легко поддается гипнозу, он пытался вернуть ее в прошлое. В ходе одного из сеансов жена вдруг заговорила низким мужским голосом с ярко

женным скандинавским акцентом. Она утверждала, что она мужчина, которого зовут Йенсен Якоби. Затем она вообще стала отвечать на вопросы на чужом языке, как понял врач, каком-то скандинавском.

На следующий сеанс были приглашены несколько скандинавских специалистов, в том числе шведский ученый Нильс Салин, бывший директор американошведского исторического музея в Филадельфии. Он установил, что, входя в образ Иенсена Якоби, женщина говорила на устаревшем шведском языке, но понимала вопросы, заданные ей на современном шведском.

Необычный случай произошел на сеансе артистагипнотизера Валерия Авдеева. Внушая зрителям, пожелавшим участвовать в эксперименте, регрессию времени, когда каждый из них должен начать жить прошлой жизнью, артист сказал: "А сейчас 5222 год до нашей эры. Что происходит с вами?" К изумлению переполненного зала, один из испытуемых, солидный мужчина лет сорока, в строгом черном костюме, при галстуке, неожиданно встал на четвереньки, запрокинул голову вверх и... завыл по-волчьи.

Таким образом, мы проследили древнее учение о переселении душ на всех его стадиях в цивилизации всего мира. Мы видели его рассеянным между туземными племенами Америки и Африки, укоренившимся у азиатских народов, превращенным у индусов в систему нравственной философии и возродившимся как научная гипотеза в наши дни.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

УЧЕНИЕ О ВОСКРЕСЕНИИ

ЛИТЕРАТУРА

1. Д. Л. Фразер. Золотая ветвь. 1929.

2. Л. Я. Штернберг. Первобытная религия в свете этнографии. 1936.

3. Э. Б. Тайлор. Первобытная культура. 1939.

Учение о воскресении несомненно родилось из первичного представления о том, что душа, уходя из тела, может и вернуться в него; вопрос только в том, как долго будет продолжаться промежуток между уходом души из тела человека и возвращением ее в него. Иногда, как во время обморока, душа очень скоро возвращается назад, и тогда воскресение происходит даже на наших глазах, но ее отсутствие может продолжаться и века, и тысячелетия и т. д. О таком представлении нам дают понятие те меры, которые принимает примитивный человек к оживлению умершего. Когда человек умирает, начинаются крики, бьют покойника для того, чтобы душа пожалела тело и вернулась назад, зовут ее, бегая за ней во все стороны, и т. д.; это - то, что называется "отозвать душу", призвать ее назад. Тут даже раскладывают иногда перед покойником его богатства, чтобы душа соблазнилась и вернулась.

Многие народы даже не представляют себе, чтобы человек мог продолжать будущую жизнь, если тело его уничтожено. Новозеландцы, например, считают, что съеденный ими человек уничтожается раз и навсегда, и каннибализм часто возникает из опасения мстительных действий со стороны убитого врага. Его съедают именно для того, чтобы лишить его будущей жизни, дабы он не мог мстить убийцам после смерти. То же в Южной Америке, в Колумбии и пр. Насколько у некоторых народов реальна вера в возможность

б5

УЧЕНИЕ О ВОСКРЕСЕНИИ

воскресения, можно видеть из того, что когда европейцы впервые появились в Австралии, то туземцы принимали их за воскресших своих покойников, в чем их утверждал белый цвет европейцев, напоминающий цвет их предков после смерти. К одному из таких европейцев, именно к сэру Грею, одна женщина бросилась даже в объятия и стала плакать, так как по какому-то сходному признаку она приняла его за своего дедушку. И когда англичане стали посылать в колонии своих преступников, то бывали случаи, что предлагали тому или иному каторжнику, какому-нибудь убийце, которого принимали за вернувшегося предка, тот участок земли, который принадлежал прежде покойнику: раз душа его вернулась, то она имеет право на наследство. Представление о европейцах как о вернувшихся, воскресших предках находим и у целого ряда других примитивных народов, когда они впервые столкнулись с "белыми"; у негров, эскимосов, индейцев и пр.

Из веры в воскресение души естественно вытекает необходимость во что бы то ни стало сохранить и тело, так как со смертью все счеты с телом отнюдь не кончаются. Вот почему даже у такого культурного народа Америки, как древние перуанцы, мы находим следующее рассуждение, о котором свидетельствует изучавший их Гарсилассо де ла Бега: "Чтобы не пришлось искать наши волосы и ногти, когда будет происходить суета и суматоха, - представьте себе тот день, когда настанет воскресение мертвых и все миллионы покойников засуетятся в своих гробах и каждый начнет искать, кто свои волосы, кто ногти, ведь ужас что будет, - мы заранее кладем их в одно место, чтобы они могли быть собраны без хлопот, и поэтому мы стараемся даже плевать по возможности в одно место, чтобы эти плевки можно было собрать вместе". Поразительно, что то же находим в Персии и Туркестане, где покойнику кладут под саван обрезки ногтей и выпавшие зубы, которые при жизни заботливо складывают в одно место. На этом же

вании перуанцы открывали время от времени гробницы, чтобы переменить на трупах одежду, а также положенную пищу.

Подобно перуанцам, и мексиканцы заботились о том, чтобы не пришлось во время суеты при воскресении отыскивать кости и прочие части тела, и так как они считали, что кости - самое необходимое для воскресения, то они складывали их в корзины и подвешивали на дереве для удобства имеющих воскреснуть покойников. И даже современные парсы рассуждают так: когда душа после суда уходит на небо или в землю в том же теле, а кровь уходит в воду, жизнь - в огонь, волосы - в растения, то не думайте, что все это пропало; эти части тела душа соберет в день страшного суда и восстанет во всей своей телесности, во всей своей индивидуальности, на том самом месте, где человек умер. Вот почему мы видим у египтян такую заботливость в приготовлении мумий: необходимо сохранить тело в неприкосновенности к моменту воскресения. У некоторых караибов кости покойников подвешивались в корзинке к деревьям, чтобы при воскресении мертвых душам этих покойников не пришлось трудиться вытаскивать их из могил.

Идею воскресения лучше всего отражает такая форма погребения, как мумификация.

Когда мы сегодня говорим "мумия", мы имеем в виду сохранившийся от разложения забальзамированный труп; как известно, мумифицирование было особенно распространено у древних египтян. Прежде различали "естественное" мумифицирование и "искусственное"; под "естественными" мумиями подразумевались такие, которые сохранились не благодаря постороннему вмешательству, а чисто случайно, в силу тех или иных обстоятельств, - это, например, мумии, найденные в капуцинском монастыре в Палермо, в монастыре Гран-Сен-Бернара, в свинцовом погребе церкви в Бремене или во дворце Кведлинбурга. Таким же образом их различают и поныне,

хотя и с некоторыми оговорками, поскольку многие исследования, в особенности исследования Эллиота Смита и анализ мумии Тутанхамона, произведенный Дугласом Дерри, показали, что своей чудесной сохранностью мумии в гораздо большей степени обязаны сухому нильскому климату, стерильности воздуха и песка, нежели искусству бальзамирования у древних египтян. Так, было найдено немало великолепно сохранившихся мумий, похороненных не в саркофагах, а просто в песке, причем внутренности у них не были вынуты; эти мумии были ничуть не в худшем состоянии, чем забальзамированные, которые нередко подвергались разложению или превращались в бесформенную массу под воздействием смолы, асфальта, бальзамических масел и, как сказано в папирусе Ринда, "воды из Элефантины, соды из Эйлейтфиазполиса и молока из города Кимы".

В прошлом столетии было распространено мнение, будто египтяне знали секрет бальзамирования какими-то специальными химическими средствами. Аутентичное, действительно точное и полное описание мумифицирования не найдено и по сей день; вероятно, искусство мумифицирования неоднократно менялось на протяжении столетий. Так, еще Мариэтт обратил внимание на то, что мемфисские мумии, самые древние, высохшие чуть ли не до черноты, очень хрупки, а более новые - фиванские, желтоватого цвета, с матовым блеском, нередко эластичны; разумеется, все это не может быть объяснено одним лишь различием во времени.

Геродот сообщает о трех способах мумифицирования, из коих первый был в три раза дороже, чем второй, а третий наиболее дешевым - им практически мог воспользоваться любой чиновник (но отнюдь не человек из народа - тому не оставалось ничего другого, как положиться в заботах о своем мертвом теле на благоприятный климат). В древнейшие времена удавалось сохранить только внешние формы тела. позднее было найдено средство, которое

ло кожу от сморщивания, и мы можем встретить мумии с вполне сохранившимися во всей своей индивидуальности чертами лица.

Как правило, мумифицирование производилось следующим образом: вначале с помощью металлического крючка удаляли через ноздри мозг; после этого каменным ножом вскрывали брюшину, и удаляли внутренности (иногда, вероятно, и через задний проход), которые укладывали в так называемые "канопы" (специальные сосуды); вынимали также и сердце - на его место клали каменного скарабея. Затем труп тщательнейшим образом обмывали и "солили", выдерживая его в соляном растворе больше месяца. После этого его в течение семидесяти дней высушивали.

Захоронение производилось в деревянных гробах, вкладывавшихся один в другой (в большинстве случаев им придавали форму тела), или же в каменных саркофагах: иногда несколько вложенных друг в друга деревянных гробов помещали в каменный саркофаг. Труп клали на спину, руки скрещивали на груди или животе, а иногда оставляли вытянутыми вдоль туловища. Волосы в большинстве случаев коротко остригали, но у женщин нередко оставляли. На лобке и под мышками волосы выбривали. Внутренние полости набивали глиной, песком, смолой, опилками, мотками шерсти, добавляя к этому ароматические смолы и, как это ни странно, лук. Затем начинался длительный - в этом можно не сомневаться процесс обматывания мумии полотняными бинтами и платками, которые с течением времени так пропитывались смолами, что впоследствии ученым редко удавалось их аккуратно размотать; что же касается воров, которых прежде всего интересовали драгоценности, то они, разумеется, и не думали себя утруждать разматыванием бинтов, а просто разрезали их вдоль и поперек.

Практика мумификации сохранялась в Египте и после утверждения христианства; она прекратила свое существование только с вытеснением христианства исламом.

УЧЕНИЕ О ВОСКРЕСЕНИИ

ХРИСТИАНСКОЕ ВОСКРЕСЕНИЕ

Из всех учений, которые различные религии выдвигали перед миром, христианское учение о воскресении наиболее решительным образом подтверждает идею о тесном и неразрывном союзе между телом и личностью.

Новый завет и дает с большой торжественностью это самое замечательное и самое привлекательное из всех своих обещаний, делая кульминационной точкой жизнь своего героя, Иисуса, его воскресение из могилы и вознесение на небеса. Даже личность Иисуса, согласно евангелиям величайшая личность, самая сильная и самая богоподобная из всех личностей, когда-либо известных на земле, в потустороннем царстве нуждается в теле.

Что касается природы воскресшего тела, то не может быть никакого сомнения, что, когда распятый на кресте Христос восстал из мертвых, он обладал тем же телом, которое у него было прежде на земле, хотя в то же время оно стало другим, нетленным, приобщившимся к небесной славе. Самым верным доказательством того, что сын божий удостоился вечной жизни, является пустая могила. "Его нет здесь, - возвещает ангел у дверей гробницы, - он воскрес, как сказал. Подойдите, посмотрите место, где лежал господь". И сам Иисус заявляет: "Посмотрите на руки мои и на ноги мои; это я сам; осяжите меня и рассмотрите, ибо .дух плоти и костей не имеет, как видите у меня". "Подай руку твою, говорит он сомневающемуся Фоме, - и вложи в ребра мои". Восставши из гроба, Христос ел, говорил, ходил, был видим, его можно было потрогать руками; но он также внезапно появлялся в комнатах с запертыми дверьми, а иногда мгновенно исчезал. Наконец, он вознесся на небо и воссел рядом с богом. Итак, его бессмертное тело было чудесным образом одарено' как естественными, так и сверхъестественными способностями, которые позволяли ему чувствовать себя

свободно как в посюсторонней, так и в потусторонней среде.

Хотя время от времени по этому вопросу выдвигались еретические мнения, основное направление христианского мышления, представленное римско-католической церковью, восточной православной церковью и протестантской церковью, вплоть до настоящего времени толкует воскресение Христа и всех других людей в смысле преобразования и приобщения естественного тела к небесной славе.

Проследим последний путь Христа с помощью комментария А. Меня.

Прот. Александр Мень (А-Боголюбов) Сын Человеческий

"...По жестокому правилу обреченные сами несли patibulum, перекладины крестов, на которых их распинали... Иисус шел медленно. Он был истерзан бичами и ослабел после бессонной ночи. Власти же стремились кончить с делом поскорее, до начала торжеств. Поэтому центурион задержал некоего Симона, иудея из Киренской общины, который шел со своего поля в Иерусалим, и приказал ему нести крест. Впоследствии сыновья этого человека стали христианами и, вероятно, от него узнали основные подробности Голгофской трагедии.

У Эфраимских ворот шествие окружили люди. Послышались плач и причитания женщин. Иисус повернулся к ним и впервые за долгое время заговорил: "Дочери иерусалимские, - сказал Он, - не плачьте обо Мне, но о себе плачьте и о детях ваших. Ибо вот приходят дни, когда скажут: "счастливы неплодные и утробы, никогда не рождавшие, и сосцы, никогда не питавшие!. Тогда начнут говорить горам: падите на нас! - и холмам: покройте нас. Ибо если с зеленеющим деревом это делают, то с сухим что будет?" В эти последние часы Он продолжал думать об участи, которая постигнет Иерусалим через сорок лет...

Выйдя из города, повернули к крутому главному холму, расположенному недалеко от стен, у дороги. За свою форму он получил название Голгофа - "Череп", или "Лобное место". На его вершине должны были поставить кресты. Римляне всегда распинали осужденных вдоль людных путей, чтобы их видом устрашить непокорных.

На холме казнимым поднесли напиток, притупляющий чувства. Его делали еврейские женщины для облегчения мук распятых. Но Иисус отказался от питья, готовясь перенести все в полном сознании.

Распятие на кресте не только считалось позорным концом, но и было одной из самых бесчеловечных казней, какие, изобрел древний мир. Оно соединяло физическую пытку с нравственным унижением. Не случайно в империи от этого "ужаснейшего и гнуснейшего" вида смерти избавляли всех, кто имел римское гражданство. Распинали обычно мятежных варваров и рабов. Заимствованная римлянами из Карфагена казнь широко применялась уже в дни Республики.

Осужденного нагим привязывали, и иногда и прибивали к столбу с перекладиной и оставляли на медленное умирание. Удушье мучило его, солнце жгло голову, все тело затекало от неестественного положения, раны воспалялись, причиняя нестерпимую боль. Он за смерть как освобождение, но она не приходила. Бывали случаи, когда люди висели на крестах много дней; иногда им, еще живым, птицы выклевывали глаза...

Чтобы близкие не могли спасти распятых, у крестов выставлялась вооруженная охрана. И на этот раз было выделено четыре солдата с приказом привести приговор в исполнение и остаться у "Лобного места" в качестве караула. Конвоем командовал уже не трибун, как в гефсимании, а только центурион. Власти поняли, что тревога оказалась напрасной: никаких беспорядков процесс не вызвал. Сторонники Галилеянина разбежались, а многие, наверно, узнали о случившемся, когда было поздно. Арест, суд и казнь

УЧЕНИЕ О ВОСКРЕСЕНИИ

были проведены быстро, как и планировали архиереи. Если кто и поверил в мессианство Иисуса, то сейчас они парализованы. Ведь крест значил только одно: Назарянин - лжемиссия. О Его притязаниях напоминала теперь только ироническая надпись, прибитая к кресту.

Издалека за казнью следила толпа галилейских женщин. То были: Мария Магдалина, Мария Клеопова, Саломея и другие. Среди них находилась и Мать Господа со Своей сестрой. Горе и отчаяние их были беспредельны. Вот он - "престол Давидов", уготованный Мессии! Из всех пророчеств исполнилось только одно: "оружие пронзило душу Марии". Как могло случиться, что Бог попустил это? Иисус, воплощенная Вера и воплощенная Любовь, стоял беззащитный перед Своими палачами. Давно ли Саломея просила у него почетного места для сыновей? А сейчас Он должен умереть вместе с преступниками...

Женщины видели, как солдаты сорвали с Иисуса одежды, оставив на Нем лишь набедренную повязку; видели, как был приготовлен крест и Осужденного положили на него. Послышался страшный стук молотков, которыми вгоняли в запястья рук и в ступни огромные гвозди. Это был ни с чем не сравнимый ужас. Стоявший рядом Симон Киренский слышал слова Иисуса: "Отче, прости им, ибо не знают они, что делают". Поистине, ни бездушные палачи, ни иерархи, добившиеся осуждения Иисуса, не понимали, что совершается в этот час. Для одних казнь была просто перерывом в скучных казарменных буднях, а другие были уверены, что оградили народ от "месита", опасного богохульника и соблазнителя.

После того как кресты с повешенными были водружены, их завалили у подножий камнями. Теперь конвою предстояло ждать последнего вздоха осужденных. Чтобы скоротать время, солдаты перекидывались шутками, играли в кости. По обычаю им полагалось забирать себе одежду смертников. Они разорвали ее на части, только цельнотканный хитон Иисуса

УЧЕНИЕ О ВОСКРЕСЕНИИ

решили не портить и бросили жребий - кому он достанется.

Нередко говорят, что смерть Христа была событием, которое прошло почти незамеченным в тогдашнем мире. Это вполне справедливо. Даже сто лет спустя римский историк Тацит посвятил ему только одну короткую фразу: "Христос в царствование Тиберия был казнен прокуратором Понтием Пилатом". Однако и в Иерусалиме распятию Иисуса Назарянина не придавали слишком большого значения. Переполненный богомольцами город жил своей жизнью. За четыре года правления Пилата народ привык к многочисленным казням.

Люди, спешившие в Иерусалим, не удивлялись, видя кресты на холме. В дни праздников показательные расправы были нередки. Прохожие останавливались и с холодным любопытством читали надписи. Некоторые слышавшие о Назарянине, злорадно кричали: "Эй! Разрушающий храм и воздвигающий его в три дня! Спаси Себя самого, сойди с креста!"

Те члены Синедриона, которые не могли отказаться от мстительного удовольствия видеть конец осужденного, тоже пришли на Голгофу. Других спасал, - со смехом переговаривались они, намекая на крики "Осанна!"*, - а Себя Самого не может спасти! Царь Израилев, пусть сойдет теперь с креста, чтобы мы видели и уверовали. Он возложил упование на Бога; пусть избавит Его теперь, если Он угоден ему. Ибо Он сказал: Я Божий Сын".

Между тем подул ветер и хмурые тучи заволокли небо. Казалось, само солнце скрылось, чтобы не видеть безумия людей. А они продолжали глумиться над Христом, безмолвно терпевшим нечеловеческую муку. Глумились солдаты, глумились старейшины, глумились случайные зрители. Даже один из мятежников, повешенный рядом с Ним, присоединился к злобному хору...

* Возглас "Осанна!" буквально означает "Спасай нас".

64

Три года, проходя по этой земле, Иисус учил людей быть сынами Отца Небесного, облегчил страдания, проповедовал Евангелие Царства. Но люди не захотели войти в это Царство. И язычники, и иудеи верили в царство мира сего, а Христово Царство сходило с Неба и вело к Небу.

Но вот теперь Он умолк, Он побежден и никогда больше не будет вселять в них тревогу.

Вдруг произошло нечто неожиданное. Второй осужденный сказал своему товарищу, который вместе с толпой насмехался над Галилеянином: "Не боишься ты Бога! Ведь сам ты приговорен к тому же. Мы-то справедливо, ибо достойное по делам получаем. Он же ничего дурного не сделал". Быть может, человек этот еще раньше слышал проповедь Иисуса; быть может, лишь в этот миг ощутил какую-то силу, исходящую от Распятого рядом с ним, только в душе его внезапно вспыхнул луч веры, исторгнутый предсмертной тоской.

- Вспомни меня, - сказал он, взглянув на Христа, - когда Ты придешь как Царь. Запекшиеся уста Иисуса разомкнулись, и Он ответил: - Истинно говорю тебе, сегодня со Мною будешь в раю".

Толпа постепенно редела. Стоявшие поодаль женщины осмелились, невзирая на солдат, приблизиться. Крест был высок, однако с Распятым можно было говорить. Увидев Свою Мать, подошедшую с Иоанном, Иисус в последний раз обратился к Ней. "Вот сын Твой, - сказал Он, а потом взглянул на любимого ученика. - Вот Мать твоя". И после этого Он умолк...

Тучи сгущались; к трем часам дня стало темно, как в сумерках. Неимоверная тяжесть, которая начала спускаться на Иисуса еще в Гефсиманскую ночью достигла предела. Уже давно ждал Мессия этой последней встречи со злом мира, окутавшим Его теперь, как черная пелена. Он поистине сходил в ад, созданный руками людей.

- Элахи, Элахи, лема шабактани! иоже Мой, Боже Мой, для чего Ты Меня оставил!

3 Заказ N 425

УЧЕНИЕ О ВОСКРЕСЕНИИ

В этом вопле псалмопевца Христйй излил всю глубину Своего беспредельного томления. Конца молитвы Он не дочитал...

Стоявшие на Голгофе не разобрали Его слов. Солдаты решили, что Распятый призывает Гелиос, Солнце, а иудеям по созвучию послышалось имя Илиипророка. "Вот Илию зовет!" - сказал кто-то.

Начиналась агония. "Шахена!", "Пить!", - просил Иисус. Один из воинов, движимый состраданием, подбежал к кувшину с "поской", кислым напитком, который солдаты постоянно носили с собой, и, обмакнув в него губку протянул на палке Умирающему. Более черствые отговаривали его: "Оставь, посмотрим, придет ли Илия спасти Его".

Едва только влага коснулась воспаленных губ Иисуса, Он проговорил: "Совершилось". Он знал-, что смерть уже рядом, и снова стал молиться, повторяя. слова, которые Мать учила Его произносить перед сном: "Отче, в руки Твои предаю дух Мой..."

Внезапно у Страдальца вырвался крик. Потом го. лова его упала на грудь. Сердце остановилось. Он был мертв.

Сын Человеческий выпил Свою чашу до дна. В это мгновение люди почувствовали, как вздрогнула земля, и увидели трещины, пробежавшие по камням. Воздух был душным, как перед грозой. Центурион, который долго всматривался в лицо Распятого, воскликнул: "Поистине этот Человек сын богов!" Что-то таинственное открылось римлянину в последние минуты казни.

Грозные явления природы подействовали на всех угнетающе. Смущенные и испуганные возвращались люди в город. Они били себя в грудь в знак скорби, догадываясь, что совершилось нечто ужасное.

На фоне сумрачного неба высились контуры трех крестов. Но не только о жестокости и злобе человеческой говорили они. Отныне это орудие казни станет символом Искупления, символом жертвенной любви Бога к падшему человечеству...

После распятия 7-8 апреля

Голгофа опустела. Люди разошлись по домам, где их ждали родные для совершения праздничной трапезы. Только солдаты по-прежнему сидели у холма. Они не имели права покинуть пост, пока не умрет последний из осужденных.

Римляне часто оставляли тела на крестах, чтобы трупы долго напоминали о каре, которая ждет их врагов. Но Синедрион ходатайствовал перед Пилатом, прося снять казненных, пока не зашло солнце*. Этого требовал иудейский обычай, а соблюсти его было особенно необходимо ввиду вечера, совпадавшего с седером. Пилат дал согласие.

Двое разбойников были еще живы. Солдаты, получив приказ, перебили им голени, чтобы ускорить смерть. Потеряв опору, распятые повисли на руках и через несколько минут задохнулись. Сомнения в том, что Иисус мертв не было, но один из воинов для проверки пронзил Ему грудь копьем. В ране показались "кровь и вода" - бесспорный признак наступившего конца. Теперь оставалось только, выдернув гвозди, снять мертвецов и опустить в общую яму. Так обычно хоронили преступников.

В это самое время к прокуратору явился Иосиф Аримафейский - богатый, уважаемый в городе человек, член Совета. Он не принимал участия в суде "Малого Синедриона", потому что сам был тайным приверженцем Иисуса. Как и апостолы, Иосиф "ожидал Царства Божия", но сейчас он думал, что обманулся. Тем не менее, преодолев страх, он пришел попросить у Пилата тело Усопшего для погребения. Иосиф не хотел допустить, чтобы Иисуса лишили даже отдельной могилы.

Пилат удивился, узнав, что Назарянин умер так скоро. Может быть, Он только в обмороке? Но центурион подтвердил, что в три часа пополудни Иисус

* Субботний покой начинался с вечера пятницы

УЧЕНИЕ О ВОСКРЕСЕНИИ

действительно скончался. У Пилата не было причин отказывать Иосифу. Возможно, он даже по своему обыкновению получил от него мзду. Так или иначе, наместник предоставил Иосифу поступить с телом, как он пожелает.

Времени для необходимых приготовлений оставалось совсем мало. Если бы наступил вечер, похороны пришлось бы отложить на сутки. Но Иосиф успел купить полотняный саван, а фарисей Никодим, тот, что прежде приходил ночно беседовать с Иисусом, принес большие сосуды с благовонным раствором смирны и алоэ, которым пропитали материю.

При помощи слуг тело положили на носилки и перенесли в соседний сад. Участок принадлежал Иосифу, который недавно заготовил себе здесь склеп. Искать другую могилу возможности не было, так как каждая минута была дорога. Но, вероятно, Иосиф был рад хотя бы таким образом в последний раз послужить Учителю.

Усопшего завернули в благоухающие пелены, внесли в пещеру, прочли заупокойные молитвы и завалили вход круглой каменной плитой, для которой был выткан специальный хелоб. Исполнив печальный долг, оба удалились для совершения седера.

Мария Магдалина и Мария Иосифова тоже присутствовали в саду при погребении. Они стояли "напротив гробницы", и, плача, смотрели на поспешный обряд. Им хотелось самим умастить тело Господа ароматами и долго оплакивать невозвратимую утрату. Но было уже поздно. Правда, теперь они знали место могилы и надеялись по прошествии субботы снова прийти сюда.

Между тем первосвященники, услыхав, что Назарянина похоронили в саду у голгофы, а не с другими казненными, встревожились. Что если почитатели станут устраивать паломничества к нему на гроб или похитят тело, а потом заявят, будто Он жив? Желательно было искоренить самую память о Нем. Поэтому группа старейшин снова пришла к Пилату с просьбой, чтобы на первые дни у пещеры была поставлена охрана.

"Имеете стражу, - недовольно ответил им прокуратор, - идите и охраняйте, как знаете". Он больше не желал иметь ничего общего с этим неприятным делом.

Однако от Пилата ждали только санкции. Получив ее, Ханан приказал опечатать склеп и выставить в саду стражу.

Иерархия могла теперь спокойно проводить праздник и воссылать молитвы к Богу. Все прошло лучше, чем ожидали власти. А ученики? Они ничего не знали ни о месте погребения, ни о караульных у могильь Ужас сковал их. Им казалось, что всех сторонников Учителя могут схватить в любую минуту. Пока их не трогали. Но долго ли это продлится? Если бы не суббота и праздник, они конечно бросили бы все и поспешили назад, в родную Галилею. То была самая мрачная Пасха в их жизни. "Я и спутники мои, - читаем мы в апокрифическом Евангелии от Петра, - были в тоске и с болью в сердце скрывались, ибо нас искали как преступников, намеревавшихся поджечь храм. Мы пребывали в посте и скорби и в слезах день и ночь". Пусть это и не подлинные слова апостола - они верно передают состояние галилеян после распятия.

Но еще больше, чем боязнь преследований и укоры совести, терзала их мысль, что Сын Человеческий отнят у них. Он, Который ходил с ними по зеленым холмам у озера, Кто был так добр и могущественен, Кто одним словом мог исцелять болезни, Кто свидетельствовал об истине и обещал привести учеников в Царство Божие, лежит теперь бездыханный. Им не услышать больше знакомых слов: "Истинно, истинно говорю вам", не увидеть рук, преломляющих хлеб...

Ученики были в отчаянии: зачем Бог покинул Его, покинул их всех?

Некоторые раввины говорят, что Мессия должен быть смертен, как и прочие люди. Но почему Иисус погиб в расцвете сил, а не отошел в мире, "насыщенный годами"? Почему он так мало успел сделать? Ведь Он не оставил скрижалей, как Моисей, не

УЧЕНИЕ О ВОСКРЕСЕНИИ

написал книг, как пророки, не создал школы, как Гиллель. Единственное Его наследие - они сами: простые, слабые люди, которые оказались недостойными Учителя и бросили Его в решительный час. Архиреи, когда торопились, знали, что делали. Дерево срублено, не поднявшись высоко над землей, не успев принести плода.

Он умер. Но умер не как Помазанник Божий, а как отверженец, ибо сам Закон почитает проклятыми тех, кого настигла подобная смерть. Его осудил и еврейский, и римский суд.

Он умер даже не как мудрец, перешагнувший грань обычных человеческих чувств, победивший страдание силой духа. Он мучился как миллионы людей, как каждый ребенок или раненая птица, как любое живое существо. Никто не помог Ему, когда Он истекал кровью на страшном кресте. Никакой ангел не облегчил агонии. Правы оказались те, кто говорил: "Других спасал, а Себя не может спасти".

Но, значит, Иисус не тот, за кого они Его принимали? Не избавитель Израиля и мира? И, следовательно, напрасной была их вера в Него, а Петр, сказав: "Ты Мессия", произнес лишь пустые слова? Это было крушение окончательное, непоправимое. Рухнули надежды и ослепительные мечты. Никогда еще люди не испытывали более тяжкого разочарования.

Что оставалось им делать? Бежать, скорее бежать из этого зловещего города? Вернуться в Галилею к своим домам и лодкам. Забыть о Человеке, Который обманулся Сам и ввел в заблуждение Своих простодушных последователей.

Победа над смертью 9-14 апреля

С заходом солнца 8 апреля кончился срок субботнего покоя, но женщинам еще нужно было купить душистые порошки и мази, из которых приготовлялась смесь для бальзамирования. Поэтому посещение гробницы было отложено до утра следующего дня. О

страже они не знали; их беспокоила только мысль: кто поможет им откатить тяжелый камень.

Мария Магдалина пришла раньше своих подруг. В предрассветном сумраке, подойдя к склепу, она в смятении остановилась: камень был сдвинут. Что это значит? неужели даже после смерти Учителя враги Его не успокоились?

Тем временем подоспели Саломея с Марией Клоповой и, заглянув в пещеру, убедились, что она пуста. Магдалина в слезах побежала к Петру и Иоанну и сообщила им горестную весть: "Взяли Господа из гробницы, и не знаем, где положили Его". Оба ученика, немедленно покинув дом, в котором скрывались, поспешили за Марией в сад Иосифа.

Сначала они бежали вместе, но потом Симон отстал и Иоанн достиг пещеры первым. Видя, что Мария права, он терялся в догадках: кто мог, нарушив Закон, оскорбить место вечного успокоения? Юноша наклонился к отверстию, но решимости войти у него не хватило.

Когда в ограде показался Петр, он еле переводил дыхание. Но не таков был этот человек, чтобы долго размышлять. Не останавливаясь, Кифа тотчас вошел в темный склеп. Это ободрило Иоанна, и он последовал за Симоном. Рядом с каменным ложем они уви-' дели саван и покров для лица. Погребенный исчез.

Расспрашивать, протестовать, искать тело ученики побоялись. Они побрели назад в город, полные печального недоумения. Видно, недруги решили глумиться над ними до конца...

У могилы осталась одна Магдалина. Погруженная в свое горе, она на заметила, что остальные женщины куда-то ушли. Словно не веря несчастью, Мария еще раз приблизилась к отверстию пещеры и неожиданно увидела там двух неизвестных в белых одеждах. - Женщина, почему ты плачешь? - спросили они. - Потому что взяли Господа моего, и не знаю, где положили Его.

,gggggggg,__gД___ДgДj

^^gggggggg^

УЧЕНИЕ О ВОСКРЕСЕНИИ

В ней проснулась надежда: может быть, эти люди объясняет ей случившееся? Но в тот же миг Магдалина почувствовала, что издали нее кто-то стоит, и оглянулась.

- Женщина, почему ты плачешь? Кого ищешь? - спросил незнакомец.

Думая только о своем, Мария решила, что перед ней садовник, который, наверно, должен знать, где тело.

- Господи, - умоляюще заговорила она, - если ты унес Его, скажи мне, где ты Его положил, и я Его возьму.

- Мариам! - прозвучал до боли знакомый голос. Все всколыхнулось в ней. Сомнений не было. Это Он...

- Раввуни! - вскричала Магдалина и упала к Его ногам.

- Не прикасайся ко Мне, - предостерег ее Иисус, - ибо Я еще не взошел к Отцу Моему; но иди к братьям моим и скажи им: "Восхожу к Отцу Моему и Отцу вашему, и Богу Моему и Богу вашему".

Обезумевшая от радости, едва сознавая происходящее, Мария бросилась из сада.

Вестницей неслыханного, небывалого вбежала она в дом, где царил траур, но ни один из друзей не принял ее восторженных слов всерьез. Все решили, что бедная женщина с горя потеряла рассудок. То же самое п"думали они, когда вслед за ней появились Ионна, жена Хузы, Мария Клеопова и Саломея и стали, перебивая друг друга, уверять, что Учитель жив, что они видели Его своими глазами. Они рассказали, как спустились в пещеру, когда Магдалина уходила позвать учеников, и нашли там юношу в белой одежде. "Не ужасайтесь! - сказал он. - Иисуса ищете Назарянина, распятого. Он восстал, Его нет здесь. Вот место, где положили Его. Но идите, скажите ученикам Его и Петру, что Он предваряет вас в Галилее. Там вы Его увидите, как Он сказал вам". Женщины признались, что сначала им было страшно

72

говорить о виденном, но потом Сам Иисус явился им на дороге и повторил повеление всем идти в Галилею.

Апостолы, переглядываясь, слушали рассказ. "Показались им, - замечает св.Лука, - слова эти бредом, и они не верили женщинам". После того, что стряслось, ученики были далеки от надежд на чудо и меньше всего они предполагали, что скоро Бог превратит их самих из трепещущих, раздавленных катастрофой людей в провозвестников новой веры.

Много непостижимого хранят анналы истории, но можно смело сказать, что самое невероятное в ней - жизнь Иисуса Назарянина и тайна, которой Его жизнь увенчалась. Справедливо считают, что эта тайна выходит за пределы, доступные человеческому знанию. Однако есть и осязаемые факты, находящиеся в поле зрения историка. В тот самый момент когда Церковь, едва зародившись, казалось, навсегда погибла, когда здание, возведенное Иисусом, лежало в развалинах, а Его ученики потеряли веру, - все внезапно коренным образом меняется. Ликующая радость приходит на смену отчаянию и безнадежности; те, кто только что покинул Учителя и отрекся от Него, смело возвещают о победе Сына Божия.

Что-то произошло, без чего не было бы самого христианства...

Самое раннее и непосредственное свидетельство об этом событии принадлежит человеку, в жизни которого встреча с Иисусом произвела полный переворот. Встреча же произошла спустя пять - шесть лет после Голгофы. Этот человек - Савл Тарсийский, впоследствии Павел, - писал христианам Коринфа: "Я передал вам, во-первых, то, что и принял; что Христос умер за грехи наши, по Писаниям, и что Он погребен, и что Он воздвигнут в третий день, по Писаниям, и что Он явился Кифе, потом Двенадцати, затем свыше чем пятистам братьям одновременно, из которых большая часть доныне в живых, а некоторые почили; затем явился Иакову, потом всем апостолам, а после явился и мне, условному

УЧЕНИЕ О ВОСКРЕСЕНИИ

ку. Ибо я - наименьший из апостолов, я, который, недостоин называться апостолом, потому что гнал Церковь Божию".

Это Павлове свидетельство вместе с пасхальными повествованиями Евангелий приводит нас к реальному факту, который духовно воскресил учеников и подвиг их на проповедь Благой Вести.

Архиереи думали, что с галилейским Мессией покончено, но теперь они оказались бессильны остановить новое движение. Рассказ стражников о необычайных феноменах, сопровождавших исчезновение тела, мог, конечно, смутить Синедрион. Понадобилась своя официальная версия. Как сказано в Евангелии от Петра, жрецы решили, что лучше прибегнуть к обману, чем "попасть в руки народа иудейского и быть побитыми камнями". Было объявлено, что ночью, когда стража задремала, ученики Иисуса похитили Его тело и стали говорить, будто Он жив. Века спустя это обвинение все еще повторялось теми, кто хотел "рационально" объяснить пасхальную веру христиан. Они не приняли во внимание одну психологическую трудность: если апостолы участвовали в подлоге или знали о нем, откуда взялась бы у них сила духа и смелость отстаивать сознательный обман даже перед лицом смерти? За проповедь Воскресшего был распят Кифа, обезглавлен Иаков Зеведее, побит камнями Иаков Праведный; за нее многие другие апостолы выдержали бичевание, тюрьмы, преследования властей Рима и Иудеи и пожертвовали жизнью.

Но не могло ли случиться, что тело Распятого было унесено кем-то другим, разумеется, не по приказу Пилата или Синедриона, - ибо тогда они могли бы легко разоблачить обман, - а людьми неизвестными? Сторонники этого мнения забывают, что то же самое думали ученики, увидев опустевшую гробницу, и впали в еще большее уныние.

Перемена же наступила в них лишь после того, как они воочию увидели Господа. Галлюцинация? Плод расстроенного воображения?

Оставим это объяснение тем, кто думает, что в мире все можно познать одними средствами науки. В действительности же гипотеза, сводящая начало христианства к умственному помрачению нескольких галилеян, мало правдоподобна. Иисуса видели самые разные лица. Он являлся при различных обстоятельствах и во многих местах отдельным людям, группам и большим толпам. Эти явления с полной достоверностью убедили их в том, что смерть не властна над Иисусом, что она "не могла удержать Его". Если это был бред душевнобольных, как мог он охватить сотни столь непохожих друг на друга очевидцев и дать столь прочные результаты? И наконец, были ли серьезные предпосылки для иллюзий такого рода? Ведь подавленные смертью Иисуса ученики разуверились в Его мессианстве. Слова Учителя о Воскресении остались ими непонятыми, а смысл служения Христова открылся им гораздо позднее.

Сводить все к субъективным переживаниям апостолов - значит преувеличивать их роль в возникновении христианства. Евангелия были написаны в среде, где авторитет апостолов был неоспорим, но евангелисты отнюдь не изображали Петра и его друзей натурами могучими и гениальными, пророками, способными создать мировую религию. Они любили своего Равви - это правда, тем не менее одной любви для такого переворота недостаточно. Недостаточно и ссылки на "впечатление", которое произвела личность Иисуса на их души. Никто не говорил, что Исайя, Будда или Конфуций воскресли. А ведь этих людей тоже окружала любовь последователей, о чем свидетельствуют саркофаги с их останками.

Только о гробе Господнем было сказано: "Его здесь нет..."

Некоторые скептики предполагали, что Иисус не умер на кресте, а был без сознания и, очнувшись в пещере, пришел к Своим ученикам. Но совершенно непонятно, как человек, ослабевший от потери крови и пыток, нуждающийся в уходе, полуживой, мог

УЧЕНИЕ О ВОСКРЕСЕНИИ

деть триумфатором. И где тогда скрывался Он впоследствии? Да и вообще распятый после того, как ноги его были пробиты гвоздями, не может ступить ни шагу.

Кроме того, слова апостола Павла и другие источники несомненно имеют в виду не просто возвращение к Жизни, подобное чуду в Вифании, но полную перемену, совершившуюся в Иисусе. Лицо Его порой менялось столь сильно, что многие не сразу узнавали Учителя. Апостол Павел видел лишь ослепительный свет и слышал голос Воскресшего, говорившего с ним на арамейском языке. Христос проходил через закрытые двери, появлялся внезапно и внезапно исчезал, словом, был не прежний Учитель, подчинявшийся, как и все люди, законам земного мира. Не случайно в первое мгновение некоторые принимали Его за призрак, и Он должен был убеждать учеников, что Он воистину воскрес во плоти.

Выражение Павла "тело духовное" является, повидимому, ключевым для понимания пасхальной тайны. Оно означает, что в саду Иосифа Аримафейского произошла единственная в своем роде победа Духа, которая, не уничтожив плоти, дала ей новую, высшую форму существования. Камень был отвален лишь для того, чтобы ученики увидели, что могила пуста, что воскресший отныне не ведает преград. Пройдя через агонию и смерть, он непостижимым для нас образом приобрел иную, духовную телесность. Апостол говорит о ней, как о ступени бытия, ожидающей всех людей, но в тот момент Богочеловек был первым, предварившим всеобщее преображение. Быть может, поэтому Иисус сказал Магдалине: "Не прикасайся ко Мне". Только в исключительных случаях человек мог входить в непосредственный контакт с Его просветленным естеством.

Это было явление Сына Божия во славе, которое предсказал Сам Иисус на суде Кайафы. Первосвященник усмотрел в Его словах богохульство, и жалкий конец Назарянина должен был подтвердить мнение Синедриона. Апостолам же пасхальные явления

показали истинность пророчества. Иисус открылся им теперь не только как Христос и Учитель, а как Маран. Господь, как воплощение Бога Живого.

Воскресшего не видели ни члены трибунала, ни Пилат. Если бы неоспоримая очевидность чуда принудила их признать его, это стало бы насилием над духом, который противится Богу. Лишь те, кто любил Христа, кто был избран Им на служение, смогли "увидеть Славу Его, Славу как Единородного от Отца, полного благодати и истины".

Для апостолов воскресение было не только радостью вновь обрести Учителя; оно знаменовало победу над силами тьмы, стало. залогом конечного торжества Правды Божией, неодолимости Добра, олицетворенного в Иисусе Назарянине. "Если Христос не восстал, - говорил ал. Павел, тщетна наша проповедь, тщетна и вера наша". Этой мыслью будет 'жить христианство, ибо в день Пасхи Церковь не просто исповедует веру в бессмертие души, но преодоление смерти, тьмы и распада.

"Если сила физическая, - говорит Вл. Соловьев, - неизбежно побеждается смертью, то сила умственная недостаточна, чтобы победить смерть; только беспредельность нравственной силы дает жизни абсолютную полноту, исключает всякое раздвоение и, следовательно, не допускает окончательного распадения живого человека на две отдельные части: бессмертный дух и разлагающееся вещество. Распятый Сын Человеческий и Сын Божий, почувствовавший Себя оставленным и людьми и Богом и при этом молившийся за врагов Своих, очевидно, не имел пределом для Своей духовной силы, и никакая часть Его существа не могла остаться добычей смерти... Истина Христова Воскресения есть истина всецелая, полная не только истина веры, но также истина разума. Если бы Христос не воскрес, если бы Кайафа оказался правым, а Ирод и Пилат - мудрыми, мир оказался бы бессмыслицею, царством зла, обмана и смерти. Дело шло не о прекращении чьей-то жизни, а о том, прекратится ли истинная жизнь, жизнь совершенного

УЧЕНИЕ О ВОСКРЕСЕНИИ

праведника. Если такая жизнь не могла одолеть врага, то какая же оставалась надежда в будущем? Если Христос не воскрес, то кто же мог воскреснуть?"...

Евангельские рассказы о явлениях Христа уделяют много внимания тому, как новый опыт раскрывал ученикам значение библейских пророчеств. Этот процесс прозрения наиболее полно изображен в повествовании св. Луки о Клеопе и другом апостоле, которые встретили Воскресшего на пути в селение Эммаус.

Они вышли в дорогу вечером того же дня, когда женщины принесли первые известия о пустом гробе и о загадочных явлениях в саду. Но, как и прочие, эти двое приняли их слова за бред. Покинув Иерусалим, они отправились в селение, где, вероятно, жил один из них, Эммаус был расположен в двух часах ходьбы от столицы, и путники все это время беседовали о своих несбывшихся мечтах. Клеопа и его близкие были искренне преданы Иисусу. Но теперь им оставалось только оплакивать роковую ошибку, которая погубила Учителя и сломала жизнь их семьи.

Солнце уже близилось к закату, когда к ним присоединился Спутник, тоже шедший из города. Он спросил, какое горе их угнетает.

- Один Ты в Иерусалиме не знаешь о случившемся в нем в эти дни! удивился Клеопа. - О чем?

- О том, что было с Иисусом Назарянином, Который был Пророк, сильный в слове и деле перед Богом и всем народом; как предали Его первосвященники и начальники наши для осуждения на смерть и распяли Его. А мы надеялись, что Он есть Тот, Который должен избавить Израиль. При всем том, идет третий день с тех пор, как это произошло. Но и некоторые из наших женщин изумили нас' придя рано утром к гробнице и не найдя тела Его, они вернулись говоря, что видели и явление ангелов, возвестивших, что Он жив. И пошли некоторые из тех, что с нами, к гробнице и нашли так, как женщины сказали. Его же не видели.

Никакой радости странные обстоятельства исчезновения тела у них не вызывали. Кто мог поверить таким немыслимым вещам? Полное разочарование было итогом этих лет. Реакция Незнакомца была неожиданной: - О неосмысленные и медлительные сердцем, чтобы верить во все, что сказали пророки! - упрекнул Он их. - Не это ли надлежало претерпеть Мессии и войти в Славу Свою?

И шаг за шагом этот таинственный Человек стал объяснить им мессианские места Библии. О чем говорил Он? Быть может, о символе Агнца и Его крови, о Камне, который отвергли строители, о скорби Праведника и спасении Его, о Новом Завете, обещанном Богом, но больше всего, вероятно, о пророчестве из Книги Исайи, где изображен был Служитель Сущего, прошедший через муки, чтобы исцелить раны мира и стать "светом народов". Постепенно как бы пелена спадала с глаз Клеопы и его друга. Трагические события этих дней исполнялись смыслом. Если так, то смерть Иисуса не означает конца...

С этими мыслями приблизились они к Эммаусу. Спутник, казалось, готов был уже проститься с ними. Но апостолам не хотелось отпускать Человека, который почти вернул им надежду: "Останься с нами, потому что уже наступает вечер". Незнакомец согласился. Все трое вошли в дом и сели за тужин. Ученики невольно признали своего Спутника старшим и просили прочесть положенную молитву. Он произнес слова благодарения и преломил хлеб. Памятный жест! Столько раз слышанный голос! В тот же миг оба поняли, Кто находится с ними за одним столом. Изумленные, они не успели произнести ни слова, как Он "стал невидим для них"...

Опомнившись, апостолы начали горячо обсуждать чудесную встречу: "Не горело ли в нас сердце наше, когда Он говорил нам в пути, когда Он открывал нам Писания?" Разве можно было теперь оставаться в Эммаусе? Скорее обратно, в Иерусалим, поделиться с остальными невероятной радостью! Хотя уже было

УЧЕНИЕ О ВОСКРЕСЕНИИ

темно, друзья поспешили в город. Увы, их встретили так же, как и женщин. Поверить им никто не хотел. Но тут же пришло новое известие: Господь явился Кифе. Мог ли обмануться старший из апостолов? Некоторые почти уверовали, другие все еще сомневались. Обсуждение и горячие споры длились до глубокой ночи. Внезапно все услышали знакомое приветствие: "Шалом!" - Мир вам! - Ученики увидели Иисуса...

Ужас сковал их. Приведение! А Он смотрел на Своих трепещущих "братьев", ожидая, пока они придут в себя. Зачем они смущаются и колеблются? Среди них не бесплотный призрак, а их Учитель. Пусть коснутся Его, чтобы оставить мысль о видении. И спокойно, словно ничего не произошло, Он спросил: "Если ли у вас здесь какая пища?". Снова, как бывало, Он мог разделить с ними трапезу. Они едва верили своим глазам.

Произнеся благодарственную молитву, Иисус заговорил. Наступают иные времена для апостолов, пробил час их служения. "Как послал Меня Отец, и Я посылаю вас". Спаситель будет действовать через Своих посланцев, которых преобразит силою Своего Духа. "Примите Духа Святого, - сказал Он. - Если кому отпустите грехи, отпущены будут им, если на ком удержите, удержаны".

В эти светлые дни апостолы окончательно утвердились в вере. Из Двенадцати только Фома не видел Господа. Когда он слушал восторженные слова братьев, ему трудно было разделить их чувства. Слишком уж неправдоподобна радостная весть! Не произошло ли ошибки? Быть может, это все-таки тень Наставника, пришедшая из загробного мира утешить их? "Если не увижу на руках Его следа от гвоздей и не вложу пальца моего в ребра Его, никак не поверю", - твердил Фома.

Кончались дни праздника. Ученики намеревались вернуться в Галилею, куда Господь обещал прийти к ним. Последний раз собрались вместе, вероятно, в доме Марии, матери Иоанна Марка. Дверь плотно

заперли: страх преследований еще не утих. И опять, как в первый день, все внезапно увидели Иисуса, стоящего среди них. Он обернулся к Фоме: подойди, протяни руку, проверь! "Господь мой и Бог мой!" - только и мог вымолвить апостол. Он не помышлял больше о доказательствах...

"Ты потому уверовал, - сказал Христос, - что увидел Меня. Блажены невидевшие и поверившие". Зримые явления должны были лишь помочь ученикам выйти из состояния мрака и безнадежности, показать им, что смерть бессильна над Мессией. Но скоро присутствие Господа станет иным, доступным каждому, кто с открытостью идет к Нему навстречу.

"Я посылаю вас" 14 апреля-18 мая

Словно на крыльях вернулись одиннадцать назад в Капернаум. К тому времени от богомольцев многие уже знали о казни, однако всех приводили в недоумение ученики Назарянина. Они совсем не были удручены, напротив, в них ощущалась просветленная радость, почти экстаз. Что могло так подействовать на Симона и его друзей? Над этой загадкой ломали голову знавшие их люди. Тогда-то, быть может, апостолы и поняли, для чего Учитель велел им оставить Иерусалим. Там их ежедневно подстерегала опасность, а дома, вдали от врагов, они могли вновь собрать рассеявшихся последователей Господа и сообщить им о дивном событии: "Он воскрес!"...

Постепенно жизнь апостолов вошла в прежнее русло. Рыбаки взялись за свой привычный труд; но мысли их постоянно полны были Иисусом. О Нем напоминала каждая тропинка, каждый уединенный уголок на берегу. Здесь Он учил их притчам, сидя на холме, там говорил с толпой, на этой улице рыбачьего поселка исцелил больного. Апостолы как бы заново переживали чудо тех трех лет, которые открыли им Небо. Однако Сам Господь еще не появлялся. Ученики ждали, веря Его обещанию.

Однажды вечером Кифа, сыновья Зеведеевы, Фома и Нафанаил вышли в лодке на озере. Лов оказался неудачным, и к утру им пришлось сложить на дно пустые сети. Рыбаки были уже метрах в ста от берега, как увидели в голубой предрассветной дымке Человека, стоявшего у воды. Он громко окликнул их "Друзья, есть у вас что-либо к хлебу?" В этом вопросе не было ничего необычного: окрестные жители часто покупали рыбу прямо из лодок. Узнав, что они ничего не поймали, Человек предложил им закинуть сеть с правой стороны, и, едва они последовали Его совету, невод тотчас наполнился.

Странное чувство овладело всеми. Ведь когда-то подобное уже было: был и берег, и пустая сеть, и неожиданный улов... Иоанн, пытаясь разглядеть Стоящего, вдруг шепнул Симону: "Это Господь". По обыкновению рыболовов Галилеи, Петр сидел в лодке нагим. Не говоря ни слова, он тут же опоясался набедренной повязкой, прыгнул в воду и поплыл к берегу. Остальные, налегая на весла, поспешили за ним.

Незнакомец, казалось, ждал их. Среди камней был разложен костер, на углях пеклась рыба. Рыбаки в смущении остановились. Кто бы мог предположить в этих загорелых полуобнаженных людях будущих покорителей мира, чьи сети станут символом духовного лова?

"Принесите и тех рыб, что вы поймали сейчас", - сказал Неизвестный. Они пошли к сетям, и скоро трапеза была готова. Ели молча. Над озером поднималось солнце. В тишине звучали голоса птиц, слышался плеск волн. Запах костра смешивался с запахом воды, рыбы и трав. Ни один не осмеливался спросить: "Кто ты?" - но в душах их пела неземная радость. Каждый с неоспоримой уверенностью знал, что это Иисус преломляет с ними хлеб, хотя облик Его был иным.

Кончив, все встали. Господь подозвал Петра и отвел его в сторону.

- Симон, сын Ионы, любишь ли ты Меня больше, чем они? - спросил Он торжественно, как тогда - в

УЧЕНИЕ О ВОСКРЕСЕНИИ

Кесарии Филипповой, называя ученика его полным именем.

- Да, Господи, - ответил тот. - Ты знаешь, что я люблю Тебя.

- Паси ягнят Моих, - сказал Иисус, а потом вновь испытующе повторил вопрос: - Симон, сын Ионы, любишь ли ты Меня? - Да, Господь, Ты знаешь, что я люблю Тебя. - Ты будешь наречен пастырем овец Моих. Этим искус не кончился. В третий раз Христос спросил:

- Симон, сын Ионы, любишь ли ты Меня? Апостолу стало горько. Вероятно, троекратный вопрос напомнил ему, как в припадке страха он трижды отрекся от Учителя.

- Господи, - печально сказал Симон. - Ты все знаешь, Ты знаешь, что я люблю Тебя. - Паси овец Моих.

Чтобы Петр понял, что это не привилегия, а призыв к крестному пути, Христос добавил:

- Истинно, истинно говорю тебе: когда ты был молод, ты опоясывался сам и шел, куда хотел, когда же состаришься, протянешь руки свои, и другой тебя препояшет, и поведет, куда ты не захочешь. Сзади подошел Иоанн. Господи, а он что? - спросил Петр. - Если Я хочу, чтобы он пребывал, доколе Я не приду, что тебе? Ты за Мной следуй.

Впоследствии, размышляя над этими словами, первые христиане решили, что Иоанн не умрет до нового явления Христа, но, как поясняет Евангелие, Иисус указал лишь на различие в судьбе апостолов. Любимому ученику было предназначено проповедовать слово господне до глубокой старости, а Петру - быть распятым за свидетельство веры. К искупительному кресту царя иудейского присоединился крест человека, которого Христос нарек Скалой и Пастырем, и которому предстояло, "обратившись, утвердить братьев своих". Утро Церкви занималось над страной

ской. С каждым днем увеличивался приток верующих. В Галилее никто не чинил им препятствий. Иногда сотнями уходили они в пустынные места для молитвы, ожидая встречи в Господом.

Назарестскую семью, особенно Марию, Мать Спасителя, окружило благоговейное почитание. Скоро к общине примкнули даже те родные Иисуса, которые прежде сторонились Его. Обратился и Иаков, старении из сводных (или двоюродных) братьев Христа, человек истового благочестия. Сохранилось древнее предание, что он дал обет полного поста, пока не увидит Воскресшего собственными глазами. И тогда Иисус предстал перед ним, благословил хлеб и протянул его Иакову: "Брат Мой, вкуси хлеба сего, ибо Сын Человеческий восстал".

Подробности сказания едва ли достоверны. Но очень возможно, что будущий глава Иерусалимской. Церкви слышал о явлениях и хотел, подобно Фоме удостовериться в их реальности сам.

Сколько времени первая община оставалась в Галилее? Лука говорит о сорока днях явлений, после чего апостолы уже вновь собрались в Иерусалиме и встретили там праздник Шавуют, или Пятидесятницы. Некоторые толкователи думают, что этот срок - лишь символ некоего подготовительного периода. По их мнению, за месяц Церковь не могла достичь численности в несколько сот человек, а следовательно, Лука имел в виду Пятидесятницу 31 года. Хотя вопрос этот не представляется существенным, традиционная дата кажется более вероятной. Сила воздействия проповедников, вдохновленных свыше, могла очень быстро принести обильные плоды. К тому же трудно предположить, чтобы апостолы, призванные Господом для благовестия, стали медлить.

Павла видение в Дамаске сделало не просто учеником Иисуса, а миссионером нового Откровения. То же самое произошло с одиннадцатью.

Вероятно, в середине мая верующие поднялись на одну из гор в Галилее, куда повелел им прийти Иисус.

УЧЕНИЕ О ВОСКРЕСЕНИИ

Там они увидели Его стоящим на вершине. Собравшихся было около пятисот человек. Все опустились на колени, хотя иные все еще не могли поверить, что Он воистину жив. И тогда над толпой прозвучали слова, которым и доныне внимают столетия: "Дана Мне всякая власть на небе и на земле. Итак, идите и научите все народы, крестя людей во имя Отца и Сына и Святого Духа, уча их соблюдать все, что Я заповедал вам. И вот Я с вами в все дни до скончания века".

Завершился мессианский путь Сына Человеческого, но Его благовестников, которых Он посылал "проповедовать Евангелие всей твари", ждала впереди долгая дорога.

За восемь веков до этих великих дней Израиль, сдавленный со всех сторон могущественными врагами, услышал пророчество, которому тогда было трудно поверить:

Утвердится гора Дома Господня во главе гор, и возвысится над холмами, И соберутся к ней все племена, и придут народы многие... Ибо из Сиона выйдет учение, и слово Господа - из Иерусалима.

^Теперь предреченное сбывалось. Основание Церкви нужно было закладывать в городе пророков, там, где Мессия принес Себя в жертву.

В Иерусалим двинулись в середине мая. К одиннадцати присоединились и Семьдесят апостолов. Всего вместе с женщинами и другими учениками было около ста двадцати человек. Со стороны это первое воинство Христово выглядело как обычный караван пилигримов, идущий на праздник Шавуют.

В город вошли уже без боязни, зная, что Воскресший не покинет их. Когда собрались в доме, где еще недавно встречали Пасху Нового Завета, где пережили ужас катастрофы и радость возрождения, Спаситель вновь явился освятить трапезу братьев. Он еще раз объяснил им значение пророчеств: "Так написано,

бы Мессии пострадать и воскреснуть из мертвых в третий день и чтобы было проповедовано во имя Его покаяния для отпущения грехов во всех народах, начиная от Иерусалима. Вы свидетели этому. И вот Я посылаю обещанное Отцом Моим на вас. Вы же оставайтесь в городе этом, доколе не облечетесь силою свыше".

Затем Иисус, как пишет св.Лука, "вывел их до Вифании". Шел ли Он с учениками незримо для других или только повелел им идти к селению, которое всегда любил, мы не знаем. Когда взошли на Елеонскую гору, у многих при виде Его на миг проснулись прежние иллюзии: им казалось, что уже настал день всемирного явления Мессии во Славе.

- Господи, не в это ли время восстанавливаешь Ты Царство Израилю?

- Не вам знать времена и сроки, которые Отец установил Своей властью. Но вы примете силы, когда найдет Дух Святой на вас, и вы будете Моими свидетелями и в Иерусалиме, и во всей Иудее, и Самарии, и до пределов земли.

Воскресший поднял руки, благославляя Своих посланников, и постепенно "стал отдаляться от них".

Однако апостолы не испытывали печали. Уже не трех избранных, как на горе Преображения, а всех собравшихся осенил небесный свет, "облако Славы Господней". Победитель смерти восходит "одесную Отца".

Отныне Его присутствие не будет иметь границ. Он - всюду: и в тайниках души, и в просторах земли и неба, и в беспредельности звездных миров. Он будет обитать в церкви, в Своих апостолах, которым сказал: "Я посылаю вас..."

Человек идет по земле. Пересекает пустыни, реки, моря, горные хребты Голод и властолюбие, алчность и любопытство влекут его все дальше. Он везет с собой дорогие товары и свитки книг; он приносит порабощение и мудрость, открытия и гибель. Но вот к этим неисчислимым караванам прибавляются новые путники. Ими движет любовь и вера, воля Христа и Дух Божий; они несут людям радостную весть о Сыне Человеческом.

86

И цокуда стоит мир - апостольский путь будет продолжаться.

Чудо воскресения, по учению церкви служит довершением тех событий, которыми свидетельствуется божественное достоинство Христа. Рационализм XVIII в. отрицал действительностт воскресения Христа тем, что, дескать, ученики Христа украли его тело и распространили весть о воскресении Учителя. На смену этоуе объяснени. явилось другое: что Христос не умер на кресте, а только впал в летаргический сон, а потом в прохладном каменном гробу с сильными ароматами, при усердном уходе друзей, был приведен в чувство. Критикуя эту гипотезу летаргического сна, Штраус говорит: "Вышедший из гроба полуживым, ходящий в болезненном виде, нуждающийся в уходе и изнемогающий от томительных страданий Иисус Христос никак не мог бы произвести на учеников то впечатление победителя смерти и владыки жизни, которое послужило основанием всей дальнейшей их деятельности".

Конечно, воскресение Иисуса из мертвых к вечной жизни было не только несомненным и безошибочным признаком его божественности, но и залогом того, что люди вообще также восстанут из своих могил. Эта решительная и драматическая победа над смертью доказала не только то, что Иисус это сын Божий, но и то, что все люди - дети Божий.

Учение о воскресении мертвых претерпевало различные видоизменения.

По учению св. Писания, тело воскресшее будет преобразовано в нетленное, неподлежащее разрушению; оно будет сильное, неподлежащее болезням и духовное. Относительно свойств воскресшего тела церковные учителя и писатели учат различно. Одни обращали особенное внимание на тождественность воскресшего тела с настоящим и учили, что человек воскреснет с тем же телом, с которым жил, даже если оно будет искалеченное или уродливое. Другие обращали преимущественное внимание на новые качества воскресшего, преображенного тела. Ориген, в

полемике с еретиками, говорит, что "мы должны получить снова не какие-либо иные, чужие, но наши собственные тела". Но ратуя против хилиастов, признававших полную тождественность воскресших тел с настоящими не только по виду, но и по свойствам и отправлениям, он учил, что мы получим после воскресения тело духовное, эфирное, не подлежащее ни зрению, ни осязанию, не имеющее никакой тяжести и веса, способное изменяться сообразно с местом, где будем обитать. Ориген доводит качество воскресшего тела до ангельской бесплотности и, по-видимому, противоречит тому, что сам же говорит о тождественности воскресшего тела с настоящим. Двойственность Оригена вызвала двоякое отношение к нему и к самому вопросу. В частности, рассуждали: будут ли половые различия между воскресшими? Какого возраста будут воскресшие? При этом говорили или за юношеский (Августин), или за зрелый (Иероним), другие утверждали, что человек воскреснет в том возрасте, в котором умер (Тертуллиан). В средние века только Скот Эригена усвоил себе представления Оригена о новых свойствах воскресшего тела; а все другие, следуя Иерониму и Августину, настаивали на полной тождественности воскресшего тела с настоящим. Схоластики задавали и решали всякие затейливые вопросы: воскреснут ли волосы и ногти, и в каком количестве? Воскреснут ли кишки и чем будут наполнены? и т. д. Воскресение тела почитается догматом одинаково у православных, у католиков и протестантов.

ЛИТЕРАТУРА

1. Л. Я. Штернберг. Первобытная религия в свете этнографии. М-Л. 1936.

2. К. Керам. Боги, гробницы, ученые. М. 1960.

3. Культура древнего Египта. М. 1976. (ред. И. С. Кацнельсон).

4. В. В. Розанов. Люди лунного света. М. 1990.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

ПРЕДСТАВЛЕНИЯ ДРЕВНИХ НАРОДОВ О ЗАГРОБНОМ МИРЕ

У целого ряда народов, даже у тех которые признавали метемпсихоз, мы находим весьма широко распространенное учение о существовании особого загробного мира, куда переходят души умерших; такое представление находим от крайнего севера земного шара (эскимосы) до крайнего юга (огнеземельцы и патагонцы).

В разное время разно представляли себе местонахождение этого загробного мира.

На вопрос, почему в одной стране люди выбирали жилищем отлетевших душ землю, а другой - подземные области, в третьей - небо, бывает часто очень трудно ответить. Но мы, по крайней мере, можем наблюдать, как люди много раз принимались за этот вопрос и из трех или четырех подходящих ответов один народ остановился на одном, другой - на другом, а некоторые принимали их по нескольку сразу.

Во-первых, когда страна духов помещается на поверхности земли, для выбора остаются соответственные места между дикими туманными пропастями, замкнутыми долинами, широкими равнинами и островами. На Борнео один английский путешественник посетил рай племени идеан, помещающийся на вершине Кина-Балу, и туземные проводники, боявшиеся оставаться ночью в этой области духов, показали ему мох, которым питались души их предков, и следы ног

ЛУЧШЕ НЕГУ ТОГО СВЕТА?

призрачных буйволов, следовавших за ними. На горе Гунутш-Данк, в западной части Явы, находится другой такой же "земной рай". Саджиры, живущие в этой области, исповедуют ислам, но втайне придерживаются своей прежней веры и при смерти или погребении торжественно увещевают душу отказаться от мусульманского Аллаха и направиться к местопребыванию душ своих предков. Джонатан Ригг прожил десять лет среди этих племен и хорошо познакомился с ними; тем не менее ему ни разу не говорили, что их рай находится на этой горе. Когда наконец он услышал об этом, он поднялся на гору и нашел на вершине ее лишь несколько камней, сложенных в кучу, как это обычно делается в этой стране с религиозными целями. Народное поверье, согласно которому начальники, допустившие поругание священного места, делаются жертвой тигров, вскоре получило подтверждение: через несколько дней тигр растерзал двоих детей, и это несчастье было приписано, конечно, святотатству Ригга.

Чилийцы, говорили, что души отправляются на запад через море в Гульчеман, местопребывание умерших, лежащее за горами. По мнению одних, жизнь была здесь полным блаженством для всех, а по мнению других, часть душ наслаждалась, а другая страдала. В Мексиканских горах скрывался чудесный сад Тлалокан, где маис, тыквы, перец и томаты всегда росли в изобилии и где жили души детей, принесенных в жертву местному божеству Тлалокону, а также души утопленников, убитыхмолнией, умерших от проказы, водянки и других тяжелых болезней. Подобные представления в виде пережитка прослеживаются вплоть до средневековой цивилизации в легендах о земном рае, обнесенном огненной стеной и служащем чистилищем праведных, которые не достигли еще высшего блаженства. Этот рай помещался на крайнем востоке Азии, где земля сходится с небом. Когда Колумб отправился на запад через Атлантический океан отыскивать "новую землю и новое

небо", о которых читал в Книге Исаии, он нашел их, хотя и не в том виде, как думал. По странному совпадению он обнаружил здесь также, хотя и не таким, как ожидал, "земной рай", вторую важную цель своих поисков. Гаитяне описывали белым свой Уоаибаи", рай умерших, в прелестных западных долинах острова, где души днем скрываются в скалах, а ночью выходят наслаждаться чудными плодами дерева мамэ, которыми живые пользуются крайне умеренно, чтобы души их друзей не терпели недостатка в них.

Во-вторых, по мнению австралийцев, духи умерших остаются некоторое время на земле и наконец отправляются на запад, где садится солнце, через море к островам душ, жилищу предков. Таким образом, эти дикари выработали два представления, с которыми мы так часто встречаемся в дальнейшем развитии культуры, - представление об острове умерших и представление о том, что страна отошедших душ лежит на западе, куда солнце опускается вечером при своей ежедневной смерти. У североамериканских индейцев алгонкинский охотник, покинувший на время свое тело, чтобы посетить страху духов, лежащую на ясном юге, увидел перед собой чудные деревья и растения и заметил, что может проходить через них. Затем на лодке из блестящего белого камня он переплыл через озеро, на котором гибнут от бурь все грешные души, и пристал к прекрасному счастливому острову, где нет ни холода, ни войны, ни кровопролития, где все наслаждаются счастьем и питаются воздухом, которым дышат. Тонганские легенды рассказывают, что много лет тому назад лодка, возвращавшаяся из Фиджи, была прибита бурей к Болоту, острову богов и духов, лежащему на океане к северо-западу от острова Тонга. Это остров, который будто бы больше всех окружающих изобилует, по поверью, чудными плодами и прелестными цветами, наполняющими воздух благоуханием и тотчас же вырастающими вновь после того, как их

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

сорвут. Там много птиц с великолепными перьями и изобилие свиней. Все они бессмертны и могут быть убиты лишь в пищу богам, причем вместо них сразу же появляются новые животные. Но голодные путники, приставшие к берегу, тщетно пытались срывать плоды призрачного хлебного дерева. Они подходили беспрепятственно сквозь деревья и дома, так же как души вождей, попадавшиеся им навстречу, проходили сквозь их тела. Получив совета скорее покинуть эту страну, где не было земной пищи, путешественники вернулись на остров Тонга, но смертоносный воздух Болоту заразил их, и они вскоре умерли.

Подобные представление крепко держались и в классическом миросозерцании в виде верования в существование рая на Блаженных Островах, в далеком Западном океане. Гесиод в своих "Трудах и днях" рассказывает о полубогах IV в. до н. эД между бронзовым и железным веками. Когда смерть настигла это героическое племя, Зевс дал ему жизнь и новое отечество на конце земли, в стороне от людей и вдали от бессмертных. Здесь над ними царствует Кронос, и они беззаботно живут на Блаженных Островах у глубокого океана - счастливые герои, для которых хлебородные поля цветут трижды в год и приносят сладкие как мед зерна.

Приведенные легенды должны представлять особый интерес для англичан, страна которых слыла, повидимому, таким же островом мертвых.

В-третьих, верование в подземный Аид, населенный душами умерших, весьма распространено между примитивными обществами. Земля плоская, говорят ительмены на Камчатке, потому что, будь она круглая, люди падали бы с нее. Это - изнанка другого неба, покрывающего другую землю под нами, куда мертвые должны отправляться к новой жизни. Таким образом, мировая система походит на кадку с тройным дном. В Северной Америке такулли полагают, что душа отправляется после смерти во внутренность

земли, откуда может возвращаться в человеческом образе для посещения близких. В Южной Америке бразильские души отправляются в подземный мир, лежащий на западе, а души патагонцев идут наслаждаться вечным опьянением в пещеры своих древних

богов.

Когда умирает самоанец, толпа духов, окружающих его дом в ожидании его души, отправляется с нею по суше и морям ко входу в царство духов. Последнее лежит на крайнем западе самого западного острова Савайи, и здесь можно видеть два круглых отверстия, через которые спускаются души (вожди через большее, а простые люди через меньшее) в область подземного мира. Там есть свое небо, земля, море и люди с настоящими телами, которые сеют, ловят рыбу, варят пищу, как и в земной жизни. Но ночью их тела превращаются в массу огненных искр, и в этом виде в часы темноты они приходят посещать свои прежние жилища, а с наступлением зари прячутся в кусты или уходят снова в подземное царство.

Греческий Аид (римский Оркус) лежал в недрах земли, и, когда камень, запиравший вход в царство теней, отодвигался в торжественные дни, духи умерших выходили на землю и пользовались приношениями близких. У греков Аид находился под землей, и им была не чужда мысль, что это есть царство заката западного бога. Народное представление об Аиде описано у Лукиана таким образом: "Толпа, которую мудрые справедливо называют "идиотами", верящая Гомеру, Гесиоду и другим составителям басен на эту тему и считающая их вымыслы, как александрийцы, законом, предположила некое глубокое место под землей - Аид. Этот Аид обширен, мрачен и лишен солнечного света. Каким образом он освещается так, чтобы там один мог отличать другого, - этого я не знаю".

В древнем египетском учении о будущей жизни, сложившемся по типу солнечного мифа, Аменти,

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

царство мертвых, есть сочетание подземной области и запада. Мертвые проходят через врата заходящего солнца, идут по дорогам тьмы и наконец оказываются перед лицом своего отца Осириса. Таким же солнечным представлением руководствовались египетские жрецы, изображавшие в символических обрядах картины другого мира, перевозя труп в священной лодке к кладбищу на западной стороне священного озера. Точно так же и пещерный шеол израильтян, туманная страна отошедших душ, лежал глубоко под землей. Во всех религиозных системах арийцев, в брахманизме, -зороастризме и, позднее, в христианстве и исламе подземный мир место очищения или наказания - составляет печальный контраст небесным сферам, полным света и славы.

Сюда же относится мысль, что вулканы суть отверстия подземного мира. Это представление не совсем чуждо примитивным обществам, судя по тому, что путешественники говорят об обычае некоторых новозеландских племен бросать своих покойников в кратер. Но в связи с понятием о геене с серным пламенем Везувий, Этна и Гекла внушали ужас уму христиан, так как эти вулканы считались местами чистилища, и даже самыми отверстиями той пропасти, в которую низвергались души грешников. Индейцы в Никарагуа в древние времена приносили людей в жертву своей огнедышащей горе Масайя, бросая трупы в кратер, а позднее, после обращения страны в христианство, миссионеры посылали кающихся на эту гору, советуя им (для ясного представления об аде) смотреть вниз на расплавленную лаву.

В-четвертых, в древние и новые времена людям приходило в голову избирать солнце и луну место пребывания отошедших душ. Узнаем от диких натчезов у Миссисипи и от флоридских апалачей, что солнце есть светлое жилище умерших вождей и храбрых, и встречаем подобные же представления в религиозных учениях Мексики и Перу. Когда в Южной Америке индеец племени салива

указывает на луну как на рай, где нет москитов, когда гваякуру видит в ней жилище вождей и знахарей, а токелусский полинезиец - царство умерших правителей и начальников, нам легко сравнить эти забавные вымыслы с рассказами Плутарха о добродетельных душах, которые, очистившись в промежуточном пространстве, поднимаются на луну, где их увенчивают как победителей.

В Северной Америке виннебаго помещали свой рай на небе, причем души отправлялись в него по той "дороге мертвых", которую мы называем Млечным путем. Современный ирокез под влиянием солнечного мифа говорит, что душа летит кверху и на запад, пока не достигнет чудных небесных равнин с людьми, деревьями и многим другим, что встречается на земле. Среди образов, в которых человечество рисует себе будущую жизнь, следует различать в особенности два главнейших представления. Одно из них изображает будущую жизнь как отражение настоящей: в новом мире, или в фантастически прекрасном или в призрачно-туманном, человек удерживает земную форму и условия прежнего существования, живет между земными друзьями, владеет своей земной собственностью и занимается обычными земными делами. По другому представлению, будущая жизнь есть вознаграждение за настоящую, и удел человека там является следствием его земной жизни, или лучше сказать, наградой или наказанием за нее. Первую из этих идей можно назвать "теорией продолжения существования", а вторую, противопоставляя ее первой - "теорией возмездия".

К учению о продолжении существования относится преимущественно воззрение дикарей на страну духов как на призрачную область, куда так часто Души живых отправляются для посещения душ Умерших. Там душа умершего карена с помощью душ его топора и серпа строит себе дом и срезает рис. Тень алгонкинского охотника охотится за душами бобра и лося, скользя по душе снега на душе лыж.

* Заказ N 425

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

Закутанный в шубу камчадал ездит в санях на собаках. Зулус доит свою корову и загоняет скотину в крааль. Южноамериканские туземцы живут такими, какими оставили свет, т. е. здоровыми или больными, целыми или изувеченными, притом ведут совершенно тот же образ жизни, что и на земле, и даже имеют при себе жен, хотя, по мнению арауканцев, у них не бывает больше детей, так как они - только души. Страна духов есть страна снов с их туманными невещественными образами, для которых, однако, все формы даются материальной действительностью.

Индеец могаук описывает прекрасные райские страны так, как он видел их во сне. Тень оджибве идет по широкой торной Дороге, ведущей на запад, переходит через быстрые и глубокие потоки и, достигнув наконец страны, изобилующей дичью и всем, что нужно индейцу, присоединяется к своим родственникам в их обширном жилище. На южном материке боливийский юракаре отправляется в будущую жизнь, где будет вдоволь охотиться, а лесные племена Бразилии находят там роскошные леса, полные дичи, и ведут счастливую жизнь в обществе сво-1 их близких, j

Гренландцы надеются, что их души, бледные, нежные, бестелесные образы, неуловимые для живого человека, будут вести на том свете нескончаемую и более счастливую жизнь. Лучший мир этот лежит, всего вероятнее, на небе, куда души взбираются по радуге и где они раскидывают шатры вокруг большого озера, полного рыб и птиц. Когда это озеро над небом переполняется, на земле бывает дождь, если же его берега прорвутся, будет второй потоп. Но так как эти туземцы добывают все средства к существованию из глубин моря, то они также склонны представлять страну Торнгарсука под морем или под землей. Входом туда служат глубокие пещеры в скалах. Там вечное лето, всегда чудный со ;нечный свет и отсутствие ночи, там вкусная вода,

изобилие птиц и рыб, тюлени и северные олени ловятся там без всякого труда или даже прямо варятся в котле.

В области Кибьунда, на юго-западе Африки, души живут в "Калунг", мире, где бывает день, когда на земле ночь. Пища и питье там в изобилии, душам прислуживают женщины, развлечением служат охота и танцы, и вообще загробная жизнь является там приукрашенным подобием настоящей. Если сравнить эти картины будущей жизни с теми, в которых выразились стремления более образованных народов, то между ними будет, конечно, разница в деталях, но сущность остается одна и та же - идеализация земного благосостояния.

Идеал скандинава обрисован немногими широкими штрихами, представляющими его живущим в Валгалле, откуда он и несметное число других воинов каждое утро в боевом порядке выезжают на равнину Одина и бьются друг с другом, пока жребий не наметит жертв, как и в земных сражениях. Когда наступает обеденное время, победители и побежденные садятся на коней и возвращаются домой есть вечного кабана и пить мед и пиво.

Где и что такое был шеол, местопребывание умерших у древних евреев? Шеол тесно связан с Иркалой вавилоно-ассирийской религии, мрачным подземным убежищем, состоящим из семи кругов, откуда человеку нет возврата. Только богиня Иштар прошла через семь врат и возвратилась на землю из своего странствия для того, чтобы спасти все живое от гибели. В истории религии есть немного текстов более поучительных, чем те, где пророки ветхого завета обнаруживают существовавшую во времена их предков связь между их верованиями и религией Вавилонии. Связь эта сказалась и в представлении о мрачной тюрьме духов, шеол, через ворот которого должны пройти и эддин, и иудей. Это - пещера, пропасть, подземная глубь без дна. "Ашур и весь его народ, Элам с его полчищами и все павшие властители

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

'необрезанных находятся там. Сам великий царь Вавилонии должен спуститься туда".

Народы с установившимися представлениями о подземном жилище отошедших душ и с установившейся соответственной терминологией, естественно, пользовались последней при переводе библейского слова "Шеол". Так, в греческой Библии "семидесяти толковников" шеол назван Гадесом, у коптских переводчиков он передан унаследованным издавна от египтян словом "Аменти", а Вульгата переводит его словом "преисподняя".

Тени умерших пребывающие в Шеоле, не любят, чтобы их покой нарушался теми, кто вызывает умерших. Однако этот покой не без горечи сравнивается с жизнью на земле: "Все, что может рука твоя делать, по силам делай; потому что в могиле, куда ты пойдешь, нет ни работы, ни знания, ни мудрости". Подробные представления о жизни теней под землей не исчезли и тогда, когда в более поздний период у евреев произошел коренной переворот в верованиях, когда прежние учения о призрачном продолжении жизни уступили место учению о воскресении и возмездии. Древние представления проникли даже в католическую легенду, найдя отражение в картинах, изображающих Христа нисходящим в ад, чтобы вывести оттуда патриархов.

В счастливую страну Торнгарсука, великого духа, попадают только те гренландцы, которые были хорошими работниками на земле - других добродетелей у них не признается, - т. е. совершили великие подвиги, поймали много китов и тюленей, много трудились, погибли в море или умерли в родах. Шарльвуа говорит о южных индейцах, что права на загробную охоту в вечно зеленеющих равнинах даются, по их понятиям, лишь тому, кто был хорошим охотником и воином на земле. Лескарбо, говоря о веровании виргинских индейцев, замечает, что злыми они считают своих врагов, а добрыми самих себя и что таким образом, по их мнению, после смерти

они будут жить в довольстве, особенно те из них, которые сражались за родину и убивали своих врагов.

По поверьям бразильского племени тупинамба, души умерших, которые жили добродетельно, т. е. мстили врагам и многих из них съели, поселятся за большими горами и будут плясать в роскошных садах с душами отцов, тогда как души изнеженных ничтожных людей, которые не старались защищать отчизну, отправятся к Эиньяну, злому духу, на вечные мучения.

По Босмэну, души гвинейских негров, придя к реке смерти, должны дать божественному судье отчет о своей жизни. Если они свято чтили праздники, посвященные их богу, воздерживались от запрещенных яств и исполняли свои обеты, они переправлялись прямо в рай. Если же они грешили против этих постановлений, их бросали в реку, где они тонули безвозвратно. Подобные представления в среде столь низко развитых народов встречаются не часто и едва ли могут рассматриваться как туземные религиозные учения. Только в разработанных религиозных системах более цивилизованных народов, в современном брахманизме и буддизме и в извращенных формах христианства специальное использование учения о возмездии в интересах духовенства и внешней обрядности сделалось общим местом миссионерских описаний.

Одно из даякских племен, сжигая умерших, говорит: "Когда поднимается вверх дым погребального костра хорошего человека, то душа его вместе с ним возносится на небо, дым же от костра злого человека падает вниз, и душа вместе с ним опускается на землю, а отсюда в подземное царство". Не проникла ли столь необычная для данного культурного уровня идея -в умы даяков от соприкосновения с индусскими учениями?

Далее, в Ориссе кондские души должны перепрыгнуть через черную бездонную реку и удержаться на

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

скользкой выдающейся скале, где сидит Динга-Пенну, судья мертвых, записывая ежедневный образ жизни и действия людей. Добродетельные души он отправляет в царство, где им суждено сделаться блаженными духами, а грешников отталкивает от берега, чтобы они в новых рождениях на земле могли искупить свои преступления.

В конце 16-й руны финского эпоса Калевала, рассказывающей о путешествии Вяйнямейнена в мрачно царство мертвых, в уста героя вкладывается совет сынам человеческим не обижать невинных, потому что их ожидает тяжелое возмездие в царстве туони. Там находится ложе для нечестивцев с постелью из сверкающих раскаленных камней и покровом из змей.

Средневековый рассказ о посещении другого мира был бы неполон без описания страшного Моста Смерти. Ахерон и лодка Харона были помещены духовидцами и поэтами в Тартаре на своем прежнем месте. Стоны грешных душ, которых накаливали добела в кузницах Вулкана, доходили и до ушей правоверных католиков, а взвешивание добрых и злых душ на весах правосудия, изображение которого можно видеть на каждом гробе египетских мумий, было вменено легендой в обязанность святому Павлу и дьяволу.

Взвесив должным образом предыдущие соображения, мы должны заострить внимание на вопросе' на какой ступени истории религии могло появиться полное богословское учение о правосудном возмездии и нравственном вознаграждении? Трудно, однако. ответить на этот вопрос даже применительно к варварской ступени культуры. Так, у варварских народов Западной Африки такого рода поверья мы видим, например, в Нуффии, где считают, что преступники, избегнувшие наказания в этом мире, не уйдут от него на том свете. У племени иоруба подземный мир разделен на верхнюю и нижнюю области для праведных и грешников. Племя кру верит, что

только добродетельные отправляются к предкам на небо. По учению племени оджи, только праведные будут жить после своей смерти в небесном доме или городе их божества, которое они называют "высшим".

В Северной Америке существует представление о реке или заливе, через которые отошедшие души должны переправляться в другой мир. Это представление - одна из самых замечательных черт в мифологии всего мира. По своему происхождению оно является, по-видимому, природным мифом, связанным, вероятно, с прохождением солнца через море в подземную область, и в своих разнообразных вариантах оно играет роль простого эпизода из обычного странствования душ, без всякой примеси нравственной идеи.

Бребеф, тот иезуитский миссионер, который утверждает, будто гуроны в своих представлениях о будущей жизни не делают никакого различия между судьбой добродетельных и порочных людей, упоминает о стволе дерева, который, по поверьям гуронов, перекинут через реку смерти. Через него-то и должны переходить мертвые, но охраняющая его собака бросается на души, и некоторые из них падают в воду. В других вариантах этого же мифа переправа через небесный залив служит испытанием для разделения добрых от злых. Приведем лишь один пример рассказ Кэтлина о странствовании на запад душ мертвых из чоктаусского племени. Здесь с одной скалы на другую над глубоким и страшным потоком перекинуто длинное скользкое бревно без коры. Праведные переходят через него без труда в чудный рай индейцев; нечестивые же падают в пропасть и относятся потоком в темную, голодную, печальную страну, где отныне им суждено оставаться.

Это и многие другие сходные с ним поверья, встречающиеся в религиях мир, которые было бы излишне здесь перечислять, становятся понятнее, если смотреть на них как на природные мифы,

мененные к религиозным целям. Еще в 1623 году капитан Дж. Смит писал о массачусетцах, имя которых удержалось до сих пор в той местности Новой Англии, которую они некогда населяли. По их словам, сначала был только один царь, Киетан, который живет далеко на западе над небесами, куда все добрые люди отправляются после смерти и где имеют всего в изобилии. Дурные люди также идут туда и стучатся в дверь, но он посылает их бродить в вечной нужде и печали, так как они не должны оставаться в его царстве.

ЦАРСТВО АИДА

Остановимся несколько подробнее на представлениях античного мира о посмертном существовании души.

Мрачными красками рисует классический мир темное подземное царство, в котором тени умерших должны присоединяться ко многим, отошедшим прежде них. Свирепый римский Оркус держит бледные души, не щадя ни добрых, ни злых. Мрачна у греков страна Аида, темная обитель образов умерших людей.

Ад орошали две реки: Ахерон и Стикс. Именем этой последней реки клялись боги, произнося клятвы, и эти клятвы считались ненарушимым и страшными. Стикс катил свои черные волны среди безмолвной долины и девять раз огибал Ад. Ахерон, грязная и мутная река, охранялась перевозчиком Хароном. Его описывают в таком виде: в грязной одежде, с нечесанной длинной белой бородой, он одним веслом управляет своей лодкой, в которой перевозит тени умерших, тела которых на земле уже погребены; лишенных же погребения он безжалостно отталкивает, и тени эти осуждены вечно странствовать, не находя покоя. Платой за перевоз служит мелкая медная монетка обол, который вкладывали в рот умершему.

Как только тени умерших были перевезены через Ахерон, на другом берегу встречал их Цербер, или адский пес, обладающий тремя головами, и лай которого так устрашал умерших, что отнимал у них даже всякую мысль о возможности возврата туда, откуда они прибыли. Затем тени должны были предстать перед Плутоном (Аид), царем Ада и Прозерпиной, его супругой. Но Плутон не судил мертвых, это исполняли подземные судьи: Минос, Эак и Радамант. Эак судил европейцев, Радамант - азиатов (его всегда изображали в азиатском костюме), а Минос должен был, по повелению Зевса, судить, решать сомнительные случаи.

Прозерпине не было дано активной роли в Аду. Адская богиня Геката призывала мстительных фурий (Бвменид), которые схватывали и овладевали грешниками. Геката была покровительницей волшебства и заклинаний; ее изображали в виде трех соединенных вместе женщин: этим как бы поясняется, что власть ее распространялась на небо, землю и ад. Первоначально Геката не была богиней Ада, но она подарила Европе румяна и тем как бы вызвала восхищение и любовь Юпитера. Ревнивая Юнона стала ее преследовать. Геката должна была укрыться от нее под погребальной одеждой и тем сделалась нечистой. Юпитер приказал очистить ее в водах Ахерона, и с тех пор она стала богиней подземного царства. Немезида, богиня мести, исполняла в Аду почти такую же роль, как Геката; она изображалась с согнутой у локтя рукой, чем намекалось на локоть, меру длины в древние века: "Я, Немезида, держу локоть. Зачем, спросишь ты? Потому что я напоминаю всем, что не надо превышать меры". Павзаний описывает картину художника Полигнота, изображающую царство Ада: "Прежде всего, вы видите реку Ахерон; берега ее покрыты тростниками; в воде видны рыбы, но это скорее тени рыб, нежели живые рыбы. На реке лодка, в лодке гребет перевозчик. Нельзя хорошенько различить, кого перевозит Харон. Но невдалеке от

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

лодки Полигнот изобразил ту пытку, которой подвергается жестокий сын, осмелившийся поднять руку на отца; она состоит в том, что собственный отец его вечно душит. Подле этого грешника стоит нечестивец, осмелившийся грабить храмы богов; какая-то женщина смешивает яды, которые должен он вечно пить, испытывая при этом страшные мучения. В те времена люди чтили и боялись богов; поэтому художник поместил в Аду нечестивца, как одно из страшнейших грешников". Почти не сохранилось в искусстве изображения языческого Ада, и только из описаний поэтов знаем мы о некоторых грешниках и о пытках, которым они подвергались за своим преступления, - например, Иксион, Сизиф, Тантал и дочери Даная Данаиды. Иксион оскорбил Юнону, за что был привязан змеями к колесу, которое вечно вертелось. Разбойник Сизиф должен был вкатывать огромную скалу на вершину горы, но лишь только скала дотрагивалась до этой вершины, как невидимая сила сбрасывала ее в долину, и несчастный грешник, обливаясь потом, должен был вновь начинать свою трудную, бесполезную работу. Тантал, царь Лидийский, вздумал испытать всеведение богов. Он пригласил их на пир, зарезал своего родного сына Пелопса, приготовил из него кушанье, думая, что те не узнают, какое ужасное блюдо стоит перед ними. Но только одна Церера (Деметра), удрученная горем вследствие исчезновения дочери Прозерпины, съела нечаянно кусок плеча. Юпитер приказал Меркурию собрать куски, соединить их вновь и оживить ребенка, а недостающее плечо сделать из слоновой кости. Тантал за его каннибальский пир был приговорен стоять по горло в воде, но лишь только он, мучимый жаждой, хотел напиться вода уходила от него; над головой его висели ветки с прекрасными плодами, стоило ему, голодному, протянуть к ним руку, как они поднимались до небес.

Одна из самых интересных пыток, которую придумало богатое воображение греков, та, которой были

подвергнуты дочери Даная. Два брата, потомки несчастной Ио, Егиет и Данай имели: первый - пятьдесят сыновей, а второй - пятьдесят дочерей. Недовольный и возмутившийся народ, подстрекаемый сыновьями Египта, заставил Даная удалиться в Аргос, где он научил народ рыть колодцы, за что был избран царем. Вскоре в Аргос пришли сыновья его брата; они стали добиваться примирения с дядей и пожелали взять его дочерей себе в жены. Данай, видя в этом возможность сразу отомстить своим врагам, согласился, но уговорил своих дочерей убить в брачную ночь мужей. Все, кроме одной, Гипермнестры, исполнили приказание отца, принесли ему отрубленные головы мужей и похоронили их в Лерне. За это преступление Данаиды были приговорены в Аду вечно наливать воду в бочку, не имеющую дна. Полагают, что миф этот как бы намекает на то, что Данаиды олицетворяют реки и источники той страны, высыхающие там каждое лето.

Противоположностью страшному Аду являются Елисейские Поля, местопребывание безгрешных. Там, по описанию Виргилия, леса вечно зеленые, поля покрыты роскошными жатвами, воздух чист и прозрачен. Одни тени на мягкой зеленой траве упражняют свою ловкость и силу в борьбе и играх; другие, ритмично ударяя палками о землю, скандируют стихи. Орфей, играя на лире, извлекает из нее гармоничные звуки. Тени также лежат под сенью лавровых деревьев и прислушиваются к веселому журчанию прозрачных источников. Там, в этих блаженных местах, находятся тени раненных воинов, сражавшихся за отечество, жрецов, сохранивших всю жизнь Целомудрие, поэтов, которых Аполлон вдохновлял, всех, кто посредством искусства облагораживал людей, и тех, благодеяния которых оставили память о себе, и все они увенчаны белоснежной повязкой безгрешных.

Люди же обыкновенные, - а таких большинство, - бродят по лугу, в бестелесные обратившись тени,

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

неосязаемые, как дым. А питаются они теми возлияниями и жертвами, приносимыми на могилах. Поэтому, если у того или другого мертвеца не останется наверху, на земле, друга либо родственника, такой гражданин царства мертвых остается без пищи и голодает.

Тени, сохраняя свои земные черты и предсмертные раны, живут неслышно скользящими, тихо шепчущими толпами, будучи лишь призраками настоящей жизни. Подобно дикарю-охотнику, на призрачных равнинах Аида великий Орион, по-прежнему вооруженный медной палицей, продолжает охотиться на лугах, усеянных лилиями, за быстрыми зверями, которых он убивал некогда в уединенных горах. Подобно современному грубому африканцу быстроногий Ахилл презирает такую бледную, тощую, призрачную жизнь, он согласился бы скорее служить на земле простому смертному, чем быть властителем над всеми умершими.

Поучителен рассказ воина Эра, побывавшего, по словам Платона, в загробном мире. В Х книге "Государства" находим подробный отчет об этом посещении.

МИФ О ЗАГРОБНЫХ ВОЗДАЯНИЯХ

Я передам тебе рассказ одного отважного человека, Эра, сына Армения, родом из Памфилии. Однажды он был убит на войне; когда через десять дней стали подбирать тела уже разложившихся мертвецов, его нашли еще целым, привезли домой, и когда на двенадцатый день приступили к погребению, то, лежа уже на костре, он вдруг ожил, а оживши, рассказал, что он там видел.

Он говорил, что его душа, чуть только вышла из тела, отправилась вместе со многими другими, и все они пришли к какому-то чудесному месту, где в земле были две расселины, одна подле другой, а

напротив, наверху в небе, тоже две. Посреди между ними восседали судьи. После вынесения приговора они приказывали справедливым людям идти направо, вверх на небо, и привешивали им спереди знак приговора, а несправедливым - идти налево, вниз, причем и эти имели - позади обозначение всех своих проступков. Когда дошла очередь до Эра, судьи сказали, что он должен стать для людей вестников сего, что здесь видел, и велели ему все слушать и за всем наблюдать.

Он видел там, как души после суда над ними уходили по двум расселинам - неба и земли, а по двум другим приходили: по одной подымались с земли души, полные грязи и пыли, а по другой спускались с неба чистые души. И все, кто бы ни приходил, казалось, вернулись из долгого странствия: они с радостью располагались на лугу, как это бывает при всенародных празднествах. Они приветствовали друг друга, если кто с кем был знаком, и расспрашивали пришедших с земли, как там дела, а спустившихся с неба - о том, что там у них. Они, вспоминая, рассказывали друг другу - одни, со скорбью и слезами, сколько они чего натерпелись и насмотрелись в своем странствии под землей (а странствие это тысячелетнее), а другие, те, что с неба, о блаженстве и о поразительном по своей красоте зрелище...

За всякую нанесенную кому-либо обиду и за любого обиженного все обидчики подвергаются наказанию в десятикратном размере (рассчитанному на сто лет, потому что такова продолжительность человеческой жизни), чтобы пеня была в десять раз больше преступления. Например, если кто стал виновником смерти многих людей, предав государство или войско, и многие из-за него попали в рабство или же, если он был соучастником в каком-нибудь другом злодеянии, за все это, то есть за каждое преступление, он должен терпеть десятикратно большие муки. С другой стороны, кто оказывал благодеяния, был

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

справедлив и благочестив, тот вознаграждался десятикратно согласно заслугам...

Он рассказывал также о еще большем воздаянии за непочитание - и почитание - богов и родителей и за самоубийство. Он говорил, что в его присутствии один спрашивал там другого, куда же девался великий Ардией. Этот Ардией был тираном в каком-то из городов Памфилии еще за тысячу лет до того. Рассказывали, что он убил своего старика отца и старшего брата и совершил много других нечестий и преступлений. Тот, кому был задан этот вопрос, отвечал на него, по словам Эра, так: "Ардией не пришел, да и не придет сюда. Ведь из разных ужасных зрелищ видели мы и такое: когда после многочисленных мук были мы уже недалеко от устья и собирались выйти, вдруг мы заметили Ардиея и еще некоторых - там были едва ли не сплошь все тираны, а из простых людей разве лишь величайшие преступники - они уже думали было выйти, но устье их не пускало и издавало рев, чуть только кто из этих злодеев, неисцелимых по своей порочности или недостаточно еще наказанных, делал попытку выйти. Рядом стояли наготове дикие люди, огненные на вид. Послушные этому реву, они схватили некоторых и увели, а Ардиея и других связали по рукам и ногами, накинули им петлю на шею, повалили наземь, содрали с них кожу и поволокли по бездорожью, по вонзающимся колючкам, причем всем встречным объясняли, за что такая казнь, и говорили, что сбросят этих преступников в Тартар". Хотя люди эти и натерпелись уже множества разных страхов, но всех их сильнее был тогда страх, как бы не раздался этот рев, когда кто-либо из них будет у устья; поэтому величайшей радостью было для каждого из них, что рев этот умолкал, когда они входили в устье.

Вот какого рода были приговоры и наказания, и прямо противоположными им были вознаграждения. Всем, кто провел на лугу семь дней, на восьмой день

надо было встать и отправиться в путь, чтобы за четыре дня прийти в такое место, откуда виден луч света, протянувшийся сверху через все небо и землю, словно столп, очень похожий на радугу, только ярче и чище...

Там прорицатель бросил жребий в толпу, и каждый, кроме Эра, поднял тот жребий, который упал подле него. Эру же это не было дозволено. Всякому поднявшему стало ясно, какой он по счету при жеребьевке. После этого прорицатель разложил перед ними на земле образчики жизней в количестве, значительно большем, чем число присутствующих. Эти образчики были весьма различны - жизнь разных животных и все виды человеческой жизни. Среди них были даже тирании, пожизненные либо пресекающиеся и кончающиеся бедностью, изгнанием и нищетой. Были тут и жизни людей, прославившихся своей наружностью, красотой, силой либо в состязаниях, а также родовитостью и доблестью своих предков. Соответственно была здесь и жизнь людей неприметных. Были там и жизни женщин. Но это не определяло душевного склада, потому что душа непременно изменится, стоит лишь избрать другой образ жизни. Впрочем, тут были вперемешку богатство и бедность, болезнь и здоровье, а также промежуточные состояния.

Для человека, дорогой Главкон, вся опасность заключена как раз здесь, и потому следует по возможности заботиться, чтобы каждый из нас, оставив без внимания остальные познания, стал бы исследователем и учеником в этой области, если он будет в состоянии почерпнуть откуда-либо знание о ней. Следует отыскать и того, кто дал бы ему способность и умение распознавать порядочный и другой образ жизни, а из представляющихся возможностей всегда и везде выбирать лучшее. Учитывая, какое отношение к добродетельной жизни имеет все то, о чем шла сейчас речь, и сопоставляя это все между собой, человек должен понимать, что такое красота, если она

ЛУЧШЕ НЕГУ ТОГО СВЕТА?

соединена с бедностью или богатством, и в сочетании с каким состоянием души она творит зло или благо, а также что значит благородное или низкое происхождение, частная жизнь, государственные должности, мощь и слабость, восприимчивость и неспособность к учению. Природные свойства души в сочетании друг с другом и с некоторыми благоприобретенными качествами помогают человеку из всех возможностей сделать по размышлении выбор, считаясь с природой души: худшим он будет считать образ жизни, который ведет к тому, что душа становится несправедливее, а лучшим, когда она делается справедливее; все же остальное он оставит в стороне. Мы уже видели, что и при жизни, и после смерти это самый важный выбор для человека. В Аид надо отойти с этим твердым, как адамант, убеждением, чтобы и там тебя не ошеломило богатство и тому подобное зло, чтобы ты не стал тираном, и такой и подобной ей деятельностью не причинил бы много непоправимого зла и не испытал бы еще большего зла сам. В жизни - как, по возможности, в здешней, так и во всей последующей - всегда надо уметь выбирать средний путь, избегая крайностей; в этом - высшее счастье для человека.

Да и вестник из того мира передавал, что прорицатель сказал тогда вот что: "Даже для того, кто приступит последним к выбору, имеется здесь приятная жизнь, совсем не плохая, если произвести выбор с умом и жить строго. Кто выбирает вначале, не будь невнимательным, а кто в конце, не отчаивайся!"

После этих слов прорицателя сразу же подошел тот, кому достался первый жребий, он взял себе жизнь могущественнейшего тирана. Из-за своего неразумения и ненасытности он произвел выбор, не поразмыслив, а там таилась роковая для него участь - Хпожирание собственных детей и другие всевозможные беды. Когда он потом, не торопясь, поразмыслил, он начал бить себя в грудь, горевать, что, делая свой

выбор, не посчитался с предупреждением прорицателя, винил в этих бедах не себя, а судьбу, богов - все, что угодно, кроме себя самого. Между тем он был из числа тех, кто явился с неба и прожил свою предшествующую жизнь при упорядоченном государственном строе; правда, эта его добродетель была всего лишь делом привычки, а не плодом философского размышления. Вообще говоря, немало тех, кто пришел с неба, попалось на этом, потому что они не были закалены в трудностях. А те, что выходили из земли, производили выбор не торопясь, ведь они и сами испытали всякие трудности, да и виделц их на примере других людей. Поэтому, а также из-за случайностей жеребьевки для большинства душ наблюдается смена плохого и хорошего. Если же, приходя в здешнюю жизнь, человек здраво философствовал, и при выборе ему выпал жребий не из последних, тогда, согласно вестям из того мира, он скорее всего и здесь будет счастлив, и путь его отсюда туда и обратно будет не подземным, тернистым, но ровным, небесным.

Стоило взглянуть, рассказывал Эр, на это зрелище, как разные души выбирали себе ту или иную жизнь. Смотреть на это было жалко, смешно и странно. Большей частью выбор соответствовал привычкам предшествовавшей жизни. Эр видел, как душа бывшего Орфея выбрала жизнь лебедя из-за ненависти к женскому полу: так как от них он претерпел смерть, его душа не пожелала родиться от женщины. Он видел и душу Фамирида - она выбрала жизнь соловья. Видел он и лебедя, который предпочел выбрать жизнь человеческую; то же самое и другие мифические существа. Душа, имевшая двадцатый Жребий, выбрала жизнь льва: это была душа Аякса, сына Телемона, она избегала стать человеком, памятуя об истории с присуждением доспехов. После него шла душа Агамемнона. Вследствие перенесеных страданий она тоже неприязненно относилась к человеческому роду и сменила свою жизнь на

жизнь орла. Между тем выпал жребий душе Аталанты: заметив, каким великим почетом пользуется атлет на состязаниях, она не могла устоять и выбрала себе эту участь. После нее он видел, как душа Энея, сына Панопея, взяла себе природу женщины, искусной в ремеслах. Где-то далеко, среди самых последних, он увидел душу Терсита, этого всеобщего посмешища; она облачилась в обезьяну. Случайно самой последней из всех выпал жребий идти выбирать душе Одиссея. Она помнила прежние тяготы и, отбросив всякое честолюбие, долго бродила, разыскивая жизнь обыкновенного человека, далекого от дел; наконец, она насилу нашла ее, где-то валявшуюся, все ведь ею пренебрегали, но душа Одиссея, чуть ее увидела, с радостью взял себе, сказав, что то же самое она сделала бы и в том случае, если бы ей выпал первый жребий. Души разных зверей точно так же переходили в людей и друг в друга, несправедливые - в диких, а справедливые - в кротких - словом, происходили всевозможные смешения.

