sci_tech Авиация и космонавтика 2007 08

Авиационно-исторический журнал, техническое обозрение.

ru
chahlik Librusek Fiction Book Designer, Fiction Book Investigator, FictionBook Editor Release 2.6 14.04.2011 FBD-C88A56-FD8A-6D49-CB93-5455-8F9A-BDEC44 1.0 Авиация и космонавтика 2007 08 2007

Авиация и космонавтика 2007 08

На 1-й и 2-й стр. обложу фото Д. Пичугина

28- й гвардейский истребительный авиационный Ленинградский ордена Кутузова III степени полк

В период с 23 по 26 января 1940 г. из частей 2-й авиабригады (11-й и 24-й иап) на аэродроме Кубинка был сформирован полк в составе четырех эскадрилий, получивший наименование «153-й истребительный авиационный полк». Формировали полк командир полковник К.А. Катичев, военком батальонный комиссар И.А. Вошуйцев и начальник штаба майор С.Д. Кульмин. Летный состав был представлен, главным образом, молодежью с налетом всего по 50-70 ч. В период с 28 января по 10 февраля 1940 г. прямо с завода полк получил новенькие истребители И-153 «Чайка», 65 самолетов.

По окончанию формирования полк перелетел на Северо-Западный фронт, где вошел в состав ВВС 15-й армии. Первым фронтовым аэродромом в долгом боевом пути полка стал лед узкого длинного озера Каркку-Лампу. Первый свой боевой вылет в Финской войне летчики полка выполнили 23 февраля 1940 г. В память об этом событии 23 февраля отмечается не только как День Защитника Отечества, но и как полковой праздник.

Полк действовал на Питкаронтском и Петрозаводском направлениях. Последний боевой вылет в финскую войну был выполнен 13 марта 1940 г. Всего за период с 23 февраля по 13 марта было выполнено 1064 самолето-вылета, в том числе:

– 600 – на штурмовку наземных целей;

– 200 – на разведку;

– 264 – на сопровождение бомбардировщиков и патрулирование воздушного пространства.

Полк не имел потерь ни в личном составе, ни в технике. Несколько раз командующий 15-й армией Северо-Западного фронта объявлял летчикам благодарности за поддержку с воздуха сухопутных войск; 31 летчик и техник были награждены орденами и медалями.

После ликвидации Северо-Западного фронта, 153-й иап передали в ВВС 8-й армии с перебазированием на аэродром Лодейное Поле. В ходе очередной реорганизации произошло расформирование 8-й армии, а полк вошел в состав 59-й легкой авиационной бригады с дислокацией на аэродроме Касимово Ленинградского военного округа. Вскоре бригада была развернута в 5-ю смешанную авиационную дивизию, которая вошла в ВВС 23-й армии В июне 1940 г. на период ввода советских войск во вновь появившиеся прибалтийские советские социалистические республики полк временно базировался в Белоруссии на аэродроме Идрица.

Начало Великой Отечественной войны застало полк в лагерях на аэродроме Кексгольм (постоянный аэродром базирования Хелюли, г. Сортовала). По состоянию на начало июня 1941 г. в полку имелось 73 самолета, 61 – И-153, эсталь- ные – И-16. 15 июня 1941 г. личный состав 3-й эскадрильи прибыл нз аэродром Горелое для получения истребителей МиГ-3. Девять МиГов летчики 3-й эскадрильи перегнали в