Так вот, когда все души выбрали себе ту или иную жизнь, они в порядке жребия стали подходить к Мойре Лахесис. Какого кто избрал себе гения, того она с ним и посылает как стража жизни и исполнителя сделанного выбора. Прежде всего этот страж ведет душу к Клото, под ее руку и под кругообороты вращающегося веретена: этим он утверждает участь, какую кто себе выбрал по жребию. После прикосновения к Клото он ведет душу к пряже Антропос, чем делает нити жизни уже неизменными.

Отсюда душа, не оборачиваясь, идет к престолу Ананки и проходит через него. Когда и другие души проходят через него, они все вместе в жару и страшный зной отправляются на равнину Леты, где нет ни деревьев, ни другой растительности. Уже под вечер они располагаются у реки Алемет, вода которой не может удержаться ни в каком сосуде. В меру все

должны были выпить этой воды, но, кто не соблюдал благоразумия, те пили без меры, а кто ее пьет таким образом, тот все забывает. Когда они легли спать, то в самую полночь раздался гром и разразилось землетрясение. Внезапно их понесло оттуда вверх в разные стороны, к местам, где им суждено было родиться, и они рассыпались по небу, как звезды. Эру же не было дозволено испить этой воды. Он не знает где и каким образом душа его вернулась в тело. Внезапно очнувшись на рассвете, он увидел себя на костре.

О быте подземного мира поведал нам Лукиан в своих знаменитых "Разговорах в царстве мертвых". Прислушаемся, о чем говорят обитатели Аида.

Гермес и Харон

1. Гермес. Не сосчитать ли нам, перевозчик, сколько ты мне уже должен? А то у нас опять из-за этого выйдет ссора.

Харон. Сосчитаем, Гермес. Лучше это наконец установить, - тогда и забот с плеч долой.

Гермес. По твоему поручению я принес тебе якорь за пять драхм. Харон. Много запрашиваешь!

Гермес. Клянусь Аидонеем, я купил его за пять, да еще за два обола ремень, что придерживает весло. Харон. Клади пять драхм и два обола. Гермес. Игла для нашивания заплат на парус; я за нее дал пять оболов. Харон. Прибавляй их.

Гермес. Воск для замазывания дыр в лодке, гвозди и канат, которым ты рею прикрепил к мачте; все вместе за две драхмы. Харон. Это недорого.

Гермес. Вот и все, если мы ничего не забыли при счете. Когда же ты мне это отдашь? Харон. Сейчас я никак не могу, Гермес, а вот если

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

чума какая-нибудь или война пришлет к нам много народу, тогда можно будет кое-что заработать, обсчитав мертвецов на плате за переезд.

2. Гермес. Что же мне, сидеть, значит, и ждать, призывая на землю всякие бедствия, чтобы хоть так получить свой долг?

Харон. Нет другого способа, Гермес. Ты сам видишь, как мало народу к нам теперь приходит: на земле мир.

Гермес. Нет, уж лучше пусть так остается, хоть и затянется отдача долга. Но, не правда ли, Харон, прежде к нам приходили не такие, как теперь: мужественные все, покрытые кровью и большею частью улершие от ран. А теперь? Одного сын отравил, другого - жена, у третьего от излишней роскоши распухли живот и ноги - все бледные, жалкие, совсем на тех непохожие. А большинство их, кажется, к нам отправляются из-за денежных козней. Харон. Да, деньги - вещь желанная... Гермес. Выходит, и я бы не согрешил, если бы настойчиво взыскивал с тебя долг.

Харон, Гермес и разные мертвые

1. Харон. Послушайте, как у нас дела. У нас, видите сами, суденышко маленькое, прогнившее, во многих местах пропускает воду, стоит лишь наклониться набок, чтоб опрокинуться и пойти ко дну; а вас здесь так много, да еще каждый вон сколько несет. Я боюсь вас пустить в лодку вместе со всей поклажей; не пришлось бы вам потом раскаяться, в особенности тем из вас, которые не умеют плавать.

Гермес. Как же нам поступить, чтобы плавание было безопасным?

Хором. Послушайте меня: садитесь в лодку совсем голые, а все, что у вас есть, оставьте на берегу: вас такая толпа, что и так вы еле-еле поместитесь. Ты,

Гермес, смотри, с этого мгновения пуская в лодку только тех, кто снял с себя все и бросил, как я уже сказал, всю свою поклажу. Становись поближе у сходней, и осматривай их, и заставляй голыми садиться в лодку.

2. Гермес. Ты прав: сделаем так. Ты, первый, кто такой?

Менипп. Менипп. Вот мой мешок, Гермес, и палка; их я бросаю в воду. Моего рубища я даже не взял с собой - и хорошо сделал.

Гермес. Садись в лодку, Менипп, лучший из людей, и займи почетное место возле рулевого, на возвышении: оттуда ты можешь следить за всеми. 3. А этот красивый юноша кто такой? Хорок. Хармолей, мегарский красавец, за один поцелуй которого платили по два таланта.

Гермес. Скорей снимай с себя красоту, губы вместе с поцелуями, длинные волосы, снимай румянец со щек и вообще всю кожу. Хорошо, ты готов к отъезду, садись.

4. А ты кто, такой строгий, в пурпурном плаще и в диадеме? Лампих. Лампих, тиран Гелы.

Гермес. Что же ты, Лампих, являешься сюда с такой поклажей?

Лампих. А как же иначе? Разве тиран должен. явиться нагим?

Гермес. Тиран - ни в коем случае, но мертвец - бесспорно. Так что снимай все это. Лампих. Ну, вот тебе, богатство я выбросил. Гермес. Выброси, Лампих, и спесь и надменность; все это слишком тяжело, чтобы брать с собою в лодку.

Лампих. Позволь мне сохранить диадему и плащ. Гермес. Нельзя, бросай это.

Лампих. Пусть будет по-твоему. Что же еще? Ты видишь: я все скинул.

Гермес. Нет, сбрось с себя еще жестокость, безрассудство, гордость и гнев.

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

Лампих. Ну вот, я уже совсем наг. 5. Гермес. Можешь войти. А ты, толстый, мускулистый, кто такой? Дамасий. Дамасий, атлет.

Гермес. Да, я тебя узнаю; видел тебя часто в Палестрах.

Дамасий. Да, Гермес, впусти же меня; я ведь совсем гол.

Гермес. Нет, ты не гол, милейший, раз на тебе столько тела. Сбрасывай все, а то лодка потонет, лишь только ты одной ногой ступишь в нее. Брось также свои победные венки и похвалы зрителей.

Дамасий. Смотри, вот я уже действительно гол и не тяжелее других мертвецов.

Гермес. Так тебе лучше будет, без твоего веса. Садись в лодку.

6. Ну, а ты, Кратон, брось свое богатство, да еще свою изнеженность и роскошь; не бери с собой погребальных одежд и деяний предков, оставь и происхождение свое, и славу, и почести - если город оделил тебя ими, и надписи на твоих изображениях; не говори, что тебе соорудили большую могилу: даже упоминание об этом обременит лодку.

Краток. Что поделаешь! Придется все бросить, как это ни грустно.

7. Гермес. Это что такое? А ты зачем пришел в полном вооружении? Что означает этот трофей, который ты несешь?

Полководец. Это значит, что я одержал победу, отличился в бою, и за это город меня почтил.

Гермес. Оставь свой трофей на земле; в преисподней царит мир, и твое оружие там тоже ни к чему.

8. А кто же этот, с таким важным видом, такой гордый, вот этот, с поднятыми бровями, погруженный в раздумье? Какая длинная борода.

Менипп. Это философ, Гермес, а вернее - шут и лгун. Вели ему снять с себя все, и ты увидишь, сколько пресмешных вещей спрятано у него под плащом.

Гермес. Снимай сначала свою осанку, а потом и все остальное. О Зевс! Сколько он принес с собой дяси, сколько невежества, охоты до споров, пустого чванства! Сколько коварных вопросов, хитрых рассуждений, запутанных исследований! Как много никчемных занятий, и пустых слов, и вздора, и мелочности... Да здесь, клянусь Зевсом, и золото есть, и любовь к наслаждениям, и бесстыдство, и гордость, и роскошь, и изнеженность. Я все вижу, хотя ты тщательно это скрываешь. Бросай же, и ложь тоже, и самомнение, и уверенность, что ты лучше всех. Если бы ты вошел со всей своей поклажей, - даже пятидесятивесельный корабль не выдержал бы такой тяжести!

Философ. Раз ты приказываешь, я брошу все это. 9. Менипп. Гермес, ему не мешало бы снять также свою бороду; она, ты сам видишь, тяжела и лохмата, в ней волос весит по меньшей мере пять мин. Гермес. Ты прав. Снимай бороду. Философ. Кто же мне ее обрежет? Гермес. Положи бороду на сходни, а Мении отрубит ее топором.

Менипп. Гермес, дай мне лучше пилу: так будет забавнее.

Гермес. Хватит и топора. Прекрасно! Теперь у тебя вид более человеческий без этого козлиного украшения.

Менипп. Не обрубить ли мне немножко и его брови?

Гермес. Конечно! Он их поднял выше лба; не знаю, против чего он так насторожился. Это что такое? Ты еще плачешь, негодяй! Смерти испугался? Садись в лодку!

Менипп. У него под мышкой спрятана еще одна очень тяжелая вещь. Гермес. Что такое?

Менипп. Лесть, сослужившая ему в жизни большую службу. Философ. Тогда ты, Менипп, брось свою свободу и

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

откровенность, брось свою беззаботность, благородство И смех: никто ведь, кроме тебя, не смеется.

Гермес. Напротив, сохрани их: это все вещи легкие, перевезти их нетрудно, и они даже помогут нам переплыть озеро.

10. Эй ты, ритор! Брось свое бесконечное красноречие, все свои антитезы и повторения, перирды и варваризмы и весь вообще груз своих речей. Ритор. Смотри, вот я все бросаю.

Гермес. Теперь все в порядке. Отдать концы! Сходни убрать! Трави якорь! Поднять парус! Перевозчик, так держать! Полный вперед!

II. Чего же вы ревете, глупцы, в особенности этот философ, который только что лишился бороды?

Философ. Ах, Гермес! Я думал, что душа бессмертна.

Менипп. Врет он! Совсем не это его огорчает. Гермес. А. что же?

Менипп. Он плачет, что не будет больше наслаждаться роскошными обедами, что никогда уже не удастся ему ночью тайком уйти из дому, закутав голову плащом, и обежать все веселые дома от первого до последнего, а утром не будет больше морочить молодежь и получать деньги за свою мудрость; вот что его огорчает.

Философ. А ты, Менипп, разве не опечален тем, что умер?

Менипп. Отчего же мне печалится, если я сам, никем не приглашенный, поспешил навстречу смерти?

12. Но мы здесь разговариваем, а там, кажется, слышен какой-то крик: как будто кто-то кричит на земле.

Гермес. Да. Менипп, слышно, и не из одного места. Одни сошлись в Народное собрание и радуются и смеются, что Лампих умер; жену его осадили женщины, а его детей ребятишки забрасывают к.мнями. Другие, в Сикионе, хвалят ритора Диафанта за погребальную речь. А там что? Клянусь Зевсом, то

мать Дамасия с толпой женщин, среди крика и стона, поет погребальную песню. Тебя одного, Менипп, никто не оплакивает: один лишь ты почиваешь спокойно.

Менипп. О нет, скоро ты услышишь, как по мне жалобно завоют собаки, как вороны станут хлопать крыльями, собравшись меня хоронить.

Гермес. Ты прекрасный человек, Менипп. Но мы уже причалили. Идите же вы на суд, прямо по этой дороге, а мы с перевозчиком вернемся, чтобы других переправить.

Менипп. Счастливого пути, Гермес. Пора и нам идти. Чего вы медлите? Все равно суда никому не' миновать, а наказания здесь говорят, тяжелые: колеса, камни, коршуны. Обнаружится с ясностью жизнь каждого.

Харон и Менипп

1. Харон. Плати, мошенник, за перевоз! Менипп. Кричи, Харон, если тебе это приятно. Харон. Заплати, говорю тебе, что мне следует! Менипп. Попробуй взять с того, у кого ничего нет. Харон. Разве есть такой, у кого нет обола? Менипп. Если ли еще кто-нибудь другой - не

знаю; знаю только, что у меня нет. Харон. Задушу тебя негодяй, клянусь Плутоном,

если не заплатишь!

Менипп. А я тебе череп разобью палкой. Харон. так, ты совсем задаром плыл в такую даль. Менипп. Пусть за меня заплатит Гермес, раз он

меня привел к тебе.

2. Гермес. Клянусь Зевсом, выгодно бы я устроился, если б пришлось еще платить за мертвецов! Харон. Я тебя не пропущу. Менипп. Ну, так втащи лодку на берег и жди;

только я не знаю, как ты ухитришься получить с

меня то, чего у меня нет.

ЛУЧШЕ НЕГУ ТОГО СВЕТА?

Харон. Ты разве не знал, что надо взять с собой обол?

Менипп. Знать-то знал, да не было у меня. Что же, из-за этого мне не надо было умирать?

Харок. Ты хочешь потом похвастаться, что один из всех переплыл озеро даром?

Менипп. Не даром, милейший: я черпал воду из лодки, помогал грести и один из всех сидевших в лодке не плакал.

Харон. Перевозчику до этого нет никакого дела. Ты должен заплатить обол, иначе быть не может. 3. Менипп. Ну так отвези меня обратно к жизни. Харон. Прекрасное предложение! Чтобы Эсак поколотил меня за это? Менипп. Тогда оставь. Харон. Покажи, что у тебя в мешке. Менипп. Если хочешь, бери: чечевица и угощение Гекаты.

Харон. Откуда ты выкопал, Гермес, эту собаку? Всю дорогу он болтал, высмеивал и вышучивал всех сидевших в лодке, и, когда все плакали, он один пел.

Гермес. Ты не знаешь, Харон, какого мужа ты перевез? Мужа, безгранично свободного, не считающегося ни с кем! Это Менипп! Харок. Если ты мне попадешься в руки... Менипп. Если попадусь, любезный: только два раза я тебе не попадусь.

Ахилл и Антилох

1. Антилох. Ахилл, что это ты говорил недавно Одиссею о смерти? Как это было неблагодарно и недостойно обоих твоих наставников, Хирона и Феникса! Я слышал, как ты сказал, что хотел бы лучше живым служить поденщиком у бедного пахаря, который скромным владеет достатком, чем царствовать над всеми мертвыми. Такие неблагодарные слова приличны, быть может, какому-нибудь трД-"у фригийцу,

чрезмерно привязанному к жизни, но сыну Пелея, храбрейшему из всех героев, стыдно иметь такой низменный образ мыслей. Этого никак нельзя согласовать со всей твоей жизнью: ведь ты мог бы долго, хотя без славы, жить и долго царствовать во Фтиотиде однако ты добровольно избрал смерть, соединенную со славой.

2. Ахилл. О сын Нестора! Тогда я еще не ведал, как здесь живется, и эту жалкую, ничтожную славу ставил выше жизни, так как не мог знать, что лучше. Теперь же я понимаю, что сколько там, на земле, меня ни воспевают, все равно от славы мне никакой пользы нет. Ведь среди мертвецов равноправие: нет больше ни моей красоты, Антилох, ни силы; все мы лежим, покрытые одним и тем же мраком, совсем одинаковые, и ничем друг от друга не отличаемся. мертвые троянцы не боятся меня, а мертвые ахейцы не оказывают уважения; мы все здесь на равных правах, все мертвецы похожи друг на друга "и трус и герой у них в равном почете". Вот это причиняет мне страдание, и мне досадно, что я не живу на земле, хотя бы как поденщик.

3. Антилох. Но что же нам делать, Ахилл? Так постановила природа, что все непременно должны умереть: нужно повиноваться этому закону и не противиться предустановленному. А затем, ты видишь, сколько нас, твоих товарищей, с тобой здесь, скоро и Одиссей, наверно, прибудет к нам. Пусть послужит тебе утешением общность нашей судьбы; утешайся тем, что не с тобой одним это случилось. Посмотри на Геракла, на Мелеагра, и других великих героев; из них ни один, я думаю, не согласился бы выйти на свет, если бы его посылали служить поденщиком к простому, нищему человеку.

4. Ахилл. Ты меня утешаешь, как друг, меня же не знаю как удручает воспоминание о жизни; думаю, что и все вы чувствуете то же самое. Если вы со мной не согласны и спокойно можете переносить это, - значит, вы хуже меня.

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

Антилох. Наоборот, Ахилл, мы лучше; мы понимаем бесполезность наших слов и решили молчать терпеть и переносить свою судьбу спокойно, чтобы не смешить других, высказывая такие желания, как ты.

Диоген и Александр

1. Диоген. Что это, Александр? И ты умер, как все?

Александр. Как видишь, Диоген. Что же в этом удивительного, если я, человек, умер?

Диоген. Так, значит, Аммон солгал, говоря, что ты - его сын? Значит, на самом деле ты сын Филиппа?

Александр. Наверно, Филиппа: был бы я сыном Аммона, я бы не умер.

Диоген. Но ведь и про Олимпиаду рассказывали, будто она видела на своем ложе дракона, который сошелся с ней: от него-то, говорят, она и родила тебя, а Филипп обманывался, думая, что ты его сын.

Александр. И я тоже слышал об этом, но теперь вижу, что и мать, и прорицатели Аммона говорили вздор.

Диоген. Однако их ложь пригодилась тебе для твоих дел: многие трепетали перед тобой, считая богом.

2. Но скажи мне, кому ты оставил свою громадную державу?

Александр. Сам не знаю, Диоген: я не успел на этот счет распорядиться; только, умирая, передал мое кольцо Пердикке. Но чего же ты смеешься, Диоген?

Диоген. Я вспомнил, как поступала с тобой Эллада, как тебе льстили эллины, лишь только ты получил власть, - избрали тебя своим покровителем и вождем против варваров, а некоторые даже причисляли тебя к сонму двенадцати богов, строили тебе храмы и приносили жертвы, как сыну дракона.

3. Но скажи мне, где тебя македоняне похоронили? Александр. Пока я лежу в Вавилоне, уже тридцатый день, но начальник моей стражи Птоломей обещал, как только покончит с беспорядками, которые возникли после моей смерти, перевезти меня в Египет и там похоронить, чтобы таким образом я сделался одним из египетских богов.

Диоген. Как же мне не смеяться, Александр, в" дя, что ты даже в преисподней не поумнел и думаешь сделаться Анубисом или Осирисом? Брось эти мысли, божественный: кто раз переплыл на эту сторону озера и проник в подземное царство, тому больше нельзя вернуться. Жак ведь очень внимателен, да и с Кербером справиться не так легко.

4. Мне было бы приятно узнать, как ты себя чувствуешь, когда вспоминаешь, какое блаженство ты оставил на земле: всяких телохранителей, стражу, сатрапов, груды золота, и народы, боготворящие тебя, и Вавилон, и Бактрию, и зверей громадных, и почести, и славу, и торжественные выезды в белой диадеме на голове и в пурпурном платье. Разве тебе не больно, когда ты все это вспоминаешь? Чего же ты плачешь, ты, глупец? Даже этому не научил тебя мудрец Аристотель - не считать прочными дары судьбы?

5. Александр. Мудрец? Он хуже всех льстецов! Позволь уж мне знать все, что касается Аристотеля: чего он требовал от меня, чему меня учил, как он злоупотреблял моей любовью к науке, льстя мне и восхваляя меня то за красоту, которую он называл часть, добра, то за мои деяния, то за богатство; он Доказывал, что богатство - тоже благо, чтоб ему, таким образом, не было стыдно принимать подарки. Настоящий шут и комедиант! Все, чему научила меня его мудрость - это скорбеть, будто по величайшему благу, по всему перечисленному тобою.

6. Диоген. Знаешь, что сделать? Я посоветую тебе средство против скорби. Так как у нас не растет трава, что служит лекарством против безумия, тебе

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

не остается ничего другого, как пить большими глотками воду из Леты, пить, и снова пить, еще. почаще; таким образом ты перестаешь скорбеть по Аристотелевым благам. Но смотри: Клит и Каллисфен и с ними целая толпа, все бегут сюда, хотят тебя растерзать в отмщение за то, что ты с ними сделал. Уходи же скорей по другой дороге и почаще пей воду Леты, как я тебе посоветовал.

Диоген и Мавзол

1. Диоген. Чем ты так гордишься, кариец? С какой стати ты посягаешь на первое место среди нас?

Мавзол. Оттого, синопец, что я - царь, царствовал над всей Карией, владел частью Лидии, покорил некоторые острова и подчинил себе почти всю Ионию вплоть до Милета. К тому же я был красив и высок ростом и в военном деле искусен. Особенно же значительно то, что в Галикарнасе надо мной возвышается громадный памятник, какого нет ни у кого из мертвых, ни с чем по своей красоте не сравнимый: кони и люди с поразительным искусством высечены на нем из прекраснейшего камня! такое великолепие нелегко найти даже среди храмов. Разве я не прав, что горжусь этим?

2. Диоген. Своим царством, ты сказал, своей красотой, и тяжестью надгробного памятника? Мавзол. Конечно, этим.

Диоген. Но, прекрасный Мавзол, у тебя нет больше ни твоей силы, ни красоты. Если бы мы обратились к кому-нибудь, чтобы он рассудил, кто из нас красивее, я не знаю, на каком основании он мог бы твой череп поставить выше моего: оба они у нас плешивы и голы, одинаково у нас обоих обнажены все зубы, одинаково пусты глазные впадины, одинаково мы сделались курносыми. Что же касается твоего памятника и великолепных мраморов, то они, могут для галикарнасцев служить предмето^^

гордости перед чужестранцами, что, дескать, у них стоит такое громадное сооружение; а тебе, милейший, что пользы в том, я не знаю, разве только что ты, лежа под такой каменной громадой, выдерживаешь на себе большую тяжесть, чем мы.

3. Мавзол. Значит, все это ни к чему? Мавзол будет равен Диогену?

Диоген. Нет, не равен, почтеннейший, совсем нет. Мавзол будет плакать, вспоминая земные блага, которыми он думал насладиться, а Диоген будет над ним смеяться. Мавзол скажет, что его могилу соорудила в Галикарнасе его супруга и сестра Артемисия, а Диоген не знает даже, есть ли у его тела вообще какаянибудь могила: он об это не заботился. Зато после себя он оставил среди лучших людей славу человека, жившего, о последний из карийских рабов, жизнью более высокой, чем твой памятник, и основанной на более твердой почве.

В царстве Осириса

Теперь рассмотрим подробнее воззрения египтян на смерть и загробную жизнь. Представления о загробном мире в одной части страны существенно расходились с бытовавшими в других ее областях. Менялись они и на протяжении веков.

По представлению египтян, человек состоят из тела - "хэт", из души "ба", из другой души "хайбет" - тени, затем из мумии (сах), которую делают после смерти, из имени "рэн" и, наконец, из "ка". Что касается "ка", то она соответствует по своей форме двойнику человека. "Ка" рождается вместе с человеком, сопровождает его в течение всей его жизни, всюду следует за ним, составляет часть его сущности, его личности и после его смерти продолжает жить с ним в могиле. В египетских гробниЦах самый гроб, в котором помещалась мумия, представлял собою копию изображения самого человека;

но сверх того в гробницу ставили еще статую, кото-1 рая тоже должна была изображать двойника челове-1 ка, и в эту статую и вселялась "ка", этот двойник 1 человека. Статуя и ставилась для того, чтобы "ка"1 имела куда переселиться, когда мумия от временя в конце концов разрушится. Представление о "ка" 5г:ло у египтян в высшей степени конкретное: "ка" д('.':;кна была и пить, и есть; она могла даже умереть от голода и жажды и могла, в случае голода, убежать из гробницы, если родные не кормили ее. И тогда она бродила в виде привидения среди живых и мучила их своим видом. Поэтому-то египтяне постоянно приносили "ка" жертвоприношения, ибо от нее зависело продолжение жизни человека после смерти. У египтян сложилось два представления о жизни человека после смерти: согласно одному представлению, человек продолжал жить в том месте, где была его гробница, в самой гробнице, где он и жил совершенно такой же жизнью, как и на земле, причем "ка" продолжала быть его физической душой и после смерти. Представление же о "ба", т. е. о душе, которая совершенно уходит из тела, чтобы жить на небе, или превращается в птицу, это уже представление позднейшее, и в позднейший период египетской истории "ба" и считалась той душой, которая действительно продолжала жизнь человека после смерти. Еще позже получилось такое представление, что у человека было несколько двойников, которые продолжали его жизнь после смерти вне гроба: одна душа в виде птицы улетала на небо, а. другая - двойник - отправлялась обрабатывать поля вместе со своими слугами.

Для "ка" умершего фараона строились пирамиды. Знаменитые пирамиды Гизе - пирамиды Хуфу (Хеопса), Хафра (Хефрена) и Менкаура (Микерина) - еще древними греками считались одними из семи чудес света. Созданные во времена IV династии, они представляют собой гигантские сооружения, поражавшие своими размерами воображение и древних, ч

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

наших современников. Естественно, возникает вопрос, для чего, собственно, этим трем фараонам нужны были столь огромные гробницы? Представления того времени о загробной жизни не дают никаких оснований для создания таких грандиозных сооружений, тем более что пирамиды фараонов последующих династий своими размерами ни в какое сравнение с пирамидами Гизе не идут. Египетские тексты хранят об этом полное молчание. Поэтому можно допустить, что размеры пирамид в Гизе объясняются соображениями, не связанными с религиозными верованиями. Беспредельная централизация власти во времена этих фараонов, неограниченная их власть над людскими и материальными ресурсами страны, сознание безмерности этой власти ее носителями и теми, которые были ей подчинены полностью и безусловно, - все это, несомненно, воплотилось в размерах "великих" пирамид. Следует подчеркнуть, что в этих пирамидах никаких текстов нет. Зато внутри значительно меньших пирамид последующих династий - V и VI, построенных около 2500 года, обнаружены многочисленные тексты, известные под названием "Тексты пирамид", представляющих древнейший памятник египетской литературы, хотя и записанный при V и VI династиях (в пирамидах Унаса, Атоти 1, Пиопи 1 и II, Мернера). Основной мотив этих надписей сводится к тому, что только властелинам и - по нисходящей линии - военной и землевладельческой аристократии дано быть принятыми богами в загробном мире и даже стать новыми божествами-небожителями. Врата небосвода, согласно текстам пирамид, отворяются только перед фараонами. Здесь и описание загробных странствований, и представление загробной участи царя и забота о продовольствии покойного, и заклинания против демонов, змей, чудовищ, и ритуальные тексты.

Основная идея "Текстов пирамид" - это обеспечение умершему фараону воссоединения с богами на небесах и преодоление препятствий на пути к этому

5 Заказ N 425

129

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

посредством магии. В "Текстах пирамид" упоминается и "ба" умершего фараона.

Для Первого переходного периода и для Среднего царства характерны так называемые "Тексты саркофагов". Их обычно писали на наружных и внутренних стенках саркофагов, отсюда их название. Эти заупокойные магические и мифологические тексты должны были обеспечить умершему преодоление всех опасностей в потустороннем мире и дать ему возможность превратиться в Осириса, слиться с ним и стать бессмертным богом. Многочисленные стрелы, поминающие усопшего, в той или иной степени свидетельствуют об этом же.

Богом загробного царства и судьей в загробном мире считался Осирис. Вот как представляли себе египтяне гибель и воскрешение Осириса. У богини неба Нут и бога земли Геба было три сына: Осирис, Гор и Сет. Осирис родился первым. Не успел он появиться на свет, как раздался голос с неба, который возвестил о рождении великого бога: "Только что родился могучий бог, творящий добро - Осирис! Он владыка всего, что существует на земле до границ ее!"

Услыхали этот клич все живущие на земле, и велика была их радость, все города были счастливы, повсюду было ликование и праздненства.

Дошла эта весть и до бога Ра. Взглянул Ра на младенца Осириса, увидел его прекрасное лицо, красоту его и доброту, и великая любовь к Осирису вошла в сердце Ра. Действительно прекрасен был Осирис. Большие темные глаза его сверкали на смуглом лице, а волосы были блестящими и черными, как сама черная и плодородная земля.

Осирис был старшим сыном, наследником своего отца.

. На второй день родился Ор, с белым лицом, светлыми волосами и ясными, сияющими, как само солнце, глазами. В третий день родился Сет. Маленький и злобный,

он был очень уродлив. Огненно-рыжими были его волосы, лицо красным, узкие воспаленные глазки враждебно смотрели на мир.

Казалось, что он дышит злобой, горячей, как испепеляющий зной пустыни, и цветом своим он напоминал раскаленный бесплодный песок.

В четвертый и пятый день родились две сестры, небесные богини Исида и Нефтида.

Каждому богу был посвящен один день в году. У этих пяти дней не было числа, они не входили ни в один из двенадцати месяцев, на которые египтяне делили свой год. Обычно их отмечали между концом старого года и началом нового.

Дружны были старшие братья между собой, и только младший, Сет, люто ненавидел Осириса. Он ненавидел его за то, что Осирис красив и силен и все его любят, за то, что день рождения Осириса был счастливым и все дела, начатые в этот день, кончались успешно. А день рождения Сета был несчастливым: в этот день нельзя было приступать ни к какому делу, так как оно никогда не приводило к добру. Но всего больше злобился Сет из-за того, что Осирис родился первым и как старший сын должен был получить трон отца и власть над своей страной.

А Осирис ничего не замечал. Добрый и доверчивый, он любил всех, и все окружающие казались ему такими же хорошими, как он сам.

Тревожно следили за сыновьями Геб и Нут, их беспокоила злоба Сета, его коварные насмешки и злые шалости по отношению к старшему брату. Не раз говорил Геб жене: "Защити Осириса от Сета и охраняй его, чтобы он не погиб". Нут зорко следила за сыновьями и не давала в обиду кроткого Осириса.

Выросли братья. Осирис женился на богине Исиде, а Сет взял в жену Нефтиду.

Прошло много лет, и старшие боги состарились. Стал дряхлым и немощным Ра, люди перестали его

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

почитать и бояться. Состарился и Теб, не мог он уже управлять страной и держать в повиновении своих подданных. Одряхлели и другие боги старшего поколения. И решили боги удалиться от людей, подняться на спину любимой дочери Ра - небесной коровы - и в солнечной ладье днем объезжать землю по небесному Нилу, а ночью спускаться под землю и плыть в ночной ладье по подземной реке. Царство свое Геб передал старшему сыну Осирису и его верной жене Исиде.

Трудна была жизнь людей в то время. Они питались кореньями растений и плодами, которые находили в зарослях кустарников и тростников, ловили мелких животных, убегали в страхе от крупных хищников, а во время засухи, когда наступал страшный голод, они иногда набрасывались даже друг на друга.

Осирис научил людей узнавать съедобные растения, он показал, как надо вспахивать землю, сеять ячмень и пшеницу, как уберечь всходы от засухи, поливая поля нильской водой, как собирать урожай и сохранять его. Осирис научил людей разводить сады и виноградники.

Исида взяла зрелые колосья и, растерев их между камней, показала людям, как делать муку и печь лепешки. Осирис выдавил виноградный сок и сам выпил первую чашу вина, а там, где нельзя было разводить виноградники, показал, как приготовлять пиво из ячменя.

Осирис запретил людям убивать друг друга; он научил их изготовлять оружие для охоты и орудия для обработки земли. Во всем помогала Осирису Исида и бог Тот, которому Осирис поручил творить суд и решать по справедливости все дела.

Эти боги научили людей музыке и танцам, чтению и письму. .

В Египте наступила счастливая жизнь. Любовь к Осирису, доброму и мужественному, наполняла сердца благодарных людей. Они прозвали его Веннофре,

что значит "прекрасный". Даже старшие боги призвали его мудрость и подчинились его власти.

Только один Сет продолжал ненавидеть Осириса, ненависть и злоба его становились все яростнее. Чем больше почитали и любили Осириса, тем сильнее становилась зависть Сета, и он вместе со своими друзьями, такими же злыми, как он сам, придумывал, как погубить Осириса, убрать его со своей дороги и воссесть на трон вместо него. Его жена Нефтида ничего не знала об этих замыслах, она нежно любила сестру свою Ясиду и мужа ее Осириса и не позволила бы Сету выполнить его злодейские планы.

Зато Исида, помня заветы Нут и Геба, охраняла Осириса, оберегала его от Сета, защищала от всего злого и враждебного. Исида была великой волшебницей, она умела останавливать кровь, заговаривать рану от укуса змеи, лечить людей от болезней; своими чарами прогоняла она врагов Осириса и разрушала их злые замыслы. Ничего не мог поделать Сет со своим братом, пока тот находился под защитой Исиды.

Но как-то раз пришлось Исиде отлучиться на долгий срок. Этим воспользовался Сет. Ночью, когда Осирис крепко спал, Сет подослал к нему своих помощников, чтобы украдкой снять с Осириса мерку. По этой мерке был срочно сделан деревянный гроб. Гроб получился очень большим, так как Осирис был высокого роста, выше всех людей.

Вечером собрал Сет своих друзей и устроил пир. Приглашен был и Осирис, который, ничего не подозревая, пришел один, без Исиды.

Шумно и весело было за столом. Одна шутка сменяла другую, раздавался смех, шел веселый разговор. Вдруг вошли слуги Сета и внесли большой гроб, украшенный рисунками и надписями. Сет встал И, указав рукой на него, шутливо сказал: "Вот драгоценный гроб! Я подарю его тому, кто ляжет в него и так заполнит его свои телом, что не останется свободного Места!"

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

Гости - а все они были друзья и помощнику Сета - один за другим ложились в гроб, но он былслишком велик для них, ведь никто не был так высок, как Осирис; Сет заранее все предусмотрел.

Наконец дошла очередь до Осириса. Он встал, спокойно направился к гробу и лег в него, вытянувшись во весь свой огромный рост, и гроб пришелся ему как раз в пору.

Сет только этого и ждал. Как только Осирис очутился в гробу, Сет подал тайный знак гостям, и они кинулись закрывать и приколачивать крышку. Тихо, в темноте они вынесли из дому саркофаг с Осирисом, спустились незаметными тропинками к Нилу и, раскачав, бросили его далеко в воду, на середину реки.

Течение подхватило гроб и понесло его вниз по Нилу до самого устья, а там волна вынесла его в открытое море. И поплыл по волнам саркофаг с телом Осириса.

Погубив старшего брата, Сет радостный возвратился домой. Наконец-то исполнилась его заветная мечта: он избавился от своего соперника и сможет занять его трон.

Исида вернулась домой и не нашла Осириса. Полная тревоги, кинулась она искать его, но нигде не было никаких следов. Тогда Исида поняла, что произошло несчастье, - Осириса погиб. "Сет виновен в этом", - подумала Исида, так как хорошо знала, как он ненавидел старшего брата. Тайком пошла она к слугам Сета и узнала от них, что Сет погубил ее любимого мужа и куда-то далеко в неведомое место спрятал гроб с его телом.

Исида обрезала прядь волос в знак своей скорби, надела траурные одежды и пошла искать Осириса по всему Египту. Она останавливала всех встречающихся на ее пути и спрашивала, не видели ли они саркофага с телом ее мужа. Но ни один продкий не мог ей дать утешительного ответа, никто н видел саркофага. Так добрела Исида до устья ила, она достигла уже самого моря и в горе се. на

берегу около играющих детей. Она потеряла уже всякую надежду найти тело мужа и только по привычке спросила ребят: "Маленькие друзья мои, вы играете весь день на берегу. Может быть, вы вг/ дели саркофаг, не проплыл ли он мимо вас?" Ответили дети богине: "Вот по этому рукаву Нила спустили какие-то люди большой красивый ящик, и он поплыл в море". И решила Исида продолжать свои поиски.

Саркофаг понесло морское течение, и волна выбросила его на берег у города Библа на восточном берегу Средиземного моря. Почти у самой воды стоял куст тамариска, ветки его закрывали гроб так, что он стал совсем незаметен. И вдруг произошло чудо - куст начал быстро расти, ствол его окружил саркофаг, и тамариск превратился в высокое могучее дерево, внутри которого был скрыт саркофаг с телом Осириса.

Однажды царь Библа гулял по берегу моря и увидел великолепное огромное дерево. Его прямой и гладкий ствол был так хорош, что царь приказал срубить дерево и сделать из него колонну, чтобы поддерживать крышу дворца.

Исида тем временем продолжала свои поиски. С плачем горестно ходила она по земле и искала гроб с телом Осириса. Сжалились боги и указали ей путь: из дельты Нила до берегов Финикии шло сильное течение; надо идти вслед за этим течением вдоль берега, а там во дворце царя в колонне она найдет тело мужа. Последовала Исида совету богов, достигла она города Библа и села у фонтана, горько рыдая, не обращала ни на кого внимания и только думала, как ей проникнуть в царский дворец. Но вот она услышала веселые голоса и звонкий смех. Это проходили мимо нее молодые девушки, прислужницы царицы. Исида остановила их и приветливо сказала: "Какие у ^^ чудесные волосы. Давайте я причешу вас, и вы станете еще красивее, чем были". Девушки остановились удивленные, но незнакомка смотрела так

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

во и казалась такой доброй, что они согласились. Причесала их Исида своим волшебным гребнем и волосы у них стали красивыми, блестящими и удивительно благоухающими.

Когда девушки вернулись домой, благоухание их волос наполнило весь дворец, и удивленная царица спросила, каким образом их локоны приобрели такой изумительный запах.

- На берегу моря у фонтана сидит какая-то чужеземка, - ответили девушки, - она расчесала наши косы, и они стали благоухать.

Царица приказала немедленно привести Исиду во дворец, и ей так понравилась эта кроткая и добрая женщина, что царица оставила ее у себя. Она велела одеть Исиду в красивые одежды и поручила ей кормить и воспитывать своего маленького сына. Исида осталась жить во дворце, там, где стояла колонна, скрывающая саркофаг с телом Осириса.

Исида нежно ухаживала за мальчиком, кормила его волшебным образом, давая ему сосать свои пальцы. А по ночам Исида зажигала огонь и опаляла им мальчика, чтобы сделать его бессмертным; сама же она в это время превращалась в ласточку и с жалобным криком летала вокруг колонны, поддерживающей крышу. Исида как будто хотела дать знать Осирису, что она близко и спасет его.

Однажды ночью царица заметила необыкновенный свет в комнате сына. Она вошла в комнату и, увидев своего мальчика в огне, закричала от ужаса; огонь сразу погас, а Исида превратилась в женщину, но царица уже догадалась, что перед ней не обыкновенная служанка, а сама богиня. Секрет Исиды был раскрыт, ей уже больше нечего было таиться, и она рассказала царице всю правду о себе и об Осирисе. А в заключение Исида попросила отдать ей колонну. Царь и царица охотно исполнили ее просьбу.

Исида без труда вынула колонну и извлекла оттуда целый и невредимый саркофаг. Обернула Исида

тело Осириса пеленами, залила благовониями, осторожно поставила гроб на лодку и поплыла домой с драгоценным грузом.

Незаметно вернулась Исида в Египет, в город Буто, где находился маленький сын ее и Осириса, Гор-младший. Отлучилась на время Исида, она пошла посмотреть на сына. А в это время Сет охотился на диких зверей. Ночь была лунная, светлая, и Сет заметил на берегу знакомый саркофаг. Он кинулся к нему, открыл крышку и увидел убитого брата. Даже мертвый Осирис был страшен Сету. Он в ярости вытащил труп Осириса, разрезал его на 14 кусков и разбросал их по всей египетской земле. Теперь-то уж не соберет Исида тело своего мужа и никаким колдовством не сможет оживить его! Так вновь надругался Сет над своим братом.

Вернулась Исида и нашла пустой гроб. Безмерно было ее горе. И вновь пошла она бродить по всей стране, собирая разбросанные куски тела Осириса. В каждом месте, где Исида находила их, она устанавливала гробницу и хоронила слепок то с руки, то с ноги, то с груди или головы Осириса. Вот почему жители разных городов Абатона и Абидоса, Александрии и Саиса, Бусириса и Мемфиса, Филе и Коптоса, Пелузия и Навкратиса и многих Других спорили между собой о том, где похоронен Осирис.

А между тем Исида с помощью шакалоголового бога Анубиса собрала части тела мужа и сложила их вместе. Анубис погрузил тело покойного в благовонную смолу и пропитал его соком целебных растений. Исида завернула мумию в чистые пелены, умастила благоухающим маслом и поместила на погребальное ложе.

Анубис зажег факелы у входа, чтобы злейшие враги Осириса, Сет и его друзья, не смогли сюда проникнуть

Люди оплакивали доброго бога-царя, а все боги были возмущены злодеяниями Сета.

Исида рыдала над дорогим покойником, орошая его грудь горючими слезами. Потом она села на корточки у его ног, горестно заломила руки, и из уст ее полились жалобные речи:

Так велика была скорбь Исиды, что услыхал Осирис плач жены своей, и начала пробуждаться в нем жизнь.

Но не мог он совсем воскреснуть, так как жил еще на земле Сет, причинивший Осирису зло.

Тогда пришел к отцу юный Гор и обратился к нему: "Я пришел, чтобы увидеть моего отца Осириса! Я отомщу Сету за злодеяние, за муки, которые он причинил тебе, за страдания матери моей Исиды".

И пошел Гор искать Сета, чтобы сразиться с ним и отомстить за отца.

Поднялся Гор вверх по Нилу, дошел до Сиута и там нашел Сета. Встретились противники, и начался между ними жестокий бой. Десять дней шла борьба между Сетом и Гором, не могли они одолеть друг друга. Вот уже, кажется, Сет начинает побеждать, слабеет Гор, но Исида своими речами вливает в Гора новые силы: "Я говорю тебе, я, твоя мать Исида, ты победи свою слабость!" И с новым ожесточением вступает Гор в поединок. Падает духом Сет, но его помощники поддерживают в нем бодрость.

Изловчился Сет, кинул острый камень и попал Гору прямо в глаз. Закачался Гор, и Сет вырвал глаз у юноши. С криком бросился Гор на Сета, нанес ему тяжелые раны и сломал ему бедро. Обессилел Сет от ран и от борьбы, и Гор крепко связал его толстыми веревками.

Исида залечила Гору раны, и он снова стал силен, как прежде. Взял Гор свой вырванный глаз и повел к Осирису связанного Сета.

Пришел Гор со своим пленником к отцу. Геб взял за руку Гора и подошел с ним к неподвижно лежащему Осирису.

- Встань! Проснись! Взгляни на твоего сына, посмотри, что он сделал для тебя! Он поразил твоего убийцу, он привел к тебе связанного Сета.

Гор снял сандалию с ноги отца, поставил ее на родову Сета в знак того, что он отдает Сета в подчидение Осирису. И задрожал Сет под сандалией брата, страшен был ему Осирис.

Потом Гор открыл рот отца и положил в него свой вырванный глаз, говоря:

_ Отец, вот я пришел к тебе! Я Гор, сын твой. Я отдаю тебе свой глаз, а в нем твоя душа, твоя сила.

Осирис проглотил глаз, и жизнь начала пробуждаться в нем. Он открыл глаза, вытянул руки, стер песок с лица своего. Приподнялся Осирис, встал он и стал снова могучим и сильным, каким был прежде.

Ликуют все люди, радуются боги.- Торжествуют Исида и Нефтида, обнимает Гор любимого отца.

Отдал Осирис свой трон Гору, своему сыну и наследнику. И стал Гор царем Египта. Радовалась вся земля. Зло исчезло, и правда утвердилась в стране.

А Осирис удалился в подземное царство и стал царем вечности, владыкой неба и земли и всего существующего во всей вселенной.

Так кончилась битва Сета и Гора, и победил мститель за своего отца, справедливость восторжествовала.

" " *

Откуда появился миф о смерти и воскрешении бога? Как описывается Осирис в мифе? У него черные волосы, как цвет черной земли, а Сет рыжий, с красным лицом, это цвет пустыни, раскаленной и выжженной солнцем. Когда пустыня посылает в долину свой палящий ветер Хамсин, гибнет вся растительность. И миф объясняет это тем, что Сет убил Осириса. Но с началом наводнения начинается расцвет и обновление всей природы. Это ожил Осирис. Земледелец бросает в землю, т. е. хоронит, сухие зерна (мертвые, как ему кажется), и огни потом

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

вырастают, покрывая поля зеленым ковром. Это вновь ожил бог Осирис, и его сила дает жизнь растениям.

- Это я, - говорит в мифе Осирис, обращаясь к богам, - делаю вас сильными, я сотворил ячмень и полбу, чтобы питать богов, равно как и скот - пищу богов.

- Я - Осирис, - говорится о нем в другом мифе, - я живу, как зерно, я расту, как зерно. Я - ячмень.

На рисунках Осириса всегда изображали либо сидящим под гроздьями винограда, либо у плодоносящего дерева; сквозь его гроб прорастает дерево, а мумию Осириса нередко рисовали с вырастающими из нее всходами ячменя или полбы.

Египтяне верили, что при помощи волшебных обрядов можно получить хороший урожай. Они лепили из глины фигуру Осириса, засыпали ее зерном и поливали водой. Когда вырастали всходы, фигура зеленела, это считалось хорошим признаком - как взошло зерно на Осирисе, так взойдет оно и на полях.

Праздники Осириса в храмах происходили в конце четвертого месяца наводнения, когда начинался спад воды и можно было приступать к пахоте и севу, К этому дню приготовляли статую бога, проросшую всходами зерна. В храме жрецы, изображавшие Исиду и Нефтиду, произносили "плач об Осирисе", пели гимны Осирису, в храмах совершали обряды, повто-1 рявшие все события мифа об Осирисе - его CMepibj и воскрешение. Пять дней длились эти праздники.) Египтяне верили в их волшебную силу и думали, что они помогут им собрать хороший урожай.

Миф об Осирисе появился тогда, когда египтяне научились возделывать землю и сеять хлеб. Они продолжали охотиться и ловить рыбу, но это были уже не главные занятия. Земледелие - вот что давало людям основную пищу. И Осирис - бог растений - \ был связан с земледелием.

Но каким и где представляли египтяне загробный

мир?

Представление египтян о его местонахождении чрезвычайно запутаны и неясны.

Одним из самых распространенных представлений о потустороннем мире была вера в Аментис (букв. "запад"). На западе, скрываясь за скалами и горизонтом Ливийской пустыни, заходило ("умирало") солнце, спускаясь в загробный мир, поэтому некрополи египетских городов, где в гробницах обитали "ка" умерших, располагались на западе, на кромке Западной (Ливийской) пустыни, а Аментис ("запад") рассматривался начиная с древнейших доисторических времен как царство мертвых. К этим очень примитивным представлениям о нем со временем присоединяются другие, разработанные местными геологическими школами. Так, например, в соответствии с воззрениями, разработанными в городе бога Ра, в Гелиополе, умерший должен попасть на небесную барку бога Ра, на которой этот бог ежедневно совершал путешествие по небу с востока на запад.

В Абидосе существовали другие взгляды: умерший стремился слиться с Осирисом, царем и повелителем мира мертвых, и, слившись с ним, стать бессмертным богом. Эти воззрения были наиболее распространенными, но где именно располагалось царство Осириса - точно не указывалось где-то на западе. В Мемфисе имелся свой бог - Сокар, впоследствии отождествленный с Осирисом. И его владения также располагались на западе, в Ливийской пустыне.

Вера древних египтян в "загробную жизнь" хорошо отражена в "Книге Мертвых" - условное название свитка папируса, который насчитывает около 200 "глав".

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

ЕГИПЕТСКАЯ КНИГА МЕРТВЫХ

Египетская Книга мертвых представляет собой сборник молитв, песнопений, магических заклинаний и мифов, связанных со смертью и загробной жизнью. Эти погребальные тексты известны под названием "Появление в Свете" или "Выход в День". Их материал очень разнороден и отражает исторический конфликт между двумя сильными религиозными традициями: культом солнечного бога Амона-Ра и культом Осириса. С одной стороны, тексты Книги усиленно подчеркивают роль бога солнца и его божественной свиты. Определенные магические формулы должны помочь умершему вступить на борт солнечной лодки и наслаждаться блаженной жизнью, сопровождая бога солнца в его ежедневном путешествии. С другой стороны, тексты отражают традиции древнего погребального культа Осириса. По этой традиции умерший ритуально отождествляется с Осирисом, и его можно было воскресить.

Суд над душой египтянина происходит в Чертоге Двух Истин (Обеих Маат). Умерший вступает в этот Чертог, где заседает загробный суд в полном составе во главе с "великим богом", т. е. с Ра. Здесь же молча и пассивно присутствует царь преисподней, бог Осирис, и еще 42 сверхъестественных существа. Каждое из этих. демонических существ "ведает" тем или иным грехом, именно они и "разоблачают" подсудимого. Бог Анубис с головой шакала взвешивал на весах поступки умершего. На одной из чаш лежало его сердце, а на другой перо, символ богини Правды, Маат. Бог Тот с головой ибиса, писец Царства Мертвых, записывал приговор суда. Чудовище, сочетавшее в себе признаки крокодила, льва и бегемота, стояло наготове, чтобы проглотить осужденную

душу.

Вступив в Чертог Двух Истин, умерший приветствует "великого бога", а затем произносит свою "негативную исповедь". Она настолько интересна, что ее

необходимо привеси полностью. "Я не совершил несправедливостей против людей; я не был жесток к животным; я не совершал грехов в Месте Истины; я не пытался узнать то, что еще не стало; я не был безразличен, видя зло; я не был... мое имя не было сообщено водителю Ладьи; я не богохульствовал; я не отнимал (ничего) у бедняка; я не нарушал божественного табу; я не вредил служителю в глазах его хозяина; я не отравлял; я не заставлял (никого) рыдать; я не убивал, я не приказывал убивать; я никому не причинял страдания; я не преуменьшал пищевые доходы храма; я не портил хлеба для богов; я не крал печенья (поднесенные) для умерших; я не был педерастом; я не предавался прелюбодеянию в святилище моего городского бога; я не увеличивал и не уменьшал никаких мер; я не изменял (площади) аруры; я не обманывал и на пол-аруры; я не увеличивал веса гири; я не надувал на весах; я не отнимал молока от уст младенцев; я не лишал мелкий скот пастбища; я не ловил птиц (предназначенных) богам; я не удил их рыбу; я не устанавливал заслонов для (отведения) воды; я не тушил горящего (на алтаре) огня; я не нарушал мясной пост; я не останавливал скот... я не задерживал выхода бога (из храма). Я чист! Я чист! Я чист!". В этой "негативной исповеди" содержится целый моральный кодекс, нарушения которого карались загробным судом. Это типичный для того времени перечень грехов - ритуальных и собственно нравственных, которых должен быть избегать египтянин времен Нового царства, ибо они препятствовали достижению вечной жизни.

После "негативной исповеди" подсудимый обращался к каждому из 42 божеств-демонов, торжественно заявляя, что он не совершал греха, которым "ведает" данное божество:

1. О Усех-немтут, являющийся в Гелиополе, я не чинил зла!

2. О Хепет-седежет, являющийся в Хер-аха, я не крал!

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

3. О Денджи, являющийся в Гермополе, я не завидовал

4. О Акшут, являющийся в Керерт, я не грабил!

5. О Нехехау, являющийся в Ро-Сетау, я не убивал!

6. О Руги, являющийся на небе, я не убавлял от меры веса!

7. О Ирти-ем-жес, являющийся в Летополе, я не лицемерил!

8. О Неби, являющийся задом, я не святотатствовал!

9. О Сед-кесу, являющийся в Гераклеополе, я не лгал!

10. О Уди-Несер, являющийся в Мемфисе, я не крал съестного!

II. О Керти, являющийся на Западе, я не ворчал попусту!

12. О Хеджи-ибеху, являющийся в Фаюме, я ничего не нарушил!

13. О Унем-сенф, являющийся у жертвенного алтаря, я не резал коров и быков, принадлежащих богам!

14. О Унем-бесеку, являющийся в подворье тридцати, я не захватывал хлеб в колосьях!

15. О Владыка Истины, являющийся в Маати, я не отбирал печеный хлеб!

16. О Тенми, являющийся в Бубастисе, я не подслушивал!

17. О Аади, являющийся в Гелиополе, я не пустословил!

18. О Джуджу, являющийся в Неджи, я не ссорился из-за имущества!

19. О Уамти, являющийся в месте суда, я не совершал прелюбодеяния!

20. О Манитеф, являющийся в храме Мина, я не совершал непристойного!

21. О Хериуру, являющийся в Имад, я не угрожал!

22. О Хеми, являющийся в Туи, я ничего не нару'иил! 1

23. О Шед-Херу, являющийся в Урит, я не гневался!

24. О Нехен, являющийся в Хеха-Джи, я не был глух к правой речи!

25. О Сер-Херу, являющийся в Унси, я не был несносен!

26. О Басти, являющийся в Шетит, я не подавал знаков в суде!

27. О Херефхаеф, являющийся в Тепхет-Джат, я не мужеложествовал!

28. О Та-Ред, являющийся на заре! Не скрывает ничего мое сердце!

29. О Кенемтче, являющийся во мраке, я не оскорблял другого!

30. О Ихетенеф, являющийся в Саисе, я не был груб с другим!

31. О Неб-Херу, являющийся в Неджефет, я не был тороплив в сердце моем!

33. Неб-Аци, являющийся в Сиуте, я не был болтлив!

34. О Нефертум, являющийся в Мемфисе, нет на мне пятна, я не делал худого!

35. О Тем-Сен являющийся в Бусирисе, я не оскорблял фараона!

36. О Иремибеф, являющийся в Чебу, я не плавал в воде!

37. О Хеи, являющийся в Куне, я не шумел!

38. О Уджи-резит, являющийся в подворье, я не кощунствовал!

39. О Нехеб-Неферт, являющийся в неферю, я не надменничал!

40. О Нехебкау, являющийся в городе, я не отличал себя от другого!

41. О Джесертеп, являющийся в пещере.

42. О Инаеф, являющийся в Югерт, я не оклеветал бога в городе своем!

{Перевод с древнеегипетского М.А.Коростовцева)

Вооруженный магическим знанием имен этих демонических существ, подсудимый обезоруживает их, и они не смеют выступить против него.

ТИБЕТСКОЕ ИСКУССТВО УМИРАТЬ

Как и древнеегипетская, тибетская культура была всецело обращена к духовному началу и до настоящего времени сохранила богатство знаний о глубочайших тайнах внутренней жизни и сознания. Однако изучение смерти - единственной определенности, которую дает нам жизнь, - должно быть центральным моментом исследования сознания независимо от культурных традиций, потому что понимание смерти является ключом к освобождению в жизни. В тибетской религиозно-философской традиции смерть, так же как и жизнь, требует совершенно сознательного отношения.т Для просвещенного человека время, место и обстоятельства смерти уже не могут быть случайными. Умирание как бы "предпринимается сознательно". Дух трансформируется, а тело распадается на элементы и исчезает бесследно. Такой феноменальный исход, полное освобождение духа, называется "Великим Переходом" и возможен лишь в редчайших случаях. Несколько чаще, хотя тоже чрезвычайно редко, человек достигает состояния "Радужного Тела". В этом случае через семь дней после смерти от тела остаются только волосы и ногти - "нечистые части". Подобная смерть была в последний раз зарегистрирована в 1950-х годах в Китае. Если освобождение не достигнуто человеком при жизни, существует возможность достигнуть его вскоре после смерти. Для этой цели И предназначена Книга мертвых. Тибетская Книга мертвых более позднего происхождения, чем Египетская. Несомненно, основанная на более древних устных источниках, в письменной форме она появилась впервые в VIII в. н.э. и была написана Падма-Самбавой, проповедником буддизма в Тибете. Эта книга - руководство к прохождению Бардо,

ЛУЧШЕ НЕГУ ТОГО СВЕТА?

нешуточных состояний между смертью и следующим воплощением. Она содержит в себе весьма точную информацию даже в отношении длительности пребывания в том или ином состоянии. Целью книги является помочь умершему опознать посмертные состояния в которых возможно освобождение. Это опознание уподобляется узнаванию матери сыном. Знание, полученное при жизни с помощью наставлений и практики, - Сын Мудрость, после смерти встречает и узнает Мать Мудрость - свет и истинную чистоту.

В первой части книги описаны отделение духа от тела и состояния, непосредственно следующие .за смертью. В этом первом Бардо в момент смерти дух получает ослепительное видение первичного Чистого Света Истинной Реальности. В этот же момент дух может освободиться, если способен опознать Свет и не испугаться его нечеловеческой яркости. Те, кто упускает эту возможность в силу недостаточной подготовленности, получают второй шанс, когда Вторичный Чистый Свет нисходит на них. Если и эта возможность упущена, они должны пройти сложную последовательность состояний в следующих Бардо, в которых их сознание все больше отдаляется от освобождающей истины и приближается к новому воплощению.

В Бардо Испытания Реальности душа встречается с рядом божественных существ: мирными божествами, окруженными блистающим светом, злобными божествами, божествами, охраняющими двери, хранителями знаний и т. д. Одновременно с видениями этих божеств дух умершего ощущает слабый свет различных оттенков, указывающий определенные "пока", или царства, в которых он может возродиться: царство богов "дэвалока), царство титанов (асуралока), царство людей (маналока), царство полулюдей (тириалока), царство голодных духов (преталока) и царство ада (наралока). Приближение к этому свету препятствует освобождению и облегчает возрождение.

Если дух умершего не использует возможности освобождения в- двух первых Бардо, он попадает в

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

третье - Бардо Ищущих возрождения. На этой стадии он обретает тело, не состоящее из плотного вещества, но наделенное способностью беспрепятственного движения и проникновения через твердые объекты. Закон кармы определяет, что будет испытывать душа в этом Бардо счастье или мучения. Отрицательная карма обрекает на муки: столкновения с хищными зверями и разрушительными силами природы. Положительная дает неземные удовольствия. Обладающие нейтральной кармой не испытывают на этой стадии ничего, кроме тупого безразличия.

Важнейшим моментом в этом Бардо является суд, в процессе которого повелитель и судья мертвых Дхарма-Раджа оценивает их поступки с помощью зеркала кармы. Это зеркало отражает все хорошие и дурные поступки, которые соизмеряются в виде белых и черных камешков. После суда перед умершим открывается шесть путей кармы в соответствии с результатами оценки его добродетелей и пороков. Во время пребывания в Бардо Ищущих Возрождения важно осознавать, что все существа и события иллюзорны и являются лишь проекцией собственного сознания умершего. Если и здесь возможность освобождения не реализована, возрождение неизбежно. Все, что может предложить в этом случае книга, - это способы избежать нежелательных воплощений и выбрать наиболее благоприятное.

Приведем отрывок из Тибетской книги мертвых, описывающий страшный суд:

"Указание совершающему Обряд: Но вновь может случиться так, что влияние плохой кармы не позволит умершему достичь осознания. Поэтому назови его по имени и скажи следующее:

О благороднорожденный (такой-то), слушай! Причина твоих страданий твоя собственная карма; только карма и ничто иное. Поэтому молись усердно Трем Скоровищам - они защитят тебя. Если ты не будешь молиться и не знаешь, как сосредоточенно размышлять о Великом Символе и о божествах-хра-,

нителя, тогда явится рожденный вместе с тобой Д,обрый Дух-Покровитель, чтобы счесть твои благие дедция с помощью белых камешков, и явится рожденный вместе с тобой Злой Дух-Покровитель, чтобы счесть твои злодеяния с помощью черных камешков. Это очень тебя напугает и устрашит, ты ужаснешься и вострепещешь, ты попытаешься солгать, сказав: "Я не совершал никаких злодеяний".

Тогда Бог Смерти скажет: "Я погляжу в Зеркало Кармы".

С этими словами он посмотрит в Зеркало, в котором отражаются все добрые и злые дела человека. Лгать здесь бесполезно.

И тогда один из Палачей-Мучителей Бога Смерти набросит тебе на шею петлю и повлечет за собой. Он отсечет тебе голову, вырвет сердце, вывернет чрево, высосет мозг, выпьет кровь; он пожрет твою плоть и изгложет кости, но ты не сможешь умереть. Хотя тело твое будет разорвано на мелкие части, оно оживет вновь. И так будет повторяться снова и снова, причиняя тебе ужасную боль и муку.

Но даже теперь, когда камешки сочтены, не бойся, не ужасайся, не лги, не страшись бога Смерти.

Твое тело - духовное тело, оно не может умереть, даже если его обезглавить или четвертовать. Природа твоего тела - пустота, тебе нечего бояться. Боги Смерти - твои собственные видения. Твое тело желаний есть тело склонностей, оно пусто. Пустота не может причинить вред пустоте. Бескачественное не может причинить вред бескачественному.

И Бог Смерти, и божества, и демоны, и буйвологоловый Дух Смерти не существует вне человека, все они - иллюзии. Сделай все, чтобы постичь это.

Сделай сейчас все для осознания того, что ты в Бардо. Сосредоточься на самадхи Великого Символа. Если ты не умеешь медитировать, тогда поразмысли над истинной природой того, что тебя пугает. В действительности все лишено формы, все - Пустота, Дхарма-Кайя. Но эта Пустота - не есть пустота, ничто, а

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

тинная Пустота, перед которой ты испытываешь благоговейный трепет и, благодаря которой ясно и ярко сияет твой разум; это состояние разума СамбхогаКайи.

В той области, где ты сейчас пребываешь, ты с .непреодолимой силой ощущаешь нераздельность пустоты и света. Пустота имеет природу Света, а Свет - природу Пустоты; Свет неотделим от пустоты; это область изначального, неизменного разума - АдиКайя. Ее энергия, излучаясь беспрепятственно, сияет повсюду; это - Нирмана-Кайя.

О благороднорожденный, слушай меня внимательно! Простым узнаванием четырех Кай ты несомненно обретешь Освобождение в любой из них. Сосредоточься, здесь проходит граница, отделяющая Будд от прочих живых существ. Значение этого мгновения огромно. Если ты будешь сейчас отвлекаться, тебе потребуются бесчисленные усилия для того, чтобы выбраться из Трясины Страданий. Вот слова, истина которых тебе поможет:

В одно мгновение проявляется взаимное разделение;

В одно мгновение достигается Совершенное Просветление.

До этого мгновения, которое уже миновало, весь Бардо пребывал перед тобой; но ты не сумел постичь его, ибо не был сосредоточен. Вот почему ты испытывал страх и ужас. Если будешь отвлекаться и сейчас, струны божественного милосердия Сострадательных очей оборвутся, и ты попадешь туда, откуда не будет скорого освобождения. Поэтому будь внимателен. Если до сих пор, вопреки наставлениям, ты не достиг осознания, ты придешь к нему и освободишься здесь.

Указание Совершающему Обряд: Если умерший - человек неграмотный и не обучен духовному сосредоточению, тогда говори так:

О благороднорожденный, если ты не умеешь медитировать, постарайся вспомнить Сострадательного,

сангху, дхарму и Будду, и молись. Думай, что все ужасные и жуткие видения - твои божества-хранители или сам Сострадательный. Вспомни тайное имя, которое ты получил при посвящении, когда был человеком, и имя своего гуру и назови эти имена Справедливому Царю Богов Смерти. Даже если ты низвергнешься в пропасть, тебе не будет вреда. Избегай страха и трепета.

КОММЕНТАРИЙ К. Г. ЮНГА.

К. Г. Юнг составил психологический комментарий к "Бардо Тходол", в котором, в частности, пишет: "собственной же целью этой странной книги выступает помощь в просвещении находящегося в Бардо умершего, операция, которая образованному европейцу XX столетия, конечно же, будет казаться весьма странной. Католическая церковь - единственное место в мире белого человека, где еще можно отыскать следы попечения о душах умерших. У жизнерадостного протестантизма имеются, собственно, лишь некоторые спиритические "rescue circles"*, которые занимаются осознованием усопших, не знающих о своей смерти.

И все же у нас на Западе нет ничего такого, что хоть как-то можно сравнить с "Бардо Тходол", за исключением некоторых тайных сочинений, не попадающих, однако, в поле зрения широкой публики и официально науки. В соответствии с традицией и наш "Тходол", видимо, должен быть причислен к тайным сочинениям. В качестве такового он образует особую главу магического душеспасения, действие которого распространяется на то, что по ту сторону смерти. Естественно, культ мертвых зиждется на психологической потребности живых сделать что-нибудь для усопших. Поэтому речь идет о совершенно элементарной потребности, которую перед лицом смерти близких и друзей испытывает даже самый

* Кружки взаимоспасения (англ.). :.. . .

161

gggg^g^

просвещенный человек. Вот почему у нас еще повсюду соблюдаются обряды, совершаемые по усопшим независимо от просвещенности. Даже Ленину пришлось смириться с бальзамированием и роскошным мавзолеем, в духе какого-нибудь египетского владыки, и, разумеется, не потому, что его соратники верят в телесное восстание из мертвых. Если оставить в стороне католические мессы по душам всех усопших то окажется, что наша забота об умерших находится на зачаточной и самой низкой ступени, но не потому что мы недостаточно убеждены в бессмертии души, а потому, что мы зарационализировали эту душевную ПЬтребность. Мы ведем себя так, как будто у нас ее нет, а так как мы не умеем верить в посмертное существование, то и вообще ничего не делаем. Более же невинное чувство относится к себе серьезно и, как например в Италии в ужасе сооружает себе прекрасные надгробия. На значительно более высокой ступени стоит месса по душам всех умерших, которая откровенно предназначена для душевного благополучия усопшего, а не выражает просто удовлетворение жалостливых сентиментальных чувств. Наивысшей же духовной щедростью по отношению к усопшему являются наставления "Бардо Тходол". Они столь обстоятельны и приспособлены к изменениям "состояния" умершего, что серьезный читатель задается вопросом, а не заглянули все же, в конце концов, эти древние ламаистские мудрецы в четвертое измерение, открыв при этом секрет великих тайн жизни.

Даже если истине суждено принести нам разочарование, все же трудно удержаться от искушения наделить видение жизни в Бардо какой-то реальностью. Во всяком случае, по меньшей мере экстравагантно рассматривать посмертное состояние, по поводу которого наша религиозная фантазия создана самые невероятные представления, главным оГразом как опасное состояние сновидения и дегенераци.! Наивысшее видение появляется не в конце Бардо, а в самом его начале, в момент смерти, а то, что

ходит вслед за этим, представляет собой долгое соскальзывание в иллюзию и помрачение вплоть до дерехода к новому физическому рождению. Духовный апогей достигается в конце жизни. Человеческая экизнь, таким образом, есть средство максимального свершения; только в ней создается та карма, которая дает мертвому возможность безобъективно пребывать в пустоте полноты света и тем самым быть в центре колеса перерождений, избавившись от всех иллюзий возникновения и исчезновения. Жизнь в Бардо несет не вечные радости или мучения, а просто спуск к новой жизни, которая должна приблизить человека к его конечной цели. Эсхатологической же целью является то, что человек дал при жизни в качестве последнего и высшего плода трудов и исканий своего земного бытия. Такое воззрение превосходно, более того, оно мужественно и героично.

Дегенеративный характер жизни в Бардо прекрасно подтверждается западной спиритической литературой, которая с удручающим постоянством воспроизводит впечатление ублюдочной банальности сообщений духов. Наша научная проницательность, разумеется, без промедления объясняет эти сообщения как флюиды бессознательного медиумов и участников сеанса и применяет тот же принцип для истолкования картины посмертного существования, которую дает наша Книга мертвых.

Несомненно, что вся книга состоит из архетипических содержаний бессознательно. За этим не стоят - и в данном случае наша западная рациональность права - никакие физические или метафизические реальности, а стоит "просто" реальность душевных Данностей. Существует ли нечто в качестве "данного" субъективно или объективно, - оно существует. О том, что за этим, не говорит и "Бардо Тходол", ведь Даже пятеро его Дхьяни Будд суть душевные данности, и именно об этом должен узнать усопший, если ^му еще при жизни не стало ясно, что его душа и тот, кто дает все данности - одно и то же. Мир богов и

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

ДУХОВ - "не что иное как" коллективное бессознательное во мне. Для того, чтобы перевернуть это предложение, которое в таком случае гласил" бы' "Бессознательное есть мир богов и духов вне меня" не требуется никакой интеллектуальной акробатики' а нужна целая человеческая жизнь, а может Кыть даже много жизней при все возрастающем приб.] .'же. нии к законченности. Я намеренно не сказал "к совершенству", ибо "совершенные" делают совсем дру. гие открытия.

"Бардо Тходол" был и остается тайной книгой, какие бы комментарии к нему мы ни сочиняли, ибо его постижение требует духовных способностей, которыми никто не обладает просто так, но которыми можно овладеть лишь благодаря особому образу и опыту жизни. Хорошо, что существуют такие "бесполезные" с точек зрения содержания и задач книги. Они предназначены для людей, которым было суждено иметь не слишком высокое мнение о пользе, о цели и о смысле нашего теперешнего "культурного мира".

'tБУДДИЗМ И ЗОРОАСТРИЗМ ^

Буддизм в Юго-Восточной Азии, печально выродившийся из своего прежнего высокого состояния, выработал учение о добродетелях и проступках по образцу конторских книг, где приход и расход отмечаются ежедневно разными знаками: раздача чая в жаркое время приравнивается к единице заслуг; так же расценивается удержание в течение месяца жен от спора, но это может быть нейтрализовано, если позволить им оставить на один день горки и тарелки невымытыми, что составляет уже единицу проступков. Дарение досок на два гроба, составляющее по тридцати единиц за каждый, и погребение ^^тl.pex костей - по десяти за каждую может 61 ь нейтрализовано убийством ребенка, которое оцен: дается 100 единицами греха. Едва ли нужно говоритч ITO в

обеих указанных религиях следует изучать скорее уцелевшие в них остатки минувших веков, чем то достояние вымирания и вырождения, в котором они находятся теперь.

В Хоьрда-Авсете, памятнике древней персидской религии, судьба душ праведных и злых людей после смерти изображена в разговоре между Заратуштрой (Зороастром), Ахурамаздой и Анхра-Майнью (Ормузд и Ариман). Заратшутра спрашивает: "Ахурамазда, Небесный, Святейший, Творец вещественного мира, Чистый! Когда умирает чистый человек, где находится его душа в эту ночь?" Ахурамазда отвечает: "Она сидит у его изголовья, повторяя слова Гата-Уставаити, испрашивая себе блаженства: Пусть будет счастлив человек, который способствует счастью другого. пусть Ахурамазда продолжает творить и править по своей воле". В эту ночь душа видит столько радостей, сколько содержит в себе весь живущий мир, и то же во вторую и третью ночь. Когда в течение третьей ночи тьмы начнет превращаться в свет, тогда душа чистого человека выходит в путь и находит свою дорогу по запаху цветов. Из полуденных областей дует ей навстречу ветер, полный благоуханий, более ароматный, чем все другие ветры, и душа чистого человека вдыхает его. "Откуда дует этот ветер, самый благоуханный, который я когда-либо вдыхала?" Тогда выходит ей навстречу ее собственный закон (правила ее жизни) в образе девы, красивой, светлой, с блестящими руками, сильной, статной, гибкой, с полной грудью, чудным телом, благородным, ясным лицом, пятнадцатилетней девы, равной по прелести самым дивным существам. Тогда к ней обращается Душа чистого человека и спрашивает: "Кто ты, самая прелестная из виденных мной дев?" А она отвечает: *0 юноша, я .твои добрые мысли, слова и дела, твои добрые правила, правила твоей собственной ^изни. Ты сделал все прекрасное еще более прекрасным для меня, все приятное еще более приятным, все Желанное еще более желанным, пребывание в

ЛУЧШЕ НЕТУ ТОГО СВЕТА?

ком месте пребыванием в месте еще более высоком". Тогда душа чистого человека делает первый шаг и входит в первый рай; делает второй и третий шаг и входит во второй и третий рай; наконец, еще шаг и достигает "Вечного Света". К душе обращается одна из отошедших прежде чистых душ и спрашивает: "Как пришел ты сюда, о чистый умерший, из бренного жилища плоти, из телесного мира, сюда, в невидимый, из преходящего мира в вечный? Приветствую тебя, давно ли это случилось с тобой?" Тогда говорит Ахурамазда: "Не спрашивай того, которого ты спрашиваешь, потому что он пришел сюда по страшному пути содроганий, отделения души от тела. Принести ему самой тучной пищи, пищи юноши, который хорошо мыслит, говорит и поступает, который предан доброму закону после смерти, - пищи женщины, которая хорошо мыслит, говорит и поступает, преданной, послушной, чистой после смерти".

Затем Заратуштра спрашивает: "Когда умирает грешный человек, где остается его душа?" Ему отвечают,, что она, бегая вокруг изголовья умершего, повторяет молитву, Ке Маум: "Какую страну восхвалю я, куда пойду я молиться тебе, о Ахурамазда?. В эту ночь она видит столько печали, сколько содержится во всем живущем мире, то же и во вторую и в третью ночь. На заре после этой ночи душа уходит в нечистое место и находит свою дорогу по дурному запаху. Зловонный ветер дует ей навстречу с "евера, и ее глазам является безобразная, отвратительная дева - ее собственные злые дела. Душа делает четыре шага в беспредельном мраке, и злая душа .иворит ей: "Горе тебе! Давно ли пришла ты сюда?" А зл"юно смеющийся Майнью, подражая словам Ахур&ма.:ды, обращенным к чистой душе, велит принести пищу для порочной души - яд для тех, кто думает, и говорит, и делает злое, и живет по дурным правилам.

Парс наших дней, следуя древнему учению Зороастра, перед началом своей молитвы о прощении за все, что он должен был думать, говорить и делать и

что не выполнил, о прощении за все, чего он не должен был думать, говорить и делать и в чем провинился, в следующих словах исповедует свою веру в будущую жизнь; "У меня нет никакого сомнения в существовании правой мазадаяснийской веры, в будущем воскресении мертвых с последним телом, в переходе через мост Чинват, в неизменной награде за добрые дела и в наказании за грехи".

Вера в будущее воздаяние сделалась могучим рычагом в жизни народов. Распространяясь с одинаковой силой на добро и на зло, она становилась могущественным средством для многих религий.

Люди, живущие как для одного мира, так и для двух, имеют много общих побуждений к добру: вопервых, благородное чувство собственного достоинства, заставляющее их вести соответственную жизнь; во-вторых, любовь к добру ради самого добра и ради его непосредственных результатов; и, наконец, желание сделать нечто такое, что пережило бы самого человека, который, быть может, и не увидит своих дел, но которому уже одно ожидание их последствий доставляет известную долю удовлетворения. Но тот, кто убежден, что нить его жизни будет раз и навсегда перерезана роковыми ножницами смерти, сознает, что ему необходимы уже в земной жизни те цели и радости, которых верующий ожидает лишь в будущем мире. Мало кому может доставлять удовольствие мысль исчезнуть совершенно из сознательного мира и жить, подобно великому Будде, в одних делах своих. Остаться живым в памяти друзей составляет уже отраду. Немногим великим умам дано в удел пользоваться в памяти потомства какими-нибудь тысячью годами "субъективного бессмертия". Вообще же в человеческом роде интерес к отдельным личностям почти всегда ограничивается современниками, а память о лице всегда сохраняется лишь до третьего или четвертого поколения. Но выше и сильнее всех этих земных побуждений влияние веры в бессмертие, которая Достигает наивысшего проявления у смертного одра,

когда, отвергая свидетельства своих чувств, люди оплакивающие близкого человека, улыбаются' сквозь слезы, говоря, что это не смерть, а начало жизни.

ЛИТЕРАТУРА

1. Л. Я. Штернберг, первобытная религия в свете этнографии. М.-Л., 1936.

2. Э. Б. Тайлор. Первобытная культа. М., 1939.

3. P. И. Рубинштейн. Древний Восток. М., 1969.

4. Культура древнего Египта. М., 1975 (ред. И. С. Кацнельсон).

ГЛАВА ПЯТАЯ

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

Наиболее полно "теория возмездия" разработана в христианской религии и исламе.

Согласно христианскому вероучению о посмертной судьбе души, душа продолжает жить после смерти и помнит все, что с ней было. В течение первых двух дней после смерти душа наслаждается относительной свободой и может, вместе с находящимися при ней ангелами, посещать на земле те места, которые ей дороги. Поэтому душа, любящая тело, скитается иногда около дома, в котором разлучилась с телом, иногда около гроба, в котором положено тело, и таким образом проводит два дня как птица, ища гнезда себе. В третий же день Господь повелевает вознестись всякой христианской душе на небеса.

В это время (на третий день) душа проходит по пути к небу через легионы злых духов, которые преграждают ей путь и обвиняют в различных грехах. Это испытание называется "воздушными мытарствами" души. Как сказано в слове св. Кирилла Александрийского об исходе души, "при разлучении души нашей с телом, предстанут с одной стороны воинства и силы небесные, с другой власти тьмы, духи злобы. Узрев их, душа возмутится, вострепещет и в смятении и ужасе будет искать покровительства у ангелов Боясиих, но и будучи принята святыми ангелами, и под кровом их протыкая воздушное пространство и

** Заказ N 425 161

возносяся на высоту, она встретит различные мытарства (преграды), которые будут преграждать ей путь в царствие, будут останавливать и удерживать ее стремление к оному, на каждом из сих мытарств будет истязание в особливых грехах; чем далее восходит душа на высоту, тем более тяжкие грехи выставляются ей на вид; мытари, или истязатели, суть духи злые, которые станут обличать ее пороки, ее грехи, учиненные словом, делом, мыслию и намерением. Душа, находясь среди их, будет в страхе и трепете волноваться мыслями, пока наконец, по своим делам, или, быв осуждена, заключится в оковы, или, быв оправдана, а освободится".

МЫТАРСТВА

Согласно различным откровениям святых, существует двадцать таких препятствий, мытарств, на каждом из которых испытывается тот или иной грех: празднословия, лжи, осуждения и клеветы, чревоугодия, лености, кражи, сребролюбия и скупости, лихоимства, неправды, зависти, гордости, гнева и ярости, зла на ближнего, убийства, чародейства, блуда, прелюбодеяния, содомии, ересей, жестокосердия. Пройдя одно мытарство, душа приходит на следующее и, только пройдя успешно все их, может продолжить свой путь, не будучи немедленно ввергнутой в ад.

Наиболее известным является "Видение Григорию о мытарствах блаженной Феодоры".

В царствование греческого императора Константина Багрянородного (911-959) жил в Константинополе святой муж Василий, память которого православная церковь совершает 26 марта под именем Василия Нового. Этот муж, за свою святую и богоугодную жизнь, был удостоен от Бога даром чудес и прозорливости. Некоторый благочестивый житель Константинополя, по имени Константин, упросил Василия к ебе на жительство, устроил для него келию при своем доме

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО____________

и приставил к нему для прислуги благочестивую старицу Феодору. Кроме Феодоры, был еще у Василия ученик Григорий. Блаженная Феодора служила святому Василию, как ангелу Божию, потом, через несколько времени, приблизившись к смерти, приняла на себя иноческий образ и вскоре затем представилась ко Господу. Все, кто имел духовную любовь к преподобному Василию, скорбели о кончине старицы феодоры, которая была общею ходатаицею за всех у преподобного; она была ко всем ласкова, всех утешала добрыми разговорами, была кротка, милостива, целомудренна и исполнена духовной премудрости.

Ученик Василия, Григорий, любя сыновней любовью усопшую старицу, желал узнать, где находится душа Феодоры по разлучении от тела, какую участь получила. Занятый такими мыслями Григорий часто просил преподобного Василия, чтобы он рассказал ему о судьбе души Феодоры, ибо он твердо был уверен, что от преподобного Василия не сокрыта судьба ее. В следующую ночь Григорий, заснув, увидел во сне блаженную Феодору в светлой небесной обители, уготованной для преподобного Василия, которому она усердно и трудолюбиво служила долгие годы в земной жизни. Увидев ее, Григорий возрадовался и утешился долгою беседою с нею, как будто наяву. Он спросил ее; как она рассталась с телом, как перенесла нужду смертную, что видела при смерти и как прошла мимо воздушных духов? Феодора отвечала ему так: "Чадо Григорий! ты спрашиваешь меня о страшных предметах, о которых и вспоминать ужасно. Я видела такие лица, которых прежде никогда не видела, слышала такие слова, каких прежде никогда не слыхала. Что тебе сказать? Меня, за мои злые Дела, ожидала лютая и тяжкая участь, которой я и избежать не надеялась, но молитвами и помощью нашего общего отца, преподобного Василия, все для Меня облегчилось. Как я изъясню тебе болезнь смертную и горесть, которую испытывают умирающие? Если б кто-нибудь, нагой, был брошен, в великое

пламя, горел в нем и превращался в пепел, то разве только такое состояние можно было бы сравнять с болезнью и лютым часом разлучения души от тела. Подлинно люта смерть таких грешников, как я, а о праведных не знаю. Когда я приблизилась к концу моей жизни, и настал для меня час разлучения с телом, мне представилось множество эфиопов, которые стояли вокруг моей постели; лица их были черны, а взгляд такой страшный, что нельзя и выразить. Они начали шуметь и кричать, некоторые из них ревели, как скоты и звери, другие лаяли, подобно собакам, иные выли, как волки, или визжали, как свиньи, и все, яростно смотря на меня, скрежетали зубами, как будто хотели пожрать меня. Вместе с тем они приготовляли бумаги, как будто ожидали какогото судью, и развертывали свитки, в которых были записаны все злые дела мои. Бедная душа моя была в несказанном трепете. Грозный и яростный вид эфиопов был для меня лютее самой смерти. Я отворачивала мои глаза сюда и туда, чтобы не видеть страшных эфиопов и не слышать голоса их, но не могла избавиться от того. Изнемогши до конца в такой беде, наконец я увидела двух светлых ангелов Божиих, подошедших ко мне в виде красивых юношей; красоты их нельзя описать: лица их были очень светлы, очи ласковы, волоса на голове блестели как золото; одежды их сверкали как молния, и перепоясаны были они крестообразно на груди златыми поясами. Приблизясь к моей постели, они стали с правой стороны, тихо беседуя с собою, а я, увидевши их, возрадовалась сердцем и весело смотрела на них. Эфиопы, при виде их, содрогнулись и отступили. Тогда одив из светоносных юношей строго сказал эфиопам' "О бесстыдные, проклятые и злобные враги рода человеческого! Зачем вы всегда спешите приходить к умирающим, и своим криком смущаете всякую ду1ИУ' разлучающуюся с телом? Не слишком радуйтесь' здесь вы ничего не сыщите, Бог помиловал эту ду1ИУ> и вам нет до нее дела. - "А это чьи грехи? Не она

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО____________

дй сделала их?" - Крича таким образом, эфиопы стояли, ожидая смерти. И вот пришла смерть - из уст их излетел последний вздох. Тотчас светлые Анi-елы взяли мою душу на свои руки. Я оглянулась назад и увидела бездушное тело мое лежащее без чувств и движения. Подобно тому, как если бы кто, сбросивши с себя одежду, и очень удивлялась этому. Между тем как святые ангелы держали меня, бесы, во образе эфиопов, окружали нас и кричали: "Эта душа имеет много грехов, - пусть отвечает за них!" И - начали показывать мои грехи. А святые ангелы начали искать добрые мои дела и находили их только по благодати Божией, так как и все такие дела были сделаны мною лишь при помощи Божией. Они собирали все, что я сделала когда-либо доброе: дала ли милостыню, убогим, или накормила алчущего, или напоила жаждущего, или одела нагого, или странного ввела в дом и упокоила, или послужила святым, или посетила больного, или в темнице сидевшего и утешила его, - приходила ли с усердием в храм Божий и молилась с умилением и слезами, или внимательно слушала чтение и пение церковное, или приносила в храм ладан и свечи, или наполняла маслом церковные лампады для освещения святых икон, которые с благоговением лобызала, или постилась и воздерживалась в среды и пятницы и в прочие святые посты, или положила несколько поклонов, совершая всенощные бдения, или воздыхала иногда к Богу и плакала о грехах моих, или исповедовала мои грехи "Ред духовным отцом, с сердечным сожалением о них и старалась сделать за них удовлетворение, или сделала что доброе ближним, или не гневалась на врагов, не памятозлобствовала ради учиненной мне досады и укоризны и воздавала добром за зло, или смирилась и сожалела о чужих несчастиях, или сострадала страждущим, утешала плачущего и подавала ему руку помощи, или споспешествовала кому в добром деле, а от злого отвращала, - или сама ^вращала очи мои от суеты и удерживала язык мой

от клеветы, лжи и суесловия, - и все прочие, самые малейшие добрые мои дела, одно за другим, святые ангелы собирали и готовы были положить их на весы против злых моих дел. Эфиопы, смотря на это, скрежетали на меня зубами, хотели бы отнять меня из руку ангельских и низвести на дно ада. В это самое время неожиданно явился там преподобный отец Василий и сказал святым ангелам так: "Святые Ангелы! эта душа много послужила к успокоению моей старости, а потому я молился о ней Богу, и Бог даровал ее мне". Сказавши это, он вынул из-за пазухи как бы кошелек с золотом и, отдавая его св. Ангелам, говорил: "Вот сокровище молитв пред Господом об этой душе; когда будете вы проходить воздушные мытарства и лукавые духи начнут истязать ее, искупайте ее этим от долгов ее". Сказавши это, он отошел.

Лукавые духи, увидев дар преподобного отца Василия, сперва стояли в недоумении, потом подняли плачевные крики и сделались невидимыми. Тогда явился нам снова угодник Божий Василий, нес с собою несколько сосудов чистого елея и драгоценного мирра, которые, один за другим, все возлияли на меня, отчего я исполнилась духовного благоухания и почувствовала, что переменилась и сделалась очень сретлою. Святой Василий сказал Ангелам: "Когда вы, святые ангелы, совершите все необходимое для этой души, тогда введите ее в приготовленную от Господа для меня обитель, - пусть там и остается". Сказавши это, он сделался невидимым, а святые ангелы взяли меня, и мы по воздуху пошли на восток.

Мытарство первое

Когда мы поднялись от земли к высоте небесной, вначале встретили нас воздушные духи первого мытарства, на котором истязуются грехи празднословия, т. е. разговоров безрассудных, бессчестных, бесчинных.

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО____________

Мы остановились, и пред нас были вынесены многие свитки, в которых записаны были все слова, произнесенные мною от юности моей и выражавшие что-либо непотребное и безрассудное, а тем более что-либо срамное и какое-нибудь кощунство, нередкое на языке людей молодых. Я видела там записанными все мое сквернословие, все светские бесстыдные песни, бесчинные крики, смех и хохот. И всем этим злые духи обличали меня, показывая мне время и место, когда, где и с кем я занималась суетною беседою и прогневала Бога моими непристойными словами, не почитала этого за грех, а потому не исповедовалась в том духовому отцу и не раскаивалась. Увидевши это, я молчала как немая, не в состоянии была отвечать что-либо лукавым духам, потому что они правильно обличали меня, - а только удивлялась, как это у них ничто не осталось в забвении, что давно уже прошло и совершенно изгладилось из моей памяти, о чем я даже и не помышляла, а они знали все такое, как будто сегодня сказанное, и напоминали мне об этом... Когда я молчала, стыдилась и от страха трепетала, святые ангелы положили нечто из добрых моих дел, а недостающее дополнили от сокровища, подаренного преподобным отцом Василием, и этим выкупили меня.

Мытарство второе

Откуда пошли мы выше, и приблизились к мытарству лжи, на котором истязуется всякое ложное слово, как-то: клятвопреступление, напрасное призывание имени Божия, лжесвидетельство, неисполнение обетов, данных Богу, не искреннее и не истинное исповедание грехов, и тому подобное. Духи этого мытарства злы и свирепы, они остановили нас и начали подробно испытать, но я обличена была только по Двум случаям моей лжи, - одна моя ложь касалась неважных предметов, чего я вовсе не почитала даже

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

за грех, а другая произошла от ложного стыда, воспрепятствовавшего мне истинно исповедаться пред духовным отцом. А клятвопреступления и тому подобного, по милости Христовой, не нашли во мне. Святые ангелы на этом мытарстве против моих грехов положили нечто от добрых моих дел более тоже молитвы духовного отца моего выкупили меня, - и мы пошли выше.

Мытарство третье

Достигли мы третьего мытарства, называемого мытарством осуждения и клеветы. Здесь тоже остановили нас, и я увидела, какой тяжкий грех осуждать ближнего, и как велико зло клеветать на кого-либо, осуждать, бесславить, хулить, браниться и смеяться над чужими недостатками. Таких грешников лютые духи истязуют, как антихристов, предвосхитивших на себя право суда. Но во мне, по милости Христовой, не много нашли этих грехов, потому что я во все дни жизни моей прилежно старалась не осуждать никого. Впрочем, иногда слушая, как другие осуждают, клевещут или смеются над кем-либо, случалось и мне от неосторожности прибавлять свое слово, хотя я тотчас же останавливалась в подобных поползновениях к осуждению, но злые духи записали на мне и этот грех осуждения и клеветы. Только дарованием молитв св. Василия святые ангелы искупили меня, и пошли со мною выше.

Мытарство четвертое

Достигли мы до мытарства чревоугодия. : is руг выбежали навстречу нам злые духи с радос :iim и надеждой получить добычу. Лица у них были ^гьратительны, походили на лица сластолюбивых обжо> и мерзких пьяниц. Обошедши вокруг нас, как пс.., ни

показали счет всех случаев обжорства, когда я тайно ела, чрез силу ела, или принималась за пищу без молитвы и крестного знамения, а равно и вставала из-за стола не перекрестившись и не поблагодаривши Бога. После того представили мне все случаи моего пьянства, даже показали мне те самые чаши, рюмки и прочие сосуды, из коих я упивалась в такое-то время, на таком-то пиру, с такими-то собеседниками. Все у них было записано: и сколько я выпила, и как плясала под музыку, и как в постные дни разрешала себе выпить под предлогом немощи, да и других к тому приводила, и в праздники и воскресные дни, прежде святой литургии, выпила где-нибудь рюмку, - все эти, и многие другие случаи моего чревоугодия, представили мне лукавые духи и радовались, как бы уже получив меня в свои руки, чтобы низвести на дно ада. Я трепетала, видя такое обличение, и не знала, что сказать вопреки. Но святые Ангелы, вынув довольно из дарования преподобного Василия, положили то против моих грехов и выкупили меня. Увидевши мое искупление, злые духи закричали: "Горе нам! Пропали наши труды и надежды!" - и с этим воплем бросили на воздух свои записки о моем чревоугодии. А я радовалась, видя это, и мы пошли далее.

Во время шествия нашего выше, святые ангелы беседовали между собою так: действительно великую помощь имеет эта душа от угодника Божия Василия, и если бы не его молитвы, много нужды претерпела бы она в воздушных мытарствах. А я, принявши смелось, сказала св. ангелам: мне кажется, св. Ангелы, никто из живущих на земле не знает того, что здесь происходит и что ожидает душу по смерти. Но ангелы отвечали мне: а разве не свидетельствует обо всем этом божественное писание, читаемое в храмах и лроповедуемое священнослужителями? Только люди, пристрастившиеся в земной суете, не заботятся о том и почитают за величайшее удовольствие ежедневно насыщать свою плоть, едят без сытости и Упиваются, забывая страх Божий. Имея чрево свое

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

вместо Бога, они не помышляют о будущей жизни, и не помнят слов Писания: "Горе вам, насыщенные ныне, яко вэалчете; и упивающиеся, яко возжаждете". Они живут в беспечности и роскоши, пируя с тимпанами и ликами, и всякий день, подобно евангельскому богачу, веселяся светло. Впрочем, кто из нас милостив и милосерден к нищим и убогим и помогает требующим помощи, тот легко получает от Бога прощение своих грехов, и ради милосердия своего к ближним проходит мытарства без остановки. Сказано в писании: милостыня от смерти избавляет и, тая, очищает всяк грех; творящий милостыни и правды исполняется жизни. А кто не старается милостынею очистить грехи свои, тому невозможно избегнуть здешних испытаний. И тебе не избежать бы здесь лютой участи, если бы не получила ты сокровища молитв преподобного Василия.

Мытарство шестое

Пришли мы к мытарству воровства, на котором хотя Х и были на некоторое время остановлены, но, давши немного выкупа, пошли далее, потому что на мне не было грехов воровства, кроме маловажных случаев в моем детстве, происшедших от неразуме"ия.

Мытарство седьмое

Оттуда пришли мы к мытарству сребролюбия и скупости, которое прошли без задержания, потому что я, по милости Божией, никогда в жизни моей не заботилась о многом приобретении, но довольна была тем, что Бог мне давал; не была я и сребролюбива, но что имела, усердно раздавала требующим.

Мытарство пятое

В такой беседе мы достигли мытарства лености, на котором истязуются грешники за все дни и часы, проведенные ими в праздности. Здесь же задерживаются тунеядцы, жившие чужими трудами, а сами не хотевшие трудиться, наемники, бравшие плату, но не трудившиеся соответственно ей. Равным образом, там же истязуемы были и те, которые не радели о прославлении Бога и ленились в праздничные и воскресные дни ходить в храм на утреннее служение, на божественную литургию и другие священные службы. Там же испытывается вообще уныние и небрежение как мирских, так и духовных людей, и разбирается нерадение каждого о душе своей, и многие оттуда низвергаются в пропасть. И я была там много испытываема, так что от этих грехов никогда не осталась бы свободною, если бы святые ангелы не заплатили за меня из дарования преподобного Василия. Меня выкупили и повели далее.

Мытарство восьмое

Поднявшись выше, мы встретили мытарство лихоимства, где истязуют отдающих свои деньги на противозаконные проценты, и всех других, наживающих на счет своих ближних, как то: взяточников, и тому подобных грешников. Истязатели, рассмотревши мои дела и не сыскавши в них лихоимства, скрежетали зубами от досады; а мы, благодаря Бога, пошли выше.

Мытарство девятое

Пред нами открылось мытарство неправды, где истязуются несправедливые судьи, из корысти оправдывающие виновных и осуждающие невинных, равно и те, которые не дают наемникам условленной платы или в торговле употребляют неправильный вес и меру, и вообще все творящие какую-либо неправду.

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

Но мы, по милости Божией, прошли то мытарство безбедно, и очень мало дали для искупления моих грехов.

Мытарство десятое

Равным образом, ничего же не заплативши, прошли мы и следовавшее за тем мытарство зависти, потому что я никогда никому не завидовала. Кроме зависти на этом мытарстве истязуют также за нелюбовь, братоненавидение, недружелюбие и ненависть; однако, по милосердию Христа Бога нашего, я оказалась невинною в этих грехах, и хотя видела ярость скрежетавших против меня бесов, но уже не боялась их, - и мы, радуясь, пошли выше.

Мытарство одиннадцатое

Столь же безбоязненно прошли мы и мытарство гордости, где насыщенные гордостью злые духи истязуют за тщеславие, самонадеянность, презрение других, величание и гордость. Там прилежно наблюдают, кто не воздавал чести своим родителям, правительству и начальству, постановленному от Бога, и не повиновался им. Мы очень мало положили на этом мытарстве для моего искупления, и я была свободна.

Мытарство двенадцатое

Потом приблизились мы к мытарству гнева и ярости, и хотя там воздушные истязатели были очень сильны, но мало что от нас получили, и мы, радуясь о Господе, под покровом молитв святого отца моего Василия отправились далее.

Мытарство тринадцатое

Открылось пред нами мытарство злономерения, где без милосердия испытаются те, которые в сердцах своих питают злобу на ближнего и воздают злом за зло. Милосердие Божие и здесь спасло меня, потому что я ни против кого не злобствовала, и не помнила нанесенных мне обид, а напротив всегда, по силе, оказывала любовь и незлобие к обижавшим меня. Таким образом, мы и здесь ничего не заплатили, и, радуясь о Господе, пошли далее. Тогда я осмелилась спросить ведших меня ангелов: "Скажите мне, святые ангелы, откуда эти страшные властители воздушные знают так подробно все злые дела человеков, равно как и мои, и не только явные, но и втайне содеянные?" Ангелы мне отвечали так: "Всякий христианин после святого крещения получает от Бога приставленного к нему ангела-хранителя, который, невидимо храня человека, наставляет его днем и ночью на всякое доброе дело и записывает все добрые дела его, за которые мог бы человек получить от Господа милость и вечное воздаяние в царствии небесном. И князь тьмы, желающий привлечь к своей погибели весь род человеческий, также назначает одного из лукавых духов, чтобы он, ходя вслед за человеком, замечал все злые дела его и, поощряя его своими кознями к таким делам, записывал все худое, что человек сделал. Такой лукавый дух разносит по мытарствам все грехи человека, и оттого известны они воздушным князьям. Когда же душа разлучится от тела и хочет идти к Создателю своему на небо, - лукавые духи возбраняют это, показывая ей содеянные ею грехи, и если душа имеет более добрых дел, чем грехов, то они не могут удержать ее; когда найдется грехов больше, сравнительно с количеством добрых дел, удерживают душу на некоторое время, затворяют в темнице неведения Бога и мучат, сколько сила Божия позволит им мучить ее, пока та душа, посредством церковных молитв и милостыни ближних

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

ее, не получит прощения. Если же какая душа окажется так грешной и нечистой пред Богом, что не будет для нее никакой надежды спасения, то злые духи тотчас низводят ее в бездну, где и для них самих уготовано место вечного мучения. Там погибшие души содержатся до второго пришествия Господа, и потом, по соединении со своими телами, будут вечно с дьяволом мучиться в геенне огненной. Заметь и то, - продолжали святые Ангелы, - что этим путем восходят и подвергаются испытанию в мытарствах только те, которые просвещены верою и святым крещением, а неверующие - иудеи, идолопоклонники и магометане сюда не приходят, потому что, еще до разлучения от тела, душами своими принадлежат аду; и когда они умирают, бесы берут их души без всякого испытания как свое наследство и низводят в пропасть гееннскую".

Мытарство четырнадцатое

Во время сей беседы святых ангелов, пришли мы к мытарству убийства, на котором истязуют не только за разбой, за всякую рану, за всякий удар, нанесенный ближнему, но даже и за толчки. Но мы тут мало дали за мой выкуп, и пошли далее.

Мытарство пятнадцатое

Прошли мы мимо мытарства чародейства, обаяния, отравления, призывания бесов. Здешние бесы чрезвычайно страшны и отвратительны, но, по милости Божией, не нашли во мне ничего, и мы пошли далее. Вслед за мною яростно кричали злые духи: "Вот придешь ты в мытарство блуда увидим, как там откупишься". Когда мы поднялись выше, я осмелилась спросить святых ангелов:. "Все ли христиане проходят чрез эти мытарства, и нет ли возможности

пройти здесь без истязания?". Святые ангелы отвечали мне: "Нет иного пути для душ, восходящих на небо; все идут этой дорогой, но не все бывают так истязуемы, как ты, а только подобные тебе грешники, которые творили неполное исповедание своих грехов, от ложного стыда утаивая пред духовным отцом постыдные свои дела. А кто рассказывал на исповеди свои грехи все вполне и каялся в них с сокрушенным сердцем, у того они невидимо изглаждаются Божием милосердием; и когда такая покаявшаяся душа приходит сюда, воздушные истязатели, разогнувши свои книги, не находят в них ничего записанного, и такая душа, радуясь, восходит к престолу Божию. Если бы и ты сотворила совершенную исповедь о твоих грехах и получила в них разрешение, стараясь потом сделать возможное за них удовлетворение добрыми Делами, то не подверглась бы этим грозным истязаниям в мытарствах. Впрочем, тебе много помогло то, что ты давно уже перестала грешить, а наипаче помогли тебе молитвы преподобного Василия, которому ты много и усердно послужила".

Мытарство шестнадцатое

Беседуя таким образом, подошли мы к мытарству блуда, на котором истязуется не только всякое любодеяние, но и всякое поползновение к блудным помыслам и услаждение подобными мыслями, также блудные воззрения, порочные осязания и страстные прикосновения. Князь этого мытарства был облечен в нечистую и смрадную одежду, запачканную кровавой пеной, и множество бесов стояло около него. Увидевши меня, они удивились, что я успела уже пройти столько мытарств, и вынесли записки о всех моих блудных делах, с кем, когда и где я грешила в юности моей. Я молчала и трепетала от страха и стыда, но святые ангелы сказали бесам: "Она давно уже оставила блудные дела и последнее время жизнь

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

провела в чистоте, воздержании и посте". А бесы отвечали: "Мы знаем, что она давно перестала грешить, но не искренно исповедывалась пред своим духовным отцом и не получила от него надлежащей заповеди об удовлетворении за свои грехи, а потому она наша: или оставьте ее нам, или выкупите добрыми делами". Ангелы положили много из моих добрых дел, а еще больше от дарования Василия преподобного, и едва избавили меня от лютой беды, - после чего мы пошли далее.

Мытарство семнадцатое

Вот дошли мы до мытарства прелюбодеяния, где истязуются грехи людей, живущих в супружестве, но не хранящих супружеской верности друг ко другу, и не соблюдающих ложа своего нескверным, также блудные похищения и насилия. Здесь же строго истязуются блудные грехопадения лиц, посвятивших себя Богу и обещавших, но не соблюдших своей чистоты Христу Спасителю. И я много должна была на этом мытарстве; лукавые духи уже обличили меня и хотели выхватить из рук ангелов; но ангелы долго спорили с ними, представляя все мои последующие труды и подвиги, и едва искупили меня - не столько моими добрыми делами, которые положили тут все до последнего, сколько сокровищем отца моего Василия, которого также очень много положили, и, взяв меня, пошли далее.

мерзких бесов, весь опачкан смрадным гноем, таковыже были и слуги его. Смрад был нестерпим, злоразие невыразимо, ярость невообразима. Они окружили нас, но, по милости Божией, не нашедши во мне ничего, побежали прочь со стыдом, а мы весело удалились от них. Тогда сказали мне святые ангелы: "Ты видела, Феодора, страшные и мерзкие мытарства блудные; знай же, что редко которая душа проходит их без озлобления и выкупа, ибо весь мир лежит во зле соблазнов и скверны, и все люди сластолюбивы. Мало таких, которые берегут себя от блудных нечистот и умерщвляют в себе плотскую похоть. Весьма многие, дошедши до блудных мытарств, здесь погибают. Начальники блудных мытарств хвалятся, что они более всех здешних истязателей наполняют душами людей огненную пропасть ада. Ты же, Феодора, благодари Бога, что вот уже прошла блудные истязания, по молитвам отца твоего преподобного Василия и более не увидишь страха".

Мытарство девятнадцатое

После всего мы подошли к мытарству ересей, где испытываются неправедные мудрования о вере, отступничество от православного исповедания веры, неверие, сомнения в вере, хула на святыню, и прочее тому подобное. Я прошла чрез это мытарство без испытания, и вот мы были уже недалеко от врат небесных.

Мытарство восемнадцатое

Мытарство двадцатое

Приблизились мы к мытарству содомских грехов, на котором истязуется всякая противоестественная похоть плоти, кровосмешение, и другие сквернейшие дела, о которых стыдно и страшно даже вспомнить. Князь этого мытарства был мерзостнее всех самых

176

Но нас встретили злобные духи последнего мытарства - немилосердия и жестокосердия Духи этого мытарства были очень жестоки. Здесь без милости испытываются души жестокосердных людей. Пусть бы кто совершил и самые великие подвиги, пусть бы

177

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

изнурил себя строгим постом, беспрестанно молился и сохранил чистоту, но был немилосерден к ближним и немилостив, - он из этого мытарства низвергался в адскую бездну, и не получал милости во веки. Но мы, благодатию Христовой, прошли безбедно чрез то место: молитвы преподобного Василия даровали мне много сокровищ для моего искупления.

Таким образом, избавившись от страшных мытарств, мы с радостью приблизились наконец к самым вратам небесным. Небесные врата были как будто из светлого кристалла и дивно сияли. При них стояли светлые, как солнце, юноши, которые, увидев меня, предводимую ангелами, радовались, что я милосердием Божиим избавилась от воздушных мытарств, и, приветливо встретивши нас, ввели меня внутрь. Что я там видела, что я слышала, чадо Григорий, того рассказать нельзя. Видела то, чего око человеческое никогда не видело, - слышала, чего ухо никогда не слышало, и о чем никому из живущих на земле никогда не может представить воображение. Потом я приведена была к престолу Божию, неприступной славы, окруженному херувимами, серафимами и множеством небесных воинов, всегда славящих Бога неизреченными песнями. Падши, я поклонилась Богу, и небесные силы воспели сладкую песнь, прославляя Божие милосердие, непобеждаемое грехами человеческими. И услышали мы глас от престола Божия, повелевавший приведшим меня ангелам, показать мне все обители святых и потом все муки грешников, после чего водворили бы меня в обители преподобного Василия. Вот и повели меня везде, и видела я прекрасные обители, апостольские, пророческие, мученические и святительские, и прочий. Все они были красоты неизреченной и везде я слышала глас духовной радости и веселия, везде видела торжество святых. Все они, увидевши меня, радовались о моем спасении и прославляли Бога, избавившего меня от сетей вражьих. По обхождении этих светлых обителей, низведена

была я в преисподнюю, и видела там страшные, нестерпимые муки грешников. Показывая мне их, ангелы сказали: "Смотри, Феодора, от каких мук избавил тебя Господь по молитвам угодника своего Василия." Я слышала там вопли; плач и рыдания мучившихся. Иные из них страшно кричали и проклинали день рождения своего, и увы! - никто не оказывал им никакого милосердия.

Оттуда провели меня ангелы в эту, видимую тобою обитель, и водворили меня тут, сказав: "Сегодня преподобный Василий творит о тебе память". Я поняла, что тогда был сороковой день по разлучении моем с телом и в этот день пришла в покойное мое убежище.

Сказавши это, преподобная Феодора показала Григорию (в сонном видении) всю красоту своей обители и все духовные богатства, приобретенные великими трудами блаженного отца.

Григорий проснулся и, пришедши в себя, удивлялся всему тому, что он видел и что слышал от блаженной Феодоры; потом пошел он, по обычаю, к преподобному Василию за благословением.

Старец спросил его: "Где ты был в эту ночь, чадо Григорий?" - "Почивал на моем одре", - отвечал Григорий. - "Знаю, - сказал преподобный, что ты телом почивал на одре, но духом ты был в другом месте. Разве забыл, сколько Бог открыл тебе в эту ночь в сонном видении? Вот ты получил желаемое: видел Феодору, и от нее самой слышал все, что хотел знать, и видел ту обитель, которая благодатию Христовою приготовлена для меня".

Тогда Григорий убедился, что сон его был не мечта, но Божие откровение, исходатайствованное ему молитвами преподобного. Он благодарил Бога, поклонился блаженному отцу, и получил от него надлежащее поучение.

(Житие св. Василия Нового. Чет. Мин. мар. 26). Успешно пройдя через мытарства и поклонившись

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

Богу, душа еще на протяжении тридцати семи дней посещает небесные обители и адские бездны, еще не зная, где она останется, и только на сороковой день иданачается ей место до воскресения из мертвых. Согласно откровению ангела преподобному Макарию Александрийскому, особое церковное поминовение усопших на девятый день после смерти связано с тем, что до сего времени (с 3-го до 9-й день) душе показывали красоты рая и только после этого (с 9-го по 40-й) ей показывают мучения и ужасы ада. Итак, согласно православному христианскому канону, для поддержания души необходимо совершить поминания на 3, 9 и 40-й дни после смерти.

В преддверии вселенского Страшного суда, знаменующего Конец Света, воскресения из мертвых и окончательного и вечного осуждения грешников, в христианских догматах существует и определение частного суда, помещающего души до Страшного Суда в Ад или в Рай.

АД И ЕГО ОБИТАТЕЛИ

Ад согласно христианским концепциям - это место посмертных мучений грешников.

В Ветхом Завете ему соответствует еврейское слово "шеол" или греческое "гадес", которое обыкновенно переводится словом "преисподняя". В новом Завете встречается слово "геенна".

Представления о посмертном существовании весьма неопределенны. В каноне Нового Завета предупреждение об угрозе страшного суда и Ад занимает важное место, но чувственная детализация адских мучений отсутствует. Упоминания об Аде в притчах Иисуса Христа рефреном замыкаются словами: "там будет плач и скрежет зубов". Ад определяется как "мука вечная", "тьма внешняя", "тьма кромешная". Пребывание в Аду - это не вечная жизнь, хотя бы в страдании, но мука вечной смерти. Наиболее

чивая конкретная черта Ада в Новом Завете - это упоминание огня.

В "Карманном богословском словаре" П. Гольбаха находим полное сарказма определение Ада: "Это кухонная плита, на которой кипит котел духовенства. Она сложена специально ради священников. Небесный отец, их главный повар, заботясь об их хорошем питании, накалывает на вертела тех из своих детей, которые не проявляли должного внимания к их наставлениям. На пиршестве агнца избранники будут есть жареных безбожников, вареных богачей, тушеных банкиров".

Ад является местопребыванием дьявола и падших ангелов. Кто же такие падшие ангелы?

Падшие ангелы, или, как их еще называют, падшие духи, демоны, бесы, относятся к роду ангелов, и несут в себе все свойства, присущие ангельскому естеству. Поэтому, прежде чем говорить о падших духах, их природе и свойствах, необходимо выяснить сущность ангельской природы.

По определению св. Афанасия Великого, "Ангелы - существа живые, разумные, бесплотные, способные к песнопению, бессмертные". Ангелы сотворены по образу и подобию Божию, как впоследствии сотворен человек.

Согласно Церковному Писанию, чины ангельские разделяются на три иерархии: высшую, среднюю и низшую. Каждую иерархию составляют три чина. В высшую входят: серафимы, херувимы, престолы. Среднюю ангельскую иерархию составляют три чина: господства, силы, власти. В низшую входят три чина: начала, архангелы и ангелы. Все чины небесных сил носят общее название Ангелов - по сути своего служения. Господь открывает Свою волю высшим ангелам, а они, в свою очередь, просвещают остальных. Таким образом, тайны Божий идут по нисходящей иерархии от серафимов к ангелам, причем каждая последующая иерархия посвящается только в те знания, которые способна вместить на данном уровне своего духовного развития.

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

Само же слово "ангел" в переводе с греческого означает - посланник. Это название ангелы получили от характера своего служения, направленного Всеблагим Богом на спасение рода человеческого. Время сотворения ангелов точно не указано в Священном Писании, но по учению, принятому Святой Церковью, сотворение ангелов предшествовало сотворению вещественного мира и человека.

Диавол, падшие духи и причины их падения

До того времени, пока диавол был ангелом светлым и святым, он обитал на небе. На небе совершилось несчастное превращение, и многочисленное собрание ангелов отделилось от святого сонма небесных сил, соделалось собранием мрачных демонов, имея во главе падшего херувима. Погибли и многие из высших ангелов из господства, начал и властей. Первый виновник греха и родоначальник зол есть диавол. Пе я говорю это, но Господь сказал: "Потому что сначала диавол согрешил". Прежде него никто не грешил. Согрешил же он не от природы - по необходимости, получив наклонность ко греху, иначе вина греха падала бы опять на Того, Кто устроил его таким. Напротив того, будучи создан благим, по собственному произведению сделался диаволом, от дел своих получив себе имя (диавол в переводе означает - клеветник). Быв архангелом, впоследствии назван диаволом за клевету, быв добрым Божиим служителем, стал сатаною, в полном значении сего имени, потому что сатана значит противник. Диавол пал и многих увлек с собою в отступление. Он влагает похотения в покоряющихся ему. От него прелюбодеяния, блуд и все, что только есть худого.

После падении злых духов с неба в область поднебесную, или воздушную, для них стал вовсе недоступен мир небожителей, и потому все их злостное внимание исключительно обращено на близкую им

ли), с тем чтобы здесь между людьми сеять зло. Зло, таким образом, составляет насущную потребность демонов, которые ни в чем не находят успокоения или наслаждения, кроме злой деятельности. Чувство добра, как и Царствие Божие, ненавистно им.

Согласно учению св. Игнатия Брянчанинова "...падшие духи снизошли с высоты духовного достоинства; они ниспали в плотское мудрование более, нежели человеки".

Падшие духи, содержа в себе начало всех грехов, стараются вовлечь во все грехи людей с целью и жаждою погубить их. Они вовлекают нас в разнообразное угождение плоти и корыстолюбие, славолюбие, живописуя перед нами предметы этих страстей обольствительнейшею живописью.

Внешний вид, телесный состав и свойства падших духов

Ангелы имеют образ и вид, и вид, и этот образ есть образ и вид человека в его теле. Они тела тонкие, эфирные, тогда как наши земные тела вещественны и грубы. Ангелы, подобно душе, имеют: члены, голову, очи, уста, руки, ноги, волосы - словом, полное подобие видимого человека в теле. Красота добродетели и Божия благодать сияют на лицах святых ангелов; отчаянная злоба составляет характер падших ангелов; лица их похожи на безобразные лица злодеев и преступников между людьми.

Св. Писание указывает, что демоны имеют те же чувства, какие имеет человек: зрение, слух, обоняние, осязание; оно приписывает им способность говорить; падшим духам приписывают недостатки падшего человечества, немоту и глухоту. Сам Господь назвал одного из демонов глухим и немым.

Способность быстро преодолевать пространство имеют не только ангелы, но и демоны. Имеют бесы и возможность переносить с места на место как грубое

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

земное вещество, так и людей. В Евангелии от Матфея мы читаем, что диавол, искушая Господа Иисуса Христа, взял Его в Святой город и поставил на кровле храма, потом взял Его на очень высокую гору. В житии св. Иоанна, архиепископа Новгородского, написано о путешествии, проделанном им верхом на бесе из Новгорода в Иерусалим и обратно. Причем все путешествие совершилось во вторую половину ночи, то есть заняло около 2-3 часов. Это свидетельствует о том, что скорость передвижения падших духов, хоть и очень велика, но далеко не беспредельна.

Демоны, подобно Ангелам, также имеют способность производить поразительные изменения в видимой природе. В книге Иова мы читаем о том, как под действием диавола огонь, представлявшийся человеческим взорам обрушенным с неба, пожег принадлежащие Иову стада овец вместе с пастухами. Здесь же мы узнаем о том, как в результате манипуляций нечистого духа начался ураган, который разрушил дом, где собрались дети Иова, и они погибли. В книге Бовита написано о демоне Асмодее, убившем семерых мужей, за которых поочердено была выдаваема Сарра.

Как мы видим из всего вышеприведенного, бесплотные духи, сотворенные из более тонкого вещества, чем человек, изначально наделены силами, позволяющими им оказывать мощное влияние на материальный мир; кроме того, они имеют несравненно большие знания об устроении и законах вселенной; владеют средствами, позволяющими преодолевать законы видимого мира.

Местопребывание падших духов

Согласно учению православной церкви, местом пребывания падших ангелов сделалось поднебесное пространство, которое иначе называется воздухом. земной поверхностью и бездной, или адом.

Демоны являются источниками различных болезней и недугов, могут входить в людей и животных и мучить их. Демоны живут и в воде, это видно из того, что православная Церковь, в день Богоявления Господня, просит Бога об очищении воды от возможного присутствия там падших духов.

Говоря о непосредственном местонахождении рая и ада, мы считаем уместным привести точку зрения американского подвижника Серафима Роуза. По его мнению, "эти места находятся вне "координат" нашей пространственно-временной системы; авиалайнер не пролетает невидимо" через рай, а спутник Земли через третье небо, и с помощью бурения нельзя добраться до душ, ожидающих в аду Страшного суда. Они не там, но в пространстве другого рода, начинающемся непосредственно здесь, но простирающемся как бы в другом направлении". Этот тезис вполне согласуется с ответом св. Ионна Златоуста о местонахождении рая и ада: "По моему мнению, он где-то вне этого мира", говорит святой в беседах на послание к Римлянам.

В настоящее время местопребыванием для диавола, главы падших ангелов, служит ад, или иначе бездна тартар, преисподняя, внутренность земли. Сойдя в ад, Иисус Христос связал сатану на все время между двумя своими пришествиями, "низверг его в бездну, и заключил его, и положил над ним печать". Перед вторым пришествием Господа "сатана будет освобожден из темницы своей и выйдет обольщать народы, находящиеся на четырех углах земли". Из жизнеописания святых также явствует, что глава падших ангелов - сатана, пребывает во аде, а на земной поверхности и в воздухе действуют бесы под управлением князей своих, то есть падших ангелов из высших чиноначалий. Демоны нисходят во ад для получения приказаний и наставлений от сатаны, доносят ему о своих действиях и о всем совершающемся на поверхности земной. Также в аду, согласно учению Церкви, находятся души грешников, которые претерпевают от демонов любые мучения. Что

ностыо согласно со словами Христа: "Идите от меня проклятые в огонь вечный, уготованный диаволу и ангелам его".

Существует масса чувственно-детализированных картин Ада и адских мучений, рассчитанных на устрашение массового воображения. Ад рисуется как застенок божественной юстиции, в котором царствует сатана с бесами (чертями) в роли усердных палачей; как место пыток, применяемых за различные категории грехов по некоему потустороннему уголовному кодексу. Род наказания наглядно отвечает роду преступления: клеветники, грешившие языком, за язык и подвешены; лжесвидетели, таившие в устах ложь, мучимы огнем, наполнившим их рот; ленивцы, в неурочное время нежившиеся в постели, простерты на ложах из огня; женщины, вытравлявшие плод, обречены кормить грудью жалящих змей и т. д. Эти подробности в изобилии содержатся в многочисленных апокрифах и "видениях", например, в видении воину Таксисту:

В Карфагене, городе северной Африки, гласит предание, жил один человек, по имени Таксиот, по занятию воин. Он проводил свою жизнь в великих грехах.

Когда случилась в Карфагене эпидемия, Таксиот почувствовал страх и опомнился. Он стал раскаиваться в грехах своих и, выйдя с женой своей из города, поселился в одном местечке, наложил на себя молчание. Немого времени спустя, он впал в прелюбодеяние с женою человека, снимавшего у него землю и жившего с ним в одном селении. Спустя несколько дней, Таксиот был ужален ядовитою змеей и умер. '

На расстоянии одной стадии от этого селения находился монастырь. Жена Таксиста пошла туда и упросила монахов взять тело умершего, чтобы похоронить его в церкви. И вот его похоронили в девять часов утра. Когда наступило три часа дня, из его гроба послышался вопль.

- Помилуйте меня, помилуйте меня! - неслось из гроба.

Приблизившиеся ко гробу услыхали голос мертвеца, быстро раскрыли гроб и нашли погребенного живым.

Все в изумлении спрашивали Таксиста, желая узнать, что было с ним, и как он ожил.

Но Таксиот ничего не мог рассказать от сильного плача и рыданий. Он только просил, чтобы его вели к рабу Божию епископу Тарасию.

И привели его к епископу, который три дня принуждал Таксиота, чтобы тот рассказал ему, что он видел там.

Но Таксиот на четвертый день только мог говорить. С мучительными слезами он начал свой рассказ. - Когда я умирал, - говорил Таксиот, я увидел каких-то эфиопов, которые стояли возле меня. Их вид был невыразимо страшен, душа моя металась и мучилась. Потом я увидел двух юношей чуднопрекрасных, и душа моя вскочила в руки их.

И тотчас мы, словно летя, стали восходить с земли в высоту. Мы встретили мытарства, подстерегающие восход души всякого человека, и каждое мытарство за свой грех истязало: одно за ложь, другое за зависть, иное за гордость...

- И я видел в ковчежце, держимом ангелами, все мои добрые дела; ангелы брали их и сопоставляли с моими злыми делами. Так мы прошли мытарства. Когда же приближаясь к вратам небесным, мы пришли к мытарству блуда, удержали меня там подстерегавшие и вынесли все мои блудные дела, совершенные мною с детства и доселе. И сказали водившие меня ангелы: Все телестные грехи, которые ты совершил в городе, прощены, потому что ты раскаялся в них. И сказали мне противники мои: - Но когда ты вышел из города, в селении ты согрешил с женою твоего земледельца.

Слыша то, ангелы не нашли доброго дела, чем возместить грех мой, и, оставив меня, ушли.

Лукавые духи мевя били и свели вниз. Я был введен ими узкими входами между тесных и смрадных

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

скважин до преисподних темниц ада. Там души грешных затворены во тьме вечной, где нет им жизни, но мука вечная, неутешная, плач и неисповедимый скрежет зубов, там всегда вопиют сильным воплем, говоря: - Горе нам, горе! Увы, увы!

Невозможно описать существующие там беды и нельзя объяснить тех мучений, которые я видел там. Они стонут, и никто о них не жалеет; плачут, и нет утешающего и избавляющего.

И я был затворен с ними в этих темных местах и посажен в тесноте. Я плакал и рыдал, будучи заключен с девяти до трех часов.

Затем я увидел небольшой свет и двух ангелов, пришедших туда. Я стал усердно просить их, чтобы они вывели меня из этой беды, и я успел бы принести Богу раскаяние в своих грехах. И сказали мне ангелы:

- Напрасно умоляешь, никто не выходил отсюда, пока не наступит воскресение всех. Я сильно просил и умолял, обещаясь покаяться. Тогда один ангел сказал другому: - Поручаешься ли ты за него, что он покается? - Поручаюсь, - отвечал другой. И я видел, что поручитель мой дал ему руку. Ангелы вывели меня оттуда в гроб к телу моему, и сказали мне: - Войди, откуда отлучился.

И видел я естство души моей, светящееся, как жемчуг, а мертвое тело мое, как тина, черное и зловонное, и гнушался войти в него. Тогда ангелы сказали мне:

- Невозможно тебе покаяться, иначе как с телом, которым грешил ты. Но я умолял их не входить в тело. - Войди, сказали мне ангелы: если же нет, то опять отведем тебя туда, откуда взяли.

Тогда я вошел, ожил, и стал кричать: "Помилуйте меня". - Поешь пищи, сказал ему епископ Тарасий.

Но Таксиот не хотел есть, и ходил только в церковь ежедневно, припадал лицом к полу, исповедуясь богу со слезами и воздыханием. Он говорил всем:

- Горе согрешающим, потому что их ждет вечная мука!

- Горе не кающимся, - пока есть время! - Горе оскверняющим свое тело! Таксиот после своего воскресения прожил сорок дней.

Очистившись покаянием и за три дня до смерти узнав час кончины своей, он отошел к Господу милосердному и человеколюбивому, низводящему в ад и возводящему оттуда.

Загробные муки жестокосердного

Один благочестивый воин был при смети и, возвратившись к жизни, рассказал: "Я видел темную и мрачную реку, через которую был мост; на этом мосту ожидало испытание: кто грешен, тот падал в эту темную и зловонную реку, а кто праведен, тот проходил по нему свободно. По ту сторону этой реки виден был зеленеющий луг, благоухающие травы и цветы, и видны были обители с мужами в белых одеждах. Одни обители стояли ближе к реке и мосту, а другие дальше, до одних обителей доходил смрадный запах реки этой, а до других нет. Еще строилась одна светлая обитель, чудная и благодатная, из одних золотых камней, а для кого - неизвестно. Такое было благоухание в том месте, что переходившие через то место и жившие тут, от одного обоняния и благоухания его насыщались. Близ той страшной реки я видел умершего четыре года назад некоего мужа, по имени Петр, связанного тяжелыми цепями. Я спросил его: за что он так страдает?" Он ответил: "За то, что когда мне ведено было кого-то наказывать за преступления, то я наказывал не столько из-за послушания, сколько по жестокости и бесчеловечию характера".

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

Загробвое состояние самоубийцы

Один благочестивый старец на духу сообщил своему отцу духовному, что он долго скорбел о преждевременной и нехристианской кончине своего отца, повесившегося и похороненного в лесу без отпевания. "Крепко жаль мне было отца, - поведал старик священнику, - и часто думал я о нем. А как выросли да женили меня, и стал я жить да работать, отец не сходил у меня с ума. И начал я по ночам молится Богу, чтобы узнать, где теперь отец мой. Вот однажды и вижу во сне: кто-то спросил меня, ровно такой же мужичок, как я: "Ты хочешь знать, где твой отец?" "Да, говорю, '- желал бы увидеть его". "Пойдем, - говорит, - со мной". Долго мы шли, и не умею сказать, где точно, в темном лесу каком, только чем дальше шли мы, тем земля под ногами становилась горячее, так что ноги жгло. Наконец дошли мы до такого места, где из земли выбрасывается сильный огонь и на большой долине; слышу шум, треск. Незнакомый подводит меня ближе и ближе; даже против моей воли, мне уже и страшно, и больно было от жару.

В пламени том постоянно показывались люди - их выбрасывало из пропасти как будто вместе с огнем, а потом они опять низвергались в огненную бездну, лица их и все тело были черны как уголь. Стоны и вопли их были ужасны!

- О, Господи! Здесь-то, видно, мучатся грешники? - сказал я.

- Тут и твой отец, - сказал мне вожатый. - Но отца я не видел.

После такого ужасного сновидения я решительно не знал, что делать и как помочь отцу, - а помочь' хотелось. В таком раздумье я однажды и заснул... заснул с мыслию о горькой участи отца и опять вижу во сне: великое пламя выходит из земли, чувствую отвратительный, смрадный запах и слышу страшные вопли и стоны человеческие. Всматриваюсь, подошел

ближе, да и думаю - не увижу ли здесь отца. Вдруг он показался на поверхности, да такой черный, как в смоле обмакнули... я едва узнал его.

- О! Ваня, голубчик! Выкупи ты меня отсюда... там у вас копейка, здесь за рубль ценится... - и опять не стало его.

Я в испуге-то и слова не успел вымолвить с ним. И опять думаю: что я не спросил, чем можно помочь ему? Ведь он, поди, знает. А сам стою и гляжу на страшный огонь - не увижу ли еще отца. Между тем мне показалось, что сверху откуда-то как роса и мелкий дождь падает что-то на огонь и несколько ослабляет его силу. Думаю опять: что же это значит? И слышу голос: это милостыня и молитвы святых за тех, которые здесь мучатся, - падают росою на огнь гееннский.

С тех пор я еще чаще стал подавать милостыню по душе Феодора, отца моего, и понял его слова "у вас копейка - здесь за рубль ценится". Только дело-то мое не богатое: подавал бы и щедро, да нечего". Так окончил старик замечательный свой рассказ.

Видение мук грешников

Один больной человек, изнемогая от мук, с воплем просил Господа прекратить его страдальческую жизнь.

- Хорошо, - сказал явившийся больному ангел, - Господь прекращает твою временную жизнь, только с условием: вместо одного года страданий на земле, которыми каждый человек очищается, как золото в огне, согласен ли ты пробыть три часа в адских мучениях? Твои грехи требуют очищения в страданиях собственной твоей плоти, ты должен бы страдать еще год, потому что для тебя, как и для всех верующих, нет другого пути к небу, кроме крестного, проложенного Христом. Этот путь тебе наскучил на земле,

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

испытай эти муки только в течение трех часов, а после ты будешь спасен.

Страдалец задумался: год страданий на земле, - это ужасно! Лучше уж я вытерплю три часа в этих бесконечных муках, сказал он себе, чем год на земле. - Согласен в ад! - сказал он наконец ангелу. Ангел тихо принял его страдальческую душу и, заключив ее в преисподних ада, удалился от страдальца со словами утешения: "Через три часа явлюсь я за тобою!"

Господствующий повсюду мрак, теснота, долетающие отовсюду вопли грешников, видение духов злобы в их адском безобразии, - все это слилось для несчастного страдальца в невыразимый страх и томление. Он всюду видел и слышал только страдания и вопли и ни ползвука радости в необъятной бездне ада; одни лишь огненные глаза демонов сверкали в j преисподней тьме, и носились пред ним их исполинские тени, готовые сдавить его и сжечь своим гееннским дыханием. Бедный страдалец затрепетал и закричал; но на его крик и вопли отвечала только адская бездна своим замирающим вдали эхом и клокотанием гееннского пламени. Ему казалось, что протекли уже целые века страданий, с минуты на минуту ждал он к себе светоносного ангела, но ангела не было. Наконец, страдалец отчаялся в его райском появлении и, скрежеща зубами, застонал; но никто не внимал его воплям. Все грешники, томившиеся в бездне гееннской, были заняты сами собою, своим собственным мучением, и ужасные демоны в адской радости издевались над мучениями грешников.

Наконец тихий свет ангельской славы разлился над бездною, с райской улыбкой приступил ангел к добровольному страдальцу и спросил о его состоянии.

- Не думал я, чтобы в устах ангельских могла быть ложь, - прошептал едва слышным, прерывающимся от страданий голосом страдалец. - Ты

щался взять меня отсюда через три часа, а между тем целые годы, целые века протекли в моих невыразимых страданиях.

- Что за годы, что за века? - кротко отвечал ангел. - Час, один только час прошел со времени моего отсутствия, и два часа еще быть тебе здесь.

- Два часа? - в испуге спросил страдалец. - Два часа! А это час только протек? Ох, не могу более терпеть, нет силы! Если только можно, если только есть воля Господня, умоляю тебя: возьми меня отсюда! Лучше на земле буду я страдать годы и века, даже до последнего дня, до самого пришествия Христова суда, - только выведи меня отсюда. Невыносимо! Пожалей меня! - со стоном воскликнул страдалец, простирая руки к светлому ангелу.

- Бог, - отвечал ангел, - являет на тебя благодать Свою, исполняя прошение твое. Но ты должен знать и помнить, сколь жестоки и невыносимы адские мучения.

К БОГУ В РАЙ

Праведники пребывают в раю. После перевода Ветхого Завета на греческий язык слово "рай" стало обычным названием Эдемского сада. Первоначально Эдем (т. е. "приятность") обозначал место на востоке, где Бог насадил сад, который отдал Адаму и Еве для жительства. Но когда люди согрешили, съев запретный плод, Бог изгнал их из Эдемского сада.

Конкретные образы христианского рая складываются из сведений, приведенных в различных откровениях и видениях святых.

Многим святым при жизни или перед смертью даровано было видение рая.

Так, например, мученица Евдокия рассказывала, что один светлый юноша, явившись ей и взяв за руку, повел на воздух и потом, как только они приблизились к небесам, их с радостью встречали ангелы.

7 Заказ 1" 425

193

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

Преподобной Матроне перед кончиною было такое видение: ей казалось, что она находится в одном прекрасном месте, где растет множество деревьев, текут чистые воды, прекрасные птицы поют сладкозвучно, - и так хорошо то место, что невозможно его вполне описать: это был рай Божий! Там стояли благолепные жены, которые показывали преподобной Матроне светлую палату и говорили ей: "Матрона! Это дом твой, уготованный тебе от Бога, приди и живи в нем!"

Наиболее подробное описание рая оставил св. Ефрем Сирин:

"Духовным оком воззрел я на рай. Горные вершины не достигают до его высоты... Красота его возбуждает радость и влечет к себе шествующих, озаряя их блеском лучей и услаждая их своим благоуханием. Светоносные облака образуют кущи для достойных его... Далек от взоров рай, недосягаем он для ока, поэтому можно решиться изобразить его только в сравнениях. Представляй себе рай в виде светлого венца, окружающего луну: он также окружает собою и море, и сушу...

Кто в состоянии перечислит красоты рая? Прекрасное устройство его, блистательна каждая часть его, пространен рай для обитающих в нем. Светлы чертоги его: источники его услаждают своим благоуханием, но изливаясь к нам, теряют его на нашей земле, потому что получают вкус земной, пригодный для нашего питья...

Разнообразил и умножил красоты рая создавший их Художник: для низших назначил Он низшую часть рая, для средних - среднюю, а для высших самую высоту.

Когда праведники взойдут на степени, назначен-' ные им в наследие, тогда каждый, по мере подвигов своих, будет возведен на ту именно степень, какой он'' достоин и на какой ему должно пребывать. Как велико число и различие степеней, так же велико число и различие в достоинстве поселяемых: первая степень" назначена покаявшимся, середина Х- праведным, вы-'

сота - победителям. Чертог Божества превознесен над всем.

И Ной в самом низу ковчега поместил животных, в средине - птиц, в сам, подобно Богу, обитал в верхней части ковчега.

И при Синае народ иудейский стоял внизу горы, священники - на скате ее, Аарон - на середине, Моисей - на высоте, а слава Господня покрывала вершину горы.

Ковчегом и горою Синаем указана нам тайна, как разделяется сад жизни. В них Творец представил нам образ благоустроенного, во всем прекрасного и всем вожделенного рая. По благоуханию и произрастаниям рай красотою своею затмевал все, что можно себе представить. Им изображается Церковь...

Невозможно даже мысленно представить себе образ этого величественного и превознесенного сада, на вершине которого обитает слава Господня...

Можно полагать, что благословенное древо жизни, по лучезарности своей, есть солнце рая; светоносны листья его; на них отпечатлены духовные красоты сада; прочий деревья, по веянию ветров, преклоняются пред этим вождем и как бы царем деревьев.

Посреди рая насадил Бог древо познания, окружил его страхом, оградил ужасом, чтобы, подобно ограде, они охраняли его окрестность...

Насадивший "древо познания", поместил его посреди рая, чтобы отделяло оно низшее и высшее: святое и святая святых...

Ничьи уста не могут изобразить внутренность этого сада и привлекательные красоты его внешности; Даже простых украшений на ограде его нет возможности описать, как было бы должно.

Блистательны краски его, дивны благоухания, вожделенны красоты, многоцветны яства.

У края ограды рая - последняя из сокровищниц его, но и они превосходят богатством все сокровища вселенной. Блаженство у самой ограды далеко оставляет за собой все блага земли...

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

Там видел я кущи праведников, различающие благоухания, убранные цветами, увенчанные вкусными плодами. Куща каждого украшена соразмерно с подвигами его: одна ниже своим убранством, другая сияет своей красотою; одна менее по виду, другая блистает славою.

Но меня усладил Эдем более покоем своим, нежели своей красотою. В нем обитает чистота, и нет там места скверне: в нем живет покой, и нет там места тревоге...

Уже я готов был оставить рай, как внезапно внутри его раздался, как в стане, голос поющих при звуках трубных свят, свят, свят! И услышал я, как славословится в раю Божество. Блажен, кто сподобился рая по праведности и по благости, по подвигам или щедротам.

Все члены оковывает рай полнотою своих радостей: пленяет глаза своим убранством, слух - звуками, вкус и обоняние - яствами и благоуханиями. Благословен Призвавший в рай подвизавшихся во бдении и посте, чтобы за постничество свое насладились они утешением, упаслись на отрадных пажитях Эдема.

Будьте терпеливы, сетующие: вы вступите в рай. Роса его смоет вашу нечистоту; пристанище его возвеселит вас; вечерня его положит конец вашим трудам: она предложит алчущим утешение, которое очищает вкушающих его, и жаждущих - небесное питие, умудряющее пьющих его.

Блажен нищий, устремляющий взоры к этой стране, наполненной несметным множеством богатства! Аметисты и иные драгоценные камни отложены вне ее, изринуты оттуда, как сор: они осквернили бы эту страну славы... Они показались бы мутными и темными в этой лучезарной стране...

Торжествует там девство о том, что исчез змий, тайно в слух его вливавший свой яд...

Радуется там юностью, что одержала победу: видит в раю Иосифа, который отринул сладострастие

пламеневшее в безрассудных и победил аспида в собственной его поре...

Покоятся там жены, жестоко пострадавшие здесь в болезнях, проклятиях и муках деторождения. С радостью видят они, что младенцы их, которых с воплем они предавали погребению, подобном агнцам пасутся на пажитях эдемских, поставлены на высоких степенях славы, сияют лучезарным светом, как бы будучи братьями ангелов...

Прилепись духом к раю, старость! Благовоние его возвратит тебе детство, дыхание его подарит тебе юность; он облечет тебя в красоты, которыми прикроются скверны твои. В Моисее видим мы твой образ. Его покрытые морщинами ланиты, цветя и сияя, стали образом старости, молодеющей в Эдеме...

Нет темных пятен в обитателях рая, потому что чисты они от греха; нет в них гнева, потому что они свободны от всякой раздражительности; нет насмешки, потому что им не знакомо никакое коварство. Не делают они друг Другу вреда, не питают в себе вражды, потому что для них не существует зависти; никого там не осуждают, потому что нет там обиды.

Там видят себя в славе сыны человеческие; сами себе дивятся они, почему их природа стала спокойною и чистою, почему наружно красотою, а внутренне чистотою сияют; видимо - тело, а невидимо, - души... Кто не дозволял себе ни проклятия, ни злословия, того прежде всех ожидает райское благословение. Кто взгляд очей своих постоянно хранил чистым и целомудренным, тот .увидит наивысшую красоту рая. Кто всяческую-горечь подавлял в своих помыслах, по членам того; протекают источники сладостного веселия...

Кто с Даниилом, которому воздавали честь цари, преклоняясь пред ним в своих диадемах, - в пищу себе избрал овощи, такого постника почтут там древа, преклоняясь пред ним во всей красе своей и взывая: войди в кущи наши, живи под нашими ветвями, подкрепляйся нашей росою, наслаждайся нашими плодами!

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

Кто омывал ноги святым, того очистит эта роса. Кто простирал руку помощи бедным, перед тем сами собою наклонятся плоды этих деревьев. Все множество цветов радостно поспешит увенчать ногу, ходившую посещать больных, и будут оспаривать друг у друга честь первого лобзания.

Кто с мудрою умеренностью воздерживался от вина, того преимущественно ожидают к себе райские виноградники, и каждая лоза простирает к нему свои грозды. А если он девственник, принимают его в недра свои, потому что, живя одиноко, не познал он супружеского лона, не восходил на брачное ложе...

Венчавшиеся здесь мечем за Господа нашего славно в венцах своих восторжествуют там победу, потому что тела их презрели огонь их мучителей. Как звезды, сияют там семь сынов света - (мученики Маккавеи) - победный венец их матери, - потому что смертью своею они посрамили ярость нечестивого.

Блаженство страны той обновит жен, потрудившихся в служении святым. Там увидят они, как блаженствует в Эдеме вдовица, принявшая некогда в дом свой Юлию. Вместо двух питавших ее источников - водоноса и чванца, - дают ей пищу в Эдеме древесные ветви, потому что пропитала она бедных...

Если хочешь прийти к древу жизни, оно ветви свои, как ступени, наклоняет к стопам твоим, призывает тебя на лоно свое, чтобы воссел ты на ложе ветвей его, готовых преклонить пред тобой хребет свой, обнять и тесно сжать в обилии цветов и успокоить, как младенца на руках матери.

Кто видел трапезу на ветвях этого дерева? Целые ряды плодов разного рода под руками вкушающего; по порядку один за другим они сами приближаются к нему. Плоды насыщают его и утоляют жажду, роса служит ему омовением, а листы - чистым платом. Не истощается сокровищница у богатого всем Господа!

Среди самого чистого воздуха стоят там твердо укоренившиеся деревья; от зрелых плодов тучнеет их вершина, а нижние ветви все в цветах. Кто когда

слышал или видел, чтобы носилось над головою облако подобное куще, в которой свод из плодов, а под ногами стелется цветной ковер? Едва оставляют тебя волны одного потока отрад, - как манит уже к себе другой. Все исполнено радости. Здесь вкушаешь плод, а там освежаешься питьем; здесь омываешься чистой росою, а там умащиваешь благовонной влагой; здесь обоняешь благоухание, а там внимаешь услаждающей песни...

Туда и сюда носятся перед праведниками ветры. Один навевает пищу, другой изливает питье... Духовно питают там ветры живущих духовно. Не утомляет тамошняя вечерня; рука не утруждается, нет дела зубам, не обременяется чрево.

Райское благоухание насыщает без хлеба; дыхание жизни служит питьем. Чувства утопают там в волнах наслаждений, которые изливаются на всех и во всех возможных видах. Никто не чувствует обременения в этом сонме радостей, и все без пресыщения наслаждаются ими, изумляясь величию Божию...

Тела, заключающие в себе кровь и влагу, достигают там чистоты, одинаковой с самой душой. Крылья души, здесь обремененной, там становятся гораздо чище и уподобляются уму. Самый ум, который метятся здесь непрестанно, там безмятежен, подобно величию Божию...

Душа достоинством своим выше тела, выше ее духа, а выше ее духа сокровенное Божество. Но при конце плоть облечется в красоту души, душа - в сияние духа, а дух уподобится величию Божию...

Там на сонм созерцающих льются потоки радостей от славы Отца, чрез Его Единородного, алчущие насыщаются и уповаются потоками славы, изливающимися от красоты Того, Кто есть Вечная красота!..

Он, Господь всяческих, есть сокровищница всего. Каждому по мере сил его, как бы сквозь небольшое отверстие оказывает на красоту сокровенного Существа своего и сияние величия Своего. И сияние Его с любовью озаряет всякого: малого - слабым

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

ем, совершенного - лучами света. Полную же славу Его созерцает только Рожденный им.

В какой мере очистил кто здесь око свое, в такой и там возможен созерцать славу Того, Кто превыше всех. В какой мере здесь кто отверз слух свой, в такой и там приобщится Его премудрости. В какой мере здесь кто уготовал недра свои, в такой и там примет из сокровищ Его...

Потоки благ изливаются от благодати Его; она ежечасно обновляется в яствах, благоухает в благовониях, обнаруживается в каждой силе, сияет в цветах.

Кто видел целые сонмы питающихся славою? Ризы их - свет, лица сияние: постоянно поглощают и источают полноту благодати Божией. В устах у них - источник мудрости; в мыслях - мир, в ведении - истина, в исследованиях - страх, в славословии - любовь...

Благорастворен воздух, окружающий рай со вне; вблизи его каждый месяц благорастворен. Пасмурный февраль там ясен, как май, холодный и бурный январь подобен августу, июнь подобен марту, палящий июль - росоносному сентябрю...

Каждый месяц рассыпает цветы вокруг рая, чтобы во всякое время был готов венец из цветов, которым бы увенчать ему хотя стопы рая, когда недостоин увенчать его голову.

Бурным месяцам с их ветрами нет доступа в рай, где господствует мир и тишина. Не могут коснуться они благословенного воздуха, который небесным своим дыханием делает людей бессмертными...

Неиссякаемо льется там поток произведений каждого месяца, и каждый из них приносит плоды свои .вскоре за цветами...

Плодоносие райских деревьев подобно непрерывной цепи. Если сняты и опали первые плоды, появляются за ними вторые и третьи...

В благословенной стране блаженства нет ни вредоносного холода, ни палящего зноя. Там пристань

достей, там обитель света и веселья; там раздаются повсюду звуки гуслей и цевниц, слышны всею Церковью воспеваемые осанна, аллилуйя!

Вместо ограды рая - всевеселящий покой, вместо стен и преград всеумиротворяющий мир. Херувим, стерегущий рай, приветлив к блаженным, обитающим в раю, и грозен для отверженных, которые вне рая...

Что слышишь о чистом и святом рае, все то чисто и духовно. Кто слушает описание рая, тот не может осуждать его, потому что изображение рая не подлежит суду. По наименования рая можно подумать, что он земной; по силе своей он духовен и чист...

Кто ж говорит, тот кроме имен, взятых от видимых предметов, ничем иным не может слушающим изобразить невидимое.

Если бы сам творец эдемского сада не облек величия его именами, заимствованными от нашей страны, то как изобразили бы его наши уподобления?..

Ум твой не должен смущаться этими наименования. Рай облечен именами, сродни тебе не потому, что имеет нужду в образах, от тебя заимствованных, но потому, что природа твоя весьма немощна пред его величием, - хотя красоты его умаляются, когда очерчиваются слабыми тебе родными образами.

Цветы этой страны гораздо многочисленнее и блистательнее звезд, усматриваемых на видимом небе; благодатное благоухание, веющее из рая, как врач, утоляет часть болезней на земле, и целебною силою, врачуют ту болезнь, которая принесена на землю змием.

Веянием, исходящим из благословенной части рая, услаждается горечь нашей земли. Эдемом еще дышит наш изнемогший мир: им проповедуется, что нашей мертвенности послано врачество жизни...

Взирал я на эту страну и сидел, оплакивая себя и подобных мне. Миновались дни мои, протекли как единый день, они утратили и исчезли, а я и не замечал. Объяло душу мою раскаяние, потому что утратил я и венец, и славу, и ризу, и светлый брачный чертог, и трапезу царствия...

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

Со слезами да умоляют там о мне все сыны света, чтоб Господь наш даровал им единую душу, а мне новый повод славословить величие, так многообразно простирающее мощную руку свою. Воздающий по правде, но и не без благости, по щедротам Своим да дарует мне из сокровищницы милосердия Своего.

Если в страну эту невозможно войти оскверненному, то позволь мне при ограде ее обитать под тенью ее. Так как рай подобен благости, по щедротам Своим да дарует мне из сокровищницы милосердия Своего,

Если в страну эту невозможно войти оскверненному, то позволь мне при ограде ее обитать под тенью ее. Так как рай подобен трапезе, то дозволь из милости, хотя бы вне рая, вкусить плодов его, чтобы исполнилось на мне сказанное: и пси ядят от крупиц господей своих (Мф. 15.27).

Всели меня при ограде этого сада, чтобы мне быть в соседях с поселенными внутри рая. Кто может вместе видеть и блаженство, и мучение, - иметь пред взорами и геенну, и сад эдемский. Венец обитающих внутри Эдема покажет мне тяжесть вины моей, а мучения кромешных вразумят меня, насколько милосерден Ты ко мне.

Когда выступил я из пределов рая и достиг земли, порождающей тернии, встретили меня болезни и страдания всякого рода. И увидел я, что страна наша есть темница, что пред взорами у меня - заключение.

Когда Господь довершил создание Адама, то взял его и поселил в раю. Ни душа без тела, ни тело без души не могли войти туда. Вместе вошли они чистые и совершенные, - и вместе же вышли, ставши нечистыми. А это показывает, что вместе и войдут они в рай в день воскресения...

АД, РАЙ И ЧИСТИЛИЩЕ В "БОЖЕСТВЕННОЙ КОМЕДИИ"

Чистилище

Учение о чистилище представляет собой одно из характерных отличий римско-католической церкви от греко-православной и протестантских. По учению католиков, души скончавшихся христиан, если Господь признает их чистыми, направляются прямо в рай, души людей, отмеченных смертными грехами, направляются в ад, а души тех грешников, которые не отягощены смертными грехами и, однако, не получили прощения грехов в земной жизни, направляются в чистилище, промежуточное место между раем и адом, где они горят в очищающем огне. Когда грехи их будут искуплены, они могут получить доступ в рай. Чистилище будет существовать до второго пришествия Христа, но души грешников, попадающие туда, не будут там ждать страшного суда. Каждая душа пробудет в чистилище столько времени, сколько необходимо для искупления ее грехов.

Иногда смешивают латинское учение о чистилище с православным учением о мытарствах; но мытарства - только образные представления частного суда, неизбежного для каждого человека; путь из чистилища - в рай, путь из мытарств - и в рай, и в ад.

В начале XIV века западному миру была дана первая за тысячу с лишним лет существования христианства самая объемная, законченная, цельная, красноречивая и вдохновенная картина жизни за смертью, имеющей цель, смысл и структуру, - "Божественная комедия" Данте Алигьери.

Данте пошел настолько дальше всего, прежде считавшегося известным, что его почитатели стали рассматривать "Божественную комедию" как подлинное откровение. Используя мифологические образцы античного аида, а также христианские представления о загробном мире, заимствуя многое у Фомы

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

го (1125-1274), Аристотеля и римско-католической традиции, Данте создает четкую продуманную концепцию потустороннего существования.

Его потусторонний мир распадается на три основные части - Ад, Чистилище и Рай. Дантовский Ад (инферно) представляет собой подземную воронкообразную пропасть, которая, сужаясь, достигает центра земного шара. Ее склоны опоясаны девятью концентрическими уступами, "кругами Ада", каждому из которых соответствуют свои грехи, причем чем тяжелее грех, тем в более глубоком круге и более тяжкими муками он искупается.

В Дантовом Аду протекают реки античной преисподней. В сущности, это один поток, образованный слезами Критского Старца и проникающий в недра земли. Сначала он является как Ахерон (греч. река скорби) и опоясывает первый круг Ада. Затем, стекая вниз, он образует болото Стикса (греч. ненавистный), иначе - Стигнийское болото, в котором казнятся гневные. Еще ниже он становится Флегетоном (греч. жгучий), кольцеообразной рекой кипящей крови, в которую погружены насильники против ближнего. Потом в виде кровавого ручья, продолжающего называться Флегетоном, он пересекает лес самоубийц и пустыню, где падает огненный дождь. Отсюда шумным водопадом он свергается вглубь, чтобы в центре земли превратиться в ледяное озеро Коцит (греч. плач).

В первом кругу Ада Данте помещает некрещеных младенцев и добродетельных нехристиан. Это Лимб (шт. - "лимбус" - кайма) католического ада, где, по церковному учению, пребывали души ветхозаветных праведников до того, как Христос, между своей смертью и воскресением, сошел в ад и вывел оттуда ветхозаветных святых в рай, открывавшийся для людей только с искуплением первородного греха.

Во втором кругу Дантова ада несут наказание сладострастники, в третьем - чревоугодники, в четвертом - скупцы и расточители, в пятом (в Стигнийском болоте) - гневные, в шестом - еретики, в

мом - насильники. Седьмой круг разделен на три пояса, в которых соответственно размещены насильники над ближним, насильники над собою и насильники над Божеством и над естеством (содомиты).

Восьмой круг (Злые Щели) представляет широкий кольцеообразный уступ адской воронки, опоясанный крутой стеной обрыва. Он изборожден десятью концентрическими рвами (впадинами, щелями), которые отделены друг от друга валами, первый по счету вал примыкает к круговой стене, а в центре зияет глубина широкого и темного колодца, на дне которого лежит последний, девятый круг Ада, ледяное озеро Коцит. В Злых Щелях караются обманщики, которые обманывали людей, сводники и обольстители, льстецы, святокупцы, прорицатели, мздоимцы, лицемеры, воры, лукавые советчики, зачинщики раздора, поддельщики денег и слов.

Дном гигантского адского колодца и одновременно девятым кругом Дантова Ада служит ледяное озеро Коцит, в которое вмерзли обманувшие доверившихся, т. е. предатели. Этот последний круг Ада разделен без видимых границ на четыре концентрических пояса. В первом вместе с Каином казнятся предатели родных, во втором - предатели родины и единомышленников, в третьем - предатели друзей и сотрапезников, и, наконец, в четвертом - предатели благодетелей. Именно там, в центре четвертого круга, по грудь возвышается изо льда Люцефер, в трех пастях которого казнятся те, чей грех, по мысли Данте, ужаснее всех остальных: предатели величества Божеского (Иуда) и величества человеческого (Брут и Кассий, убившие Юлия Цезаря). Второе царство Чистилище - Данте изображает в виде огромной горы, возвышающейся в южном полушарии посреди Океана. Она имеет вид усеченного конуса. Береговая полоса и нижняя часть горы образуют Предчистилище, а верхняя опоясана семью уступами (семью кругами собственно Чистилища). На плоской вершине горы Данте помещает пустынный лес Земного Рая.

У читателя может возникнуть вопрос, откуда же вообще у Данте взялось Чистилище, ведь о нем не упоминалось в рассказе о христианских представлениях о загробном мире. Дело в том, что в своем рассказе я следовал православному вероучению, полностью отвергающему представление о Чистилище (так же, как и учение протестантства). Понятие Чистилища присутствует только в католическом вероучении, где оно является промежуточным местом между раем и адом и где души грешников, не получившие прощения в земной жизни, но не отягощенные смертными грехами, прежде чем получить доступ в рай, горят в очищающем огне. Это испытание католические богословы понимают по-разному. Одни трактуют огонь Чистилища как символ' и видят в нем муки совести и раскаяния, другие признают реальность этого огня.

Судьба души в Чистилище может быть облегчена, а срок пребывания ее там сокращен "добрыми делами" (молитвами и пожертвованиями в пользу церкви) в память умершего оставшихся на земле родных и близких.

Представления о Чистилище сложились уже в 1 веке христианства. Учение о нем разработал Фома Аквинский. Догмат о чистилище был принят Флорентийским собором в 1439 году и подтвержден в 1562 году Тридентским собором.

У подножия горы Дантова Чистилища толпятся умершие под церковными отлучением, на уступах Предчистилища - нерадивые. В первом круге Чистилища Данте расположил гордецов, во втором - завистников, в третьем - гневных, в четвертом - унылых, в пятом - скупцов и расточителей, в шестом - чревоугодников, в седьмом - сладострастников. В Чистилище душа может очиститься от гибельных пристрастий и привычек и приобрести новое вдохновение на пути, ведущем вверх, к раю. Поэтому семь кругов Чистилища соответствуют семи смертным грехам. Пройдя своими кругами, очистившиеся

души выводятся в подобие земного рая на вершине чистилища. Теперь душа достигла плоскости земной добродетели, но еще не достойна высших пределов рая.

Путешествие души поэта через рай к небесам символизируется остановками путников на различных астрономических телах, своего рода "путевых станциях" для душ, пребывающих в царстве радости, но еще далеких от небесного совершенства. Эти этапы представляют собой главные человеческие добродетели: справедливость, благоразумие, умеренность, стойкость, веру, надежду, милосердие. Первое небо Рая Данте располагает на луне, второе - на Меркурии, третье - на Венере, четвертое - на Солнце, пятое - на Марсе, шестое - на Юпитере, седьмое - на Сатурне, восьмое - Звездное небо, девятое - Кристальное небо. Над девятью небесами Птоломеевой системы Данте, согласно с церковным учением, помещает десятое - недвижный Эмпирей (греч.', пламенный), обитель Божества. Пройдя все этапы, душа в экстазе достигает Эмпирея, где исчезают понятия времени и пространства.

Конечно, в этом кратком пересказе нельзя воспроизвести богатство и утонченность мысли, глубину прозрения - все то, что делает описание Данте жизни после смерти всемирно признанным шедевром, но читатель может сам в любой момент обратиться к этому удивительному произведению.

АПОКАЛИПСИС

Когда придет час Страшного Суда, мертвые восстанут из могил и предстанут пред грозным Судией. Под громогласные звуки ангельской трубы, в присутствии всех ангелов Судья воссядет на ррестол, перед которым соберутся "все народы". Раскрываются книги, символизирующие полноту знания Бога обо всем содеянном и выстраданном людьми. И свершится суд:

оправданные станут по правую руку от судьи, осужденные - по левую. Праведники, приветствуемые ангелами, шествуют в рай, между тем как грешников насильно влекут в ад глумливые бесы. Фоном Страшного Суда служит космическая катастрофа, знаменующая конец мира: солнце и луна меркнут, звезды падают с неба, небо сворачивается, как свиток, от престола Судьи льется огненная река.

Подробное описание Страшного суда, когда начнется конец света и наступит преображение этого мира в тот мир, находим в Апокалипсисе, или "Откровении святого Иоанна Богослова".

Апокалипсис - новый жанр в иудейской литературе, появился в начале нашего летоисчисления.

Апокалипсические произведения призваны поднять завесу над будущим и рассказать о нем в откровениях пророков. Они излагают грядущие события в фантастическом, устрашающем виде. Откровения вкладываются в уста героев древних времен, словно они смогли предвидеть все ужасы настоящего, чтобы освободить от них людей. Но если им было дано "видение" настоящего, то они могли "видеть" и будущее. ' Апокалипсисы встречаются в канонической и некано- ) нической литературе ветхозаветного периода. По этому образцу были созданы апокалипсисы христиан (например, Откровение Петра, Откровение Павла), но лишь одно откровение (Иоанна) вошло в канон Нового завета.

Откровение Иоанна может рассматриваться как ^ связующее звено между Ветхим и Новым заветом. ! Эта книга тесно связана с книгами пророков Ветхого . завета (особенно с откровениями Иезекииля и Даниила), а также с апокалипсисами поздней иудейской литературы.

Спорными являются как дата возникновения, так и i авторство канонического Апокалипсиса. По свидетель- j ству Прения, жившего во II веке н. э., Апокалипсис 1 был написан в 96 году, в период особенно крова- J вых преследований христиан, во времена правления .

императора Доминициана, требовавшего от своих подданных воздавать ему божеские почести. Христиан истребляли за то, что они не хотели признавать его божественную суть.

Однако существует и такое толкование: отдельные видения связаны с падением императора Нерона, со временем тяжелого поражения в Иудейской войне. А если это так, то фрагменты Откровения можно отнести к самым ранним произведениям христианской литературы.

Автор книги называет себя Иоанном. Он написал Откровение на острове Патмос, где находился в изгнании. Работу он начал по велению ангела. Опираясь на вышеизложенное, во II в. многие считали, что автором Апокалипсиса был апостол Иоанн. Но уже в III в. возникли сомнения в его авторстве.

Принципиально новое решение вопроса об авторстве и датировке Апокалипсиса, основанное на астрономических наблюдениях, предложил Н. Морозов. Внезапно перед его глазами встал автор этой книги, "как человек с глубоко любящим сердцем и с чрезвычайно отзывчивой и поэтической душой, но исстрадавшийся и измученный окружающим его лицемерием, ханжеством и раболептством современной ему христианской церкви перед "царями земными".

С первой же главы этот неизвестный Иоанн представился мне погруженным в грустные размышления и одиноко сидящим на берегу острова Патмоса. Он ожидал вычисленного им на этот день (по употреблявшемуся тогда Саросскому циклу) солнечного затмения и старался определить, с помощью астрологических соображений, время ожидаемого им второго пришествия Христа, - не замечая надвигающейся сзади него грозы. Но вот внезапный свет солнца, прорвавшийся в щелевидный промежуток между двумя, несущимися одна над другой, тучами вдруг вывел его из забвения и, быстро повернувшись, он увидел то же самое разгневанное солнце, смотрящее на него изза туч, которое раз видел и я... Какое впечатление

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

должна была произвести на него эта зловещая картина, появившаяся внезапно в тот самый час, когда он ожидал такого грозного для всех древних явлений, как солнечное затмение, понять не трудно из его собственного описания. А дело еще осложнялось землетрясением. Он в ужасе падал на колени, и все, что было потом, стало представляться ему сплошным рядом знамений, посланных для того, чтобы он записал и истолковал их так, как подсказывало ему "божественное вдохновение", т. е. тот порыв энтузиазма, с которым знакома всякая истинно поэтическая душа и который он считал за отголосок мыслей Бога в своей собственной душе.

По указанным в книге положениям планет в определенных созвездиях зодиака я мог вычислить астрономическим путем, а следовательно, и с безусловной точностью, что описанная здесь гроза пронеслась над Патмосом ь воскресенье 30-го сентября 395 юлианского года. Вся книга, как стенографически точное воспроизведение картины неба, имевшей место только один этот раз за весь исторический период времени, была несомненно составлена по непосредственным заметкам этого же дня и ночи и окончательно написана в следующие затем дни, т. е. в начале октября того же года.

В это время христианская церковь уже несколько десятков лет (с 330 года) была государственной в обеих частях Римской Империи, но вместе с самой империей раздиралась на части постоянными раздорами и взаимными интригами своих честолюбивых и порочных епископов. По этой дате и по самому содержанию книги оказалось нетрудно определить и личность ее автора. Это несомненно был Иоанн Хризостом Антиохийский, родившийся около 354 года, сосланный затем императором Аркадием по решению собора епископов в 403 г. и умерший в изгнании в 407 году.

В обращениях Откровения к семи церквам раскрывается состояние христианства в конце 1 в.

ны имели своих начальников (ангелов), но иерархическая церковь еще не сформировалась. В это время любой мог стать во главе общины, даже пророчица Цезавель, которую порицает Иоанн, но не из-за того, что она женщина, а за то, что вводит в заблуждение верующих, призывая их любодействовать.

В семи обращениях говорится о распрях и внутренней борьбе в отдельных христианских общинах. Так, в Эфесе появились лжеапостолы и ненавистные христианам-аскетам николаиты. В Смирне некие люди "говорят о себе, что они иудеи, а они не таковы, но сборище сатанинское". В Пергамской церкви единству верующих мешают последователи Валаам и николаиты. В Фиатирской церкви терпят пророчицу Иезавель, которая подбивает христиан поклоняться идолам и предаваться разврату.

Семь обращений были написаны в период формирования христианских общин в единую церковь. В это время ожидалось второе пришествие Христа, конец света. Христианам приходилось проводить ночи в бдении, ведь никто не знал часа пришествия дня Господня. Поэтому автор просил ангела Лаодикийской церкви быть ревностным и покаяться, ведь Христос "стоит у двери и стучит".

Первое видение автора - Бог, сидящий на Престоле славы в окружении двадцати четырех старцев и четырех невиданных животных. В правой руке Бог держит книгу, запечатанную семью печатями, которую никто не смог открыть, кроме агнца, единственно достойного взять книгу и снять с нее печати. Когда агнец снял последнюю печать, будущее раскрылось.

По мере снятия печатей (а их сначала было снято четыре) появляются всадники на конях (всадники Апокалипсиса). Первый всадник на белом коне "вышел... как победоносный, и чтобы победить", но всадники на рыжем, вороном и бледном конях (война, голод и смерть) несут на землю страшные разрушения. После снятия пятой печати появляются души

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

"убиенных за слово божие" и предсказывается, что будут новые жертвы. Снятие шестой печати сопровождается землетрясением и другими катаклизмами. Перед седьмой печатью ангелы указывает на божьих избранников, затем появляются христиане, погибшие за веру. "Они не будут уже ни алкать, ни жаждать, и не будут палить их солнце и никакой зной: ибо агнец, который среди Престола, будет пасти их и водить их на живые источники вод; и отрет Бог всякую слезу с очей их". (7:16-17).

Затем у Престола возникли семь ангелов с трубами. После того как произошли страшные катастрофы, треть земли была уничтожена, треть моря превратилась в кровь, треть речных вод стала полынью, треть звезд, третья часть солнца и третья часть луны погасли. На звук пятой трубы открылась бездна, из которой вышли дым и саранча, чтобы сгубить тех, t кто не был отмечен печатью божьей. Шестая труба освободила четырех ангелов-губителей, которые вместе со своим войском уничтожили треть человечества.

Но со звуком седьмой труды наступило царство божье, чтобы "царствовать во веки веков".

Затем автор пророчествует о красном драконе с семью головами, о появлении зверя из моря и зверя 1 из земли, напавших на людей. Но Господь победил их.

Далее Иоанн рассказывает о Страшном Суде. Семь ангелов опрокинули на землю семь чаш божьего гнева, несущих страшные бедствия.

И наступила последняя ступень искупления: торжество мессии. Безбожный Вавилон (Рим) уничтожен. Вместе с ним уничтожены те, кто был причастен к его славе и богатству. Бога наказал виновных в крови и гибели людей.

В очередном видении перед Иоанном проходит образ тысячелетнего царства Христова. Многие хилиасты в течение столетий понимали выражение "тысячи лет" дословно. Называли их хилиастами (от греческого слова тысяча).

Царство Христово должно было длиться от первого до второго его пришествия. На это время сатана будет находиться в заточении. Во время первого воскресения, умершие праведники оживут. Христос вознесет их "на облаках" в святой город Иерусалим, нисходящий с неба, и они будут царствовать.

О царстве Христа говорится в двадцатой главе Апокалипсиса. Неясно, все ли древние христиане размещали это царство вне земли. Так или иначе, царство это в конце тысячелетнего периода должно быть перенесено обратно на землю. В этой главе описывается перенесение святого места и святыни вместе со святыми на предназначенное место и возрождение религиозной жизни. Тем временем сатана будет освобожден из темницы и выйдет обольщать народы, находящиеся на четырех углах земли, Гога и Магога, и собирать их на брань; "число их - как песок морской", чтобы окружить стан святых. Но ниспал огонь с неба от Бога и пожрал их. А сам дьявол "ввержен.в озеро огненное и серное".

В новом мире деревья будут приносить плоды двенадцать раз в год. Люди увидят ,лик Господа и на челе своем будут носите его имя. "И ночи не будет там, и не будут иметь нужды ни в светильнике, ни. в свете солнечном, ибо Господь Бог освещает их; и будут царствовать во веки веков". (22:5).

Если кто-то сделает попытку проанализировать и истолковать каждое отдельное видение Апокалипсиса, то столкнется с неразрешимыми трудностями. И не только потому, что фигурирующие в Откровении символы и символические .числа весьма неопределенны и многозначны, а скорее оттого, что сами по себе они не имеют значения, ронять это произведение можно лишь в целом.

Примером того, как легко пойти по неверному пути в процессе "толкования", является число 666, символизирующее из земли вышедшего зверя. "Кто имеет ум, тот сочти число зверя, ибо это число человеческое; число его шестьсот шестьдесят шесть" (13-18). К

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

этому обращению на протяжении веков относились весьма серьезно. Учитывая, что буквы ;еврейского, как греческого и латинского алфавитов, имеют числовое значение, пытались узнать, чье же имя скрывается за таинственным числом. Если греческий вариант имени императора Нерона записать еврейскими буквами, сумма числовых значений букв даст именно число 666. Средневековые еретики видели воплощение "звериного числа" в папе римском, считая его Антихристом. Сам папа величал себя "наместником сына божьего" (Vicar- ius Filii Dei). Если это латинское выражение перевести на язык числа, результат будет тот же: 666.

V - 5 I = I С = 100 A R

I = I U = 5 S F

I = I L = 50 I = I I = I D = 500 E I -=Х I

воплощение зла. То есть 666 является символом зла, безбожия, самого Антихриста, которого нельзя отождествлять ни с одним из людей. То же самое может получиться и с другими символами Откровения. Можно сказать одно: не стоит погружаться в частности, надо понять книгу в целом, проникнуть в ее содержание.

В ходе истории Откровение Иоанна Богослова толковалось по-разному. В наши дни мы встречаемся с тремя толкованиями. Первое эсхатологическое, связанное с концом мира, с дальнейшей судьбой человечества в целом. В Откровении рассказывается о тех катастрофах, которые будут предшествовать концу света, дню Господа. Но в нем не забывается и о том, что будет после разрушения: "новое небо и новая земля", то есть наступит вечное божье царство, вечное блаженство для избранных.

Богословское толкование строится на том, что Откровение рассказывает не о конце света, а излагает историю христианской церкви в своеобразной пророческой форме. В книге показана история церкви в различные эпохи, и лишь последнее видение относится непосредственно к концу света. Эта последняя фаза всегда переносится людьми на их собственное время. Свою эпоху люди рассматривают как предшествие концу света. Учитывая эту интерпретацию, конец света должен был наступить уже много раз, а если еще и не наступил, то уже близок.

112+554 == 666

Разумеется, эти подсчеты можно продолжить и с помощью некоторых уловок доказать, что многие имена обозначают Антихриста. Вполне очевидно, что в Откровении нашла отражение иудаистская мистика чисел, ведь, по представлению иудаистов, числа 3 и 7 были святыми. Отсюда происходит тройная семерка 777 как выражение святого святых. Если же от каждой семерки отнять по единице, то получается 666

ДЖАХАННАМ И ДЖАННА

Довольно близки к христианским мусульманские представления о загробном мире, они также основаны на "теории возмездия". В мусульманской мифологии ангел смерти Израил (Азраил), один из четырех главных ангелов, знает судьбы людей, но не знает сроки кончины каждого. Когда этот срок наступает, с дерева, растущего у трона Аллаха, слетает листок с

именем обреченного, после чего Израил в течение сорока дней должен разлучить душу и тело человека. Человек может различными способами сопротивляться Израилу, но тот всегда побеждает.

Уже сразу после смерти, в могиле, умерших допрашивают два ангела Мункар и Накир. Поэтому могила у мусульман делается по возможности просторной, обычно с нишей в боковой стене или углублением на дне, чтобы умерший мог "сесть" при появлении этих двух ангелов смерти. Верующих ангелы смерти не трогают, а неверных избивают столько времени, сколько пожелает Аллах. Иногда их считают идентичными ангелам-хранителям, сопровождающим каждого человека.

В угодное для себя время Аллах уничтожит все сущее на земле, воскресит мертвых и будет вершить суд над людьми. Освобожденных из могил ожидает тяжелейшее испытание: переход через мост на другой берег таинственного, мрачного и глубокого водоема. Мост называется Сират. Он тонкий, как волос, и острый, как меч, и служит для испытания верующих. Праведники проходят по этому мосту "с быстротой молнии", а грешники сваливаются с него в "зияющее адское болото".

Одно из основных названий ада в исламе - джаханнам (от древнееврейского "Ге-Хинном", "геенна"). Синонимы джаханнама "Огонь", "Пламя", "пропасть" и т. д. Жертвы джаханнама горят в огне. Всякий раз, как сгорит их кожа, мы заменим ее другой кожей, чтобы они вкусили наказания, - говорится в Коране (4:59). Грешники в джаханнам связаны цепями. Они едят плоды дерева заккум, подобные головам шайтанов, пьют кипяток, который "рассекает их внутренности", и гнойную воду. Другой вид адских мук - жгучий холод.

Разные категории грешников помещаются в разные слои ада, входят в него через разные ворота. Джаханнам охраняет ангельская стража, "грубые и сильные", число которых - девятнадцать. Их возглавляет ангел по имени Малик.

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО____________

В Коране обнаруживаются элементы двух представлений о природе ада. Согласно одному, это нечто вроде страшного, рычащего, "готово лопнуть от гнева" животного, поглощающего грешников. Согласно другому представлению, это глубокая пропасть, куда ведут семь ворот. Постепенно этот образ был детализирован как воронкообразный кратер с концентрическими кругами, разделяющими разные категории грешников.

Коран учит, что по своей природе люди корыстолюбивы и ненасытны. Они не способны проявлять терпение в преодолении превратностей судьбы. А когда им сопутствует успех, они становятся нахальными и высокомерными. Поэтому рай открыт только для тех, кто соблюдает заповеди, возносит установленные молитвы, приносит жертвы Аллаху, подает милостыню убогим, а также верует в Страшный Суд. И, веря в Страшный Суд, не прелюбодействует, а живет только со своими женами или с наложницами.

Место, где праведники обретут вечное блаженство, в Коране называется "Джанна" (сад). По Корану, Джанна - это тенистые сады с источниками, каналами и прудами. Через сад протекают четыре райские реки. Одна из них катит чистую родниковую воду, во второй течет вино, в третьей мед, в четвертой - холодное, освежающее верблюжье молоко. Рай напоминает сплошное пиршество: повсюду расставлены столы с изысканными яствами и чудесными напитками.

Обитатели мусульманского рая возлежат здесь на ложах из золота и драгоценных камней. Вечно юные девы подносят им чаши с неопьяняющими напитками. Они живут среди лотосов и бананов, питаются любимыми фруктами и кушаньями из самых редких птиц. Их окружают гурии с чудными черными глазами, подобными жемчужинам в раковинах; там нет праздных, легкомысленных разговоров и только раздаются слова: "Мир, мир".

Праведникам даны в супруги черноокие, большеглазые девственницы-гурии, "которых не коснулся до

них ни человек, ни джинн". Гурий описывают как) существа различных цветов, созданные из шафрана,) мускуса, амбры, имеющих прозрачную кожу и тело,) усыпанное драгоценностями. На груди у гурий надпи-1 си с именем Аллаха и именем своего супруга. Гурии 1 встречаются главным образом в ранних частях Кора-1 на. Позже рядом с праведниками появляются их^ "чистые" (точнее - очищенные) супруги", они же "девственницы, мужа любящие сверстницы". Сообщается, что жены праведников вместе с ними попадут в рай. Чувственные образы гурий и супруг-девственниц, ублажающих праведников, - одно из коренных отличий мусульманского рая от христианского, где все души являются бесполыми.

Итак, основные наслаждения мусульманского рая - это прохлада, покой, роскошные одежды, приятные еда и питье, вечно молодые супруги из райских дев и из собственных жен, которые станут девственными и вечно молодыми. Возраст всех обитателей рая, согласно послекораническому преданию, - 33 года.

Чтобы понять воззрения мусульманина, достаточно прочитать несколько глав Корана, в которых пророк описывает блаженство правоверных и муки неверных.

Сура 76. Человек

Во имя ,Аллаха милостивого, милосердного! 1 (1). Разве прошел над человеком срок времени, когда он не был вещью поминаемой.

2 (2). Мы ведь создали человека из капли, смеси, испытывая его, и сделали его слышащим, видящим.

3 (3). Мы ведь повели его по пути либо благодарным, либо неверным.

4 (4). Мы ведь приготовили для неверных цепи, узы и огонь.

5 (5). Ведь праведники пьют из сосуда, смесь в котором с кафуром,

6 (6) с источником, откуда пьют рабы божий, заставляя литься его течением.

7 (7). Они исполняют обеты и боятся дня, зло которого разлетается.

8 (8). Они кормят едой, несмотря на любовь к ней, бедняка, сироту и пленника.

9 (9). "Мы ведь кормим вас -ради лика божия; не желаем от вас ни воздаяния, ни благодарности!

10 (10). Мы ведь боимся от нашего Господа дня мрачного, грозного".

II (II). И Аллах избавил их от хлама этого дня и дал встретить им блеск и радость.

12 (12). И вознаградил их за то, что они вытерпели, садом и шелком.

13 (13). Лежа там на седалищах, не увидят они там солнца и мороза.

14 (14). Близка над ними тень их, и снижены плоды их низко.

15 (15). И будут обходить их с сосудами из серебра и кубками хрусталя

16 (16) хрусталя серебряного, который размеряли они мерой. 17 (17). Будут поить там чашей, смесь в которой с

инбирем 18 (18). источником там, который называется

сабилем.

19 (19). И обходят их отроки вечные, - когда увидишь их, сочтешь за рассыпанный жемчуг.

20 (20). И когда увидишь, там увидишь благодать и великую власть.

21 (21). На них одеяния зеленые из сундуса и парчи, (и украшены они ожерельями из серебра), и напоил их Господь их напитком чистым.

22 (22). Поистине, это для вас награда, и усердие ваше отблагодарено!

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

Сура 38

49 (49). Это - напоминание, а ведь у богобоязненных хорошее пристанище

50 (50). сады вечности с открытыми для них вратами;

51 (51). лежа там, они требуют многие плоды и питье.

52 (52) И у них есть с потупленными взорами ровесницы.

53 (53). Вот что вам обещано для расчета!

54 (54). Это - Наш удел - нет ему истощения!

55 (55). Так! А для ослушников, конечно, злейшее обиталище

56 (56). геенна, в которой они горят, и скверно это ложе!

57 (57). Так! Пусть же они попробуют его - кипяток, и гной,

58 (58). и другое в таком роде, тех же сортов.

59 (59). Это - толпа, устремляющаяся с вами: "Нет приветствия для вас, вы будете гореть в огне!"

60 (60). Они говорят: "Нет, это - вы!.. - нет приветствия вам, вы уготовили нам это, и скверно пребывание!"

61 (61). Они говорят: Господи наш, кто уготован для нас это - умножь ему наказание вдвойне в огне! "

62 (62). Они говорят: "Что с нами, мы не дадим людей, которых считаем злыми.

63 (63). Мы обращаем их в забаву... Или взоры наши от них отвращены?"

64 (64). Поистине, это действительность - препирательство обитателей огня.

65 (65). Скажи: "Я ведь только увещеватель, и нет никакого божества, кроме Аллаха единого, могучего.

66 (66). Господь небес и земли и того, что между ними, славный, прощающий".

Сура 56

Во имя Аллаха милостивого, милосердного!

1 (1). Когда упадет падающее,

2 (2). нет ничего отрицающего ее падение!

3 (3). унижая и возвышая,

4 (4). когда сотрясается земля сотрясением,

5 (5). когда сокрушатся горы сокрушением

6 (6). и станут рассыпающимся прахом,

7 (7). и станете вы тремя группами,

8 (8). то владыки правой стороны, - что это за

владыки правой стороны? 9 (9). И владыки левой стороны, - что это за

владыки левой стороны?

10 (10). И предварившие - предварившие?

11 (II). Эти - те, которые будут приближены

12 (12). в садах благодати,

13 (13). толпа первых

14 (14). и немного последних,

15 (15). на ложах расшитых,

16 (16). облокотившись на них друг против друга.

17 (17). Обходят их мальчики вечно юные

18 (18). с чашами, сосудами и кубками из текучего

источника 19 (19). от него не страдают головной болью и

ослаблением

20 (20). и плодами из тех, что они выберут,

21 (21). и мясом птиц из тех, что пожелают.

22 (22). А черноокие, большеглазые,

23 (24). в воздаяние за то, что они делали.

24 (25). Не услышат они там пустословия и укоров

в грехе.

25 (26). а лишь слова: "Мир, мир!"

26 (27). А владыки правой стороны, - что это за

владыки правой стороны?

27 (28). среди лотоса, лишенного шипов,

28 (29). и талха, увешанного плодами,

29 (30). и тени протянутой,

30 (31). и воды текучей,

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

31 (32). и плодов обильных,

32 (33). не истощаемых и не запретных,

33 (34). и ковров разостланных,

34 (35). Мы ведь создали их творением

35 (36). и сделали их девственницами,

36 (37). мужа любящими, сверстницами,

37 (38). для владык правой стороны.

38 (39). Толпа первых

39 (40). и толпа последних!

40 (41). А владыки левой стороны, - что это владыки левой стороны?

41 (42). в самуме и кипятке,

42 (43). в тени черного дыма,

43 (44). не прохладной и не благой.

44 (45). Они ведь до этого были избалованы

45 (46). и упорствовали в великом грехе,

46 (47). и, бывало, говорили: 47. "Разве, когда мы умрем и станем прахом и костями, - разве мы действительно будем воскрешены,

48 (48). или наши отцы впервые?"

49 (49). Скажи: "Поистине, первые и последние, 50. (50). конечно, будут собраны к сроку известного Дня!

51 (51). Потом, поистине, вы - заблудшие, обвиняющие во ложи.

52 (52). будете есть с дерева заккум,

53 (53). наполнять этим кипяток,

55 (55). пить, как пьют истомленные жаждой".

56 (56). Это угощение их в день Суда.

Сура 55

41 (41). Узнаны будут грешники по их приметам, и схватят их за хохлы и ноги.

42 (42). Какое же без благодеяний Господа вашего вы сочтет лживым?

43 (43). Это геенна, которую считают ложью грешники!

44 (44). Ходят они между ней и кипящим кипятком. 45 (45). Какое же из благодеяний Господа вашего

вы сочтете ложным? 47 (47). Какое же иэ благодеяний Господа вашего

сочетает ложным?

48 (48). обладающие ветвями.

49 (49). Какое же из благодеяния Господа вашего

вы сочтете ложным?

50 (50). В них два источника протекают.

51 (51). Какое же из благодеяний Господа вашего

вы сочтете ложным?

52 (52). В них - из всяких плодов два сорта.

53 (53). Какое же из благодеяний Господа вашего

вы сочтете ложным? 54 (54). Опираясь на ложа, подкладка которых из

парчи, а сорвать плоды в обоих садах - близко. 55 (55). Какое же из благодеяний Господа вашего

вы сочтете ложным? 56 (56). Там скромноокие, которых не коснулся до

них ни человек, ни джинн. 57 (57). Какое же из благодеяний Господа вашего

вы сочтете ложным?

58 (58). Они - точно яхонт и жемчуг.

59 (59). Какое же из благодеяний Господа вашего

вы сочтете ложным?

60 (60). Есть ли воздаяние за добро, кроме добра?

61 (61). Какое же из благодеяний Господа вашего

вы сочтете ложным?

62 (62). И помимо двух - еще два сада.

63 (63). Какое же из благодеяний Господа вашего

вы сочтете ложным?

64 )64). темно-зеленые.

65 (65). Какое же из благодеяний Господа вашего

всы сочтете ложным?

66 (66). В них - два источника, бьющие водой.

67 (67). Какое из благодеяний Господа вашего вы

сочтете ложным? 68 (68). В них плоды, и пальмы, и гранаты.

АДСКИЕ МУКИ И РАЙСКОЕ БЛАЖЕНСТВО

69 (69). Какое из благодеяний Господа вашего вы сочтете ложным?

70 (70). В них - добротные, прекрасные,

71 (71). Какое же из благодеяний Господа вашего вы сочтете ложным?

72 (72). черноокие, скрытые в шатрах,

73 (73). Какое же из благодеяний Господа вашего вы сочтете ложным?

74 (74). Не коснулся их до них ни человек, ни джинны,

75 (75). Какое же из благодеяний Господа вашего вы сочтете ложным?

76 (76). Опираясь на зеленые подушки и прекрасные ковры...

77 (77). Какое же из благодеяний Господа вашего вы сочтете ложным?

78 (78). Благословенно имя Господа твоего, обладателя славы и почета!

Сура 39

61 (60). И в день воскресения ты увидишь тех, которые возводили ложь на Аллаха, с лицами почернелыми. Разве нет в геенне местопребывания для возгордившихся?

62 (61). И спасет Аллах тех, которые были богобоязненны, в их благом жилище, не коснется их зло, и не будут они опечалены.

63 (62). Аллах - творец всякой вещи, Он - поручитель за всякую вещь, (63). у Него ключи небес и земли. А те, которые не веровали в знамения Аллаха, те оказываются в убытке.

64 (64). Скажи: "Разве ж другому, чем Аллах, вы приказываете мне поклоняться, о невежды!"

65 (65). Открыто было уже тебе и тем, которые были до тебя: "Если ты придашь сотоварищей, то пусто окажется твое дело, и будешь ты из числа потерпевших убыток".

66 (66). Да, Аллаху поклоняйся и будь благодарным!

67 (67). И не ценили они Аллаха истинной ценой, а земля вся в Его руках в день воскресения, и небеса скручены Его десницей. Хвала Ему, и превыше Он того, что они придают Ему в соучастники!

68 (68). И протрубит в трубу и поражены будут как молнией те, кто в небесах, и те, кто на земле, кроме тех, кого пожелает Аллах. Потом протрубят вторично, и вот - они стоя смотрят.

69 (69). И засияет земля светом Господа ее, и положена будет книга, и приведут пророков и исповедников, и решено будет между ними по истине, и не будут они обижены.

70 (70). И полностью будет дано каждой душе, что она сделала. А Он лучше знает, что они совершили.

71 (71). И погонят тех, которые не веровали, в геенну толпами; а когда они придут, открыты будут двери ее, и скажут им хранители ее: "Разве к вам не приходили посланник из вас, которые читали вам знамения вашего Господа и которые предупреждали вас о встрече с этим вашим днем?" Они сказала: "Да!". Но оправдалось слово наказания над неверными!

72 (72). Сказано им: "Войдите во врата геенны, - вечно пребывания там!" Скверно обиталище возносящихся!

73 (73). И погонят тех, которые боялись своего Господа, в рай толпами. А когда они придут туда, будут открыты врата его и скажут им стражи его: "Мир вам! Да будет вам благо! Входите же для вечного пребывания!"

74 (74). И скажут они: "Хвала Аллаху, который оправдал Свое обещание, и дал нам в наследство землю. Мы будем поселяться в раю, где пожелаем". Блага награда делающих!

75 (75). И ты увидишь ангелов, окружающих трон, которые прославляют хвалой Господа своего. Решено между ними по истине, и скажут: "Хвала Аллаху, Господу миров!"

8 Заказ N 425

ЛИТЕРАТУРА

1. Л. Денисов. Ад и рай. М, 1915.

2. Н. Морозов. История возникновения Апокалипсиса. М., 1907.

3. П. Гольбах. Карманный богословский словарь. М., 1925.

4. Священник Родион. Люди и демоны. Образы искушения современного человека падшими духами. СПб, 1991.

ГЛАВА ШЕСТАЯ

ПОСЛЕДНЕЕ ПРОЩАНИЕ

ОТНОШЕНИЕ К УСОПШЕМУ

Теперь остановимся на отношении человека к покойнику.

Рассмотрим похоронные обряды, в которых проявляется отношение к покойнику, и проанализируем их смысл и значение. Прежде всего укажу, что совершенно различно отношение лиц, близких к покойнику, и лиц посторонних. У последних может существовать страх по отношению к покойнику, и это совершенно естественно: с покойником могли быть враждебные отношения, столкновения, и потому может явиться опасение, что он будет мстить. Очень характерно выражается этот страх посторонних перед покойником в еврейском обряде "испрошения прощения" у покойника перед тем, как опустить его в могилу, и даже еще на его квартире: каждый явившийся на похороны подходит к покойнику и просит у него прощения за те обиды, которые он мог причинить ему при жизни. И примитивный человек сплошь и рядом принимает разные предупредительные меры, чтобы оградить себя от злокозненных действий покойника. Так, индейцы племени хидатса в Северной Америке в течение четырех дней жгут на углях перед входом в дом свои старые мокассины, чтобы дурной запах, который идет от пропотевшей обуви, отогнал духов покойника. Меры, чтобы обезопасить себя от возвращения духов покойников, находим и во всей

ПОСЛЕДНЕЕ ПРОЩАНИЕ

Австралии, где, например, ночью ходят с горящими лучинами или прибегают к другим средствам для отпугивания духов. В доказательство страха перед покойником приводят еще удивительную форму погребения в скорченном положении, причем покойника иногда даже связывают веревками. В западной Австралии, например, ноги связывают под бедрами, большой палец связывают с остальными, а у баронго, в заливе Лоренцло Маркез, если труп настолько закоченел, что нельзя его похоронить в скорченном виде, ему даже ломают члены. Погребение в скорченном положении в известную эпоху встречалось у целого ряда народов. На острове Люсоне покойника усаживают на высокий стул на четыре дня и для самозащиты поют песни с припевом: "Не возвращайся назад, чтобы не взять кого-нибудь из друзей или родственников". Самый факт погребения или сжигания покойника вызывается исключительно желанием убрать покойника с глаз, из страха перед демоном, в которого превращается душа умершего, который будет мучить оставшихся в доме разными видениями и будет приносить им болезни. Вот почему первоначально трупы закапывались или отдавались на съедение зверям.

И нужно сказать, что у огромного большинства народов мы действительно находим целый ряд мер предосторожности, которые принимаются именно против возвращения близкого покойника, начиная с обмана и умышленного введения в заблуждение и кончая применением огня, воды и т. п. средств. Так чуваши бросают раскаленный докрасна камень '^след покойнику, чтобы заградить душе путь к возвращению. У гренландских эскимосов покойника выно и не через дверь, а через окно, причем старуха, ахая зажженной лучиной, приговаривает: "Здесь нет ."чего для тебя". В Сиаме и во многих других ^ iax, вплоть до эскимосов полярной Америки покс^-лка выносят ногами вперед и притом через OKHD или специально выламываемое отверстие, которое no'.oM

заделывается, чтобы он не знал входа и не вернулся бы назад. На острове Фиджи для охраны детей от могущего вернуться и вредить им духа покойного родственника процессия с трупом останавливается среди селения, и дети четыре раза проходят под ним взад и вперед, чтобы, так сказать, замести следы и запутать обратный путь в свой дом. Даже в Дании, в цивилизованной Дании, в домах и теперь еще имеются особые двери для выноса покойников. В Швеции и Восточной Пруссии на пороге или над дверью вешают после похорон топор для того, чтобы покойник боялся вернулся в дом. Бранденбургские крестьяне выливают на порог дома ведро воды вслед за покойником, чтобы отнять у его духа возможность вернуться домой. Зажигание огня после смерти также вызывается желанием отпугнуть покойника. У евреев и теперь еще покойнику прямо говорят перед тем как опустить его в могилу: "Помни, что ты умер, и будь подальше от нас, и будь от нас отдельно". Иногда предохранительные меры принимаются потому, что считают, что покойник оскверняет. Некоторых королей древности для воспрепятствования их возвращению хоронили в русле реки, для чего русло отводили в сторону и потом опять пускали воду.

Откуда же все-таки те меры предосторожности, которые, как мы видели, практикуются у многих народов, чтобы помешать покойнику вернуться на землю к живым? Тут мотивов много. Один из мотивов - это желание, в интересах самого покойника, чтобы дух его, который может скучать по дому, не возвращался домой, а ушел бы скорее в загробный мир, где он может продолжать свое существование в самом лучшем виде. И целый ряд мер принимается именно для того, чтобы облегчить ему этот путь в загробный мир. Так, у индейцев климат родственники ходят три дня вокруг могилы и держат огонь, чтобы светить и отогревать покойника, пока он не дойдет до места. То же на Гинер, в Ибузо, где негры верят, что злые

ПОСЛЕДНЕЕ ПРОЩАНИЕ

духи стараются воспрепятствовать покойнику попасть в загробный мир, и потому на третий день после похорон вождя, например, вся мужская молодежь, вооруженная кортиками и панцырями, совершает церемонию ikwa ote ("поднимание кортика"), чтобы прогнать эти вражеские силы. Тут меры предосторожности выражают не страх, а, наоборот, заботу о покойнике, старание, чтобы он скорее добрался до своего места, устроился бы там прочно и зажил бы настоящей жизнью.

С другой стороны, так как смерть приписывается тому, что какой-то злой дух вселился в человека, то возвращение покойника будет сопровождаться и возвращением этого злого духа, который не захочет его отпустить, и таким образом это связано с опасением, что злой дух может причинить болезни и смерть окружающим. Но в таком случае тут опять-таки не страх перед покойников, а страх перед тем злым духом, который является причиной смерти покойника. И целый ряд мер, обычно объясняемый страхом перед покойником, в сущности направлен именно против Х этого злого духа.

Есть целый ряд народов и как раз из числа самых примитивных, которые съедают своих покойников, но это делается отнюдь не из страха перед ними. Вот, например, что говорит лафито об этом явлении у индейцев Северной Америки: "Правда, что индейцы устраивают пиршества из трупов своих родных, но это проистекает отнюдь не из жестокости, - наоборот, именно из любви к ним". Далее, у альфуров, например, на островах Ароа, близ Малакки, д^тям после смерти родителей примешивают к лепешкам из саго кусочки тела умерших, и таким образом они в течение нескольких недель постепенно съедают с '."Х: родителей. Во время поминок, по свидетельству ..- тиана, у тех же альфуров передается из рук в ] ук.; чаша, в которой арака смешана с жидкостью, вытекающей из трупа. Что может быть отвратительнее этс го, и тем не менее они это делают именно из любв:

к родным. У ряда племен Центральной Австралии, едят покойников, но не своего клана, а того, откуда они берут жен; происходит, стало быть, не только обмен женами, но и обмен покойниками. Другие племена поручают поедание покойников рабам; тибетцы - собакам, а парсы - коршунам. Явление этого мы. встречаем даже у народов исторических, например, у массагетов, которые ели мясо своих покойников вместе с бараниной. Д'0рбиньи рассказывает про одного индейца из Боливии, что для него главным препятствием к переходу в христианство было то обстоятельство, что тело его не будет съедено родственниками, а станет добычей червей. Более того, даже древние ирландцы и бритты, по свидетельству Горация и Тертулиана, тоже ели своих покойников, считая это более почетным, чем отдавать их на съедение червям.

Должен, однако, прибавить, что бывают действительно случаи поедания покойников из страха перед ними, но это относится к телам умерших врагов.

Но самым лучшим доказательством симпатии к покойнику и отсутствия страха перед ним служат те приемы, к которым у некоторых прибегают близкие сейчас после смерти человека. Воззрение на смерть как на момент перехода к другой жизни, вызывает представление, что покойник, лежащий с виду бездыханным трупом, на самом деле слышит и видит и живет полной физиологической и душевной жизнью: поэтому первые выражения скорби близких людей естественно принимают форму громких бесед с покойником, сетования о разлуке, жалоб на одиночество, беспомощность, прославления, подвигов и добрых дел покойного. Отсюда те ритуальные причитания, плачи, прекрасные поэтические образы которых находим в Библии (плач Давида над Саулом и Ионафаном), у Гомера (плач Ахилла над могилой Патрокла) и во всех памятниках народной поэзии. В Египте был даже специальный институт наемных плакальщиков. Более того, первобытному человеку часто является

ПОСЛЕДНЕЕ ПРОЩАНИЕ

мысль, что покойника можно вернуть еще к этой жизни, стоит только употребить энергичные меры для того, чтобы недавно отошедшая душа снова вернулась в тело. Этим объясняются не только такие акты, о которых уже упомянуто выше, как битье покойника, громкое окликание его по имени, искушение его любимыми блюдами, выставлением на показ всех его драгоценностей, но и целый ряд других актов, непосредственно относящихся к трауру, как исступленные крики, нанесение семье ран и т. п. действия, которые имеют целью вызвать жалость со стороны покойника к живым и побудить его вернуться к своим близким. Так, у негритянских племен эве на Невольничьем берегу при первом известии о смерти близкого человека женщины с плачем и завываниями подвергают себя всяческим истязаниям, умоляя душу покойника вернуться и воскресить его тело; это продолжается до тех, пор пока труп не начинает разлагаться. На Золотом берегу в Африке вокруг покоиниХ ка расставляют самые драгоценные его вещи, ставят перед ним его любимые блюда. Даже в Китае, когда кто-нибудь умирает, взбираются на крышу его ,шма и протяжно выкрикивают: "Вернись!"

Обряд соблюдения поста в честь умерших встречается у самых различных народов: на островах Самоа, в Африке, у древних египтян, евреев и пр. Пост Давида по поводу смерти Саула и Ионафана, по-видимому, первоначально преследовал ту же цель, г. е. носил характер угрозы уморить себя голодом, если покойник не одумается и не вернется к жизни. Впрочем, посты в честь умершего могли также иметь целью вызвать экстаз и видения, во время которых возможно общение с душой покойника.

Раз загробная жизнь есть продолжение земной, то отсюда, естественно, возникло и представление о том, что покойника надо снабжать всем тем, что было необходимо ему для существования в здешнем мире. Поэтому ему дают одежду, средства передвижения, орудия, оружие и т. д. Вообще прилагают всяческие

заботы, чтобы покойник явился на тот свет нарядным и снабженным всем необходимым, дабы не ударить лицом в грязь пред новым миром. У некоторых народов, как у коряков, погребальный костюм - это самый нарядный, и над ним работают целые годы.

До какой степени конкретно представляли себе жизнь в загробном мире, можно видеть также из следующих характерных примеров. В греческой мифологии есть рассказ о жене Евкрата, явившейся к нему ночью требовать одну из своих золотых сандалий, которая упала за сундук и не была сожжена на ее похоронах вместе с прочей одеждой и обувью. То же видно в рассказе о Периандре, умершая жена которого Мелисса не хотела отвечать через оракула на его вопросы. Она была нагая и дрожала от холода, потому что одежда, схороненная вместе с ней, не была сожжена и, таким образом, не могла приносить ей никакой пользы. После этого сна Периандр отнял у коринфских женщин их лучшие наряды, сжег их в огромной яме, сопроводив эту процедуру молитвами, и тогда получил желаемый ответ.

Не менее характерен следующий пример. На Тробриановых островах а, именно на острове Китава, одна женщина, не имея достаточно молока, чтобы вскормить своего новорожденного сына, обратилась к умиравшему соседу с просьбой, чтобы он, когда прибудет в страну мертвых, сообщил ее матери о ее затруднительном положении, и та после его смерти действительно явилась к дочери (во сне) с корзиной, наполненной провизией. Далее еще более яркий пример. У древних галлов откладывали даже уплату долгов до будущей жизни, а в Японии и теперь дают взаймы деньги для возвращения их с большими процентами на том свете. Но и Западная Европа не далеко ушла от таких представлений. В некоторых местностях Лотарингии на покойника натягивают сапоги и дают ему в руки палку для предстоящего путешествия в загробный мир, а в разных областях Германии

ПОСЛЕДНЕЕ ПРОЩАНИЕ

покойника снабжают даже зонтиком и галошами. У очень многих народов снабжают покойника и амулетами для охраны его во время долгого загробного пути.

Кроме указанных предметов обихода, обычными ценными дарами покойнику были волосы и кровь близких людей. У Гомера Ахилл, прощаясь с Патроклом, кладет в руку своего умершего друга локон своих волос, а мирмидоняне осыпали все тело этого героя своими волосами. Египтяне во время траура выбривали себе брови. Об обычае срезывать волосы у евреев свидетельствует и Библия. Этнографы и историки нашли этот обычай во всех частях света (фиджийцы, тасманийцы, гунны, албанцы, гавасы, малайцы, североамерикаские индейцы, галлы и т. д.).

Не менее распространен обряд приношения крови. На островах Тонга наносят себе раны в голову и режут себе тело ножами, раковинами, копьями. На Самоа бьют себя по голове камнями, пока не потечет кровь. Библийский запрет "Вы не должны делать никаких разрезов на вашей плоти ради покойников, ни запечатлевать знаки на себе" свидетельствует о широком прежде распространении этого обычая. Объясняется это тем, что кровь и волосы универсально считались основными элементами жизни; принесение их в жертву рассматривалось либо как средство оживить покойника, либо как ценный для него дар в его дальнейшей жизни.

Но кроме этих приношений и самоистязаний, покойнику приносились иногда и человеческие жертвы. Мало того, есть народы, которые еще прежде, чем человек умер, когда он еще на смертном одре, наперед убивают целый ряд людей, слуг, рабов, чтобы они заблаговременно отправились и приготовили своему господину дом, утварь и все нужное ему на том свете. Особенно страдали при этом жены, как лица, приравнивавшиеся по своему положению к рабам. У многих народов вдова должна была сопутствовать своему мужу в загробный мир, как следовали за ним

его рабы и кони, оружие и о^дежда; только следуя за мужем, она могла приобрести блаженство за гробом. Обычай этот существовал у скифов, у фракийцев, в Мексике и древнем Перу, где еще во времена покорения их европейцами жены сжигались живыми вместе со своим покойным мужем. Встречается он и у современных племен Африки и Австралии (новая Зеландия и острове Дружбы).

В Индии вдова индуса браминской или кшатрийской касты сжигалась на погребальном костре своего супруга как "сати", т. е. "добрая жена". Этот обычай, о котором упоминается в классические и средневековые времена, был в полной силе в начале настоящего столетия. Часто умерший муж брал с собой многих жен. Некоторые шли добровольно и весело к новой жизни. Многих приводили к этому сила обычая, страх похора, убеждения семьи, обещания и угрозы жрецов, и, наконец, насилие. Когда английскими законами этот обычай был запрещен, жрецы крайне противились этому, утверждая, что Веда предписывает этот обычай и требует, чтобы чужеземные властители уважали его.

Наряду с обычаями самоистязания, самоизувечения и т. п. находим обычаи погребальных пиршеств, сопровождаемых бурным разгулом, пьянством, песнями, а на похоронах вождей - военными играми и состязаниями, имевшими первоначально целью доставить покойнику, который продолжает видеть и слышать, удовольствие и выразить ему свои симпатии и преданность. Такого рода обряды, знакомые нам по описаниям тризны у славян, мы находим и у других исторических народов, равно как у современных примитивных народов.

Обычай брать трофеи в виде отрубленных удобноносимых частей тела убитых врагов, как скальпы, пальцы и т. п., вызвал обычай выражать и свое подчинение и преданность соответственным самоизувечением и самоизуродованием, снабжая умершего вождя или начальника обычными трофеями. С течением

ПОСЛЕДНЕЕ ПРОЩАНИЕ

времени добровольное изувечение становилось принудительным. Чаще всего практиковалось отрубание пальцев. На острове Фиджи после смерти одного вождя было приказано отрубить сто пальцев.

Жестокие обычаи человеческих жертвоприношений и изувечения при погребениях и поминках постепенно эволюционировали, смягчаясь, и в конце концов они стали заменяться изображениями жертв, моделями, символами. Так, в Японии в гроб кладут фигурки из глины, в Китае покойника снабжают бумажными изображениями животных, людей, монетами из фольги, сжигают при похоронах бумажные домики и пр., но это не обман; это делается с полной верой, что эти бумажные объекты изображают души подлинных объектов и, что на том свете они примут другой вид и другие размеры. Такая же замена жертвуемых животных, людей и разных предметов статуэтками и.чч нарисованными изображениями практиковалась, как известно, и у древних египтян, а также у римлян и греков.

ТРАУРНЫЕ ОБРЯДЫ

Переходим к траурным обрядам. С трауром связан целый ряд обычаев, подходящих под общую категорию табу. Как в табу вообще соединены два противоположных принципа - святости и нечистоты, так в частности эту двойственность мы видим и в траурном табу. С одной стороны, покойник является как бы нечистым, и все прикосновение к нему подлежит очищению; с другой - дни траура считаются священными, и на них распространяются все запреты великих религиозных и публичных табу. В Полинезии, например, в дни траура объявлялись такие же табу, как в самых торжественных случаях: запрещалось приготовление пищи, зажигание огня, выход из дому, произведение шума. У евреев, даже современных, помимо других характерных обычаев траура, первый

238

ьмидневный траур сопровождается абсолютным запретом выхода из дома, обязательным сидением на полу, прекращением всякой работы; кроме того, запрещается умываться, стричь волосы и ногти - обычаи, типичные для табу.

Самым характерным траурным табу, сохранившимся до наших дней и у народов цивилизованных, является ношение специальной одежды определенного цвета. В Европе для траура принят черный цвет, в Китае белый, в Турции - синий или фиолетовый, в Египте - желтый, в древней Эфиопии - серо-землистый и т. д. У первобытных народов отсутствует строгая регламентация цвета, но употребление особой траурной одежды весьма обычно, равно как и вообще пренебрежение к костюму во время траура. У племен манганья (Южная Африка) вместо изменения костюма обыкновенно обертывают голову пальмовыми листьями и носят их до тех пор, пока те не поблекнут, чем и кончается траур. Многие, как например Деникер, склонны объяснить все подобные изменения во внешности желанием запугать злого духа или замаскировать себя, чтобы не быть узнанным; но действительный генезис употребления специальной траурной одежды заключается, как это справедливо замечает Джевонс, в табу, сообщаемом покойником всем окружающим, а через них и посторонним лицам. Всем соприкасавшимся с покойником необходимо было уберечь от осквернения свою повседневную одежду и вместе с тем предостеречь посторонних от прикосновения к лицам, находящимся в состоянии траура. Обеим целям удовлетворяло употребление специальной одежды необычного цвета, которая резко бросалась в глаза посторонним и которую по окончании траура можно было оставить как нечистую. Подтверждение этого взгляд мы видим в том, что во многих местах, как например, у негров Золотого берега, по окончании траура траурную одежду уничтожают. Современные погребальные обычаи, траурная

ПОСЛЕДНЕЕ ПРОЩАНИЕ

зыка в похоронных кортежах, обряжение покойника в лучшие одежды, пышность похорон, траурное облачение прислуги, траурной колесницы и лошадей, пиршества после похорон, периодические поминки, постановка памятников составляют переживание соответственных примитивных обычаев. Памятники ведут свое происхождение от обычая как можно больше насыпать земли над могилой для лучшего сохранения тела покойника от диких зверей, или же от обычая строить специальные дом, куда душа покойника могла бы являться для принятия пищи и питья; траурная музыка - от обычая ритмического оплакивания (еще и теперь в Японии оплакивание происходит под аккомпанемент флейт, как в древней Греции); поминальные обеды - от пиршеств с предполагаемым участием покойников; строго установленная продолжительность траура и периодичность поминок - от воззрения, что двойнику покойника требуется определенное время, пока он доберется до нового местожительства, и в это время он нуждается в пище, питье и одежде; пышное обряжение покойника - от необходимости пустить его в новый мир в наиболее подобающем его достоинству виде и т. д. Современный траурный ритуал в Европе обратился в простой этикет; в общем он покоится на еврейско-римских обрядах, лишь несколько видоизмененных под влиянием новых социальных условий, и до сих пор, как и в Древнем Риме, траур более обязателен для женщин, чем для мужчин.

Приведем в качестве классического примера погребальные обычаи Древнего Рима.

ПОГРЕБАЛЬНЫЕ ОБРЯДЫ В ДРЕВНЕМ РИМЕ

В римских погребальных обрядах нашла выражение смесь самых разнообразных чувств и понятий: древняя вера в то, что душа человека и после смерти продолжает в подземном царстве существование,

добное тому, что и при жизни, тщеславное желание блеснуть пышностью похорон, искренняя беспомощная скорбь и гордое сознание своей неразрывной, неистребимой связи с родом, жизнь которого была непрерывным служением государству. Все это еще осложнялось чисто римской, часто непонятной нам потребностью соединять трагическое с веселой шуткой, иногда с шутовством. Создавался конгломерат обрядовых действий, часть которых церковь, как всегда осторожная и не разрывающая с древними обычаями, укоренившимися в быту, ввела и в христианские похороны.

И у греков, и у римлян предать умершего погребению было обязательным долгом, который лежал не только на родственниках покойного. Путник, встретивший на дороге непогребенный труп, должен был устроить символические похороны, трижды осыпав тело землей: "Не поскупись, моряк, на летучий песок; дай его хоть немного моим незахороненным костям", - обращается к проходящему мимо корабельщику тень выброшенного на сушу утопленника. Это обязательное требование предать труп земле основано было на вере в то, что тень непогребенного не знает покоя и скитается по земле, так как ее не впускают в подземное царство.

Вокруг умирающего собирались родственники; иногда его поднимали с постели и клали на землю. Последний вздох его ловил в прощальном поцелуе наиболее близкий ему человек: верили, что душа умершего вылетает в этом последнем вздохе. Изысканная жестокость Вереса подчеркнута тем Х обстоятельством, что матерям осужденных не позволено было в последний раз увидеть своих детей, "хотя они молили лишь о том, чтобы им позволено было принять . своими устами дыхание их сыновей". Затем умершему закрывали глаза (condere oculos, premere) и громко несколько раз называли его по имени. Овидий жаловался в ссылке:

Х"...с воплем последним Очи мои не смежит милая друга рука".

Покойника обмывали горячей водой: это было делом родственников умершего или женской прислуги. Устройство похорон поручалось обычно лититинариям, этому римскому "похоронному бюро", находившемуся в роще богини Либитины (вероятно, на Эсквилине) и включавшемувсвой состав разных "специалистов": от людей, умевших бальзамировать труп, и до носильщиков, плакальщиц, флейтистов, трубачей и хористов.

.Так как труп часто оставался в доме несколько дней, то иногда его бальзамировали, но чаще лишь Хнатирали теми веществами, которые задерживали разложение; это было кедровое масло, которое, по словам Плиния, "на века сохраняет тела умерших нетронутыми тлением"; такую же силу приписывали соли, меду, амому. Затем умершего одевали соответственно его званию: римского гражданина в белую тогу (герой третьей сатиры Ювенала одни из преимуществ жизни в захолустном италийском городке считает то, что там люди облекаются в тогу только на смертном одре), магистрата в претексту или в ту парадную одежду, на которую он имел право. На умершего возлагали гирлянды и венки их живых цветов и искусственные, полученные им при жизни за храбрость, военные подвиги, за победу на состязаниях.

Умащенного и одетого покойника клали в атрии на парадное высокое ложе, отделанное у богатых людей слоновой костью или по крайней мере с ножками из слоновой кости. Умерший должен был лежать ногами к выходу. В рот умершему вкладывали монетку для уплаты Аарону при переправе через Стикс; этот греческий обычай был рано усвоен римлянами; находки показывают, что он держался в течение всей республики и империи. Возле ложа зажигали свечи, помещали курильницы с ароматами и

канделябры со светильниками или с зажженой смолой; ложе осыпали цветами. Перед входной дверью на улице ставили большую ветку ели, которую Плияий называет "траурным деревом", или кипариса - "он посвящен богу подземного царства и его ставят у дома в знак того, что здесь кто-то умер". Эти ветви предостерегали тех, кто шел принести жертву, а также понтификов и фламина Юпитера от входа в дом, который считался оскверненным присутствием покойника.

Число дней, в течение которых умерший оставался в доме, не было определено точно; у Варрона убитого смотрителя храма собираются хоронить на другой день после смерти; сын Оппианика, скончавшийся вечером, был сожжен на следующий день до рассвета. В некоторых семьях покойника оставляли дома на более продолжительное время; императоров хоронили обычно через неделю после смерти; за это время с мертвого снимали восковую маску, которой и прикрывали его лицо.

Существовало два способа погребения: сожжение и захоронение. Римские ученые ошибочно считали обычай захоронения древнейшим: "...сожжение трупа не было у римлян древним установлением; умерших хоронили в земле, а сожжение было установлено, когда, ведя войну в далеких краях, узнали, что трупы вырывают из земли". Законы Двенадцати Таблиц знают обе формы погребения; "многие семьи соблюдали Древние обряды; говорят, что никто из Корнелиев до Суллы не был сожжен; он же пожелал быть сожженным, боясь мести, ибо труп Мария вырыли" (по его приказу). В последние века республики и в первый век империи трупы обычно сжигались, и погребение в земле начало распространяться только со II в. н. э., возможно, под влиянием христианства, относившегося к сожжению резко отрицательно.

Торжественные похороны, за которыми обычно следовали гладиаторские игры, устраиваемые ближайшими родственниками умершего, назывались

ПОСЛЕДНЕЕ ПРОЩАНИЕ

"объявленными", потому что глашатай оповещал о них, приглашая народ собираться на проводы покойного: "Такой-то квирит скончался. Кому угодно прийти на похороны, то уже время. Такого-то выносят из дому". Эти похороны происходили, конечно, днем в самое оживленное время, с расчетом на то, чтобы блеснуть пышностью похоронной процессии, которая превращалась в зрелище, привлекавшее толпы людей. Уже законы Двенадцати Таблиц содержат предписания, которые ограничивали роскошь похорон: нельзя было пользоваться для костра обтесанными поленьями, нанимать больше действия флейтистов и бросать в костер больше трех траурных накидок, которые носили женщины, и короткой пурпурной туники. Сулла ввел в свой закон тоже ограничительные предписания, но сам же нарушил их при похоронах Метеллы. При империи законы эти потеряли силу.

Похоронная процессия двигалась в известному порядке; участников ее расставляли и за соблюдением определенного строя следил один из служащих "похоронного бюро", "распорядитель", с помощью своих подручных - дикторов, облеченных в траурный наряд. Вдоль всей процессии шагали факельщики с факелами елового дерева и с восковыми свечами; во главе ее шли музыканты: флейтисты, трубачи и горнисты. За музыкантами следовали плакальщицы (praeficae), которых присылали также либитинарии. Они "говорили и делали больше тех, кто скорбел от души", - замечает Гораций; обливались слезами, громко вопили, рвали на себе волосы. Их песни (пеniae), в которых они оплакивали умершего и восхваляли его, были или старинными заплачками, или специально подобранными для данного случая "стихами, задуманными, чтобы запечатлеть доблестные дела в людской памяти". В особых случаях такие песнопения распевали целые хоры: на похоронах Августа эти, хоры состояли из сыновей и дочерей римской знати. За плакальщицами шли танцоры и мимы; Дионисий

Галикарнасский рассказывает, что на похоронах знатных людей он видел хоры сатиров, исполнявших веселую сикинниду. Кто-либо из мимов представлял умершего, не останавливаясь перед насмешками на счет покойного: на похоронах Веспасиана, который почитался прижимистым скупцом, архимим Фавор, надев маску скончавшегося императора, представлял, по обычаю, покойного в его словах и действиях; спросив прокураторов, во что обошлись его похороны, и получив в ответ "десять миллионов сестерций" - он воскликнул: "Дайте мне сто тысяч и бросьте меня хоть в Тибр".

За этими шутами двигалась самая торжественная и серьезная часть все и процессии: предки умершего встречали члена своей семьи, сходящего в их подземную обитель. В каждом знатном доме, члены которого занимали ряд магистратур, хранились восковые маски предков, снятые в день кончины с умершего. Эти маски, снабженные каждая подписью, в которой сообщалось имя умершего, его должности и подвиги, и совершенные, хранились в особых шкафах, стоявших обычно в "крыльях" атрия. В день похорон эти маски, а вернее их дубликаты, надевали на себя люди, вероятно, тоже из числа прислужников либитинария; облачившись в официальную одежду того лица, чья маска была надета, они садились на колесницы или шли пешком в сопровождении ликторов. Чем больше было число этих предков, преторов, консулов, цензоров, из которых многие были украшены инсигниями триумфаторов, тем роскошнее были похороны. На похоронах Юнии, сестры Брута, "несли двадцать портретов, принадлежавших членам знаменитейших родов". Похороны Друза, сына Тиберия, были особенно блистательны, потому что длинным рядом шли изображения предков: во главе Эней, родоначальник рода Юлиев; все албанские цари; Ромул, основатель Рима, а затем Атт Клавз и остальные представители рода Клавдиев. Если умерший прославился военными подвигами, одерживал победы, завоевывал города и

ПОСЛЕДНЕЕ ПРОЩАНИЕ

земли, то перед носилками, на которых стояло погребальное ложе, несли, как и в триумфальном шествии, картины с изображением его деяний, привезенной добычи, покоренных народов и стран.

Носилки с ложем, на котором лежал умерший, в старину несли ближайшие его родственники, чаще его сыновья. Обычай этот соблюдался в некоторых случаях и в более поздние времена: тело Цецилия Метелла Македонского несли четверо его сыновей - один цензорий, другой консуляр, третий консул, четвертый, выбранный в консулы, но еще не вступивший в эту должность. Иногда носилки несли друзья умершего, очень часто его отпущенники. За носилками шли родственники покойного в траурной черной одежде (женщины в императорское время в белой) без всяких украшений и знаков своего ранга (сенаторы без туники с широкими пурпурными полосами, всадники без золотого кольца), мужчины, поникшие, с покрытой головой, женщины с распущенными волосами и обнаженной грудью, рабы, получившие по завещанию свободу и надевшие в знак освобождения войлочный колпак. Женщины шумно выражали свою скорбь: рвали на себе волосы, царапали щеки, били себя в грудь, рвали одежду, громко выкликали имя умершего. Процессию еще увеличивали любители поглазеть, толпами сбегавшиеся на похороны.

При похоронах знатных и выдающихся лиц про-1 цессия направлялась не прямо к месту сожжения, "1 заворачивала на Форум, где и останавливалась передд рострами. Покойника на его парадном ложе ставили^ или на временном помосте, или на ораторской трибу-1 не" "предки" рассаживались вокруг на курульных^ сидениях. Тогда сын или ближайший родственник^ умершего всходил на трибуну и произносил похваль-1 ную речь, в которой говорил не только о заслугах j умершего, но и обо всех славных деяниях его пред-1 ков, собравшихся вокруг своего потомка; "начиная с самого старшего, рассказывает он об успехах и делах

каждого". В этих восхвалениях не все было, конечно, чистой правдой; уже Цицерон писал, что они внесли в историю много лжи, того же мнения придерживался и Ливии.

Первая хвалебная речь была, по словам Плутарха, произнесена Попликолой над телом Брута. Сообщение это вряд ли достоверно; первым словом, произнесенным в похвалу умершего, считается речь консула Фабуллина над прахом Цинцината и Квфабия (480 г до н. э.). Этой чести удостаивались и женщины, в особенных, конечно, случаях. По свидетельству Цицерона, первой женщиной, которой выпала эта честь, была Попилия, мать катула.

После произнесения похвальной речи процессия в том же порядке двигалась дальше к месту сожжения или погребения, которое находилось обязательно за городскими стенами. Разрешение на похороны в городе, не только в Риме, но и в муниципиях, давалось редко, как особая честь и награда за выдающиеся заслуги. Общее кладбище существовало только для крайних бедняков и рабов; люди со средствами приобретали для своих могил места за городом, преимущественно вдоль больших дорог, где царило наибольшее оживление, и здесь и устраивали семейную усыпальницу. Место для погребального костра (ustrina) отводилось часто неподалеку от нее (в надписях ust- rina неоднократно упоминается как место, находящееся возле могилы). Костер складывали преимущественно из смолистых, легко загорающихся дров и добавляли туда такого горючего материала, как смолу, тростник, хворост. Плиний рассказывает, как труп М. Ленида, выброшенный силой огня из костра, сгорел на хворосте, лежавшем возле; подобрать покойника и положить его обратно на костер было невозможно: слишком жарок был огонь. Костер складывали в виде алтаря; у богатых людей он бывал очень высок, украшен коврами и тканями. Плиний говорит, что "костры разрисовывались"; очевидно, стенки костра раскрашивались в разные цвета. Вокруг втыкали в

ПОСЛЕДНЕЕ ПРОЩАНИЕ

знак траура ветки кипариса. Ложе с покойником ставили на костер и туда же клали вещи, которыми умерший пользовался при жизни и которые любил. Один охотник 1 в. н.э. завещает сжечь с ним всю его охотничью снасть: рогатины, мечи, ножи, сети, тенета и силки. К этому прибавляли всевозможные дары: участники погребальной процессии; тело изобильно поливали и осыпали всяческими ароматами, ладаном, шафраном, нардом, амомо, смолой мирры и проч. Светоний рассказывает, что когда тело Цезаря уже горело на костре, актеры, представлявшие предков и облеченные в одеяния триумфаторов, стали рвать на себе одежду и бросать в огонь; ветераны-легионеры начали кидать в костер оружие, с которым они пришли на похороны, матроны - свои украшения, буллы и претексты детей. Перед сожжением совершалось символическое предание земле: у умершего отрезали палец и закапывали его.

Когда костер был готов и ложе с покойником на него установлено, один из родственников или друзей покойного поджигал костер, отвернув от него свое лицо. При сожжении крупных военачальников и императоров солдаты в полном вооружении трижды обходили вокруг костра в направлении справа налево.

Когда костер угасал, горящие угли заливали водой, и на этом погребальная церемония собственно и кончалась. Участники процессии говорили последнее "прости" умершему; их окропляли в знак очищения священной водой, и они расходились, выслушав формулу отпуска: ilicet "можно уходить". Оставались только родственники, на которых лежала обязанность собрать обгоревшие кости. Обряд этот подробно описан в элегии, ошибочно приписываемой Тибулу. Вымыв руки и воззвав к Манам покойного, начинали собирать его кости. Их полагалось облить сначала вином, а затем молоком; потом их обтирали досуха полотном и клали в урну вместе с разными восточными ароматами. Это собирание костей совершалось в

самый день похорон, и тогда же происходило очищение семьи и дома покойного, оскверненных соприкосновением с мертвым телом: устраивался поминальный стол у самой могилы, в "могильном триклинии", если он был, а если его не было, то просто на камнях или на земле. Обязательным кушаньем на этих поминках было silicernium, какой-то вид колбасы; могила освящалась закланием жертвенной свиньи. Дома в жертву Ларам приносили барана.

Девять дней после похорон считались днями траура; в течение их родственники умершего ходили в темных одеждах; их ни по какому делу не вызывали в суд, и возбуждать вопросы о наследстве в это время считалось неприличным. На девятый день на могиле приносили жертву, состав которой был строго определен; тут могли быть яйца, чечевица, соль, бобы. Дома устраивали поминальный обед, за который садились уже не в траурной одежде (Цицерон очень упрекал Ватиния за то, что он явился на такой обед в темной тоге); у Петрония Габинна приходит с поминального обеда "в белой одежде, отягченный венками; благовония стекали у него по лбу в глаза". Люди знатные и богатые устраивали иногда в память своих умерших угощение для всего города. Такой обед Фавст, сын Суллы, дал в память своего отца, а Цезарь - в память своей дочери. Обычай этот отнюдь не ограничивался столицей; надписи засвидетельствовали его для ряда городов Италии. Случалось, что вместо обеда народу раздавались просто куски мяса; Марк Флавий разослал жителям Рима порции мяса на помин его матери (328 г. до н. э.); то же сделал Тит Фламиний по смерти своего отца (174 г. дон. э.). При империи раздачу мяса заменили раздачей денег. Игры в память покойного (обычно гладиаторские) часто устраивались тоже в этот самый день.

Умершего не забывали; память о нем свято соблюдалась в семье. Его обязательно поминали в день рождения и смерти, в "праздник роз", в "день фиалок", в праздник поминовения всех умерших. Поминали

ПОСЛЕДНЕЕ ПРОЩАНИЕ

умершего иногда еще и в другие дни: все зависело от того, что подсказывало чувство оставшихся. Римляне были вообще очень озабочены тем, чтобы увековечить свою память: неоднократно встречаются надписи, в которых говорится, что такой-то оставил определенную сумму денег, чтобы на проценты с них в определенные дни устраивались по нем поминки. На могиле совершали возлияния водой, вином, молоком, оливковым маслом, медом; клали венки, цветы, шерстяные повязки; поливали могилу кровью принесенных в жертву, обязательно черных животных. Созывался широкий круг друзей. Урс, первый, кто сумел играть стеклянным мячом "при громком одобрении народа", приглашает собраться на свои поминки игроков в мяч, любовно украсить его статую цветами и "совершить возлияния черным фалерином, сетинским или цекубским вином". Доходы с одной части инсулы определяются на то, чтобы ежегодно четыре раз в год - в день рождения, в день фиалки и в паренталии (родительский день) - поминали умершего, принося жертвы на его могиле, а кроме того, ежемесячно, в календы, ноны и иды, ставили на его могиле зажженую лампаду. Покойному ставили трапезу из овощей, хлеба, соли, бобов и чечевицы, а родственники устраивали тут же у могилы поминальное угощение.

В надписях высеченных на памятниках, часто встречается обращение к проходящим мимо с просьбой остановиться и сказать приветственное слово.^ Авл Геллий приводит эпитафию, которую сочинил^ для себя поэт Пакувий (220-132 гг. до н. э.): "Юноша,1 хотя ты торопишься, но этот камень просит тебя -" посмотри на него и прочти потом, что написано: '' "Здесь лежит прах поэта Марка Пакувия"; я хотел,, чтобы ты не оставался в неведении этого. Будь здо-: ров". А вот еще диалог между прохожими и умер-1 шим: "Привет тебе, Виктор Фабиан". - "Да возна-1 градят вас боги, друзья, и да пребудут они милости-' вы к вам, странники, за то, что вы не проходите: мимо Виктора Публика Фабиана, не обращая на него

внимания. Идите и возвращайтесь здравыми и невредимыми. А вы, украшающие меня венками и бросающие здесь цветы, да живите долгие годы". Чудаков вроде Пропорция, который желал, чтобы его похоронили в лесной глуши или среди неведомых песков, было немного. Гробницы были устроены вдоль всех дорог, шедших в разных направлениях от Рима. На Аппиевой дороге находились памятник Цецилии Метеллы, жены труимвира Красса, усыпальницы Сципионов и Метеллов, могила Аттика, гробница императоров Септимия Севера и Галлиена. На Латинской дорогами был похоронен Домициан; на Фламиниевой дороге в XVIII в. нашли высеченную в скале семейную гробницу Назонов, особенно интересную своей живописью. Между Аппиевой и Латинской дорогой открыто было несколько важнейших колумбариев. В Помпеях могильные памятники тянутся вдоль всех дорог, вливающихся в город. Дорога на Геркуланум производит впечатление правильно разбитой кладбищенской аллеи.

Могилы устраивались самым различным образом. Место, где был похоронен один человек и которое только для него и было предназначено, отмечали двумя или четырьмя каменными столбиками по углам могилы или плоской каменной плитой (в середине ее часто проделывали углубление, в которое лили жидкости; сама плита служила столом для поминальных трапез, почему "столом" - mensa и называлась). Родовые и фамильные гробницы представляли собой часто большие сооружения с несколькими комнатами; в одной стояли урны с пеплом или саркофаги; в Другой собирались в поминальные дни друзья и родственники покойного, и так как поминки включали и угощение для живых, то нередко при могилах устраивались и кухни, упоминаемые во многих надписях. Тримальхион желал, чтобы вокруг его могилы (а памятник его занимал 100 римских футов в длину и 200 в ширину) были насажены всевозможные плодовые деревья и лозы. Место погребения называется в

ПОСЛЕДНЕЕ ПРОЩАНИЕ

надписях иногда "огородом", иногда "именьицем"; упоминаются вино, овощи и цветы, с него полученные. Такие участки обводились стеной; присмотр за могилой и за садом поручался обычно отпущеннику умершего, который тут же и жил. "Я позабочусь, чтобы по смерти не потерпеть мне обиды, - говорил Тримальхион, - поставлю охранять мою могилу когонибудь из отпущенников, чтобы люди не бежали гадить на мой памятник". Он желает украсить этот памятник разными рельефами и заказывает изобразить корабли, плывущие на всех парусах, разбитую урну и над ней плачущего мальчика, а посредине часы: "...кто ни посмотрит хочешь - не хочешь, - прочтет мое имя".

Похороны бедных людей лишены были всякой парадной пышности и происходили обычно в ночное время. Умершего выносили или ближайшие родственники, или наемные носильщики. Труп клали в ящик, снабженный длинными ручками, в таком ящике носильщики вынесли тело Домициана. Несколько свечей и факелов слабо освещали погребальное шествие; не было ни музыки, ни толпы, ни речей. Совершенных бедняков, людей без роду и племени и "дешевых рабов", хоронили в страшных колодцах, куда трупы сбрасывали "навалом". Они находились на Эсквилине, пока Меценат не развел здесь своего парка. В 70-х годах прошлого столетия найдено было около 75 таких колодцев: это глубокие шахты, стены которых выложены каменными плитами (4 м в длину и 5 м в ширину).

Состоятельные люди устраивали обычно гробницу не только для себя, но и "для своих отпущенников и отпущенниц и для потомков их" (обычная формула в надписи на памятнике). Если этих отпущенников было много, то патрон уделял в своем могильнике место для наиболее близких ему; остальные должны были позаботиться о месте для погребения сами. Если они не обладали такими средствами, чтобы сделать себе отдельную гробницу, и не желали быть

шенными в общую свалку, то им надлежало обеспечить себе место в колумбарии. Члены императорской семьи строили колумбарии для своих отпущенников и рабов.

Это были четырехугольные, иногда круглые здания со сводчатым потолком; подвальная часть колумбария уходила довольно глубоко в землю, а верхняя строилась из камня и кирпичей. По стенам в несколько параллельных рядов шли полукруглые ниши вроде тех, которые устраивались в голубятнях, почему название голубятни - cooumbaria было перенесено и на эти здания. В полу каждой ниши делали два (редко четыре) воронкообразных углубления, в которые ставили урны с пеплом покойного таким образом, чтобы из углубления выдавались только верхний край урны и ее крышка. Над каждой нишей находились дощечки, обычно мраморные, с именами лиц, чей прах здесь покоился.

ХОдин из самых больших римских колумбариев, в котором могло поместиться не меньше 3000 урн, был выстроен на Аппиевой дороге для рабов и отпущенников Ливии, жены Августа. Он был найден в 1726 году; в настоящее время от него почти ничего не осталось, но сохранились его зарисовки и план, сделанные Пиранези. Здание представляло собой прямоугольник, в котором имелись четыре полукруглых углубления и четыре квадратных. Из одной такой ниши лестница вела во второй этаж значительно меньших размеров. Другой колумбарий, найденный в 1840 г., служил местом погребения от времен Тиберия и до Клавдия. Посередине его находился большой четырехугольный пилон, в стенах которого тоже были проделаны ниши. Интересен еще один колумбарий времени Августа. Это прямоугольное здание с абсидой - вдоль его стен идут часовенки равной величины с нишами, расположенными в два или в три этажа. Фронтоны этих маленьких храмиков и колонны их расписаны рисунками и орнаментами; иногда превосходными: видимо, каждый, кто приобретал здесь

ПОСЛЕДНЕЕ ПРОЩАНИЕ

место для себя или своих родных, стремился украсить его в меру своих сил и возможностей. Потолок был расписан арабесками с растительным орнаментом.

Оба эти колумбария находились первоначально за пределами города, на развилке Аппиевой и Латинской дорог, но в III в. н. э. оказались внутри Аврелиановой стены. Здесь же были колумбарии Марцеллы и сыновей Неровна Друза - тот и другой от времен Августа и Тиберия. На Аппиевой дороге были выстроены колумбарии Волузиев, Цецилиев, Карвилиев, Юниев Силанов; снаружи, над главным входом помещалась мраморная доска с именем того, кому принадлежал колумбарий. Недалеко от Пренестинской и Тибуртинской дорог находился колумбарий Статилиев Тавров, построенный еще в конце республики. Многочисленные надписи из этих колумбариев дают богатый материал для характеристики хозяйства богатых домов и рабского населения, которое их обслуживало.

Хозяевами колумбариев оказывались иногда погребальные коллегии, которые покупали уже выстроенный колумбарий или сами строили его для своих членов. Целью этих коллегий было ставить пристойное погребение всем, кто входил в их состав: членами могли быть и свободные, и рабы, и отпущенники; требовалось только аккуратно вносить месячный взнос, а при вступлении уплатить определенную сумму. Желавшие вступить в такую коллегию в Ланувии (теперь Лавинья) должны были внести и при зачислении в члены 100 сестерций и уплачивать ежегодно взнос 15 сестерций (по 5 ассов в месяц). Деньги эти составляли казну общества (area), и на них сооружался колумбарий; они шли также на его исправное содержание, на похоронные издержки. Члены коллегии делились на декурии (десятки); во главе каждой стоял декурион; в коллегии был свой жрец, казначей, секретарь, рассыльный. Председатель, избиравшийся на пять лет, именовался квинквенналом; он созывал

общее собрание, под его руководством и с его совета решались все важнейшие дела общества. Его ближайшими помощниками были кураторы, ведавшие постройкой колумбария и его ремонтом, а также тем, кому сколько ниш принадлежало и в каком месте колумбария они находились. У коллегии были свои покровители-патроны, помогавшие коллегии своим влиянием в официальных местах, дарившие ей землю или крупные денежные суммы.

Колумбарий, выстроенный на средства коллегии, был собственностью всех ее членов. Каждый из них получал по жребию известное число ниш, которыми он мог распоряжаться по желанию: дарить их, продавать, завещать кому хотел. В колумбариях имелись места, считавшиеся особенно почетными; это были ниши нижних рядов, наиболее удобные для свершения всех церемоний погребального культа; их коллегия постановляла дать людям, которые оказали ей особо важные услуги.

Была еще третья категория лиц, строивших колумбарии, - спекулянты, которые составляли общество, вносили свои паи, кто больше, кто меньше, а когда на эти деньги был выстроен колумбарий, то в соответствии с величиной пая каждый член получал по жребию определенное число ниш, которыми и торговал, норовя, разумеется, получить возможно больший барыш.

Колумбарии, могилы и могильные памятники были священными. Не только тот, кто выбрасывал прах покойника и разрывал могилы, рассчитывая ограбить их, совершал тяжкое преступление; повинен в нем был и тот, кто ломал памятник, чтобы использовать камень для стройки, сбивал с него украшения, вообще каким бы то ни было образом портил его. За такие действия налагались тяжелые наказания, иногда даже смертная казнь.

ЛИТЕРАТУРА

1. Л. Я. Штернберг. Первобытная религия в свете этнографии. M.-JL, 1936.

2. Э. Б. Тайлор. Первобытная культура. М., 1939.

3. М. Е. Сергеенко. Жизнь древнего Рима. Очерки быта. М-Л., 1964.

ГЛАВА СЕДЬМАЯ

ДУХИ, ДЕМОНЫ И ДРУГИЕ

ДУХИ НИЗШЕГО РАЗРЯДА

По-видимому, представление о человеческой душе, составившись раз в уме людей, послужило образцом, или типом, по которому складывались не только представления о других душах низшего разряда, но и о духовных существах вообще, начиная от крошечного германского эльфа, играющего в высокой траве, до небесного творца и правителя мира, великого духа североамериканских индейцев.

"Миллионы духовных существ ходят по земле, невидимые для нас ни наяву, ни во сне..."

Общение человека как с душами, так и с другими духами становится всего определеннее и ярче выраженное там, где они ясно представляются его чувствам в снах и видениях. Демон Коин старается задушить спящего австралийца, злой На наваливается на грудь карена, североамериканский индеец, наевшись на празднике, посещается ночными духами, караиды под влиянием страшных сновидений часто просыпаются, уверяя, что демон Мабойя избил их во сне и что они все еще чувствуют боль. Эти демоны те же эльфы и домовые, котоыре в глухих углах Европы До сих пор еще по ночам ездят верхом и душат спящего поселянина. Их имена не позабыты еще и образованными людьми и перешли только из верования в шутку.

Анимистическая теория снов как действительных посещений духовных существ перешла без всякого перерыва и изъятий в средневековые верования. Мы

ДУХИ, ДЕМОНЫ И ДРУГИЕ

говорим о вере в суккубов и инкудов, в домовых и кикимор, духов мужского и женского пола, которые по ночам посещают мужчин и женщин. Их описания мы находим, например, у жителей Антильских островов, где они считаются душами умерших, исчезающими от прикосновения. В Новой Зеландии обоготворенные предки выказывают привязанность к женщиакам и часто посещают их, а на островах Самоа такие сношения с коварными низшими божествами часто вызывают сверхъестественные зачатия; в Лапландии тоже встречается много рассказов подобного же рода. От этих низших ступеней культуры мы можем проследить эту мысль и далее.

В индусском тантризме встречается формальный обряд, посредством которого человек может приобрести себе нимфу-подругу, обращаясь к ней с молитвами и повторяя ее имя ночью на кладбище. Августин, говоря о народных поверьях относительно ночных посещений духов, прибавляет, что эти посещения подтверждаются таким множеством вполне достоверных свидетельств, что было бы наглостью отрицать их. Среди позднейших богословов жаркие дискуссии о ночных сношениях с инкубами и суккубами продолжались до тех пор, пока на вершине средневековой ци-1 вилизации вера в них не утвердилась окончательно. Х!

Нам уже не приходится смотреть на такое явление^ только как на уродливое, а, в сущности, безвредное^' суеверие, коль скоро признание этого поверья мы,^ например, находим в булле папы Иннокентия VIII 1 (1484) в форме обвинения "многих лиц обоего пола, ^ пренебрегающих спасением души своей и отступающих от католической веры". Практические результаты этой папской буллы хорошо известны тем, кому удавалось изучать ее последствия по протоколам судов над обвиненными в чародействе, по гнусному "Молоту ведьм", написанному двумя избранными инквизиторами, по тем ужасным документам, которые простым деловым слогом передают признание в сожительстве с дьяволом, получаемое у несчастных

жертв угрозами и уговорами в промежутках между пытками. Эти пытки продолжались до тех пор, пока судьи не получали достаточных доказательств для ясного понимания дела и вынесения приговора к сожжению на костре. Я не стану распространяться о цинизме и ужасе этих подробностей, которые важны для нас только по их отношению к истории анимизма, но этнографу будет легче понять отношение между дикарской и современной философией, если он прочтет полное веры сочинение Роберта Бертона "Анатомия меланхолии", где автор соглашается с мнением Липсиуса и на основании ежедневных рассказов и судебных приговоров выводит заключение, что нечистые духи никогда не являлись в таком громадном числе, как в его время. Было это в 1600 г.

В связи с ночными духами и домовыми находится еще один ночной демон, заслуживающий особого внимания, а именно вампир. Так как случается, что некоторые больные без всякой видимой причины становятся с каждым днем бледнее, слабее, малокровнее, словом, видимо гаснут, то дикарский анимизм, естественно, должен был искать удовлетворительные объяснения таких явлений и нашел его в учении, что существуют зловредные духи, которые выедают душу или сердце или же высасывают кровь своих жертв. Полинезийцы признавали, что умершие души покидают свои могилы и могильных идолов, проникают ночью в дома и пожирают сердца и внутренности спящих людей, вследствие чего те умирают. Карены рассказывают про "кефу", желудок колдуна, который является в образе головы и внутренностей пожирать души и убивает таким образом людей. Менгира с полуострова Малакка верят в водяного духа с собачьей головой и пастью аллигатора, который высасывает кровь у людей из большого пальца руки и ноги, отчего они умирают. Но излюбленная страна духов-кровопийц - славянские земли и Венгрия. Здесь они носят имя вампиров ("упырь" - по-русски). Существует целая литература страшных рассказов

ДУХИ, ДЕМОНЫ И ДРУГИЕ

про вампиров, которая тщательно рассмотрена у Кальмэ. Проще всего понять происхождение этого поверья, обратившись к началам дикарского анимизма. Тогда все сразу становится на свое место. Мы видим, что вампиры не представляют продукта безосновательной фантазии, а служат объяснением причин изнурительных болезней. Что касается природы и способа действия вампиров, то существуют две главные теории, которые, однако, находятся в самом тесном отношении с первоначальным анимистическим представлением о духовных существах и признают в этих демонах человеческие души.

Первая теория признает, что душа живого человека, часто колдуна, оставляет свое тело погруженным в глубокий сон, а сама в виде, например, соломинки или перышка проникает через замочные скважины в дома и нападает на спящую жертву. Если спящий проснется вовремя и успеет схватить эту хрупкую оболочку души, то через нее может отомстить своему мучителю уничтожением или изувечением ее телесного обладателя. По мнению одних, эти духи приходят к человеку ночью, садятся на грудь и сосут его кровь, другие же думают, что они высасывают кровь только у детей, а у взрослых вызывают кошмары Здесь мы видим новое истолкование этого явления.

Согласно второй теории, душа мертвеца выходит из его похороненного тела и высасывает кровь живых людей. Жертва худеет, чахнет, быстро теряет силы и умирает. Тут мы опять сталкиваемся с опытом действительной жизни и вместе с тем видим новый вымысел для более полной разработки представления о вампирах. Труп, который возвратившаяся душа насыщает высосанной кровью, представляется воображению неестественно свежим, мягким и полным, вследствие этого открыть вампира нетрудно: стоит только разрыть могилу, где находится оживленный труп, и при ранении из него польется кровь и он будет дажед двигаться и кричать. Чтобы отделаться от вампира, 3 нужно проткнуть его тело (как это делают с

убийцами с той же целью), но еще действеннее обезглавить и сжечь труп. В этом состоит сущность учения о вампирах.

Так как одни разряды духов обыкновенно легко переходят в другие, то предания о вампирах часто смешаны в народных поверьях с другими легендами. Вампиры являются, например, в качестве стучащих духов, причиняющих в домах беспорядки, которые точно так же отнесены современным спиритизмом на счет душ умерших. Таков был дух некоего управляемого крестьянина, который вышел из гроба на острове Миконе в 1700 г. после погребения его трупа. Он входил в дома, ставил все вверх дном, задувал огни и продолжал свои проделки таким образом до тех пор, пока все население острова не обезумело от ужаса. Турнфор был там в эту пору и присутствовал при откапывании трупа. Его рассказ представляет любопытный пример того, каким образом возбужденная толпа без малейшего фактического основания могла прийти к убеждению, что труп теплый и налит красной кровью.

Вампиры весьма часто выступают под славянским название "оборотни". Описания тех и других существ до крайности сбивчивы и спутанны. Человек, у которого брови сходятся между собой, как будто его душа подобно мотыльку собирается улететь, чтобы войти в тело другого, может быть принят и за оборотня и за вампира. Одно из новейших описаний вампиризима в Болгарии весьма подробно объясняет природу духов, играющих роль в этих поверьях. Заклинатель, вооружившись иконой, может загнать вампира в бутылку, содержащую какую-нибудь отвратительную приманку, любимую демонами. Как только вампир пойман, бутылка закупоривается накрепко пробкой, бросается в огонь, и вампир гибнет безвозвратно.

Что касается примитивного духовица и созерцаемых им видений, то типическим примером может служить гренландец, приготовляющийся к профессии колдуна. Углубленный в созерцание в своем

ДУХИ, ДЕМОНЫ И ДРУГИЕ

ном одиночестве, истощенный постом и измученный бдениями, он видит перед собой образы людей и животных, которые принимает за духов. С этой стороны очень интересно читать описания страшных видений, которые грезятся новообращенному зулусу в минуты высшей религиозной экзальтации. Он видит, например, змею с большими страшными глазами, или подкрадывающегося леопарда, или врага, приближающегося с длинным ассагаем в руке. Все эти образы друг за другом приходят к месту, куда человек ушел помолиться наедине, и всячески стараются напугать его и помешать молитве. Видения, искушавшие индусских аскетов и средневековых отшельников, повторяются и в наши дни, но теперь они составляют более предмет медицинских трактатов, чем описания чудес. Подобно духам болезней и прорицаний и эти ij духовные существа порождены не одним воображением, а отражают действительные явления,' объясняемые с анимистической точки зрения.

Особенно много злобных духов в темноте. Сэр Джордж Грей видел в Австралии вокруг палаток туземцев множество мелькающих по кустам огоньков. Это были зажженные лучины, которые старухи, отправляющиеся наблюдать за молодежью, брали с собой для защиты от злых духов. Южноамериканские индейцы также носят из боязни злых духов зажженные факелы, когда выходят в темноту. На полуострове Малакка туземцы зажигают огни подле роженицы, чтобы не подпустить к ней злых духов. Такие понятия удерживаются и на более высоких ступенях цивилизации. В Южной Индии, где из боязни злых духов человек выходит из дому после солнечного заката лишь в случае крайней необходимости, несчастный, 'отправляющийся в путь ночью, берет с собой зажженный факел, чтобы защититься от призрачных врагов. Даже среди белого дня индус зажигает светильники, чтобы отогнать демонов. Эта же церемония соблюдается и китайцами на свадьбах. В Европе употребление огня как средства для

пугивания злых духов и ведьм было возведено в настоящую систему. ^Древние нормандские поселенцы в Исландии зажигали костры вокруг тех мест, которые они намеревались" занять, с целью прогнать оттуда злых духов. Эти представления породили у скандинавов целый ряд обычаев, выходящих уже из употребления, но память о которых еще сохранилась в их стране до настоящего времени. Пока ребенок не окрещен, около него должен постоянно гореть огонь, иначе тролли могут его похитить. Когда мать отправляется принять очистительную молитву, ей вслед бросают горячий уголь, чтобы ее не похитили и не заколдовали тролли. Горячий уголь нужно бросать вслед ведьме или колдунье, когда она выходит из дому и т. д. В наше время простой народ на гебридских островах продолжает защищать рожениц и детей от злых духов, обнося вокруг них огонь. В современной Болгарии в день святого Димитрия в стойла и под навесы ставятся зажженные свечи, чтобы злые духи не вошли в домашний скот. И эти древние представления вовсе не выродились до степени простонародного поверья. Католичество, очевидно, усвоило их, как это видно из церемонии освящения свечей в римском ритуале.

Если животное вдруг пугается без всякой видимой причины, не значит ли это, что оно видит духов, невидимых для человека? Гренландец говорит, что тюлени и дикие птицы пугаются привидений, доступных только глазу колдуна. Конды полагают, чти их порхающие эфирные божества не могут быть видимы человеком, но доступны глазам животных. Эти представления занимают видное место в народных поверьях всего мира. Телемак не видит стоящей подле него Афины, потому что боги являются не всем в видимой форме, но ее видит Одиссей и собаки, которые, не смея лаять, с тихим визгом удаляются в отдаленный угол комнаты. В древней Скандинавии собаки могут видеть Гелу, богиню смерти, невидимую Для людей. Евреи и мусульмане, услыхав вой собак,

ДУХИ, ДЕМОНЫ И ДРУГМЕ

энают, что они увидели ангела смерти, вышедшего' на свое страшное дело. Мысль, что животное способно видеть духов и что печальный вой собаки предвещает смерть человека где-нибудь поблизости, до сих пор составляет предмет суеверия простых англичан.

Другой способ обнаруживания присутствия невидимых духов заключается в посыпании земли золой и употребляется для поимки воров. Сообразно с анимистическими представлениями, дух считается достаточно телесным, чтобы оставлять после себя следы. Следующие примеры относятся частью к душам, частью к другим существам. Жители Филиппинских островов думали, что умершие возвращаются на третий день после смерти в свое прежнее жилище. Поэтому они выставляли воду, чтобы мертвецы могли смыть в себя могильный прах, и посыпали пол золой, чтобы видеть следы их ног. У племени го в СевероВосточной Индии подобный же, но более разработанный обряд составляет часть погребальных церемоний. В день смерти вечером близкая родня покойника совершает обряд призывания умершего. В одну из внутренних комнат ставится вареный рис и горшок с водой, и от них влоть до порога пол усыпается золой. Затем два родственника отправляются к месту, где было сожжено тело, ходят вокруг него, постукивая о пут и напевая печальную песню, призывающую покойника домой. В это время двое других людей наблюдают за рисом и водой, не шевелятся ли они, и смотрят, не появятся ли следы в золе. Как только появится малейший знак, присутствующие встречают его содроганием и плачем, которому вторят и другие родственники, стоящие снаружи. Обряд этот повторяется до тех пор, пока родственники не убедятся, что покойник приходил в дом. Рассказывают, что в Юкатане есть обычай оставлять на ночь ребенка на месте, посыпанном золой. Если на следующее утро на золе найдут следы какого-нибудь животного, то оно рассматривается как божество, охраняющее ребенка. Сюда же могут быть отнесены обряды -ацтеков во

время второго праздника в честь бога солнца Тецкатлипоки. Перед его святилищем рассьшали маисовую муку, и верховный жрец сторожил появление следов божества. Увидев их, он громко объявлял: "Наш великий боже пришел". Яркий пример подобных обрядов в Старом Свете можно найти в Талмуде. Там говорится, что мир наполнен злыми духами, и, кто хочет увидеть их, тот должен взять просеянной золы и посыпать ею пол около кровати. Рано утром на золе можно заметить следы духов, как будто от ног петуха.

Такие преставления значительно распространены и в современном мире, как это видно из германского народного поверья о маленьких "земляных человечках", которые оставляют на золе след вроде утиного или гусиного.

Но есть и другие признаки, по которым обнаруживаются посещения духов. Один из самых поразительных дает нам сохранившееся в Англии суеверие. Вечером накануне дня святого Марка нужно посыпать очаг золой, чтобы увидеть отпечаток ноги того, кто должен умереть в этом году. Не раз случалось, что какой-нибудь злой проказник повергал суеверную семью в горе, подкравшись потихоньку сверху с башмаком кого-нибудь из домашних, отпечаток которого он оставлял на золе. Такие случаи дают нам право думать, что примитивные люди склонны приписывать духам вообще тот род эфирной вещественности, которую они, как мы уже знаем, приписывают душам. Отчетливые суждения об этом предмете редко встречаются до возникновения богословских учений раннего католицизма. Представления Тертуллиана и Оригена о воздушном и в то же время вещественном существе ангелов и демонов, вероятно, выражают понятие первобытного анимизма гораздо яснее того учения, которое излагает Кальмэ. Согласно этому учению, ангелы, демоны и души, покинувшие тело, - это чисто невещественные духи, но когда они являются людям, действуют, говорят, ходят, едят и т. дД

ДУХИ, ДЕМОНЫ И ДРУГИЕ

то, конечно, должны принимать материальную оболочку из сгущенного воздуха или других твердых земных тел, которые приспособляли бы их к этим отправлениям.

Неудивительно, что люди вооружались против таких материальных существ вещественными орудиями и даже иногда старались освободиться от них общим преследованием легионов эфирных существ, витающих вокруг них. Подобно тому как австралийцы ежегодно изгоняют из своей среды духов своих покойников, так и негры Золотого Берега время от времени выходят с ' палицами и факелами, чтобы отогнать злых духов от своего города. Они бегают с дикими воплями, машут оружием по воздуху и, выгнав духов в леса, по возвращении домой спят спокойнее и вообще чувствуют себя здоровее на некоторое время. У калмыков при рождении ребенка соседи кричат и размахивают короткими дубинами над шатрами, чтобы отогнать злых духов, которые могут причинить вред матери и ребенку. Руководствуясь совершенно сходной мыслью, чехи в троицын день и тирольцы в вальпургиеву ночь выгоняют невидимых воображаемых ведьм из домов и хлевов.

ДУШИ УМЕРШИХ ЛЮДЕЙ

Души умерших людей признаются одним из важнейших классов демонов или божеств.

Для диких племен страх перед душами умерших, как перед злобными духами, является обычным. Как известно, австралийцы полагают, что духи непогребенных покойников делаются злобными демонами. По мнению новозеландцев, души умерших настолько изменяются в своей природе, что становятся способными вредить самым близким и дорогим людям. Караибы говорят, что из числа различных душ человека одни приходят на морской берег переворачивать лодки, другие идут в леса и становятся злыми духами. У индейского племени сиу страх мести духов был средством,

удерживающим их от убийства. Про некоторые племена Центральной Африки можно сказать, что их главнейшее религиозное учение есть вера в духов и что характерное свойство последних есть желание вредить живым. Патагонцы постоянно боялись душ своих колдунов, которые после смерти превращаются в злых демонов. Туранские племена Северной Азии боятся свих шаманов после их смерти гораздо более, чем при жизни, потому что они становятся особым разрядом духов, наиболее вредных во всей природе. У монголов они мучат людей с целью вынудить и^ к приношениям.

В Китае верят, что массы несчастных душ, лишенных всего на земле, например души нищих и прокаженных, могут сильно тревожить живых, поэтому время от времени их умиротворяют приношениями пищи, хотя и весьма скудными. Человек, который дурно себя чувствует или боится неудачи в делах, благоразумно сжигает несколько бумажных одежд и денег из фольги для этих "господ низших областей". Подобные понятия в большом ходу в Индокитае и Индии. Там существуют целые разряды демонов, некогда бывших душами людей, преимущественно оставленных без погребения, умерших от чумы или насильственной смертью, а также холостых мужчин и женщин, умерших во время родов. За это они обращают свою мстительность против живых. Их можно, однако, умилостивить постройкой храмов или жертвами, и, таким образом, они становятся особым классом местных божеств. В эту категорию попала и демоническая душа какого-то жестокого английского офицера, которого туземные почитатели в "Гинневельском округе все еще стараются умилостивить, принося на его могилу водку и сигары, которые он любил при жизни. Индия, как можно видеть из следующих рассказов, переносит эту теорию в пратику посредством широкой фабрикации демонов. Один брахман, на поле которого кшатрийский раджа построил дом, убил себя для того, чтобы отомстить обидчику, и сделался демоном из разряда брахма-дазиу, став с тех пор

ДУХИ, ДЕМОНЫ И ДРУГИЕ

ужасом всей страны и одним из популярнейших сельских божеств в Караклуре.

В конце прошлого столетия жили два брахмана, из дома которых некто похитил, как они думали, 40 рупий. Вследствие этого один из брахманов решился отрезать голову своей матери в надежде, разделяемой и самой старухой, что ее дух в течение 40 дней, возбуждаемый звуками барабана, будет являться вору и его сообщникам, мучить их и преследовать до смерти. В последних словах мать выразила надежду, что она накажет негодяя, и добровольно рассталась с жизнью, чтобы в образе духа отомстить за свои 40 рупий.

Учение о душах признает их способными к самостоятельному существованию или к переселению в тела людей, животных и различных предметов. На основании высказанной нами мысли о том, что общая теория о духовных существах создавалась по типу учения и душах, нам будет нетрудно объяснить некоторые из важных ветвей примитивной философии религии, которые без этого могли бы показаться непонятными или нелепыми. Различным духовным существам, подобно душам, приписывается также способность жить и носиться свободно по свету или же вселяться на более или менее долгое время в различные тела.

Теория вселения служит многим важным целям в философии дикарей и варваров. С одной стороны, она истолковывает явления болезненных расстройств и экзальтации, преимущественно связанных со странными припадками, и это воззрение до такой степени распространено, что из него вытекает почти повсеместное учение о болезненном состоянии. С другой стороны, эта теория дает возможность дикарю "вогнать" злой дух в какое-нибудь постороннее тело, и таким образом, избавиться от него или, наоборот, поместить для своей надобности какого-нибудь благодетельного духа в неодушевленный предмет, вселить его как божество ради поклонения в тело животного, в скалу, камень, идол или другой предмет, в котором дух должен содержаться совершенно так же, как жидкость

в сосуде. В этом ключ к настоящему фетишизму и до известной степени к идолопоклонству. При беглом обзоре различных отделов теории вселения небесполезно будет включить сюда некоторые группы случаев, которые трудно распознаются в отдельности. Теоретически они относятся скорее к категории одержимости духами, чем к категории вселения их, так как духи не живут внутри тел, а лишь держатся вблизи его и действуют на тело извне.

Подобно тому как при нормальных условиях человеческая душа, обитающая в теле, принимается за начало, дающее ему жизнь, заставляющее его думать и говорить, за начало, действующее через посредство тела, болезненные симптомы истолковываются как результаты деятельности другого начала, подобного душе, т. е. постороннего духа. Человек, считающийся одержимым, беспокоится и мечется в горячке, рвется и тоскует, как будто внутри его находится какое-то терзающее его существо, худеет и изнемогает, точно кто-нибудь день за днем пожирает его изнутри. Такой человек, естественно, ищет какую-либо олицетворенную духовную причину своих страданий. Ему даже иногда случается видеть своего мучителя в страшных сновидениях в форме призрака или кошмара. Но иногда эта таинственная, невидимая сила повергает беспомощного человека на землю, корчит и ломает его в судорогах и заставляет с непомерной силой и яростью дикого зверя бросаться на окружающих. Иногда эта сила побуждает человека с искаженным лицом и дикими движениями произносить не своим, а как будто даже нечеловеческим голосом дикие, бессвязные речи. Бывает и так, что вдруг у одержимого являются мысли и красноречие, далеко превышающие обычный уровень его способностей, и он начинает повелевать, давать советы и предсказывать будущее. Понятно, что такой человек должен казаться окружающим и самому себе орудием духа, который овладел им или вселился в него, жилищем демона. В личность этого демона больной верит так

ДУХИ, ДЕМОНЫ И ДРУГИЕ

твердо, что часто даже выдумывает для него имя, которое он может назвать, когда говорит от имени этого духа. Наконец, когда тело медиума совсем истощено, дух выходит из него так же, как вошел.

Так как болезнь приписывается влиянию духов, то отсюда, естественно, следует, что изгнание духов есть наилучшее средство против этой болезни. Оттого-то рядом с учением об одержимости бесами, начиная от появления его у дикарей и до наших дней, стоит искусство заклинателей. Едва ли что-либо другое может живее показать представления о личных духах как причине болезней и помешательства, чем приемы заклинателя, который то ласками, то угрозами убеждает духа оставить тело пациента и переселиться в какое-нибудь иное. Оба главных последствия, приписываемые такому духовному влиянию при одержимости духами и вселении их, - болезненные припадки и дар прорицания - не только смешиваются друг с другом, но часто вообще сливаются, что совершенно согласно с воззрением, относящим оба последствия к одной общей причине. Воззрение, согласно которому овладевающий человеком или вселяющийся в него дух может быть или человеческой душой или принадлежать к какому-нибудь другому классу духовной иерархии, свидетельствует в пользу того, что теория бесноватости развилась из обычных представлений о влиянии души на тело. При разъяснении этого учения с помощью типических примеров, взятых из огромной мссы описаний и сообщений, почти невозможно различить между действующими духами человеческие души и демонов, так же как и провести ясную черту между одержимостью демоном и вмещением его в человека. Так же трудно бывает отличить состояние пациента, мучимого бесами, от состояния изгоняющего их врача.

У тасманцев и австралийцев болезни и смерть приписываются более или менее определенным влияниям духов. Описания того, как демон по злой воле колдуна тихо подкрадывается сзади к своей жертве и^

бьет ее палицей по затылку или как дух мертвеца приходит в ярость, когда произносят его имя, и вползает в тело говорящего,- чтобы пожрать его внутренности, представляют особенно наглядные примеры дикарского анимизма.

У даяков на Борнео "быть тронутым духом" - значит сделаться больным. Болезнь причиняется тем, что невидимые духи наносят невидимые раны невидимыми копьями, или входят внутрь тела и выгоняют душу, или поселяются в сердце и приводят человека в сосотояние буйного помешательства.

В Новой Зеландии всякий недуг приписывается духу, и преимущественно духу ребенка или вообще недоразвитого человека, который, поселившись в теле пациента, гложет и поедает его изнутри. Когда заклинатель найдет путь, которым такой болезнетворный дух вошел в тело больного, чтобы питаться его внутренностями, он посредством заклинаний уговаривает его перебраться на ветку льна и отправиться домой. Мы узнаем также, что различные части тела - лоб, грудь, желудок, ноги и т.д.- принадлежат различным божествам, которые посылают в них различные боли и недуги.

На островах Самоа, когда кто-либо был близок к смерти, люди старались расстаться с ним в добрых отношениях, вполне веря, что если он умрет со злобой против кого-нибудь, то возвратится снова и причинит какое-нибудь бедствие этому лицу или близкому ему человеку. В этом часто усматривалась причина болезни или смерти: дух умершего человека возвращается на землю и, поселившись в голове, груди или желудке человека, причиняет ему болезнь и смерть. В заключение нужно заметить, что болезнетворные души умерших - это те же самые души, которые при более благоприятных обстоятельствах входят в живых и через посредство какого-нибудь члена семьи предсказывают будущие события и управляют семейными делами. В Полинезии на островах Товарищества и Георга злые демоны ниспосылаются корчить и мучить людей судорогами и истерическими

ДУХИ, ДЕМОНЫ И ДРУГИЕ

припадками, терзать несчастных больных Как бы зазубренными крючьями или крутить и вязать в узлы их внутренности, пока жертва не умрет в жестоких мучениях.

На Дальнем Востоке сумасшедшие пользуются большим уважением как люди, посещенные богом, а идиоты обязаны мягкости обхождения с ними убеждению в их сверхъестественном наитии. Там, как и в других местах, где культура стоит на низкой ступени развития, до сих пор еще сохранилось прежнее верование, которое у образованных людей перешло в известный шутливый синоним идиота - "блаженный".

Случаи, когда болезненная одержимость духами переходит в прорицание, связаны в особенности с истерическими, конвульсивными и эпилептическими страданиями. Бэктауз описывает тасманийского колдуна "с припадками спазматического сокращения грудных мышц, которые он приписывал, как и все вообще болезни, демону". Эта болезнь служила для всех доказательством его вдохновенности. Самое обстоятельное описание болезненного состояния принадлежит одному истерическому духовидцу, находившемуся в "состоянии, предшествующем способности прорицания". Этот человек описывает общеизвестный припадок истерии: "Ощущение страшной тяжести, поднимающейся вверх по телу к плечам, живые грезы, представление наяву предметов, которые исчезают при приближении к ним, появление в уме незаученных гимнов и ощущение летания по воздуху. Этот человек происходит из семейства, члены которого отличались большой впечатлительностью и были знахарями". В самом деле, люди, склонные по природе к болезненным припадкам, как бы предназначены к тому, чтобы быть духовидцами и колдунами. У патагонцев люди, страдающие падучей болезнью или пляской святого Витта, предназначаются в волшебники, как люди, избранные самими демонами, которые, войдя в их тела, корчат и ломают их. У сибирских племен шаманы выбирают детей, склонных к конвульсиям, как

ектов, наиболее пригодных для этой профессии, которая, таким образом, может иногда делаться наследственной в семействах, подверженных эпилепсии. Так, уже на низших ступенях развития культуры болезненные энтузиасты начинают обнаруживать то сильное влияние на умы окружающих их людей, которое они сохраняют во все исторические времена.

Болезненные явления прорицания вызываются' всегда ради известных целей, при этом присяжные колдуны обыкновенно впадают в преувеличения или даже в простое притворство. В отдельных случаях медиум может настолько сильно проникнуться мыслью, будто овладевший им дух в самом деле говорит через него, что может не только назвать духа по имени, говорить в соответствии с характером, но даже изменять свой голос сообразно с характером духа. Эта последняй способность, относящаяся к чревовещательству в его древнем значении далее переходит, конечно, в чистый обман. Но именно то, что эти явления или вызываются искусственно или воспроизводятся с намеренным обманом, свидетельствует скорее в пользу нашей мысли, чем против нее. Действительные или притворные черты одержимости прорицателей в любом случае служат разъяснением народного верования. Патагонский колдун, приступая к делу, бьет в барабан и вертит трещотку до тех пор, пока с ним не делается действительный или мнимый эпилептический припадок. Тогда дух, вошедший в него, начинает отвечать на вопросы слабым, глухим голосом. В Южной Индии и на Цейлоне так называемые бесноватые плясуны доводят себя до пароксизма, чтобы прийти во вдохновенное состояние, необходимое им для лечения больных. Таким же образом в результате плясок под музыку и пения окружающих на жрецов племени бодо находит припадок безумного исступления, во время которого божество нисходит а жреца и начинает прорицать через него. На Камчатке женщины-шаманы пророчествуют, когда Биллукай входит в них при громе и молнии. Они воспринимают

ДУХИ, ДЕМОНЫ И ДРУГИЕ

духа с восклицанием: "Тш!", зубы их стучат как в лихорадке, и они делаются способными прорицать.

На островах Тихого океана души умерших входят на время в тела живых, чтоб, вдохновив их, заставить предсказать будущие события или исполнить какиелибо веления высших божеств. Лучшие описания симгг.омов одержимости духом прорицания у дикарей относятся именно к этой части света. Фиджийский жрец скдит среди глубокого молчания, уставив взгляд на украшение из китового уса. Через несколько минут он начинает дрожать. В лице и конечностях появляются слабые подергивания, которые усиливаются до жестоких судорог, сопровождающихся вздутием вен, бредом и стонами. В это время в него входит божество, и прорицатель, с вращающимися, выпученными глазами, бледным лицом и посиневшими губами, обливаясь потом, высказывает неестественным голосом волю божества. Затем припадок стихает, прорицатель тупо глядит вокруг себя, а божество возвращается в страну духов. На Сандвичевых островах, где бог Оро изрекал таким же образом свою волю, его жрец переставал действовать и говорить как свободное существо, но с судорогами в конечностях, со страшными, искаженными чертами, дикими, неподвижными, бессмысленными глазами, с пеною на губах катался по земле и возвещал волю вошедшего в него бога дикими, резкими и бессвязными звуками, которые туманно истолковывались окружающими жрецами народу. На острове Таити ч^сто замечали, что люди, не отличавшиеся в обычном состоянии ни талантами, ни красноречием, в припадках судорожного бреда говорили целые речи серьезно и- возвышенно, сообщая волю и ответы богов или предсказывая будущее с помощью хорошо построенных фраз, полных поэтических образов и метафор, свойственных оратору по профессии. Но как только припадок проходил и здравый рассудок возвращался, дар пророчества исчезал.

В Бирме дух болотной лихорадки нападает на людей, проходящих через его владения, и трясет их

до тех пор, пока они не избавятся от него заклинаниями. Припадки падучей болезни и апоплексия производятся другими духами. Пляска женщин, одержимых бесами, лечится тем, что врач покрывает пеленой голову больной и начинает сильно бить одержимую палкой в уверенности, что удары чувствуются не ею, а демоном. Дух удерживается от бегства заколдованной узловатой веревкой, которая накидывается на шею бесноватой. Когда побои довели демона до того, что он начинает говорить голосом больной и объявляет свое имя, то исцелитель отпускает его на волю или же начинает давить ногами живот одержимой, пока не затопчет демона до смерти. Формулы для изгнания злых духов в древних вавилонских и ассирийских текстах свидетельствуют о том, что там было широко распространено учение о болезнетворных демонах. Подобные же верования существовали в Древней Греции и Риме. От них к нам перешли выражения вроде "демонический". Так, у Гомера людей, мучимых особенно томительными болезнями, терзает злобный демон. "Эпилепсия", как показывает само слово в его значении на греческом языке, обозначала "схватывание" больного сверхъестественным существом. Еще точнее этот диагноз определялся в "нимфолепсии", где больного схватывала или им овладевала нимфа. Причинная связь между одержимостью бесами и умопомешательством или бредом была одной из аксиом греческой философии. Быть помешанным значило заключать в себе злого духа. Сократ говорит о тех, кто отрицает существование демонов или духов, что они сами бесноватые. Александр приписывал влиянию оскорбленного Диониса неудержимую ярость, во время которой он в состоянии опьянения убил своего друга Клита. Бешенство (водобоязнь) также приписывалось одержимости злым демоном. Римляне называли помешанных "полными духов". Люди, одержимые бесами, дико глядели на окружающих, на губах их была пена, и духи говорили изнутри их голосами. Сила

ДУХИ, ДЕМОНЫ И ДРУГИЕ

лей была там также хорошо известна. Что касается одержимости духами прорицания, то учение об этом и обрядовая сторона прорицания процветали в классическом мире, лишь незначительно изменившись по сравнению со временем низшего варварства.

"Старинный английский лечебник" предписывает средство против припадков, вызываемых мелкими бесами (т. е. против конвульсий): есть пирог, испеченный из мяса белой собаки с мукой; средство для людей, одержимых бесами, есть настой известных трав на очищенном пиве с чесноком и святой водой, который должен быть освящен во время обедни и выпит из церковного колокольчика.

Исторические рассказы упоминают о конвульсивном ясновидящем духе, вселившемся однажды в некоего Николая Обри. Под влиянием заклинаний епископа Лионского дух этот самым поучительным образом засвидетельствовал лживость кальвинизма. Мы узнаем далее, что демон вселился в Карла IV, французского короля, и священник тщетно пытался загнать его в тела двенадцати скованных людей, которые были предназначены для вмещения демона. В Эльбингероде одна немка в припадке зубной боли выразила желание, чтобы дьявол вошел к ней в зубы, и в нее в самом деле вселилось целых шесть дьяволов. В Яттоне в Георга Люкинса вселилось однажды семь дьяволов. Они корчили его, говорили, пели, лаяли по-собачьи и были изгнаны торжественными заклинаниями семи духовных лиц в бристольском соборе в 1788 году. Убедительным доказательством того, что древнее воз:->рение продолжает сохраняться и до сих пор, служит то, что в Европе и в настоящем столетии, начиная от Греции и Италии и кончая Францией, народ приписывает помешательство и истерику одержимости духами и лечит их заклинаниями совершенно так же, как и в первобытные времена. В 1861 году в Морсине, деревушке к югу от Женевского озера, развилась эпидемия беснования, достойная поселений краснокожих индейцев или негритянского царства Западной Африки. Под

влиянием заклинаний суеверного патера эта эпидемия усилилась до такой степени, что только в одной этой деревне было 110 бесноватых.

Легко понять, что изменение воззрений на этот предмет в современном обществе никак не зависит от исчезновения той группы припадков, которые приписывались древними философами дьявольскому наваждению. Истерия, падучая болезнь, бред, мания и тому подобные телесные и душевные расстройства продолжают существовать и теперь. И они не только существуют, но у малокультурных, а в некоторых местностях даже и у культурных народов припадки эти все еще объясняются и лечатся так же, как и в древние времена. Я едва ли впаду в преувеличение, если скажу, что в учение о демонической одержимости в его существенных чертах верит и теперь еще добрая половина человечества, которая является, таким образом, упорной последовательницей своих самых отдаленных и первобытных предков. '

ПОЛТЕРГЕЙСТ

Некоторые из духов, временно лишенных тела, могут желать вступить в общение с нами, обитателями земного материального мира. Когда это общение происходит без нашего согласия и ведома, то имеет место то, что называется полтергейстом ("шумный дух", "домовой").

Согласно учению спиритизма, полтергейст - это физическое проявление души умершего человека в нашем материальном мире. Формы его выражения весьма разнообразны: стуки и специфические щелчки в мебели, стенах и полу, осязательные ощущения человека, подвергающегося воздействию (касания, удары и толчки), передвижение в воздухе (левитация) неодушевленных предметов и живых существ, звуки человеческого голоса и речи и, наконец, различного рода видения - от появления рук или

ДУХИ, ДЕМОНЫ И ДРУГИЕ

вы до материализации полной человеческой фигуры (плотность этих материализаций может быть различна: от газообразной до осязаемо твердой).

Если дух проявляется самопроизвольно, то это может иметь только две причины; либо он желает напугать людей, являющихся невольными свидетелями странных и, как им кажется, противоестественных явлений, либо он желает вступить с нами в общение. В любом случае полтергейста не следует пугаться, поскольку он никакой опасности для жизни и здоровья людей не представляет.

Ширли Хитчинс жила одна с родителями в стандартном домике на Вайклифф-роуд, в одном из рабочих кварталов Лондона. Подобно многим сверстницам, она рано бросила школу и нашла приличную работу в одном из столичных универмагов. Но в 1956 году с пятнадцатилетней Ширли стали происходить невероятные вещи. Все началось однажды утром, когда девочка, проснувшись, обнаружила у себя на одеяле сияющий новенький ключ. Родители пришли в полное недоумение: ни к одному из замков в доме он не подошел.

Следующие несколько ночей Ширли не могла сомкнуть глаз. Стоило ей задремать, как невидимая сила принималась стягивать на пол постельное белье; при этом стены спальни сотрясались от оглушительного стука.

Наконец отец девочки решил пожертвовать ночным сном, чтобы собственными глазами увидеть, что происходит с дочерью. Ширли легла в комнате матери, отец с братом расположились "в засаде". Некоторое вр^мя все было спокойно; затем неожиданно кровать девочки стала сотрясаться от оглушительных ударов.

Через несколько минут дочь позвала на помощь: ее постельное белье стало сползать вниз. Двое взрослых мужчин ухватились за простыни, но побороть невидимого противника не смогли; к битве присоединилась мать. Внезапно на глазах у всех тело девочки резко напряглось, а затем поднялось в воздух и зависло на высоте около шести дюймов, не соприка

ясь с поверхностью кровати. Сама Ширли в тот момент находилась, по-видимому, в глубоком трансе. ровно через месяц после появления чужого ключа на одеяле у девочки интенсивность феномена стала ослабевать, а вскоре и вовсе сошла на нет.

История полтергейста уходит корнями в далекое прошлое. Еще в 355 году нашей эры был описан случай бесчинств в германском городке Бигене-на-Рейне невидимой силы, которая швыряла камни, сбрасывала спящих людей с кровати, а на улицах стучала, трещала и барабанила. С тех пор подобные явления наблюдались не раз во всех частях света. Известный парапсихолог Хиворд Каррингтон в книге "Рассказ о полтергейсте" описал и тщательно проанализировал 375 случаев этого паранормального феномена.

Издавая указ о конфискации барабана у странствующего чародея Уильяма Друри, магистрат Тедуорта, графство Уилтшир, не мог и предположить, сколь пагубные последствия может иметь это решение. Как только в марте 1662 года Друри убрался восвояси, барабан принялся грохотать сам по себе, да еще и летать при этом вокруг дома судьи Момпессона (свидетелями чему не раз становились многие его коллеги, да и случайные прохожие). После нескольких бессонных ночей Момпессон приказал разбить барабан на кусочки, но призрачный концерт не прекратился. Более того, в доме судьи цветочные горшки один за Другим стали опрокидываться на кровати, начали летать ботинки и подниматься в воздух дети. Невидимая сила вынудила лошадь засунуть себе в рот копыто задней ноги. Многие решили, что это изгнанный барабанщик тайком пробрался в город и творит безобразия, но вскоре стало известно, что в Глочестере Друри арестован за кражу и выслан из страны в одну из колоний. Для специального расследования в Тедуорт прибыл капеллан Карла Второго преподобный Джозеф Гленвилл; он не раз собственными ушами слышал барабанный бой, собрал множество свидетельских показаний, но так и не смог найти естественных

ДУХИ, ДЕМОНЫ И ДРУГИЕ

ний происходящему. Ровно через год после начала беспорядка шум внезапно прекратился.

В основном полтергейст не опасен, хотя это правило, как и любое другое, имеет по меньшей мере одно поразительное исключение. Речь идет о так нааываемой "ведьме Беллов" - "злом духе", который на протяжении четырех лет терроризировал семью фермеров из провинции Робертсон штат Теннесси, и в конечном итоге умертвил ее главу, Джона Белла.

В 1817 году, когда "невидимый ужас" вселился в ничем не примечательный дом Белла, Америка не знала еще термина "полтергейст", да и учение спиритуализма возникло лишь тридцать лет спустя. Впрочем, едва обретя дар речи, существо это уведомило присутствующих о том, что оно не является духов умершего. "Я просто дух", - твердило оно. Однажды "дух" назвал себя Ведьмой, и прозвище это так с тех пор за ним и осталось.

Все началось со скрежета и стуков; некоторое время звуки эти доносились будто бы снаружи, но вскоре проникли в дом: у кровати раздался вдруг злобный рык, словно некое животное принялось обгладывать ее ножку, затем что-то стало скрести когтями по паркету и хлопать крыльями под потолком. Уже через несколько дней уровень шума возрос настолько, что казалось, от грохота сотрясается весь дом.

Первые "публичные выступления" Ведьмы носили явно выраженный религиозный характер: проявляя удивительный талант имитатора, она слово в слово пересказывала воскресные проповеди, точно копируя при этом голоса двух местных священников.

Благочестивые порывы Ведьмы, однако, очень скоро иссякли, и к ужасу всех членов этой чрезвычайно набожной семьи, она принялась изрыгать ужаснейшие богохульства. Кроме того, Ведьма во всеуслышание объявила о своей лютой ненависти к старому Джону Беллу и пообещала, что не оставит его в покое, пока не сведет в могилу. Начиная с этого момента здоровье фермера стало ухудшаться. Фермер слег, теперь

дыми днями он пребывал в каком-то странном состоянии, бредя и непрерывно содрогаясь всем телом.

18 декабря 1820 года у кровати больного собралась вся семья. Фермер находился в каком-то странном оцепенении: его отяжелевшее тело невозможно было даже поднять на подушки. Один из его сыновей, Джон Белл-младший, подошел к аптечке, но вместо снадобья, прописанного доктором, обнаружил там пузырек, "на треть наполненный какой-то странной жидкостью". "Ага, старого Джона вздумали оживлять? прокаркала вдруг Ведьма, когда прибыл врач. - И не пытайтесь! Он больше не встанет с этой постели!"

Наутро Джон Белл умер. Ведьма не прекратила своих издевательств над несчастным и после его кончины: в тот момент, когда гроб опускали в могилу, кладбище огласилось похабной песенкой: "Налей-ка мне бренди, папаша!.."

По-видимому, дочь Джона Бетси страдала раздвоением личности. Частичка ее подсознания, "отколовшись" от основного психического массива, каким-то образом обрела самостоятельную жизнь и... посвятила ее методическому, последовательному уничтожению отца. Природа этого заболевания и сегодня остается неясной. Известно лишь, что встречается оно крайне редко, а "вырастает", как правило, на почве перенесенного в детстве сильнейшего эмоционального потрясения. На основе сравнительного анализа всех имеющихся данных об этой болезни доктор Фодор позволяет себе сделать "чисто умозрительное заключение" относительно истинной природы феномена, вошедшего в историю "психической науки" под именем "ведьмы Беллов". Он считает, что процесс полового созревания и первые бурные всплески сексуальности, несомненно ощущаемые очень болезненно ребенком, выросшим в пуританской атмосфере, характерной для сельской Америки тех лет, в данном случае наложились на внезапное и столь же острое пробуждение каких-то глубоко подавленных воспоминаний. О

чем же таком может "вспомнить" вдруг девочка впервые начинающая ощущать себя женщиной? Доктор Фодор предупреждает: теория его "рассчитана на читателя, преисполненного терпимости и лишенного предрассудков". Он полагает, что Белл-старший некогда делал попытки к растлению малолетней дочери. Предположение это достаточно правдоподобно; в конце концов, инцест - явление куда более распространенное, чем нам с вами кажется, особенно если речь идет о сельской глубинке. Первые симптомы "комплекса вины", отмечает Фодор, Белл испытал в тот самый момент, когда у его дочери начался период пубертации. Судя по всему, приступ раскаяния так глубоко поразил психику отца, что он, конечно, неосознанно, сам вступил с "духом" в самоубийственный союз.

Возникает вопрос: если "ведьма" действительно не более чем "отколовшаяся" часть детской психики, вознамерившаяся свести в могилу Джона Белла, то откуда в ней столько ненависти к Бетси, другими словами, к самой себе? Для психиатра ответ очевиден: мы вновь имеем дело с неосознанным самонаказанием. "Первая искупительная жертва в виде расторгнутой помолвки была принесена уже в самом начале, - пишет Фодор. - Запланировав убийство, подсознание заранее принялось отмаливать грех".

Жаль, конечно, что "ведьма Беллов" не осчастливила нас своим появлением лет этак на сто попозже. Сегодня ученые наверняка смогли бы узнать о ней несравненно больше. Исследование паранормальных явлений ведется в наши дни на строго научной огнове.

ГЛАВА ВОСЬМАЯ

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

ЛИТЕРАТУРА

1. Э. Б. Тайлор. Первобытная культура. МД 1939.

2. Фр. Смит, Р. Стемман. Тайны загробной жизни М., 1993.

"ВОТ ЧЕЛОВЕК, КОТОРЫЙ БЫЛ 1 У ПОДЗЕМНЫХ ЖИТЕЛЕЙ"

Посещения умерших живыми и наоборот бывают и предметом личного опыта, и свидетельствами очевидцев. Души умерших являются живым во сне или в видениях, и приносят вести из другого мира. Иногда же люди сами отправляются туда и, вернувшись, рассказывают живым, что они видели там. Иногда путешественник оказывается там вместе со своей материальной оболочкой, иногда же говорится только, что он отправился сам, но духовно или телесно - об этом ничего не упоминается в рассказе. Большей частью, впрочем, туда отправляется одна душа человека, оставив тело в состоянии экстаза, сна, оцепенения или даже смерти. Некоторые из этих рассказов, повторяющихся на всех стадиях культуры, от диких до цивилизованных времен, передавались с полным убеждением со стороны самого духовидца, другие же представляют собой лишь подражания оригинальным рассказам. Такие видения воспроизводят, конечно, представления, которыми до того времени был наполнен ум видевшего их. Всякое представление, запавшее раз в голову дикаря, варвара или фантаста, способно легко воспроизводиться извне. Здесь оказывается порочный круг: он видит то, во что верит, и верит в то, что видит. Глядя на отражение собственного ума, он, подобно ребенку, который видит себя в

287

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

кале, почтительно подчиняется внушениям своего второго "я". Краснокожий индеец посещает счастливые места охоты, тонганец тенистый остров Болоту, грек нисходит в Аид и любуется Елисейскими полями, средневековый аскет видит ужасы ада и блаженство рая.

Между североамериканскими индейцами, и в особенности алгонкинскими племенами, нередки рассказы о людях, души которых отправлялись во сне или в бреду при тяжелых болезнях в страну умерших и возвращались вновь оживить свои тела и рассказать виденное ими. То, что они видели, весьма соответствует тому, что им внушалось с детства: они говорят про долгий путь по дороге умерших, про гигантскую землянику, которой освежаются духи, но которая обращалась в красный камень от их прикосновения, про древесную кору, которую им предлагали вместо сушеного мяса, и большие дождевики вместо тыкв, про реку мертвых, через которую надо было перебираться. по змее или по колеблющемуся бревну, про большую собаку, стоявшую на другом берегу, и про . селения умерших по ту сторону реки.

Зулусы еще в наши дни рассказывают о людях, спускавшихся через отверстия в почве в подземный мир, где горы, реки и все предметы такие же, как и на поверхности земли, и где легко отыскать своих родных, потому что мертвые живут в селениях и доят своих коров, которые были убиты на земле и воскресли к новой жизни. Умпенгула, зулус, рассказавший одну из таких легенд доктору Коллэуею, припоминал, как он, будучи еще мальчиком, видел безобразного волосатого маленького человечка, по имени Ункама, который, преследуя дикобраза, опустошавшего его запасы, спустился за ним в глубокую нору и попал оттуда в страну мертвых. Вернувшись снова домой, он увидел, что его сочли за мертвого. Жена его, верная долгу, сожгла и схоронила все его имущество, а удивленная толпа при его появлении снова затянула погребальный гимн. Про этого зулусского

Данте народ постоянно говорил: "Вот человек, который был у подземных жителей".

Один из самых характерных рассказов" этого рода принадлежит Новой Зеландии. Этот рассказ, представляющий особый интерес из-за сохранившегося в нем воспоминания о вымершем исполинском моа и заслуживающий воспроизведения с наибольшей полнотой ради заключающихся в нем мелких подробностей и той жизненной реальности, которую придавали варвары подобным легендам, был передан Шортлэнду его слугой, по имени Те-Вгаревера. Тетка этого человека умерла в уединенной хижине на берегу озера Роторуа. Она принадлежала к знатному роду, и потому ее тело оставили в хижине, заложили окна и двери и покинули это жилище, так как ее смерть сделала его "табу". Но день или два спустя Те-Вгаревера, плывя рано утром с несколькими товарищами в лодке вблизи этого места, увидел на берегу женскую фигуру, делавшую им знаки. Это была его тетка, вернувшаяся к жизни, но ослабевшая, озябшая и голодная. Благодаря их своевременной помощи она оправилась и рассказала свою историю.

Душа ее, покинув тело, полетела к Северному мысу и достигла входа в Реигну. Здесь, держась за стволы ползучих растений, она спустилась в пропасть и очутилась на песчаном берегу реки. Она оглянулась и увидела громадную, больше человеческого роста, птицу, которая шла к ней быстрыми шагами. Это ужасное зрелище так испугало ее, что первой ее мыслью было вернуться снова по крутому обрыву, но, увидев старика, который греб в лодке по направлению к ней, она побежала к нему навстречу и таким образом спаслась от птицы. Перебравшись благополучно на другой берег, она, назвав имя своей семьи, спросила старого Харона, где живут духи ее родных. Старик указал ей дорогу, и, идя по ней, она была весьма поражена сходством ее с дорогами, по которым она ходила на земле: характер местности, деревья, кусты и растения были удивительно ей

10 Заказ N 425 289

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

мы. Она дошла до селения и в толпе, собравшейся здесь, узнала отца и нескольких близких родных. Они поклонились ей и приветствовали ее заунывной песней, которую маори всегда поют при встрече после долгой разлуки. Отец, расспросив ее о родных, оставшихся на земле, в особенности, о ее собственном ребенке, объявил ей, что она должна вернуться на землю, потому что некому теперь позаботиться о его внуке. По его приказанию она отказалась от пищи, которую предлагали ей умершие, и, несмотря на их усилия удержать ее, отец посадил ее в лодку, перевез обратно и при расставании вынул из-под плаща две огромные сладкие картофелины и велел посадить их, чтобы они служили пищей его внуку. Но когда она стала снова взбираться по скале, два детских духа начали тянуть ее назад, и ей удалось отделаться от них только ценою этих двух корнеплодов. Пока они пожирали их, она поднялась вверх с помощью стеблей тех же ползучих растений и наконец достигнув земли, устремилась к тому месту, где лежало ее тело. Вернувшись к жизни, она увидела себя в темноте, и все бывшее с ней показалось ей сном. Но вдруг она заметила, что она была одна в пустом доме и двери его заколочены: отсюда она заключила, что она действительно умирала и опять ожила. При наступлении утра она увидела на полу калебасу (тыкву) с красной охрой, распущенной в воде. Она выпила жидкость до дна, чем несколько подкрепилась. Потом ей удалось отворить дверь и доползти до берега, где она вскоре и была найдена своими друзьями.

Слушавшие ее рассказ нисколько не сомневались в1 действительности ее приключений и жалели только, что она не принесла с собой хотя бы одну из этих громадных картофелин в доказательство своего посещения страны духов. Племена, живущие в Северной Азии и Западной Африке, также имеют своих очевидцев жизни духов в загробном мире.

Обычай вызывать умерших существовал и у предшествовавшей Израилю вавилоиско-шумерской

туры. В двенадцатой песне поэмы о Гильгамеше герой оплакивает своего мертвого друга Энкиду и просит бога мертвых Нерсалу вызвать ему из подземного мира дух погибшего товарища: "взломай могильный склеп и открой землю, дабы дух Энкиду мог, подобно ветру, подняться вверх". Бог внял его просьбе, и к Гильгамешу явился дух Энкиду и поведал ему о горестном положении мертвых в подземном мире, где "их пожирает червь и где все покрыто прахом".

"Расскажи мне, Энкиду, о законах той страны, где теперь обитаешь, откуда тебе не удалось вернуться". - "Не скажу я тебе ничего, отвечал Энкиду. - Если узнаешь эти законы, ты будешь лить слезы не переставая!". - "Пусть я стану рыдать бесконечно, расскажи мне об этой стране, я хочу все знать", - промолвил Гильгамеш.

И поведал Энкиду Гильгамешу, как гниют и рассыпаются в прах, подобно ветхой одежде, все, кто попал в подземный мир. Только те, кто оставил на земле сыновей, посещающих могилу, имеют утешение. Они едят свежий хлеб и пьют чистую воду. Больше всех почитают в преисподней храбрецов, павших в бою. Они встречают там отца и мать и жену, склоняющуюся над ними. Но горе тем, чье тело осталось без погребения и валяется в степи, позабытое всеми. Дух этого человека не, знает покоя. Мучимый голодом, он собирает объедки из чужих горшков и глотает хлебные крошки, что остаются от трапезы других мертвецов, получающих щедрые дары с земли.

Самый ранний пример некромании в античной литературе мы встречаем в знаменитом эпизоде из. "Одиссеи", где Улисс приплывает к печальным берегам на самом краю Океана и здесь вызывает духов из подземного мира. Чтобы заставить их говорить, он копает ров и закалывает над ним в жертву овец так, чтобы кровь их стекла на дно ямы. Истомленные жаждой духи собираются у рва и, выпив всю кровь, изрекают для героя свои прорицания. В Древней Греции для вызова духов умерших

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

ществовали только строго определенные места, имевшие непосредственное сообщение с подземным царством через проходы и трещины в земле, сквозь которые духи, повинуясь приказанию, могли выходить на поверхность. Такие места назывались оракулами умерших.

Там, по преданию, легендарный музыкант Орфей вызывал душу любимой и потерянной им Эвридики.

Подобные рассказы имеются и в классической литературе. Наглядные повествования Лукиана выражают верования своего времени, если не своего автора. Его Евкрат смотрит через расщелину в Аиди видит, как мертвые покоятся на ложах из лилий в сообществе своих родных и знакомых. Среди них он узнает Сократа с лысой головой и большим животом, а также своего отца, одетого в то платье, в котором его похоронили. Затем Клеодом дополняет это рассказом, как однажды во время жестокой болезни, на седьмой день, когда он горел как в огне от лихорадки и лежал совсем один с затворенными дверями, перед ним предстал поразительной красоты юноша, в белом одеянии, и повел его сквозь трещину в земле в Аид, в чем он убедился, увидев там Тантала и Сизифа. Затем юноша привел его в верховное судилище, где заседали Эак, Парки и Эринии, и поставил перед царем Плутоном, .читавшим имена людей, жизнь которых должна была окончиться. Плутон был гневен и сказал провожатому: нить этого человека еще не пришла к концу и он не должен умереть; приведи ко мне Демила-медника, который уже пережил нить своего веретена. Клеодом опомнился, почувствовал себя свободным от недуга и сообразил, что Демил, его пораженный болезнью сосед, должен умереть. И спустя немного времени раздались голоса родных, оплакивавших Демила.

ОРФЕЙ В ПОДЗЕМНОМ ЦАРСТВЕ

Великий певец Орфей, сын речного бога Эагра и музы Каллиопы, жил в далекой Фракии. Женой Орфея была прекрасная нимфа Эвридика. Горячо любил ее Орфей. Но недолго наслаждался Орфей счастливой жизнью с женой своей. Однажды, вскоре после свадьбы, прекрасная Эвридика собирала со своими юными подругами-нимфами весенние цветы в зеленой долине. Не заметила Эвридика в густой траве змею и наступила на нее. Ужалила змея юную жену Орфея в ногу. Громко вскрикнула Эвридика и упала на руки подбежавшим подругам. Побледнела Эвридика, сомкнулись ее очи. Яд змеи пресек ее жизнь. В ужас пришли подруги Эвридики, и далеко разнесся их скорбный плач. Услышал его Орфей. Он спешит в долину и там видит труп своей нежно любимой жены. В отчаяние пришел Орфей. Не мог он примириться с этой утратой. Долго оплакивал он свою Эвридику, и плакала вся природа, слыша его грустное пение.

Наконец решил Орфей спуститься в мрачной царство душ умерших, чтобы упросить Аида и Персефону вернуть ему жену. Через мрачную пещеру Тэнара спустился Орфей к берегам священной реки Стикс.

Стоит Орфей на берегу Стикса. Как переправиться ему на другой берег, туда, где находится царство Дида? Вокруг Орфея толпятся тени умерших. Чуть слышны стоны их, подобные шороху листьев, падающих в лесу поздней осенью. Вот послышался вдали плеск весел. Это приближается ладья перевозчика душ умерших Харона. Причалил Харон к берегу. Просит Орфей перевезти его вместе с душами на Другой берег, но отказал ему суровый Харон. Как ни молит его Орфей, все слышат он один ответ Харона: "Нет!"

Ударил тогда Орфей по струнам кифары, и разнеслись по берегу Стикса ее звуки. Своей музыкой очаровал Орфей Харона - слушает он игру Орфея, опершись на весло. Под звуки музыки вошел Орфей

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

в ладью, оттолкнул ее Харон веслом от берега, и поплыла ладья через мрачные воды Стикса. Перевез Харон Орфея. Вышел он из ладьи и, играя на золотой кифаре, пошел к Аиду, окруженный душами, слетевшимися на звуки его кифары.

Приблизился к трону Аида Орфей и склонился перед ним. Сильнее ударил он по струнам кифары и запел. Он пел о своей любви к Эвридике и том, как счастлива была его жизнь с ней в светлые, ясные дни весны. Но быстро миновали дни счастья. Погибла Эвридика. О своем горе, о муках разбитой любви, о тоске по умершей пел Орфей. Все царство Аида внимало пению Орфея, всех очаровала его песня. Склонив на грудь голову, слушал Орфея Аид. Припав головой к плечу мужа, внимала песне Персефона; слезы печали дрожали на ее ресницах. Очарованный звуками песни, Тантал забыл терзающие его голод и жажду. Сизиф прекратил свою тяжкую бесплодную работу, сел на тот камень, который вкатывал в гору, и глубоко задумался. Очарованные пением, стояли Данаиды - забыли они о своем бездонном сосуде. Сама грозная трехликая богиня Геката закрылась руками, чтобы не видно было слез на ее глаза. Слезы блестели и на глазах не знающих жалости Эриний - даже их тронул своей песней Орфей. Но вот все тише звучат струны золотой кифары, все тише песнь Орфея, и замерла она, подобно чуть слышному вздоху печали.

Глубокое молчание царило кругом. Прервал это молчание бог Аид и спросил Орфея, зачем пришел он в его царство, о чем хочет просить его. Поклялся Аид нерушимой клятвой богов - водами реки Стикса, что исполнит он просьбу дивного певца. Ответил Орфей Аиду:

- О могучий владыка Аида, всех нас, смертных, принимаешь ты в свое царство, когда кончаются дни нашей жизни. Не затем пришел я сюда, чтобы смотреть на те ужасы, которые наполняют твое царство, не затем, чтобы увести, подобно Гераклу, стража

его царства - трехглавого Кербера. Я пришел сюда молить тебя отпустить назад на землю мою Эвридику. Верни ее к жизни; ты видишь, как я страдаю по ней! Подумай, владыка, если бы отняли у тебя жену твою Персефону, ведь и ты страдал бы. Не навсегда же возвращаешь ты Эвридику. Вернется опять она в твое царство. Кратка жизнь наша, владыка Аид. О, дай Эвридике испытать радость жизни, ведь она сошла в твое царство такой юной! Задумался Аид и наконец ответил Орфею: Хорошо, Орфей! Я верну тебе Эвридику. Веди ее назад к жизни, к свету солнца. Но ты должен помнить одно условие: ты пойдешь следом за богом Гермесом, он поведет тебя, а за тобой будет идти Эвридика. Но во время пути по подземному царству ты не должен оглядываться. Помни! Оглянешься - и тотчас покинет тебя Эвридика и вернется навсегда в мое царство.

На все был согласен Орфей. Спешит он скорее в обратный путь. Привел быстрый, как мысль, Гермес тень Эвридики. С восторгом смотрит на нее Орфей. Хочет Орфей обнять тень Эвридики, но остановил его бог Гермес, сказав:

- Орфей, ведь ты обнимаешь лишь тень. Пойдем скорее, труден наш путь.

Отправились в путь. Впереди идет Гермес, за ним Орфей, а за ними тень Эвридики. Быстро миновали они царство Аида. Переправил их через Стикс в своей ладье Харон. Вот и тропинка, которая ведет на поверхность земли. Труден путь. Тропинка круто поднимается вверх, и вся она загромождена камнями. Кругом глубокие сумерки. Чуть вырисовывается в них фигура идущего впереди Гермеса. Но вот далеко впереди забрезжил свет. Это выход. Вот и кругом стало как будто светлее. Если бы Орфей обернулся, он увидел бы Эвридику. А идет ли она за ним? Не осталась ли она в полном мрака царстве душ умерших? Может быть, она отстала: ведь путь так труден! Отстанет Эвридика и будет обречена вечно

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

таться во мраке. Орфей замедляет шаг, прислушивается. Ничего не слышно. Но разве могут быть слышны шаги бесплотной тени? Все сильнее и сильнее охватывает Орфея тревога за Эвридику. Все чаще он останавливается. Кругом же все светлее. Теперь ясно рассмотрел бы Орфей тень жены.

Наконец, забыв все, он остановился и обернулся. Почти рядом с собой увидел он тень Эвридики. Протянул к ней руки Орфей, но дальше, дальше тень и потонула во мраке. Словно окаменев стоял Орфей, охваченный отчаянием. Ему пришлось пережить вторичную смерть Эвридики, а виновником этой второй смерти был он сам.

Долго стоял Орфей. Казалось, жизнь покинула его - казалось, что это стоит мраморная статуя. Наконец пошевельнулся Орфей, сделал шаг, другой и пошел назад, 'к берегам мрачного Стикса. он решил снова вернуться к трону Аида, снова молить его вернуть Эвридику. Но не повез его старый Харон через Стикс в своей утлой ладье. Напрасно молил его Орфей - не тронули мольбы певца неумолимого Харона. Семь Дней и ночей сидел печальный Орфей на берегу Стикса, проливая слезы скорби, забыв о пище, обо всем, сетуя на богов мрачного царства душ умерших. Только на восьмой день решил он покинуть берега Стикса и вернуться по Фракию. (В пересказе Г. В. Штоля).

Такие рассказы встречаются и в христианских легендах. Легенда связала эту фантазию о живых людях, открывших тайны загробного мира, с преданием о сошествии Христа в ад. Сошествие в ад для спасения праведников Ветхого завета, заключенных в аду праотцов, описано во всех подробностях в апокрифическом евангелии Никодима. Здесь мы читаем, что двое сыновей Симеона, Харин и Левкий, восстали из гробов при воскресении и в молчании, творя молитвы. ходили среди людей, пока Анна и Киафа не привели их в синогогу и не приказали рассказать о своем воскресении из мертвых. Тогда, совершив крестное знамение над своими языками, они попросили

мент и описали все испытанное ими. Они были заключены в глубинах ада вместе с отцами, когда вдруг заблестел золотистый солнечный свет и царственное пурпурное сияние озарило их. Тогда патриархи и пророки, от Адама до Симеона и Иоанна Крестителя, радостно провозгласили пришествие света и исполнение пророчеств. Дьявол и ад вступили в отчаянную борьбу. Бесполезны были железные запоры медных врат, потому что приказано было отворить их для входа Царя Славы. Всемогущий Бог разбил оковы и посетил сидевших во тьме и сени смертной. Адам и его праведные сыны были освобождены из ада и введены в сладостное блаженство рая.

Испокон веков люди верили -. душа человека, покончившего с собой, погибшего насильственной смертью, или просто преданного земле без соблюдения надлежащих обрядов, может не освободиться от связи с миром живых.

ЯВЛЕНИЯ УМЕРШИХ ЖИВЫМ

Плиний младший рассказывает, что в Афинах был очень красивый дом, в котором однако никто не жил, так как в нем являлось привидение. Однажды в этот город прибыл философ Афинадор и, узнав, что указанный дом продается слишком дешево, купил его и переехал жить. В первую же ночь, когда Афинадор по обыкновению читал и писал, вдруг раздалось бряцание как бы от железа и потом явился старик, скованный цепями. Старик подошел к Афинадору, но тот не обратил на него внимания, продолжая писать. Приведение сделало знак, чтобы Афинадор следовал за ним, но философ со своей стороны сделал ему знак, чтобы явившийся обождал, и по-прежнему продолжал писать. Потом взял свечу и последовал за явившимся стариком. Вышли на двор и здесь вдруг в одном месте привидение исчезло в землю. Афинадор, нисколько не испугавшись, заметил это место, вырвав

немного травы. На другой день он известил о случившемся городские власти. Когда начали рыть в указанном месте землю, открыли кости скованного цепями человека. Кости преданы были обычному погребению, и в доме с тех пор старик в цепях больше не являлся. Вот другой рассказ.

В Соединенных Штатах в г. Филадельфия был дом, известный под именем "непокойного", так что никто не решался жить в нем. Однажды в этот город приехали две сестры с намерением остаться жить здесь. Они искали себе квартиру, и кто-то указал им на этот дом. Хозяин непокойного дома согласился пустить их без всякой платы, не скрывая, однако, причины, по которой он остается давно без жильцов. Сестры переехали на жительство в странный дом.

В первые два-три дня они ничего особенного не замечали. Но вот однажды ночью, когда они уже легли было спать, в доме поднялся какой-то непонятный шум, так что они поневоле перепугались. Вставши с постели, одна из них спросила: "Кто здесь и что нужно?" Вдруг, как будто из земли, явился незнакомый мужчина и говорит: "Вот так давно бы спросили меня, почему я и давал о себе знать всякими способами. Я прошу вас помочь мне, а в чем именно, выслушайте меня. Несколько лет тому назад я был хозяином этого дома. Однажды ко мне приехал мой племянник-сирота, которому я предложил жить у меня. Он был человек бедный. У меня было намерение оставить ему все состояние, так как кроме него у меня никого не было из родных. Я полюбил его и ничего от него не скрывал, так что он знал, что у меня были большие деньги. Однажды ночью он зарезал меня и труп мой скрыл в этой самой комнате под полом, а деньги - сто тысяч долларов украл и в ту же злосчастную ночь уехал из этого города по железной дороге и теперь живет под чужим именем вдали отсюда. Прошу вас заявить об этом полиции, которая

найдет мой труп под полом и предаст надлежащему погребению, и я тогда уже успокоюсь".

На другой день сестры заявили об этом кому нужно, и действительно был найден под полом скелет человека, который и предан был земле по христианскому обряду.

Дорогой, когда Ломоносов плыл морем из-за границы в свое отечество, случилось с ним происшествие, которое он никогда не мог забыть. Михаил Васильевич видел во сне своего отца, выброшенного кораблекрушением и лежавшего мертвым на необитаемом, неизвестном острове в Белом море, но памятном ему с юности, потому что он некогда был прибит к нему бурей с отцом своим. Лишь только он приехал в С.- Петербург, как поспешил справиться об отце у своих земляков, и узнал, что он еще прошлою осенью отправился на рыбную ловлю и с тех пор не возвращался, а потому полагают, что с ним случилось несчастье. Ломоносов так был поражен этим известием, как прежде своим сновидением, и дал себе слово отправиться на родину, отыскать тело несчастного отца на том самом острове, на котором он ему приснился, и с честью предать земле. Но так как занятия в Петербурге не позволяли Ломоносову исполнить это намерение, то он с купцами, возвращающимися из Петербурга на его родину, послал к тамошним родным своим письмо и поручил брату исполнить это предприятие. Желание его было исполнено в то же лето: ватага холмогорских рыбаков пристала к указанному острову, действительно отыскала мертвое тело Василия Ломоносова, которого похоронили и взвалили большой камень на могилу.

В 1831 году 28 февраля скончался в Москве генерал от инфантерии Степан Степанович Апраксин. В молодых летах он близко познакомился с князем Василием Владимировичем Долгоруковым. Оба они служили в одном полку: первый в чине полковника, второй майора. Долгоруков умер в 1789 году в совершенной бедности, так что не было средств похоронить

его. Друг его Степан Степанович Апраксин устроил на свой счет погребение и поминовение князя; казалось, он отдал последний долг как бы родному брату.

На третий день после похорон умерший Долгоруков явился к своему благодетелю с тем, чтобы принести ему свою благодарность. Таинственный гость предсказал неизменному и сердобольному другу долгую и благополучную жизнь на земле и обещал явиться незадолго до его кончины. После того Апраксин был особенно внимателен к нуждам бедных и радовался всякий раз, когда представлялся ему случай к благотворительности.

Прошло 42 года и верный своему обещанию князь Долгоруков вторично посетил старца-генерала в десять часов вечера. Прежде всего князь счел нужным напомнить о себе и о том благодеянии, какое ему было оказано много лет тому назад, потом убедил своего друга готовиться к смерти, которая наступит через 20 дней, обещал еще раз посетить его за три дня до кончины, и вдруг вышел из комнаты. Апраксин поверил словам загробного вестника: исповедовался, причастился и освятился елеем. За три дня до смерти он пригласил к себе на ночь одного своего друга. В II часов ночи явился Долгоруков и вступил в беседу со старцем Апраксиным. Присутствовавший при этом его друг после рассказывал многим, что во время разговора Апраксина с Долгоруковым он ощущал невольный страх, хотя явившегося князя не видел, но голос его слышал. Через три дня Апраксин скончался. После его смерти в Москве долго носилась молва о его свиданиях с покойным Долгоруковым.

У Евдокии Петровны Елагиной занемог сын Рафаил. Мальчику, горячо любимому, было около двух лет. Он сильно страдал, и мать, не сводя с него глаз, сидела подле его кроватки. Нечаянно она взглянула на дверь, и в это мгновение видит живо входящую Марью Андреевну Мойер (урожденную Протасову), свою подругу. Евдокия Петровна вдруг вскакивает со

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

стула, и бежит к ней навстречу с восклицанием "Маша!" Но в дверях уже никого не было. С Евдокией Петровной сделалось дурно. В эту самую ночь и в этот самый час Марья Андреевна скончалась в Дерпте, как после было получено известие.

Графиня Елизавета Ивановна, супруга Владимира Григорьевича Орлова, до замужества своего была фрейлиной императрицы Екатерины II. В бытность двора в Царском Селе (1767), Елизавета Ивановна, имея пребывание в оном, занималась своим туалетом в присутствии нескольких молодых подруг, в том числе графини Елизаветы Кирилловны Разумовской. Веселые разговоры и смех оживляли их беседу. Между тем, среди полного рассеяния Елизавета Ивановна устремила взор свой на окно с приметной тревогой на лице, еще взглянула с большим удивлением и, посмотрев в третий раз, она вдруг вскочила с кресла, говоря: "Батюшка приехал! Он подходил к окну". Побежали в сад, но тщетно искали везде Стакельберга, его не было ни в доме, ни в саду. Глубокая печаль сменила радость на челе нежной дочери. Напрасно подруги старались разуверить ее, что видение было следствием думы, игрой воображения. Молодая Стакельберг повторила, что она три раза видела отца своего, что сначала сама не хотела верить своим глазам, и продолжала тосковать. За обеденным столом у императрицы, фрейлины забавлялись на счет легковерной подруги. Государыня пожелала узнать предмет их разговора, и князь И. С. Барятинский исполнил ее волю. "Успокойся! - сказала государыня, отца твоего нет в Петербурге. Он не мог бы приехать сюда без моего позволения. Тебе так показалось. Советую, однако, для любопытства записать ее видение". Через несколько дней получено было известие из Риги о кончине Стакельберга, и оказалось, что он умер в тот самый день и час, когда явился дочери.

Однажды вечером или, пожалуй, уже ночью, рассказывает император Павел 1 (когда он был еще великим князем), я в сопровождении князя Куракина и

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

двух слуг шел по петербургским улицам. Мы провели вечер у меня во дворце за разговором и табаком, и вздумали для освежения сделать прогулку инкогнито при лунном освещении. Это было в лучшую пору нашей весны. Разговор наш шел ни о религии, и ни о чем-либо серьезном, а напротив, был веселого свойства. Куракин так и сыпал шутками на счет встречных прохожих. Лунный свет был так ярок, что при нем можно было бы читать письмо, и следовательно тени были очень густы. При повороте в одну из улиц вдруг вижу я в глубине подъезда высокую худую фигуру, завернутую в плащ, вроде испанского, и в военной надвинутой на глаза шляпе. Он будто ждал кого-то. Только что я миновал его, он вышел и пошел около меня с левой стороны, не говоря ни слова. Я не мог разглядеть ни одной черты лица его. Мне казалось, что ноги его, ступая на плиты тротуара, производят страшный звук, точно как будто камень ударялся о камень. Я был изумлен, и охватившее меня чувство стало еще сильнее, когда я почувствовал ледяной холод в моем левом боку со стороны незнакомца.

Я вздрогнул и обратился к Куракину, сказав: - Судьба нам послала странного спутника. - Какого спутника? - спросил Куракин. - Господина, идущего у меня слева, которого кажется можно заметить уже по шуму, производимому им.

Куракин раскрыл глаза в изумлении и заметил, что никого нет у меня с левой стороны.

- Как? Ты не видишь этого человека между мною и стеной дома?

- Ваше высочество идете возле самой стены и физически невозможно, чтобы кто-нибудь был между вами и стеною. Я протянул руку и, точно, ощупал камень. Но все-таки незнакомец был тут, и шел со мною шаг в шаг, и звуки шагов его, как удары молота, раздавались по тротуару. Я посмотрел на него внимательнее прежнего, под шляпой блеснули глаза

столь блестящие, каких я не видел никогда ни прежде, ни после.

- Ах, - сказал я Куракину, - я не могу передать тебе, что я чувствую, но только во мне происходит что-то особенное.

Я дрожал не от страха, но от холода. Я чувствовал, как что-то особенное проникло все мои члены, и мне казалось, что кровь замерзла в моих жилах. Вдруг из-под плаща, закрывавшего рот таинственного спутника раздался глухой и грустный голос: "Павел!"

Я был во власти какой-то неведомой силы и машинально ответил: "Что вам нужно?"

- Павел! - сказал опять голос на этот раз, впрочем, сочувственно, но еще с большим оттенком грусти.

Я не мог сказать ни слова. Голос снова назвал меня по имени, и незнакомец остановился. Я чувствовал какую-то внутреннюю потребность сделать то же. - Павел! Павел! Бедный князь! Я обратился к Куракину, который также остановился.

- Слышишь? - спросил я его. - Ничего не слышу, - отвечал тот, - решительно ничего.

- Что касается меня, то этот голос и до сих пор раздается в моих ушах. Я сделал отчаянное усилие над собою, и спросил незнакомца, кто он и что ему нужно?

- Кто я? Бедный Павел? Я тот, кто принимает участие в твоей судьбе и кто хочет, чтобы ты не особенно привязывался к этому миру, потому что ты не долго останешься в нем. Живи по законам справедливости, и конец твой будет спокоен. Бойся укора совести: для благодарной души нет более чувствительного наказания. - Он пошел снова, глядя на меня все тем же проницательным взором. И если я прежде остановился, когда остановился он, так и теперь я почувствовал необходимость пойти, потому только, что пошел он. Он не говорил, и я не чувствовал особенного желания обратится к нему с речью. Я шел за ним, потому что он теперь направлял меня.

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

Это продолжалось около часа. Где мы шли, я не знаю. Наконец мы пришли к большой площади, между мостом через Неву и зданием сената. Он пошел прямо к одному, как бы заранее отмеченному месту площади, где в то время воздвигался монумент Петру Великому, я, конечно, следовал за ним, и затем он остановился,

- Прощай, Павел! - сказал он. - Ты еще увидишь меня.

При этом шляпа его поднялась, как бы сама собою, и глазам моим представился орлиный взор, смуглый лоб и строгая улыбка моего прадеда Петра Великого. Когда я пришел в себя от страха, его уже не было предо мною.

К какому именно времени относится это видение, определить можно только приблизительно. Великий князь рассказал его 10 июля 1782 года в Брюсселе в присутствии Оберкирх, которая, записав его рассказ, свидетельствует, что Павел Петрович был искренно и глубоко убежден в реальности представившегося ему видения; так как спутник цесаревича во время этого видения был князь Куракин, вернувшийся из заграничного своего путешествия в Петербург только в 1772 году, то видение Павла Петровича должно было иметь место в 1773-1783 годах.

Года же полтора до кончины Алексея Петровича Ермолова, так рассказывает о нем С. С.: "Я прислал в Москву для свидания с ним. Прогостив у него несколько дней, я собирался в обратный путь к Mi cry моего служения и, прощаясь с ним, не мог удерж.: ься от слез при мысли, что, вероятно, мне уже не придется еще раз увидеть его в живых, так как i io время он был дряхл, а я не прежде как через д имел возможность вернуться в Москву. Заметив мои слезы, Алексей Петрович сказал:

- Полно, я еще не умру до твоего возвраще....^ сюда.

- В смерти и животе Бог волен, - ответил я ему. - Я тебе положительно говорю, что не умру через год, а позднее.

На моем лице выразилось изумление, даже страх за нормальное состояние всегда светлой головы Алексея Петровича, что не могло укрыться от него.

- Я тебе сейчас докажу, что я еще не сошел с ума и не брежу.

С этими словами он повел меня в кабинет, вынул из запертого ящика исписанный лист бумаги и поднес его к моим глазам.

- Чьей рукой писано? - спросил он меня. - Вашей, - отвечаю я. - Читай.

Это было нечто вроде послужного списка Алексея Петровича, начиная с чина подполковника, с указанием времени, когда произошел каждый мало-мальски замечательный случай из его богатой событиями жизни. Он следил за моим чтением, и, когда я подходил к концу листа, он закрыл рукой последние строчки.

- Этого читать тебе не следует, - сказал он, - тут обозначен год, месяц и день моей смерти. Все, что ты прочитал здесь, написано вперед и сбылось до мельчайших подробностей. Вот как это случилось. Когда я был еще в чине подполковника, меня командировали для производства следствия в уездный город Т. Мне пришлось много работать. Квартира моя состояла из двух комнат: в первой помещались находившиеся при мне писарь и денщик, во второй я. Войти в мою комнату можно было не иначе, как через первую. Раз ночью я сидел за своим письменным столом и писал. Кончив, я закурил трубку, откинулся на спинку кресла и задумался. Подымаю глаза - предо мной какой-то неизвестный человек, судя по одежде мещанин. Прежде чем я успел спросить "Что он и что ему нужно?", незнакомец сказал: - Возьми лист бумаги, перо и пиши. Я безусловно повиновался, чувствуя, что нахожусь под влиянием неотразимой силы. Тогда он продиктовал мне все, что должно случиться в течение моей жизни, и кончил днем моей смерти. С последним словом он исчез, но как и куда - не знаю. Прошло

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

несколько минут, прежде чем я опомнился; первой мыслью моей было, что надо мной подшутили. Я вскочил с места и бросился в первую комнату, миновать которую не мог незнакомец. Там я увидел, что писарь сидит и пишет при свете сального огарка, а денщик спит на полу, у самой входной двери, которая оказалась запертой на ключ. На вопрос мой "Кто сейчас вышел отсюда?" удивленный писарь ответил, что никто не проходил".

- До сих пор я никому не рассказывал об этом, - заключил Алексей Петрович, - зная наперед, что одни подумают, что я выдумал это, а другие сочтут меня за человека, подверженного галлюцинациям, но для меня это факт, не подлежащий сомнению, видимым и осязательным доказательством которого служит вот эта бумага. Теперь надеюсь, ты не усомнишься в том, что мы еще раз увидимся.

Действительно, через год после того дпл опять увиделись. После смерти его я отыскал в его бумагах таинственную рукопись и видел из нее, что Алексей Петрович Ермолов скончался в тот самый день и даже час, как ему было предсказано лет за пятьдесят.

В 1821 году, вскоре после смерти Наполеона 1 на острове св. Елены, поставленный вместо него на престол Франции из прежней династии Бурбонов Людовик XVIII в одну ночь лежал в своей спальной комнате, но долго не мог заснуть и думал о Наполеоне. Свечи тускло горели, на столе лежала корона французского государства и брачный контракт маршала Мармона. Этот контракт предложен был для подписи Наполеону, но военные события помешали утверждению его, и вот он опять лежит перед Людовиком. Часы на храме Богоматери пробили полночь. Едва затих последний удар, отворилась дверь спальной комнаты, которую запер сам Людовик. Вошел Наполеон, подошел к столу, надел на себя крону, взял брачный контракт и потом перо, - в это время чувства оставили Людовика. Когда он пришел в себя, было

уже светлое утро. Первым делом его было осмотреть дверь, она найдена запертой на замок и еще задвижкой изнутри, затем король подошел к столу и нашел контракт, подписанный именем Наполеона. Дальнейшее исследование показало, что некоторые слуги, долго ожидавшие своих товарищей, в полночь видели бледный призрак, спешивший в спальную комнату короля. Почерк подписи императора на контракте был признан за истинный, и этот замечательный контракт находился еще в 1847 году в королевском архиве в Париже.

В летописях Англии записано, как умершая 4 января 1736 года королева английская София, по происхождению Брауншвейгская, явилась по смерти дважды супругу своему Георгу 1 и просила его разорвать незаконную связь с Горацией, начатую еще при жизни королевы. Явишься во второй раз, она взяла кружевной воротник короля, лежавшего в постели, завязала в нем узел и бросила на грудь короля, сказав, что "из смертных его никто не развяжет". Горация на другой день не смогла развязать узел и в досаде бросила воротник в огонь. Король вытащил его из камина, но он упал на платье Горации, которое быстро воспламенилось, и она умерла от ожогов. Георг раскаялся: подолгу молился, основал госпиталь, много делал добра именем королевы и умер спустя два года.

ОБЩИЕ ВЫВОДЫ ИЗ РАССКАЗОВ О ЯВЛЕНИЯХ УМЕРШИХ

Основываясь на тех данных, которые имеются в этих рассказах, можно сделать следующие выводы о явлениях умерших живым.

Являются умершие преимущественно близким их сердцу - родным, друзьям и знакомым, хотя иногда бывают случаи явления их и посторонним лицам, даже совсем незнакомым.

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

Почему не все умершие являются, а только некоторые, не известно. Ясно только, что им строго воспрещено являться тем людям, которые сильно могут испугаться их, под угрозой лишения права на дальнейшие свидания с живыми. Так мать, явившись дочери-ребенку во сне, предупреждает ее не пугаться, когда она придет к ней наяву. А равно, когда умерший явился отцу своему, то первым долгом стал успокаивать его, говоря: "Не бойся, батюшка, я ничего Х т"-'бе не сделаю". Так же поступил и послушник, явившись одному из монашествующей братии' "Не пытайся меня, я не привидение, а действительно Н., говорить явившийся". "Я могла бы сделаться видимой и т те твоей, - говорит мать своей маленькой дочери, - да не вынесет она и может заболеть, - дети меньше HI. с бояться, чем взрослые".

Одни из умерших являются днем, другие только кочью, так что дневное появление для них как будто совсем невозможно.

Являются большей частью там, где было последнее их на земле местопребывание, хотя встречаются примеры явления и в местах совершенно случайных. Чаще всего являются в той одежде, в какой они преданы были земле. Умершие же насильственной смертью, как то: утопленники, удавленники, убитые появляются с признаками, служащими указанием на род их смерти. Так, утонувшие являются в мокрой одежде, убитые - с ранами.

- Придешь ли ты опять? - спросила одна женгсина свою явившуюся сестру. - Не знаю, это очень трудно. Неопределенны также ответы умерших, помещенные и в других рассказах. Так мать, явившись в последний раз дочери, говорит, что "больше она не явится, так как миссия ее окончена".

- Мне уже пора уходить, миссия моя окончена, - говорит явившийся своей жене.

Интересен ответ одного явившегося, когда пригласили его садиться:

- Ах нет, - сказал он со вздохом, - мне, ведь, дано немного времени, и я издалека, издалека летел сюда и спешил, мне уже время возвращаться. - И исчез.

Некоторые умершие, при видениях с живыми, бывают весьма общительны. Они выражают свой привет рукопожатием, поклонами, поцелуями, принимают живых в свои объятия, ласково гладят лицо их, волосы, а равно не препятствуют и живым проявлять чувства нежности. Случается даже, что явившиеся приносят живым приветы из загробного мира, и от живых rie отказываются передавать поклоны умершим.

Благодаря такой общительности, некоторые живые настолько осваиваются с умершими, что иногда забывают, с кем они имеют дело. Так, один парикмахер до того забылся, что он видит перед собой умершего брата, что, закурив трубку, предложил ему покурить, но тот, конечно, отказался. - У нас, - сказал он, - не курят. Иные же умершие не только сами держат себя далеко от живых, но даже последних не допускают приближаться к себе. Когда, например, явился одной женщине сын ее малютка, и та хотела в порыве материнского чувства, привлечь его в свои объятия, дитя, угадав ее мысли и отодвинувшись несколько назад, предупредило:

- Мама, ты меня не трогай, меня теперь нельзя трогать.

Точно так же, когда дочь хотела подойти к матери и взять ее за руку, та отстранилась, сказав: - Не прикасайся ко мне.

Иногда призрак умершего посещает наш мир для того, чтобы предупредить человека о близкой кончине. До сих пор захватывающие сюжеты такого рода были известны нам по литературе, но, оказывается, жизнь не отстает от искусства. Похоже, будущее каждого из нас с того света просматривается как на ладони - во всяком случае, обитателям его нет-нет да и удается послать в наш мир предупредительный сигнал.

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

Героине следующей нашей истории призрак явился во сне, чем уберег ее от излишних потрясений. Гертруда Ашими родилась в состоятельной нигерийской семье, детство ее прошло в Европе - девочка воспитывалась в католическом монастыре. В 1968 году, получив лондонский диплом юриста, она решила вновь навестить родину предков. Однажды утром Гертруда пересказала родственникам необычайно яркий, запоминающийся сон. Перед ней вдруг предстала улыбающаяся бабушка: в том, что это она, девушка не сомневалась, хоть и не застала ее в живых. В правой руке старушка держала золотое распятие на тонкой цепочке и с жемчужиной посередине.

- Она поманила меня за собой в сад и указала на одно из деревьев, рассказывает мисс Ашими. - Затем подошла к нему и топнула ногой у подножия ствола.

- Оно здесь - ждет тебя, - с этими словами бабушка исчезла.

Сон Гертруды и детальное описание внешности призрака необычайно взволновали ее мать. В том, что девушке явилась именно покойная бабушка, сомнений быть не могло, тем более что та всю жизнь носила массивный золотой крест, который таинственным образом исчез незадолго до ее смерти. Всей семьей они направились в сад и столпились вокруг дерева, на которое указала ночная гостья. Гертруда взялась за лопату; к счастью, долго долбить землю ей не пришлось - реликвия обнаружилась у самой поверхности.

Вскоре мисс Ашими вернулась в Лондон, где вместе с мужем, тоже адвокатом, открыла юридическую контору. В 1972 году, лежа в одной из столичных клиник в ожидании родов, она рассказала соседке по палате историю распятия, которое с тех пор постоянно носила на шее, и вдруг призналась, что боится смерти. Как оказалось, на днях ей во сне снова явилась бабушка, только теперь она не улыбалась - напротив, лицо ее было очень печально. Двадцатисемилетняя Гертруда всегда отличалась завидным

ровьем, так что роды, как и ожидалось, прошли нормально. А несколько дней спустя молодая мать скоропостижно скончалась...

Призраки посещают наш бренный мир не только ради того, чтобы известить кого-нибудь о приближении смерти. Любопытную историю о явлении "духа" самого Мартина Лютера находим мы в коллекции Джона Обри, который собрал в XVII веке массу презабавнейших фактов из жизни известных людей своего времени.

Как известно, в XVI веке папа римский, отлучив великого реформатора от церкви, приказал сжечь все его книги, а каждому, у кого будет найдена еретическая литература, пригрозил смертной казнью. Впрочем, немецкие земли, уже успевшие принять лютеранство, указ этот проигнорировали. В начале XVII века, когда Германия пребывала в хаосе религиозных войн, пламенный лютеранин Каспар фон Спарр случайно нашел экземпляр проповедей своего учителя и решил, что всего надежнее будет переправить рукопись в Англию, с тем чтобы там ее перевели и, возможно, издали. Почетную миссию эту он возложил на британского дипломата капитана Белла, который согласился взять бумаги с собой в Лондон.

Белл, однако, был человек занятой: шел месяц за месяцем, а проповеди Лютера пылились в его библиотеке. Однажды ночью капитан внезапно проснулся, открыл глаза и оцепенел: прямо над ним возвышалась фигура изможденного старца. Острые кости его, казалось, готовы были прорвать полупрозрачную кожу, длинная белая борода, свисала чуть ли не до самого пола. К ужасу Белла, призрак резко выбросил вперед Руку и с неожиданной силой ухватил его за ухо.

- Досточтимый сэр! - прогремел раскатистым басом таинственный гость. Сдается мне, вы слишком заняты, чтобы приступить к переводу книги, переданной вам из Германии. Так я обещаю создать вам для этого все условия: будет у вас и уйма свободного времени, и подходящее место! С этими словами фигура растворилась в воздухе,

а Белл остался сидеть в постели, потирая поочередно то взмокший лоб, то саднящее ухо.

Призрак сдержал свое слово, а может быть, он всего лишь обладал даром предвидения. Несколько дней спустя, повздорив с лорд-канцлером, Белл оказался за решеткой, где провел без суда и следствия ни много ни мало десять лет. Поняв, что никаких дел государственной важности больше не предвидется, он волей-неволей был вынужден засесть наконец за перевод лютеранских текстов.

Действительно ли это был "дух" самого Ма}-тина Лютера? Судя по описанию внешности - вряд JU Да и английским языком гость владел подозрительно хорошо для жителя тогдашней Германии. Может быть, кто-то из местных приверженцев лютеранства явился к Беллу с того света, чтобы напомнить о взятом обязательстве? Или психологическая "проекция" его собственных подсознательных переживаний обрела облик и голос? Остается лишь пожалеть о том, что Общество психических исследований было образовано слишком поздно - уж оно-то с этим делом разобралось бы очень быстро.

Широко распространенное мнение о том, что любое кладбище сплошь заселено беспокойными "мертвецами", не нашло ни малейшего подтверждения в исследованиях парапсихологов. Так что, если услышите о каком-нибудь очередном кладбищенском "жителе" в экзотическом наряде, который лязгает цепями или глухо вещает из-под земли, не пугайтесь все это сказки. Призраки "обитают" лишь в тех местах, где они бывали при жизни. И все же по крайней мере одно "обитаемое" кладбище существует и расположено оно на склоне холма в Бэт Маунт Вэлли, штат Колорадо. Что за сущности населяют его, толком пока так и неясно, зато увидеть их может каждый желающий чуть ли не каждую ночь.

Первое упоминание о Силверклиффе относится к 1880 году, когда местечко это внезапно оказалось в эпицентре "серебряной лихорадки". Со всей страны

сюда устремились старатели со своими семьями, и к концу года население городка насчитывало уже около пяти тысяч человек. Ажиотаж, впрочем, продолжался недолго; сегодня Силверклифф - город-призрак в прямом и переносном смысле. Живут здесь лишь около сотни человек, - могил на местном кладбище и то больше. Первые странности были замечены здесь в том же 1880 году. Однажды поздно вечером возвращавшаяся в легком подпитии с рудника группа рабочих остановилась в недоумении: над каждой из могил парило по голубоватому светящемуся шару! С той поры очевидцами феномена стали тысячи абсолютно трезвых людей. Прошло, однако, немало времени, прежде чем это кладбищенское "чудо" привлекло внимание прессы. В 1965 году о нем впервые написала "Бэт Маунт Трибюн", а после того как в 1967 году эту историю подхватила "Нью-Йрк тайме", со всех концов страны сюда устремились любопытные туристы. Еще два года спустя в обзорной статье, посвященной достопримечательностям штата Колорадо, свои первые впечатления от встречи с загадочными огоньками описал заместитель главного редактора журнала "Нэшнл джиогрэфик" Эдвард Дж. Линехан.

Журналист приехал на кладбище в сопровождении местного старожила Билла Клейна. Когда они вышли из машины, было уже темно, и проводник предложил Линехану погасить фары.

- Вон, видите? - он вытянул руку. - И вон еще, глядите, сколько их!

И действительно, Линехан увидел "скопление тускло светящихся голубых шаров", каждый из которых располагался строго над своей могилой. Он шагнул вперед - ближайший шар тут же погас, отступил - огонек зажегся снова; щелкнул фонариком - луч лишь осветил надгробие. Четверть часа двое взрослых мужчин носились среди могил, гоняясь за призрачными "светлячками". Между делом Клейн ознакомил Линехана с основными теориями, существующими на этот счет. Согласно одной из них, феномен

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

Бэт Маунт Вэлли есть результат своеобразного преломления в атмосфере огней двух ближайших городков - Силверклиффа и Вестклиффа. Линехан обернулся, вгляделся в мрак и мысленно отверг это объяснение. Кроме того, Клейн с женой "наблюдали шары и в густом тумане, когда городских огней не было видно вообще". Гипотеза о том, что кладбищенское свечение есть результат подземного радиоактивного излучения, не подтвердилась: счетчики Гейгера не зафиксировали в этой местности никакого намека на повышенную радиацию, голословными оказались и утверждения о том, что все это - дело рук неких шутников, которые мажут надгробия фосфоресцентной краской. Наконец пришлось расстаться и с мыслью о том, что надмогильная "иллюминация" вызвана отсветами уличных фонарей Вестклиффа: огоньки над могилами не гаснут, когда в городе отключают электроэнергию и все в округе погружается в глубокий мрак.

С иной точки зрения предлагает взглянуть на проблему известный антрополог и собиратель фольклора Дейл Фергюсон. Он напоминает о том, что шайны (а также индейцы некоторых других племен, живущих в прериях) по обычаю относят тело умершего на вершину пригорка, "угодного духам". Индеец, умудренный жизненным опытом или обладающий высшим знанием, чувствуя приближение смерти, сам идег на "холм мертвецов", ложится там и ждет, пока некие высшие силы не "возьмут его душу". Фергюсон подчёркивает, что упоминания о "пляшущих голубых духах", постоянно "посещающих" такие места, чаетевстречаются в индейских легендах.

Впрочем, кто бы что ни говорил, а жители Силверклиффа знают твердо: голубоватыми огоньками мерцают во мраке фонари на шлемах умерших старателей, и в ином мире не прекращающих поиск заветного серебра.

"Наверно пройдет время, и ученые найдут этому кладбищенскому феномену какое-нибудь в высшей

степени убедительное и совершенно банальное объяснение, - пишет Линехан, .- ну, а мне... мне от этого лишь станет немного грустно".

Чаще являются на землю души, неспособные к возвышенным стремлениями и лишенные общения со светлыми духами. Они по необходимости держатся земли и постоянно вмешиваются в нашу жизнь. Они исключительно заняты бывают тем, что порабощало их мысль и чувство во время земного существования.

Известно, что настоящего призрака не пугают ни дневной свет, ни обыденная обстановка. "Обитаемыми" оказываются подчас не только вполне заурядные, но, как ни странно, и совершенно новые дома. Другое тело, что обсуждать подобные случаи людям, должно быть, не очень-то интересно: куда больше пищи для разговоров дают, конечно тоже, огромные мрачные особняки, развалины аббатств или старинные замки.

Ходят, к примеру, упорные (правда, так до их пор и не подтвержденные) слухи о призраке Елизаветы Первой, облюбовавшему себе библиотеку Виндзорского замка. А по комнатам дворца Хэмптон-корт, говорят, с визгом носится призрак Кэтрин Ховард, пятой жены Генриха Восьмого. Изрядное число привидений (если верить слухам, не имеющим пока никаких документальных подтверждений) "населяет" и .лондонский Тауэр; впрочем, тут как раз удивляться особенно нечему - достаточно лишь представить себе, сколько боли и ужаса "впиталось" за столетия в эти мрачные камни.

Говорят, Британия - самая густонаселенная призраками страна мира.

Пройдите весь остров от берега до берега, и вы не найдете ни одного, даже самого захудалого домика, обитатели которого не мечтали бы похвастаться своим фамильным фантомом.

Вспомним хотя бы знаменитое Кентервильское привидение.

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

Оскар Уайльд

КЕНТЕРВИЛЬСКОЕ ПРИВИДЕНИЕ Материально-идеалистическая история

Когда мистер Хайрам Б. Отас, американский посланник, решил купить Кентервильский замок, все уверяли его, что он делает ужасную глупость, - было достоверно известно, что в замке обитает привидение.

Сам лорд Кентервиль, человек донельзя щепетильный, даже когда дело касалось сущих пустяков, не преминул при составлении купчей предупредить мистера Отиса.

- Нас как-то не тянуло в этот замок, - сказал лорд Кентервиль, - с тех пор как с моей двоюродной бабкой, вдовствующей герцогиней Болтон. случился нервный припадок, от которого она так и не оправилась. Она переодевалась к обеду, и вдруг ей на плечи опустились две костлявые руки. Не скрою от вас, мистер Отис, что привидение это являлось также многим ныне здравствующим членам моего семейства. Его видел и наш приходской священник, преподобный Огастес Дэмпир, магистр Королевского колледжа в Кембридже. После этой неприятности с герцогиней вся младшая прислуга ушла от нас, а леди Кентервиль совсем лишилась сна: каждую ночь ей слышались какие-то непонятные шорохи в коридоре и библиотеке.

- Что ж, милорд, - ответил посланник, - пусть привидение идет вместе с мебелью. Я приехал из передовой страны, где есть все, что можно купить за деньги. К тому же молодежь у нас бойкая, способная перевернуть весь ваш Старый свет. Наши молодые люди увозят от вас лучших актрис и оперных примадонн. Так что, заведись в Европе хоть одно привидение, оно мигом очутилось бы у нас в каком-нибудь музее или в разъездном паноптикуме.

316

_ Боюсь, что кентервильское привидение все-таки существует, - сказал, улыбаясь, лорд Кентервиль, - хоть оно, возможно, и не соблазнилось предложениями ваших предприимчивых импресарио. Оно пользуется известностью добрых триста лет - точнее сказать, с тысяча пятьсот восемьдесят четвертого года, - и неизменно появляется незадолго до кончины когонибудь из членов нашей семи.

- Обычно, лорд Кентервиль, в подобных случаях приходит домашний врач. Никаких привидений нет, сэр, и законы природы, смею думать, для всех одни - даже для английской аристократии.

- Вы, американцы, еще так близки к природе! - отозвался лорд Кентервиль, видимо, не совсем уразумев последнее замечание мистера Отиса. - Что же, если вас устроит дом с привидением, то все в порядке. Только не забудьте, я вас предупредил.

Несколько недель спустя была подписана купчая, и по окончании лондонского сезона посланник с семьей переехал в Кентервильский замок. Миссис Отис^ которая в свое время - еще под именем мисс Лукреции Р. Тэппен с 53-й Западной улицы - славилась в Нью-Йорке своей красотой, была теперь дамой средних лет, по-прежнему весьма привлекательной, с чудесными глазами и точеным профилем. Многие американки, покидая родину, принимают вид хронических больных, считая это одним из признаков европейской утонченности, но миссис Отис этим не грешила. Она обладала великолепным телосложением и совершенно фантастическим избытком энергии. Право, ее нелегко было отличить от настоящей англичанки, и ее пример лишний раз подтверждает, что теперь у нас с Америкой все одинаковое, кроме, разумеется, языка. Старший из сыновей, которого родители в порыве патриотизма окрестили Вашингтоном - о чем он всегда сожалел, - был довольно красивый молодой блондин, обещавший стать хорошим американским дипломатом, поскольку он три сезона подряд Дирижировал немецкой кадрилью в казино Ньюпорта

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

и даже в Лондоне заслужил репутацию превосходного танцора. Он питал слабость к гардениями и геральдике, отличаясь во всем остальном совершенным здравомыслием. Мисс Вирджинии Е. Отис шел шестнадцатый год. Это была стройная девочка, грациозная, как лань, с большими, ясными голубыми глазами. Она прекрасно ездила на пони и, уговорив однажды старого лорда Билтона проскакать с ней два раза наперегонки вокруг Хайд-Парка, на полтора корпуса обошла его у самой статуи Ахиллеса; этим она привела в такой восторг юного герцога Чеширского, что он немедленно сделал ей предложение и вечером того же дня, весь в слезах, был отослан своими опекунами обратно в Итон. В семье было еще двое близнецов, моложе Вирджинии, которых прозвали "звезды и полосы", поскольку их без конца пороли. Поэтому милые мальчики были, не считая почтенного посланника, единственными убежденными республиканцами в семье.

От Кентервильского замка до ближайшей железнодорожной станции в Аскоте целых семь миль, но мистер Отис заблаговременно телеграфировал, чтобы им выслали экипаж, и семья двинулась к замку в отличном расположении духа.

Был прекрасный июльских вечер, и воздух был напоен теплым ароматом соснового леса. Изредка, до них доносилось нежное воркование лесной горлицы, упивавшейся своим голосом, или в шелестящих зарослях папоротника мелькала пестрая грудь фазана. Крошечные белки поглядывали на них с высоких буков, а кролики прятались в низкой поросли или, задрав белые хвостики, улепетывали по мшистым кочкам. Но не успели они въехать в аллею, ведущую к Кентервильскому замку, как небо вдруг заволокло тучами, и странная тишина сковала воздух. Молча пролетела у них над головой огромная стая галок, и, когда они подъезжали к дому, большими редкими каплями начал накрапывать дождь. На крыльце их поджидала опрятная старушка з

черном шелковом платье, белом чепце и переднике. это была мисс Амни, домоправительница, которую ииссис Отис, по настоятельной просьбе леди Кентервиль, оставила в прежней должности. Она низко присела перед каждым из членов семьи и церемонно, постаринному, промолвила:

- Добро пожаловать в закон Кентервилей! Они вошли вслед за нею в дом и, миновав настоящий тюдоровский холл, очутились в библиотеке длинной и низкой комнате, обшитой черным дубом, с большим витражом против двери. Здесь уже все было приготовлено к чаю. Они сняли плащи и шали и, усевшись за стол, принялись, пока миссис Амни разливала чай, разглядывать комнату.

Вдруг миссис Отис заметила потемневшее от времени красное пятно на полу, возле камина, и, не понимая, откуда оно взялось, спросила миссис Амни: - Наверное, здесь что-то пролили? -.Да, сударыня, - ответила старая экономка шепотом, - здесь пролилась кровь.

- Какой ужас! - воскликнула миссис Отис. - Я не желаю, чтобы у меня в гостиной были кровавые пятна, пусть его сейчас же смоют!

Старушка улыбнулась и ответила тем же таинственным шепотом:

- Вы видите кровать леди Элеоноры Кентервиль, убиенной на этом самом месте в тысяча пятьсот семьдесят пятом году супругом своим сэром Симоном де Кентервиль. Сэр Симон пережил ее на девять лет и потом вдруг исчез при весьма загадочных обстоятельствах. Тело его так и не нашли, но грешный дух его доныне бродит по замку. Туристы и прочие посетители замка с неизменным восхищением осматривают это вечное, несмываемое пятно.

- Что за глупости! - воскликнул Вашингтон Отис. - Непревзойденный Пятновыводитель и Образцовый Очиститель Пинкертона уничтожат его в одну минуту. И не успела испуганная экономка помешать ему,

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

как он, опустившись на колени, принялся тереть пол маленькой черной палочкой, похожей на губную помаду. Меньше чем в минуту от пятна и следа не осталось.

- Пинкертон не подведет! - воскликнул он, обернувшись с торжеством к восхищенному семейству. Но не успел он это досказать, как яркая вспышка молнии озарила полутемную комнату, оглушительный раскат грома заставил всех вскочить на ноги, а мисс Амни лишилась чувств.

- Какой отвратительный климат, - спокойно заметил американский посланник, закуривая длинную сигару с обрезанным концом. - Наша страна-прародительница до того перенаселена, что даже приличной погоды на всех на хватает. Я всегда считал, что эмиграция - единственное спасение для Англии.

- Дорогой Хайрам, - сказала миссис Отис, - как быть, если она чуть что примется падать в обморок?

- Удержи у нее разок из жалованья, как за битье посуды, - ответил голос, - и ей больше не захочется.

И правда, через две-три секунды мисс Амни пришла в себя. Впрочем, как нетрудно было заметить, она не вполне еще оправилась от пережитого потрясения и с торжественным видом объявила мистеру Отису, что его дому грозит беда.

- Сэр, - сказала она, - мне доводилось видеть такое, отчего у всякого христианина волосы встанут дыбом, и ужасы зДешних мест много ночей не давали мне смежить веки.

Но мистер Отис и его супруга заверили почтенную особу, что они не боятся привидений, и, призвав С.чагословенье божье на своих хозяев, а также намекнув, что неплохо бы прибавить ей жалованье, старая домоправительница нетвердыми шагами удалилась в свою комнату. ^

Всю ночь бушевала буря, но ничего особенного не случилось. Однако, когда на следующее утро семья сошла к завтраку, все снова увидели на полу ужасное кровавое пятно.

- В Образцовом Очистителе сомневаться не приходится, - сказал Вашингтон. - Я его на чем только не пробовал. Видно, здесь и в самом деле поработало привидение.

И он снова вывел пятно, а наутро оно появилось на прежнем месте. Оно было там и на третье утро, хотя накануне вечером мистер Отис, прежде чем уйти спать, самолично запер библиотеку и забрал с собой ключ. Теперь вся семья была занята привидениями. Мистер Отис стал подумывать, не проявил ли он догматизма, отрицая существование духов; миссис Отис высказала намерение вступить в общество спиритов, а Вашингтон сочинил длинное письме господам Майерс и Подмор касательно долговечности кровавых пятен, порожденных преступлением. Но если и оставались у них какие-либо сомнения в реальности призраков, они в ту же ночь рассеялись навсегда.

День был жаркий и солнечный, и с наступлением вечерней прохлады семейство отправилось на прогулку Они вернулись домой лишь к девяти часам и сели за легкий ужин. О привидениях даже речи на заходило, так что все присутствующие отнюдь не были в том состоянии повышенной восприимчивости, которое так часто предшествует материализации духов. Говорили, как мне потом рассказал мистер Отис, о чем всегда говорят просвещенные американцы из высшего общества: о бесспорном превосходстве Фанни Юдавенпорт как актрисы над Сарой Бернар; о том, что Даже в лучших английских домах не подают кукурузы, гречневых лепешек и мамалыги; о значении Бостона для формирования мировой души; о преимуществах билетной системы для провоза багажа по железной дороге; о приятной мягкости нью-йоркского

II Заказ N425 321

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

произношения по сравнению с тягучим лондонским выговором. Ни о чем сверхъестественном речь не шла, а о сэре Симоне де Кентервиле никто даже не заикнулся. В одиннадцать вечера семья удалилась на покой, и полчаса спустя в доме погасили свет. Очень скоро, впрочем, мистер Отис проснулся от непонятных звуков в коридоре у него за дверью. Ему почудилось, что он слышит - с каждой минутой все отчетливей - скрежет металла. Он встал, чиркнул спичку и взглянул на часы. Был ровно час ночи. Мистер Отис оставался совершенно невозмутимым и пощупал свой пульс, ритмичный, как всегда. Странные звуки не умолкали, и мистер Отис теперь уже явственно различал звук шагов. Он сунул ноги в туфли, достал из несессера какой-то продолговатый флакончик и открыл дверь. Прямо перед ним в призрачном свете луны стоял старик ужасного вида. Глаза его горели, как раскаленные угли, длинные седые волосы патлами ниспадали на плечи, грязное платье старинного покроя было все в лохмотьях, с рук его и ног, закованных в кандалы, свисали тяжелые ржавые цепи.

- Сэр, - сказал мистер Отис, - я вынужден настоятельнейше просить вас смазывать впредь свои цепи. С этой целью я захватил для вас пузырек машинного масла "Восходящее солнце демократической партии". Желаемый эффект после первого же употребления. Последнее подтверждают наши известнейшие священнослужители, в чем вы можете самолично удостовериться, ознакомившись с этикеткой. Я оставлю бутылочку на столике около канделябра и почту за честь снабжать вас вышеозначенным средством по мере надобности.

С этими словами американский посланник поставил флакон на мраморный столик и, закрыв за собой дверь, улегся в постель.

Кентервильское привидение замерло от возмущения. Затем, хватив в гневе бутылку о паркет, оно ринулось по коридору, излучая зловещее зеленое

яние и глухо стеная. Но едва оно ступило на верхнюю площадку широкой дубовой лестницы, как из распахнувшейся двери выскочили две белые фигурки, и огромная подушка просвистела у него над головой. Времени терять не приходилось и, прибегнув спасения ради к четвертому измерению, дух скрылся в деревянной панели стены. В доме все стихло.

Добравшись до потайной каморки в левом крыле замка, привидение прислонилось к лунному лучу и, немного отдышавшись, начало обдумывать свое положение. Ни разу за всю его славную и безупречную трехсотлетнюю службу его так не оскорбляли. Дух вспомнил о вдовствующей герцогине, которую насмерть напугал, когда она смотрелась в зеркало, вся в кружевах и бриллиантах; о четырех горничных, с которыми случилась истерика, когда он всего-навсего улыбнулся им из-за портьеры в спальне для гостей; о приходском священнике, который до сих пор лечится у сэра Уильяма Галла от нервного расстройства, потому что однажды вечером, когда он выходил из библиотеки, кто-то задул у него свечу; о старой мадам де Тремуйяк, которая, проснувшись как-то на рассвете и увидев, что в кресле у камина сидит скелет и листает ее дневник, слегла на шесть недель с воспалением мозга, примирилась с церковью и решительно порвала с известным скептиком мосье де Вольтером. Он вспомнил страшную ночь, когда злокозненного лорда Кентервиля нашли задыхающимся в гардеробной с бубновым валетом в горле. Умирая, старик сознался, что с помощью этой карты он обыграл у Крокфорда Чарзла Джеймса Фокса на пятьдесят тысяч фунтов и что эту карту ему засунуло в глотку кентервильское привидение. Он припомнил каждую из жертв своих великий деяний, начиная с дворецкого, который застрелился, едва зеленая рука постучалась в окно буфетной, и кончая прекрасной леди Статфилд, которая вынуждена была всегда носить на шее черную бархотку, чтобы скрыть отпечатки пяти пальцев, оставшиеся на ее белоснежной коже. Она

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

потом утопилась в пруду, знаменитом своими карпами, в конце Королевской аллеи. Охваченный тем чувством самоупоения, какое ведомо всякому истинному художнику, он перебирал в уме свои лучшие роли, и горькая улыбка кривила его губы, когда он вспоминал последнее свое выступление в качестве. Красного Рабена, или Младенца-удавленника, свой дебют в роли Джибона-Кожа да кости, или Кровопийцы с Бекслейской Топи; припомнил и то, как потряс зрителей всего-навсего тем, что приятным июньским вечером поиграл в кегли своими костями на площадке для лаунтенниса.

И после всего этого заявляются в замок эти мерзкие нынешние американцы, навязывают ему машинное масло и швыряют в него подушками! Такое терпеть нельзя! История не знала примера, чтоб так обходились с привидением. И он замыслил месть и до рассвета остался недвижим, погруженный в раздумье.

Ill

На следующее утро, за завтраком, Отисы довольно долго говорили о привидении. Американский посланник был немного задет тем, что подарок его отвергли.

- Я не собираюсь обижать привидение, - сказал он, -и я не могу в данной связи умолчать о том, что крайне невежливо швырять подушками в того, кто столько лет обитал в этом доме. - К сожалению, приходится добавить, что это абсолютно справедливое . замечание близнецы встретили громким хохотом. Тем не менее, - продолжал посланник, - если дух проявит упорство и не пожелает воспользоваться машинным маслом "Восходящее солнце демократической партии", придется расковать его. Невозможно спать, когда так шумят у тебя под дверью.

Впрочем, до конца недели их больше не потревожили, только кровавое пятно в библиотеке каждое утро вновь появлялось на всеобщее обозрение.

цить это было непросто, ибо дверь с вечера запирал сам мистер Отис, а окна закрывались ставнями с крепкими засовами. Хамелеоноподобная природа пятна тоже требовала объяснения. Иногда оно было темно-красного цвета, иногда киноварного, иногда пурпурного, а однажды, когда они сошли вниз для семейной молитвы по упрощенному ритуалу свободной американской реформаторской епископальной церкви, пятно оказалось изумрудно-зеленым. Эти калейдоскопические перемены, разумеется, очень забавляли семейство, и каждый вечер заключались пари в ожидании утра. Только маленькая Вирджиния не участвовала в этих забавах; она почему-то всякий раз огорчалась при виде кровавого пятна, а в тот день, когда оно стало зеленым, чуть не расплакалась.

Второй выход духа состоялся в ночь иа понедельник. Семья только улеглась, как вдруг послышался страшный грохот в холле. Когда перепуганные обитатели замка сбежали вниз, они увидели, что на полу валяются большие рыцарские доспехи, упавшие с пьедестала, а в кресле с высокой спинкой сидит кентервильское привидение и, морщась от боли, потирает себе колени. Близнецы с меткостью, которая приобретается лишь долгими и упорными упражнениями на особе учителя чистописания, тотчас же выпустили в него по заряду из своих рогаток, а посланник прицелился из револьвера и, по калифорнийскому обычаю, скомандовал "руки вверх!". Дух вскочил с бешеным воплем и туманом пронесся меж них, потушив у Вашингтона свечу и оставив всех во тьме кромешной. На верхней площадке он немного отдышался и решил разразиться своим знаменитым дьявольским хохотом, который не раз приносил ему успех. Говорят, от него за ночь поседел парик лорда Рейкера, и этот хохот, несомненно, был причиной того, что три французских гувернантки леди Кентервиль заявили об уходе, не прослужив в доме и месяца. И он разразился самым своим ужасным хохотом, так что отдались звонким эхом старые своды замка. Но едва смолкло страшное

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

эхо, как растворилась дверь, и к нему вышла миссис Отис в бледно-голубом капоте.

- Боюсь, вы расхворались, - сказала она. - Я принесла вам микстуру доктора Добелла. Если вы страдаете несварением желудка, она вам поможет.

Дух метнул на нее яростный взгляд и приготовился обернуться черной собакой - талант, который принес ему заслуженную славу и воздействием коего домашний врач объяснил неизлечимое слабоумие дяди лорда Кентервиля, достопочтенного Томаса Хортона. Но звук приближающихся шагов заставил его отказаться от этого намерения. Он удовольствовался тем, что стал слабо фосфоресцировать, и в тот момент, когда его уже настигли близнецы, успел, исчезая, испустить тяжкий кладбищенский стон.

Добравшись до своего убежища, он окончательно потерял самообладание и впал в жесточайшую тоску. Невоспитанность близнецов и грубый материализм миссис Отис крайне его шокировали, но больше всего его огорчило то, что ему не удалось облечься в доспехи. Он полагал, что даже нынешние американцы почувствуют робость, узрев привидение в' доспехах, - ну хотя бы из уважения к своему национальному поэту Лонгфелло, над изящной и усладительной поэзией которого он просиживал часами, когда Кентервили переезжали в город. К тому же это были его собственные доспехи. Он очень мило выглядел в них на турнире в Кенилворте и удостоился тогда чрезвычайно лестной похвалы от самой королевы-девственницы. Но теперь массивный нагрудник и стальной шлем оказались слишком тяжелы для него, и, надев доспехи, он рухнул на каменный пол, разбив колени и пальцы правой руки.

Он не на шутку занемог и несколько дней не выходил из комнаты, - разве что ночью, для поддержания в должном порядке кровавого пятна. Но благодаря умелому самоврачеванию он скоро поправился и решил, что в третий раз попробует напугать посланника и его домочадцев. Он наметил себе пятницу

надцатого августа и в канун этого дня допозна перебирал своей гардероб, остановив наконец свой выбор на высокой широкополой шляпе с красным пером, саване с рюшками у ворота и на рукавах и заржавленном кинжале. К вечеру начался ливень, и ветер так бушевал, что все окна и двери старого дома ходили ходуном. Впрочем, подобная погода была как раз по нем. План его был таков: первым делом он тихонько проберется в комнату Вашингтона Отиса и постоит у него в ногах, бормоча себе что-то под нос, а потом под звуки заунывной музыки трижды пронзит себе горло кинжалом. К Вашингтону он испытывал особую неприязнь, так как прекрасно знал, что именно он взял в обычай стирать знаменитое Кентервильское кровавое пятно Образцовым Пинкертоновским Очистителем. Доведя этого безрассудного и непочтительного юнца до полной прострации, он проследует затем в супружескую опочивальню американского посланника и возложит покрытую холодным потом руку на лоб миссис Отис, нашептывая тем временем ее трепещущему мужу страшные тайны склепа. Насчет маленькой Вирджинии он пока ничего определенного не придумал. Она ни разу его не обидела и была красивой и доброй девочкой. Здесь можно обойтись несколькими глухими стонами из шкафа, а если она не проснется, он подергает дрожащими скрюченными пальцами ее одеяло. А вот близнецов он проучит как следует. Перво-наперво он усядется им на грудь, а потом, поскольку их кровати стоят почти рядом, застынет между ними в образе холодного, позеленевшего трупа и будет так стоять, пока они не омертвеют от страха. Тогда он сбросит саван и, обнажив свои белые кости, примется расхаживать по комнате, вращая одним глазом, как полагается в роли Безглазого Даниила, или Скелета-самоубийцы. Это была очень сильная роль, ничуть не слабее его знаменитого Безумного Мартина, или Сокрытой Тайны, и она не раз производила сильное впечатление на зрителей.

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО 'МИРА

В половине одиннадцатого он догадался по звукам, что вся семья отправилась на покой. Ему еще долго мешали дикие взрывы хохота очевидно, близнецы с беспечностью школьников резвились перед тем, как отойти ко сну, - но в четверть двенадцатого в доме воцарилась тишина, и, только пробило полночь, он вышел на дело. Совы бились о стекла, ворон каркал на старом тисовом дереве, и ветер блуждал, стеная, словно неприкаянная душа, вокруг старого дома. Но Отисы спокойно спали, не подозревая ни о чем, и храп посланника заглушал дождь и бурю. Дух со злобной усмешкой на сморщенных устах осторожно вышел из панели. Луна сокрыла свой лик за тучей, когда он крался мимо окна фонарем, на котором золотом и лазурью были выведены его герб и герб убитой им жены. Все дальше скользил он зловещей тенью, - мгла ночная и та, казалось, взирала на него с отвращением.

Вдруг ему почудилось, что кто-то окликнул его, и он замер на месте, но это только собака залаяла на Красной ферме. И он продолжал свой путь, бормоча никому теперь не понятные ругательства XVI века и размахивая в воздухе заржавленным кинжалом. Наконец он добрался до поворота, откуда начинался коридор, ведущий в комнату злосчастного Вашингтона. Здесь он переждал немного. Ветер развевал его седые космы и свертывал в неописуемо ужасные складки его могильный саван. Пробило четверть, и он почувствовал, что время настало. Он самодовольно хихикнул и повернул за угол, но едва он ступил шаг, как отшатнулся с жалостным воплем и закрыл побледневшее лицо длинными костлявыми руками. Прямо перед ним стоял страшный призрак, недвижный, точно изваяние, чудовищный, словно бред безумца. Голова у него была лысая, гладкая, лицо толстое, мертвенно-бледное, гнусный смех свел черты его в вечную улыбку. Из глаз его струились лучи алого света, рот был как широкий огненный колодец, а безобразная одежда, так похожая на его собственную,

(дежным саваном окутывала могучую фигуру. На i-руди у призрака висела доска с непонятной надписью, начертанной старинными буквами. О страшном позоре, должно быть, вещала она, о грязных пороках, о диких злодействах. В поднятой правой руке его был зажат меч из блестящей стали.

Никогда доселе не видав привидений, дух Кентервиля, само собой разумеется, ужасно перепугался и, взглянув еще раз краешком глаза на страшный призрак, кинулся восвояси. Он бежал, не чуя под собою ног, путаясь в складках савана, и заржавленный кинжал уронил по дороге в башмак посланника, где его поутру нашел дворецкий. Добравшись до своей комнаты и почувствовав себя в безопасности, дух бросился на свое жестокое ложе и спрятал голову под одеяло. Но скоро в нем проснулась былая кентервильская отвага, и он решил, как только рассветет, пойти и заговорить с другим привидением. И едва заря окрасила холмы серебром, он вернулся туда, где встретил ужасный призрак. Он понимал, что, в конце концов, чем больше привидений, тем лучше, и надеялся с помощью нового сотоварища управиться с близнецами. Но когда он очутился на прежнем месте, страшное зрелище открылось его взору. Видно, что-то недоброе стряслось с призраком. Свет потух в его пустых глазницах, блестящий меч выпал у него из рук, и весь он как-то неловко и неестественно опирался о стену. Дух Кентервиля подбежал к нему, обхватил его руками, как вдруг... о, ужас! голова покатилась по полу, туловище переломилось пополам, и он увидел, что держит в объятиях кусок белого полога, а у его ног валяются метла, кухонный нож и пустая тыква. Не зная, чем объяснить это странное превращение, он дрожащими руками поднял доску с надписью и при сером утреннем свете разобрал такие страшные слова: Дух Фирмы Отис.

Единственный, подлинный и оригинальный призрак!

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

Остерегайтесь подделок! Все остальные - ненастоящие! Ему стало все ясно. Его обманули, перехитрили провели! Глаза его зажглись прежним кентервильским огнем, он заскрежетал беззубыми деснами и вознеся к небу изможденные руки, поклялся, следуя лучшим образцам старинной стилистики, что, не успеет Шантеклер дважды протрубить в свой рог, как свершатся кровавые дела и убийство неслышным шагом пройдет по этому дому,

Едва он произнес эту страшную клятву, как вдалеке с красной черепичной крыши прокричал петух. Дух залился долгим, глухим и злым смехом и стал ждать. Много часов прождал он, но петух почему-то больше не запел. Наконец около половины восьмого шаги горничных вывели его из оцепенения, и он вернулся к себе в комнату, горюя о несбывшихся планах и напрасных надеждах. Там, у себя, он просмотрел несколько самых своих любимых книг о старинном рыцарстве и узнал из них, что всякий раз, когда произносилась эта клятва, петух пел дважды.

- Да сгубит смерть бессовестную птицу! - забормотал он. - Настанет день, когда мое копье в твою вонзится трепетную глотку и я услышу твой предсмертный хрип.

Потом он улегся в удобный свинцовый гроб и оставался там до темноты.

IV

Наутро дух чувствовал себя совсем разбитым. Начинало сказываться огромное напряжение целого месяца. Его нервы были вконец расшатаны, он вздрагивал от малейшего шороха. Пять дней он не выходил из комнаты и наконец махнул рукой на кровавое пятно. Если оно не нужно Отисам, значит, они недостойны его. Очевидно, они жалкие материалисты, совершенно неспособные оценить символический смысл

сверхчувственных явлений. Вопрос о небесных знамениях и о фазах астральных тел был, конечно, не спорим, особой областью и, по правде говоря, находился вне его компетенции. Но его священной обязанностью было появляться еженедельно в коридоре, а в первую и третью среду каждого месяца усаживаться у окна, что выходит фонарем в парк, и бормотать всякий вздор, и он не видел возможности без урона для своей чести отказаться от этих обязанностей. И хотя земную свою жизнь он прожил безнравственно, он проявлял крайнюю добропорядочность во всем, что касалось мира потустороннего. Поэтому следующие три субботы он, по обыкновению, от полуночи до трех прогуливался по коридору, всячески заботясь о том, чтобы его не услышали и не увидели. Он ходил без сапог, стараясь как можно легче ступать по источенному червями полу, надевал широкий черный бархатный плащ и никогда не забывал тщательнейшим образом протереть свои цепи машинным маслом "Восходящее солнце демократической партии". Ему, надо сказать, нелегко было прибегнуть к этому последнему средству безопасности. И все же как-то вечером, когда семья сидела за обедом, он пробрался в комнату к мистеру Отису и стащил бутылочку машинного масла. Правда, он чувствовал себя немного униженным, но только поначалу. В конце концов благоразумие взяло вверх, и он признался себе, что изобретение это имеет свои достоинства и в некотором отношении может сослужить ему службу. Но, как ни был он осторожен, его не оставляли в покое. То и дело он спотыкался в темноте о веревки, протянутые поперек коридора, а однажды, одетый для роли Черного Исаака, или Охотника из Хоглейских лесов, он поскользнулся и сильно расшибся, потому что близнецы натерли маслом пол от входа в гобеленовую залу до верхней площадки дубовой лестницы. Это так разозлило его, что он решил в последний раз стать на защиту своего попранного достоинства и своих прав и явиться в следующую ночь дерзким воспитанникам Итона в

1 ^1

знаменитой роли Отважного Рупера, или Безголового Графа.

Он не выступал в этой роли более семидесяти лет с тех пор как до того напугал прелестную леди Барбару Модиш, что она отказала своему жениху, деду нынешнего лорда Кентервиля, и убежала в ГретнаГрин с красавцем Джеком Каслтоном. Она заявила при этом, что ни за что на свете не войдет в семью, где считают позволительным, чтоб такие ужасные призраки разгуливали в сумерках по террасе. Бедный Джек вскоре погиб на Вондсвортском лугу от пули лорда Кентервиля, а сердце леди Барбары было разбито, и она меньше чем через год умерла в Тандридж-Уэллс, так что это выступление в любом смысле имело огромный успех. Однако для этой роли требовался очень сложный грим - если допустимо воспользоваться театральным термином применительно к одной из глубочайших тайн мира сверхъестественного, или, по-научному, "естественного мира высшего порядка", - и он потратил добрых три часа на приготовления. Наконец все было готово, и он остался очень доволен своим видом. Большие кожаные ботфорты, которые полагались этому костюму, были ему, правда, немного велики, и один из седельных писто-летов куда-то запропастился, но в целом, как ему казалось, он приоделся на славу. Ровно в четверть второго он выскользнул из панели и прокрался по коридору. Добравшись до комнаты близнецов (она, кстати сказать, называлась Голубой спальней, по цвету обоев и портьер), он заметил, что дверь немного приоткрыта. Желая как можно эффектнее обставить свой выход, он широко распахнул ее... и на него опрокинулся огромный кувшин с водой, который пролетел на вершок от его левого плеча, промочив его до нитки. В ту же минуту он услышал взрывы хохота из-под балдахина широкой постели.

Нервы его не выдержали. Он кинулся со всех ног в свою комнату и на другой день слег от простуды. Хорошо еще, что он выходил без головы, а то не

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

обошлось бы без серьезных осложнений. Только это его и утешало.

Теперь он оставил всякую надежду запугать этих грубиянов американцев и большей частью довольствовался тем, что бродил по коридору в войлочных туфлях, замотав шею толстым красным шарфом, чтобы не простыть, и с маленькой аркебузой в руках на случай нападения близнецов. Последний удар был нанесен ему девятнадцатого сентября. В этот день он спустился в холл, где, как он знал, его никто не потревожит, и про себя поиздевался над сделанными у Сарони большими фотографиями посланника и его супруги, заменившими фамильные портреты Кентервилей. Одет он был просто, но аккуратно, в длинный саван, кое-где попорченный могильной плесенью. Нижняя челюсть его была подвязана желтой косынкой, а в руке он держал фонарь и заступ, какими пользуются могильщики. Собственно говоря, он был одет для роли Ионы Непогребенного, или Похитителя Трупов с Чертсейского гумна, одного из своих .лучших созданий. Эту роль прекрасно помнили все Кентервили, и не без причины, ибо как раз тогда они поругались со своим соседом лордом Раффордом. Было уже около четверти третьего, и сколько он -ни прислушивался, не слышно было ни шороха. Но когда он стал потихоньку пробираться к библиотеке, чтобы взглянуть, что осталось от кровавого пятна, из темного угла внезапно выскочили две фигурки, исступленно замахали руками над головой и завопили ему в самое ухо "У-у-у!"

Охваченный паническим страхом, вполне естественным в данных обстоятельствах, он кинулся к лестнице, но там его подкарауливал Вашингтон с большим садовым опрыскивателем. Окруженный со всех сторон врагами и буквально припертый к стенке, он юркнул в большую железную печь, которая, к счастью, не была затоплена, и по трубам пробрался в свою комнату - грязный, растерзанный, исполненный отчаяния.

Больше он не предпринимал ночных вылазок. Близнецы несколько раз устраивали на него засады и каждый вечер, к великому неудовольствию родителей и прислуги, посыпали пол в коридоре ореховой скорлупой, но все безрезультатно. Дух, по-видимому, счел себя настолько обиженным, что не желал больше выходить к обитателям дома. Поэтому мистер Отис снова уселся за свой труд по истории демократической партии, над которым работал уже много лет, миссис Отис организовала великолепный, поразивший все графство пикник на морском берегу, - все кушанья были приготовлены из моллюсков, мальчики увлеклись лакроссом, покером, юкром и другими американскими национальными играми. А Вирджиния каталась по аллеям на своем пони с молодым герцогом Чеширским, проводившим в Кентервильском замке последнюю неделю своих каникул. Все решили, что привидение от них съехало, и мистер Отис известил об этом в письменной форме лорда Кентервиля, который в ответном письме выразил по сему поводу свою радость и поздравил достойную супругу посланника.

Но Отисы ошиблись. Привидение не покинуло их дом и, хотя было теперь почти инвалидом, все же не думало оставлять их в покое, - особенно с тех пор, как ему стало известно, что среди гостей находится молодой герцог Чеширский, двоюродный внук самого лорда Фрэнсиса Стилтона, который поспорил однажды на сто гиней с полковником Карбери, что сыграет в кости с духом Кентервиля. Поутру лорда Стилгона нашли на полу ломберной разбитого параличом, и, хотя он дожил до преклонных лет, он мог произнести лишь два слова' "шестерка дубль". Эта история в свое время очень нашумела, хотя из уважения к чувствам обеих благородных семей ее всячески старались замять. Подробности ее можно найти в третьем томе сочинения лорда Тэттла "Воспоминания о принце-регенте и его друзьях". Духу, естественно, хотелось доказать, что он не утратил прежнего влияния

на Стилтоной.с которыми к тому же состоял в дальнем родстве: его кузина была замужем en secondes poces* за монсеньором де Балкли, а от него, как всем известно, ведут свой род герцоги Чеширские.

Он даже начал работать над возобновлением своей знаменитой роли Монах-вампир, или Бескровный Бенедиктинец, в которой решил предстать перед юным поклонником Вирджинии. Он был так страшен в этой роли, что когда его однажды, в роковой вечер под новый 1764 год, увидела старая леди Стартап, она издала несколько истошных криков, и с ней случился удар. Через три дня она скончалась, лишив Кентервилей, своих ближайших родственников, наследства и оставив все своему лондонскому аптекарю.

Но в последнюю минуту страх перед близнецами помешал привидению покинуть свою комнату, и маленький герцог спокойно проспал до утра под большим балдахином с плюмажами в королевской опочивальне. Во сне он видел Вирджинию.

V

Несколько дней спустя Вирджиния и ее златокудрый кавалер поехали кататься верхом на Броклейские луга, и она, пробираясь сквозь живую изгородь, так изорвала свою амазонку, что, вернувшись домой, решила потихоньку от всех подняться к себе по черной лестнице. Когда она пробегала мимо гобеленовой залы, дверь которой была чуточку приоткрыта, ей показалось, что в комнате кто-то есть, и, полагая, что это камеристка ее матери, иногда сидевшая здесь с шитьем, она собралась было попросить ее зашить платье. К несказанному ее удивлению, это оказался сам кентервильский дух! Он сидел у окна и следил взором, как облетает под ветром непрочная позолота с пожелтевших деревьев и как в бешеной пляске

* Вторым браком (фр.).

h

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

мчатся по длинной аллее красные листья. Голову он уронил на руки, и вся поза его выражала безнадежное отчаянье. Таким одиноким, таким дряхлым показался он маленькой Вирджинии, что она, хоть и подумала сперва убежать и запереться у себя, пожалела его и захотела утешить. Шаги ее были так легки, а грусть его до того глубока, что он не заметил ее присутствия, пока она не заговорила с ним.

- Мне очень жаль вас, - сказала она. - Но завтра мои братья возвращаются в Итон, и тогда, если вы будете хорошо себя вести, вас никто больше не обидит.

- Глупо просить меня, чтобы я хорошо вел себя, - ответил он, с удивлением разглядывая хорошенькую девочку, которая решилась заговорить с ним, - просто глупо! Мне положено греметь цепями, стонать в замочные скважины и разгуливать по ночам - если ты про это. Но в этом же весь смысл моего существования!

- Никакого смысла тут нет, и вы сами знаете, что были скверный. Миссис Амни рассказала нам еще в первый день нашего приезда, что вы убили жену.

- Допустим, - сварливо ответил дух, - но это дела семейные и никого не касаются.

- Убивать вообще нехорошо, - сказала Вирджиния, которая иной раз проявлял милую пуританскую нетерпимость, унаследованную ею от какого-то предка из Новой Англии.

- Терпеть не могу ваш дешевый, беспредметный ригоризм! Моя жена была очень дурна собой, ни разу не сумела прилично накрахмалить мне бриджи и ничего не смыслила в стряпне. Ну хйть бы такое: однажды я убил в Хоглейском лесу оленя, великолепного самца-одногодка, - как ты думаешь, что нам из него приготовили? Да что теперь толковать - дело прошлое! И все же, хоть я убил жену, по-моему, не очень любезно было со стороны моих шуринов заморить меня голодом. - Они заморили вас голодом? О, господин дух. то

ззв

есть, я хотела сказать сэр Симон, вы наверно голодный? У меня в сумке есть бутерброд. Вот, пожалуйста!

- Нет, спасибо. Я давно ничего не ем. Но все же ты очень добра, и вообще ты гораздо лучше всей своей противной, невоспитаной, вульгарной и бесчестной семьи.

- Не смейте так говорить! - крикнула Вирджиния, топнув ножкой. - Сами вы противный, невоспитанный, гадкий и вульгарный, а что до честности, так вы сами знаете, кто таскал у меня из ящика краски, чтобы рисовать это дурацкое пятно. Сперва вы забрали все красные краски, даже киноварь, и я не могла больше рисовать закаты, потом взяли изумрудную зелень и желтый хром, и напоследок у меня оставались только индиго и белила, и мне пришлось рисовать только лунные пейзажи, а это навевает тоску, да и рисовать очень трудно. Я никому не сказала, хоть и сердилась. И вообще все это просто смешно: ну где видали вы кровь изумрудного цвета?

- А что мне оставалось делать? - сказал дух, уже не пытаясь спорить. Теперь непросто достать настоящую кровь, и, поскольку твой братец пустил в ход своей Образцовый Очиститель, я счел возможным воспользоваться твоими красками. А цвет, знаешь ли, кому какой нравится. У Кентервилей, к примеру, кровь голубая, самая голубая во всей Англии. Впрочем, вас, американцев, такого рода вещи не интересуют.

- Ничего вы не понимаете. Поехали бы лучше в Америку да подучились немного. Папа с радостью устроит вам бесплатный билет, и хотя на спиртное и, наверное, на спиритическое пошлина очень высокая, вас на таможне пропустят без всяких. Все чиновники там - демократы. А в Нью-Йорке вас ждет колоссальный успех. Я знаю многих людей, которые дали бы сто тысяч долларов за обыкновенного деда, а за семейное привидение - и того больше. - Боюсь, мне не понравится ваша Америка.

337

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

- Потому что там нет ничего допотойного или диковинного? - съязвила Вирджиния.

- Ничего допотопного? А ваш флот? Ничего диковинного? А ваши нравы?

- Прощайте! Пойду попрошу папу, чтобы он оставил близнецов дома еще на недельку.

- Не покидайте меня, мисс Вирджиния! - воскликнул дух. - Я так одинок, так несчастен! Право, я не знаю, как мне быть. Мне хочется уснуть, а я не могу.

- Что за глупости! Для этого надо только улечься в постель и задуть свечу. Не уснуть куда труднее, особенно в церкви. А уснуть совсем просто. Это и грудной младенец сумеет.

- Триста лет я не ведал сна, - печально промолвил дух, и прекрасные голубые глаза Вирджинии широко раскрылись от удивления. - Триста лет я не спал, я так истомился душой!

Вирджиния сделалась очень печальной, и губки ее задрожали, как лепестки розы. Она подошла к нему, опустилась на колени и заглянула в его старое, морщинистое лицо.

- Бедный мой призрак, - прошептала она, - разве негде тебе лечь и уснуть?

- Далеко-далеко, за сосновым бором, - ответил он тихим, мечтательным голосом, - есть маленький сад. Трава там густая и высокая, там белеют звезды цикуты, и всю ночь там поет соловей. Он поет до рассвета, и холодная хрустальная луна глядит с вышины, а исполинское тисовое дерево простирает свои руки над спящими.

Глаза Вирджинии заволоклись слезами, и она спрятала лицо в ладони. Это Сад Смерти? - прошептала она. - Да, Смерти. Смерть, должно быть, прекрасна. Лежишь в мягкой сырой земле, и над тобою колы- ' шутся травы, и слушаешь тишину. Как хорошо не знать ни вчера, ни завтра, забыть время, простить жизнь, изведать покой. В твоих силах помочь мне. 1

338 '

Тебе легко отворить врата Смерти, ибо с тобой Дюбовь, а Любовь сильнее Смерти.

Вирджиния вздрогнула, точно ее пронизал холод. Воцарилось короткое молчание. Ей казалось, будто она видит страшный сон.

И опять заговорил дух, и голос его был как вздохи ветра.

- Ты читала древнее пророчество, начертанное на окне библиотеки?

- О, сколько раз! - воскликнула девочка, вскинув головку. - Я его наизусть знаю. Оно написано такими странными черными буквами, что их сразу и не разберешь. Там всего шесть строчек:

Когда заплачет, не шутя, Здесь златокудрое дитя, Молитва утолит печаль И зацветет в саду миндаль - Тогда взликует этот дом, И дух уснет, живущий в нем*.

Только я не понимаю, что все это значит.

- Это значит, - печально промолвил дух, - что ты должна оплакивать мои прегрешения, ибо у меня самого нет слез, и помолиться за мою душу, ибо нет у меня веры. И тогда, если ты всегда была доброй, любящей и нежной, Ангел Смерти смилуется надо мной. Страшные чудовища явятся тебе в ночи и станут нашептывать злые слова, но они не сумеют причинить тебе вред, потому что вся злокозненность ада бессильна пред чистотою ребенка.

Вирджиния не отвечала, и, видя, как низко склонила она свою златокудрую головку, дух принялся в отчаянии ломать руки. Вдруг девочка встала. Она была бледна, и глаза ее светились удивительным огнем.

- Я не боюсь, - сказала она решительно. - Я попрошу Ангела помиловать вас. Едва слышно вскрикнув от радости, он поднялся

* Перевод Р. Померанцевой,

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

на ноги, взял ее руку и, наклонившись со старомодной грацией, поднес к губам. Пальцы его были холодными как лед, губы жгли, как огонь, но Вирджиния не дрогнула и не отступила, и он повел ее через полутемную залу. Маленькие охотники на поблекших зеленых гобеленах трубили в свои украшенные кистями рога и махали крошечными ручками, чтоб она вернулась назад. "Вернись, маленькая Вирджиния! ~ кричали они. Вернись!"

Но дух крепче сжал ее руку, и она закрыла глаза. Пучеглазые чудовища с хвостами ящериц, высеченные на камине, смотрели на нее и шептали: "Берегись, маленькая Вирджиния, берегись! Что, если мы больше не увидим тебя?" Но дух скользил вперед все быстрее, и Вирджиния не слушала их.

Когда они дошли до конца залы, он остановился и тихо произнес несколько непонятных слов. Она открыла глаза и увидела, что стена растаяла, как туман, и за ней разверзлась черная пропасть. Налетел ледяной ветер, и она почувствовала, как кто-то потянул ее за платье.

- Скорее, скорее! - крикнул дух. - Не то будет поздно.

И деревянная панель мгновенно сомкнулась за ними, и гобеленовый зал опустел.

VI

Когда минут через десять гонг зазвонил к чаю и Вирджиния не спустилась в библиотеку, миссис Отис послала за ней одного из лакеев. Вернувшись, он объявил, что не мог сыскать ее. Вирджиния всегда выходила под вечер за цветами для обеденного стола, и поначалу у миссис Отис не возникло никаких опасений. Но когда пробило шесть, а Вирджинии все не было, мать не на шутку встревожилась и велела мальчикам искать сестру в парке, а сама вместе с мистером Отисом обошла весь дом. В половине

мого мальчики вернулись и сообщили, что не обнаружили никаких следов Вирджинии. Все были крайне встревожены и не знали, что предпринять, когда вдруг мистер Отис вспомнил, что позволил цыганскому табору остановиться у него в поместье. Он тотчас отправился со старшим сыном и двумя работниками в Блэкфельдский лог, где, как он знал, стояли цыгане. Маленький герцог, страшно взволнованный, во что бы то ни стало хотел идти с ними, но мистер Отис боялся, что будет драка, и не взял его. Цыган на месте уже не было, и, судя по тому, что костер еще теплился и на траве валялись кастрюли, они уехали в крайней спешке. Отправив Вашингтона и работников осмотреть окрестности, мистер Отис побежал домой и разослал телеграммы полицейским инспекторам по всему графству, прося разыскать маленькую девочку, похищенную бродягами или цыганами. Затем он велел подать коня и, заставив жену и мальчиков сесть за обед, поскакал с грумом по дороге, ведущей в Аскот. Но не успели они отъехать и двух миль, как услышали эа собой стук копыт. Оглянувшись, мистер Отис увидел, что его догоняет на своем пони маленький герцог, без шляпы, с раскрасневшимся от скачки лицом.

- Простите меня, мистер Отис, - сказал мальчик, переводя дух, -но я не могу обедать, пока не сыщется Вирджиния. Не сердитесь, но если б в пришлом году вы согласились на нашу помолвку, ничего подобного не случилось бы. Вы ведь не отошлете меня, правда? Я не хочу домой и никуда не уеду'

Посланник не сдержал улыбки при взгляде на этого милого ослушника. Его глубоко тронула преданность мальчика, и, нагнувшись с седла, он ласково потрепал его по плечу.

- Что же, ничего не поделаешь, - сказал он, - коли вы не хотите вернуться, придется взять вас с собой, только надо будет купить вам в Аскоте шляпу. - Не нужно мне шляпы! Мне нужна Вирджиния! - засмеялся маленький герцог, и они поскакали к железнодорожной станции.

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

Мистер Отис спросил начальника станции, не видел ли кто на платформе девочки, похожей по приметам на Вирджинию, но никто не мог сказать ничего определенного. Начальник станции все же протелеграфировал по линии и уверил мистера Отиса, что для розысков будут приняты все меры. Купив маленькому герцогу шляпу в лавке, владелец которой уже закрывал ставни, посланник поехал в деревню Бексли, что в четырех милях от станции, где, как ему сообщили, был большой общинный выпас и часто собирались цыгане. Спутники мистера Отиса разбудили сельского полисмена, но ничего от него не добились и, объехав луг, повернули домой. До замка они добрались только часам к одиннадцати - усталые, разбитые, на грани отчаяния. У ворот их дожидались Вашингтон и близнецы с фонарями' в парке было уже темно. Они сообщили, что никаких следов Вирджинии не обнаружено. Цыган догнали на Броклейских лугах, но девочки с ними не было. Свой внезапный отъезд они объяснили тем, что боялись опоздать на Чертонскую ярмарку, так как перепутали день ее открытия. Цыгане и сами встревожились, узнав об исчезновении девочки, и четверо из них остались помогать в розысках, поскольку они были очень признательны мистеру Отису за то, что он позволил им остановиться в поместье. Обыскали пруд, славившийся карпами, обшарили каждый уголок в замке, - все напрасно. Было ясно, что в эту, по крайней мере, ночь Вирджинии с ними не будет. Мистер Отис и мальчики, опустив голову, пошли к дому, а грум вел за ними обеих лошадей и пони. В холе их встретило несколько измученных слуг, а в библиотеке на диване лежала миссис Отис, чуть не обезумевшая от страха и тревоги, старуха домоправительница смачивала ей виски одеколоном. Мистер Отис уговорил жену поесть и велел подать ужин. Это был грустный ужин. Все приуныли, и даже близнецы притихли и не баловались: они очень любили сестру. После ужина мистер Отис, как ни упрашивал его

маленький герцог, отправил всех спать, заявив, что ночью все равно ничего не сделаешь, а утром он срочно вызовет по телеграфу сыщиков из Скотланд-Ярда. Когда они выходили из столовой, церковные часы как раз начали отбивать полночь, и при звуке последнего удара что-то вдруг затрещало и послышался громкий возглас. Оглушительный раскат грома сотряс дом, звуки неземной музыки полились в воздухе, и тут на верхней площадке лестницы с грохотом отвалился кусок панели, и, бледная как полотно, с маленькой шкатулкой в руках, из стены выступила Вирджиния.

В мгновение ока все были возле нее. Миссис Отис нежно обняла ее, маленький герцог осыпал ее пылкими поцелуями, а близнецы принялись кружиться вокруг в дикой воинственной пляске.

- Где ты была, дитя мое? - строго спросил мистер Отис: он думал, что она сыграла с ними какуюто злую шутку. - Мы с Сеслом объехали пол-Англии, разыскивая тебя, а мама чуть не умерла от страха. Никогда больше не шути так с нами.

- Дурачить можно только духа, только духа! - вопили близнецы, прыгая как безумные.

- Милая моя, родная, нашлась, слава Богу, - твердила миссис Отис, целуя дрожащую девочку и разглаживая ее спутанные золотые локоны, никогда больше не покидай меня.

- Папа, - сказала Вирджиния спокойно, - я провела весь вечер с духом. Он умер, и вы должны пойти взглянуть на него. Он был очень дурным при жизни, но раскаялся в своих грехах и подарил мне на память эту шкатулку с чудесными драгоценностями.

Все глядели на нее в немом изумлении, но она оставалась серьезной и невозмутимой. И она повела их через отверстие в панели по узкому потайному коридорчику, Вашингтон со свечой, которую он прихватил со стола, замыкал процессию. Наконец они дошли до тяжелой дубовой двери на больших петлях, утыканной ржавыми гвоздями. Вирджиния прикоснулась к двери, та распахнулась, и они очутились в

низенькой каморке со сводчатым потолком и зарешеченным окошком. К огромному железному кольцу, вделанному в стену, был прикован цепью страшный скелет, распростертый на каменном полу. Казалось, он хотел дотянуться своими длинными пальцами до старинного блюда и ковша, поставленных так, чтоб их нельзя было достать. Ковш, покрытый изнутри зеленой плесенью, был, очевидно, когда-то наполнен водой. На блюде осталась лишь горстка пыли. Вирджиния опустилась на колени возле скелета и, сложив свои маленькие ручки, начала тихо молиться. Пораженные, созерцали они картину ужасной трагедии, тайна которой открылась им.

- Глядите! - воскликнул вдруг один из близнецов, глянув в окно, чтобы определить, в какой части замка находится каморка. - Глядите! Сухое миндальное дерево расцвело. Светит луна, и мне хорошо видны цветы.

- Бог простил его! - сказала Вирджиния, вставая, и лицо ее словно озарилось лучезарным светом. - Вы ангел! - воскликнул молодой герцог, обнимая и целуя ее.

Четыре дня спустя после этих удивительных событий, за час до полуночи, из Кентервильского замка тронулся траурный кортеж. Восемь черных коней везли катафалк, и у каждого на голове качался пышный страусовый султан; богатый пурпурный покров с вытканным золотом гербом Кентервилей был наброшен на свинцовый гроб, и слуги с факелами шли по обе стороны экипажей - процессия производила неизгладимое впечатление. Ближайший родственник усопшего, лорд Кентервиль, специально прибывший на похороны из Уэльса, ехал вместе с маленькой Вирджинией в первой карете. Потом ехал американский посланник с супругой, за ними Вашингтон и три

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО МИРА

^альчика. В последней карете сидела миссис Амин без слов было ясно, что, поскольку привидение пугало ее больше пятидесяти лет, она имеет право, проводить его до могилы. В углу погоста, под тисовым деревом, была вырыта огромная могила, и преподобный Огастес Дэмпир с большим чувством прочитал заупокойную молитву. Когда пастор умолк, слуги, по древнему обычаю рода Кентервилей, потушили свои факелы, а когда гроб стали опускать в могилу, Вирджиния подошла к нему и возложила на крышку большой крест, сплетенный из белых и розовых цветов миндаля. В этот миг луна тихо выплыла из-за тучи и залила серебром маленькое кладбище, а в отдаленной роще раздались соловьиные трели. Вирджиния вспомнила про Сад Смерти, о котором рассказывал дух. Глаза ее наполнились слезами, и всю дорогу домой она едва проронила слово.

На следующее утро, когда лорд Кентервиль стал собираться обратно в Лондон, мистер Отис завел с ним разговор о драгоценностях, подаренных Вирджинии привидением. Они были великолепны, особенно рубиновое ожерелье в венецианской оправе - редкостный образец работы XVI века. Их ценность была так велика, что мистер Отис не считал возможным разрешить своей дочери принять их.

- Милорд, - сказал он, - я знаю, что в вашей стране закон о "Мертвой руке" распространяется как на земельную собственность, так и на фамильные Драгоценности, и у меня нет сомнения, что эти вещи принадлежат вашему роду или, во всяком случае, Должны ему принадлежать. Посему я прошу вас забрать их с собой в Лондон и впредь рассматривать как часть вашего имущества, возвращенную вам при несколько необычных обстоятельствах. Что касается моей дочери, то она еще ребенок и пока, слава Богу, не слишком интересуется всякими дорогими безделушками. К тому же миссис Отис сообщила мне - а она, должен сказать, провела в юности несколько зим в Бостоне и прекрасно разбирается в искусстве,

ГОЛОСА ИЗ ЗАГРОБНОГО^ИРА

что за эти безделушки можно выручить солидную сумму. По причине вышеизложенно, лорд Кентервиль, я, как вы понимаете, не могу согласиться, чтобы они перешли к кому-нибудь из членов моей семьи. Да и вообще вся эта бессмысленная мишура, необходимая для поддержания престижа британской аристократии, совершенно ни к чему тем, кто воспитан в строгих и, я бы сказал, непоколебимых принципах республиканской простоты. Не скрою, впрочем, что Вирджинии очень хотелось бы сохранить, с вашего позволения, шкатулку в память о вашем несчастном заблудшем предке. Вещь эта старая, ветхая, и вы, быть может, исполните ее просьбу. Я же со своей стороны, признаться, крайне удивлен, что моя дочь проявляет такой интерес к средневековью, и способен объяснить это лишь тем, что Вирджиния родилась в одном из пригородов Лондона, когда миссис Отис возвращалась из поездки в Афины.

Лорд Кентервиль с должным вниманием выслушал почтенного посланника, лишь изредка принимаясь теребить седой ус, чтобы скрыть невольную улыбку. Когда мистер Отис кончил, лорд Кентервиль крепко пожал ему руку.

- Дорогой сэр, - сказал он, - ваша прелестная дочь немало сделала для моего злополучного предка сэра Симона, и я, как и все мои родственники, весьма обязан ей за ее редкую смелость и самоотверженность. Драгоценности принадлежат ей одной, и если бы я забрал их у нее, я проявил бы такое бессердечие, что этот старый грешник - самое позднее через две недели - вылез бы из могилы, дабы отравить мне остаток дней моих. Что же касается их принадлежности к майорату, то в него не входит вещь, не упомянутая в завещании или другом юридическом документе, а об этих драгоценностях нигде нет ни слова. Поверьте, у меня на них столько же прав, сколько у вашего дворецкого, и я не сомневаюсь, что, когда мисс Вирджиния подрастет, она с удовольствием наденет эти украшения. К тому же вы забили.

мистер Отис, что купили замок с мебелью и привидением, и тем самым к вам отошло все, что принадлежало привидению. И хотя сэр Симон проявлял по ночам большую активность, юридически он оставался мертв, и вы законно унаследовали все его состояние.

Мистер Отис был весьма огорчен отказом лорда Кентервиля и просил его еще раз хорошенько все обдумать, но добродушный пэр остался непоколебим и в конце концов уговорил посланника оставить дочери драгоценности. Когда же весной 1890 года молодая герцогиня Чеширская представлялась королеве по случаю своего бракосочетания, ее драгоценности оказались предметом всеобщего внимания. И Вирджиния получила герцогскую корону, которую получают в награду все благонравные американские девочки. Она вышла замуж за своего юного поклонника, едва он достиг совершеннолетия, и они оба были так милы и так влюблены друг в друга, что все радовались их счастью, кроме старой маркизы Дамблтон, которая пыталась пристроить за герцога одну из своих семи незамужних дочек, для чего дала не менее трех обедов, очень дорого ей стоивших. Как ни странно, но к недовольным поначалу примкнул и мистер Отис. При всей своей любви к молодому герцогу он, по теоретическим соображениям, оставался врагом любых титулов и, как он заявлял, "опасался, что расслабляющее влияние приверженной наслаждениям аристократии может поколебать незыблемые принципы республиканской простоты". Но его скоро удалось уговорить, и, когда он вел свою дочь под руку к алтарю церкви святого Георгия, то на Ганновер-сквер и во всей Англии, мне кажется, не нашлось бы человека более гордого собой.

По окончании медового месяца герцог и герцогиня отправились в Кентервильский замок и на второй день пошли на заброшенное кладбище близ сосновой рощи. Долго не могли они придумать эпитафию для надгробия сэра Симона и под конец решили просто вытесать на ней его инициалы и стихи, начертанные на окне библиотеки. Герцогиня убрала могилу розами,

которые принесла с собой, и, немного постояв над нею, они вошли в полуразрушенную старинную церковку. Герцогиня присела на упавшую колонну, а муж, расположившись у ее ног, курил сигарету и глядел в ее ясные глаза. Вдруг он отбросил сигарету, взял герцогиню за руку и сказал:

- Вирджиния, у жены не должно быть секретов от мужа.

- А у меня и нет от тебя никаких секретов, дорогой Сесл.

- Нет, есть, - ответил он с улыбкой. - Ты никогда не рассказывала мне, что случилось, когда вы заперлись вдвоем с привидением.

- Я никому этого не рассказывала, Сесл, - сказала Вирджиния серьезно. - Знаю, но мне ты могла бы рассказать. - Не спрашивай меня об этом, Сесл, я, правда, не могу тебе рассказать. Бедный сэр Симон! Я стольким этому обязана! Нет, не смейся, Сесл, это в самом деле так. Он открыл мне, что такое Жизнь и что такое Смерть, и почему Любовь сильнее Жизни и Смерти. Герцог встал и нежно поцеловал свою жену. - Пусть эта тайна остается твоей, лишь бы сердце твое принадлежало мне, - шепнул он. Оно всегда было твоим, Сесл. - Но ты ведь расскажешь когда-нибудь все нашим детям? Правда? Вирджиния вспыхнула.

ГЛАВА ДЕВЯТАЯ

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

ЛИТЕРАТУРА

1. Д. Г. Булгаковский. Из загробного мира. М., 1902.

2. Н. Ф. Сергиевский. Тайны загробной жизни. М., 1903.

3. Э. Б. Тайлор. Первобытная культура. М., 1939.

4. Фр. Смит, Р. Стеммен. Тайны загробной жизни. М., 1993.

5. С. Рязанцев. Философия смерти. СПб, 1994.

ЖИВЫЕ МЕРТВЕЦЫ

Несомненно, повод к созданию сказок, легенд и преданий о привидениях, о встающих по ночам из гроба мертвецах, вампирах давали имевшие место в действительности ужасные происшествия с заживо погребенными и ожившими людьми. Болезненный интерес к теме погребения заживо испытывал Эдгар Алан По. Герой одного из самых мрачных его рассказов, "Падение дома Эшеров", встречает смерть свою в объятиях "ожившего мертвеца". Мэделин, сестра хозяина дома, умирает после долгой мучительной болезни, и тело ее до похорон на несколько дней оставляют в подвальном склепе этого полуразвалившегося особняка. Однажды ночью, в разгар бури, снизу начинают доноситься ужасные звуки: с треском ломаются доски гроба, гулко лязгает тяжелая железная цепь... и вот уже на лестнице слышны чьи-то шаги. "Говорю вам, это она... Она уже вот за этой дверью!" - кричит Родерик Эшер, вне себя от ужаса. Дверь медленно открывается, и...

"...На пороге стояла леди Мэделин Эшер, высокая фигура ее была облачена в саван. Белая ткань темнела пятнами крови, и на изможденном теле ее были видны следы жестокой борьбы. Несколько мгновений она стояла, пошатываясь, в дверном проеме, затем Шагнула вперед, в приступе смертельной агонии повалилась на брата и стала падать на пол, увлекая за собой второй безжизненный труп".

Другой рассказ Э. По целиком посвящен этой животрепещущей теме.

Э. А. По ЗАЖИВО ПОГРЕБЕННЫЕ

Есть темы, проникнутые всепокоряющим интересом, но слишком ужасные, чтобы стать законным достоянием литературы. Обыкновенно романисту надлежит их избегать, если он не хочет оскорбить или оттолкнуть читателя. Прикасаться к ним подобает лишь в том случае, когда они освящены и оправданы непреложностью и величием истины так, например, мы содрогаемся от "сладостной боли", читая о переправе через Березину, о землетрясении в Лиссабоне, о чуме в Лондоне, о Варфоломеев ской ночи или о том, как в калькуттской Черной Яме задохнулись сто двадцать три узника. Но в этих описаниях волнует сама достоверность - сама подлинность - сама история. Будь они вымышлены, мы не испытали бы ничего, кроме отвращения.

Я перечислил лишь некоторые из знаменитейших величайших исторических трагедий, но самая их огромность потрясает воображение ничуть не меньше, чем ' зловещая сущность.' Мне нет нужды напоминать читателю, что из длинного и мрачного перечная людских несчастий я мог бы извлечь немало отдельных свидетельств подлинного страдания, гораздо более жестоких, нежели любое из этих всеобщих бедствий. Воистину, настоящее горе, наивысшая боль всегда единственны, неповторимы. И коль скоро испить до дна эту горькую чашу приходится лишь человеку, а не человечеству - возблагодарим за это милосердного творца!

Погребение заживо, несомненно, чудовищнее всех ужасов, какие выпали на долю смертного. И здравомыслящий человек едва ли станет отрицать, что это случалось часто, очень часто. Грань, отделяющая Жизнь от Смерти, в лучшем случае, обманчива и неопределена. Кто может сказать, где кончается одно и начинается другое? Известно, что есть болезни, при которых исчезают все явные призраки жизни, но, строго говоря, они не исчезают совершенно, а лишь

прерываются. Возникает временная остановка в работе неведомого механизма. Наступает срок, и некое незримое таинственное начало вновь приводит в двиэкение волшебные крыла и магические колеса. Серебряная нить не оборвана навеки, и златой сосуд не разбит безвозвратно. Но где в эту пору обреталась душа?

Однако, кроме неизбежного заключения априори, что соответствующие причины влекут за собой соответствующие следствия, и поскольку известны случаи, когда жизнедеятельность прерывается, не подлежит сомнению, что людей иногда хоронят заживо, - кроме этого общего соображения, опыт медицины и самой жизни прямо свидетельствует, что это действительно бывало не раз. При необходимости я мог бы сослаться на целую сотню самых достоверных примеров. Один такой случай, весьма примечательный и, вероятно, еще не изгладившийся из памяти некоторых читателей, имел место не столь давно в соседнем городе Балтиморе и произвел на многих потрясающее, неотразимое впечатление. Супругу одного из самых почтенных граждан - известного юриста и члена конгресса - постигла внезапная и необъяснимая болезнь, перед которой оказалось бессильно все искусство медиков. После тяжелых страданий наступила смерть или состояние, которое сочли смертью. Никто даже не подозревал, да и не имел причин подозревать, что она вовсе не умерла. Обнаружились все обычные признаки смерти. Лицо осунулось, черты его заострились. Губы стали белее мрамора. Глаза помутнели. Наступило окоченение. Сердце не билось. Так она пролежала три дня, и за это время тело сделалось твердым, как камень. Одним словом, надо было поспешить с похоронами, поскольку труп, казалось, быстро разлагается.

Ее похоронили в семейном склепе, и три года никто не тревожил могильный покой. По прошествии этого времени склеп открыли, чтобы установить там саркофаг, - но, увы! -^ какое страшное потрясение

^ Заказ N 425 353

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

ожидало ее супруга, который своими руками отворил дверь! Едва створки распахнулись наружу, что-то закутанное в белое, со стуком упало прямо в его объятия. То был скелет его жены в еще не истлевшем саване.

Тщательное расследование показало, что она ожила через два дня после погребенья и билась в гробу, который упал на пол с уступа или с возвышения и раскололся, так что ей удалось встать. Случайно забытый масляный фонарь, налитый дополна, теперь оказался пуст; впрочем, масло могло улетучиться само по себе. На верхней ступени лестницы при входе в зловещую гробницу валялся большой обломок гроба, которым она, по всей видимости, колотила в железную дверь, призывая на помощь. При этом, она, вероятно, лишись чувств или умерла от страха; падая, она зацепилась саваном за какой-то железный крюк, торчавший из стены. Так и осталась он на месте, так и истлела стоя.

В 1810 году во Франции был случай погребения заживо, который красноречиво свидетельствует, что подлинные события воистину бывают удивительней вымыслов сочинителей. Героиней этой истории стала мадемуазель Викторина Лафуркад, юная девица из знатного семейства, богатая и на редкость красивая. Среди ее многочисленных поклонников был Жульен Боссюэ, бедный парижский litterateur* или журналист. Его таланты и обаяние пленили богатую наследницу, и она, кажется, полюбила его всем сердцем, но из сословного высокомерия она все же решилась отвергнуть его и отдать руку мсье Ренелю, банкиру и довольно известному дипломату. После свадьбы, однако, супруг тотчас к ней охладел и, вероятно, дурно с нею обращался. Прожив несколько лет в несчастном браке, она умерла - по крайней мере состояние ее было столь похоже на смерть, что ни у кого не возникло и тени сомнения. Ее похоронили, -но не в

* Литератор (фр.).

склепе, а в обыкновенной могиле близ усадьбы, где она родилась. Влюбленный юноша, терзаемый отчаяньем и Все еще волнуемый былой страстью, отправляется из столицы в далекую провинцию с романтическим намерением вырыть тело и взять на память чудесные локоны покойной. Он разыскивает могилу. В полночь он откапывает гроб и принимается уже состригать локоны, как вдруг его возлюбленная открывает глаза. Как оказалось, она была похоронена заживо. Жизнь не вполне покинула несчастную; ласки влюбленного пробудили ее от летаргии, ошибочно принятой за смерть. Он поспешил перенести ее в свою комнату на постоялом дворе. Обладая немалыми познаниями в медицине, он применил самые сильные укрепляющие лекарства. Наконец она ожила. Она узнала своего спасителя. Она оставалась с ним до тех пор, пока здоровье ее понемногу не восстановилось. Женское сердце не камень, и последний урок, преподанный любовью, смягчил его совершенно. Она отдала свое сердце Боссюэ. Она не вернулась к супругу, но, сохранив свое воскресение в тайне, уехала вместе с верным возлюбленным в Америку. Через двадцать лет оба вернулись во Францию, уверенные, что время достаточно изменило ее внешность и даже близкие ее не узнают. Однако они ошиблись: при первой же встрече мсье Ренель тотчас узнал супругу и потребовал, чтобы она к нему вернулась. Она отвергла его притязания, и беспристрастный суд решил дело в ее пользу, постановив, что в силу особых обстоятельств, а также за давностью времени супружеские права утрачены не только по справедливости, но и по букве закона.

Лейпцигский "Хирургический журнал" - весьма уважаемый и заслуживающий доверия печатный орган, Достойный того, чтобы кто-нибудь из американских издателей выпускал его в переводе на наш язык, - сообщает в последнем номере о подобном же прискорбном происшествии. Один артиллерийский офицер, человек огромного

роста и несокрушимого здоровья, был сброшен норовистой лошадью и сильно ушиб голову, отчего мгновенно лишился чувств; в черепе обнаружилась небольшая трещина, но врачи не видели прямой опасности для жизни. Трепанация черепа прошла успешно. Больному пустили кровь и пользовали его прочими обычными средствами. Но постепенно он впадал во все более глубокое оцепенение, и наконец казалось, наступила смерть.

Стояла жара; и его похоронили поспешно до неприличия где-то на общем кладбище. Похороны были в четверг. В ближайшее воскресенье многие, как обычно, пришли навестить могилы, и около полудня один крестьянин произвел сильное волнение, утверждая, что присел отдохнуть на могилу офицера и вдруг почувствовал сотрясение земли, словно покойник норовил встать из гроба. Поначалу его рассказу мало кто верил, но неподдельный ужас и твердая убежденность, с которыми он доказывал истинность своих слов, в ко нце концов возымели действие на толпу. Бросились за лопатами, в несколько минут раскопали могилу, такую мелкую, что стыдно было смотреть, и голова офицера предстала на свет. Казалось, он был мертв, но сидел скорчившись в гробу, крышку которого ему удалось приподнять отчаянным усилием.

Его тотчас отвезли в ближайшую больницу, где выяснилось, что он жив, хотя и лишился чувств от удушья. Через несколько часов он пришел в себя, стал узнавать знакомых и, путаясь в словах, рассказал о невыносимых страданиях, которые претерпел в могиле.

Судя по его рассказу, сознание теплилось в нем более часа после похорон, а затем он впал в беспамятство. Могила была наспех забросана рыхлой землей, так что оставался некоторый приток воздуха. Он услышал над головой топот множества ног и попытался привлечь к себе внимание. Как он объяснил, шум на кладбище пробудил его от мертвого сна, но, едва очнувшись, он сразу понял всю безысходность своего положения.

___________ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ _______

Сообщают, что больной уже поправлялся и был на пути к полному выздоровлению, но по вине шарлатанов пал жертвой медицинского опыта. Они применили гальваническую, батарею, и он скончался во время бурного приступа, вызванного, как это бывает, действием тока.

Поскольку речь зашла о гальванической батарее, мне вспомнился, кстати, широко известный и воистину поразительный случай, когда ее действие вернуло к жизни молодого лондонского стряпчего, два дня пролежавшего в могиле. Случай этот произошел в 1831 году и наделал в свое время немало шума.

Больной, мистер Эдвард Стэплтон, умер, по всей вероятности, от тифозной горячки с некоторыми странными симптомами, которые вызвали любопытство лечивших его врачей. После мнимой смерти врачи попросили у его близких согласия на посмертное вскрытие, но получили решительный отказ. Как это часто случается, они решили выкопать труп и тайно вскрыть его без помех. Не составляло труда сговориться с шайкой похитителей трупов, которых так много в Лондоне; и на третью ночь после похорон тело, которое считали мертвым, было вырыто из могилы глубиной в восемь футов и перенесено в секционную палату одной частной больницы.

Уже сделав изрядный надрез на животе, врачи обратили внимание на то, что тело ничуть не разложилось, и решили испробовать батарею. Опыт следовал за опытом без особого успеха, разве что в некоторых случаях судорожные подергивания более обыкновенного походили на движения живого организма.

Время истекало. Близился рассвет, и наконец решено было безотлагательно приступить к вскрытию. Но один из врачей непременно желал, проверить какую-то свою теорию и убедил всех подвергнуть действию тока одну из грудных мышц. Грубо рассекли кожный порок, кое-как присоединили проволоки; вдруг мертвец стремительным, но отнюдь не похожим

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

на судорогу движением соскользнул со тола на пол постоял немного, тревожно озираясь, и заговорил. Понять его слова не удалось; и все же это, безусловно были слова, - некое подобие членораздельной речи. Умолкнув, он тяжело рухнул на пол.

Сначала все оцепенели от ужаса - но медлить было нельзя, и врачи вскоре овладели собой. Оказалось, что мистер Стэплтон жив, хотя и в глубоком обмороке. С помощью эфира его привели в чувство, а через несколько времени он совсем воскрес и мог вернуться к своим близким, от которых его воскресение скрывали до тех пор, пока не перестали опасаться повторного приступа. Их восторг, их радостное удивление нетрудно себе представить.

Но самое потрясающее во всей истории - это свидетельство самого мистера С. Он уверяет, что ни на миг не впадал в полное беспамятство, что смутно и туманно он сознавал все происходящее с той минуты, как врачи объявили его мертвым, и вплоть до того времени, когда он лишился чувств в больнице. "Я жив", - таковы были невнятные слова, которые он в отчаянье пытался вымолвить, поняв, что попал в мертвецкую.

Мне нетрудно было бы рассказать еще много подобных историй, но я полагаю это излишним - ведь и без того не остается сомнений, что людей в самом деле хоронят заживо. И если учесть, как редко, в силу своего характера, такие случаи становятся нам известны, мы вынуждены будем признать, что они, вероятно, часто происходят неведомо для нас. Право же, едва ли не всякий раз, как землекопам случается работать на кладбище, скелеты обнаруживают в таких позах, что возникают самые ужасные подозрения.

Но как ни ужасны подозрения, несравненно ужасней участь самих несчастных! Можно с уверенностью сказать, что никакая иная судьба не уготовила человеку столь безысходные телесные и душевные муки, как погребение заживо. Невыносимое стеснение в

груди, удушливые испарения сырой земли, холодные объятия савана, давящая теснота последнего жилища, мрак беспросветной Ночи, безмолвие, словно в пучине моря, незримое, но осязаемое присутствие Червя-Победителя - все это и вдобавок мысли о воздухе и зеленой траве над головой, воспоминания о любимых друзьях, которые поспешили бы на помощь, если бы только узнали о твоей беде, и уверенность, что этого им никогда не узнать, что ты обречен навеки покоиться среди мертвецов, - все это, говорю я вам, исполняет еще трепещущее сердце леденящим и нестерпимым ужасом, перед которым отступает самое смелое воображение. Нам не дано изведать таких страданий на Земле - мы не в силах представить себе ничего подобного даже на дне Преисподней. Вполне понятно, что рассказы об этом вызывают глубочайший интерес; однако же интерес этот, под влиянием благоговейного ужаса перед самой темой, оправдывается исключительно нашим убеждением в истинности самих рассказов. То, что мне предстоит описать далее, я знаю доподлинно все это я пережил и испытал на себе.

Несколько лет подряд меня терзали приступы таинственной болезни, которую врачи условно называют каталепсией, так как не находят для нее более точного определения. Хотя не только прямые и косвенные причины, но даже самый диагноз этой болезни остается загадкой, внешние симптомы изучены достаточно хорошо. Формы ее, видимо, отличаются друг от друга лишь своей тяжестью. Иногда больной лежит всего День или того меньше, погруженный в глубочайшую летаргию. Он теряет сознание и не может пошевелиться, но в груди прослушиваются слабые биения сердца. Тело хранит едва ощутимую теплоту; на скулах еще заметны следы румянца, приложив к губам зеркало, можно обнаружить редкое, неровное, прерывистое дыхание. Иногда же оцепенение длится неде"м - и даже месяцы; при этом самое пристальное наблюдение, самые тщательные медицинские анализы

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

не выявят никакой осязаемой разницы между подобным приступом и тем необратимым состоянием, которое называют смертью. От погребения заживо такого больного обычно спасают друзья, которые знают о его подверженности каталепсии и, естественно, начинают подозревать неладное, в особенности, если нет признаков распада. По счастью, болезнь развивается постепенно. Первые же ее проявления, хоть и скрытые, не оставляют сомнений. С каждым разом приступы становятся все сильней и длительней. В этом главная гарантия от погребения. Несчастный, с которым сразу случится тяжелый припадок, как это порой бывает, почти неизбежно обречен заживо лечь в могилу.

Моя болезнь не отличалась сколько-нибудь заметно от случаев, описанных в медицинской литературе. Иногда, безо всякой видимой причины, я мало-помалу впадал в полуобморок или в полубесчувствие; и в этом состоянии, не испытывая боли, утратив способность шевелиться и, в сущности, даже думать, но смутно сознавая в летаргическом сне, что я жив и меня окружают люди, я пребывал до "тех пор, пока не наступал кризис, который внезапно возвращал меня к жизни. Иногда же недуг одолевал меня бурно и стремительно. Я чувствовал дурноту, скованность, холод во всем теле, головокружение и падал замертво. После этого целые недели меня окружали пустота, мрак, безмолвие, и весь мир превращался в Ничто. Я погружался в полнейшей небытие. Но чем быстрей наступали такие припадки, тем медленней я приходил в себя. Подобно тому, как брезжит рассвет для одинокого, бесприютного нищего, который бродит по улицам в долгую и глухую зимнюю ночь, - так же запоздало, так же томительно, так же радостно возвращался ко мне свет Души.

Но помимо этой наклонности к оцепенению, в остальном здоровье мое не пошатнулось; чувствовал я себя вполне хорошо - если не считать болезненного расстройства обычного сна. Просыпаясь я не вдруг

приходил в себя и на время оказывался во власти самого нелепого смятения; в такие минуты все мои умственные способности, и в особенности память, отказывались мне служить.

Я не испытывал никаких телесных страданий, но душа моя изнывала от мук. Воображение рисовало мне темные склепы. Я без конца говорил "об эпитафиях, гробницах и червях". Я предавался бредням о смерти, и навязчивый страх перед погребением заживо терзал меня неотступно. Зловещая опасность, нависшая надо мной, не давала мне покоя ни днем, ни ночью. Днем мне было невыносимо думать о ней, ночью же это превращалось в настоящую пытку. Когда грозный Мрак поглощал Землю, я трепетал при одной мысли об этом - трепетал, как легкие перья на катафалке. Когда же самое мое Естество изнемогало от бессонницы, я смыкал глаза лишь после долгой внутренней борьбы, - так страшило меня предчувствие, что я проснусь в могиле. И едва я погружался в сон, меня тотчас обступал мир призраков, над которыми витал, распластав широкие, черные, чудовищные крылья, тот же вездесущий Дух смерти.

Кошмары, душившие меня, во мне, были неисчислимы, но здесь я упомяну лишь об одном видении. Мне приснилось, будто я впал в каталептическое состояние, которое было длительнее и глубже обычного. Вдруг ледяная рука коснулась моего лба и тревожный дрожащий голос шепнул мне на ухо: "Встань!"

Я сел. Вокруг была непроглядная тьма. Я не мог видеть того, кто меня разбудил. Я не помнил ни времени, когда впал в оцепенение, ни места, где это случилось. Я не двигался и пробовал собраться с мыслями, а хладная рука меж тем исступленно стиснула мое запястье, встряхивая меня в нетерпении, и Дрожащий голос повторил:

- Восстань! Разве не повелел я тебе восстать от сна?

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

- Но кто ты? - спросил я. - Там, -где я обитаю, у меня нет имени, - печально отвечал голос. Некогда я был смертным ныне я дух. Некогда я был беспощаден, ныне я исполнен милосердия. Ты чувствуешь, я дрожу. Я взываю к тебе, а зубы мои стучат, но отнюдь не от хлада ночи - ночи, что пребудет во веки веков. Ибо мерзость сия мне противна. Как можешь ты безмятежно спать? Мне не дает покоя глас предсмертных мучений. Видеть это превыше моих сил. Восстань! Ступай за мной в бездну Ночи, и я разверзну пред тобой могилы. Это ли не юдоль скорби?.. Воззри!

Я вгляделся; и волею невидимого, который все еще сжимал мое запястье, предо мною отверзлись все могилы на лице земли, и каждая источала слабый фосфорический свет, порожденный тлением, так что взор мой проникал в сокровенные глубины и различал тела, закутанные в саваны, печально и торжественно опочившие среди могильных червей. Но увы! Не все они уснули беспробудным сном, на много миллионов больше было других, не усопших навек; и происходили слабые борения; и отовсюду возносился безутешный ропот; и из глубин несчетных могил исходил унылый шелест погребальных покровов; и я увидел, что многие, казалось бы, покоящиеся в мире, так или иначе изменили те застывшие позы, в которых их предали земле. Я все смотрел, а голос шепнул снова:

- Это ли... Ах, это ли не юдоль скорби? Но прежде чем я успел вымолвить хоть слово, хладная рука выпустила мое запястье, фосфорические огни погасли и земля сомкнулась над могилами, а оттуда вырвался все тот же отчаянный вопль:

- Это ли... О Господи, это ли, воистину, не юдоль скорби?

Кошмары, отравлявшие мой сон по ночам, часто мучили меня и наяву. Нервы мои совершенно расстроились, и я стал жертвой неотступных страхов. Я не решался ни ездить верхом, ни ходить, лишил себя

прогулок и безвыходно сидел дома. Словом, я не смел даже на короткое время расстаться с людьми, которые знали о моей подверженности каталепсии, из опасения, что со мной случится припадок и меня, не долго думая, предадут могиле. Я не доверял заботам и преданности ближайших своих друзей. Я боялся, как бы во время затяжного приступа их не убедили в том, что меня невозможно вернуть к жизни. Мало того, я опасался, что доставляю им слишком много хлопот и при первом же длительном припадке они будут только рады избавиться от меня навсегда. Тщетно пытались они успокоить меня самыми торжественными заверениями. Я требовал священных клятв, что меня похоронят лишь после того, как явные признаки распада сделают дальнейшее промедление немыслимым. Но все равно, объятый смертным страхом, я был глух к гласу разума и не знал покоя. Я придумал множество хитроумных предосторожностей. Между прочим, я распорядился так перестроить семейный склеп, чтобы его можно было с легкостью открыть изнутри. От малейшего нажима на длинный рычаг, выведенный далеко в глубину гробницы, железные двери тотчас распахивались. Были сделаны отдушины, пропускавшие воздух и свет, а также удобные хранилища для пищи и воды, до которых можно было свободно дотянуться из уготованного для меня гроба. Самый гроб был выстлан изнутри мягкой и теплой обивкой, и крышку его снабдили таким же приспособлением, что и двери склепа, с пружинами, которые откидывали ее при малейшем движении тела. Кроме того, под сводом склепа был подвешен большой колокол, и веревку от него должны были пропустить через отверстие в гробу и привязать к моей руке. Но увы! Что толку в предусмотрительности пред волей Судьбы? Даже эти хитроумные устройства не могли избавить от адских мук погребения заживо несчастного, который был на них обречен! Настал срок - как случалось уже не раз - когда

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

среди полнейшего бесчувствия во мне забрезжили первые, еще слабые и смутные проблески бытия. Медленно - черепашьим шагом - растекался в моей душ тусклый, серый рассвет. Смутное беспокойство. Безучастность к глухой боли. Равнодушие.. безнадежность... упадок сил. И вот, долгое время спустя звон в ушах; вот, спустя еще дольше, покалывание или зуд в конечностях; вот целая вечность блаженного покоя, когда пробуждающиеся чувства воскрешают мысль; вот снова краткое небытие; вот внезапный возврат к сознанию. Наконец, легкая дрожь век и тотчас же, словно электрический разряд, ужас, смертельный и необъяснимый, от которого кровь приливает к сердцу. Затем - первая сознательная попытка мыслить. Первая попытка вспомнить. Это удается с трудом. Но вот уже память настолько обрела прежнюю силу, что я начинаю понимать свое положение. Я понимаю, что не просто пробуждаюсь от сна. Я вспоминаю, что со мной случился приступ каталепсии. И вот наконец мою трепещущую душу, как океан, захлестывает одна зловещая Опасность - одна гробовая, всепоглощающая мысль.

Когда это чувство овладело мною, я несколько минут лежал недвижно. Но почему? Просто у меня недоставало мужества шевельнуться. Я не сме^ сделать усилие, которое обнаружило бы мою судьбу -- и все же некий внутренний голос шептал мне, что сомнений нет. Отчаянье, перед которым меркну; все .прочие человеческие горести, - одно лишь отчаянье заставило меня, после долгих колебаний, прл.пи,цнять тяжелые веки. И я приподнял их. Вокруг была тьма - кромешная тьма. Я знал, что приступ чрошел. Знал, что кризис моей болезни давно пг.-.а^и. Знал, что вполне обрел способность видеть - ' т,св же вокруг была тьма, кромешная тьма, сплоиш . и непроницаемый мрак Ночи.

Я попытался крикнуть; мои губы и запекшийся язык дрогнули в судорожном усилии -но я не исторг ни звука из своих бессильных легких, которые

изнемогали, словно на них навалилась огромная гора, и трепетали, вторя содроганиям сердца, при каждом тяжком и мучительном вздохе.

Когда я попробовал крикнуть, оказалось, что челюсть у меня подвязана, как у покойника. К тому же я чувствовал под собою жесткое ложе; и нечто жесткое давило меня с боков. До того мгновения я не смел шевельнуть ни единым членом - но теперь я в отчаянье вскинул кверху руки, скрещенные поверх моего тела. Они ударились о твердые доски, которые оказались надо мною в каких-нибудь шести дюймах от лица. У меня более не оставалось сомнений в том, что я лежу в гробу.

И тут, в бездне отчаянья, меня, словно ангел, посетила благая Надежда - я вспомнил о своих предосторожностях. Я извивался и корчился, силясь откинуть крышку: но она даже не шелохнулась. Я ощупывал свои запястья, пытаясь нашарить веревку, протянутую от колокола: но ее не было. И тут АнгелУтешитель отлетел от меня навсегда, и Отчаянье, еще неумолимей прежнего, всторжествовало вновь; ведь теперь я знал наверняка, что нет мягкой обивки, которую я так заботливо приготовил; и к тому же в ноздри мне вдруг ударил резкий, характерный запах сырой земли. Оставалось признать неизбежное. Я был не в склепе. Припадок случился со мной вдали от дома, среди чужих людей, как и как, я не мог вспомнить; и эти люди похоронили меня, как собаку, заколотили в самом обыкновенном гробу, глубоко закопали на веки вечные в простой, безвестной могиле.

Когда эта неумолимая уверенность охватила мою душу, я вновь попытался крикнуть; и крик, вопль, исполненный смертного страдания, огласил царство подземной ночи.

- Эй! Эй, в чем дело? - отозвался грубый голос. - Что еще за чертовщина! - сказал другой голос. - Вылазь! - сказал третий.

- С чего это тебе взбрело в башку устроить кошачью музыку? - сказал четвертый; тут ко мне

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

пом подступили какие-то головорезы злодейского вида и бесцеремонно принялись меня трясти. Они не разбудили меня - я уже проснулся, когда крикнул, - но после встряски память вернулась ко мне окончательно.

Дело было неподалеку от Римонда, в Виргинии. Вместе с одним другом я отправился на охоту, и мы прошли несколько миль вниз по Джеймс-Ривер. Поздним вечером нас застигла гроза. Укрыться можно было лишь в каюте небольшого шлюпа, который стоял на якоре с грузом перегноя, предназначенного на удобрение. За неимением лучшего нам пришлось заночевать на борту. Я лег на одну из двух коек, - можете себе представить, что за койки на шлюпе грузоподъемностью в шестьдесят или семьдесят тонн. На моей койке не было даже подстилки. Ширина ее не превышала восемнадцати дюймов. И столько же было от койки до палубы. Я с немалым трудом втиснулся в тесное пространство. Тем не менее спал я крепко; и все, что мне привиделось - ведь это не было просто кошмарным сном, - легко объяснить неудобством моего ложа, обычным направлением моих мыслей, а также тем, что я, как уже было сказано, просыпаясь, не мог сразу прийти в себя и подолгу лежал без памяти. Трясли меня матросы и наемные грузчики. Запах земли исходит от перегноя. Повязка, стягивавшая мне челюсть, оказалась шелковым носовым платком, которым я воспользовался взамен ночного колпака.

И все же в ту ночь я пережил такие страдания, словно меня в самом деле похоронили заживо. Это была ужасная, немыслимая пытка; но нет худа без добра, и сильнейшее потрясение вызвало неизбежный перелом в моем рассудке. Я обрел душевную силу - обрел равновесие. Я уехал за границу. Я усердно занимался спортом. Я дышал вольным воздухом под сводом Небес. Я и думать забыл о смерти. Я выкинул вон медицинские книги. Бьюкена я сжег. Я бросил читать "Ночные мысли" - всякие кладбищенские

страсти, жуткие истории, вроде этой. Словом, я сделался совсем другим человеком и начал новую жизнь. С той памятной ночи я навсегда избавился от страхов перед могилой, а с ними и от каталепсии, которая была скорее их следствием, нежели причиной.

Бывают мгновения, когда даже бесстрастному взору Разума печальное Бытие человеческое представляется подобным аду, но нашему воображению не дано безнаказанно проникать в сокровенные глубины. Увы! Зловещий легион гробовых ужасов нельзя считать лишь пустым вымыслом; но, подобные демоны, которые сопутствовали Афрасиабу в его плавании по Оксусу, они должны спать, иначе они растерзают вас, - а мы не должны посягать на их сон, иначе нам не миновать погибели.

Опасности погребения заживо подвергались люди, находящиеся в состоянии летаргии. Факты преждевременного погребения мнимых покойников нашли отражение в персидском фольклоре. Вот одна из таких историй:

"У одного чиновника неожиданно умерла жена. Ее уложили на погребальные носилки, и несколько человек вместе с мужем стали спускаться вниз со второго этажа. На третьей ступеньке один из тех, кто держал на плече погребальные носилки, поскользнулся и упал. Носилки свалились, а жена чиновника от сильного сотрясения очнулась и вернулась в этот мир. После этого случая она прожила еще. десять лет. Потом скончалась. Муж снова проделал все, как раньше: ее уложили на погребальные носилки и понесли. Когда стали спускаться и дошли до третьей ступеньки, то муж положил руку на плечо того человека, который когда-то поскользнулся, и шепнул ему:

- Гляди в оба, третья ступенька, не поскользнись!"

Х Несмотря на весь комизм этой ситуации, не подлежит сомнению, что явление летаргического сна было хорошо известно в персидскому быту. Ведь анекдоты

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

создаются на основе распространенных бытовых случаев, это пусть доведенные до абсурда, но все же типичные ситуации.

Общественный интерес к проблеме погребения заживо нашел свое отражение в широко распространенной английской "легенде о стонущей монахине". Существует множество различных ее вариантов, но сюжет в основе своей неизменен: монашку, нарушившую обет целомудрия, живьем замуровывают в монастырскую стену, и призрак ее, выйдя из неосвященной "могилы", пускается в бесконечное странствие, тщетно пытаясь обрести пристанище. Между тем известно, что после указа Генриха Восьмого о роспуске монастырей многие их бывшие обитатели действительно нашли свой последний приют в стенах близлежащих домов, разумеется, уже после своей естественной смерти. Не тут ли кроется по крайней мере один из возможных источников этой легенды?

Что же явилось причиной смерти Родерика - живая ли женщина, выбравшаяся из склепа, мстительный ли дух, покинувший тело, погибшее от удушья, или, быть может, галлюцинация, порожденная его раскаянием и страхом? Автор, в лучших традициях "черной литературы", оставляет за читателем право самому выбрать ответ.

Такие факты, безусловно, внушали непреодолимый ужас, и людей, очнувшихся после летаргического сна, почитали за представителей дьявольского мира и старались как можно скорее от них избавиться. Наиболее радикальным средством считалось вогнать осиновый кол в грудь такому ожившему покойнику.

Как в Ветхом, так и в Новом Завете имеется огромное число примеров воскрешения умерших Так, пророк Илия воскресил умершего сына вдовы. Другой ветхозаветный пророк, Елисей, воскресил сына ^ла;очестивой Самаритянки: "И вошел Елисей в д>м. и вот, ребенок умерший лежит на постели его. ...И поднялся и лег над ребенком, и приложил свои устг к его устам, и свои глаза к его глазам, и свои ладе ли

к его ладоням, и простерся на нем, и согрелось тело ребенка. ...И чихнул ребенок раз семь, и открыл ребенок глаза свои". Действия пророка Елисея здесь напоминают оказание первой медицинской помощи находящимся в глубоком обмороке или летаргии. Даже после смерти он сумел воскресить умершего, труп которого, брошенный в могилу Елисея, коснулся его костей, и покойник сразу же ожил.

Еще больше эпизодов воскрешения умерших встречается "в Новом Завете. Воскрешение умерших становится обязательным атрибутом чудес Иисуса Христа: "...слепые прозревают, хромые ходят, прокаженные очищаются, глухие слышат, мертвые воскресают, нищие благовествуют".

В трех Евангелиях из четырех канонических рассказывается о воскрешении девицы: "И когда пришел Иисус в дом и увидел свирельщиков и народ в смятении, сказал им: выйдите вон, ибо не умерла девица, но спит. И смеялись над Ним. Когда же народ был выслан, Он, войдя, взял ее за руку, и девица встала. И разнесся слух о сем по всей земле той".

В Евангелии от Луки рассказывается о воскрешении Иисусом сына вдовы из города Наина: "Когда же Он приблизился к городским воротам, тут выносили умершего, единственного сына у матери, а она была вдова; и много народа шло с нею из города. Увидев ее, Господь сжалился над нею и сказал ей: не плачь. И, подойдя, прикоснулся к одру; несшие остановились, и Он сказал: Юноша! Тебе говорю, встань! Мертвый, поднявшись, сел, и стал говорить; и отдал его Иисус матери его".

В Деяниях апостолов приводится эпизод воскрешения апостолом Петром в городе Иоппии (сейчас это города Яффа) молодой девушки: "В Иоппии находилась одна ученица, именем Тавифа, что значит: "серна"... Случилось в те дни, что она занемогла и умерла. Ее омыли и положили в горнице. А как Лидда была близ Иоппии, то ученики, услышав, что Петр

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

находится там, послали к нему двух человек просить, чтобы он не замедлил придти к ним. ...Петр выслал всех вон и, преклонив колени, помолился, и, обратившись к телу, сказал: Тиавифа, встань. И она открыла глаза свои и, увидев Петра, села. Он, подав ей руку, поднял ее, и поставил ее перед ними живою".

Все эпизоды воскрешения умерших как в Ветхом, так и в Новом Завете имеют несколько общих черт, интересных для нашего рассказа. Во-первых, все мнимо умершие являлись молодыми людьми. Так, дочери Иаира, согласно сообщениям Луки и Марка, было двенадцать лет. Точный возраст других не указывается, но так как их именуют отрок, девица, сын вдовы, то понятно, что речь идет о подростках, юношах и девушках. Значит, смерть их не могла быть естественной. Во-вторых, не говорится о каких-либо несчастных случаях, травмах, ранах, эпидемических болезнях. В-третьих, сами целители расценивают их состояние не как смерть, а как сон - "не умерла девица, но спит". В-четвертых, не упоминается ни о каких признаках тления, нет косвенных указаний на наличие трупных явлений. В-пятых, во всех эпизодах Библии время от наступления смерти до воскрешения очень незначительно, в пределах одного дня, так как по иудейским законам погребение должно быть осуществлено в день смерти, если только этот день не был праздничным. Все это дает основания предположить, что мы в данном случае имеем древнейшие свидетельства о летаргическом сне.

Но из однотипной по своим признакам цепи эпизодов воскрешения мертвых в Ветхом и Новом Навете выпадает один, наиболее известный, наиболее часто отражаемый в произведениях искусства и литературы - воскрешение Лазаря. Даже лечебные учреждения называют именем Лазаря - лазареты.

"Во всей жизни Христа не было более важного события, чем воскрешения Лазаря", - писал оригинальный русский мыслитель Н. Ф. Федоров. Чем же воскрешение Лазаря отличается от воскрешения

Христом дочери Иаира и сына вдовы наинской? Почему этот эпизод стоит особняком в прочем ряду чудес?

Для начала напомним евангельский сюжет. Лазарь был братом Марии и Марфы, верных последовательниц Христа. Именно Мария, сестра Лазаря, в свое время помазала ноги пришедшего к ней в дом Иисуса миром и вытерла своими волосами. Когда Лазарь умер, Иисуса не было в Иудее, он находился за Иорданом. Услышав о болезни Лазаря, он сразу же поспешил в Вифани, селение, где тот жил, в 15 стадиях (примерно в 45 км) от Иерусалима. Когда Иисус пришел, Лазарь уже четыре дня как был в гробнице. В Иудее гробницы делались в пещерах, вход в которые заваливали камнем. Иисус приказал отодвинуть камень от входа, но Марфа остановила его: "Господи! уже смердит; ибо четыре дня, как он во гробе". Но камень все-таки отодвинули, и Иисус "воззвал громким голосом: Лазарь! иди вон. И вышел умерший, обвитый по рукам и ногам погребальными пеленами, и лицо его обвязано было платком Иисус говорит им: развяжите его, пусть идет".

Этот рассказ о воскрешении, в отличие от предьвдущих, мы никак не можем связать с явлениями летаргии, так как здесь недвусмысленно говорится о трупных явлениях ("уже смердит"), что является достоверным признаком действительной, а не мнимой смерти. К тому же с момента наступления смерти прошло уже четыре дня, произошли необратимые процессы. Журналист Б. Дедюхин в статье "Сердца сокрушенных", посвященной описанию жизни современных русских монастырей, пишет: "Если поверить в то, что воскрешение Лазаря- - факт исторический, то ведь это может полностью перевернуть в человеке все представления о жизни и смерти".

Итак, нам остается признать, что воскрешение Лазаря нельзя объяснить с точки зрения науки и ^едует отнести к чудесам.

ВОЭВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

ОПЫТ СМЕРТИ

Развитие реаниматологии и интенсивной терапии в последние десятилетия позволило вернуть к жизни огромное число ранее считавшихся безнадежными больных. Благодаря этому у многих тысяч людей, выведенных врачами из состояния клинической смерть, появилось то, что принято называть "опытом смерти". Оттуда, из-за казавшейся незыблемой черты, отделявшей жизнь от смерти, возвращались люди и рассказывали о своих ощущениях.

В середине 80-х годов нашего века список бестселлеров США возглавила книга "Жизнь после жизни" американского врача Раймонда Моуди, в которой им проанализированы поразительные свидетельства 150 людей, переживших состояние клинической смерти. "Описания столь сходны, столь живы и непреодчлимо достоверны, что они могут навсегда изменить взгляд человечества на смерть, жизнь и посмертное существование души", писал журнал "Америка" в июне 1889 года.

В своей книге доктор Моуди выводит типичную схему клинической смерти: при наступлении смерти (х-льной успевает услышать слова врача, констатирующего летальный исход, затем слышит непривычный шум, громкий звон и жужжание и чувствует, что с большой скоростью несется сквозь длинный черный туннель. После этого он внезапно обнаруживает себя вне своего физического тела, видит свет; перед ним проходит вся жизнь; к нему приходят души других людей, чтобы встретить и помочь ему, он узнает в некоторых случаях своих друзей или умерших родителей, и перед ним появляется светящееся существо, от которого исходит такая любовь и душевная теплота, какой он никогда не встречал. Затем он чувствует приближение границы, из-за которой возврата ужб не будет, и... возвращается к жизни.

Затронутая Раймондом Моуди тема тут же нашлз энтузиастов. Доктор психологии Кеннет Ринг

дил целую экспедицию по клиникам штата Коннектикут. Итоги тринадцатимесячных исследований показали: феномен существует и не связан с какой-либо патологией. Ни интоксикация, ни сновидения, ни галлюцинации здесь ни при чем. Проанализировав 102 случая клинической смерти, доктор Ринг констатировал 60 процентов больных испытали непередаваемое чувство покоя, 37 процентов парили над собственным .телом, 26 - помнят различные панорамные виденья, 23 - входили в туннель, шлюз, мешок, колодец или погреб, 16-до сих пор восторгаются чарующим светом, 8 процентов утверждают, что встречались с умершими родственниками. Показания всегда совпадают, будь то пациенты из США, стран Европы или из Бурунди; атеисты, христиане или буддисты; считают ли они свет природным явлением или божественной благодатью - все рассказывали одни и те же вещи.

Большинство комментаторов книги Р. Моуди и статей его последователей единодушно заявляют - эта книга открывает новую страницу в познании человеком самого себя, она доказывает, что жизнь человека не прекращается со смертью тела и, следовательно, укрепляет веру в существование загробного мира.

Р. Моуди написал продолжение своей знаменитой книги, где собраны новые сведения об околосмертном опыте,

Р. А. Моуди РАЗМЫШЛЕНИЯ О ЖИЗНИ ПОСЛЕ ЖИЗНИ

Со времени опубликования книги "Жизнь после жизни" я имел возможность расспросить еще мкэжество людей, имеющих околосмертный опыт. Как и "Режде, в их рассказах можно выделить пятнадцать общих элементов. В дополнение ко всему мне встретилось и несколько новых необычных переживаний.

Свой рассказ я хотел бы начать с разговора об ^^ментах околосмертного опыта.

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

Невыразимость

События, пережитые теми, кто непосредственно приблизился к смерти, лежат настолько вне человеческого опыта, что испытавшие их все как один характеризуют свой опыт как не поддающийся описанию, то есть "невыразимый". Одна женщина в сжатой форме сообщила так:

- Для меня настоящая проблема попытаться вам сейчас это объяснить. Потому что все слова, которые я знаю, являются трехмерными. В то же время, когда я это переживаю, я не перестаю думать: ну вот, когда я проходила геометрию, меня учили, что существует только три измерения, и я всегда этому верила. Но это неверно. Их больше. Да, конечно, наш мир, тот, в котором мы живем сейчас, трехмерный, но мир иной определенно не трехмерен. И именно поэтому так трудно рассказать вам обо всем случившемся. Я должна описывать это в словах, которые являются трехмерными. Это наилучший способ объяснить, что я имею в виду, но и это объяснение неадекватно. Практически я не могу вам передать полную картину.

Способность слышать происходящее

Многие говорили, что они слышали, как врачи или другие присутствовавшие признавали их умершими. Одна женщина сообщила следующее:

- Я находилась в больнице, но врачи не могли установить, что со мной, поэтому доктор Джеймс, мой врач, направил меня вниз, к рентгенологу, чтобы сделать снимок печени и выяснить, в чем дело. Вначале препарат, который должны были ввести, проверили на моей руке, так как я подвержена аллергии к медикаментам. Но реакции не было, после чего мне стали вводить этот препарат. Однако после его введения у меня остановилось сердце. Я слышала, как рентгенолог, работавший со мной, подошел к телефону,

брал номер и очень четко сказал: "Доктор Джеймс, я убил вашу пациентку - миссис Марвин". Но я-то знала, что я не умерла, поэтому пыталась шевельнуться или дать им знать, но не могла. Они решили реанимировать меня. Я слышала, как они обсуждали, сколько кубиков чего-то мне ввести, но не чувствовала уколов от иглы. Я совсем ничего не чувствовала, когда ко мне прикасались...

Молодой человек, которого сочли мертвым после автомобильной катастрофы, рассказывал:

- Я слышал, как одна женщина, находящаяся там, говорила: "Он мертв". И кто-то еще ответил: "Да, он мертв". Сообщения такого типа подтверждаются врачами И всеми присутствующими. Так, например, один врач мне сказал:

- У моей пациентки остановилось сердце как раз перед тем, как я и еще один хирург должны были ее оперировать. Я находился в этот момент рядом и видел, как ее зрачки расширились. В течение некоторого времени мы пытались вернуть ее к жизни, но безуспешно, и я сказал другому врачу, работавшему вместе со мной:

- Давай попробуем еще раз и после этого прекратим.

На этот раз ее сердце начало биться, и она пришла в себя. Позже я спросил ее, что она помнит о своей смерти. Она ответила, что не помнит почти ничего, кроме моих слов: "Давай попробуем еще раз и после этого прекратим".

Ощущение мира и покоя

Многие люди описывают исключительно приятные ощущения и чувства на ранних стадиях своего опыта. Один человек, не проявлявший никаких признаков Жизни после тяжелой травмы, рассказал следующее: В момент травмы я ощутил внезапную боль, но

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

затем она исчезла. У меня было такое ощущение, словно я парю в воздухе, в темном пространстве. День был очень холодным, однако, когда я находился в этой темноте, мне было тепло и приятно, как никогда. Помню, что я подумал: "Наверное, я умер".

Женщина, которую вернули к жизни после сердечного приступа, сообщает:

- Я начала испытывать совершенно необычайные ощущения. Я не чувствовала ничего, кроме мира, облегчения, покоя. Я обнаружила, что все мои тревоги исчезли, и я подумала про себя: "Как покойно, хорошо и нет никакой боли". Другой человек вспоминает:

- У меня было огромное ощущение одиночества и мира. Оно было прекрасно.

Участник вьетнамской войны, который "умер" от ранения, рассказывает, что в момент ранения он испытал чувство "огромного облегчения". Боли не было никакой, и он не чувствовал себя никогда таким свободным. "Мне было легко, и все было хорошо".

Шум

Во многих сообщениях упоминаются всякого рода необычайные слуховые ощущения в момент смерти или перед этим. Иногда они крайне неприятны. Вот ощущения, данные человеком, который 20 минут был "мертв" во время полостной операции:

- .Очень неприятный жужжащий звук, шедший изнутри моей головы. Он очень раздражал меня. Я никогда не забуду этого шума...

Молодая женщина, которая чуть было не умерла от внутреннего кровоизлияния, связанного с нарушением свертываемости крови, говорит, что в момент коллапса она услышала какую-то музыку, величественную и прекрасную.

Темный туннель

Часто одновременно с шумовым эффектом у людей возникает ощущение движения с очень большой скоростью через какое-то пространство. Для описания этого пространства используется множество различных выражений. Мне приходилось слышать, что его рассматривали как пещеру, колодец, то есть, как нечто сквозное, некое замкнутое пространство, туннель, дымоход, вакуум, пустоту, стоячую трубу, долину, цилиндр. Хотя люди в этом случае пользуются различной терминологией, ясно, что они все пытаются выразить одну и ту же мысль. Рассмотрим два рассказа, в которых четко выражена идея туннеля.

- Это случилось со мной, когда я был мальчиком девяти лет. Двадцать семь лет назад. Но это было так поразительно, что я никогда не забуду. Однажды я сильно заболел и меня срочно отправили в больницу. Когда меня привезли, врачи должны были дать мне наркоз, почему - не знаю. В те времена пользовались эфиром. Мне положили тампон к носу, и после этого, как мне потом рассказывали, мое сердце перестало биться. В тот момент я не знал, что случилось со мной, но, во всяком случае, когда это произошло, у меня были определенные ощущения. Первое, что я помню, был звенящий очень ритмичный шум. Затем я двигался - вы можете считать это чем-то сверхъестественным - через длинное темное пространство. Оно было похоже на канализационную трубу или нечто подобное. Я просто не могу вам этого описать. Я Двигался и все время слышал этот звенящий шум...

Человек, бывший настолько близко к смерти, что его зрачки расширились, а тело стало остывать, сообщает: - Я был в совершенно темной пустоте. Это трудно °°^^нить, но я почувствовал, что я словно двигаюсь ° вакууме. Однако я все сознавал. Я чувствовал себя ^к, будто я нахожусь в цилиндре, не содержащем ^оздуха. Это было странное ощущение, будто нахо^^ъся наполовину здесь, а наполовину еще где-то...

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

Мужчина, который "умирал" несколько раз от тяжелых ожогов и травм от падения, говорит:

- Я находился в шоке около недели. И в это время совершенно неожиданно ушел в темную пустоту. Казалось, я провожу там длительное время, паря и кувыркаясь в пространстве. Я был настолько захвачен этой пустотой, что просто не мог думать ни о чем другом.

Один человек, до того как пережил свой опыт, который произошел с ним в детстве, боялся темноты. Однако после остановки сердца, вызванной сильными травмами во время велосипедной аварии, он рассказал следующее:

- Было ощущение, что я двигаюсь через глубокую, черную долину. Темнота была такой непроницаемой, что я не видел абсолютно ничего. Но это было самое чудесное, свободное от тревог состояние, какое только можно себе представить...

Внетелесные ощущения

Общеизвестно, что большинство из нас отождествляют себя со своим телом. Мы, конечно, признаем, что у нас есть также и разум, но большинству разум представляется чем-то значительно более эфемерным, чем тело. Разум, в конечном счете, может быть не чем иным, как результатом электрических и химических процессов, происходящих в мозгу, который в свою очередь составляет часть физического тела. Многие люди просто не могут себе представить, что могут существовать в каком-либо ином состоянии, вне физического тела, к которому они привыкли.

До своего опыта смерти люди, с которыми я беседовал, не отличались по своему отношению к этому вопросу от обычного среднего человека. Именно поэтому умирающий бывает предельно изумлен, когда, пройдя через "туннель", обнаруживает, что смотрит на свое физическое тело извне, как посторонний на'

блюдатель. Он видит людей и события происходящими как бы на сцене или в кино.

Вот рассказы о случаях подобного сверхъестественного пребывания вне тела.

- Когда мне было семнадцать лет, мы вместе с моим братом работали в Луна-парке. Как-то днем мы решили поплавать. С нами было еще несколько молодых людей. Кто-то предложил: "Давайте переплывем озеро". Я хорошо плавал. Но в тот день почему-то стал тонуть почти на самой середине озера. Я барахтался, то опускаясь, то поднимаясь, и вдруг почувствовал, что нахожусь вдали от своего тела, вдали от всех, как бы сам по себе. Хотя я не двигался, находясь все время на одном уровне, я видел, как мое тело, находящееся в воде на расстоянии трех или четырех футов, то опускалось, то поднимались. Я видел свое тело со спины и немного справа. В то же время я чувствовал, что у меня все еще есть какаято телесная оболочка, хотя я и был вне своего тела. У меня было ощущение легкости, которое почти невозможно описать. Я казался себе перышком... Один юноша сообщил мне: - Это случилось около двух лет назад, мне тогда только исполнилось девятнадцать лет. Я вез приятеля на машине. Когда мы подъехали к перекрестку в центре города, я остановился и посмотрел по сторонам, но ничего не увидел. Пересекая перекресток, я °ДРУГ услышал пронзительный крик моего товарища. Оглянувшись, я увидел слепящий свет фар автомобиля, который мчался прямо на нас. Я услышал жуткий звук - это был скрежет ломаемого автомобиля. Затем наступил момент, когда я, как мне показалось, несся через темное замкнутое пространство. Это произошло очень быстро. Затем я словно бы парил на высоте около пяти футов над улицей и примерно в пяти ярдах в стороне от машины. Я бы сказал, что ^"ьнпал, как звук скрежета замирает вдали. Я видел, как люди толпились возле машины, как вытащили из вее моего приятеля, судя по всему он был в шоке. Я

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

видел среди обломков свое собственное тело, окруженной толпой, люди пытались вытащить меня. Мои ноги все были перекручены, повсюду кровь.

Нетрудно себе представить, что у людей, попавших в подобное положение, возникают совершенно непередаваемые мысли и чувства. Многие считают свои внетелесные ощущения настолько невероятными что, даже пережив это, испытывают полное смешение мыслей относительно данного события. В течение долгого времени они не связывают его со смертью и удивляются тому, что в какой-то момент они вдруг увидели себя со стороны, как посторонние наблюдатели.

Эмоциональная реакция на подобные события у разных людей различна. Большинство из них отмечают, что сначала они испытывали отчаянное желание возвратиться обратно в свое тело, но не зна^и, как это сделать. Другие говорят, что испытывал" сильный, панический страх. Некоторые, наоборот, описывают положительную реакцию на свое состояние. Как, например, в следующем рассказе:

- Я сильно заболел, и меня положили в больницу. В то утро меня окружал густой серый туман, и я покинул свое тело. Было ощущение, словно я плыпу в воздухе. Почувствовал, что я вышел из своего юла, я посмотрел назад и увидел себя самого на кровати внизу и не испытал страха. Был покой - ми]>ьый и безмятежный, я нисколько не был потрясен U.'M напуган. У меня было чувство спокойствия и ещ" чегото такого, чего я не боялся, и я понял, что, по видимому, умираю и если не вернусь в свое тело, т- у.-лру окончательно.

Различается отношение рассказчиков к .т,о;'му телу, которое они покинули. Молодая женщина м'торая готовилась стать медсестрой, испытывала шотне понятный страх.

- Я знаю, что это смешно, но в училище н зсе время старались внушить, что мы должны пожгртвовать свои тела для науки. И вот в то время, ко.дг я смотрела, как мне делают искусственное дыха-и^, я

продолжала думать: "Не хочу, чтобы и это тело использовали для науки в качестве трупа".

Это похоже на сообщения двух других людей, которые испытали то же самое. Любопытно, что оба они медики.

В другом случае отношение к своему "покинутому" телу выражалось в форме сожаления. Один человек, у которого после падения тело было страшно искалечено и остановилось сердце, рассказывал:

- Я знал, что лежу на кровати, но в какой-то момент я увидел и его, и врача, который помогал мне. Я не мог всего понять, но смотрел на собственное тело, лежащее там, и мне было очень тяжело видеть, как оно искалечено.

Несколько человек рассказывали, что испытали чувство отчуждения от своего тела.

В одном из рассказов это чувство отчуждения принимает сильно выраженную и даже комическую форму. Врач рассказал, как во время клинической смерти он находился рядом с кроватью, глядя на свой собственный труп, который принял уже пепельно-серый оттенок, свойственный мертвым. В состоянии отчаяния и замешательства он покинул это место, так как ему было очень неприятно смотреть на свое тело. В детстве он слышал от своего дедушки рассказы о привидениях и, как ни парадоксально, не хотел находиться возле мертвого тела, "даже если оно было моим".

Некоторые люди говорили, что они не испытывали совсем никаких чувств по отношению к своему телу. Одна женщина рассказывала:

- Я совсем не смотрела назад, на свое тело. О, я знала, что оно там, и я могла бы его видеть, если бы захотела. Но я не хотела смотреть, потому что знала, что совершила все, что могла в этот момент жизни, и мое внимание было приковано к другому миру.

Девушка, получившая тяжкие травмы после аваРИИ, говорила: - Я могла видеть свое искалеченное тело в

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

не и собравшихся вокруг него людей. Я абсолютно ничего не испытывала по отношению к нему. Словно там лежал совсем другой человек или даже предмет. Я знала, что это - мое тело, но мне было это безразлично...

Человек оказывается в подобном бестелесном состоянии настолько внезапно, что требуется некоторое время, прежде чем до его сознания дойдет значение того, что с ним произошло. Он может какое-то время находиться вне своего тела, отчаянно пытаясь разобраться, что происходит, прежде чем осознает: он умер или умирает.

Когда же наконец осознает, что умер, это может вызвать потрясение и совершенно поразительную реакцию. Одна женщина вспоминала, как отреагировала на случившееся с ней: "О, я умирала, как чудесно!"

Как-то мне рассказали, что умиравшему пришла в голову простая мысль: "Это, должно быть, то, что называется смертью".

Некоторые, даже осознав, что произошло, сопротивляются или просто отказываются поверить в свое состояние.

Молодая женщина очень впечатляюще описала свои ощущения:

- Я думала, что умерла, и не жалела об этом. Но я просто не могла себе представить, куда мне следует идти. Мои мысли и мое сознание были такими же, как и при жизни. Я все время думала: "Что мне делать? Бог мой, я умерла и не могу поверить этому".

Иногда действительно не веришь в то, что умрешь. Смерть воспринимается как нечто такое, что должно случиться с другими. И хотя мы все знаем, что смертны, в глубине души не верим этому. Поэтому я решила подождать, пока уляжется возбуждение и когда унесут мое тело, а затем уже попытаться представить себе, куда мне направляться дальше.

Были и такие свидетельства. Умирающие, чья душа, разум, сознание (можете называть это как хотите) отделились от тела, не чувствовали у себя

какой телесной оболочки. Они воспринимали себя как чистое "сознание"...

Еще несколько человек говорили, что не могут вспомнить, было ли у них хоть какое-то тело, - настолько они были захвачены тем, что происходит вокруг.

Однако большинство моих собеседников утверждали, что они очутились в другом теле после того, как вышли из своего физического тела. Здесь мы вступаем в область, которую очень трудно обсуждать. Это "новое тело" представляет собой такую область опыта, связанного со смертью, для которой очень трудно подобрать слова в человеческом языке. Почти каждый, кто рассказывал мне о новом "теле", в этот момент становился растерянным и говорил: "Я не могу это описать" - или что-нибудь в этом роде.

Тем не менее описания тела очень схожи друг с другом. Я выбрал термин, который наиболее удачно объединяет все свойства этого феномена и которым пользовались два моих собеседника, - "духовное тело".

Умирающие, по-видимому, первоначально не осознают существования своего духовного тела из-за ограниченности его возможностей. Они обнаруживают, что, находясь вне своего физического тела, тщетно пытаются сообщить окружающим о своем состоянии, но никто их не слышит. Это можно хорошо проиллюстрировать отрывком из рассказа одной пациентки. У нее наступила остановка дыхания, и она была перевезена в реанимационную комнату.

- Я видела, как врачи пытались вернуть меня к жизни. Это было очень странно. Я находилась не очень высоко, как если бы стояла на пьедестале, так что могла глядеть поверх них. Я пыталась говорить с ними, но никто не слышал меня.

Человек, обладающий духовным телом, судя по всему, не может быть услышан людьми, которые находятся рядом, а вскоре он обнаруживает, что также и невидим для окружающих. Медицинский персонал

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

и другие люди, находящиеся около его физического тела, смотрят прямо в том направлении, где находится умерший, и не видят его. Духовное тело не имеет плотности. Похоже, что физические преметы с легкостью проходят сквозь него, а оно само не может схватить какой-либо предмет или человека, к которым пытается прикоснуться.

- Врачи и сестры массировали мое тело, стараясь оживить меня, а я все время пытался сказать им:, ^Оставьте меня в покое! Перестаньте колотить меня!" Я пытался помешать им, но у меня ничего не выхо-д дило. Я не знаю, что случилось, но я не мог отодви-1 нуть их руки. Я прикасался к их рукам, пытаясь j отодвинуть их, но их руки оставались на том же^ месте. Я не знаю - проходила ли моя рука сквозь 1 их руки или еще что-нибудь, но я не чувствовал* никакого прикосновения их рук, когда хотел отодви- '1 нуть их...

Всеми опрошенными неизменно отмечается, что духовное тело невесомо. Большинство впервые замечают это, когда обнаруживают, что они взлетают к потолку или в воздух. Многие описывают "ощущение полета", "чувство невесомости", ощущение "будто плывешь" и т. д.

Находясь в физическом теле, мы можем установить, где находимся в пространстве, движемся или стоим. Этому помогает зрение и чувство равновесия. Но есть еще одно чувств - кинестезия, которое помогает движению или напряжению наших сухожилий, суставов, мускулов. Обычно мы не осознаем им-1 пульсов, передаваемых посредством кинестезии.

Но если бы мы внезапно были лишены этого чувства, то сразу же заметили бы его отсутствие. По сообщениям нескольких человек, они, находясь в духовном теле, осознавали, что лишились чувства веса, движения и расположения в пространстве.

Таким образом, свойства духовного тела, которые на первый взгляд кажутся ограниченными, на самом деле есть отсутствие ограничений. Можно

вить себе это так: человек, обладающий духовным телом, находится в привилегированном положении по отношению к тем, кто его окружает. Он может видеть и слышать их, а они нет (многие шпионы сочли бы такое положение завидным). Хотя дверная ручка, судя по всему, проходит сквозь его руку, когда он прикасается к ней, это не имеет никакого значения, так как человек может просто-напросто пройти сквозь дверь. Путешествие в таком состоянии делается крайне легким. Физические объекты не являются препятствием, а перемещение с места на место осуществляется очень быстро, даже мгновенно.

Кроме того, хотя духовное тело и незаметно для окружающих, оно, по мнению пациентов, которые это пережили, есть нечто такое, что поддается описанию. Все соглашаются с тем, что оно имеет форму или очертания вытянутой округлости и порой существенно напоминает облик физического тела, так как у него есть выступы или поверхности, аналогичные рукам, ногам, голове и т. д. Даже в тех случаях, когда форма духовного тела описывается как более или менее округлая, часто отмечают, что оно имеет концы и даже "части".

Мне приходилось слышать множество различных выражений при описании этого тела, но нетрудно заметить, что во всех случаях подразумевается одна и та же мысль, выражающаяся словами: туман, дымка, нечто прозрачное, цветное облако, что-то тонкое, сгусток энергии и т. д.

И наконец все опрошенные отмечают, что, когда они находились вне своего физического тела, времени как бы не существовало. Таким образом, в отличие от нашего земного существования время не является частью внетелесного опыта. В подтверждение этому я приведу отрывки из пяти бесед.

1. На повороте я потерял управление автомобилем, он сорвался с дороги и полетел в воздух. Помню, как я увидел, что машина падает в обрыв, и в эту секунДУ понял, даже, по-моему, сказал себе: "Все, попал в ^варию, из которой не выходят живым".

^ Заказ N 425 385

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

С этого момента я потерял чувство времени и контакт со своим телом. Моя сущность или мое "я", назовите это как хотите, почувствовало, что как бы выходит из тела вверх, через голову. Это не причиняло боли. Моя сущность ощущала себя как некоторую плотность, но не физическую; скорее это походило на волну или нечто сходное с ней. Это напоминало некий заряд. Мое новое "тело" было небольшим по объему и воспринималось как шар с некоторыми границами и выглядело так, как если бы имело оболочку.

Когда оно вышло из моего физического тела, то казалось, что у него имеются как бы две вытянутости - длинная впереди и короткая сзади... Мое тело не имело веса.

Самым поразительным из всего перенесенного мною опыта был момент, когда моя сущность остановилась над моей головой. Как будто решала: покинуть ли мое тело или вернуться в него. Казалось, что время не двигалось. В самом начале аварии и после нее все совершалось необычайно быстро, но в самый момент аварии, когда моя сущность находилась над моей головой, а автомобиль летел через насыпь, было ощущение, что все происходит довольно медленно. В это время я не чувствовал, что нахожусь в машине и попал в катастрофу. Я не был связан с собственным телом и размещался только в своем сознании.

Моя сущность не имела физических свойств, но я вынужден описывать ее физическими терминами. Никакие слова не соответствуют в полной мере тому, что происходило со мной. Это трудно пересказать. Наконец автомобиль упал на землю и покатился, но моими единственными травмами были растяжения шеи, ушиб ступни.

2. Когда я вышла из своего физического тела, выглядело так, как будто я действительно вышла w него и вошла во что-то другое. Но это "другое" тож было телом. Но не настоящим человеческим телом. Оно было несколько иным. По форме оно походило на

тело, но было бесцветным. И еще я знаю, что у меня было то, что можно было бы назвать руками... Я была больше всего поглощена тем, что меня окружало, - видом моего собственного физического тела и всего вокруг меня, так что я, собственно, не думала о том, в каком новом теле я нахожусь. Все это произошло очень быстро. Время утратило свою обычную реальность, но вместе с тем оно и не исчезло совсем. События как будто протекают гораздо быстрее, когда покидаешь свое тело.

3. Помню, как меня привезли в операционную. В течение нескольких последующих часов мое состояние было критическим. За это время я несколько раз покидала свое тело и возвращалась в него. Если нужно было бы описать словами то новое тело, в котором я оказалась, я сказала бы, что оно прозрачно и духовно...

4. После того как мое сердце перестало биться... я ощутил, что стал подобен круглому мячу или маленькой сфере внутри этого мяча...

5. Я был вне моего тела и смотрел на него с расстояния десять ярдов. Но я осознавал себя так же, как в обычной жизни. То, в чем помещалось мое сознание, по объему было таким же, как и мое прежнее физическое тело. Но я не был в теле как в таковом. Я мог ощущать местонахождение моего сознания как какую-то капсулу. Все выглядело так, что я именно там, в этой капсуле, и находился, а она представляла собой небольшой сгусток энергии..:

Подобно передвижению, мышление в этом духовном состоянии тоже осуществляется беспрепятственно. Снова и снова мне приходилось слышать о том, что люди, пережившие такой опыт, несколько освоившись со своим новым положением, начинали мыслить яснее и быстрее, чем во время своего физического бытия. Один мужчина рассказывал:

- Были возможны вещи, невозможные теперь. Сознание работало совершенно отчетливо. Это так приятно, ведь мое сознание могло воспринимать 'все

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

явления сразу, разрешить возникающие вопросы, не возвращаясь снова и снова к одному и тому же. Немного позднее я почувствовал, что все, что пережил в жизни, каким-то образом стало иметь смысл.

Характер восприятия окружающего и сходно и отличается от восприятия физического тела. В некоторых отношениях духовное состояние ограничено, ибо кинестезия как таковая отсутствует. Нет особых температурных ощущений, хотя многие рассказывали, что чувствовали приятную теплоту. Никто не говорил о вкусовых или обонятельных ощущениях.

С другой стороны, способность видеть или слышать происходящее, соответствующая физическому телу, остается неизменной и для тела духовного. Она даже становится более совершенной. Один мужчина говорил:

- Я не понимал, как могу видеть так далеко. Женщина, пережившая свой предсмертный опыт, заявляет:

- Мне казалось, что это духовное зрение не знает границ, потому что я могла видеть что угодно и где угодно.

А вот еще одно свидетельство: - Была необычайная суматоха, люди бегали вокруг санитарной машины. Когда я всматривалась в окружающих, чтобы понять, что происходит, то предмет сразу же приближался ко мне, как в оптическом устройстве, позволявшем делать "наплыв" при съемке, и я как бы находилась в этом устройстве. Нов то же время мне казалось, что часть меня, то есть то, что я буду называть моим сознанием, оставалось на месте, в нескольких ярдах от моего тела. Когда я хотела разглядеть кого-нибудь, находящегося от меня на расстоянии, то мне казалось, что какая-то моя часть протягивалась к тому, что я хотела увидеть У меня было ощущение, что при желании я могла бы увидеть все, что происходит в любой точке земного шара. "Слух", присущий духовному состоянию, очевидно,

может быть назван так лишь по аналогии с тем, что имеет место в физическом мире, ибо большинство опрошенных свидетельствуют, что они на самом деле слышали не физический звук или голос. Скорее им казалось, что они воспринимают мысли окружающих их лиц. Как мы увидим позже, этот же механизм непосредственной передачи мыслей играл важную роль на поздних стадиях опыта смерти. Одна пациентка описывает это так;

- Я могла видеть окружающих меня людей и понимать все, о чем они говорят. Но я не слышала их так, как слышу сейчас .вас. Это больше походило на то, как если бы я воспринимала их мысли... Я уже понимала их за секунду до того, как они открывали рот, чтобы что-то произнести.

Наконец, на примере одного уникального и очень интересного сообщения можно увидеть, что даже сильная травма физического тела не оказывает каких-либо вредных последствий на ощущения духовного тела. Речь идет о мужчине, потерявшем большую часть ноги в результате несчастного случая, после чего последовала клиническая смерть. Он знал об этом, потому что отчетливо видел свое искалеченное тело на расстоянии, как и докторов, которые оказывали ему первую помощь. Однако в то время, когда он находился вне своего тела, он мог ощущать себя так, как если бы его тело было целым. Надо отметить, что в бестелесном состоянии личность как бы отрезана от себе подобных. Человек может видеть других людей, целиком понимать их мысли, но они не видят и не слышат его. Связь с людьми совершенно прерывается, даже на уровне осязания, так как духовное тело лишено плотности. Поэтому неудивительно, что после некоторого пребывания в таком состоянии человеком овладевает острое чувство изолированности и одиночества. По словам одного опрашиваемого, он мог видеть все, что происходило в больнице, докторов, сестер и других, но в то же время он никаким способом не мог контактировать с ними. "Я был

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

шенно одинок". О том же говорили и многие другие пережившие опыт смерти.

- Все, что я видел и переживал, было так прекрасно, что просто невозможно описать. Мне хотелось, чтобы другие тоже почувствовали это. Я понимал, что никогда не смогу пересказать, что чувствовал - никто из них, "живых", не переживал подобного состояния. Кроме того, я как бы находился в мире, совершенно изолированном от всего остального. И тогда мною овладела подавленность...

Однако вскоре чувство одиночества, охват^вающе умирающего, рассеивается, по мере того как он все глубже и глубже погружается в новое состояние: дело в том, что умирающий встречается с другими людьми, которые помогают ему освоиться в этом переходном состоянии. Он воспринимает их как души других людей, часто тех, кто были близкими родственниками или друзьями умершего и которых нехорошо знал при жизни. В большинстве случае люди, которые я интервьюировал, рассказывали о появлении этих существ, хотя их рассказы существенно отличаютя один от другого.

Встречи с другими

Некоторые люди говорили мне, что в тот момент, когда они умирали иногда с самого начала, иногда после других событий, связанных с умиранием, - они начинали чувствовать присутствие других существ. Эти последние, очевидно, находились рядом с ними, для того чтобы облегчить умирающим переход в новое состояние. В двух случаях они появились, чтобы сообщить умирающим, что время их смерти еще не наступило и поэтому они должны вернуться в свое физическое тело.

- Я пережила этот опыт во время родов, - рассказывает молодая женщина. - Я потеряла много крови. Доктор уже не надеялся спасти меня и

щил родным о моей смерти. Однако я находилась в сознании, внимательно за всеми наблюдала и даже слышала, как доктор произнес приговор. В то же время я поняла, что все присутствующие - а их было много - парят под потолком комнаты. Это были люди, которых я знала в прошлом, но все они уже умерли. Я узнала свою бабушку и девочку, с которой училась в школе, а также многих родных и знакомых. Кажется, я видела их лица и ощущала их присутствие. Все они были очень приветливы. И мне было хорошо оттого, что они - рядом. Я понимала, что они пришли защитить или сопровождать меня. Я чувствовала себя так, словно пришла домой, а они тут, рядом, встречают и приветствуют меня. Все это время у меня сохранялось ощущение света и радости. Прекрасный и славный момент. Один человек вспоминает: - За несколько недель до того, как я чуть не умер, был убит мой хороший друг, Боб. И вот в тот момент, когда я вышел из своего тела, у меня появилось ощущение, что Боб находится совсем рядом, справа от меня. Я видел его в своем сознании и чувствовал, что он здесь, но все это казалось очень странным. Я видел его не так, как можно увидеть физическое тело. Это было что-то вроде просветленного тела, и я воспринимал каждую из его частей - руки, ноги и т. п. Но я не видел их в физическом смысле. Тогда это не казалось мне странным, потому что я мог видеть его без помощи зрения...

Я спросил его: "Боб, куда я сейчас иду? Что случилось? Умер я или нет?" Но он ничего не ответил, не сказал ни слова. Все время, пока. я был в больнице, он часто находился возле меня, и я снова и снова спрашивал его: "Что происходит?" Но он так ничего и не ответил. И только в тот день, когда доктор сказал, что я возвращаюсь к жизни, Боб исчез. Я больше не видбл его и не ощущал его присутствия. Казалось, что он ждал, когда я умру, чтобы тогда Рассказать мне подробно о том, что произошло.

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

В других случаях духовное тело встречается с людьми, которых человек не знал при жизни. Одна женщина рассказывала, как во время своего внетелесного опыта она видела не только свое прозрачное "духовное" тело, но также духовное тело другого человека, умершего незадолго до нее. Она не могла сказать, как выглядел этот человек, но сделала следующее очень интересное замечание' "Я видела его, его дух, который не имел определенного возраста. Да и сама я не ощущала времени".

Одному пациенту такой "дух" сказал: "Я должен помочь тебе пройти эту стадию бытия, но сейчас я собираюсь вернуть тебя обратно к другим"...

Светоносное существо

Самым невероятным и в то же время постоянно присутствующим явлением во всех изученных мною случаях была встреча с очень ярким светом, производившим на людей глубокое впечатление. Сначала этот свет казался довольно тусклым, затем становился все ярче и ярче, пока наконец не достигал неземной яр- 4 кости. Но и тогда, когда свет, характеризующийся" как "белый" или "очень ясный", становился неописуемо ярким, многие утверждали, что он не причинял боли глазам, не ослеплял их, не мешал им видеть другие предметы. Возможно, это объяснялось тем, что у них уже не было физических глаз, и поэтому ослепить их было нельзя.

Несмотря на необычность такого видения, ни один из пациентов не сомневался в том, что оно представляло собой существо, несущее свет. Кроме того, оно обладало личностными качествами. Иначе говоря, это была какая-то личность. Любовь и тепло, исходящие от этого существа, невозможно описать никакими словами. Умирающий чувствует, что этот свет окружает его, влечет, и в его присутствии появляется ощущение тепла.

Интересно, что восприятие светоносного существа разными людьми зависит, главным образом, от религиозной среды, в которой воспитывался и формировался человек, от его веры. Так, большинство христиан считает, что этот свет есть не что иное, как Христос. Евреи называют свет "ангелом". Но в том и в другом случае люди не говорили, что существо было с крыльями, или играло на арфе, или хотя бы имело облик человека. Они помнят только свет, исходящий от существа, и воспринимают его как посланника или проводника. Люди неверующие или далекие от религиозной жизни просто говорили, что видели "светоносное существо". Тот же термин употребила женщина-христианка, которая, по-видимому, не отождествляла видение с образом Христа.

Вскоре после своего появления существо вступает в контакт с умирающим. Следует отметить, что контакт осуществляется с помощью прямой связи того же типа, что мы наблюдали раньше, - духовное тело обладает способностью улавливать мысли тех, кто его окружает.

В данном случае люди тоже утверждают, что они не слышали физического голоса или звуков, исходящих от существа. Скорее происходила непосредственная передача мысли, но в такой ясной форме, что какое-либо умолчание или ложь по отношению к свету были невозможны. Более того, это общение происходило не на родном языке человека, который, несмотря на это, все понимал и воспринимал мгновенно. Светоносное существо молниеносно передавало определенную мысль лицу, перед. которым оно появилось. Обычно люди, с которыми я беседовал, пытаются сформировать эту мысль в виде вопроса.

Я слышал такие варианты его интерпретации: "Готов ли ты к смерти?", "Что сделал в своей жизни?", "Что можешь показать мне?", "Что значительное ты совершил в жизни?" -и т.д.

Я убежден, что каждый пытается по-своему выразить одну и ту же идею. Одна женщина сообщила

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

мне: "Первое, что свет сказал мне, прозвучало как вопрос: готова ли я умереть? - или что было особенного в моей жизни, на что я хотела бы указать ему?

Один мужчина сообщил, что вопрос был сформулирован так: "Стоит ли моя жизнь потраченного времени? То есть считаю ли я, что жизнь, которую я прожил до этого момента, прожита не зря 'с точки зрения того, что я узнал теперь?". Многие подчеркивают, что вопрос этот задается без всякого осуждения. Ни обвинения, ни угрозы в нем нет. Все ощущали только любовь и поддержку, исходящую от света, независимо от тех ответов, которые давали. Возникает впечатление, что вопросы светоносного существа как бы вызывали людей на откровенность.

"Он был прекрасен, такой лучистый, такой лучезарный, но не ослеплял меня. Я не видела облика существа, но и все же в этом свете заметна индивидуальность. Это был свет абсолютного понимания и любви. Мысленно я услышала: "...Возвращайся и закончи в своей жизни то, что начала".

"Свет был ярким, он покрывал все и, однако, не мешал мне видеть операционную, врачей, сестер и все, что меня окружало. Сначала, когда появился свет, я не совсем понимал, что происходит. Но потом он как бы обратился ко мне с вопросом: "Готов ли ты умереть?" У меня было ощущение, что я говорю с кем-то, кого не вижу. Но голос принадлежал именно свету. Я думаю, он понимал, что я не был готов тогда умереть. Но с ним было так хорошо. И кроме того, у него было даже чувство юмора... Определенно было!"

Образы прошедшей жизни

Появление светоносного существа, испытания и вопросы без слов - все это прелюдия к самому поразительному и напряженному моменту, во время которого существо показывает умирающему картины его прошедшей жизни. Очевидно, что существо знает

всю его "биографию" и не нуждается в информации. Этот обзор можно охарактеризовать как воспоминания о прошлом, хотя некоторые черты отличают его от обычных воспоминаний. Прежде всего - необычайная скорость, при которой картины жизни следуют одна за другой в хронологическом порядке. Все картины прошлого человек охватывает одновременно, одним мысленным взором. Жизнь заново переживается за несколько мгновений земного времени.

Надо сказать, что этот обзор, протекающий в виде сменяющих друг друга образов, несмотря на его скорость оказывается невероятно живым и реальным.

Некоторые пациенты говорили, что хотя они не могут понять, как это могло произойти, но обзор включал все, что было в их жизни - от самых незначительных деталей до наиболее важных событий. Другие утверждали, что видели лишь наиболее значительные моменты своей жизни. Часть опрошенных характеризует просмотр как попытку светоносного существа преподать им урок. Во время просмотра существо как бы подчеркивало, что в жизни самым важным являются две вещи: научиться любить людей и приобретать знания. Вот свидетельства такого рода:

- Когда появился свет, он сразу же задал мне вопрос: "Что ты сделал в свой жизни?" И вдруг в тот же момент замелькали картины. "Что это?" подумалось мне, потому что все произошло неожиданно. Я очутилась в своем детстве. Потом шла год за годом через всю мою жизнь с раннего детства до настоящего времени. У меня было очень странное чувство. Я была маленькой девочкой, играющей у ручья. Потом последовали другие сцены; переживания, связанные с сестрой, наши соседи и знакомые места, где я бывала. Потом я оказалась в детском саду, и мне вспомнилось время, когда у меня была единственная игрушка, очень любимая, и как я ее сломала, а потом горько плакала. Картины сменялись... Старшие классы, когда мне выпала честь быть

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

избранной в школьное научное общество. Так я "прошла" через все старшие классы, затем - первые годы института. И так - до настоящего времени. Сцены, которые возникали передо мной, были такими живыми! Будто смотришь на них со стороны - и видишь в трехмерном пространстве и в цвете. К тому же картины были подвижными. Например, в момент, когда у меня сломалась игрушка, я видела все движения. Это было совсем по-другому, чем я могла бы видеть, когда была маленькой. У меня было ощущение, что какая-то другая девочка, как в кино, играет на детской площадке. И все же это была if... Когда я "просматривала" картины, света практически не было видно. Он исчез, как только Опросил, что я сделала в жизни. И все же я чувствовала его присутствие, он вел меня в этом "просмотре", иногда отмечая некоторые события. Он старался подчеркнуть что-то в каждой из этих сцен... Особенно важность любви... В моменты, когда это было видно наиболее отчетливо, как, например, в общении с моей сестрой, он показал мне несколько сцен, где я была эгоистична по отношению к ней, а потом - несколько случаев, когда я действительно проявляла к ней любовь.

Он, казалось, проявил интерес к вопросам, связанным со знаниями. Каждый раз, отмечая события, касающиеся учения, он "говорил", что я должна продолжать учиться и что когда он придет за мной опять (к этому времени я уже поняла, что вернусь обратно к жизни), у меня должно остаться стремление к знаниям. Он говорил о знании как о постоянном процессе, и у меня сложилось впечатление, что этот процесс будет продолжаться и после смерти.

Ситуация, в которой я оказалась, была странной. Я пережила увиденное в исключительно короткий промежуток времени. За все время я испугалась всего один раз, когда представила, что могу умереть прямо сейчас. Просматривая сцены, я испытывала радость оттого, что получила возможность вернуться назад и увидеть свое детство, что другим людям недоступно.

Встречаются свидетельства, в которых упоминаются картины предыдущей жизни, но светоносное существо при этом не присутствует. В таких случаях переживания умирающего не носят такого глубокого характера. Но тем не менее картины сохраняют свою живость и быстроту. Строго говоря, их возникновение не зависит от появления света и от того, что происходило с человеком - находился ли,он действительно в состоянии клинической смерти или только соприкасался со смертью.

- После вибрации и движения через темное пространство все мои детские мысли, вся моя жизнь сосредоточились здесь, в конце туннеля, они просто вспыхнули передо мной. Нельзя сказать, что они появились в форме картин; скорее это были мысли, которые трудно точно описать, несмотря на их простоту. Все произошло мгновенно. Я подумал о матери, о своих неправильных поступках в тех или иных жизненных ситуациях... Мне захотелось вернуться и все исправить. Молодой ветеран вьетнамской войны рассказывает: - Во Вьетнаме я был смертельно ранен пулеметной очередью, в меня попало шесть пуль. Но я точно помню, что тогда со мной происходило. Мне не было страшно, и я даже почувствовал облегчение. С момента ранения передо мной начали проноситься картины моей жизни. Казалось, что я вернулся в то время, когда был ребенком. Картины сменяли одна другую с необыкновенной живостью и за короткое время. Я проходил через все видения, не ощущая никакой вины или унижения. Больше всего это напоминало серию картин наподобие слайдов, будто их кто-то быстро мне показывал.

И наконец - еще один случай из опыта человека, пережившего эмоциональное потрясение, хотя физически он не получил серьезных ранений:

- Это случилось летом, после того как я окончил первый курс колледжа. Я подрабатывал тогда водителем большого грузовика. В то лето я частенько едва не засыпал за рулем. Однажды утром, когда я вел машину по шоссе, я задремал. Последнее, что помню,

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

дорожный знак, потом я отключился. И вдруг услышал ужасный скрежет это лопнул правый баллон. Из-за того, что вся тяжесть грузовика переместилась на левую сторону, лопнул и левый баллон. Машина упала набок и юзом по инерции продолжала продвигаться по дороге по направлению к мосту. Я видел, что грузовик идет прямо на мост и вот-вот врежется в него. И вот в те мгновения, когда машина неслась на мост, я передумал обо всем, что было в моей жизни. Я просто видел какие-то картины, в которых отражалось как бы самое основное, и это выглядело совершенно так, как в жизни. Я видел картину, как шел за своим отцом на берегу ручья. Потом было еще несколько сцен из раннего детства. Потом видел, как у меня сломалась игрушечная машинка, подаренная мне на Рождество, как плакал, когда первый раз шел в школу, как слезы капали на яркий желтый плащ, который мне купила мать. Я вспоминал своих учителей и кое-что из того, что мы учили в каждом классе. Затем последовали юношеские годы, работа в бакалейной лавке, после чего память перенесла меня в ближайшее время - к лету перед началом второго курса колледжа. Все это проносилось в моем сознании очень быстро. За доли секунды. Затем прекратилось. Я стоял рядом и смотрел на грузовик. Я думал, что умер, и мне казалось, что я теперь не я. Потом стал ощупывать себя, чтобы понять, жив ли я или стал призраком.

Грузовик был совершенно разбит, но я не получил никаких ранений. Я выпрыгнул из кабины через раму ветрового стекла - все стекла в машине были разбиты. Немного успокоившись, стал думать о том, что со мной произошло. Быть может, это что-то вроде долго хранившихся в памяти впечатлений. Я и теперь могу вспомнить все виденное и восстановить каждую из промелькнувших тогда передо мною картин, но это заняло бы, наверное, не менее пятнадцати минут. Но тогда это произошло мгновенно, автоматически, менее чем за одну секунду. Это невероятно!

Граница или предел

Некоторые пациенты рассказывали мне, как во время своего предсмертного опыта они приближались к чему-то, что можно было бы назвать границей или каким-то пределом. Иногда это явление принимало образ водного пространства, серого тумана, двери, ограды, тянувшейся через поле, или же просто воспринималось как нейтральная черта.

1. "Я умерла от остановки сердца. Как только это случилось, я оказалась в середине какого-то волнующегося поля. Оно было прекрасно, все ярко-зеленое, такого цвета я никогда не видена на земле. Передо мной находилась изгородь, протянувшаяся через все поле. Я направилась к ней и увидела по ту сторону человека, который двигался мне навстречу, как бы для того, чтобы встретить меня. Я' хотела подойти к нему, но почувствовала, что меня непреодолимо тянет обратно. Этот человек тоже повернулся и стал удаляться от изгороди".

2. "Это произошло со мной во время первых родов. Сразу же после выхода плода началось сильное кровотечение, которое доктору никак не удавалось остановить, и я потеряла сознание... После этого услышала неприятное жужжание и звон. В следующий момент я ощутила себя в лодке, пересекавшей какое-то пространство. На другом берегу я увидела всех, кого любила в жизни, - мать, отца, сестер и других умерших родственников. Мне казалось, что они манили меня, и в то же время я говорила себе: "Нет, нет, я не готова присоединиться к вам. Я не хочу умирать". Наконец лодка почти пристала к берегу, но в последнюю секунду вдруг повернула обратно. Мне кажется, что именно в этот момент я стала приходить в себя, и доктор объяснил мне, что им едва удалось спасти меня, но теперь уже все в порядке!"

3. "Я был госпитализирован в состоянии тяжелой комы. Врачи сомневались - останусь ли я в живых. М вот когда я был без сознания, я вдруг

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

вал, как меня поднимает вверх... Передо мной появился яркий белый свет и мысленно спросил меня: "Хочешь ли ты умереть?" Я ответил: "Не знаю, я ведь ничего не знаю о смерти". Тогда свет сказал: "Перейди вот эту черту, тогда узнаешь". Я ощутил, что передо мной находится какая-то черта, хотя фактически ее не было видно. Как только я перешел, на меня нахлынули удивительные ощущения мира и спокойствия. Все заботы покинули меня".

4. "Я чувствовала, что умираю, и подумала: "Боже, я жила бы лучше, если бы знала, что это случится так скоро. Пожалуйста, помоги мне". Я стала выходить из темноты. И увидев перед собой серый туман, направилась к нему. Приблизившись к нему, я ощутила, что вижу сквозь него людей, которые выглядели так же, как на земле, и еще какие-то строения. Это видение было пронизано удивительным светом... Неожиданно прямо передо мной появился дядя Карл, который умер много лет назад. Он преградил мне. путь, говоря:

- Иди назад. Твое дело на земле еще не закончено. Сейчас же возвращайся назад.

У меня не было желания идти назад, но я все же вернулась в свое тело. И вновь ощутила ужасную боль в груди и услышала, как мой маленький сын кричал: "Боже, верни мамочку!"

Возвращение

Очевидно, все люди, с которым я говорил, пережили момент возвращения к жизни, к своему физическому телу. В этот момент меняется их отношение к происходящему. Все помнят, что в первые мгновения смерти они испытывали отчаянное желание вернуть- - ся назад в тело и тяжело переживали свою кончину. Однако по мере достижения определенной ста.ии умирания человек уже не хочет возвращаться назад и даже сопротивляется этому. Данное явление особенно характерно после встречи со светоносным

вом. Как патетически выразился один мужчина: "Я никогда не хотел бы покидать это существо!"

Несколько женщин, имевших маленьких детей, рассказывали мне, что во время их предсмертного опыта, они также предпочти бы остаться там, где оказались^ если бы не чувствовали, что обязаны вернуться, чтобы воспитывать детей.

- Когда я пережила эти удивительные ощущения, я не хотела возвращаться, но в то же время всерьез думала и о своей ответственности, о моих обязательствах по отношению к семье.

В других случаях люди рассказывали мне, что несмотря на то что они чувствовали себя хорошо и спокойно в своем новом бестелесном состоянии, они все же хотели вернуться к физической жизни, так как осознавали, что у них есть важные дела. У некоторых стимулом к возвращению служило желание завершить свое образование.

- Я окончил три курса колледжа, остался один. Я подумал, что не хочу умирать сейчас. И в то же время чувствовал: если еще какое-то время останусь около света, то совсем перестану думать о своем образовании, так как начну, наверное, заботиться совсем о других вещах.

Ответы, которые я собрал, дают разнообразную картину того, как происходит возвращение в физическое тело. Точно так же по-разному отвечают пациенты на вопрос: почему это возвращение состоялось? Одни говорят, что не знают, как и почему они вернулись, и лишь очень немногие считают, что причиной было их собственное решение вернуться к земной жизни.

- Я понимал, что не могу долго оставаться вот так, рядом со своим физическим телом... Я был обязан на что-то решиться - либо двигаться прочь отсюда, либо вернуться обратно. Странным было то, что отчасти я все же хотел остаться. С другой стороны, во мне проснулась твердая уверенность в том, что я ^УДУ делать на земле добро. И я решил, что должен вернуться в свое физическое тело. Мгновение спустя

я почувствовал, как страшная слабость вдруг оставила меня и я стал выздоравливать.

Другие чувствовали, что "получили позволение" на жизнь от светоносного существа, данное им либо в ответ на их собственное желание вернуться, либо потому, что существо внушило им необходимость выполнения какой-то миссии на земле.

- Светоносное существо позволило врачам вернуть меня к жизни с определенной целью, которая состояла в том, чтобы помочь моей жене, страдающей от запоев. Я знал, что без меня она ничего не сможет поделать с собой. Сейчас ей гораздо лучше...

- Я чувствовала, что вернулась потому, что меня притягивала любовь сестер и мужа. С тех пор я верю, что другие живые люди могут вернуть нас обратно...

Имеется несколько примеров обратного "восхождения" в собственное физическое тело. Большинство свидетелей, говоря о том, что в конце своего опыта они "заснули" или потеряли сознание, а позже очнулись в своем физическом теле.

- Это было похоже на то, как если бы меня кудато "унесло", я заснул и затем проснулся уже лежащим на постели. Люди, которые находились в комнате, выглядели так же, как и тогда, когда я их видел, находясь вне своего тела.

Другие опрашиваемые вспоминают, что их перенос в физическое тело осуществился очень быстро и часто сопровождался толчками.

- После того как врачи применили электрошок, все мое тело резко дернулось, и я сразу просто упал в свое тело, как мертвый груз. Затем я снова ощутил себя в своем теле.

- Я решил, что должен вернуться, после этого почувствовал как бы толчок, который направил меня j обратно к жизни...

Во многих случаях пациенты вспоминают, что "возврат" происходит через голову. - Моя "сущность" имела два конца - короткий и .Хя

длинный. Когда произошла авария, мне показалось, что она вышла из моего тела с длинного конца и остановилась над моей головой. Но возвращение, помоему, происходило с противоположного, короткого конца.

Обычно отношение к опыту смерти и связанные с ним ощущения несколько запаздывают по времени и осознаются тогда, когда кризис уже прошел. Вот несколько примеров:

1. "После того как я вернулась "назад", я почти целую неделю проплакала оттого, что я снова должна жить в этом мире. Я не хотела возвращаться обратно".

2. "Когда я "вернулся", то сохранил удивительное отношение ко всему окружающему. Это продолжалось несколько дней. Даже сейчас я чувствую себя так, будто вернулся из другого мира и новыми глазами смотрю на все, происходящее на земле.

3. "Эти ощущения совершенно непередаваемы. Я никогда не забываю о том, что пережил, и часто об этом думаю..."

Рассказы о пережитом

Необходимо сразу подчеркнуть, что все пережившие опыт умирания нисколько не сомневаются в его реальности и важности. Интервью, которые я брал, неизменно содержат утверждения подобного рода;

- Я был изумлен всем, что со мной случилось. Я не понимал этого. Но все было совершенно реальным. Я видел свое тело очень отчетливо, и в то же время - издалека. Мое сознание находилось в таком состоянии, что вряд ли я мог что-нибудь придумать. У меня не возникало никаких идей.

- Это совершенно не похоже на галлюцинации. Однажды у меня были галлюцинации, когда мне в больнице давали кодеин. Но в пережитом мною опыте смерти не было ничего похожего на галлюцинации, ничего.

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

Такие же замечания я слышал от людей, вполне отличающих сны и фантазии от реальности. Я стремился говорить с людьми деятельными и вполне уравновешенными. Они могли отличить сны от действительных событий.

С другой стороны, несмотря на полную убежденность в реальности и важности того, что с ними произошло, они понимают, что наше современное общество просто не способно отнестись к такого рода свидетельствам с пониманием или сочувствием. Многие из опрошенных мною лиц прекрасно понимали, что если они попытаются поделиться с кем-нибудь своим опытом, то скорее всего их примут за сумасшедших. Поэтому они никому не рассказывали о том, что пережили, за исключением некоторых Близких людей, которые тоже отреагировали на их рассказы как на что-то "не от мира сего".

- Все, что я пережил, было очень интересно. Но мне совсем не хотелось кому-либо рассказывать об этом. Люди просто подумали бы, что я сошел с ума.

- Долгое время я никому не говорил об этом, так как боялся, что мне никто не поверит. Будут говорить: "Ну, ты все придумываешь". Однажды я решился: "Хорошо, посмотрим, как отнесутся к моим "воспоминаниям" мои домашние". Я рассказал им. И думаю, хоть они и слушали внимательно, все-таки не верили, отнеслись ко мне как к больному...

Некоторые пациенты стремились сразу же поведать кому-нибудь о том, что им пришлось пережить. Но все они наталкивались на такое непонимание и отчуждение, что быстро замолкали.

1. "Единственным человеком, кому я пытался все Храссказать, была моя мать. Я говорил с ней вскоре после того, как "вернулся". Но тогда я был ребенком. И она, выслушивая меня внимательно, не придала значения моим рассказам. После этого я больше никому ничего не рассказывал".

2. "Я пробовал рассказать об этом своему пастору, но он сказал мне, что это была галлюцинация больного мозга. Теперь я молчу об этом".

3. "Я была очень общительная в начальной и средней школе, но скорее следовала за всеми, чем придумывала что-то сама. Словом, была последователем, а не лидером. После того как со мной все это случилось, я попыталась рассказать подругам. Они приняли меня на сумасшедшую. Я снова рассказывала, и меня слушали с интересом, но потом я слышала, как обо мне говорили: "Она действительно немного тронулась". Я старалась доказать им, что ничего не придумываю и не пытаюсь никого поразить. Но они воспринимали все как мое желание взять реванш за то, что я не была когда-то лидером. А ведь я им хотела объяснить, что нам всем необходимо больше знать о жизни, гораздо больше, чем знаю Я и мои знакомые".

4. "Когда я очнулась, то попыталась рассказать о случившемся сестрам, которые за мной ухаживали. Но они посоветовали мне не обсуждать это, так как "вам это все только привиделось".

Один из пациентов говорит:

' - Очень быстро вы начинаете понимать, что люди не воспринимают ваш рассказ так, как вам хочется. Вы просто не в состоянии преодолеть барьер их иронии или недоверия.

Только в одном случае врач обнаружил интерес к переживаниям, связанным с предсмертным опытом. Одна девушка рассказала мне:

- Моя семья и я просили доктора объяснить, что со мной произошло. Он сказал, что такое довольно часто случается с людьми во время сильных болей и травм, потому что "душа" в это время оставляет тело.

Если учесть массовый скептицизм и почти полное непонимание, какое встречают люди, пережившие опыт умирания, у своих современников, то неудивительно, что почти каждый в такой ситуации начинает ощущать, что он в чем-то отклонился от "нормы". Один мужчина мне сказал: "Я был там, где еще никто не был".

Часто, когда я говорил своему интервьюируемому ° том, что и другие люди сообщали мне о точно

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

таких же событиях, и ситуациях, он испытывал чувство заметного облегчения.

- Я счастлив узнать, что не один пережил это. Теперь я знаю, что не сумасшедший... Я боялся, что обо мне будут думать: "Когда он "отключился", то, наверное, повредился в уме, и так это у него и осталось".

- Если бы кто-нибудь рассказал 'мне об этом до того, как я сам побывал там, то я, вероятно, тоже решил бы, что этот человек просто выставляется или "сдвинут по фазе".

Однако есть еще и другая причина, заставляющая некоторых пациентов проявлять сдержанность в своих рассказах. Они чувствуют, что пережитое ими трудно описать обычным языком и в рамках привычного образа мыслей, что просто бесполезно пытаться что-либо объяснить.

Влияние на последующую жизнь

По .указанным причинам ни один из моих пациентов не стал проповедником своего опыта. Никто ив них не порывался убедить других в реальности того, что пережил сам. Наоборот, мне было довольно трудно убедить их рассказать о том, что с ним произошло.

Пережитый опыт производит, как правило, умиротворяющее воздействие. Многие рассказывали, что после пережитого их жизнь стала глубже и содержательней, так как благодаря своему опыту они стали проявлять интерес к основным философским проблемам.

"Я рос в маленьком городе. Люди там не отличались широким кругозором. И я был таким же, как все. Но после случившегося мне захотелось узнать больше... Я как будто повзрослел за одну ночь... Передо мной открылся новый мир, о существовании которого я даже не подозревал. Я думал: "Как в мире много такого, о чем я и не догадывался. Оказывается, есть вещи поважнее, чем футбол, танцы и

прочее. Я чаще стал думать о том, где граница для человека и для его сознания?"

- С того момента, как это случилось, я все чаще задумываюсь о своей жизни и о том, что я еще могу в этой жизни сделать. Раньше я был доволен своим прошлым. Я всегда делал то, что мне хотелось... не думал о своем жизненном предназначении. Теперь все по-другому. Мне кажется, что все поступки должны проходить через сознание и перевариваться в нем. Теперь я стараюсь поступать так, чтобы мое сознание и моя душа чувствовали себя хорошо. Я стараюсь избегать предубеждений, не осуждать людей и совершать поступки, которые хороши не только в моих глазах, но и для всех окружающих. Мне кажется, что я стал лучше разбираться в жизни - и этим обязан тому, что пережил, умирая.

Некоторые сообщают, что у них изменилось отношение к физической жизни. Одна женщина призналась: "Мой опыт сделал для меня жизнь более ценной".

- В каком-то смысле это послужило для меня благословенным событием, говорил мне один преуспевающий джентльмен, - потому что до своего "умирания" я был слишком озабочен планированием будущего своих детей и постоянно нервничал, не умея радоваться настоящему. Сейчас я совершенно иначе отношусь к жизни.

Некоторые упоминают о том, как изменился их взгляд на соотношение физического тела и разума.

- Разум более важная часть человека, чем наше тело. До этого я думала иначе. Раньше я сосредоточивала внимание только на своем теле, а о том, что происходит с моим разумом, даже не думала. Все шло само по себе. Теперь же разум - основной предмет моих забот. Тело? Оно нужно для поддержания разумной жизни.

В некоторых случаях пациентам казалось, что после пережитого опыта смерти они приобрели интуитивные способности, находящиеся на границе психики.

1. "Я чувствую себя духовно обновленным. 'Многие люди говорят, что я оказываю на них умиротворяющее воздействие. Мне кажется, что я сейчас лучше чувствую людей, могу лучше улавливать их состояние.

2. "У меня появилась одна особенность: я чувствую, когда в жизни других людей происходят какието неприятности. Например, когда я со своими сослуживцами поднимаюсь на лифте, я почти читаю по лицам, что с ними происходит, и могу сказать, в какой помощи они нуждаются. Много раз я заговаривал с ними, приглашал к себе в кабинет, чтобы чемто помочь, чтобы посоветовать.

3. "После того как я выздоровел, я приобрел способность улавливать мысли и чувства людей. Хорошо чувствую, когда человек чем-то обижен. Часто могу заранее сказать то, что собеседник еще только пытается произнести. Было много поразительных примеров. Однажды я продемонстрировал свое умение, "прочтя" мысли присутствующих в комнате. Несколько человек встали и ушли, подумали, вероятно, что я колдун или что-то в этом роде".

Почти все подчеркивают, что в этой жизни самое важное - любовь к людям, любовь исключительная и глубокая, понимание каждой личности.

Кроме того, многие говорят, что решающую роль играют приобретенные знания.

"Не важно, в каком вы возрасте, - не переставайте учиться. Я думаю, что обучение - процесс, уходящий в вечность".

Большинство опрашиваемых уверены, что все мы обязаны к чему-то стремиться, чего-то достиать. Видения умирающих поставили перед ними новые цели, новые моральные принципы и определенные указания жить в соответствии с ними.

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ Новое отношение к смерти

Как и следовало ожидать, тот опыт, который пережили опрашиваемые, оказывает глубокое влияние на их отношение к физической смерти. Особенно это касается тех, кто раньше не думал, что есть что-либо после смерти.

В той или иной форме все пациенты высказали одну и ту же мысль - они больше не боятся смерти.

Это утверждение требует пояснения. Во-первых, определенные виды смерти представляются нежелательными. Во-вторых, никто из опрошенных мною не ищет смерти, не желает ее. Все они чувствуют, что у них есть определенная задача в физической жизни и, очевидно, согласились бы со словами одного человека, который говорил мне: "Я должен еще много сделать в этой жизни, прежде чем уйти из нее".

Все опрошенные мною резко отвергают самоубийство, как средство уйти в ту реальность, где они побывали во время своего опыта. Но само состояние смерти для них не представляется чем-то страшным, угрожающим.

1. "Мне было всего десять лет, когда это произошло, но и сейчас я сохранил абсолютное убеждение в том, что есть жизнь и после смерти. У меня нет и тени сомнения в этом. Я не боюсь умереть. Я всегда улыбаюсь про себя, когда слышу людей, сомневающихся в посмертном существовании. В жизни мне пришлось пережить много всяких приключений. Однажды мне угрожали револьвером, приставив его к моему вику. Но мне не было страшно, потому что в ту секунду я думал: "Ну что же, если они убьют меня, я знаю, что все равно буду жить где-то в другом месте".

2. "Маленьким мальчиком я боялся смерти и часто плакал, просыпаясь по ночам. Мать и отец прибегали в комнату, чтобы узнать, что случилось. Я говорил им, Что не хочу умирать, просил, чтобы они, если можно, спасли меня. Мать успокаивала, говоря: "Не плачь, не

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

надо, просто это - путь, по которому мы все пойдем все с этим встретимся". Она говорила, что все туда идут в одиночку и все мы должны быть к этому готовы. Спустя много лет, после того как мать умерла, я говорил о смерти со своей женой и по-прежнему, как в детстве, боялся умереть. Но теперь я не боюсь смерти. Это ощущение исчезло. Теперь я не ощущаю ужаса на похоронах, как было раньше... Теперь я ни с кем не обсуждаю эту проблему, потому что знаю обо всем, что случится с нами, и совершенно спокоен".

3. "Не скажу, что смерть для меня желанна и что я хочу умереть пр-ямо сейчас. Но я не боюсь смерти потому, что знаю, куда денусь после того, как она придет ко мне, так как я уже побывал там".

4. "...Теперь я знаю, что меня ожидает, и я не будут так смущен, как в свою первую встречу со светом. Не могу утверждать, что мне захочется вернуться туда в ближайшее время. Я хочу еще многое сделать в этом мире".

Человек, переживший опыт "умирания", не сомневается в том, что жизнь не прекращается со смертью тела. Для него это уже - не абстрактная возможность, а факт из его собственной жизни.

Давайте вспомним концепцию аннигиляции, которую мы обсуждали в начале книги. Согласно этой теории смерть представляется в виде "засыпания" или "забвения". Люди, пережившие "смерть", решительно отвергают такое сравнение. Они склоняются к мысли, что смерть есть переход из одного состояния в другое. Или - выход сознания на более высокий уровень бытия.

1. "Некоторые говорят, что мы не употребляем слова "смерть" потому, что всегда стремимся избежать ее. Что касается меня, то я думаю иначе, 5сли бы вы пережили то же самое, что я, то вы бь: сердцем чувствовали, что просто переходите из с^ного состояния в другое, как, скажем, из школы - ь колледж".

2. "Жизнь подобна тюремному заключению. Но в своем состоянии мы не понимаем, какой тюрьмой является для нас наше тело. Смерть подобна освобождению, выходу из тюрьмы. Это, пожалуй, самое точное, с чем бы я мог ее сравнить".

Даже те люди, которые раньше уже имели свое мнение о природе посмертного существования, после своего опыта в каком-то смысле начинают относиться к этому по-другому. Я не встретил ни одного человека, который бы в своем рассказе описывал распространенную мифологическую картину посмертного бытия. Ни один не упоминал о небесах, "жемчужных вратах", крылатых ангелах, играющих на арфах, также не говорилось об адском пламени или - о чертях с ведьмами. Так что модель посмертной награды или наказания отсутствовала или отвергалась даже глубоко религиозными людьми. К своему изумлению многие из этих последних обнаруживали, что даже тогда, когда в присутствии "светоносного существа" демонстрировались их несомненно ужасные и недостойные поступки, они не чувствовали с его стороны никакой ярости или гнева, а только одно понимание и даже юмор.

Вместо упомянутой нами старой модели многие приходят к новому пониманию сущности потустороннего мира. Согласно этому новому взгляду, тот мир это не односторонний суд, а скорее максимальное самораскрытие и развитие. Развитие души, совершенствование любви и познание не прекращаются со смертью тела. Напротив, они продолжаются и по ту сторону бытия, возможно, ВЕЧНО или, во всяком случае - в течение какого-то периода, причем с такой углубленностью, о которой мы можем только догадываться.

Помимо перечисленных околосмертных явлений выявились и некоторые новые, не отмеченные ранее элементы. При этом все сообщения о них принадлежат лицам, которые имели необычайно длительный предсмертный опыт (около 15 минут). Как и в первом

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

случае, я позволю себе выделить только те элементы, которые повторяются в нескольких независимых друг от друга рассказах.

Видение совершенного знания

Несколько человек рассказывали мне о том, что во время встреч со "смертью" они на мгновение видели целую отдельную область существования, в которой, казалось, присутствовало все знание прошлое, настоящее и будущее - в каком-то вневременном состоянии. Свои ощущения они описывали как момент озарения, во время которого им казалось, что человек обладает совершенным знанием. Все пациенты отмечали невыразимость своих переживаний и говорили также, что чувство совершенного знания исчезает после их возвращения и им не свойственно никакое всевидение. Знание, которое они видели, не только не мешает им учиться в этой жизни, но и побуждает к учению.

Свои впечатления они сравнивают со вспышкой вселенского прозрения, со способностями высшего знания, "школой" и "библиотекой". Однако подчеркивают, что слова, используемые для описания этого опыта, являются в лучшем случае тусклым отражением той реальности, которую они пытаются выразить. У меня возникло чувство, что может существовать одно исходное состояние сознания, которое является основой всех этих различных отчетов. Одна женщина сообщила следующее: - Мне кажется, что это произошло после того, как я увидела, как передо мной прошла вся жизнь. У меня было ощущение, что внезапно на какую-то секунду 'я узнала секреты всех веков, смысл Вселенной, звезд, Луны - всего; я обладала всезнанием - зна- J нием всего, что возникло с самого начало и будет в * бесконечности. Но после того как я вернулась обратно, знание исчезло, и я не могу ничего из него

нить. Кажется, что когда я приняла решение вернуться, мне было сказано, что я не сохраню знание. Но я подчинилась зову своих детей.

Всесильное знание открылось передо мной. Казалось, мне было сказано, что я буду больна некоторое время и услышу тайные голоса. Я слышала после этого несколько тайных голосов. Они говорили, что нужно стереть в моей памяти то всеохватывающее знание, которое мне было дано... что я узнала секреты Вселенной и мне потребуется время для того, чтобы все забыть. И я помню о том, что некогда знала все, что это действительно было, но я не смогла сохранить знание по возвращении. Я сделала выбор: вернуться к своим детям. Все, что произошло, я помню ясно, за исключением того мимолетного мгновения знания, и чувство всеведения исчезло, когда я вернулась в свое тело.

Это звучит глупо, когда говоришь об этом вслух, а может быть, мне так кажется оттого, что я никогда не могла рассказать кому-либо другому обо всем этом.

Я не знаю, как объяснить это, но я знала... Как говорит об этом Библия: "Все будет нам открыто". Ни мгновение не было вопроса без ответа. Как долго это продолжалось, я не могла бы сказать. Земного времени не существовало.

- В каком виде это знание предстало вам? В словах или картинах?

- Оно представало во всех формах: и как зрелище, и как звуки и мысли. Оно было каждым в отдельности и было всем. Меня охватывало такое чувство, как будто не было ничего неизвестного. Все знание было там, не из одной какой-то области, а все.

- Меня волнует, собственно, один момент. Я провел большую часть своей жизни в поисках знания, постоянно учился. Если происходит так, как вы говоРите, не следует ли отсюда, что тогда все это - бессмысленно? Нет! Вы все еще стремитесь к знанию даже

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

после того, как вернулись назад, сюда. Я все еще ищу знание... пытаться найти ответ здесь на земле - это не глупо. Я чувствую что в этом состоит наше предназначение... но это знание не предназначено для одного человека, оно должно использоваться для всего человечества. Мы всегда оказываем помощь другим тем, что мы знаем.

Эта женщина явно чувствовала, что причиной ее] выздоровления было забвение почти всего из того знания, которое открылось ей. Это заставляет предположить, что существует некий действующий механизм, функцией которого является блокировать знание, полученное в состоянии особого существования, для того чтобы оно не могло быть перенесено в физическое состояние бытия.

Меня поражает сходство между этим представлением и тем, что было выражено в общепринятом метафорическом и поэтическим виде - Платоном в его пересказе истории Эра, воина, который вернулся к жизни на погребальном костре после того, как был признан умершим.

Во время беседы со мной молодой человек рассказал следующее:

- Я находился в школе... И это не было плодом моего воображения. Я был абсолютно уверен, что все это происходит в действительности. Это было похоже на школу, там никого не было, и все же я чувствовал присутствие других существ. Было похоже на то, что уроки как будто входят в меня, и продолжали бы входить, если бы я не вернулся обратно...

- Это интересно. Другой человек рассказывал мне, что он входил в то, что он называл "библиотеками" и "институтами высшего знания". Похоже ли это на то, о чем вы пытаетесь мне рассказать?

- Видите ли, когда вы говорите о том, что он вам сообщил, у меня возникает чувство, что я знаю в точности то же самое, что он хочет выразить, я знаю, что он ощущал то же самое, что и я. И однако.. слова, которые я употреблял, - иные, так Kг в

действительности слов нет... я не могу это описать. Это нельзя сравнить ни с чем здешним... Знание и информация приобретаются без труда - все знания... Вы поглощаете знание... Вы внезапно узнаете ответы... Как будто вы сосредоточиваетесь умом на одном месте, и когда взмываете вверх, знание потоком устремляется в вас как бы автоматически. Как будто вы прошли курсы по скоростному чтению.

Женщина средних лет описывала свое состояние таким образом:

- Был один момент - и это иначе не описать, - когда я как будто знала все... На мгновение коммуникация перестала быть нужной. Мне казалось, что я могу знать все, что захочу.

Город света

Один человек средних лет, переживший остановку сердца, рассказывал:

- У меня произошел разрыв сердца, и я клинически умер... Но я все помню, абсолютно все. Неожиданно я почувствовал онемение. Звуки стали звучать как будто в отдалении... Все это время я прекрасно сознавал все, что происходило. Я слышал, как сердечный осциллограф выключился. Я видел, как в комнату вошла сестра и позвонила по телефону, заметил вошедших за ней докторов, сестер, сиделок.

В это время все как бы потускнело, послышался звук, который я не могу описать, - он был похож на Удары большого барабана. Это был очень быстрый, стремительный звук, подобный звуку потока, бегущего через ущелье. Вдруг я поднялся и оказался на высоте нескольких футов, глядя на собственное тело ^^Рху вниз. Вокруг моего тела хлопотали люди. Но у меня не было страха. Боли я тоже не ощущал. Только покой. Примерно через секунду или две мне показа^ь, что я перевернулся и поднялся. Было темно - ^к в дыре или туннеле, но вскоре я заметил яркий

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

свет. Он становился ярче и ярче. Казалось, 4-10 я двигался через него.

Внезапно я оказался где-то в другом месте. Меня окружал красивый, золотистый свет, исходящий из неведомого источника. Он занимал все пространство вокруг меня, исходя отовсюду. Потом послышалась музыка, и мне показалось, что я нахожусь за городом среди ручейков, травы, деревьев, гор. Но когда я оглянулся вокруг, то не увидел ни деревьев, ни какихлибо других известных предметов. Самым странным мне представляется то, что там были люди. Не в каком-нибудь виде или теле. Просто они там были.

У меня было чувство совершенного мира, полного удовлетворения и любви. Похоже, что я стал частицей этой любви. Я не знаю, как долго продолжались эти ощущения, целую ночь или всего лишь секунду.

А вот каким образом описывала подобное состояние одна женщина:

- Я чувствовала некоторую вибрацию вокруг моего тела. И в нем самом. Я оказалась как бы разделенной, а затем я видела свое тело... В течение некоторого времени я наблюдала за тем, как доктор и сестры возились с моим телом, и ждала, что оудет дальше... Я находилась у изголовья кровати, смотрела на них и на свое тело. Я заметила, как одна из сестер направилась к стене вдоль кровати, чтобы взять кислородную маску, и почувствовала, как она прошла сквозь мою шею.

Затем я поплыла вверх, двигаясь через темный туннель, и вышла к сияющему свету. Немного позднее я встретилась там с дедушкой и бабушкой, отцом и братьями, которые умерли... Повсюду меня срУжал прекрасный сверкающий свет. В этом чу^с^ом месте были краски, яркие краски, но не такие, ..ак на земле, а совершенно неописуемые. Там были цеди, счастливые люди... целые группы людей. Некоторые из них что-то изучали.

В отдалении... я видела город, в котором были здания. Они ярко сверкали. Счастливые люди,

дающая вода, фонтаны... мне кажется, что это был город света, в котором звучала прекрасная музыка. Но я думаю, что если бы я вошла в этот город, то уже никогда бы не вернулась... Мне было сказано, что если я пойду туда, я не смогу вернуться назад... и что решение - за мной...

Эти общие пункты можно выделить в рассказе женщины, которая была "мертва" в течение пятнадцати минут.

- Вы упоминаете о том, что видели этих людей - духов, которые казались очень смущенными. Не можете ли вы рассказать подробнее о них?

- Я не знаю в точности, где видела их... Но во время моего продвижения я оказалась в довольно унылом месте, отличающемся от сияющего повсюду света. Облик этих духов был более человекообразен, чем у остальных, но при этом они не имели человеческой формы.

То, что можно назвать головой, было направлено вниз, вид у них был подавленный и печальный. Казалось, что они волочили ноги и напоминали группу каторжников, скованных общей цепью. Не могу сказать, почему я рассказываю об этом, так как я не помню, чтобы видела их ноги. Они выглядели изможденными, печальными и серыми. Казалось, что они не знают, куда идут, за кем им нужно следовать и что искать.

Я прошла мимо них, но они даже не подняли голов. Казалось, они думали: "Все конечно. Что я могу сделать? Зачем все это?" У них был абсолютно подавленный, безнадежный вид, какой бывает, когда не знаешь, что делать, куда идти или кем ты являешься. Казалось, что они все обречены находиться в вечном движении в неизвестном направлении. Сначала они шли прямо, затем поворачивали направо... Что-то они ищут, но что именно, я не знаю.

~~ Не казалось ли вам, что они осознают физический мир?

- Нет. Мне казалось, что они не осознают ничего - ни физического, ни духовного мира. По-видимому,

^ Заказ N425 417

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

они находятся где-то между этими двумя мирами. Возможно, у них имеется некоторый контакт с физическим миром. Что-то тянет их вниз, так как они согнуты и смотрят вниз, возможно, на физический мир... а может быть, они наблюдают за чем-то, чего не сделали или что должны были совершить. Они не знают, что им делать, поэтому у них удрученные лица и нет в них красок жизни. - Они казались растерянными? - Очень растерянными, не знающими, кто они такие и что они такое. Это было похоже на то, будто они потеряли всякое знание о себе, лишились индивидуальности.

- Не кажется ли вам, что они находились в области между физическим миром и той областью, где были вы?

- Насколько я помню, я видела все это после того, как оставила больницу в физическом мире. Я чувствовала, что я поднялась и вошла в туннель, как я его называю, но увидела я их перед тем, как вошла в духовный мир, где было так много сверкающего солнечного света, который окружал все. Он был ярче солнечного и не вредил глазам, как солнечный свет, если на него пристально смотреть. Но в том месте, где я увидела их, было чрезвычайно уныло, серо, мрачно. Это было похоже на черно-белое кино.

Они не ощущали моего присутствия. Это было очень тяжело.

Казалось, что они пытаются что-то решить, они смотрели назад и не знали, продолжать ли им двигаться или вернуться в тела, в которых они были. Казалось, они все время колебались. Взгляды их были устремлены вниз, вверх они не смотрели. Они не хотели идти дальше. Казалось, что их великое множество.

Один человек рассказывал мне о многих случаях, свидетелем которых он был в то время, когда " умер"' Он видел, например, обычного прогуливающегося по улице, не сознающего ничего человека, в то время

как один из унылых духов парил над ним. Пациент заметил, что у него было такое чувство, что этот д'ух при жизни был матерью этого человека и, будучи неспособным порвать со своим земным предназначением, пытался подсказать своему сыну, что ему нужно делать...

Сверхъестественная помощь

Люди рассказывали о том, что когда они находились в околосмертном состоянии, то они были спасены от физической смерти вмешательством какого-то духовного посредника или существа. В каждом случае затронутая личность оказывалась (сознательно или бессознательно) в потенциально фатальной ситуации, говоря другими словами, в серии обстоятельств, спастись из которых было выше ее сил. Человек мог даже сдаться и приготовиться к смерти. Однако в этот момент звучал гонг или появлялся свет и уводил его от края смерти. Люди, пережившие это, рассказывают, что после происшедшего их жизнь изменилась и они почувствовали, что спасены от смерти с определенной целью. Все они сообщали, что их религиозные убеждения после этого усилились.

Один мужчина рассказал мне о том, как попал в промышленную аварию, во время которой он оказался в огромной цистерне, где под большим давлением нагнетался поток очень горячей кислоты и пара.

- Жар был ужасный. Я закричал: "Выпустите меня отсюда! Я пойман в ловушку". Я забился насколько смог в угол и спрятал лицо, но корпус цистерны был настолько накален, что жег меня через одежДУ. В это время я понял, что буквально через несколько минут меня смертельно обожжет. И я сдался. Я "Р^то сказал себе: "Это все. Я конченый человек". Я ^^го не видел, так как жар был настолько сильным, ^ я не мог открыть глаза. Несмотря на это, мне ^Руг показалось, что все пространство озарилось

14*

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

том. И одна строка из писания, которую я слышал всвд жизнь и которая никогда не имела для меня особого значения - "Вот я с тобою всегда", пришла ко мне с того направления, которое позднее оказалось единственным путем к выходу.

У меня были закрыты глаза, но тем не менее д видел свет, за которым последовал. Врачу даже не понадобилось после лечить меня. Кислота в глаза не попала.

- Изменило ли это как-то вашу жизнь? - После того как я вернулся к работе, некоторые из моих сослуживцев говорили, что я стал чрезвычайно спокойным после всего того, что произошло. Я несмелый человек. У меня мало мужества. Но тот факт, что меня вывела невидимая рука и спасла, вдохнул в меня мужество, стал источником спокойствия, которое все заметили. Голос, который вывел меня, был голосом, даровавшим мне мужество.

- Голос, который вы слышали, был похож на нормальный физический голос?

- Нет, он был как бы усилен. Не возникало никакого сомнения в том направлении, из которого он исходил... Никогда я бы сам не вышел из этого жара. Я знал, что был обречен.

- Голос вам приказывал? Как долго это продолжалось?

- Это казалось вечностью... Вообще-то все произошло в течение двух минут, после того как я увидел, что попал в ловушку, но тогда это казалось вечностью.

- Показался ли вам свет похожим на нормальный физический свет?

- Нет. Это был большой яркий свет. Я не видел никакой фигуры, а только следовал за светом. Ничего, кроме яркого белого света. Это было подобно солнцу - как будто смотришь прямо на солнце. Другой человек рассказывал:

- Это случилось во время второй мировой вой' ны... Я служил в Европе. Однажды я увидел враясес^

дий самолет, который пикировал прямо на здание, где мы находились, и открыл огонь по нему... Я очень ^спутался и абсолютно ничего не видел, но вдруг почувствовал чье-то чудесное присутствие, и добрый нежный голос произнес: "Я здесь, с тобой, Рейд. Твое время еще не пришло"... С этого дня я не боюсь смерти.

Многие люди задавали этот вопрос, и мне кажется уместным проанализировать кое-что в околосмертных переживаниях, что может или не может быть связанным с концепцией суда.

Снова и снова мои "околосмертные субъекты" описывали мне панорамное, полноцветное, трехмерное видение событий своей жизни. Все доброе и все злое было мгновенно запечатлено там.

Большинство таких воспоминаний можно свети к следующей формуле. Человека спрашивали, совершал ли он свои действия, руководствуясь любовью к другим людям, т. е. были ли у него мотивы любви. Когда люди видели все эгоистические действия, совершенные ими, они чувствовали чрезвычайное раскаяние. Когда они видели те события, в которых проявили доброту, то ощущали удовлетворение.

Особенностью этих рассказов являются сообщения о том, что умирающие видят перед собой не только некоторые свои дела, но и последствия этих дел для Других людей. Суд исходил как бы из глубины их самих. В этом состоянии людям казалось, что они видели, что следовало и что не следовало делать, и судили себя соответственно.

Вот как один человек описывает свои ощущения: - Сначала я находился вне своего тела, над зданием, и мог видеть, что там лежит мое тело. Затем я "Щутил свет - просто свет, - который окружил Меня. Казалось, что все из моей жизни прошло

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

до мной как некая демонстрация. Я был поистине очень, очень пристыжен многим, что я осознал, так как оказалось, что у меня было иное знание, и свет показал мне, что было в моей жизни плохим и что я сделал плохого. Все это было очень реально. Казалось, что воспоминания служили, главным образом, для выяснения моей земной жизни, как будто производился суд, а затем внезапно свет стал слабее, и произошел разговор - не в словах, а в мыслях.

До сих пор я не могу отделаться от впечатления, что мне было показано не только то, что я сделал, но даже то, как мои действия повлияли на других людей.

Очень часто люди, вернувшись из подобного состояния, чувствуют, что им необходимо изменить свою жизнь.

Никто никогда не описывал мне состояние, подобное архетипному аду. Замечу, что я никогда не беседовал также с настоящим преступником перед его смертным часом.

Понятия Рая и Ада, Суда, Последнего Суда, Конца мира и Божьей Благодати - являются эсхатологическими концепциями, которые составляют основу многих споров среди богословов. Эти понятия настолько глубинны, настолько космичны по своему значению, что человеку очень трудно непосредственно говорить о них на простом человеческом языке.

Мои пациенты, пережившие околосмертный опыт, все время отмечали, что слова, используемые для описания их переживаний, являются только аналогиями или метафорами.

ПОЧЕМУ У БАБЫ-ЯГИ КОСТЯНАЯ НОГА?

Другой случай временной смерти, когда человек как был умирал, а потом оживал вновь, - это обряд инициации, т. е. обряд посвящения юношества при наступлении половой зрелости. Следы этого некогда широко распространенного обряда, как это ни удивит

тельно, сохранила сказка. Это убедительно доказал В. Я. Пропп.

Итак, что такое посвящение? Это - один из институтов, свойственных родовому строю. Обряд этот совершался при наступлении половой зрелости. Этим обрядом юноша вводился в родовое объединение, становится полноправным членом его и приобретал право вступления в брак. Такова социальная функция этого обряда. Формы его различны, и на них мы еще остановимся в связи с материалом сказки. Формы эти определяются мыслительной основой обряда. Предполагалось, что мальчик во время обряда умирал и затем вновь воскресал уже новым человеком. Это так называемая временная смерть. Смерть и воскресение вызывались действиями, изображавшими поглощение, пожирание мальчика чудовищным животным. Он как бы проглатывался этим животным и, побыв некоторое время в желудке чудовища, возвращался, т. е. выхаркивался или извергался. Для совершения этого обряда иногда выстраивались специальные дома или шалаши, имеющие форму животного, причем дверь представляла собой пасть. Тут же производилось обрезание. Обряд всегда совершался в глубине леса или кустарника, в строгой тайне. Обряд сопровождался телесными истязаниями и повреждениями (отрубанием пальца, выбиванием нескольких зубов и др.). Другая форма временной смерти выражалась в том, что мальчика символически сжигали, варили, жарили, изрубали на куски и вновь воскрешали. Воскресший получал новое имя, на кожу наносились клейма и Другие знаки пройденного обряда. Мальчик проходил более или менее длительную и строгую школу. Его обучали приемам охоты, ему сообщались тайны религиозного характера, исторические сведения, правила и требования быта и т. д. Он проходил школу охот"^^ и члена общества, школу плясок, песен и всего, что казалось необходимым в жизни. Вот несколько показаний. "Почти повсеместно обряд посвящения ^^очает мимическое представление смерти и

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

кресения посвящаемого". "Главная часть церемонии состояла в умерщвлении и воскресении посвящаемого^ который таким образом приобретал магическую силу"1 "С наступлением назначенного дня сельский маг пот-j рясает трещоткой по направлению к юношам, которые падают замертво. Их одевают в погребальные' одежды и уносят в загороженное место вне деревни, называемое вела. Предполагают, что эти "мертвецы" разлагаются, и что маг-волшебник собирает кости и возвращает юношей к жизни".

Этому умиранию и воскресению приписывали приобретение магических свойств. Одной из форм временной смерти было вскрытие человека или его разрубание на куски. Мы знаем, что обряды, имеющие предметом вскрытие или разрубание, действительно производились, но сведения об этом очень скудны. Так, у австралийцев племени варрамунга юноша погружается в сон, а жрецы "во время сна его убивают, вскрывают труп, меняют его органы и вводят в него маленькую змею, которая воплощает магические способности".

Если всмотреться в эти случаи, то видно, что прободение копьем языка производилось действительно, а вскрытие тела и перебирание внутренностей производилось при бессознательном состоянии неофита, т. е., по-видимому, не производилось фактически; вызывалось только впечатление этого.

Есть сведения, что фактически убивался военнопленный или раб. В некоторых случаях отрубание головы производилось над изображениями.

Мотив разрубания и оживления очень популярен и в сказке.

Один из сюжетов, в котором имеется разрубание, это сказка о невесте в разбойничьем лесном доме, разновидностью которого является "Синяя Борода". В сказках типа "Синяя Борода" девушка в запертом чулане видит изрубленных жен Синей Бород л. У Гримм: "Но что увидела она, когда она заглянула внутрь? Большой кровавый таз стоял в середине, а в

нем лежали мертвые разрубленные люди. Тут же стояла плаха, и на ней блестящий топор". Когда колдун обнаруживает, что девушка была в запертом чулане, "он бросил ее наземь, таскал ее за волосы, отрубил ей на плахе голову и разрубил ее, так что по земле текла кровь". В северной сказке девушка и мальчик попадают в дом разбойников. Ее приглашают в дом: "Заходите пообедать". Зашли, налили щей и принесли белого хлеба, принесли говядину. Когда приходят разбойники "они побежали в странную комнату (т. е. в комнату странников) - тащат мальчика за махало в кухню. Топится печка и чугун кипит. Мальчика пихнули в чугун и сварили к ужину. Закричал мальчик по худому, и недолго кричал - умертвился. Вынесли мальчика на тарелку, сели кушать; накушалися и успокоились спать".

Итак, в лесной избушке в разных типах сказок производится разрубание человека.

Другим типом разрубания, уже тесно связанным с определенным сюжетом, является разрубание в сказках о неудачном врачевании. Это - популярная сказка с несколькими разновидностями. Старик попадает в кузницу или встречает Николу, который его разрубает, оживляет и омолаживает. "Ложись, старче, в корыто" - говорит странник. Старик лег, а странник взял топор и изрубил его на мелкие части. Поп принес воды; странник спрыснул ею изрубленное тело - стала пена; он в другой раз спрыснул стало мертвое тело; в третий раз спрыснул - стал молодой человек". Здесь ясен смысл обряда - разрубание создает нового человека.

Разрубленные тела часто варятся. Огонь так же омолаживает, как разрубание.

Мы знаем, что в обрядах инициации неофиты в самых разнообразных формах подвергались воздействию огня.

Сжигание, обжаривание, варка посвящаемых прослеживаются уже на наиболее ранних известных нам ступенях обряда посвящения. Спенсер и Гиллен записали

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

эти обряды среди астралийцев. Обряд, записанный ими, длился много дней и представлял собой нечто вроде спектакля. Один из его эпизодов состоял в том, что предварительно было вырыто в земле длинное углубление такой величины, чтобы вместить в себя тело мужчины. Это и есть "печь". Один из представляющих был уложен в углубление, другой стал на колени у его ног, а третий - у головы. Двое последних изображали собой мужчин арунта, жаривших человека в земляной печке. Каждый из этих двух при помощи бумеранга делал вид, что поливает жарящегося и засыпает его тело угольями; при этом они удивительно хорошо подражали звукам шипящего и лопающегося жарящегося мяса... Тогда из темноты выступил четвертый артист, представлявший мужчину тотема лягушки времени Дльчеринга (т. е. глубокой древности). Он шел неуверенным шагом, беспрестанно втягивая в себя воздух, как бы чувствуя запах жарящегося мяса; но, по-видимому, он был не в состоянии открыть, откуда несся запах.

Таков рассказ Спенсера и Гиллена. Последний исполнитель приходит уже к самому концу представления. Посвящаемый к тому времени уже сгорел. Никаких следов старой, смертной, человеческой натуры не осталось, что и выражается в том, что после сгорания ничего нельзя было обнаружить по запаху.

В этом случае обряд выполнялся символически. Он мог выполняться более жестоко. Юношей держали на огне по 4-5 минут. В Верхней Гвинее посвящаемые "убивались, жарились и совершенно изменялись". Обряд в Виктории описывается так: "Сильный огонь, зажженный в предыдущую ночь, к этому времени уже сгорал, так что он содержал только золу и тлеющие уголья. Над огнем держат шкуру опоссума, и на нее лопатами насыпают угли и золу. Юноши проходят под шкурой, и их осыпают углями и золей"

Мы знаем, что при посвящении юноша как бы получал новую душу, становился новым человеком. Мы здесь стоим перед представлением об очистит

ной и омолаживающей силе огня - представлением, которое затем тянется до христианского чистилища.

В Океании еще накануне "разжигают огромный огонь. Мужчины приказывают неофитам присесть к нему. Сами мужчины рассаживаются в несколько тесных рядов позади них. Вдруг они схватывают ничего не подозревающих мальчиков и держат их близ огня, пока не будут спалены все волосы на теле, причем многие получают ожоги. Никакие вопли не помогают.

Сжигание, обжигание, обжаривание во всех этих случаях ведет к величайшему благу, к тому благу, к которому приводит весь обряд вообще, т. е. к тем способностям, которые нужны полноправному члену родового общества.

Мы знаем, что весь обряд представляет собой нисхождение в преисподнюю. То, что происходило с посвящаемыми, происходило и с умершими. На островах Согласия представляли себе, что "душу варили или пекли в земной печке, подобно тому, как свиней пекут в земле, и что ее затем помещали в корзину из листьев кокосовой пальмы, ранее чем подать ее тому богу, которому умерший поклонялся в жизни. Этим каннибальским божеством он теперь съедается, после чего, посредством некоего необъяснимого процесса, умерший и растерзанный человек эманировал из тела божества и становился бессмертным".

Мы не будем останавливаться на стадии первобытного мифа, а прямо перейдем к сказке, причем проследим сперва сжигание как благо. В новгородской сказке мальчика отдают в науку "дедушке лесовому". Его дочери топят печь. "Дед и бросил мальчика в печь - там он всяко вертелся. Дед вынул его из печки и спрашивает: "Чего знаешь ли?" "Нет, ничего не знаю" (трижды пень накаляется докрасна). - ^Ну теперь, научился ли чему?" - "Больше твоего знаю, дедушко", - ответил мальчик. Ученье окончено, дед лесовой и заказал батьку, что он приходил за сыном". Из дальнейшего видно, что мальчик научился превращаться в животных. В вятской сказке мальчик

также попадает к лесному учителю. Отец за ним приходит. "Нет, еще не отдам. Я его еще варить стану в котле". Расклал огнище, поставил котел, сына как сцапал, бросил в этот котел. Тот выскочил невредимым. В другой раз бросил, тоже невредимо. "Будет ли ужо?" - "Нет, еще разок... Ты теперь больше меня знаешь, так будет". Здесь мальчик научается понимать крик птиц. В обоих случаях сохранена первоначальная охотничья основа: прошедший посвящение приобретает качества животного.

Однако наряду с этим представление о сжигании как о благе, уже очень рано имелось другое, противоположное ему. Мы пока только устанавливаем факт. а объяснение его дадим после рассмотрения материалов.

Такое отрицательное отношение мы имеем, например, на островах Кука. Здесь полагали, то после некоторых приключений душа попадает в сети страшного существа, называемого Миру. "Наконец, сеть вытаскивалась с душой в ней, которая теперь, ы а половину захлебнувшись, дрожа, вводилась к ужасной ведьме Миру, известной под названием Красная, потому что ее лицо отражало пылающий жар вечно топящейся печки, в которой она варила свои неземные жертвы. Сперва, однако, она кормила и может быть откармливала их черными жуками, красными земляными червями, крабами и мелкими птицами. Подкрепленные, они должны были выпивать ча^ку крепкого "кава", сваренного прекрасными руками четырех красавиц - дочерей ведьмы. Приведенные в состояние бесчувственности эти опьяняющим напитком, души затем уносились без всякого сопротивления к печке и варились там".

Кто не узнает здесь детей, попавших к ведьме и откармливаемых, чтобы быть съеденными?

В этом случае интересно, что никакой борьбы против сжигания нет. Резко бросается в глаза полная неизбежность того, что происходит, обреченность души. Этот материал записан на островах Кука, а материал,

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

денный выше, где сжигание приводит к обожествлению, записан не слишком далеко оттуда - на островах Согласия. Следовательно, на одной и той же территории мы имеем диаметрально противоположные представления. Дело, следовательно, не в территориальном принципе, а в другом: судьба души зависит от социального положения умершего. Сжигание смертельно для женщин, детей, для всех умерших естественной смертью. Они попадают в сети Красной Миру, и это означало окончательную смерть, уничтожение навеки. Убитые же в бою, вообще воины и вожди, умирают иначе, - их души через горы уходят в небесный мир для вечной жизни.

Таким образом эта двойственность появляется с начатками социальной дифференциации.

С этой стороны интересно рассмотреть античный материал. Действующие лица - боги и герои. В гомеровском гимне Деметра, богиня земли, плодородия и подземного царства, странствует в поисках своей дочери и попадает в дом Келея. Здесь она живет неузнанной, она принята в няньки младенца Демофонта. "Деметра согласилась остаться там и стать нянькой младенца. Она взяла ребенка в свои бессмертные руки и приложила его к своей благоухающей груди, и сердце матери радовалось". Так Деметра воспитывала Демофонта, и ребенок рос подобно богу, не брал груди и не ел хлеба, но Деметра натирала его ежедневно амброзией, будто бы он действительно был отпрыском богов, нежно на него дышала, держа его на своих руках, ночью же, когда она была одна с ребенком, она тайно прятала его в силе огня, как головню, ибо ее сердце склонялось к ребенку, и с радостью она подарила бы ему бессмертие.

Так говорится в гомеровском гимне. Как указано, сгорания здесь не происходит. Мать ребенка однажды ночью подсматривает за Деметрой, в ужасе видит своего ребенка в огне и кричит. Богиня в гневе на неразумную мать вырывает его из пламени, лишая ^о, таким образом, бессмертия. Предметом мифа

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

ляется не столько сжигание, сколько сопротив,г:"ле ему. Х'

Совершенно то же мы видим в мифе о Пелее и Фетиде. Фетида, мать Ахилла, по ночам погружает сына в огонь, чтобы уничтожить, выжечь в нем смертную природу его отца Пелея и дать ему божественность и бессмертие. Но Пелей подсматривает и вырывает у нее сына. Итак, в античности сгорание уже не происходит. Здесь мотив сгорания уже на ущербе. В этой связи оно переходит в загробные представления, и эти представления очень близки к сказке. Несмотря на то, что действующие лица мифа - боги и полубоги, люди, которые должны стать богами, по "непониманию" людей обыкновенных ими не становятся. Исторический процесс переосмысления здесь совершенно ясен.

Точно так же и сказка, наряду с сохранением архаических форм сжигания, приводящего к приобретению способностей, нужных охотнику и вождю, сохранила противоположное понимание сжигания, как ужаса, который счастливо избегается.

Среди способов, какими в обрядах посвящения достигается временная смерть, было введение под кожу острых предметов. "Главная часть церемонии состояла в умерщвлении посвящаемого, который таким образом обретал большую магическую силу. Умерщвление производилось путем мнимого или волшебного введения в тела посвящаемых священных раковин, после чего упавший вновь оживлялся песнями". Этими раковинами стреляли в посвященного. "Мнимым" или "волшебным" такое убиение представляется исследователю или постороннему зрителю, но не самому посвящаемому, который мнил себя действительно убитым и воскресшим. Данный случай не исключение. Общеизвестно, что почти во всем мире болезнь приписывается наличию в теле постороннего предмета, а лечение состоит в извлечении шаманом этого предмета. Здесь этим же причинам приписывается смерть и возвращение к жизни.

Другим способом вызвать временную смерть было отравление. Этот способ практиковался очень широкого. Юноши падали замертво, теряли сознание, а через некоторое время они приходили в себя и возвращались к жизни. Так, на Нижнем Конго руководить посвящением берет на себя жрец-волшебник. Он уходит со своими воспитанниками в лес и проводит там с ними определенное время. Они, по-видимому, при помощи наркотического средства погружаются в сон и объявляются мертвыми. Мы ничего не слышим об отравленных плодах. Яд, по-видимому, всегда подносился в виде напитка, каковой имеется и в сказке. Но в сказке действие напитка, кроме того, часто переносится на плоды.

Наконец, если на девушку надеваются рубашки, пояса, бусы и пр., то частично это - позднейшие, сказочные явления, частично же мы имеем здесь обряжение мертвого. На посвящаемых надевали одеяния мертвых, после чего они считались умершими. Там, где одежда вообще не известна, посвящаемого в знак смерти обмазывали белой глиной. Рубашка, надеваемая на девушку, есть одежда смерти. В самарской сказке девушке присылается "рубашка на смерть". Девушка "вздумала рубашку померить. Надела, легла да и умерла".

Таковы основные черты обряда. Обратим особое внимание на то, что посвящаемый якобы шел на смерть и был вполне убежден, что он умер и воскрес. Итак, герой сказки, будто то царевич или изгнанная падчерица, или беглый солдат, неизменно оказывается в лесу. Именно здесь начинаются его приключения. Он дремучий, темный, таинственный, несколько условный, не вполне правдоподобный.

Связь обряда посвящения с летом настолько прочна и постоянна, что она верна и в обратном порядке. Всякое попадание героя в лес вызывает вопрос о связи данного сюжета с циклом явлений посвящения. Когда мы в современной сказке читаем: "Отец его °таез в леса, в особенную избушку, и он Богу

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

ся двенадцать лет". Или "Пойдем в лес, там есть для нас дом" и т. д., то связь здесь еще достаточно прозрачна и легко может быть разработана. Но все ^е надо сказать, что непосредственно в самой сказке пока не видно никаких других признаков леса, позволяющих сделать это сближение. Но дело меняется, когда мы рассмотрим функциональную роль этого леса. Лес в сказке вообще играет роль задерживающей преграды. Лес, в который попадает герой, непроницаем. Это своего рода сеть, улавливающая пришеЛьцев. Такая функция сказочного леса ясна в другом мотиве - в бросании гребешка, который превращается в лес и задерживает преследователя. Здесь же лес задерживает не преследователя, & пришельца, чужака. Сквозь него не пройти. Мы увидим, что герой получает от бабы-яги коня, на котором он перелетает через лес. Конь летит "выше лесу стоячего". Что этот лес не совсем обычен, видно по его обитателям, по избушке, которую вдруг видит перед собой герой. Идя "куда глаза глядят" и невзначай подняв взор, он видит необычайное зрелище - избушку на курьих ножках. Эта избушка как будто бы давно знакома Ивану; "Нам в тебя лезти, хлеба-соли ести^. Он нисколько не удивлен ею, и знает, как себя держать.

Некоторые сказки сообщают, что избушка эта "крутится", т. е. вращается вокруг своей оси. "Стоит перед ней избушка на курьих ножках и беспрестанно повертывается", "Стоит и вертитце". Повертывается она, однако, не сама собой. Герой должен заставить ее повернуться, а для этого нужно знать и произнести слов. Опять мы видим, что герой нисколько не удивлен. Он за словом в карман не лезет и знает, что сказать. "По старому присловию, по "мамкину сказанью: "Избушка, избушка, - молвил Иван, подув на нее, - стань к лесу задом, ко мне передом". II вот повернулась к Ивану избушка, глядит из окошв- седая старушка". "Избушка, избушка, повернись к ifcy глазами, а ко мне воротами: мне не век вековаодну ночь ночевать. Пусти прохожего".

Что же здесь происходит? Почему нужно избушку повернуть? Почему нельзя войти просто? Часто перед Иваном гладкая стена - "без окон без дверей" - вход с противоположной стороны. "У этой избушки ни окон, ни дверей, - ничего нет". Но отчего же не обойти избушки и не войти с той стороны? Очевидно, этого нельзя. Очевидно, избушка стоит на какой-то такой видимой или невидимой грани, через которую Иван никак не может перешагнуть. Избушка открытой стороной обращена к тридесятому царству, закрытой - к царству, доступному Ивану. Вот почему Иван не может обойти избушку, а поворачивает ее. Эта избушка - сторожевая застава. За черту он попадет не раньше, чем будет подвергнут допросу и испытанию, может ли он следовать дальше. Собственно, первое испытание уже выдержано. Иван знал заклинание и сумел подуть на избушку и повернуть ее. "Избушка поворотилась к ним передом, двери сами растворилися, окна открылися". "Избушка стала, двери открылись". Это пограничное положение избушки иногда подчеркивается: "За той степью дремучий лес, а у самого лесу стоит избушка". "Стоит избушка - а дальше никакого ходу нет - одна тьма кромешная, ничего не видать".

Некоторыми особенностями обладает избушка в женских сказках. Девушка, раньше, чем идти к яте, заходит к своей тетушке, и та предупреждает ее о том, что она увидит в избушке и как себя держать. Эта тетушка - явно привнесенный персонаж. Выше мы видели, что герой всегда сам знает, как себя держать и что делать в избушке. Внешне такое знание ничем не мотивировано, оно мотивировано, как мы увидим, внутреннее. Художественный инстинкт заставляет сказителя мотивировать это знание и ввести ^^гушку-советчицу. Эта тетушка говорит следующее: ^^м тебе, племянушка, будет березка в глаза стегать - i^i ее ленточкой перевяжи; там тебе ворота будут ^Рипеть и хлопать - ты подлей им под пяточки ^^^лица; там тебя собаки будут рвать - ты им

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

ца брось; там тебе кот будет глаза драть - ты ему ветчины дай".

Рассмотрим сперва действия девушки, когда она подливает под ворота маслица, то мы здесь видим следы окропления. В другом тексте это яснее: "Дверь взбрызнула водой". Мы уже видели, что и герой дует на избушку. Если она дает животным, охраняющим вход в избушку, мяса, хлеба и масла, то самые продукты, которые здесь даются, указывают на позднее земледельческое происхождение этой детали.

Чтобы найти объяснение всем этим явлениям, мы должны будем обратиться к мифам и обрядам народов, стадиально стоящих на более ранней ступени. Там мы не найдем ни окропления, ни хлеба, ни масла, ни ленточек на деревьях. Зато здесь мы видим нечто другое, объясняющее многое в образе избушки: избушка, стоящая на грани двух миров, в обряде имеет форму животного, в мифе часто совсем нет никакой избушки, а есть только животное, или же избушка имеет ярко выраженные зооморфные черты. Это объяснит нам и "курьи ножки" и многие другие детали.

Чтобы попасть в избушку, герой должен знать слово. Есть материалы, которые показывают, что он должен знать имя. Вспомним хотя бы сказку об АлиБабе и сорока разбойниках, где также надо знать имя, чтобы двери отверзлись.

Эта магия слова оказывается более древней, чем магия жертвоприношения. Поэтому формула "стань к лесу задом", формула, отверзающая пришельцу двери, должна быть признана древнее, "чем "дала коту маслица". Эта магия слов или имен с особой ясностью сохранилась в египетском заупокойном культе. "Магия была средством на пути умершего, которая отверзала ему двери потусторонних обитателей и обеспечивала его загробное существовение", - говорит Тураев. В 127-й главе "Книги мертвых" говорится: "Мы не пропустим тебя, - говорят запоры этой двери, - пока ты не скажешь нам нашего имени". "Я не

434

пропущу тебя мимо себя, - говорит левый устой двери, - пока ты не скажешь мне моего имени". То же говорит правый устой. Умерший называет имена каждой части двери, причем они иногда довольно замысловаты. "Я не пропущу тебя через себя, -говорит порог, - пока ты не скажешь мне мое имя". "Я не открою тебе, - говорит замок двери, - пока ты не скажешь мне моего имени". То же самое говорят петли, косяки и пол. И в конце: "Ты знаешь меня, проходи". Мы видим, с какой подробностью перечисляются все части двери, так, чтобы не пропустить ни одной. Очевидно, этому обряду, обряду именования, т. е. открывания дверей, приписывалось особое значение. Избушка охраняет вход в царство мертвых, и герой или произносит магическое слово, открывающее ему вход в иное царство, или приносит жертвоприношения.

Вторая сторона дела - животная природа избушки. Чтобы понять ее, нужно несколько ближе присмотреться к обряду. Избушка, хатка или шалаш такая же постоянная черта обряда, как и лес. Эта избушка находилась в глубине леса, в глухом и секретном месте. Иногда она специально выстраивалась для этой цели, нередко это делали сами неофиты. Кроме расположения в лесу, можно отметить еще несколько типичных черт ее: она часто имеет вид животного. Особенно часто имеют животный вид двери. Далее, она обнесена забором. Забор вокруг избы из человеческих костей, на заборе торчат черепа людские с глазами; вместо дверей у ворот - ноги человечьи, вместо запоров - руки, вместо замка - РОТ с острыми зубами". Что дверь избушки кусается, т. е. представляет собой рот или пасть, мы уже видели выше. Таким образом, мы видим, что этот тип избушки соответствует той хате, в которой производились обрезание и посвящение. Эта хата-зверь пос^^нно теряет свой звериный вид. Наибольшей со"Р^ивляемостыо обладают двери: они дольше всего ^охраняют вид пасти. "Дверь в комнате закрывалась

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

и открывалась, как пасть". Или, перед домом стоит орел: "Берегись! Всякий раз, когда орел раскроет свой клюв, быстро впрыгивайте по-одному!" Или "Сперва придется тебе пройти мимо массы крыс, а потом мимо змей. Крысы захотят тебя разорвать, змеи будут грозить проглотить тебя. Если ты счастливо пройдешь мимо них, то дверь тебя укусит". Э^о сильно напоминает нам увещевание тетушки в нашей сказке. Думается, что и птичьи ноги есть не что иное, как остаток зооморфных столбов, на которых некогда стояли подобного рода сооружения. Этим же объясняются животные, охраняющие вход в нее.

Будем следить за действиями героя дальше. Избушка повернулась, и герой в нее входит. Он еще п."ка ничего не видит. Но он слышит: "Фу, фу, фу! Прежде русского духу слыхом не слыхано, видом не видано, нынче русский дух на ложку садится, сам в рот катится. "Русский дух ко мне в лес зашел!" Или короче: "Фу, как рувска кость воня". На этой детали надо остановиться. Она очень существенна.

Запах Ивана есть запах человека, а не русского, Иван пахнет не просто как человек, а как живой человек. Мертвые, бестелесные не пахнут, живые пихнут, мертвые узнают живых по запаху. В сказаниях Северной Америки это видно очень ясно. Человек, например, отправляется искать свою умершую жену. В подземном царстве он наталкивается на дом. Хозяин дома хочет его проглотить, но говорит: "Он очень воняет! Он не мертв!" Этот запах живых в высшей степени противен мертвецам. По-видимому, здесь на мир умерших перенесены отношения мира живых с обратным знаком. Запах живых так же противен и страшен мертвецам, как запах мертвых страшен и противен живым. Живые оскорбляют мертвых тем, что они живые. Канон сказки требует, чтобы вслед за восклицанием "Фу, фу, фу!" и пр., следовало выспрашивание о цели поездки: "Дело пытаешь или от дела летаешь?" Мы ожидаем, что герой теперь расскажет о своей цели. Ответ, который он дает,

должен, однако, быть признан совершенно неожиданным и не вытекающим из угроз яти. Он прежде всего требует поесть. "Чего кричишь? Ты прежде напойнакорми, в баню своди, да после про вести и спрашивай". И, что самое необычайное, яга при таком отвр-а совершенно смиряется: "Бага-яга их напоила, накормила их в баню сводила". "Слезла, кланялась низко-.

Еда, угощение непременно упоминаются не толь,-.о при встрече с ягой, но и со многими эквивалентными ей персонажами. В тех случаях, когда царевич входит в избушку, а яти еще нет, он находит накрытым стол и угощается без нее. Даже сама избушка иногда подогнана сказочником под эту функцию: она "пирогом подперта", "блином крыта", что в детских сказках запада соответствует "пряничному домику". Этот домик уже своим видом иногда выдает себя за дом еды.

Отметим; что это постоянная, типичная черта яти, Она кормит, угощает героя. Отметим еще, что он отказывается говорить, пока не будет накормлен. Сама яга говорит: "Вот дура я, стала у голодного да у холодного выспрашивать". Что это? Почему герой никогда не ест, например, перед отправкой из дома, а только у яги? Эта не бытовая, не новореалистическня черта, эта черта имеет свою особую историю. Еда имеет здесь особое значение. Уже не стадии развития, на которой стояли североамериканские индейкьг, мы видим, что человеку, желающему пробраться в царство мертвых, предлагается особого рода еда. Та>:, например, в североамериканских сказаниях хозяин воды приводит к себе молодых людей. "Но стария женщина, мышь, предупредила молодых людей, чтобы они не ели того, что им даст Комокоа, иначе они никогда не вернутся на верхний свет". По верованию маори, "даже переправившись через реку, отделяющую живых от мертвых, еще можно вернуться, ао кто вкусил пищи духов, тот не вернется никогда".

Эти случаи совершенно ясно показывают, что, при°^Ц^вшись к еде, назначенной для мертвецов, прише

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

лец окончательно приобщается к миру умерших. От.сюда запрет прикасания к этой пище для живых. Мертвый не только не чувствует отвращения к этой еде, он должен приобщиться к ней, так как, подобно тому, как пища живых дает живым физическую силу и бодрость, пища мертвых придает им специфическую волшебную, магическую силу, нужную мертвецам.

Требуя еды, герой тем самым показывает, что он не боится этой пищи, что он имеет право на нее, что он "настоящий". Вот почему яга и смиряется при его требовании дать ему поесть. В американском сказании герой иногда только делает вид, что ест, а на самом деле бросает эту опасную пищу на землю. Наш герой этого не делает, он этой пищи не боится. Там, где культ мертвых уже получил полное развитие, эта необходимость еды на пути странника выражена ясно и сохранилась в деталях.

Еда отверзает уста умершего. Только приобщившись к этой еде, он может говорить.

В египетском заупокойном культе умершему, т. е. его мумии, по принесении в склеп прежде всего предлагали еду и питье. Эта так называемый "стол предложений".

То же представление мы имеем в античности. "Калипсо хочет, чтобы Одиссей взял у нее нектара и амброзии: только тот, кто поел пищи эльфов и испил их питья, навсегда остается в их власти"... "Так же Персефона принадлежит Аиду, поев гранатовое яблоко"... "Можно напомнить также о едений лотоса. Ктб из греков поел этой сладкой пищи, тот забывал родину и оставался стране лотофагов".

Все изложенные здесь материалы и соображения приводят нас к результату, что мотив угощения героя ягой на его пути в тридесятое царство сложился на основе представления о волшебной пищи, принимаемой умершим на его пути в потусторонний мир.

Таковы первые действия бабы-яги при появлении в избушке героя. Мы теперь обратимся к рассмотрению самой яги.

Облик ее слагается из ряда частностей, и эти частности мы рассмотрим сперва в отдельности, и только после этого рассмотрим фигуру ее в целом. Сама яга является в двух видах: или при входе Ивана она лежит в избе - это одна яга, или она прилетает - это яга другого вида.

Яга-дарительница при приходе Ивана находится в избушке. Она, во-первых, лежит. Лежит она или на печке, или на лавке, или на полу. Далее, она занимает собой всю избу. "Впереди голова, в одном углу нога, в другом другая". "На печке лежит баба-яга, костяная нога, из угла в угол, нос в потолок врос". Но как понимать "нос в потолок врос"? И почему яга занимает всю избу? Ведь она нигде не описывается и не упоминается как великан. И, следовательно, не она велика, а избушка мала. Яга напоминает собой труп, труп в тесном гробу или в специальной клетушке, где хоронят или оставляют умирать. Она - мертвец. Мертвеца, труп видели в ней и другие исследователи. Так, Гюнтер, исследовавший образ яги, исходя из античной Калипсо, говорит: "Если Хель (северная богиня подземной страны мертвых) имеет цвет трупа, то это означает не что иное, как то, что она, богиня смерти, сама есть труп".

Русская яга не обладает никакими другими признаками трупа. Но яга, как явление международное, обладает этими признаками в очень широкой степени. Им всегда присущ атрибут разложения: полая спина, размякшее мясо, ломкие кости, спина, изъеденная червями.

Если это наблюдение верно, то оно поможет нам понять одну постоянную черту яги - костеногость.

Чтобы понять эту черту, надо иметь в виду, что "осознание трупа" вещь очень поздняя. В уже приведенных нами стадиально более ранних материалах из Америки охранитель царства мертвых всегда или животное или слепая старуха - без признаков трупа. Анализ яги, как хозяйки над царством леса и ^го животных, покажет нам, что ее животный облик ^сть Древнейшая форма ее. Такой она иногда

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

ся и в русской сказке. В одной вятской сказке у Д. К. Зеленина, которая вообще изобилует чрезвычайно архаическими чертами, роль яги в избушке играет козел. "Лежит козел на полатях, ноги на грядках" и пр. В других случаях ей соответствует медведь, сорока и т.д. Но животное никогда не обладает костяной ногой не только в русском материале (что можно было бы объяснить явлениями языка - "яга" рифмует с "нога"), но и в материале международном. Следовательно, костяная нога как-то связана с человеческим обликом яги, связана с антропоморфизацией ее. Переходную, ступень от животного к человеку составляет человек с животной ногой. Такой ногой баба-яга никогда не обладает, но такими ногами обладают Пан, фавны и пестрая вереница всякой нечисти. Всякого рода эльфы, карлики, демоны, черти обладают животными ногами. Они так же сохраняют свои животные ноги, как их сохранила избушка. Но яга вместе с тем настолько прочно связана с образом смерти, что эта животная нога сменяется костяной ногой, т. е. ногой мертвеца или скелета. Костеногость связана с тем, что яга никогда не ходит. Она или летает, или лежит, т. е. и внешне проявляет себя как мертвец. Может быть, этой исторической сменой объясняется то, что Эмпуса, сторожащая у преддверия Аида, обладает перемежающейся наружностью, то представляясь "большим зверем", то быком, то ослом, то женщиной. Как женщина, она обладает одной железной ногой и одной ногой из ослиного помета. Обращаясь женщиной, она сохраняет какие-то признаки ослиной природы. Эта нога бескостна. Здесь можно усмотреть другую форму отмершей, а именно разложившейся ноги. такая форма не чужда и русской сказке: "Одна нога г...на, другая наземна".

Однако надо сказать, что выдвинутое здесь объяснение все же несколько проблематично, хотя оно и более правдоподобно, чем теория, выдвигаемая Гюнтером. По его мнению, животные ноги развились из костяной ноги. Он говорит: "Странное представление

содержится в широко распространенном суеверии, что карлики, эльфы и демоны имеют животные, в особенности гусиные и утиные ноги... естественно исходить прежде всего из превращения в животных, чтобы объяснить эту странную черту многих сказаний, но я не думаю, чтобы здесь лежала настоящая причина. Мы знаем, что демоны мыслятся, как разлагающиеся скелеты и потому безобразный вид ног может быть сведен к следующему: след ноги скелета рассматривали как след утиной или гусиной ноги, когда эта связь перестала ощущаться, развилось сказание о ноге демона". Такое объяснение страдает натяжками. Яга постепенно вырисовывается перед нами как охранительница входа в тридесятое царство и вместе с тем как существо, связанное с животным миром и с миром мертвых. В герое она узнает живого и не хочет его пропустить, предупреждает его об опасностях и пр. Только после того как он поел, она указывает ему путь. Ивана она узнает как живого по запаху. Но есть еще другая причина, почему яга воспринимает Ивана по запаху. Хотя в русской сказке этого никогда не говорится, но все же можно установить, что она слепая, что она не видит Ивана, а уж знает его по запаху.

Под "слепотой" может быть вскрыто понятие некоторой обоюдности невидимости. По отношению к яге это могло бы привести к переносу отношения мира живых в мир мертвых - живые не видят мертвых точно так же, как мертвые не видят живых. Но, можно возразить, тогда и герой должен был бы представляться слепым. Действительно так оно должно было бы быть, и так оно и есть на самом деле. Мы увидим, что герой, попавший к яге, слепнет.

Но действительно ли яга слепая? Непосредственно этого не видно, но по некоторым косвенным признакам об этом можно судить. В сказке "Бага-яга и ^ихарь" яга хочет похитить Жихаря и прилетает к иему в тот момент, когда его приятели и сожители, ^°т и воробей, ушли за дровами. Она начинает

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

тать ложки. "Это - котова ложка, это - Воробьева это - Жихарькова". Жихарько не мог утерпеть, заревел: "Не тронь, яга, баба, мою ложку!" Яга-баба схватила Жихаря, потащила". Итак, чтобы узнать, где Жихарько, яга должна услышать его голос. Она не высматривает, она выслушивает, так же как она вынюхивает пришельца.

В других сказках бабу-ягу ослепляют. "Как она уснула, девка залила ей глаза смолой, заткнула хлопком, взяла свою дитяти), побежала с ним". Точно так же и Полифем (родство которого с ягой очень близко) ослепляется Одиссеем. В русских версиях этого сюжета ("Лихо одноглазое") глаз не выкалывается, а заливается. Одноглазость подобных существ может рассматриваться как разновидность слепоты. В немецких сказках у ведьмы воспаленные веки и красные глаза, т. е. у нее собственно нет глазных яблок, а есть красные орбиты без глаз.

Но все эти аргументы говорят только о возможной, а не действительной слепоте яти. Зато действительную, настоящую слепоту существ, соответствующих яге, мы имеем в сказках охотничьих народов, где подобные существа - более живое, еще не реликтовое явление. Здесь подобные старухи всегда (или почти всегда) действительно слепые. "Он подошел к шалашу, который стоял совсем один, в нем была слепая женщина". Эта старуха встречена чудесно рожденным героем после его выхода из дома. Она выспрашивает его о его пути. Или герой уходит на дно морское, и здесь он видит трех женщин, занятых едой. "Он увидел, что они были слепые". Они указывают ему путь.

Если верно, что яга охраняет тридесятое царство от живых, и если пришелец, возвращаясь, ослепляет ее, то это значит, что яга из своего царства не видит ушедшего в царство живых, вернувшегося. Точно так же и в гоголевском "Вие" черти не видят .казака. Черти, могущие видеть живых, это как бы шаманы, среди них, такие же, как живые шаманы, видящий

мертвых, которых обыкновенные смертные не видят. Такого шамана они и зовут. Это - Вий. Но проблема еще не решена. Выше утверждалось, что яга имеет какую-то связь с обрядом инициации. Эта связь откроется перед нами постепенно. Посвящаемый уводился в лес, вводился в избушку, представал перед чудовищным существом, властителем смерти и властителем над царством животных. Он спускался в область смерти, чтобы оттуда снова вернуться "на верхний свет". Мы знаем, что он подвергался символическому ослеплению именно в тех формах, в каких в сказках ослепляется яга и Полифем: ему залепляли глаза. Фробениус описывает это следующим образом: "Неофит с завязанными глазами вводится в избушку. В яме замешивают густую кашу, род раствора. Кто-нибудь из уже посвященных схватывает неофита и втирает ему эту массу, к которой примешан перец, в глаза. Раздается ужасный вопль, а стоящие вне хатки хлопают в ладоши и поют хвалу духу". Это - далеко не единичный случай. Неверманн сообщает из Океании: "После нескольких дней отдыха неофиты покрываются известковой кашей, так что они выглядят совершенно белыми и не могут раскрыть глаз". Смысл этих действий становится ясным из смысла всего отряда. Белый цвет есть цвет смерти и невидимости. Временная слепота также есть знак ухода в область смерти. После этого происходит обмывание от извести и вместе с тем прозрение - символ приобретения нового зрения, так же как посвящаемый приобретает новое имя. Это - последний этап всей церемонии, после этого неофит возвращается домой. Наряду с отверзанием УСТ, рассмотренным выше, мы здесь имеем отверзание глаз. Мы знаем, что при этом производилось и обрезание, не сохраненное сказкой, и ^^вание передних зубов, также не сохраненное.

""оставление всех этих действий позволяет объяснить обрезание также как один из видов магического ^^рзания, которому предшествует воздержание, так

ВОЗВРАТИВШИЕСЯ ИЗ НЕБЫТИЯ

же, как отверзанию глаз предшествует искусствекная слепота, а отверзанию уст предшествует немота - запрет слова в этих случаях засвидетельствован. После этого юноша получает право на брак. Однако поскольку сказкой эти явления не отражены, мы их здесь касаться не будем.

Действия, которые совершаются над юношей, напоминают нам действия, которые герой сказки совершает над ягой или Полифемом. Однако между обрядом и сказкой имеется одна принципиальная разница. В обряде глаза залепляются юноше, в сказке - ведьме или соответствующему ей персонажу. Другими словами, миф или сказка представляют собой точное обращение обряда. Почему такое обращение получилось?

Обряд был страшен и ужасен для детей и матерей, но считался нужным, потому что прошедший приобретал нечто, что мы назвали бы магической властью над животными, т. е. обряд соответствовал способам 'примитивной охоты. Но когда с совершенствованием орудий, с переходом на земледелие, с новым социальным строем старые жестокие обряды ощущаются как ненужные и проклятые, их острие обращается против их исполнителей. Если при обряде юноша в лесу ослепляется существом, которое его мучает и грозит пожрать, то миф, уже открепившийся от обряда, становится средством некоторого протеста. Такой же случай мы увидим ниже при анализе мотива сжигания: в обряде "сжигаются" дети, ь сказке дети сжигают ведьму.

Но помимо случаев обращения сказка сохранила некоторые следы слепоты именно героя. В избуи^ке яги герой иногда жалуется на глаза. Причина это болезни разнообразна. "Дай-ка мне наперед воды глаза промыть, напои меня, накорми, да тогда и спрашивай". "Глаза надуло", - жалуется он в другой сказке. Здесь можно бы возразить, что это - чисто рациональный мотив. Но в свете изложенного материала дело представляется все-таки иначе. В зулусской

сказке девушка, вернувшаяся после посвящения, говорит: "Я ничего не вижу". Специальное изучение слепоты, может быть, покажет, почему пророки и провидцы (Тиресий), освободители народа (Самсон), праотцы (Яков, Исаак), вещие поэты (Гомер) часто предстают слепыми.

Яга награждает героя. Внешне, художественно, это награждение не мотивировано. Но в свете материалов, приведенных выше, мы можем сказать, что герой уже выдержал ряд испытаний. Он знал магию открытия дверей. Он знал заклинание, повернувшее и открывшее избушку, знал магию жестов - окропил дверь водой. Он принес умилостивительную жертву зверям, охранявшим вход. И наконец самое важное: он не испугался пищи бабы-яги, он сам потребовал ее, и этим навсегда приобщил себя к сонму потусторонних существ. За испытанием следуют расспросы, за расспросами - награда. Этим же объясняется уверенность, с которой герой себя держит. В том, что он видит, не только нет ничего неожиданного, наоборот - все как будто давно известно герою, и есть то самое, что он ожидал. Он уверен в себе в силу своей магической вооруженности. Сама же эта вооруженность действительно ничем не мотивирована. Только изредка мы встречаем такие персонажи, как тетушку, наставляющую девушку, как держать себя у яги. Герой все это знает, потому что он герой. Геройство его и состоит в его магическом знании, в его силе.

Вся эта система испытания отражает древнейшие представления о том, что, подобно тому, как магически можно вызвать дождь или заставить зверя идти на ловца, можно вынудить вход в иной мир.

ЛИТЕРАТУРА

1. В. Я. Пропп. Исторические корни волшебной сказки. Л., 1946.

2. А. Токарчик. Мифы о бессмертии. Потусторонний мир. М., 1992.

3. Фр. Смит, Р. Стемман. Тайны загробной жизни, 1993.

4. С. Рязанцев. Философия смерти, 1994.

ГЛАВА ПЕСЯТАЯ

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

СТУКИ и ДУХИ

Правда ли, что души умерших иногда пытаются войти с обитателями нашего мира в контакт? Утвердительный ответ на этот вопрос дает спиритизм. Современный спиритизм - учение, основывающееся на вере в возможность прямого общения с умершими, - родился II декабря 1847 года в Хайдсвилле, штат Нью-Йорк, где сестры Фоке провели свои первые, очень наивные эксперименты по общению со "стучащим" духом.

Призрак, проявившийся с помощью стуков и щелчков, раздававшихся в стенах и предметах обстановки, нисколько их не испугал. Желая его подразнить, младшая из сестер - Кэти - тоже принялась стучать, на что незримый собеседник ответил таким же числом ударов. И тогда по какому-то наитию девочка сказала ему: "Если ты человек, то стукни один раз, а если дух, то два". Тут же прозвучали два сухих удара, положивших начало той азбуке, которой стали пользоваться сестры Фоке, а вслед за ними и спириты всего мира.

Движение спиритуалистов (его называют иногда "новой религией") развивалось стремительно: уже через несколько лет после того, как двум девочкам вздумалось поиграть с "невидимкой", тысячи энтузиастов по обе стороны Атлантики увлеченно искали общения с "потусторонним миром".

Конечно, учение это возникло не на пустом месте. Nим из тех, кто заложил его фундамент, был швед

Заказ м 42",

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

Эммануэль Сведенборг (1688-1772), самобытный философ и очень разносторонний ученый. Признанный авторитет во многих областях науки, он сумел, кроме того, развить в себе удивительные "психические" способности, обычно проявлявшиеся в форме фантастических видений.

Начиная с 1744 года Сведенборг очень обстоятельно описывает жизнь в "потустороннем мире". Странствуя по "ту сторону" бытия, он встречает великих людей прошлого, королей и святых, правителей Ватикана и евангельских персонажей. Своеобразные "путевые заметки" Сведенборга не просто возродили в широких массах живой интерес к проблеме "жизни после смерти", но и заставили читателя взглянуть на нее с иной точки зрения. До сих пор в христианском мире принято было считать, что после смерти тела душа человека отправляется в рай или в ад (у католиков "в чистилище"), где начинает совершенно новую жизнь в мире, не похожем на наш и никоим образом с ним не сообщающемся. Ме^кду тем по описаниям Сведенборга оба мира не только мало отличаются друг от друга, но и вполне способны наладить между собою прочный контакт.

14 ноября 1849 года в рочестерском концертном зале Коринфиан-холл состоялось первое открытое заседание кружка спиритуалистов. Публичная демонстрация "духовного общения", проведенная в тот вечер сестрами Фоке, вызвала у зрителей неодноаначную реакцию. С целью разоблачения этого наглого шарлатанства разгневанные горожане созвали авторитетную комиссию, а когда стало ясно, что она не может найти, к чему бы придраться, членов ее разогнали и набрали новый состав. Впрочем, и он не нашел никаких оснований для того, чтобы предъявить участницам сеанса обвинение в мошенничестве... "Мы заставили сестер Фоке встать на подушки, прочно стянули им ноги платками и после этого по-прежнему явственно слышали стуки в полу и стенах", - ' ообщалось в отчете комиссии.

Очень скоро повсюду стали поярляться люди, которые, обнаружив у себя аналогичные способности, принялись увлеченно дрессировать столы и производить всевозможный шум.

В 1854 году в США насчитывалось уже 10 тысяч медиумов и около 3 миллионов сторонников спиритизма. Тем временем первый спиритический конгресс, собравшийся в Кливленде, решил послать миссионеров сначала в Англию, а затем Германию, откуда новое движение дошло наконец до Франции, где в самых различных кругах привлекло немало сторонников. В России незадолго до Октябрьской революции насчитывалось более двух тысяч официально зарегистрированных спиритических кружков.

Новое учение получило название спиритизма от латинского слова "спиритус" - дух, т. е. учение о духах.

В конце XIX века на читателя обрушилась лавина информации, подчас взаимоисключающей, касавшейся спиритического феномена, и публика растерялась. Взоры ее обратились к ученым: пора науке сказать свое веское слово, расставить наконец все точки над ". С этой целью в 1867 году в Лондоне и было образовано Диалектическое общество, создавшее авторитетную научную комиссию; ей было поручено провести тщательное "расследование так называемого спиритического феномена, о чем представить впоследствии подробный отчет". Документ этот объемом 400 страниц лег на стол ученого совета Диалектического общества 20 июля 1870 года.

^"миссия пришла к выводу о том, что "стуки и ^°"^и на спиритических сеансах не являются след^^м известных нам механических процессов", что "^^лые предметы передвигаются без участия кого^ о из присутствующих", а звуковые и кинетичес^ эффекты демонстрируются иногда по заявкам ^и и "служат в некоторых случаях элементами ^^шего сигнального кода, посредством которого ^^^я сущность либо дает однозначные ответы

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

на соответствующим образом сформулированных вопросы, либо выписывает буква за буквой "видные сообщения". Комиссия призвала научный мир обратить на спиритический феномен самое пристальное внимание.

Пресса встретила результаты работы комиссии без особого энтузиазма. Например, влиятельнейшая лондонская "Тайме" заявила, что заключение ученых - это "нелепый винегрет сплошных домыслов, приправленный таким чудовищным вздором, на освещение которого нам жаль тратить время уважаемого читателя".

В числе ученых, предоставивших свои материалы комиссии Диалектического общества, был молодой французский астроном Камиль Фламмарион. Фламмарион взялся за изучение спиритического феномгна в 1861 году, будучи девятнадцатилетним юношей. В то время он находился под впечатлением от "Книги духов" Аллана Кардека и его философской концепции, суть которой сводилась к тому, что духовное совершенствование личности человека происходит исключительно в процессе последовательных реинкарнаций. Вступив в ряды парижского Общества психических исследований, образованного Кардеком, Фламмарион решил посвятить свою жизнь исследованию "психического" феномена.

Французский ученый прожил долгую и плодотворную жизнь. В юности, еще только приступая к работе, он относился к спиритуализму с известно", .золей скепсиса, считая, что совокупность фактов, соРряпных последователями "новой религии", нельзя рас.ма-ривать в качестве доказательства бессмертия че]'''-ы 'сского духа. В 1923 году, подводя итог своей 60 :е'ней научной деятельности, ученый признал, что п'д давлением неопровержимых фактов смягчил с годами свою позицию по многим фундаментальным вспри-аМ: "Мы еще очень мало знаем об истинных возм')жноо^ тях духовной сути человеческого индивидуума, - заявил он в речи, произнесенной по случаю и:"Г)раня его на пост президента ОПИ, но у меня нет сомн

яий, что души умерших порою действительно пытаются вступить с нами в контакт. Наряду с телепатией обычного свойства существуют, очевидно, и телепатические узы высшего порядка - именно они связывают нас с потусторонним миром".

В июле 1870 года заявил о своей готовности приступить к изучению спиритического феномена другой ученый с мировым именем, выдающийся физик сэр Кильям Крукс. Отчет комиссии и заявление сэра Кильяма не только подогрели общественный интерес к проблеме, но и способствовали созданию вокруг нее творческой атмосферы. Судя по дневниковой записи, датированной декабрем 1870 года, ученый спустя лишь несколько месяцев после своего широко разрекламированного решения "разоблачить" спиритуализм был уже убежденным его сторонником. "Очень надеюсь, что с Божьей помощью мне удастся продолжить духовное общение с братом, погибшим на море три года назад", - писал он. Впрочем, независимо от личных взглядов, к работе с Д. Д. Хьюмом - чудомедиумом, взбудоражившим всю Европу своими сеансами левитации, - Крукс приступил с позиций точной науки. Он провел множество тщательнейших проверок и... не получил ни малейшего повода заподозрить своего подопечного в жульничестве.

Своим сотрудничеством Крукс и Хьюм вписали в историю "психической" науки одну из самых ярких страниц. Позже Крукс принял участие в более сомнительном предприятии - в исследовании медиумистских способностей юной жительницы Лондона Флоренс Кук.

Крукс писал как-то о том, что "намеревался окунуться в спиритизм лишь на пару месяцев, дабы "Р°верить, выдержат ли все эти чудеса испытание строго научными методами наблюдения и проверки", ио очень скоро вынужден был признать: "явление это ^УДа сложнее и шире, чем можно было бы предпо^°^^ть". Другими словами, "пара месяцев" растянуХ^сь для него на долгие годы. Нечто подобное

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

изошло и с Барретом, отдавшим изучению спиритизма и родственных ему явлений добрых полвегч. Основные выводы ученого, сделанные им в и' оговор докладе, посвященном пятидесятилетию его деятельности на этом поприще и опубликованном : 1924 году, вкратце можно было бы сформулирова1 ь так; "потусторонний мир", несомненно, существует, с гибелью физического тела человек не умирает; более того, душа умершего или, как говорят спиритуалисты, "отошедшего в мир иной", действительно способна при благоприятных условиях вступить в контакт с обитателями материального мира".

УЧЕНИЕ СПИРИТИЗМА

Учение спиритизма имеет в своем основании теоретические и опытные данные, свидетельствующие о полной возможности сношений видимого нами материального мира с Духами или существами невидимыми, и имеет своей основной задачей знакомить людей с формами и способами этих взаимоотношений.

Поэтому всякий, кто в основе своего мировоззрения чужд признавания духовного невидимого мира и отрицает бытие Верховного, невидимого нами, Руководителя мировых судеб, тот пусть и не пытается читать настоящую книжку до тех пор, пока он не переродится свыше или не получит какого-либо жизненного толчка для восприятия ее основных положений.

Иначе она ему покажется скучна, смешна и тенденциозна.

Прежде нежели приступить к более подробному описанию форм взаимоотношений этих двух миров. мы должны для большей ясности определить, к^ спиритизм рассматривает человека.

Каждый человек состоит из трех основных элемеН' тов: грубой материальной оболочки (тела), набжея' ной во всех ее частях всевозможного вида

окутанными особого рода невесомым прозрачным веществом, которое называется флюидом, и имеющим, по всему вероятию, электрическое происхождение, - некоторые называют его "жизненною силою"; затем, из души, - тонкое полуматериальное вещество, имеющее очень много общего с описанным выше флюидом и называющееся "астральным телом", и из Духа представляющего собою разумное неделимое, непреходящее, бессмертное начало.

Астральное тело, или душа, являя собою посредствующее начало, орудие, которым Дух может действовать через нервы на все физические функции грубого человеческого материального тела, представляет собой точную копию того человека, которого мы видим. Так что астральное тело, или душа, представляет собою, по строению, как бы другого человека, помещающегося в нашем теле, как в футляре, тесно соприкасаясь со всеми внутренними точками этого футляра.

Подтверждения этой теории мы можем найти в самых глубоких верованиях, что лучше всего подтверждается стремлением, во всех периодах человеческой письменности, изображать душу умершего человека не иначе, как в виде миниатюрной копии того, кому она принадлежала. А в более позднейшие времена эта теория подтверждалась и более реальными данными, так, например: в высших стадиях гипноза, в высших степенях экстаза, наблюдались так называемые "явления двойников"; а при правильно развивавшихся спиритических сеансах, происходила материализация Духов отошедших (умерших); при поразительном сходстве их со своими давно уже исчезнувшими с лица земли телами.

Насколько определенно было понятие о душе (как об астральном теле) у простого народа, видно из того, что и до сего времени еще держится поверье, что, если кто увидит своего двойника, тот скоро умрет. ^^ говоря, кто увидит свою душу, удалившуюся 13 него, тот уже близок к отшествию.

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

Таким образом, каждый человек, отходя в другой мир, переживает следующий процесс; из него отделяется Дух и, последовательно притягивая к себе астральное тело в том порядке, как оно, расположено в те..ч"'- ном футляре, т. е. из головы - астральные голову 'я груди грудь и т, д., окутывается им v. оттавляет материальное тело, которое, повинуясь законам естественного обмена, распадается через гниение на свои составные части. Дух же, в соединении с астральным телом, остается в пространстве до тех пор, пока по Воле Всевышнего Повелителя не перевоплощается в новое существо или не получает иное назначение.

Астральное тело, как нечто полуматериальное и более близкое к материальным началам, сохраняет в себе чрезвычайно долго, многие особенности материального тела. Так, после смерти оно долгое время живет интересами близких ей людей, оставшихся на земле, скорбит их скорбями, печалями, болеет их болезнями. Словом, психологические черты каждой отдельной личности целиком переходят с их астральным телом в потустороннюю жизнь, не исключая их страстей, недостатков, дурных наклонностей и т. д.

Покидая земную оболочку, астральное тело, вместе с утратой ограничения духовных особенностей почти тотчас же приобретает две доселе скрытые в ней способности: видеть и слышать все, что находится вне пространства и времени; астральное же тело, воо.душевленное более высоким Духом и не связанное с земными существами никакими нитями привязанностей, кроме того, получает способность непосредственного воздействия не только на отдельных 'диничных личностей, оставшихся на земле, и на целые народы, но даже и на Духов низшего по своему духовному развитию порядка.

Но последняя особенность, как сказано выше, дчется только лишь Духам высшего порядка и, следов i- тельно, могущим утилизировать эту способность 'олько лишь в целях проведения в людей благих и истинно-божественных начал.

Духи, достигшие этих двух божественных даро.., ;'сли они находятся в мире Духов, испытывают полное и истинное блаженство служения Верховному Началу.

Теперь скажем несколько слов о разделении духов на классы и выясним, что такое элементаль и элементер. Оккультизм делит мир, в числе прочих, на два плана - На физический и астральный.

К первому плану принадлежим мы смертные и все осязаемое и видимое вокруг нас. К астральному же плану принадлежат духи и все невидимое.

С этим планом и его обитателями мы можем входить в общение и изучая оккультные науки, а также и при помощи спиритических сеансов.

То, что здесь говорится, в сущности относится не к спиритизму, а к оккультизму, но я лично придерживаюсь того мнения, что нельзя заниматься спиритизмом, не зная элементарных понятий о духах и астрале. Здесь я скажу одну лишь суть, т. е. все необходимое для занятия спиритизмом и, вообще, все то, что нужно знать спириту, чтобы он мог свободно разбираться в явлениях и понимать их.

Элементаль

Элементаль - есть дух стихийный. Элементалей бесчисленное множество, но главные из них разделяются на четыре класса: 1) Духи огня (Саламандры); 2) Духи земли (Гномы); 3) Духи воды (Ундины); 4) Духи воздуха (Сильфы или Сильфиды).

Эти элементали духи - вполне разумные и могущественные, но они весьма редко и даже почти никогда не проявляются на спиритических сеансах.

На сеансах довольно часто проявляются низшие элементали, т. е. духи мало разумные, но весьма Щ"ьн;^е; появление же низшего элементаля на сеансе пр"цвещает мало хорошего, и явления делаются всегда настолько бурными и сильными, что такого духа

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

приходится удалять, во избежание различных неприятностей, которые он может причинить присутствующим, совершенно не желая этого; так, например: ему покажется интересным поднять какой-нибудь тяжелый предмет и бросить его на стол, за которым сидят присутствующие, причем он не думает о том, что, произведя такое явление, он может сильно ушибить кого-нибудь.

Элементе?

Элементером в оккультизме принято называть духа умершего человека. Появление элементеров чаще всего происходит на спиритических сеансах; но, кроме их, появляются часто и лярвы, о которых мы сейчас скажем несколько слов и выясним, что это за духи.

Лярвы

Лярвами называются самые низшие духи, населяющие астральный план. Проявления лярв на спиритических сеансах не представляют никакого интереса, так как они ничего выдающегося и интересного проявить на сеансах не могут. Затем, лярва, появившись на сеансе, ничего сделать не может, разве только стуки и слабое передвижение предметов. Лярвы стараются войти в разговор с присутствующими посредством стуков и всегда говорят или предсказывают такие вещи, которые на самом деле никогда не произойдут, и, поэтому, нельзя придавать значения всему тому, что говорит лярва.

Они также любят называть себя громкими именами известных элементеров или именем сильных стихийных духов; но из вышесказанного сразу же становится ясным, что мы имеем дело с простой лишь лярвой. Лярвы крайне злые существа, они всегда

окружают нас массами в плане физическом, стараются натолкнуть нас на какое-нибудь нехорошее дело, и избавиться от них можно только тем, если мы переменим наши дурные поступки на хорошие: тогда ряды лярв исчезают и освобождают к нам путь для более высоких существ.

На спиритических же сеансах, в сущности говоря, появление какой-нибудь лярвы не может принести никакого вреда, но, во всяком случае, с ними нужно держаться повелительного тона и отнюдь не просить или благодарить за какое-либо явление.

При всех спиритических сеансах необходимо присутствие способного медиума.

МЕДИУМ И ШАМАН

Чем более физическое материальное поглощено в медиуме духовным, тем ценнее становятся его спиритические качества, так как независимость души от тела способствует развитию того флюида, который родствен с флюидом духов.

Самым древним медиумом, вступавшим в сношения с духами, был, несомненно, шаман.

Сейчас невозможно установить, где впервые зародился шаманизм. Очевидно, он возник независимо у разных народов. Зачатки его восходят, вероятно, к очень ранним временам, и постепенно он становится явлением повсеместным.

Экстатические состояния транса делают шамана медиумом и ясновидцем, к нему прибегают и для разрешения различных житейских вопросов. Он безошибочно указывает, где найти в тайге пропавшего оленя, куда нужно отправиться для того, чтобы иметь успех в охоте.

Для того, чтобы показать роль шамана в жизни первобытного общества, приведем факт, имевший место в Центральной Африке. В племени гола было совершено несколько

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

убийств, виновника которых обнаружить не удалось. Когда были исчерпаны все обычные методы розыска, вождь племени Бойма-Куи обратился к так называемому "Большому таинству Пртуа". Все жители деревни сошлись на поляне перед хижиной собраний, куда привели женщину-заклинательницу. "Ее небольшая голова с почти мужскими чертами сидела на жилистой шее. Большие пронзительные глаза были запрятаны в глубокие глазницы. Расставив ноги, она опустила передо собой наклонно к земле длинный прут. Направо и налево от нее присели на корточках две другие женщины. Перед ней молча и неподвижно застыли четверо мужчин и одна женщина родственники убитого. По знаку Бойма-Куи одна из сидящих женщин начала медленно и ритмично постукивать маленькой палочкой по пруту колдуньи. Мертвая тишина на площади производила непривычное для этих мест тягостное впечатление. Негритянка непрерывно смотрела на свой прут, зажатый в неподвижно вытянутых руках. Темп ударов палочкой по пруту все усиливался. Руки и тело колдуньи как бы окостенели. Она закатила глаза и начала в такт бить прутом по земле. Дикие судороги свели сильное тело женщины, она упала на бок и покатилась по земле, продолжая бить прутом в тяжелом гипнотическом трансе. Окружающие в страхе отпрянули назад... Словно ожидая этого момента, ведьма полупрыжком настигла сидевшую рядом с четырьмя мужчинами женщину и, словно обезумев от жестокости, начала наносить ей неистовые удары прутом, пока бедная жертва с криком не упала не землю, а мужчины, как от змеи, не отскочили от нее в сторону. "Это странное "следствие", несмотря на всю его дикость в глазах европейца, привело, однако, к положительному результату. Обвиненная призналась, и благодаря ей удалось разоблачить и других участников преступления".

В этом эпизоде легко увидеть проявление телепатических способностей заклинателя.

Медиумические сеансы шамана, называются в Сибири камланием. "Многие, пишет один исследователь, - утверждали всерьез, что видели и ощущали наяву все, о чем говорил шаман". "Шаман, находясь во время камлания в особом истерическом трансе, и в самом деле может совершать необычные действия, которые человек в нормальном состоянии проделать не в силах".

Ненцы (самоеды) нередко присутствуют при "таинственном действии кудесника, напоминающем спиритические сеансы. Заклинатель велит присутствующим связать ему руки и ноги, закрыть ставни и призывает подвластных духов. В темной юрте слышатся всевозможные голоса и звуки. Когда весь шум оканчивается, отворяется дверь юрты - и шаман входит со двора, не связанный ни по рукам, ни по ногам".

Кроме явлений телепатии и внушения в шаманской практике имеют место и феномены телекинеза. Об одном странном случае подобного рода сообщает американский биолог Ф. Моуэт, долго живший среди вымирающего эскимосского племени ихалюмтов.

"Как-то осенью после полудня, - пишет он, - на второй год моего пребывания в стране Барренс, мы с Энди спокойно сидели в хижине у Залива Ветров, пили чай и болтали. Внезапно наша хижина сильно затряслась - примерно так же, как трясет в зубах крысу злая собака. Мы вскочили и выбежали за дверь, уверенные, что произошло землетрясение. Однако, на берегу реки ничего подозрительного мы не заметили. Небольшое стадо оленей мирно отдыхало на противоположном берегу. Сентябрьский день был тих и навевал дремоту. Сбитые с толку и несколько обеспокоенные, мы вернулись к прерванному чаепитию. Едва мы уселись, как хижина снова затряслась. Жестяные кружки упали со стола, заткнутые за стропила распялки с шумом полетели на пол. Встревоженные не на шутку, мы опять выскочили из хи^ины, и опять не обнаружили ничего, что бы объяс^Хло неожиданное сотрясение хижины". Изумленные

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

путешественники побежали к палаткам эскимосов, но те ничего не знали и ничего не заметили. А один из них посоветовал сходить к шаману Какуми. "Тут недалеко за холмом живет Какуми, - сказал он. - Может быть, он знает, что случилось. Похоже, это дело рук дьявола".

"Я направился к жилищу Какуми, - продолжает Моуэт, - и, когда спросил его, тот ответил сразу же, словно ожидал моего прихода и знал, зачем я приду. "Это был Апопа, - объяснил он, - озорник Апопа. Он пролетал здесь, и я заметил, как задрожал воздух, и понял, что он совсем близко"...

Много необычайных фактов сообщают этнографы о таинственных способностях туземцев. Так, жители островов Фиджи во время священного танца без всякого вреда ходят по камням, раскаленным добела. У бешменов пустыни Калахари известно убийство при помощи одного внушения. П. Д. Гесо, рассказывая о своей жизни среди африканского племени тома, приводит такой случай. Когда он со своими товарищами отдыхал в хижине, их поразили необычайные звуки. Их слышали все трое. Рядом с ними спал шаман Вуане. "Вдруг царапающие звуки возобновляются с еще большей настойчивостью. С пронзительным скрипом открывается дверь. На пороге стоит Вуане в коротком бубу, в коротких штанах и с непокрытой головой. Но ведь он - у моих ног, на своей циновке. Он лежит на боку, повернувшись ко мне спиной. Я вижу его бритый затылок. Между нами на земле стоит лампа, горящая тускло, как ночник. Я не смею пошевелиться и, затаив дыхание, смотрю на Вуане. Он какое-то мгновение колеблется, наклоняется, проходит под гамаками и медленно укладывается в самого себя. Вся эта сцена разыгрывается за несколько секунд". Трое французов оказались очевидцами странного явления. "Нельзя найти никакого разумного объяснения этой коллективной галлюцинации, говорил далее Гэсо. - Вирель, единственный из всех нас разбирающийся в спиритизме, оказался в это

время единственным, кто безмятежно спал. Он находит это сверхъестественное приключение почти банальным". Действительно, перед нами характерный случай феномена, известно, как "произвольный выход в астрал".

Обычно знахари являлись одновременно и медиумами. Этого, конечно, и следовало ожидать, ибо самая важная часть их подготовки состоит в испытаниях, во время которых они видят души умерших людей и других духов. Если даже среди европейцев, в значительной степени утративщих древние способности человека, известны многообразные парапсихические явления, то тем более вероятно встретить их у туземцев. Именно эти способности, в связи с верой в духовный мир, и составляют реальную основу шаманизма.

То, что доисторические медиумы и шаманы оказались носителями необычайных дарований и сил, создавало им прочный авторитет в народе. Ведь не нужно забывать, что шаманизм нередко служит житейским целям. Если бы эвенкам или индейцам слишком часто приходилось разочаровываться в реальном могуществе и духовной силе шаманов, то шаманство давно бы исчезло. Между тем еще в XIX и XX веках оно было настолько жизнеспособно, что оказывало энергичное сопротивление напору буддизма, христианства и коммунизма.

Следует заметить, что неудача для шаманов - настоящая трагедия. Она не только роняет авторитет, но приводит часто к его полному падению или даже изгнанию. Он считается ответственным за неудачу, и его обвиняют в злонамеренности.

Особенно это относится к тем шаманам, которые берутся лечить людей. Далеко не все шаманы занимаются этим, хотя нередко один человек совмещает в своем лице и прорицателя, и медиума, и врача-зна^РЯ. Не нужно, впрочем, думать, что шаманское "лечение" - чистое суеверие. Очень часто оно дает уди^^льные результаты. Так, этнограф Ч. Маунтфорд

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

описывает случай, когда австралийский шаман путем внушения вылечил женщину: "В Ирракала разразилась эпидемия дизентерии. Я с отчаяния решил напоить обитателей стойбища (их было около двухсот) касторкой, велел сжечь их шалаши и разбить новое стойбище на противоположном берегу ручья". Больше за лекарством никто не пришел. "Оказалось, что маррнгит-заклинатель "изгнал духа болезни". Эта процедура описывается во многих исследованиях и имеет общие черты у всех народов. Она сводится к тому, что заклинатель поет гимны и делает вид, что высасывает болезнь. И здесь проявляется могущественная сила внушения. Впрочем, нередко шаманы отказываются лечить физические недуги. Так, в Якутии специальными "шаманскими болезнями" считают нервные. Именно их в первую очередь берутся излечивать заклинатели. В шаманской древней присяге есть такие слова: "Если позовут тебя вместе богатый и бедный, то иди сперва к бедному и не требуй много за труды". Такой благородный принцип сделал бы честь любому современному медику. Напомним, что шаманы, применяя свои способы лечения, никогда не отрицали значения европейских лекарств.

Как человек становится шаманом? Им может стать не каждый. У северных народов существует поверье, что тотемические духи-предки избирают себе в качестве медиумов либо потомков шаманов, либо особо полюбившихся им людей. Таким образом, решение стать шаманом исходит в первую очередь не от человека. Сами духи призывают его на служение. К. Расмуссен так рассказывает о мистическом призвании его друга шамана Игьюгарьюка.

"В молодости Игьюгарьюка часто посещали сновидения. Странные существа говорили с ним во сне, и когда он пробуждался, сновидения стояли перед ним, как живые". Тогда сородичи поняли, что он одарен особой восприимчивостью к воздействиям нездешних сил, и было решено, что он призван стать шаманом. Будущий заклинатель всеми силами противился

ему мистическому дару, тщетно пытаясь освободиться от него. У большинства медиумов-шаманов подобное сопротивление приводит к ужасным галлюцинациям,. припадкам, и тягостное состояние длится до тех пор, пока избранный не изъявит согласия на общение с духами. В противном случае дело кончается тяжким заболеванием. "Я бы умер, если бы не сделался шаманом", - говорил один гиляк. А якутский шаман, который под влиянием миссионера перестал вызывать духов, жаловался русскому исследователю: "Это нам даром не проходит; наши господа (духи) сердятся всякий раз на нас, и плохо нам впоследствии достается, мы не можем оставить этого, не можем не шаманить".

Готовясь к своему служению, будущий шаман удаляется далеко от стойбища. Его оставляют надолго в пещере или в шалаше одного без пищи и питья. В эти дни он должен сосредоточиться на мысли о Великом Духе и своем духе-покровителе. "Истинную мудрость, - говорил шаман Игьюгарьюка, - можно приобрести лишь вдали от людей в великом уединении, и постигается она лишь путем страданий. Только нужда и страдания могут открыть уму человека то, что скрыто от других". Через несколько дней посвященному дают немного пищи, а потом испытание снова продолжается.

"Игыогарыок рассказывал: за эти тридцать дней он натерпелся такого холода и голода, так истомился, что временами "умирал ненадолго". Но он все время думал о Великом Духе, стараясь гнать от себя мысли о людях и повседневных событиях. И лишь под конец явился к нему дух-пособник в образе женщины. Явилась она, когда он спал, и ему чудилось, что она носится над ним... Затем пост повторился".

Совершенно так же происходит посвящение в шаманы и у других народов. У австралийцев, например, "ирун-штариния", дух-покровитель, являясь избраннику, вынимает внутренние органы у посвящаемого и заменяет другими. Человек чувствует полное

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

ждение всего своего тела и духа. Невольно вспоминается библейский пророк, воспетый Пушкиным, который пережил такое же перевоплощение. Здесь речь идет не о метафоре, а о подлинном потрясении, которое испытывает все существо человека. Таким образом, применяя определенные искусственные приемы, шаман достигает того, что к нему возвращается крупица древнего ясновидения. Но это ясновидение не проникает дальше низшего мира стихийных духов.

Шаманы всего мира, от Огненной Земли до Гренландии и от Чукотки до Австралии, связывают свое служение духовному миру с особыми обрядами. В момент призывания невидимых сил заклинатель должен отрешиться от своей повседневной жизни, иметь определенную символическую одежду, головные украшения, жезл или бубен. Последний играет более важную роль, чем думают некоторые исследователи. Не случайно во многих странах его считают обязательным атрибутом шамана. Изготовление его связано с особым ритуалом, части его имеют символическое значение. Североамериканские индейцы на бубнах рисуют красной краской тотемических предков-животных; эвенки делают изображения духов. Бубен - это не просто музыкальный инструмент. Он выполняет роль своеобразного медиумического орудия, привлекающего духов.

Вызывание духов, "камлание" происходит чаще всего в особых, специально для этого оборудованных помещениях. Но иногда оно совершается на открытом воздухе. Во время камлания шаман прибегает к музыке как к средству, которое заставляет сердце человека трепетать и биться в унисон с незримыми стихийными силами. Эта музыка нередко производит огромное впечатление даже на европейца. Так, по свидетельству Гэсо, звуки священной мелодии племени тома, которую не должны слышать непосвященные, это "какие-то вздохи допотопных чудовищ, нечеловеческая музыка первых веков существования земли, рождающая в душе невыразимую тоску".

В пении сибирских шаманов порой звучат слова неизвестного никому языка, который непонятен и самому шаману. Иногда гимн превращается в призывание и заклятие.

Придите, придите, Духи волшебства, Если вы не придете, То, я сам к вам отправлюсь...

Музыка камлания, - рассказывает один очевидец, - "в начале нежная, неуловимая и произвольная, как шум приближающейся бури, все растет и крепнет; по ней зигзагами, точно молнии, пробегают дикие окрики; каркают вороны, смеются гагары, жалуются чайки, посвистывают кулики, соколы да орлы. Все те, кто летает высоко над землей, ближе к небу, видимо, обеспокоены ожидаемым появлением, наполняя юрту своим жалобным криком. Музыка растет и достигает апогея, удары по барабану, частые, сильные, сливаются в один непрерывный, все возрастающий гул: колокольчики, погремушки, бубенчики гремят и звенят, не уставая; это уже не буря, а целый водопад звуков, готовый потопить сознание присутствующих".

Камлание часто сопровождается танцем, который заканчивается тем, что шаман приходит в состояние транса. Вот как описывает это явление И. Бьерре, наблюдавший его в пустыне Калахари.

"Бушмены не поклоняются луне, но ее фантастический свет вызывает в них сильную потребность обратиться к Великому Духу. В пустыне, где безлунные ночи гнетут человека, луна на редкость сильно влияет на его ум. Физическая сила ее притяжения, заставляющая многие миллиарды тонн воды перекатываться по земной поверхности в приливах и отли^х, трогает и чувствительную душу первобытного ^^овека, который под ее неотразимым 'таинственным влиянием танцует и поет о своих мечтах. В эти ночи полной луны, когда пустыня купается в призрачном ^Ребристом свете, а воздух подрагивает в такт

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

тонной песне и топоту ног, я сам чувствовал на себе чары луны. Ритмическая песня без слов звучала часами. Как бесконечно бегущие волны, она парализовала ум. Казалось, человек покинул свое бренное тело, и ему чудятся фантастические видения, время прекратило свой бег. В песне слышались страстные желания и печаль, она проникала куда-то в подсознание и пробуждала все это пережитое и давно забытое. Песня доносилась издалека, как будто из древних кочевий Африки...

Затем началось нечто совсем необычное. Цонома и Кейгей завыли и зарычали по-звериному... Ценима побежал, издавая пронзительные вопли. В свете луны было видно, как он бегает вокруг поселения. Вдруг, громко взвизгнув, он метнулся между сидящими на корточках женщинами, побежал босыми ногами по тлеющим углям костра... Он стонал, дрожал и наконец свалился без чувств".

Каталептическое состояние, которое охватывает шамана, он сам толкует мистически. Он утверждает, что во время транса он поднимается или опускается в запредельные сферы и беседует с духами. Он возвращается оттуда, окруженный сонмом загадочных существ, которые наполняют его жилище. Приходя в себя, заклинатель поет древние песни, в которых выражается радость слияния с силами бытия, с миром духов. Это чувство передается всем присутствующим. "Когда она пела, - говорили об одной эскимосской шаманке, - то себя не помнила от радости, и все в жилье тоже, так как их души освобождались от всего, что их давило. Они поднимали руки и отбрасывали прочь всякую злобу и ложь". Но далеко нс всегда возвращение было столь мирным.

"Пробуждение шамана от транса, - говорит Моуэт, - происходит иной раз чрезвычайно бурно. Он вскакивает на ноги, одержимый совершенно необъяснимой физической силой. В этот момент полдюжины человек не могли удержать его; он может прорваться сквозь стенку палатки и исчезнуть в темноте, а затем

вернуться окровавленным и в последней степени изнеможденным. Шаману, выходящему из транса, случается нанести себе телесное повреждение, которое было бы роковым для обыкновенного человека. Однако, у шамана такие раны всегда заживают".

Транс фиджийского шамана сопровождается стонами, вздутием вен. "Прорицатель с вращающимися выпученными глазами, бледным лицом, с посинелыми губами, обливаясь потом, с видом совершенно бешеного человека высказывает совершенно неестественным голосом волю божества".

Эта одержимость часто сопровождается нервными припадками или некоторыми видами истерии, но от этого далеко до вывода, что всякий транс доисторических мистиков - только патология. Не являются ли нередко болезненные процессы в душе стимулом для проявления некоторых высших способностей человека? Следует с большой осторожностью судить о шаманизме, ибо в нем, как и в других родственных явлениях, патология нередко соседствует с гениальностью и подлинным созерцанием незримого.

Шаманизм сопротивлялся угасанию духовных сил в человеке, тренировал его "внутреннее зрение", совершенствовал методы экстаза и созревания. Таинственный невидимый мир открывался в нем не только через "предание" и миф, но был "дан в непосредственном опыте".

Как же определяют сейчас, обладает ли человек способностями медиума или нет?

К сожалению нет никаких внешних признаков к тому, чтобы определить является ли данный человек хорошим медиумом.

Ошибочно думают, что болезненные, нервозные чли истеричные лица могут быть превосходными медиумами, здесь происходит как раз наоборот. Здоровые, часто даже полные особы пригодны лучше всего °biTb медиумами. Пол и возраст, сословие и доХ^ность не играют при этом никакой роли. Наблюдали даже, что грудные дети были

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

ходными медиумами, есть сообщение о двухлетнем ' ребенке Эссии Мотт, что она писала, между тем, как она не знала, само собой разумеется, ни одной буквы алфавита: баронесса Валентина Киркуп девяти дней от роду написала предложение из 12 слов без ошибки так, как желал видеть написанным управлявший ею дух.

Следовательно, нужно при отыскивании медиума также принимать во внимание и детей; обыкновенно каждый человек способен быть медиумом, если его медиальные способности развиваются и увеличиваются. Чтобы найти медиума, следует устроить испытание; ни в какой другой отрасли знания не применимо это более чем в спиритизме.

Если удастся найти человека, который обладает сомнамбулическим состоянием, то нужно взять его медиумом, так как в сомнамбулизме отделение души от тела бывает самым полными и поэтому сомнамбулы более всего родственны духам; они составляют, так сказать, переходную ступень между духом и нормальным человеком.

Сомнамбула видит по большей части духов, которые находятся около него, посредством тончайшего зрения своего астрального тела, которое еще находится во связи с обыкновенным телом; с помощью органа речи можно заставить сомнамбула изобразить, что видел его астральный глаз.

Этим следует также объяснять способность сомнамбулов видеть и слышать на расстоянии. Благодаря воле сомнамбула, освободившееся астральное тело перемещается на то именно место, которое ему указало другое лицо, смотрит и слушает, что там происходит и рассказывает обо всем только что обошачеяным путем.

Что же касается деятельности медиумов, т' необходимо знать, что каждый медиум может всегда вызывать только особенные, ему присущие явления. Сообразно этому существуют разные категории медиумов, которые строго друг от друга различаются, так

есть медиумы стуков, движений, появлений предметов, музыки (игра на инструменте, который находится у медиума на руках, так что он его не касается), огненных и туманных эффектов, письменных сообщений (механическое или сознательное письмо), говорящие, созерцающие и слышащие медиумы. При посредстве последних можно говорить, видеть и слышать духов.

КАК НАДО УСТРАИВАТЬ СПИРИТИЧЕСКИЕ СЕАНСЫ

Вы должны взять, если только Вы уже нашли хорошего медиума, для образования круга не более 6-9 лиц. Каждое из этих лиц выделяет флюид, который пополняет флюид медиума; поэтому следует брать для образования круга более человек, если медиальные их способности слабы, менее, когда последние сильны. Минимальное число участников не должно быть менее шести.

Обращайте внимание на то, чтобы легче достичь гармонии круга, это необходимо для того, чтобы вызвать необходимый флюид, когда число участников незначительно.

Не пытайтесь также образовывать круга, когда в нем хотят принять участие более десяти человек.

Медиум должен сказать, если ему кто-либо из участников не симпатичен. Последний безусловно должен быть устранен от участия, иначе не будет манифестации. Участники сеанса должны чувствовать симпатию друг к другу, к медиуму и конечно к духам. Наконец Вы должны обратить особенное внимание на то, чтобы не быть обманутым!

Обратите внимание участников сеанса до начала его, что они должны иметь сильное желание видеть и быть свидетелями манифестаций духов.

Равнодушие в этом случае мешает всему и делает Участников несимпатичными духам; лишь тогда

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

ются духи, когда они знают, что участвующие имеют действительное желание вступить с ними в общение.

Нужно однако избегать всякого возбуждения, спокойствие и отсутствие любопытства являются необходимыми условиями для достижения успеха.

Живые вопросы, беспорядочные переговоры и робкие взгляды также не должны иметь места.

Самым удобным временем для сеансов является послеобеденное, именно от 9 до 19 часов вечера, мес том - спокойная удобная комната. Освещение обусловливает степень успехов, которых Вы уже достигли. Первые сеансы, безусловно, необходимо производить в темноте и только постепенно можно перейти к освещению по мере того, как развиваюте.; способности медиума.

Как только заметите некоторые проявления д^'"мв, то на стол посередине поставьте ящичек от сигар ~"ез верхней крышки, поместите в него зажженную с: ^чу таким образом, чтобы ее пламя не выходило из уровня четырех стенок ящика, или накиньте на лг.мпу абажур из красной бумаги.

При дальнейших удачных сеансах возьмите ярко горящую лампу и поставьте ее в соседнюю комнату, двери которой оставьте отворенными. Открывая я закрывая двери, Вы будете иметь возможность регулировать степень освещения.

Медиуму предоставьте место у одной из уэких сторон стола.

Вправо от медиума посадите всех лиц, которые обладают мягким, тихим, нежным характером, в^ево, всех вспыльчивых, горячих, раздражительных, беспикойных и подвижных особ.

Такое размещение имеет целью уравнять флюид астральных тел, который подобно тому, как в электричестве, делится на положительный и отрицател-- ный.

Отрицательными лицами являются те, которые сидят справа, положительными те, которые находят^" слева.

После этого попросите участников сеанса положить их руки на стол ладонями вниз, именно левую руку под правую руку соседа и правую на левую руку другого соседа.

Такое размещение называется составлением цепи. Первые признаки того, что духи приближаются и желают вступить в общение с участниками сеанса выражаются в ощущении очень легкого ветерка, который проносится над руками и лицами присутствующих.

После этого происходит в членах тех лиц, которые наиболее обладают медиальным флюидом, особого рода колотье и пощипывание, похожее на то, которое производит электрический ток, но далеко не такое сильное.

Как только эти предвозвестники стали заметными, то наступают уже совершенно непосредственно первые самые простые манифестации, именно удары и стуки. Медиумы, которые достигли таких эффектов, уже выполнили свою обязанность. Звуки бывают самого разнообразного рода.

Часто можно слышать тихие звуки, как бы от соприкосновения между собой золотых монет, иногда громкие подобно ударам молотка о стену; иной раз раздаются звонки и щелканье.

Иногда звуки походят на шуршание бумаги, трение ножа о поверхность стены, или на визг пилы.

Теперь Вы должны убедиться в происхождении звуков.

Для этого Вам следует поставить на стол пустой стакан и сказать: "Я прошу тебя неведомый дух сделать несколько ударов в стакане".

Стакан после этого начинает звенеть. Чтобы оконча^Х"ьно теперь убедиться, что дух действительно желает Ступить в сношения, Вы ставите уже стакан в разных ^ctax. комнаты и каждый раз повторяете вопрос.

Если посредством ударов о стакан .получается от^т, то становится ясным желание духа завязать сношения.

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

Чтобы дать возможность духу отвечать на Ваши вопросы, или вопросы какого-нибудь участника сеанса, существует четыре способа:

1) Возьмите лист бумаги, напишите на нем алфавит и означьте каждую букву последовательной цифрой.

Теперь будет раздаваться столько ударов, сколько единиц содержат те буквы, которые необходимы духу для его ответа. Отметьте каждую букву и прочтите конечный результат, -j

2) Медленно произнесите весь алфавит; при каж-j дои букве, которая окажется необходимой духу для его ответа, будет раздаваться стук.

Заметьте эти буквы, сложите их и Вы получите ответ.

3) Возьмите отлитые металлические или вырезанные из бумаги буквы (конечно, весь алфавит) и бросьте, предварительно хорошо их перемещав, в ящичек. Теперь закройте глаза, опустите руку в ящичек и перебирайте по одной букве; те буквы, при которых будут раздаваться удары, когда Вы будете держать их в руке, Вы должны заметить. Запишите их и будете иметь ответ от духа.

Этот способ особенно мы можем рекомендовать тогда, когда кто-нибудь из участников желает спросить о чем-нибудь духа и при этом хочет убедиться, что его не обманывают.

4) Напишите на большом листе бумаги весь алфавит и указывайте, начиная с "А" все буквы по порядку.

При тех буквах, которые дух желает видеть отмеченными, раздаются удары.

Прежде чем Вы воспользуетесь одной из этих систем, Вы должны объявить духу, что Вы будете принимать один удар за "да" (подтверждение), три удара за "нет" (отрицание), а два удара за "может быть" (предположение).

Если на это предложение последует один удар, то значит дух его принимает. Спокойно спросите духэ,

уха, 1

Mi

который хочет вступить в общение с Вами о его имени.

Если дух объявит Вам его при помощи одного из ранее указанных способов (Вы должны, заметьте это придерживаться его во все время сеанса), то Вы можете потребовать у духа доказательств для устранения сомнения в том, что он действительно то лицо, за которое он себя выдает.

Чтобы убедиться теперь, что отвечает не медиум, а на самом деле дух. Вы должны дать медиуму несколько таких вопросов, на которые по Вашему мнению, он не может ответить, потому что они превосходят умственный его горизонт и благодаря этому непонятны ему.

Если Вы получите на подобные вопросы правильные, разумные, логические ответы, то виновность медиума исключается и вы можете вполне быть убеждены, что Вы получаете ответы от духа.

Все вопросы, с которыми Вы обращаетесь к духу, должны быть облечены в вежливую форму.

Грубых и резких обращений безусловно следует избегать.

Позаботьтесь о том, чтобы форма Вашего вопроса была такова, чтобы на него можно было ответить без продолжительного размышления, то есть Ваши предложения должны быть так составлены, чтобы их содержание тотчас можно было понять.

Неточность и неясность очень вредят делу и мы вообще всегда советуем так ставить вопросы, чтобы Дух мог ответить: "да", "нет" или "может быть".

Банальные вопросы - смешны и ведут только к трате времени; бесполезные вопросы, то есть такие, на которые способен ответить каждый из участников сеанса, раздражают духа и легко влекут к внезапному прекращению сношений.

Глупые вопросы получают заслуженные ответы и ^^чком любопытные вопросы огорчают духа на^олько, что он удаляется. Каждый вопрос должен иметь отношение к одному

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

или другому члену круга; вопросы, касающиеся будущего, могут остаться без ответа, потому что дух, как мы уже ранее указали, не может ни на секунду переступить настоящего времени и абсолютно не владеет пророческим даром. Не допускайте таких вопросов и отклоняйте их.

Самое лучшее, если Вы ранее сеанса без ведома медиума Приготовите вопросы и запишете их.

Так как сеансы, чтобы не утомить слишком медиума, должны продолжаться самое большее час, лучше же всего полчаса, считая от начала манифестаций, то вопросы нужно задавать быстро один за другим.

Когда Вы получите ответы на свои вопросы, то поблагодарите духа за его любезность и спросите его, можно ли надеяться на следующее его появление.

Когда на этот вопрос последует утвердительный ответ, то попросите его удалиться, так как медиум нуждается в подкреплении.

Если же дух отказывается вновь явиться, то справьтесь о причине его отказа.

Если его основания кажутся Вам убедительными, вескими и Вы намереваетесь устранить их, то убедите в этом духа.

Обыкновенно дух отказывается от новой манифестации потому, что один или несколько членов круга ему несимпатичны. Поэтому следует устранить их от участия в сеансе.

Если Вы нашли медиума, который способен к письменным сношениям с духами, то Вы можете начать с духом письменные сношения.

Подготовления и устройство сеанса в общем то же самое, подобно вышеописанному, только Вы должны озаботиться устройством прибора для письма.

Прибор этот очень прост и Вы сами можете его устроить.

Выпилите из крышки сигарного ящика трехугольную дощечку такой величины, чтобы на ней могла удобно поместиться рука; теперь пробуравьте в ней в трех углах отверстия. '

В два отверстия воткните подходящие сантиметров в 10-15 длиной деревянные ножки, в третье же несколько вкось очиненный карандаш.

Прибор этот (его называют планшеткой), ставится на большой лист гладкой писчей бумаги и медиум кладет на него свою правую руку.

Спустя короткое время, если дух пожелает воспользоваться медиумом для записи своих ответов, можно будет заметить движения планшетки и медиум будет, не имея возможности читать, писать посредством этого прибора, столь же остроумного, как и простого, буквы, слова и целые предложения.

Вы должны пользоваться планшеткой лишь тогда, когда медиум очень еще редко передавал письменные сообщения духа. Если же медиум часто ею пользовался, то просто дайте ему в руку мягкий хорошо очиненный карандаш и предоставьте ему таким образом записывать сообщения духа.

Пытайтесь однако получить такое письмо, которое обусловливается ни личной волей медиума, а желанием духа.

Для этой цели возьмите две аспидные доски и положите их друг на друга краями; в пустое пространство между обеими досками поместите маленький грифель.

Все это медиум заталкивает с рукой под скатерть стола и крепко прижимает ее, другая рука медиума находится над двойной дощечкой на скатерти; после этого включается эта рука в цель как выше описано.

Если медиум обладает достаточной медиальной силой то вскоре можно будет слышать скрип; после того как последний прекратиться, выньте дощечки наружу, откройте их и Вы найдете на одной или на обеих сообщения духа.

Медиумы с особенно сильным астральным флюидом способны производить запись и на бумаге; однако ^° очень редко бывает, так что мы не советуем производить такого рода опыты. После того как Вы проделаете выше изложенное

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

несколько раз с успехом, Вы можете перейти к явлениям перенесения предметов.

Выберите, конечно, для этого способного медиума и сами погрузите его в сомнамбулический сон (см. книгу "Сила внутри нас", соч. д-ра Майнгардта) или пригласите для этого опытного гипнотизера.

После того как дух обнаружит свое присутствие с помощью стука, или звона, спросите его по обыкновению о его имени, удостоверьтесь в его личности и попросите о материализации какого-либо предмета.

Под материализацией разумеют изменение астрального тела в грубо вещественное и противоположное. Как только предмет или тело материализуется, оно становится видимым и осязаемым для человека.

При хорошем медиуме Вы будете иметь спиритические приношения из цветов, конфет, украшений; все их медиум на короткое время показывает в высоко поднятых руках.

Вы можете также выпросить у духа еще другие физические манифестации, например, удаление или передвижение предметов, игра на находящихся в комнате музыкальных инструментах.

Поставьте для этой цели на стол музыкальный ящик и откройте его, после этого образуйте цепь: вскоре на основании громкой и тихой игры инструмента Вы увидите, что он переносится по комнате.

В этих феноменах можно убедиться также посредством колокола, или такого детского барабана, в котором палочки находятся внутри между обеими кожами.

Высший пункт всех спиритических манифестаций составляют, как мы уже говорили, явления материализованных духов.

При устройстве сеанса для наблюдения этих феноменов Вы должны применить особенно тщательный выбор участников.

Предоставьте участие в сеансе только тем, которые обладают наибольшей медиальной силой и устраните всех скептиков и не вполне убежденных спиритов.

Позаботьтесь также о медиуме, который был бы способен для этих столь важных феноменов.

Произведите ему предварительное продолжительное испытание, прежде чем остановите на нем свой выбор: для таких сеансов необходимы такие медиумы, которые обладают громадной медиальной силой.

При этом также необходимо, чтобы медиум был приведен в сомнамбулический сон, или находился в трансе.

Так как духи при помощи материального флюида материализуются, то есть принимают грубую телесную оболочку и свет вредит этому, то Вы должны, безусловно, озаботиться о том, чтобы подобные сеансы производились в полнейшей темноте. В соседней комнате наоборот следует зажечь лампу и дверь в нее должна быть отворена настолько, чтобы можно было различить черты лица участников.

При таком сеансе поместите медиума в какой-нибудь угол комнаты, который отделен занавесками и благодаря этому обращен в отдельное помещение.

Материализованные духи являются в платье и виде ранее нами уже подробно изображенных.

Чтобы добиться появления духа, Вы должны его об этом просить.

Если он согласится появиться в материализованном виде, то он тотчас с быстротой молнии выплывает из помещения медиума и находится в комнате в зависимости от медиальной силы медиума от одной секунды до одной минуты.

При этом дух дает наставления при помощи медиУма участвующим в сеансе. Безусловно, необходимо следовать этим советам.

Дематериализация духа совершается в помещении ^Диума, куда он и направляется, если он желает ^нова измениться в астральное существо.

Укажем здесь еще на самый доступный, простейший способ общения с загробным миром, для которого ^1" надобности подбирать большое количество лиц, а ^^точно находиться только лишь в составе трех,

даже двух лиц. Это так называемое "сиденье с блюдечком".

Делается это так:

Берут большой лист бумаги, лучше всего бристольский картон (двух или трех листов) наносят на него русский, немецкий, французский, английский - словом, какой кому нужен, - алфавит. Лучше всего в подстрочном порядке и в разбивку, ну хотя бы, например, на первой строке: г, ц к, р, а, у н, ж, щ, ф; на второй под этими же буквами: д, ч, л, с, Г), ю, о, з, ъ, ь, э; на третьей строке следующие буквь., лишние гласные и полугласные, обыкновенные - выпускают. На последней строке помещают десять цифр. Над верхней строкой, в углу справа, пишут полностью слово "да", слева - "нет", внизу под строкой цифр направо в угол: "здравствуйте", налево - "до свидания", словом, чтобы алфавит на бумаге получился приблизительно в таком виде:

нет да г цкрауижщф дчлсбюозьэ ешмтвянхи ы 1234567890 до свидания здравствуйте

Затем, берут обыкновенное чайное блюдечко, опрокидывают его донышком вверх, наклеивают на один из боков его стрелку, вырезанную из бумаги. Потом подбираются два соответствующих субъекта. Последнее, т. е. подбор субъектов, делается так: кто-нибудь один из желающих сидеть за блюдечком дает другому свою левую руку и заставляет его обхватит-, ее обеими руками так, чтобы указательный и средний пальцы руки его были зажаты левой рукой, а безымянный и мизинец -- правой рукой подби ,'емого субъекта; и просит его усиленно, возможно у( ;енно, сжимать свои пальцы; при этом оба прислуш: Х- ^ к тем ощущениям, которые получаются у них ..^...л в руках. Обыкновенно у субъектов, сходных между со1

бою, довольно быстро начинает чувствоваться покалывание в пальцах, потом пульсация, а затем эта последняя доходит до того, что в локтях и плечах обоих субъектов ощущаются даже удары. Это почти всегда служит вернейшим признаком некоторой сродственной парности и безусловным залогом успешности при сеансе с блюдечком.

Затем, подобравшись указанным способом, усаживаются за стол, на котором должен лежать описанный выше лист с алфавитом, кладут на него опрокинутое блюдечко со стрелкой на одном из боков, а на блюдечко кладут несколько держа на весу, по одной руке, едва-едва касаясь блюдечка пальцами, - так, чтобы оно при движении не ощущало на себе ни малейшего давления и препятствия со стороны коголибо из сеансирующих; свободные руки соединяют или у меня на коленях или на том же столе, так что оба сеансирующие представляют из себя замкнутую цепь. Главные и непременные условия успеха этого сеанса зависят от серьезности настроения, от взаимного сердечного доверия и даже теплой братской любви друг к другу. Старые серьезные спириты, обыкновенно, перед этим целуются, потом читают молитву.

В первое время блюдечко может не двигаться, или если двигаться, то, подходя стрелкой к буквам безо всякого смысла, - и полученные буквы будут представлять сплошной набор; но потом, при регулярном и правильном сидении, одно и то же время и в одно и то же время, у сеансирующих все более и более развивается медиумизм, и потом начинают йолучаться нередко весьма серьезные и ценные сообщения.

При дальнейшей практике один или даже оба из ^^нсирующих достигают настолько резко выраженного непосредственного влияния на них отошедших, ^го устанавливается из целого ряда фактов, - что не У"^ют сеансирующие сесть за блюдечко как один из "их или даже оба наперед чувствуют к какой букве "°Д°идет блюдечко стрелкой.

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

Скептики говорят, обыкновенно, что-де это вовсе не влияние Духов, а самостоятельное желание сеансирующих двинуть блюдечко к желаемой им букве.

Воаражением против этого служит, в буквальном смысле этого слова, миллион фактов, где полученные ответы по алфавиту являлись ответами на мысленные вопросы кого-либо из присутствующих третьих лиц, а затем добывались сообщения о таких событиях в будущем, которые оправдывались через 10-15 лет, будучи приняты в момент их получения за смешную шутку. В свое время мы дадим протоколы о некоторых из таких сообщений, за подписями людей, заслуживающих глубокого уважения.

Вообще сообщения, получаемые серьезными спиритами во всех видах сеансов и представляют собою ту базу, которая навсегда приковывает к себе их внимание и в которой кроется основная причина, вызывающая удивление среди людей, незнакомых со спиритизмом, над теми фактами, что глубоконаучные, великие, серьезные умы, войдя в сферу общения с загробным миром, навсегда остаются в ней до своего перехода в тот мир.

Для того, чтобы охарактеризовать эти сообщения, мы приведем здесь, в возможно сжатой форме, некоторые из сообщений, полученных в нескольких русских кружках за последние годы.

В 1900 году, когда еще не было и речи о войне с Японией и о грозящей эпидемии, в одном из московских кружков, в течение всей зимы получались сообщения, говорящие в такой реальной и правдивой форме о войне, и о эпидемии, что, когда наступил 1904-1905 годы, то все члены кружка только с глубоким уважением склонили головы перед этими сообщениями.

26 января 1904 году, приблизительно в 6-7 часу вечера, медиум-сомнамбула того же кружка яркими красками передавал картину какого-то страшного io- вершавшегося в тот момент нападения на какиеморские суда. Картины были переданы до того обра;

но, что у присутствующих, как говорится, пробегал мороз по коже. И никто не мог разгадать, что бы это значило, - но полученная на следующий день телеграмма о коварном нападении японцев на нашу флотилию в Порт-Артуре объяснила все.

На одном из сеансов в мало понятной форме был описан какой-то бой и указано число события, приблизительно за полтора месяца. Это сообщение нашло себе подтверждение.

В 1904 году на одном из сеансов была сообщена картина ужасного взрыва, во время которого с детальной подробностью описывали гибель какого-то лица. На присутствующих, привыкших верить в эти сообщения, - это сообщение произвело ужасно тягостное впечатление, и, к несчастью, оно оправдалось в смерти покойного В. К. Плеве с удивительно точным описанием подробностей.

Словом, не было ни одного случая, о котором не сообщили бы Духи ранее иногда в иносказательной, а иногда в прямой форме в том или другом кружке.

Так, например, на вопрос: "Какой смысл имеет эта ниспосланная свыше война России с Японией", был получен такой, глубокий по смыслу, ответ:

"Вода реки, когда она спокойна, кажется всегда чистой, но стоит только всколыхнуть ее, возмутить, то поднимется со дна все то, что неминуемо должно извлечь оттуда, дабы очистить воду, и поберечь тех, кто пользуется ею, от медленного, но верного заражения".

Относительно войны России с Японией в спиритических кружках всего света имеется чрезвычайно много сообщений из потустороннего мира; часть их "Катается в специальных органах, а часть, и значи^^ьно большая, делается достоянием одних только ^РУ^ков. Между тем некоторые из этих сообщений ^Р^ычайно интересны. Как на примере, укажем на ^^Цение, напечатанное во французском журнале ^о Спирит" за июнь месяц 1904 года. "^""~ из коронованный особ пригласила к себе

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

медиума, некую Зиновию Галацкую, и та, при помощи радия, показала ей два эпизода войны: на особо устроенном экране увидели сначала полную картину уничтожения русского флота и гибели Порт-Артура, а затем картину изгнания с Дальнего Востока японцев".

Бывают, и очень часто, сообщения более частного, более интимного характера; как на примере, укажем на сообщение, полученное в одном русском кружке, в начале июня 1905 года, на сеансе, от одного солдатика, погибшего в бою на Дальнем Востоке, которое, в виду его исключительной характерности, приведем дословно:

"Говорит Дух солдата, убитого, как видно из его сообщения, осколком бризантного снаряда; в то время, когда он делал что-то около котелка или с котелком:

"Проносилися... не такотко... Не помню, как мы билися во второй колонне седтмого порядка... Подошли, близко подошли... Разорвало внезапно снаряд налево от его сиятельства... бризантный лопнул, когда они были впереди. Сначала ничего не поймешь, как будто двигался в дыму, а потом, порассеимшись, по котелку узнал, что его сиятельство и мы в дымку оборотимшись... Нет, очень много довольны; и по сей минут с его сиятельством все, как будто, котелок ищем... Вот им-то тяжело немножко; мы-то сообщилися от отца Георгия, а потому со спокойной совестью. И эти четверо со мною. Я и не заметил тогда, что четверых ухлопало... и не позаметил... От-то только прискорбновато, Олена-то с тремя ребятишками: маленький-то помер... Не могу розыскать... не подойдешь. Хорошо, больно хорошо. Плохо-то было бы ежели бы не сообщимшись. Господь, он-то всех обоходит, - Господь-то... с крестами... Да, у третьяго дневось довелося быть у юродивой-то, подошла она, да как стакан-то бросит прямо в живот... после-то всП^ мянулось. Теперь живота-то и нет. Хорошо Господомто обласканы, как будто не померши... Коли бы яв

сообщимшись, во как ен... Вот видишь, как пробилото. Вот его сиятельство, ему оченно тошновато, а гдето с котелком-то долго тело провалялось. Теперь вот Господь сводит. Мое-то там осталось, а его сиятельство выбрали и увезли... Да, очено просит сказать родным-то, что жив, здоров и кланяется. Вот котелка-то не нашли... Воронежской губернии, Бобровский уезд, Анненской волости... Вот подходил к Олене-то, а она меня не могла понять-то. Вот третьяводнесь бился, бился к бодрым господам...а сегодня проходил, сидят втроем на корточках. Одного я толкал, толкал, а его сиятельство говорит: плюнь, Иван, не доберешься... Вот наша кровь-то смешалась, мы и вместе, часто мы с его сиятельством ходим и смотрим... и молимся, и скорбимся,.. э а потому мне легко, что верою и праведною правдою... Вот только, чтоб Олена то допущала... Баба простая, темная, а добрая. Пущай она не тоскует, она, ведь, чусть, что как будто я с его сиятельством ее так успокаиваем... Да, оченно больно они неправильно веруют-то, - оно кто в правое-то верить, тот сообщимшись... Вот только котелок-то жаль... верно, в плен попался... До свиданья, милые господа... Слушаю ваше сиятельство!"

На этой фразе это сообщение, совершенно неожиданно врезавшееся в средину получаемых обычных сообщений, и оборвалось.

(Б. СПИРИТИЗМ В РОССИИ

В России спиритизм иногда называли столоверчением, что было связано с обычной практикой общения ^ Духами, связанной с манипуляциями со столом.

Дело в том, что довольно скоро отказались от практики общения с духами по методике сестер ^окс, т. е. стуками. Наибольшее распространение ПОРУЧИЛИ опыты со столами и с блюдцами. Делалось это ^к. На большом листе бумаги или картона писали по ^РУгу буквы алфавита, на середину клали

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

тое вверх дном блюдце, на него пальцы - так, чтобы руки не касались стола, и замирали в напряженной позе. Шли минуты, руки от напряжения начинали дрожать, и блюдце приходило в движение. Это означало, что вызванный "дух" явился. Теперь оставалось задавать ему вопросы, и пришелец "с того света" отвечал на них. Поклонники спиритических сеансов считали, что именно "дух" подталкивает блюдце к, нужной букве, затем - к другой, третьей. Так из букв складывались слова, из слов фразы.

По другой методике ("классическое" столоверчение), несколько человек садились вокруг стола, опираясь на его края руками. Руки участников сеанса начинают чуть-чуть подрагивать от возбуждения, слабые движения отдельных индивидуумов со временем синхронизируются, и незаметно для участников тяжелые столы приходят в движение, подпрыгивают, стучат, стуками указывая нужные буквы. Из букв также складывались слова, из слов - длинные послания из потустороннего мира, трактующие самые сложные и тонкие вопросы философии, теологии, морали, науки и т. п. Из посланий со временем составилось нравственное учение, из которого сторонники спиритизма стремились создать религию.

В конце прошлого века в некоторых европейских странах начала входит в моду игра, названная "магическим маятником". "Волшебный маятник" обыкновенную нитку с грузиком - помещали в центр круга с написанными по его периметру на определенном расстоянии друг от друга буквами алфавита. При этом держащему веревочку маятника задавали вопросы, а ответы складывались из букв, на которые указывал колеблющийся грузик. Почему это происходило?

Попробуем сами воспроизвести этот опыт. Возьмите в вытянутую руку нитку с подвешенным на конце грузиком. Теперь мысленно представьте себе, что он начинает раскачиваться в каком-либо определенной направлении, скажем, справа налево, либо по кругУ' И грузик, несмотря на то, что рука все время оста'

ется в покое, все заметнее начнет раскачиваться в этом направлении, как бы повторяя вашу мысль.

Это явление, в настоящее время хорошо изученное физиологами, получило название идеомоторного акта (от греческого слова "идея" - мысль, представление, и латинского "моторный" - т. е. двигательный, приводимый в движение). Нам кажется, что рука все время остается в покое, а в действительности она как бы сопровождает нашу мысль незначительными, незаметными для глаз движениями.

В 1875 году по настоятельной просьбе известного химика Д. И. Менделеева была создана комиссия из двенадцати авторитетных ученых, которые решили всерьез разобраться в спиритических "чудесах". Объективности ради в ее работе участвовали и три сторонника спиритизма.

По словам самого Д. И. Менделеева, поводом к внесению вопроса о спиритизме в физическое общество С.-Петербургского университета послужило распространение в нашем обществе занятий спиритизмом. Началось дело в последние годы с медиума г. Юма, развилось под впечатлением сеансов прошлой зимы г. Бредифа. Руководителями общественного мнениями явились гг. Аксаков, Бутлеров и Вагнер, наши апостолы спиритизма. Какие имена! Фамилия первого из них напоминает русскому уху семью горячих и верных искателей истины. Хотя Александр Николаевич Аксаков и работает в иной области, чем дорогие всем нам другие Аксаковы, но родственная связь видна в беззаветной вере, в твердой поступи, в бойком пере и в русской размашистости шагов, какие делает Александр Николаевич, пропагандируя спиритическое учение в России, издавая немецкий журнал *Psychische Studien", посвященный спиритизму и принимая на себя немало труда при изучении спиритизма. Александр Михайлович Бутлеров и Николай Петрович Вагнер, мои товарищи по науке и роду деятельности, хорошо известны, один - как известный ^имик, а другой - как биолог. Бутлеров поверил

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

спиритизму при помощи Аксакова, Вагнер через Бутлерова. Последователи превзошли своего руководителя и горячо взялись за его дело. В наших журналах стали появляться одна за другой статьи с их подписью. Это обстоятельство не лишено значения. Не имей Вагнер и Бутлеров авторитетности, как натуралисты, публика не встрепенулась бы и едва ли наши крупные журналы взяли бы статьи о спиритизме, тем более, что печать всюду была против спиритизма. И вот, на эту борьбу открыто и прямо пошли мои почтенные товарищи, выступив со своими спиритическими статьями не в ученых обществах, где было бы настоящее место оригинальному, новому воззрению на явления природы, где место разбора и проверки новых еще не известных фактов, где борьба ведется и регулируется приемами установившимися в науке. Они перешли эту дорогу, пошли за А. Н. Аксаковым и прямо на ученых аппелировали обществу.

Вот причины, заставившие многих задуматься над спиритизмом, разбирать эту специальность, интересоваться ею так, как ни одно еще новое открытие до сих пор не интересовало. Много вечеров пошло на спиритические сеансы, много остроумия потратилось при разговоре о спиритизме.

Для опытов было сконструировано два специальных столика. Один из них, манометрический, позволял заверять и точно фиксировать, чьи усилия толкают его. Другой - пирамидальный - имел косые расходящиеся ножки, благодаря чему наложенными на столик руками нельзя было ни приподнять, ни наклонить его. При этом пирамидальный столик был не тяжелее обыкновенного, использующегося в спиритических сеансах. Эксперименты с самыми знаменитыми медиумами того времени убедительно показали' столы приводились в движение не какой-то гаинственной силой, а самим медиумом.

Комиссии Д. И. Менделеева пришлось столкнуться и с фактами грубого преднамеренного обмана.

спорное шарлатанство обнаруживалось во всех тех случаях, когда духи якобы вылепливали из воска фигуры, звонили в лежащий на столе колокольчик, фотографировались и т. п. Как только при проведении спиритических опытов принимались меры, предупреждающие обман или разоблачение его, все "чудеса" исчезали.

Блестящий отчет о результатах работы комиссии "О сути спиритизма" дан в публичных лекциях Д. И. Менделеева, рассчитанных на широкую аудиторию.

ДВА ПУБЛИЧНЫХ ЧТЕНИЯ О СПИРИТИЗМЕ

Лекции были прочитаны Д. И. Менделеевым в С.-Петербурге, в аудитории Соляного Городка 24-го и 25-го апреля 1876 года в пользу Общества для пособия нуждающимся литераторам и ученым и школе II Русского Технического Общества.

Лет за 20 тому назад в Америке, а затем и в Европе, стало распространяться то спиритическое учение, которое в наши дни поддерживали многие ученые. Они связали и словами и мыслями новое с явлениями древней индийской магии, перепутали с суевериями и стремятся сделать из всего учения, выражаясь их словами, "мост для перехода от знания физических явлений к познанию психических". Кому же не лестно быть строителем такого моста! Однако школы, ученые и литераторы, сочувствуя которым вы собрались здесь, не погнались за концессией на этот мост, не приняли учения спиритов, посмотрели на него, как на старые сваи, на которых давно и безуспешно задумана была подобная постройка, не ступили на гнилое дерево. Отвергнутое приютилось в круж^х, но недавно выступило смелее, захотело иметь новых адептов, стало для того клеймить неверящих, громко утверждать непризнаваемое и успело поколебать немало умов. "Признайте только факты,

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

говорило оно, - эти факты реальны и правдивы, а следствия из них явятся сами". Да, эти следствия у всех на памяти, их слышали от нянюшек - и многие вспомнили и соблазнились. Старые суеверия выплывали. В этой связи давних суеверий с новым учением - весь секрет интереса к спиритизму. Разве стали бы столь много писать и говорить о любом другом ученом ранозначно - не стой тут сзади дух, няня и, любезное многим, детство народов. Помирили сказку с наукой - это увлекательно, и спириты свое сделали - заставили говорить и разбирать их учение. Их расчет прост, хоть и ошибочен: они надеются найти поддержку в массах, мало знакомых с науками. Они и помнили и забывали, что эти массы имеют свой здравый смысл - верный союзник наук и движения, что они, однако, идут за немногими, что наука не преследует, не сжигает, не налагает запрещений, что она не боится движения вперед, но они упустили из виду, что для науки безразличен приговор масс и отдельных ученых, что наука уже не ветреное дитя, что она зрелая мудрость времен, что против их оружия можно действовать подобным же, что научное поле им придется взять в бою*.

Но довольно для уяснения общей картины - обратимся лучше к подробностям, они отчетливее рисуют положение вопроса.

Начальное физическое явление спиритизма составляют стуки, раздающиеся при наложении рук на стол и движения самого стола. Весьма скоро убедили опытом, что спиритические стуки, могут слагаться условным образом в осмысленную речь; заметили затем, что разговор стуками (попотология) имеет смысл, какой бы придал речи медиум или то лицо, сидящее за столом, в присутствии которого стуки происходят. Ничего иного в речах спиритических сеансов не

Что и в научной битве, кроме личной храбрости, нужны и запасы крепости, что время татарских набегов на науку

ли, кроме того, что могли бы услыхать из уст медиума.

Фактическая сторона дела несомненна, т. е. стуки в спиритических сеансах происходят. Вопрос состоит в том, кто стучит и обо что? Тут не два первичных вопроса, а один. Всякий звук есть колебание воздуха, следовательно для произведения звука нужно средство привести воздух в колебательное состояние. Спрашивается, поэтому: что же приводит здесь воздух в колебание?

На это отвечали весьма различно, и вот шесть главных вариаций ответов.

Медики, исследовавшие лиц, в присутствии которых звуки совершаются, нашли, что некоторые суставы и связки этих лиц могут производить самостоятельные звуки. Подобное этому происходит и при разговоре и при чревовещании - звучит внутренний орган тела. Здесь, значит, содрогается часть тела медиума. Произвольно или непроизвольно издаются звуки частей тела медиумов, - до этого не касались; да и нет нужды: пусть это будет непроизвольное движение, никому не было интереса его исследовать. И все же от стучащего нельзя ожидать ничего иного, кроме того, что ему известно, а потому ясна причина того, что лицо это не может ничего иного высказать в сеансе кроме того, что им ранее приобретено или узнано. Это будет тем более так, когда лицо это производит спиритические стуки преднамеренно и сознательно. Назовем эту гипотезу о природе спиритических звуков органической.

Вторая гипотеза состоит в том, что, при наложении рук на стол, происходят мускульные напряжения, которые выражаются колебательным их состоянием; в это состояние приходит и стол. Медиум, при известном напряжении воли бессознательно или намеренно, накопляет и суммирует эти мускульные движения в толчок, отвечающий потребному моменту. Здесь опять становится понятным то обстоятельство, что в речах, слагаемых спиритическими стуками, не

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

слышно ничего иного кроме того, что можно узнать от лица, звуки производящего. Гипотеза, высказанная здесь может быть названа механической, потому что источник звука по этой гипотезе лежит в колебании стола или вообще предмета, к которому прикасаются части тела. Звучит стол, пол и другие предметы, к котором прикасается медиум.

Затем следует гипотеза магнетическая, которую с особым успехом развивает Шевиллар. Гипотеза состоит в том, что допускается нервная невесомая жидкость или нервный ток, подобный гальваническому, посылаемый волею и жизнедеятельностью от мозговых центров к органам тела. Нервы считаются проводниками такого тока. Припомните - еще Гальвани утверждал нечто подобное на основании своих классических опытов с лягушкой. Матнитизеры держатся подобного учения и по ныне, хотя, со времен Вольта, в науке укрепилось иное мнение об опыте Гальвани, Животно-магнетическая гипотеза Шевиллара принимает, что вся поверхность тела людей испускает некоторую нервную жидкость, находится в некотором напряжении и, подобно тому как наэлектризованное тело рассеивает электричество, испускает из себя эту невесомую материю, приводит соприкасающиеся предметы в особое напряжение - сила преобраауется. Полагают далее, что нервная жидкость может скопляться и переходить скачками, каплями, темными искрами и т. п., по воле лиц, сумевших управить внутренним распределением нервной жидкости в своем организме. Эта жидкость может выливаться в некоторых случаях разом и тогда производить спиритический стук, подобно тому, как у электрических скатов или рыб электрическое напряжение может передаваться электрическим ударом. Задатки этой гипотезы давние. В сочинениях Лавуазье есть отчет (1784) об исследованиях над животным магнетизмом. Там резюмировано учение Месмера, начинающееся пышною речью: "Всюду есть жидкость, легче ощущаемая, чем описываемая; Ньютон ее назвал эфирной

средой; Декарт, всеобщим двигателем; философы, мировым началом. Свет, звук, запах передаются при ее помощи... и пошел в это поле*. Много с этими понятиями бились, много раз доказывали, что фикция Месмера неприложима к фактам, что воображение - первый деятель в опытах магнитизеров. И все-таки эти понятия выплывают. Шевиллар стоит на этом же пути, хотя его мнение и заключает свои особенности. При его гипотезе, как и при двух предшествующих, совершенно ясно, почему в речах, слагаемых при помощи спиритических стуков, нет иного смысла, чем в речах лиц, сидящих за столом.

Эти три гипотезы, на мой взгляд, не заключают в себе ничего невозможного, и, будь опыты, их утверждающие, несомненны, их принял бы каждый натуралист. Они составляют центр многих других гипотез, объясняющих естественным образом спиритические стуки**. Но есть две другие, крайние, диаметрально противоположные гипотезы, назначенные для объяснения стуков и других медиумических явлений: одна есть гипотеза спиритов, допускающая духов, как причину стуков и других медиумических движений, а другая есть гипотеза обмана.

Гипотеза спиритов состоит в том, что души умерших не перестают существовать, хотя и остаются в форме, лишенной материи. Известные лица с особым развитием органической природы, могут быть посредниками, "медиумами", между остальными присутствующими и этими духами, повсюду находящимися. В спиритическом сеансе от присутствия медиума

* Представляется воображению излияние магнитной жидкости из организма. Это излияние, по понятиям магнитизеров, происходит при тех приемах (пассах), которые употребляются для наведения магнетического сна.

** Так например к вариантам магнетической гипотезы относятся те спиритически-медицинские гипотезы, по которым видят полярность (+и-) в действиях и отправлениях организмов> Об этом писали и к членам комиссии: Хорошо, если бы спириты занялись разговором, спором с магнитизерами - может быть и сойдутся. Друг друга они во всяком случае недолюбливают.

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

духи становятся деятельными и производят разного рода физические явления и, между прочим, стуки, ударяя о тот или другой предмет, близкий к медиуму, и отвечая условным образом на вопросы, к ним обращенные. Гипотеза эта не объясняет прямо того, - почему в речах духов отражается ум медиума, отчего у интеллектного медиума речь духа иначе, чем у неразвитого. Чтобы помирить это наблюдение с мыслью о духах, допускают глубокое влияние медиума на духов: под влиянием глупого медиума и умный дух тупеет, а глупый под влиянием интеллектного медиума становится гораздо более развитым. Дух ребенка или жителя, другой планеты может говорить д только то, что знакомо или мыслимо медиумам, ело- 1 вом, по гипотезе спиритов, дух становится рабом медиума. Вот эта-то идея, столь сходная с идеей гномов и ведьм, чертей и привидений, и послужила главным поводом к распространению и обособлению спиритического учения. Говорят, что в Америке спиритическое учение пошло в ход, благодаря некоторой комбинации с женским вопросом. В пятидесятых годах там этот вопрос времени был уже в значительном развитии. Медиумами же оказались по преимуществу женщины. Этим обстоятельством воспользовались. Образовались кружки, у которых основной идеей было доброе стремление к перемене тягостной во многих отношениях современной обстановки и к достижению лучшей при помощи - спиритизма. Рассуждали так: женщина менее сильна, чем мужчина, оттого женщины зарабатывают меньше мужчин, которые, кроме того, изобрели себе в помощь множество механических двигателей, пользование которыми также требует не только силы, но и навыка, учения. Истинное равенство наступит только тогда, когда женщина будет в состоянии доставлять одинаковое с мужчиной количество работы и вот в спиритизме нашлось легкое для того средство. Если духи в состоянии производить звуки, значит они производят механическое движение, работу; оказалось затем, что они способны

вращать столы; так отчего же им не вращать машины? Спиритизмом стали интересоваться для того, чтобы получить даровых двигателей. Надеялись, что женский организм доставит этим путем, со временем, значительное количество даровой работы, которой можно воспользоваться для практических целей. Не знаю насколько справедлив этот рассказ, но он дышит американской практичностью*. Не подлежит однако же ни какому сомнению, что в спиритизме многие, неудовлетворенные современным строем идей, современными принципами, видят какой-то исход к лучшему в будущем**. Грубый материализм - некоторым, довольно странным, образом стремятся помирить с нравственными принципами, с поэтическими грезами. Ошибку расчета Полонский отлично выставил в своем прелестном стихотворении "старые и новые духи", помещенном в Неделе***. Гипотеза спиритов оказалась удобной для всех

Х В начале духов называли "стучащими" духами. При дальнейшей разработке спиритического учения оказалось, что двигаются не только шляпы, но столы и другие тяжелые предметы. Мне однако неизвестно еще ни одного опыта, в котором бы удалось привести в движение двигательную машину при помощи духов, хотя есть уже швейные машины, приводимые в движение гальваническими батареями, струей воды и тому подобными двигателями, доставляющими малое количество работы. Слышно, что и у нас спиритические кружки начали стремиться к утилитарным целям; говорят, что кружки спиритов в Киеве и здесь, в Петербурге, отправляют от себя в Америку делегатов, с которыми и хотят сноситься при помощи духов, предполагая путем такого сношения заменить атлантический телеграф.

** Валлас, в числе их, думает, что люди найдут в спиритических Духах нравственную для себя поддержку. "Нет, эти духи, что стучат. Или ворочают столами, Не те, которые грозят Расстаться с нашими мечтами. Мир снова жаждет обновления, В науке ищет откровенья, - продолжает Полонский и выводит, что эти духи - Родные дети пустоты, Тоски, неверья, увяданья. Они - фантазия без крыл". В этих стихах, как в своих "Грезах", Полонский кратко и неподражаемо передал мысль, бывшую у многих в главе, коснулся самой сущности вопроса. Люди науки, сколько слышится, думают чменно так.

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

тех, кто не оставил еще уверенности в существовании привидений, домовых и тому подобных воображаемых интеллектных существ; но она не допустима при современном строе понятий, господствующем с тех пор, как поняли, что сжигание за колдовство есть одно и то же, что и преследование религиозных верований. Восстают против спиритизма преимущественно потому, что со спиритическими явлениями теснейшим образом связана изложенная гипотеза о духах. Самое учение о стуках и движениях, материализации и т. п. получило свое название вследствие того, что верящие в эти явления неразрывно связывают признание их реальности с гипотезой о духах*.

А спириты говорят часто, что современники, - грубые материалисты, особенно естествоиспытатели, не признают их гипотезу, потому что ее боятся - она рушит, будто бы, все. Натуралистам однако не чуждо, а напротив, вполне свойственно допущение гипотез на первый взгляд бездоказательных, фантастических, духовных, предвзятых, так например, они признали жизнь во всем мертвом, движение в 'каждом твердом теле, в каждой мельчайшей частице жидкости, чрезвычайно быстрые поступательные движения в атоме газа. Для них оживотворено то, что в общежитии считается неподвижным. Им немыслимо ныне представление о малейшей частице материи, находящейся в покое. Со времен самого Ньютона, они не довольствуются даже допущением притяжения на

* Спириты думают смягчить свое отношении к делу, когда называют спиритические явления "медиумическими", но при этом забывается ими, что самое слово "медиум" заключает в себе понятие о посреднике между остальным миром и миром духов. То полусонное состояние, в которое впадают медиумы в некоторых случаях, названное спиритами "трансом", тоже составлено в духе спиритического учения; им хотят обозначить переходное состояние, от духовного к материальному. Шевил-iapi проводящий понятие об изливающейся нервной жидкости, и тот, хотя допускает ни на чем не основанное понятие о существовании самостоятельного нервного тока, исходящего из организма, - и тот со смехом отвергает гипотезу спиритов.

расстояниях, ищут для его объяснения посредствующей среды. Они свободно принимают и обсуждают самые разнообразные допущения, могущие осветить понятие о притяжении и отталкивании. В частичке вещества химик видит, как бы ощущает отдельные части, независимые органы и общую связь частей; словом для него это есть целый организм, живущий, движущийся и вступающий во взаимодействие. Все работы химиков этим проникнуты, и они знают, однако, что не доберутся до того, чтобы выделить и видеть эту частичку, как выделяют растительную клетку. И это все отвлечения, не менее далекие, от обычных явлений, чем то, по которому воображают существование духов. Следовательно, не из-за грубости фантазии, не из-за пошлого резонерства, которое гласит часто: "вынь да положь - тогда поверю" - естествоиспытатели отвергают гипотезу духов. Одни гипотезы они признают, проверяют в их смысле работы, другие резко отвергают. Гипотезу об истечении световой жидкости как о причине световых явлений отвергли и заменили ее другой, гипотезой колебаний невесомой, не знаемой, всюду находящейся жидкости, хотя за первую говорил Ньютон, а за вторую только менее известной его современник - Юнг. Та и другая одинаково фантастичны, и в этом отношении одинаково подобны гипотезе хотя бы спиритов. А как часто приходится слышать упреки натуралистов в грубом материализме!

Признать ту или другую гипотезу или ее отвергнуть волен всякий, но не всякий ученый и не на каждый раз говорит - как наука. Наука существует отдельно от ученых, живет самостоятельно, есть сумма знаний, вырабатываемых всей массой ученых, подобно тому как известное политическое устройство страны вырабатывается массой лиц, живущих в ней. Авторитетна наука, .но не отдельные ученые. Ученый только тогда может и должен пользоваться авторитетом, когда он следует за наукой, подобно тому как в "Х"^гоустроенном государстве авторитетом власти пользуется только то лицо, которое блюдет законы.

Для объяснения данного явления всегда возможно составить много гипотез, и признание той или другой из них тем или иным ученым есть дело личного вкуса; но в науке укрепляются, то есть научными гипотезами становятся и затем незаметно переходят в жизнь, в школу, в литературу только те, которые обставлены целым рядом исследований, принятых массой ученых, подобно тому, как законом становится то, что приобрело в стране известную формальную обстановку. Гипотезу о духах наука отвергает, хотя есть такие ученые, которым она пришлась по вкусу.

Пусть медиумические стуки раздаются - пусть они реальны, составляют факт несомненный. От этого спиритическое учение ни на волос не двигается вперед. Спиритам, утверждающим, что эти звуки производятся духами, да им, а никому другому - должно затем доказать, что ни органическая, ни механическая, ни магнитная гипотезы не пригодны для объяснения причины медиумических звуков, что в них нет ни самообмана, ни обмана и затем, что спиритическая гипотеза состоятельна, фактам удовлетворяет - ничему известному не противоречит, составляет шаг познания вперед. Так должно было бы идти спиритам, если бы они желали следовать по пути действительного научного прогресса. А они взяли путь, каким распространяются суеверия: "Поверь, я говорю не лживо" Не думай, а признавай - остальное придет само; истина прекрасна. Не мечтай о себе много - ты еще ничего не знаешь". Этот кодекс слышали люди и прежде, услышат и еще не раз. Он чужд науке. Она не рвется к тому, чтобы ее признали. К ней идут, ее ищут - она ни в ком не нуждается. Ее адепты - люди, со всеми их свойствами, а она, хоть и их дело - чужда людских пороков, не гонится за признанием. "Не верьте ваше это дело, у меня есть свое поле, придет время - узнаете и сами. Затворитесь - я пройду. Мне не надо ни мучеников, ни апостолов. Только размышляйте,

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

не живите, как растения". - Вот что гласит наука. И этого - держится масса ученых. Тут есть еще следы затворничества. От этого-то и мало популяризации истинной науки. Уверен, что дело со временем изменится, но это будет еще не скоро, многое до того изменится - раньше, много до той поры - должно пропасть суеверий.

И так современная наука отвергла гипотезу духов не потому, что боится ее, не из-за ее бойкости, а оттого, что спириты хоть и ставят ее, но ничем не доказывают, не связывают с готовым уже запасом знаний, стройность развития которых такова, что лозунгом наук стало понятие о единстве сил природы.

Прямо противоположна гипотеза спиритов гипотезе обмана, по которой причиной спиритических явлений служит обман, производимый медиумами в сеансах. Сами спириты помогают распространению этой гипотезы, потому что окружают медиума мистической обстановкой: темнотой, полутьмой, удаляют, когда вздумается, наблюдателей, в особенности недоверяющих спиритизму, - считают спиритические явления капризными, редкими, трудно уловимыми, так сказать, духовными. Ученый любит капризные явления, редкости - уники. Он стремится проникнуть в их тайну и бережно до поры до времени сам блюдет ее, ревниво закрывает от других - пока не добьется ее раскрытия*. По гипотезе обмана объясняли стуки снарядом, спрятанным под платьем "едиума или движение, народно производимым ка^чм-либо другим образом, например трением рук о прикасающиеся предметы или движением стула или стола по полу и т. п. Это кажется иным - очень "°"1лым, чересчур обыденным, оттого ненаучным. "адо заметить однако, что наука не прихотлива - ^ччем не брезгует. Снятие фотографических

^"ич спиритам следовало бы сперва хорошенько разобраться * "вдиумическюс фактах, а не выступать прямо с пропагандой ^го спиритического учения.

-XI

тов с духов умерших объяснилось - подлогом про-^^^ изводимым фотографом, снимающим на одну плас- IRI тинку двукратные изображения.

Звон колокольчика, появление рук и целых человеческих фигур, по этой гипотезе, есть дело такой же ловкости, какой отличаются фокусы и тому подобные магические представления. Существование этой гипотезы основывается на множестве общеизвестных фактов, когда спиритические медиумы были изловлены в обмане. Известны, вероятно, вам многие процессы, в которых обман медиумов был изобличен на суде. Гипотеза обмана выводит из себя спиритов; они говорят: "да мы видим, мы свидетельствуем, что обмана нет, мы сами следим за медиумами, мы также не упускаем из виду возможности обмана; но его нет в тех медиумических явлениях, которые мы описываем, хотя обман и возможен на сеансах". Просят обыкновенно указать - да как же делается то-то и то-то? Требуют на то доказательств, забывая, что сами должны доказать - они становятся обвинителями. Те же из спиритов, которые действовали на каком-либо ученом поприще, обыкновенно при этом прибавляют: "ведь верите же вы тому, что я открыл то-то и то-то, хотя сами этого не проверяли; отчего же вы не верите тому, что я утверждаю на этот раз?" При этом смешивается признание факта и объяснение ему придаваемое. Факт может быть совершенно верен, т. е. стуки могут быть, стол может качаться и подниматься, и это спирит, верящий духам, рассказывает совершенно точно; но из этого однако вовсе не следует, чтобы верно было и то его заключение, что обмана нет, что спиритические явления составляют научную новость. Утверждают, что обманывает медиум стучащий, медиум фотограф или браться Эдди или Вильяме, а не те ученые, которые описывают виденное. Эти только не видят обмана. Требуют доверия к умозаключению, а выставляется на вид недоверие к свидетельству чувств... В среде ученых есть обычай вовсе не говорить об обмане - и этот обычай блюдется

500

строго. Ведь наука поприще свободное, ведь никто не толкает на него, зачем же обманывать или подозревать обман в свободном деятеле. Но бывает и зд^сь обман. Однако ученые сами были чаще всего жертвами обмана и никто этого им в порок не ставит и ставить не должен. Медиумов между учеными никого неизвестно. Неужели и на медиумов перенести привилегию ученых?

Допускают гипотезу обмана чаще всего только потому, что она проста, и к обстановке спиритизма совершенно подходит, не требует натяжек, словом естественна.

Спириты приводят два возражения против гипотезы обмана. Это - личный опыт и существование медиумов, которые за сеансы денег не берут. О личных опытах много писано. Есть показания совершенно достоверные, но тогда много - что столы двигались, да слышны стуки, а это за спиритизм не говорит, ведь каждый может тоже сделать; другое же подходит под шестую гипотезу, о которой дальше. Что же касается до вольнопрактикующих медиумов, то вспомните только лиц каждому из вас известных, которые любят лечить, с апломбом спорить подчас с медиками; есть истинные любители лганья, есть ведь и такие, которые если чему-нибудь поверили, так поверят уж нацело, всей натурой, так отчего же не стать и медиумом? А главное то: разве не лестно быть посредником между сим и тем миром? Читайте кроме того Диксона - он умеет все это рассказать, В его сочинении "духовные жены" - дело спиритизма и тому подобных суеверий написано в образах. Тут они то и нужны, в них виднее правдивость доказательств, будто бы отвергающих гипотезу обмана.

Как бы для противовеса двум общим доказательствам, часто приводимым спиритами против гипотезы обмана, можно привести, для ее подтверждения, Два общих соображения. Во-первых, замечательна вредность медиумических опытов для испытывающих медиумическую силу, для зрителей.

601

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

вание незнаемых сил природы, а тем паче производимое людьми мало сведующими, весьма часто приводило к неудобствам, несчастьям и т. п. Ведь силы природы лишены людской деликатности, осторожности: медикам часто достается терпеть от больных, сколько знаменитых хирургов об одном глазе, сколько пострадало и сильнее. От громовых искр, от взрывов при опытах - погибло не мало жертв науки. На представлениях фокусников этого не бывает. Не слышно этого и про медиумические сеансы. А дело здесь, говорят, идет о духах. Они вдруг оказываются таким же деликатными, как и живые люди; они как будто боятся привлечь суд, публику, полицию. В самом деле на медиумических сеансах дело делается прилично, осторожно. Вынуть платок, дернуть его, возмутить кольцо и возвратить, материя, говорят, творится - дарят ее, но не пропадает, не рвется; слышны удары, но не очень громкие, а когда в сеансе дамы, тогда не гадают о числе прожитых лет. Да и совершается то все на сеансах ожидаемое, редко бывают сюрпризы. Не таковы неведомые силы природы, они не деликатничают с дамой, действуют нежданно.

сами показывают

Другим общим соображением, подтверждающим тождество медиумов с фокусниками, служит специальность медиумов. Там и тут нужно определенное лицо, знающее нечто в совершенстве. У иного медиума дело делается пред занавеской, и из-за нее вылетает колокольчик, у других этого не выходит, а для убеждения в правдивости требуется темнота и связывание, третьи искусились над подбрасыванием столов незаметным образом, четвертые умеют незаметно брызгать слюнами. Точь-в-точь как иные фокусники показывают опыты с картами и голубями, другие с монетами и шляпами и т. д. Они впрочем поняли, чт" спиритические медиумы их соперники, могущие ^Х гипотезой о духах отвлекать от истинных, честяь& фокусников их зрителей, и потому всюду ведут от крытую войну с медиумами, -"'"- ""^ап^гнятот в^

что выделывают медиумы. У иных, например, отлично столы подбрасываются, просто летают, неведомо как. Но кажется, что фокусники не дошли еще до того - и это их сердит*. Очень характерно, что одна дама, забыл только имя, - слышал - в Англии, сперва показывала фокусы, а потом стала медиумом. Спириты не только ей верят, они даже говорят по этому поводу, что есть много фокусников, которые все делают медиумическими силами, только это скрывают, зная всеобщее предубеждение против медиумизма.

Для гипотез органической, механической и магнетической нет точных научных доказательств, есть однако возможность; для гипотезы обмана есть доказательства юридические, одни возможно точные здесь. Для гипотезы спиритов нет никаких доказательств, мало и для шестой гипотезы, о самообмане, галлюцинации, экстазе верования, предвзятой идее и тому подобных понятиях. Согласно ей, иных спиритических явлений нет вовсе, а они только кажутся тем, кто их ждет. Так, описывая сеанс с Юмом, Суворин пишет: "Дамы вообще любят преувеличивать вещи; холод, чувствуемый на поверхности рук, я

' Простодушные любители нравоучений не раз читали нотацию членам комиссии физического общества за то, что они взялись за изловление медиумов, говорят - есть на то фокусники. При этом упражнялись и в свободомыслии и диалектике. Знали, что не станет никто защищать комиссию. И не должно. И я не стану. Если бы у писавших и говоривших против комиссии была хоть доля знания того предмета, о котором они решаются бойко судить, то они постыдились бы своих слов. Далее - я выставляю отношение нашей литературы к спиритизму, но ^РУ для примера не тех писателей, которые пишут о предмете совершенно неизвестном, а таких, которые дорожат своим именем и стараются вникнуть в сущность дела, так или иначе ему помогают, а не просто только блестят своими писаниями, не заботясь ни о чем прочем. У этих последних на все есть ответ, всякому готово Наставление и всякому указываются пути возможные на деле, терпимые на странице журнала или газеты, ко существа дела нс касающиеся. Таков и есть путь борьбы со спиритизмом - при помощи фокусников.

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

ваю чисто воображению, обману чувств, который в подобных сеансах, по моему мнению, играет весьма значительную роль. В этом всего легче было убедиться на моих соседках, из которых одна... постоянно бралась за лицо свое и говорила, что чувствует к нему прикосновение чьих-то пальцев". Эта гипотеза субъективна и при современных приемах науки не может быть обставлена надлежащими прямыми доказательствами, потому что по сущности представляет абстракт, а мы еще не умеем доказывать их объективно. Скажите соседке Суворина, что ее никто не трогал. Она с полным правом будет утверждать противное. Она могла видеть того самого духа, который трогал ее - другие только не видели и вы ее ничем не уверите, что духа не было. Она, пожалуй, вас же будет еще жалеть, что ваша натура настолько груба, что духовного видеть не может.

На гипотезу самообмана могут с одинаковым правом опереться как те, которые признают спиритизм, так и те, которые его отвергают. Недавно Н. И. Вагнер утверждал, что нечто виденное мною в медиумическом сеансе было моею галлюцинацией, зависящей будто бы от предвзятой моей идеи на счет того, что медиумических явлений не существует. Оставаясь на подобном поле, легко впасть в тот род идей, по которому внешнего мира не существует, он только представляется нашему уму. Замечу однако, что гипотеза самообмана почти не имеет веса, при наблюдении данного явления сразу многими наблюдателями, а особенно при наблюдении с помощью приборов, которые, преобразуя известное явление - дают некоторое другое, оставляющее след. Естествоиспытатели стараются всегда обставить свои наблюдения и опыты такими условиями, уменьшающими шанс самообмана. Я не стану более возвращаться к гипотезе самообмана. За нее есть авторитеты, но для практики изложения она неудобна. Одно видоизменение этой гипотезы однако может приняться. Предубеждение, экстаз, и это несомненно, могут помрачать не глаз, а разум.

Это может быть показано с очевидностью. Немало этому видим примеров в развитии спиритизма и у нас*.

Итак, есть спиритические явления и шесть родов гипотез, их объясняющих. Хотя спириты тесно связали свою гипотезу с самым существованием спиритических фактов, утверждая, что видевшие спиритические явления не могут подыскать ничего лучше их объясняющего, чем гипотеза духов; однако, разбирая спиритизм вообще, должно ясно отличать факты от гипотез. Спиритическая гипотеза может быть совершенно неверной, а спиритические факты могут быть самостоятельны, не зависеть ни от обмана, ни от самообмана, происходить, например, от нервных токов или согласно гипотезе органической или механической. Можно восставать, бороться против гипотезы, но мириться с фактами; но можно также быть спиритом по духу и не признавать спиритических фактов; есть и долго еще будут люди, верящие в чертей и отвергающие спиритические факты. Отлично выставлено подобное положение вопроса о спиритизме г. Достоевским в его N 1 Дневника. Когда же рассматривается спиритизм, с чьей бы ни было стороны - нельзя избежать связи между фактами и их объяснением. Допустим, что все эти факты - обман или самообман - должно отвергнуть самые факты, как реальные. Допустим духов, способных принимать материальные формы, производить стук и другие движения материи (стола, колокольчика и т.п.)- должно исключить самообман и обман. Можно при том думать, что одни явления действительны, другие кажущиеся, третьи обманные, четвертные физические, что есть и органические и т. д. Констатировать факт как медиУмический, не значит просто описать виденное и признать одну из 4-х первых гипотез, а значит непременно отвергнуть две последних. Следовательно, рассматривая спиритизм, необходимо должно вдаться в поле гипотез, одни отвергнуть, другие признать; иначе нет и рассмотрения.

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

Предлагая в мае прошлого года в Физическом? Обществе учреждение комиссии для рассмотрения спиритических явлений, я был проникнут этими последними мыслями. Желание комиссии при учреждении состояло именно в том, чтобы снять со спиритизма путем исследований печать таинственности, выделить, коли найдутся, между медиумическими явлениями неподложные, такие, которые достойны дальнейшего исследования ученых при современном состоянии науки. Первое подробное со всеми мотивами известие об учреждении комиссии дал в газетах Александр Николаевич Аксаков, напечатавший целиком мое заявление, сделанное в Физическом Обществе. Двенадцать членов этого общества, образовавшие комиссию, не были спиритами ни со стороны фактической, ни со стороны гипотезы, т. е. фактов они не видели или видели мало, многие из них им казались подозрительными в спиритическую же гипотезу никто не верил. Путь, который был избран комиссией для достижения своей цели, состоял в том, что пригласили (на то было уже предварительное согласие) трех всем известных представителей у нас спиритизма, гг. Аксакова, Бутлерова и Вагнера показать пред лицом комиссии те спиритические явления, которые они считают за несомненные. Они рекомендовали обратиться к медиумам. А. Н. Аксаков обещал доставить таких лиц. Должно было думать, что в явлениях, которые будут производимы медиумами перед

Х Представьте настроенное воображение, подготовку встретить духа, да пожалуй в материальной форме. Мороз идет по коже. Мысль устремляется на 'один этот предмет, на это ожидание, гонит прочь надоедливое сомнение. До спокойного ли тут рассуждения? Все мысли, около этого предмета вращающиеся, приобретают жесткость - это не тронь. Люди ловкие пользуются этим состоянием. Под гнетом спиритической уверенности обделывают делишки. Это, конечно, касается только малой доли спиритов, но во всех видна потеря хладнокровия. Невольно пожалеешь их. А все от того, что бросили путь твердый, ступили на зыбкий берег и мост проектируют. Смотрят иные на спиритизм как на забаву. Выбор мне кажется неудачен.

лицом комиссии, не будет подложных, не будет и тени возможности для подлога; что спириты сами позаботятся устранить всякий повод к допущению гипотезы обмана или самообмана; что они позаботятся облегчить расследование спиритических явлений, освещение их со всех сторон, нужное для рассмотрения. Мы собрались не смотреть, а рассмотреть медиумические явления и эту цель свою выразили кратко в названии комиссии. Различие рассмотрения, от простого смотра, конечно, каждому понятно.

Вот основные результаты четырех сеансов с медиумами Петти, привезенными г. Аксаковым из НыоКэстля. В их присутствии происходили, так называемые, медиумические явления. Напрасно думают многие, что явлений называемых медиумическими совсем не было; правда, что они неоднократно, против ожиданий, не совершались; но были случаи, что они и происходили: вылетел колокольчик из-за занавески, было слышно шуршание как бы по бумаге, и медиум прямо говорил, что это дело духов, какого-то Чико, присутствующего около медиумов, Уильяма и Джозефа; было перемещение клетки, звон в ней колокольчика; являлись капли на бумаге, положенной на стол перед медиумом, утверждавшим, что эти капли произведены не им, что это есть медиумическое явление - значит материализация. Явления эти по свидетельству наших спиритов повторялись не только у нас, но и у них в домашних сеансах и составляют пример медиумических, достойных изучения. Изо всего виденного комиссией у братьев Петти не оказалось однако при рассмотрении ни одного факта, требующего для своего объяснения какой-либо из вышеприведенных четырех первых гипотез. Представьте себе положение людей, которым обещают показать нечто новое, интересное, положим хоть медиумический свет, а показывают зажженную свечу - и говоря: да это-то и есть то, что мы считаем новым, достойным изучения, особого внимания. Все до одного так называемые спиритические факты у Петти оказались при том

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

делом не хитрым, потому что самые простые меры, принятые на первый раз комиссией, изобличили природу каждого из фактов, считаемых за медиумические. Не стану повторять того, что сообщил в прошлом публичном чтении и прямо скажу, что братья Петти оправдали пятую гипотезу и признаны были комиссией обманщиками.

Поджигателя не видели с факелом в руках - а поджигателем признали. Таков суд современности, приговор - дело совести.

Но это не должно было бросить тени на остальных медиумов; остальные могли быть совершенно свободны от обмана. Медиумов братьев Петти должно было признать обманщиками, но из этого не следовало, что и все медиумы таковы; подобном тому как в каждом сословии, в каждой профессии есть честные люди и обманщики. Одно только надо было признать, сверх пятой гипотезы, что наши спириты очевидный обман не видят. Они не стремились облегчить дело разъяснения, а требовали сеансов или в совершенной темноте или в полутьме; требовали завода музыкального" ящика, звуки которого мешали уху наблюдателей в{ темноте, они прямо выставляли, как доказательства) действительного существования спиритических явле-j ний, производимых братьями Петти, такие как бы\ научные факты, которые этого характера вовсе не) имеют; так например за доказательство того, что кап-1 ли, являвшиеся перед одним из братьев Петти, не' образованы слюной этого последнего, они выставили' то обстоятельство, что под микроскопом в этих каплях не оказалось слюнных телец, как будто бы слюнные тельца составляют всегдашнюю принадлежность 1 выделений слюнных желез. Мало того, вскоре после моего декабрьского публичного чтения, в котором я старался воздержаться от всякого личного суждения, читал протоколы, они перешли к обвинению всей комиссии в предвзятом предубеждении против медиумизма и на этом основали затем свой отказ в содействии. Дело превратилось из научного исследования,

могущего привести к разъяснению, в борьбу убеждений. Не мы тому виною. Не мы начали дело порицания по газетам и журналам. Иль было молчать? Того хотели и прямо говорили: "ничего не видели - ну и молчите". Не стану я здесь полемизировать - дело сложно и мало содержательно. Перейду к существу дальнейших дел комиссии. Однако для ясности сделаю некоторое отступление.

Представим себе, что некто явился бы с изобретением новой машины и стал бы утверждать про нее, что никакой затраты не только в денежном, но и в физическом смысле она не требует. Взялись бы иные ее исследовать и не заметили бы тех затрат, стали бы на сторону изобретателя и подняли бы курс утверждаемого. Но сколько бы таких лиц ни было, в науку не взошло бы утверждаемое изобретателем и его последователями, пока они этого не доказали бы чем-нибудь другим, кроме своих заверений, пока они не опровергли бы существующего в науке, не объяснили бы причины общего заблуждения. Это потому, что в науке твердо стоит, основанное на множестве фактов, то представление, что работа не может образоваться иначе, как при затрате какого-либо другого рода движения, какой-либо другой работы, в физическом смысле. Но может быть утверждаемое наукой не верно? Ведь есть же прогресс в науке: есть же эпохи, когда признаются в науке за истину положения неверные. Таково ли или нет положение вопроса о сохранении сил, - это, наверное, решило бы спор между последователями изобретателя и теми, которые держатся обычного, утвердившегося в науке представления; первые были бы в одном лагере, вторые в другом. Таков обычный путь научного прогресса. В старину противники вели бы силлогистический спор, они только и делали бы, что упрекали бы друг Друга в предубеждении, в предвзятой идее, в нелогичности ее хода, писали бы и все бы писали. Вот тогда-то, когда господствовал подобный прием в разборе явлений, тогда-то и жили твердо ложные

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

ния и суеверия, не подвигалось научное знание вперед. Ныне же, вот лет уже 200, действуют иначе; предмет научного спора в науках стараются обследовать фактически: в истории по документам, в филологии по живым и мертвым языкам, в опытных науках - на опыте. При этом главная работа выпадает, конечно, на долю тех, кто утверждает нечто новое. Они всеми силами стремятся доказать утверждаемое на опыте тем, которые отвергают. Они - вызывают, они - рады испытанию - к тому побуждает их сила убеждения. Проповедники новых идей относятся к недоверию с признательностью, потому что, если они убеждены в истине, они тем большую получат славу, когда докажут справедливость утверждаемого или на опыте, пред лицом людей, неверящих новому открытию. И вот наши изобретатели предстают во всеоружии пред лицом людей, готовый видеть, но готовых и сомневаться. Изобретатели вызывали. Они заверяли. Им говорят - покажите. Согласились, стали показывать и сами видят, выходит не ладно, ничего не показывается, и те, кто взялись смотреть, не видят ничего нового. Представьте же теперь далее, что изобретатель и все последователи его взяли бы да бросили все дело - сказали - не хочу, добирайтесь сами. Вот это и вышло затем в комиссии с нашими изобретателями новой системы научных тестов. Разве Отто Герике отказался бы от опыта, когда-то ктолибо стал утверждать, что его два магдербургских полушария, из которых выкачан воздух, удерживаются между собой не воздушным давлением, а при помощи подлога, хотя бы например склеивания? Он был необычайно рад этому: это предубеждение против возможности действия воздушного давления на полушария было для него чрезвычайно полезно; он с радостью встретил лиц, которые сомневались, ибо ему легко было доказать их ошибку и справедливость того, что он не склеивает полушарий, что не клей и ни другой какой-либо способ скрепления, а воздушное давление составляет силу, удерживающую,

дебургские полушария друг с другом с такой крепостью, что потребовалось двадцать лошадей для того, чтобы разорвать два между собой сложенных, необыкновенно больших, им нарочно приготовленных полушария, из которых был выкачан воздух. Герике сделал свой опыт на площади - созвал всех смотреть.

Таким понимали мы и положение наших спиритов; им представился случай доказать пред лицом неверящих не только справедливость спиритических фактов, но и верность спиритической гипотезы, мы думали, что спириты приготовили для нас что-либо разительное, несомненное, изгоняющее сомнение с очевидностью. Таковы были в самом деле и первые шаги спиритов в комиссию. Они охотно пошли на дело исследования. Они же устранили Петти, медиумов, оказавшихся обманщиками, доставили затем следующего сильного медиума, обещали целый десяток, требовали много, много времени для наблюдений. Судите сами: вот что заявляет от 2 января 1876 года, Александр Николаевич Аксаков, извещая комиссию о прибытии нового медиума.

"Велись переговоры с одной частной особой, известной в лондонских кружках по своим медиумическим способностям. Эта особа есть та самая дама, с которой были произведены опыты Круксом, описанные им в его статьях и приведенные на стр. 128 брошюры "Спиритизм и наука"; "Эта дама не медиум по профессии, она согласна однако же, ради исследования, предложить свои услуги всякому человеку науки, мной (пишет Крукс) ей представленной". Такой отзыв г-жа Клайер оправдала, продолжает Аксаков, изъявив согласие приехать сюда, чтоб предложить свои Услуги комиссии".

Следовательно, Крукс ей рекомендовал поездку сюда. Далее г. Аксаков пишет:

"Специальность г-жи Клайер составляют сеансы за столом при свете. Обычные явления при этом: Движения стола и других предметов при

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

нии и без прикосновения, изменение тяжести предметов, стуки в столе, полу и других частях комнаты, а через них и весь ряд диалогических явлений. Медиумизм г-жи Клайер совершенно подходил, сколько я могу судить (пишет Аксаков) по личному опыту, для испытания манометрического стола. Произведенный с нею Круксом опыт инструментального констатирования объективности звуковых медиумических яв.-гл.нй едва ли не первый, удавшийся в этом роде; имею основание думать, что комиссия не упустит нг'.к)ящий случай, чтобы повторить его".

Итак, дама, г-жа Клайер, явившаяся теперь как медиум перед Комиссией для показания медиумических явлений, не есть наемный, профессиональный медиум, а есть любительница истины, ради ее достижения прибывшая к нам из Англии. Ничего лучшего нельзя было ожидать. Мы не думали допускать дам - но на этот раз приняли. Не могло и быть в мыслях, что здесь будет подлог; нельзя было и думать, что обстановка сеансов будет подобна той, какая была у братьев Петти. Надо было ожидать, как и пишет г. Аксаков, что дело исследования с г-жой Клаейр пойдет весьма легко и верно, что приборы могут быть применены, как бесстрастные указатели. Комиссия и занялась приборами. Первое, что нужно было сделать в этом отношении, это исследовать природу тех движений стола, которые происходят в присутствии медиума. Для этой цели в комиссии устроено было уже несколько столов, предполагалось устройство и разных других. Таковы например стол манометрический и стол с косыми ножками или пирамидальный. Манометрический стол имеет вид обыкновенного, небольшого ломберного стола на 4 прямых ножках; неподвижная, приделанная к ножкам, столешница у него имеется только по краям в виде двух узких полосок; между этими полосками кладется подвижная столешница, на которую предполагается помещать руки присутствующих. Между этой подвижной частью столешницы, покрытой сукном, и столом нет прямого

сообщения, а столешница давит, при помощи ковых брусков под нею прикрепленных, на резиновые трубки, наполненные жидкостью, так, что всякое давление, производимое на подвижную часть столешницы, передается прежде, чем столу, жидкости, заключающейся в трубках. От этих резиновых трубок, принимающих давление производимое на столешницу, идут тонкие резиновые же трубки к стеклянным трубкам и манометрам. Помещенные в другой комнате или вообще вдали от стола, манометры эти указывают меру и направление давления прилагаемого к столешнице. В стеклянных трубках манометров находится та же жидкость, как и в резиновых трубках. Когда на столешницу давят, резиновые трубки сдавливаются, и жидкость в стеклянных манометрах поднимается, и чем больше давление, производимое на подвижную часть столешницы, тем больше перемещение жидкости. Резиновые трубки так расположены, что сжимаются и при прямом и при боковом давлении и притом в последнем случае сжимаются различные трубки, смотря потому, в которую сторону направляется давление. Если мы станем двигать стол за ножку или за краевую неподвижную часть столешницы, жидкость не будет нисколько перемещаться, но всякое, даже слабое, давление, произведенное на подвижную часть столешницы, отражается в манометрах значительным перемещением жидкости. При помощи этого манометрического стола можно было производить исследование над давлением рук присутствующих. Таким образом положение и движение жидкости в манометрах дает меру приложенного давления и направление бокового давления. Чувствительность прибора видна из того, что каждому дыханию лица, сидящего за столом, отвечает заметное колебание жидкости.

С этим манометрическим столом можно было ожиДать демонстраций и в пользу и против спиритизма. В пользу медиумизма могли служить, конечно, все те случаи скольжения стола по полу, при которых устранена возможность присутствующим касаться

Заказ N 425

либо другого, кроме подвижной части столешницы. Если в этом условии стол сдвинулся бы со своего места в бок и манометры не дали бы показания, или ^ дали бы противоположное тому, которое отвечает давлению рук, производящему движение стола, должно было бы признать существование некоторой другой причины, кроме мускульной силы, производящей столодвижение. Только такой опыт был бы против допущения особой медиумической силы, когда бы стол в медиумическом сеансе двинулся, и манометры при этом дали некоторое показание, а затем если бы произвести такое же показание манометров искусственным давлением (гирями, пружинами, руками) на столешницу, и стол опять бы также двинулся, как в присутствии медиума. Значит, манометрический стол давал бесконечное число шансов за спиритизм и только один шанс против него.

Хотя спириты и утверждают, что из 8 лиц есть один медиум в большей или меньшей мере, я в своих предварительных опытах с манометрическим столом перепробовал 15 лиц и ни при одном не произошло никакого движения, отвечающего спиритическим понятиям. Весьма было бы поучительно, если бы пред лицом комиссии с манометрическим столом, при надлежащих предосторожностях, совершилось бы движение, необъяснимое мускульным давлением. При устройстве манометрического стола, была еще и та мысль, что должно исследовать преимущественно столодвижение, как тот род спиритических опытов, который чаще всего практикуется, легче всего воспроизводится и который, прямым, хоть иногда и не произвольным, мускульным движением и давлением рук на столешницу. Следовательно, манометрический стол был устроен для того, чтобы показать, есть или нет повод объяснять обычное в медиумических сеансах скольжение стола по полу чем -либо другим, кроме мускульного действия, сознательного или бессознательного, - это все равно. Идя понемногу, можно было надеяться дойти до чего-нибудь. Пришлось бы,

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

может быть, дальше что-либо изменить в конструкции прибора, но на первый раз можно было и так ждать результата за или против.

И вот сели раз в Комиссии с г-жой Клайер за манометрический стол, тотчас после того, как простой столик и скользил, и качался, и подскакивал. Это указывало на заряд медиумической силы. С нашим столом никаких движений не было. А потом - сколько раз ни просили посидеть за манометрическим столом - все получали отказ; нет, станем сидеть за обыкновенным столиком, говорили нам.

Взяли наконец свидетели - спириты стол к себе, говоря: попробуем дома, тогда сядем. Взяли, а там и отказались от всяких заседаний, говорят: вы подозреваете обман, а наш медиум выше подозрений. Мало того. Теперь пишут - манометрический стол у них качается, о том печатают. Да забывают, что он и не назначен для исследований качаний, подъемов и тому подобных медиумических явлений. Для этой цели был устроен другой стол, а именно стол с косыми, расходящимися врозь ножками. Устроил его профессор Петров. Столешница его без закраины и прямо переходит в подстольник, наклоненный так, что между им и столешницей образуется тупой угол, значит верх стола подобен дну ящика. В таком же направлении, как подстолье или обвязка к столешнице идут и 4 ножки, так что получается стол пирамидальный, паукообразной формы. Ножкам придан такой уклон, что усилие рук, приложенное на столешницу, как бы оно велико не было, не может заставить стол ни приподняться, ни наклониться. С обыкновенным столом это легко делается. Отсутствие закраины и наклонная форма подстольника делают всех того невозможным, намеренное или ненамеренное, захватывание этого стола за край, а отдаленное положение ножек от лиц сидящих перед столом не позволяет незаметно под^ти ногу сидящего под ножку стола. Такой стол с косыми ножками был однако на столько легок, что ^ легко можно было качать рукой, взявшись за

- ц"

ножку стола; весь вес стола был не больше многих из тех столов, которые по описаниям спиритов приводятся в движении спиритическими силами в присутствии медиумов, а именно менее 11-ти килограммов. Следовательно, если бы существовала некоторая медиумическая сила, действующая иным образом, чем мускулы рук и ног медиума, то этот стол с косыми ножками мог бы качаться и подниматься. Если же столодвижение в медиумических сеансах есть результат давления рук и мускульных их движений, то и медиум не поднимет стола, держа руки на его поверхности. Однако скольжению этого стола по полу ничто не препятствовало. В этом отношении он равен обыкновенному столу. Положивши руку на такой стол, легко заставить его двигаться по полу.

В три вечера не раз садилась г-жа Клайер за этот пирамидальный стол, стояла даже за ним. Он двигаться двигался по полу, но медиумических качаний и подъемов не выполнял. И надо было записывать в протоколы, что ползал стол этот по полу. И записано. Там и объяснений никаких не дано, а вам конечно, и без них ясно, что движения по полу этого стола медиумической силы не показывают. Да зачем же записывали? - спросите вы. Да свидетели видели в этом спиритическую манифестацию и записи желали. Для них не подлежало сомнению, что мисс Клайер не двигала стола, что он скользил действием медиумической силы. Это записать было и полезно.

В том-то и дело, что стол - назначенный для изучения скольжения - не скользит, а стол препятствующий поднятию - не поднимается. Так и следовало быть в смысле гипотезы обмана. Когда браЖ стол, назначенный для чашки чаю или для подсвечника, и который к медиумическим сеансам не подготовлен - тот и скользит, и качается, и взлетает, все ^ делает. Подумаете вы, может быть, что устройство наших столов, качество их устраняло приложимость к ним медиумической силы - ну не проводили они тока медиумического - что ли. Нет, это

ние не годится к делу. Стол манометрический не скользил, а пишут, что качался, стол пирамидальный не качался, а скользил под руками медиума. Следовательно, Медиумическая сила прилагаться могла.

Что же касается обыкновенного столика, тот не только скользил - это то у каждого сделается __ при доброй воле или от устатка, тот и качался и взлетал. Качания - ничего против приложения мускульной силы, в пользу спиритизма, не говорят. Столики, подобные употребленным в наших сеансах, легко качать и от себя, и к себе, и на бок. Так зачем же брали такие? Спросите, быть может, вы? Да, помилуйте, мы это-то все время и говорили и медиуму, и его свидетелям; говорили: садитесь за приготовленные столы и другие приборы. Нет, говорят они, необходимо сидеть за простым столом, за приборы рано. Мы ждали. Аксаков и свой столик привез для этой цели. Столик как столик, на 4 ножках. Качать его можно. Он и качался, и требовали, чтобы все это точнехонько было записано в протоколы. И подниматься на всех ножках вверх, столики поднимались. Это как же? Да попробуйте, вытяните вашу ногу и поставьте на ее носок одну ножку столика, и руки положите на столешницу. И у вас тоже будут поднятия стола. Да ведь ногу-то под ножкой стола видно, ведь так нельзя? - подумаете. Нет, не будет видно, если кругом сидят, да еще около ножки юбка, да заставлять приблизиться, а сбоку попросят не смотреть. А зачем вы не смотрели, зачем не видели? Нет, видели: подлинно своими глазами Н. А. Гезехус виДел ножку мисс Клайер под ножкой столика г. Аксакова. Вот и все опыты с мисс Клайер.

Вам бы, скажете дальше, уж коли на то пошло, надобно было доказать подлинно. Подумайте сами и Увидите, что возможность была, но были и трудности. Первое - дама с интересом к науке, для нас же из Англии и приехала, второе - да ведь и то пишут,

ч^о мы взяли на себя роль следователей, оно хоть и Ни R *. '

ооидно, а все же как-то неловко, потом третье

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

надо было найти подходящий случай. А тут-то и сказали нам, что мы пристрастны и подозреваем даму, что ее от нас берут, не хотят таких исследований спиритизма.

Тем и дело кончилось. Изобретатели моста отказались доказывать утверждаемое. Думайте, дескать, как знаете. Теперь, чтобы там ни было, одного спириты сказать не могут - что их фактов боится наука, что от того-то никто и не хочет их изучать. Эта часть покрова таинственности навсегда свалилась в Лету.

После четырех заседаний комиссии, в которых присутствовала г-жа Клайер, свидетели - спириты сперва приостановили, а затем и вовсе прекратили свое содействие комиссии и удалили медиума. Не стану вступать здесь в прения со свидетелями, по поводу мотивов их отказов, не буду излагать и тех результатов, которых достигла комиссия, окончившая свои занятия вскоре после отказа свидетелей. Первого я не делаю потому, что не хочу утруждать вашего внимания всеми теми мелочами и силлогистическими построениями, на которых основываются отказы свидетелей. Второго же я не делаю по той причиню, что в газете "Голос" вы, вероятно, уже читали заключительное заявление от комиссии, учрежденном для рассмотрения медиумических явлений; оно появилось в N85 от 25 марта. Заключительные слова нашего приговора вы может быть и помните: "спиритические явления происходят от бессознательных движений или от сознательного обмана, а спиритическое учение есть суеверие".

Я хочу обратить ваше внимание на то, как отнеслась наша литература к спиритическому движению.

Кажется не было ни одного органа литературы, который бы не отозвался так или иначе о спиритизме. В массе взятая, вся литература в совокупности была против спиритизма; да оно и понятно, потому что между литературой и наукой по существу нет различия; истине служат с одинаковым прапям и искусство, и наука, и литература, и суд, и школа,

хотя для того средства и приемы у них различны. Но при этом однообразии общего направления проявились в литературе и характерные особенности - я не хочу говорить здесь о тех немногих, почти единичных литературных заявлениях, которые были прямо в пользу спиритизма; мне хочется только сказать о том оттенке, изменении, которое легко заметить в суждениях многих литераторов о спиритизме, изменении, происшедшем в самое последнее время.

Когда явился в Петербург Юм, к нему отнеслись с одной насмешкой; над спиритическими сеансами шутили, думали, что это просто забава и больше ничего. Тогда еще на знали, что спиритизму сочувствуют у нас и некоторое ученые. Когда же узнали, что за спиритизм профессора Бутлеров, и за тем Вагнер, оттенок мнений переменился. Имя г. Бутлерова пользуется заслуженной доброй известностью, не только в небольшом кружке русских ученых, но и среди ученых всего мира, потому что его труды получили обширную известность вследствие их отчетливости и ясного, совершенно определенного и передового направления. В литературе стали появляться тогда отзывы, носящие переходный характер, оттенок сомнения, вопросы. Достаточно упомянуть в этом отношении талантливый фельетон г. Суворина или "Незакомца" в "С.-Петербургских Ведомостях" за 1872 год; он появился и в его "Очерках и Картинах", во 2-м томе. Суворин видит, что многие явления, признаваемые спиритами, происходят от самообмана, он подсмеивается над спиритами, говорит, что в спиритизме видит "залог тишины и спокойствия", но ничего определенного о спиритизме не высказывает, перед ученым мнением молчит, он следует приглашению и просто напросто констатирует факты и никакого о них твердого мнения не высказывает. Этого-то и желали бы спириты; им хочется, чтоб факты были констатированы, а что из этого вытечет, то подскажет затем няня, то готово у всякого; не отрицайте только фактов, а остальное - придет. Это увидели в фельетоне

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

Суворина и неоднократно ставили ему в упрек. Вот он недавно взял издание "Нового времени", и как будто бы в ответ на справедливость упрека, в номере от 1 марта появилась там статья "Спиритические подвиги", где констатируются спиритические факты без всякого к ним дальнейшего объяснения, кроме разве следующей прибавки редакции: "Мы оставляем за собой полную свободу мнений о спиритизме, распространение которого объясня ем прежде всего отсутствием в обществе более живых и серьезных интересов". Это относится к ;1 марта. Почитайте же теперь в том же "Новом Времени" в номере от 13 апреля, что приведено вслед за выпиской из статьи г. Вагнера; там сказано: "мы остаемся (да, так и написано "остаемся") при убеждении, что исследовать нужно не медиумические явления, а тех, кому эти явления представляются, и в особенности тех, кому они кажутся "мировыми вопросами".

В промежуток времени от 1 марта до 13 апреля явилось заявление комиссии для рассмотрения медиумических явлений.

Г-н Достоевский в своем талантливом "Дневнике писателя" посвятил спиритизму несколько страниц и, подобно тому как г. Суворин в своем первом фельетоне проходится насчет спиритизма, только берет дело поглубже, но все же с оттенком неуверенности. Так например, он пишет: .

"Умный и достойный всякого постороннего уважения человек стоит, хмурит лоб и долга добивается: "Что же это такое?" Наконец махает рукой и уж готов отойти, но в публике хохот пуще, и дело расширяется так, что адепт поневоле остается из самолюбия".

Г-н Достоевский кладет на спиритизм отпечаток чертовщины; но оттенок сомнения и у него остается. Это было в феврале. Читайте теперь мартовский нсмер его дневника, где также говорится о спиритизмаЗдесь вы не видите и тени сомнения; в первых строках написано:

"Наш возникающий спиритизм, по-моему, грозит в будущем чрезвычайно опасным и скверным "обособлением".

И здесь ясно, что труды комиссии оказали свое влияние на мнение литератора о спиритизме, хотя г. Достоевский, как и многие другие не очень сочувствует трудам комиссии, видит их недостатки и старается их выставить. За это ему можно бы сказать спасибо, если бы у него было поменьше "обособлений".

А спириты видно поняли влияние литературы на судьбу их вопроса, заботились о том, чтобы у литераторов составилось личное мнение о спиритизме. Г. Лесков в "Гражданине" от 29 февраля описывает, что его, г. Боборыкина и г. Достоевского пригласили к г. Аксакову для сеанса с г-жой Клайер. Раньше звали и многих других - пишущих. Лесков описывает этот сеанс, констатируя факты так, как это именно и желательно спиритам.

После того как Комиссия заявила о результатах своих занятий с медиумами - это она раз только и сделала - нигде еще не встретилось ничего подобного. Конечно, с 25 марта по сие время прошел только месяц и медиум г-жа Клайер уже уехала, констатировать новых фактов значит не приходится, но тем не менее сомнение можно было бы заявить с большой и полной свободой. Писал, правда, г. Вагнер, да чтото это не действует. Сомнения в результатах комиссии нет. Пусть осуждают комиссию, но ей верят. Через затворенные двери, помимо симпатий, истина взяла свое; и не заметили, как проронила она, как будто бы сами придумали то, что говорят. Так, спокойно, но верно, добывается правда. И доверие должно было родиться. Всякий поймет, что 12 членов комиссии не имели ровно никакого интереса ни скрывать медиумических фактов, ни составлять о них неосновательное мнение. Вот здесь то и проявляется Целесообразность учреждения комиссии. Внимание к спиритизму обязано участию в нем двух профессоров,

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

двух ученых, имен которых русская литература знает и справедливо уважает. Комиссия учредилась для того, чтобы вместо обаяния имен, действовать убеждением, очевидностью, рассмотрением медиумических явлений. Если бы в комиссии произошли подлинные медиумические явления, их, конечно, выставили бы на вид*. Только легкомыслие может ручаться за полное понимание и знание; только оно судит с плеча. Некоторые спириты, подобно некоторым газетным хроникерам, имеют твердую уверенность - одни в том, что медиумические явления производятся новой силой, другие, что в них ничего, кроме вздору, и быть не может. Предлагая учреждение комиссии, я думал преимущественно о том, чтобы указать тот путь, на котором можно найти истину. Спириты и их медиумы - помогли узнанию истины.. но при этом постарались бы провести резкую границу между бездоказательной гипотезой о духах и естественными явлениями, так или иначе происходящими в присутствии медиумов. Если бы никакого из медиумических явлений не произошло в комиссии, и это было бы уже - гибелью спиритизма, в научном смысле, потому что в комиссии были медиумы, приглашенные самими спиритами. Но факты произошли, констатированы, только стало очевидно, что нет ни одного факта, из совершающихся в присутствии медиумов, требующего допущений новых незнаемых сил. Своим отказом спириты явно подкрепили справедливость наших заключений. Как они там ни станут поворачивать, дело-то всякий увидит.

Если бы некто стал утверждать, что в некотором общеизвестном растении, находить ну хоть хинин; многие может быть заинтересовались бы этим, ибо это было бы не лишено своего значения. Попробовали бы они добыть хинин из названного растения - не получили бы. Пригласили бы автора показать

' И это было бы в интересах науки, потому что она не игнорирует действительности.

622

1

К

ствительность присутствия хинина в этом растении. И представьте себе, что он согласился бы показать, но при всем старании не мог бы добыть хинина из растения, в присутствии посторонних лиц. Всякий имел бы право сказать, что автор ошибся, и он сам должен был бы в том наконец признаться. Просто - в том сосуде, который употреблял автор при своих первых исследованиях, мог быть хинин, этого он не замечал, нашел и обрадовался, оповестил. Тогда он говорил правду, и теперь должен бы сказать правду. Но, милостивые государи, если он ошибся насчет хинина, вы ведь не стали бы думать, что он везде ошибался; можно ошибиться в постановке некоторого вопроса, в некотором исследовании, и это ничуть не касается других исследований, других постановок вопроса.

Так и в отношении наших ученых спиритов к медиумизу - несомненно, видна ошибка суждения, которая однако ничуть не касается до остальной деятельности их, как ученых. Крукс проявил талант, открыв талий, изобретя радиометр - это тот самый прибор, который вращается от падения на него лучей теплоты - его вы теперь повсюду видите в окнах оптических магазинов. Но Крукс нехорошо экспериментировал в пользу спиритизма; он не удовлетворительно объяснил свой радиометр, полагая, что вращение происходит прямо от действия лучей. Это ему показали. Ведь и у Ньютона были ошибки.

При учреждении Комиссии для рассмотрения медиумических явлений, можно было думать, благодаря свидетельству ученых, что между множеством вздора, рассказываемого спиритами, есть там нечто своеобразное, особенное, достойное научного изучения, ну хоть бы нечто подобное той животно-магнетической жидкости, которую допускает Шевиллар, истекающей из пальцев медиума, когда происходят медиумические стуки. Ныне, я думаю, что ничего такого там нет. Тем не менее не отрицаю, что есть научный интерес в исследовании спиритизма, только не для физиков,

523

а для психиатров, которые уже стали вникать в то нервное состояние "транса", в которое впадают медиумы. И я думаю - они найдут средства, если займутся делом, отличить притворный транс от болезненного. Им будут интересны и те непроизвольные движения, которые играют огромную роль в так называемых спиритических сеансах, происходящих без медиумов, в домашних кружках, где двигаются столы, где ножка стола стучит и выстукивает буквы и ответы на предлагаемые вопросы. Найдут может быть иные некоторый научный интерес даже в том, подобном мании, отношении, которое проявляется у спиритов при обсуждении спиритизма. Вы знаете, конечно, что существует уже целое учение о невменяемости многих человеческих действий, совершаемых под влиянием бессознательных впечатлений, ведущих иногда к действиям вредным. Невменяемость проповедуют часто, руководясь добрыми в психиатрии сведениями о мономании. Признаки чего-то подобного часто встречаются и у людей науки. Они замечаются и у спиритов. Приведу один пример. В сеансах 25-го и 26 ноября с г-жой Клайер за небольшим квадратным столом, доставленным г. Аксаковым, несколько раз этот столик наклонялся от медиума в противоположную сторону, когда руки медиума лежали плашмя на столе и когда другие лица, сидящие за столом, движения стола не производили. А. Н. Аксаков в своих частных заявлениях, поданных в комиссию, с особенной силой налегает на то обстоятельство, что комиссия не занесла в протоколы такого рода движений, замеченных ею, потому что он считает такие движения "невозможными" при обычных условиях, то есть полагает, что нельзя наклонить столика от себя, держа руки на столешнице ближе ее середине. Но это чрезвычайно легко делается в действительности; просто севши за стол и положив на него руки, всякому можно необычайно легко наклонить такой столик от себя; это я проделывал множество раз, и еще недавно, со столиком г. Аксакова. Вероятно, он сам даже

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

не попробовал этого, и только вследствие того ему кажется такой факт сколько-нибудь говорящим в пользу медиумизма г-жи Клайер, а потому в том обстоятельстве, что во всех протоколах комиссии о направлении качаний столика не говорится особо, ему чудится пристрастное действие комиссии. А она записала и подъемы все счетом. На качанья же столика Аксакова не обратила особого внимания; просто сказано: качался - можно ли было думать, что и их сочтут за спиритическую манифестацию? Отчего же тогда не счесть за нее - ну хоть, чихать. Если бы в качаниях столика видеть присутствие силы спиритов, то мы все медиумы, потому что держа руки на столе можем качать столик г. Аксакова во все стороны. Доказать это публично я готов на таких условиях: сбор в пользу Герцеговинцев и, если я не наклоняю стол, как г-жа Клайер наклоняла в комиссии, то обяжусь ничего не печатать ни за, ни против медиумизма, после того, как издам отчеты комиссии. Если же я наклоню, то требую от г. Аксакова, чтоб он затем не печатал, ну хоть два-три года, ничего ни за, ни против спиритизма.

Чтобы затем уяснить дальнейшее отношение науки к спиритизму, замечу прежде всего, что различие мнений о спиритизме не должно и даже не может служить поводом к научной полемике, подобно тому как нет нужды вступать в полемику с д-ром Шепфером по поводу его лекции, читанной в Берлине и озаглавленной в русском переводе так: "Окончательные выводы науки: земля неподвижна". Д-р Шепфер, конечно, действует во имя успехов науки. А те, кто не возражает ему, а возражать могут, молчат по той Же причине.

Г. Шепферу кажется неудовлетворительным существующее объяснение, опытом Фуко, качаний маятника в воздухе и сжатия земли у полюсов. Для объяснения последнего он говорит, что на экваторе теплее, а у полюсов холоднее; он пишет далее: "так как солнечный свет чрезвычайно ярок, то и размеры

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

лнца должны казаться неизменными по величине на необычайно далеком расстоянии, и может быть, что солнце в действительности немногим разве больше того, как оно представляется нам вдали". Люди науки привыкли с интересом читать творения, подобные произведению Шепфера. Подобное занятие составляет приятное развлечение и даже полезно, особенно для педагогов. И в мыслях ни у, кого не будет обвинять или стеснять д-ра Шепфера. Он говорит свое по крайнему разумению, а остальных пред публикой не клеймит сразу - ретроградами и трусами. Те времена уж прошли, когда между приемами науки и суеверия не было никакого различия. Суеверие то бы не стерпело: "молчи" сказало бы, "нет логики" и тому подобное. Мой сотоварищ и друг П. Л. Чебышев отлично определяет научное значение исследований, говоря, что те из них имеют важное значение, которые попадут с элементарные курсы наук, в учебники, в руководства. Доводы Шепфера против движения земли, по крайней мере теперь, скоро, не попадут в учебники; не попадут туда и понятия спиритов. Но это не потому, что катехизис наук утвердился окончательно и не подлежит никакому дальнейшему изменению - всякий волен составлять какой угодно учебник - а потому, что, при составлении руководст" *ва, нельзя обойти изложения важнейших доказательств; надо кратко и ясно выставить основные положения, нельзя только уличать, переливать из пустого в порожнее, необходимо опереться на что-нибудь прочное. А все не зрелое тем и характеризуется, "ii-o не подлежит такого рода изложению. Таков и спи^лтизм. Многие его адепты чрезвычайно часто заяв,:-.- ют, что они не держатся никаких гипотез для объл-.- нения спиритических явлений, а тем более не имеют никаких теорий, объясняющих совокупность известного им, по отношению к спиритизму. Утверждая это они отстаивают однако, что есть некоторая новая сила, управляющая явлениями, называемыми спиритическими, что явления эти не объясняются изве'

ными поныне силами. Такое допущение может быть принято в науке тогда, когда спиритами строго будет доказана для каждого спиритического явления невозможность его объяснения известными до сих пор силами и средствами; пока этого не сделано, в спиритизме нет существенного содержания для научного исследования, наука с полным правом станет не обращать никакого внимания на спиритизм.

В самом деле, ломимо гипотез, вся литература спиритизма состоит из описания виденного и ни чем не отличающегося от любого рассказа, в роде Габорио, или Коллинз, нисколько до науки не относящегося, да малой доли явлений медико-физиологического характера. Для того, чтобы это показать еще раз, я сделаю краткий обзор известным до сих пор спиритическим явлениям. Скажу какими они мне представляются ныне.

Первое место между медиумическими явлениями занимает столодвижение и сходные с ним движения различных других предметов, когда к ним прикасаются руки медиумов*.

Спиритами ни разу не было доказано, что такого рода явления происходят не от толчков вольных или невольных, сообщаемых ногами и руками, не от колебаний, происходящих в предметах, до которых касаются, не от механических напряжений, зарождающихся в предмете от суммы механических же сил, сообщенных ему прикасающимися живыми существами. Люди, совершенно верящие точности описания столодвижений, многократно показали возможность произведения этих и им подобных" движений при помощи приложения мускульных сил лиц, сидящих за столом. Радей, знаменитый английский физик, а за ним и много других лиц, придумали немало опытов, ясно доказывающих существование незаметных для глаза и совершенно бессознательных сотрясений,

Движения без прикосновения уже очень плохо описаны, редки, по словам спиритов удаются и у сильных медиумов преимущественно в темноте.

зультаты которых проявляются в ясновидимых механических перемещениях.

Приведу один опыт подобного рода. Он удается каждому и особых приспособлений не требует, легко повторяется. Возьмите линейку, лучше с острым металлическим краем или вместо того прямой нож, приготовьте затем проволоку, например, разогнутую обыкновенную дамскую шпильку, и один ее конец загните крючком. Ребро линейки или ножа поверните кверху и наденьте на него приготовленный крючок, а затем, взяв линейку за концы в руки, уприте руки в тол так, чтобы линейка была параллельна столу и на таком расстоянии от него, чтоб нижний свободный конец нацеленной проволоки чуть-чуть, но непременно, упирался об гладкую поверхность стола, еще лучше о стекло или тарелку. Проволочка будет двигаться сама собой вдоль по линейке и, как бы вы ни старались твердо держать линейку, движение будет; устанете - они усилятся, проволочка просто побежит и все будет идти в одну сторону, хотя бы ей даже пришлось подниматься для того не много в гору. Для спиритов это должно быть слабым медиумическим явлением, для иных последователей Шевиллара - истечением Магнитной жидкости. Для вас, если вы вникнете в разбор явления - рассмотрите его, это будет преобразование мелких мускульных сокращений в заметное механическое движение. Так и капля долбит камень, так ударом песчинок делают гравюры, прорезают стекло и камни. В руках, в линейке, в крючке происходят поднятия и опускания для глаза не заметные, быстро следующие друг за другом. Глаз не поспеет увидеть, а проволочка успеет упасть на сторону, когда линейка опустится. Вот вершина проволочки и подвинулась. А когда линейка поднимается на незаметную для глаза высоту, кончик проволочки подвинется по тарелке или столу. Это повторяется часто и вы видите один результат проволочга движется по краю линейки. Опыт этот способен не только понять, но и разрушить страх, находящий на

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

многих при разговоре о спиритизме. Не мало есть людей, которым страшно трогать спиритизм. Не боятся этого люди науки. Поглядите, как просто и смело относятся к этим вопросам наши ученые - представители спиритизма. За это честь им и слава. Они верны тому лозунгу, который гласит "не бойся истины". Я понимаю, что они ее ищут.

Чрезвычайно близко к простому столодвижению стоит столописание, когда в столешницу стола или в его ножку вделывается карандаш, а под стол кладется бумага, на стол руки, и получаются письмена. Г-н Квитка, рассмотрев возможные движения стола в этих условиях, приходит к такому заключению, что самые разнообразные формы движений могут совершенно невольно сообщаться столику, и выражает в своей статье, затем, следующее: вот почему ножка стола, к которой прикреплен карандаш, описывает самые причудливые фигуры; "это подало повод лицам, занимающимся спиритизмом, видеть в начертанном нечто написанное, а при сильном желании и терпении можно в написанном видеть нечто желаемое, подобно тому, как люди, выливающие расплавленный воск в холодную воду, находят затем леса, горы и гусаров". У меня есть один номер армянской газеты "Мамул", присланный г. Азнавуром из Константинополя. Там описан сеанс г. Азнавура и приложена фигура, нарисованная в течение его. Она отлично отвечает представлению г-на Квитка о природе карандашных спиритических манифестаций. Рисовал ее сам г. Азнавур во время сеанса. По словам духа, беседовавшего с ним, Ксенафонта Антуана, фигура эта изображает жителя планеты "мущин и женщин, движущейся между кругами солнца и меркурия", и называемой г. Азнавуром - планетой "Изоле". Фигура та, на мой взгляд, больше напоминает обыкновенную утку.

О стуках речь была выше, и здесь я о них упоминаю только ради угадывания, которое спириты приписывают столу. Я был в домашнем сеансе у г.

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

нова с мисс Клайер. Потребовали написать шесть имен и одно из них на особой бумажке, указывали поочередно на одно из шести вписанных имен и при одном раздавался медиумический стук - Говорили стол угадает. У нас не угадывалось. Я помнил заметку Гей Люссака, который говорит, что особы подобные медиумам видят на лице состояние, наступающее при указании на записанное имя. Г-жа Клайер глаз не сводит с записавшего. Иногда, конечно, угадывание было, но, в нашем сеансе, из семи раз, когда делалась проба, угадывание удалось только два и оба раза не со мной. Попробуйте и вы столько-то угадаете, а у иного может быть и каждый раз будете угадывать. И это называют спиритическими опытами, манифестацией духов! Что же касается до ответа на то, что стучит у того и другого медиума, то я, сознаюсь, что общего ответа дать не могу. Думаю, однако, что его и дать нельзя без долгого ряда наблюдений - хоть бы ими позанялись спириты. Шевиллар тот сам дошел до того, что стуки у него происходят по воле и говорит, что это капли животно-магнетической жидкости. А мне думается, не прямо ли это руки его скользят по столу и тем производят звук. Мне удавалось самому именно таким образом производить звуки, подобные медиумическим стукам. Я это показывал г. Аксакову и по этому поводу раз вышло следующее. Петти, старший медиум, сел на диван, пригласил и меня - говорят мне постучать, потребовали положить руку на столик, и медиум положил. Стуки раздались. В комнате был г. Аксаков и он стал меня серьезно просить не шалить, стуков не делать. А я и не стучал на сей раз. С тем и ушли из комнаты, говорят, что все я забавляюсь. А мальчик Петти, порусски не понимавший, так, кажется, и не разобрал - отчего это затем тотчас и прекратили сеанс, устроенный для моего личного назидания. Если Петти соловью подражает - отчего же Клайер не подражать ударам по стеклу? Далее следует летание стола, т. е. его подъем от

полу, при прикасании к нему сидящих за ним. В .объяснении этого явления, по словам спиритов редкого, многие допускают самообман, зависящий от недостатков органа зрения и от быстроты возможных движений. Глаз может замечать только движения, совершающиеся с некоторой медленностью - летящая пуля не видна. Можно предположить, что подъем стола совершается от сложения колебаний, наставших в столе или в полу и производимых вследствие толчков, делаемых руками присутствующих. Предполагают далее, что, придя в быстрое колебание, ножки стола то касаются пола, то отпрыгивают от него. Я сам думал сперва нечто подобное, делал и подходящие опыты. Бывши затем неоднократно свидетелем поднятий стола, ныне я ничего подобного не полагаю, а уверен, что в медиумических сеансах стол просто поднимают, подобно тому, как поднимают его при переноске мебели, только делают это незаметно, с ловкостью, примеры которой всякий из' нас знает во многих приемах акробатов, и которую я лично признаю в большом развитии у некоторых виденных мною медиумов. Мне не известно ни одного из случаев, описанных с некоторой подробностью, где бы нельзя было допустить возможности незаметного, может -быть исчезающего от глаза по быстроте, подбрасывания стола медиумом при том медиумическом явлении, которое называют подъемом стола. Вы видели, конечно, некоторых фокусников, так быстро совершающих свои приемы, что движения их исчезают от ваших глаз по быстроте, с которой они производятся. Можно Допустить, что и при подъемах стола медиумы совершают такого же рода движения. Охотно допускаю даже, что они делают это непроизвольно, в особенности, впадая в то бессознательное состояние, которое называется трансом; тогда они делают, сами не зная ^то, с некоторой целесообразностью привычкой и ловкостью, не производя обмана.

Потом цитируют наблюдения спиритов с приборами например над уменьшением веса и над

ем перепонок, происходящими в присутствии медиума. Чтоб показать вам, насколько удовлетворительны такого рода опыты, описанные до сих пор, цитирую один спиритический опыт Крукса, произведенный им с г-жой Клайер и с г. Юмом. Кусок тонкого пергамента плотно натянут на круглый деревянный обруч, на этот пергамент опирается короткое плечо левого рычага, снабженное тонким опускающимся острием; на длинном плече рычага находится острие, упирающееся на стеклянную дощечку, движущуюся в течение -опыта при помощи часового механизма и закопченную. Короткий конец рычага, опирающийся на перепонку, так уравновешен, что тотчас передает движения перепонки, и если они произойдут, длинный конец рычага опишет на стеклянной пластинке кривую линию; если же рычаг будет в покое, на стеклянной пластинке получится прямая линия. Снаряд этот был предварительно испытан Круксом, чтобы убедиться, что никакое сотрясение подставки и удары в нее не влияют на результат, черта получается все-таки прямая. Вошла в комнату г-жа К. - мы знаем теперь из слов г. Аксакова, что то была мисс Клайер. Она положила пальцы свои на особую подставку, ей не объясняли действия снаряда. Г. Крукс положил свои руки на руки дамы, чтобы открыть сознательные и несознательные движения с ее стороны. По пергаменту стали тотчас раздаваться легкие удары, похожие как бы на удары о поверхность перепонки песчаных зернышек, длинный конец рычага тихонько двигался вниз и вверх; иногда звуки были так часты, :^ак бы производимые прерыванием тока, а иногда и редки. На стеклянной пластинке получились линии разнообразно искривленные. Такой же опыт был повторен г. Круксом с г. Юмом*. Его руку поместили на расстоянии 10 дюймов от поверхности перепонки, другую руку в это время держали. Оставшись в эТом положении около полминуты, Юм сказал, что чувствует

* Ему также не было объяснено значение прибора.

532

какое-то влияние. "Я пустил в ход прибор, - пишет

ХХ Крукс, - и мы все видели как длинное плечо ;>ычага стало двигать вверх и вниз; движения были

Хише, чем в присутствии дамы, и почти вовсе не сопровождались ударами".

Описание этих опытов г. Крукса страдает недостатком указаний размеров перепонки и тех родов звуковых колебаний, которые озвучат, как говорят физики, перепонку, т. е. не указывается тех звуков, которые способны привести перепонку в колебание. Достаточно представить себе, что между речами, сказанными при опытах г. Крукса, например в словах, произнесенных г. Юмом, содержатся звуки, созвучащие перепонке, перепонка непременно придет от общеизвестной физической причины в таком случае в колебание, получится на пластинке кривая линия и весь опыт станет совершенно понятным, без допущения медиумических сил. Не так обставляются научные опыты, в которых хотят доказать существование новой силы.

Особую важность придают спириты тем медиумическим опытам, где являются духи в образе человеческом. Иных мороз обхватывает при таких рассказах - потому что нельзя же не верить. Чтоб дать вам пример такого рода явлений, я прочту протокол спиритического сеанса нескольких русских, бывший в Лондоне, с известным там медиумом г. Вильямсом. Один из присутствовавших на сеансе, не очень-то верующий в спиритизм, в номере которого происходил сеанс, вручил мне подлинный протокол, но имен присутствующих сообщить не дозволил. Этот протокол, составлен по-русски и подписан всеми - между присутствующими были люди вполне поверившие спиритизму и все люди развитые, инженеры, ученые. Прибавлю ^Ще, что привезен мне протокол с вопросительным знаком, к замечанию и назиданию. Тем лучше. Если °ы побольше таких документов! Мне в руки достался один этот. ^Протокол спиритического опыта, произведенного

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

сего 14 ноября 1874 года в 8 1/4 часов вечера в Лондоне 15 Arkndell Sreet, Coventry Steet, в гостинице Превитали, в номерах 14 и 15, в присутствии следующих лиц: гг. медиумов: г-жи Олив и г. Вильямса и гг. П, И, Па, Ч, S и Б".

"Вследствие присутствования гг. П и Ч несколько недель тому назад, на одном из публичных спиритических сеансов, даваемых в Лондоне г-м Вильямсом, явилась мысль пригласить его устроить спиритический сеанс в самой квартире г. П., дабы получить уверенность, что все явления, вызываемые сим медиумом происходят без всяких механических с его стороны пособий и без каких-бы то ни было приготовлений.

Действительно, г. Вильяме был приглашен* в пятницу, 14 сего ноября, в гостинице Превитали в означенные комнаты, занимаемые г. П. и по любезному предложению г. Г. приглашена была г-жа Олив. Х

В комнате номер 15, в которой должно было произвести опыт, решительно никаких приготовлений не делалось**, кроме того, что завешено окно, а мебель была несколько переставлена для более удобного заседания нескольких лиц, а самый стол (деревянный, массивный), за которым должны были сидеть присутствующие, внесен из другой комнаты за несколько лишь минут до заседания. При этом положены были на стол: купленный нарочно утром того же дня небольшой бронзовый колокольчик; равно взятый на прокат в магазине органчик, две свернутые из толстой бумаги трубки и свечка. В комнате был камин, стенной шкаф и три двери, из которых одна была заграждена комодом; под окном поставлена железная кровать. Заседание открыто было в 8 1/4 часов вечера и по

* Жаль, что не сказано, когда получил приглашение Вильяме к сеансу. У таких знаменитостей как он, впрочем, всегда приглашений много и дни, часы расписаны заранее - должно полагать, что пригласили хоть за неделю.

*Х Замечу, что это то и худо - следовало сделать пpигoХ""в"^-'llия против возможности обмана - следовало позаботитьс:. ХХ дверях, о камине, об окнах, а то в темноте легко в них пр "гнуть постороннему лицу.

образовании за столом руками присутствующих сплошной цепи, причем по обе стороны медиумов сидели: г. П. с правой, а г. Ч. с левой стороны Вильямса; около г-жи Олив сидели Г. и Б. Свеча была потушена. По прошествии 1/4 часа послышался некоторый шум в том углу комнаты, в котором стоял комод, и г. Ч. немедленно за сим объявил, что комод подвинулся к нему очень близко, так что он может на него опереться. Г. П. заявил, что на него каплет туалетный уксус, который находится в банке на комоде; тоже самое заявили за тем постепенно и другие присутствующие. Тоже повторилось с одеколоном, которым были обрызганы все присутствующие поочередно. Г. П. предложил духу взять другую, неоткупоренную баночку с одеколоном, находящуюся у него же на комоде и, откупорив, обрызгать оным присутствующих. После нескольких секунд молчания, действительно все почувствовали на себе капли одеколона, а по осмотре после заседания, баночка с одеколоном оказалась бережно откупоренной без всяких следов на пробке.

Органчик неоднократно был заводим, несмотря на то, что ни один из присутствующих не принимал в том никакого участия. Органчик поднимался и летал над головами присутствующих, причем музыка продолжала играть. По истечении же нескольких секунд органчик оказался поставленным на прежнее свое место на столе. Равно носился по комнате на некоторой высоте и бронзовый колокольчик, звонил, и над ним блистал огонек бледного цвета.

Г. Ч. заявил, что комод от него отодвигается к прежнему месту своему; при этом все слышали глухой шум. Немедленно после сего послышался шум, происходивший от передвиганий ящиков в комоде, а затем каждый из присутствовавших стал заявлять о брошенных к нему на колени или перед ним на стол разных предметах, взятых с комода или из ящиков оного, как то разного платья, белья, перчаток, бумаг и т' д. ; равно г. Б. брошен был с кровати на руки большой толстый его плед, который до заседания

разостлан был им саштаг на кровати. Затем г. S. за-s явил, что из-под него тащат стул, а г. Ч. объявил, что стул поставлен ему на голову. Непосредственно после высказанного г. П. сожаления, что г. S. придется все время стоять, последний заявил, что к нему придвинулась кровать (большая, железная), на которую он и мог сесть, не разрывая общей цепи. Сверх того, все присутствовавшие заявили, что неоднократно чувствовали прикосновение пальцев какой-то руки, равно прикосновение щеток и бритвенной кисточки к головам и лицам. Г. П. заявил, что на него надета была шляпа его, которую потом снял кто-то. Г-н Г. заявил, что какая-то рука приподнимала его, так что он вынужден был встать со стула, на котором сидел. Затем слышны были два голоса, которые выразили несколько отдельных фраз по-английски и по-французски.

Во время заседания цепь не была прервана, и все присутствующие строго следили за тем, чтобы руки соседей были в их руках. Особенное внимание было обращено на то, чтобы руки приглашенных медиумов ни на секунду не выходили из рук лиц, сидевших по обе стороны от них. Дух, называющий себя Джон Кинг, сказал несколько слов приветствия по-французски, брал руки присутствующих, и между прочим по изъявленной громко просьбе г-на Г. пожать руку г-на Б., сей последний немедленно почувствовал как 3 пальца неведомой руки схватили его руку за пальцы же и приподняли ее вместе с рукой соседа его г. S. Все проявления, как-то: заведение органчика, передвижение мебели, брызгание духами, разброска книг и белья, приписываются медиумам духу, называющему себя Питер, которой несколько шипящим голосом, вполне отличным от басистого голоса духа, наз лемого Джон Кинг, заявил, что он сожалеет, что о ;()- французски говорить не может, и, прощаясь сл ли "good bye, Gold bless you", выразил надежду, 41 <--~o проказы не сочтут неприличными. Г-н S., когд пчувствовал, что тащат из-под него стул, упира^я 'л не отпускал его, а встал по приглашению г. Г., ког^а

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

вновь почувствовал, что стул кто-то отодвигает; равно замечательно, что когда по окончании заседания зажгли свечу, то комод оказался сдвинутым с прежнего своего места и ящики его выдвинутыми".

Протокол подписали все присутствующие, кроме медиумов, а именно: П, S, Ч, Г, Па и Б. Впечатление протокол производит ясное, отчетливое - не верить, просто смешно, дело было ведено серьезно и одна уже бледность рассказчиков говорила мне о правде.

Объяснения не прилагаются, но оно довольно очевидно для непредубежденного лица: за комодом была дверь, куда она вела неизвестно. Весьма вероятно, судя по положению окна, что дверь, бывшая за комодом, вела с соседнюю комнату. Нанять в гостинице Превитали соседний номер, когда приглашение к сеансу состоялось, подыскать ключ, отворить дверь, отодвинуть комод и сделать все то, что выше описано, могут один или двое, Джон Кинг и Питер, - но живые. Припомните. Слышали, как сначала отодвигали комод - это они входили и затем стали выкидывать свои проказы. Припомните, дело было в 81/2 часов вечера, штора опущена, свечи загашены - ни зги не видно, и времени довольно для шалостей - наряженным духам. Они даже не хотели, уходя, придвинуть комод к месту и по спиритическому обычаю в комоде шарили, но все оставили в комнате и обошлись вообще вежливо. В протоколе не значится - я прочел его весь с начала до конца - что было в соседнем номере позабыли осмотреть доверчивые люди. До того ли им было? Органы чувств в напряжении, воображение, разум в работе - до хладнокровной ли тут подозрительности? Мне неоднократно рассказывали о сеансах, происходивших в Лондоне с г-м Вильямсом у частных лиц. Все в таком же роде: одеколон льется, органчик летает, белье бросается, комод открывается, руки поднимаются и т. д. И все такие сеансы происходят в гостинице. Иногда они не Удаются, но ведь уже решили, что эти явления капРИЗНЫ. Спириты же терпеливы. В 3-й и 4-й раз они

удадутся, а иногда и сразу. Во всяком случае, целая масса протоколов таких, как выше описанный, и куча заявлений самых ученейших людей о сеансах, обставленных так плохо, как вышеуказанный, не могут ни малейшим образом действовать на убеждение в возможности появления духа разбойника Джона Кинга. Проще предположить вместо того, - человека во плоти, помогающего г-ну Вильямсу собирать с доверчивых иностранцев фунты стерлингов. Особенно разительно в выше приведенном заявлении, как и во всех подобных, что '.предосторожности принимались: комнату осмотрели, стол внесли из другой комнаты, полагать надобно, что и кровать осмотрели, все время крепко держали медиумов за руки, и вполне удовольствовались этими мерами предосторожности.

Умные люди - занялись духами - темнота нашла, страшно стало, до здравого ли тут смысла. Лица, сообщившие мне протокол, сами участвовали в сеансе и не верят в духов, оттого я так свободно выражаюсь здесь перед вами о том, что в их сеансе происходило. Я может быть, и не решился высказать мою гипотезу, если бы спиритический протокол явился помимо меня в печати, да еще за подписью дам или вообще лиц торжественно заявляющих, что все ими виденное не есть дело обмана; ведь мне бы пришлось тогда вешаться, оправдываться в обвинении, возводимом будто бы мною на недогадливость лиц, решившихся публично выступать со своими спиритическими явлениями. А я думаю, однако, что оправдываться надобно не мне, доказывать должны спириты, верящие Вильямсу, мне довольно и того что я приведенным примером подтвердил ту гипотезу, что спиритизм - помрачает здравый смысл людей, сбивает их с толку, лишает догадливости; это я утвержд ХХ

Это сеансы в темноте, но подобные явления -(щей, говорят, бывают и при свете, и особенно дей 'вуют на многих спиритические факты, заявляемые фотографией. Какого еще освещения? У меня имеются, по обязательности тех же самых лиц, которые

вали в выше описанном сеансе, фотографические портреты духов: Джона Кинга, сидящего вместе с Вильямсом, и духа женского пола Кет, присутствующего около дамы m-s G. Я видел много таких фотографий. Вы знаете, конечно, что в Париже был не так давно процесс, в котором обсуждался вопрос этого рода; фотограф признался в обмане. В журнале "Природа", книга 1-я за этот год, приведено описание д-ра Штейна, который сам практиковал фотографические приемы, применяемые спиритами, и получил удовлетворительные результаты. Барревиль в своей "Фотографической химии" говорит еще в 1864 году следующее. Автор приводит примеры, подтверждающие его предположения о том, что свет, действуя на подготовленную пластинку, разлагает соли серебра, нанесенные на нее, а именно при этом выделяется из них металлическое серебро и между прочим пишет: "Наконец, пишет Барревиль, разве не этот незаметный металлический осадок, остающийся на пластинке при несовершенном способе очищения дает возможность получать по желанию то, что американские фотографы назвали спиритическими фотографиями? Это есть изображения невидимых людей, появляющихся на пластинке одновременно с портретом. Изображения эти, конечно, не появились бы вовсе после хорошего промывания пластинки азотной кислотой, уничтожающей все металлические следы, остающиеся от изображения, прежде снятого на ту же пластинку". Заняться бы спиритам опровержением всего этого, а они только проповедуются: - все правда, что там ни сказали они, тот сделал сию силлогистическую погрешность, тот неделикатен, а все неверящие - ретрограды.

Наконец, к числу спиритических фактов относятся появления целых человеческих фигур, днем, массой, неведомо откуда. Г. Вагнер описывает в своей статье подобные явления у братьев Эдди в Америке. Если буду там и получу возможность, посмотрю эти фигуPbi, а теперь пока на слово не могу поверить даже

1

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

корреспонденту американской газеты, который удостоверяет в подлинности этого спиритического факта.

Применялся спиритизм и в медицине. По этому поводу укажу только одно, что важно заметить: наши спириты заверяли в комиссии, что скипидар препятствует ходу медиумических явлений.

Но довольно о темных сторонах спиритизма; позвольте мне теперь перейти к изложению тех хороших сторон, которые нельзя не заметить при знакомстве со спиритизмом. Они есть, их многие не видят - говорить о них стоит и при этом я буду иметь в виду развитие спиритизма у нас; оно виднее.

Спириты - те откровенные, прямые, которые воз-1 будили спиритические толки - искатели, смело и-1 честно выступившие с возвещением того, что считают^ новой истиной. Выше я упоминал уже об этом. Такие люди, которые не боятся предрассудков, смело идут против общепринятого имеют в себе то не стадовое, что необходимо в жизни людей. Выставляй спириты свое учение спокойно, не громи они науку, действуй в тех сферах, где свобода научного исследования обеспечена обычаем, кто же осмелился бы их осудить? Посмеялись бы, да втихомолку. В научных летописях известны и не такие учения, как спиритические - их игнорируют, от них отворачиваются, но об них не читают публичных чтений, не пишут столько, сколько о спиритизме и спиритах.

Тот мост между явлениями физическими и психическими, который видят спириты в медиумических явлениях, составляет действительно мост желанный, и такой наука рано или поздно построит. На постройку пойдет материал физиологии и психологии, терапии и психиатрии, захватят, быть может, и факты спиритизма, мост этот соединит ученых, не встанет поперек их дороги. Медики уже начали исследовать гипнотизм, транс и другие нервные состояния, з которых выражаются с известным оттенком особенности нервной деятельности. Ученые не боятся этих вопросов; их напрасно боятся и многие другие лица,

540

статочно подготовленные к пониманию общего движения науки. Разработка вопросов нервной физиологии не убьет нравственных начал, она только разрушит суеверия, существующие в этом отношении, то есть предвзятые мысли с давних пор на веру принимаемые. Для меня не подлежит сомнению, что настанет время, когда станут обо всем этом говорить также покойно, как говорят ныне о затмениях, о кометах. А сколько людей и этого боялось; иные боятся еще ныне. Им страшно говорить об этом предмете, им думается, что он не подлежит разбору, анализу, они видят дракона, там, где луна. Мне кажется, однако, что ныне еще рановато говорить о крупных научных завоеваниях в отношении психической деятельности. Научные открытия и успехи не происходят вдруг; они накапливаются мало помалу; нужно много работы для того, чтобы могло появиться лицо, охватывающее запас накопившихся знаний, умеющее добыть из этого запаса новую крупную идею, закон, управляющий совокупность явлений. А над разработкой психической деятельности со стороны физических явлений, с нею связанных, работают немного, приступили к делу с осторожностью, науке свойственной, без поспешности, идут шаг за шагом и накапливают необходимый материал. - Не отворачивайтесь от него, но не делайте по недостаточному материалу скорых быстрых суждений, вот что скажет всякий, кто дорожит истинными успехами науки.

В том внимании, которое заслужил спиритизм в обществе, видна другая, чрезвычайно утешительная сторона этого дела: чистый интерес науки руководить при этом большинством людей. Так привыкли мы утверждать, что наш век есть век практический, что весьма полезно получить лишний раз убеждение в том, что интересы, совершенно чуждые практических задач, заслуживают общественное внимание. Честь и. слава спиритам, которые успели это демонстрировать с несомненной ясностью. Никто не посмеет сказать теперь, что только одни личные делишки и грошовые

541

интересы могут привлекать общественное внимание. Хороший урок спиритизм дал и тем, кто упрекает современное общество в чисто материальных стремлениях*. Нет, здесь речь идет о духах, из-за духов здесь интересуются делом, и интересуются больше, чем многими другими успехами наук, где дело идет о материи, о веществе со всеми его признаками, долженствующими по взгляду многих волновать умы рьяных материалистов. Этого нет, и внимание к спиритизму доказало это с несомненностью. Ведь не тем же интересовались вы, что ученые поспорили, не госпожой Клайер, а тем, что вопрос идет о духе, касается души и вязи ее с телом, науки. Таким образом, интерес к спиритизму показал то внимание, которое может быть развито в массах к научным вопросам. Оно будет, лишь только вопросы касаются обыденных предметов, всем понятных и всюду встречающихся. Такой предмет и составляет деятельность психическая, относительно которой ныне распространены в массах, преимущественно против других предметов, наиболее суеверные понятия. Суеверие есть уверенность, на знании неоснованная. Наука борется с суевериями, как свет с потемками. Немного осталось предметов, питающих суеверие в такой же мере, как психическая деятельность людей.

Позволяю в заключение указать на следующее. По моему мнению, польза от разговора о спиритизме у нас, наверное, будет, потому что о нем обе стороны пишут и говорят свободно: увидят соотношение между наукой и учеными, - подумают над приглашением скоро, бойко строить большие мосты, станут

бирать их проекты, отличать - цель от средств словом, иные задумаются. Если бы заставили молчать - не было и этой посильной пользы. Дайте высказаться новому. Если в нем есть противное здравому смыслу истине нравственный союз школы, литературы и науки уже достаточно у нас силен для того, чтобы этому противодействовать. Не беда, если новенькое __ ложное сперва кой-кого и увлечет. Это даже хороший знак, что у нас нет китайской стены, что новому __ верному, у нас дорога широка и свободна.

А в том, что вы пришли сюда - послушать о спиритизме - всяций видит одно ваше сочувствие к борцам против суеверий - школе, литературе и науке*

' Кончая книгу, я испытываю, для меня новое, сложное ощущение, в котором смешались радость, сожаление, печаль, грусть, ожидание. Кончая другие книги ничего подобного никогда не происходило во мне. Рад я - концу книги, тяжелое дело сбыл. Сожалею о том, что зачинал дело комиссии; думалось, что вопрос как и всякий другой, подойдет хоть и не решится до конца (что же решено то, до самого конца?), а все же подвинется, а вышло, как говорит г. Боборыкин "ни взад ни вперед", думалось, имеешь дело с научным вопросом, оказалось - это вопрос совсем какой-то другой, а только уже никак не научный. Оттого и жаль, что вмешался. Печалюсь и грущу, потому что вижу, как правду хочет оседлать кривда, не мытьем хочет взять так катаньем. Ожида... ожиданий много. Ожидаю и устройства аэростата и разных сюрпризов от господ спиритов и от океана, чрез который собрался плыть и от Америки и даже от самого себя. Да, будет для меня большой неожиданность, если примусь еще раз за перо по поводу спиритизма, а того смотри, пожалуй, придется. Теперь же думаю, что довольно пошло на это дело и времени, и сил. Они годятся на другое. Пусть это другое - будет не "конь" общественного вопроса, а "трепетная лань", но все же мне удобнее впрячь в телегу моей жизни эту лань, чем того коня. Не хотел я впрягать, сам не знаю даже, кто и когда пристягнул его в мою телегу. Пусть уже на том коне ездят господа Аксаковы и коми. Кавалеристы - они знают как править конем и как при этом обращаться с толпой. Этим искусствам не научит езда в телеге на "трепетной лани". Этим - знай потряхивают, хоть по очкам и болотам, мимо народа, а все же, по привычке, как-то кажется покойнее, да прямее и скорее.

МАТЕРИАЛИЗАЦИЯ ДУХОВ

Л. Н. Толстой, будучи ярым противником спиритизма, он всю свою жизнь служил исключительно только ему и его пропаганде. А в особенности последние годы своей жизни. Мы, конечно, говорим здесь не о внешней показной стороне спиритизма (столоверчении, перекидывании предметов), а об его глубокой внутренней идее, хотя некоторую долю суждения он принес и внешней его части, давши возможность большой публике познакомиться с этим учением в поставленной им комедии "Плоды просвещения".

Ведь всем известно, что это было написано с целью высмеять спиритизм. Между тем установлено, как факт, что очень многие заинтересовались спиритизмом после того, как видели эту пьесу.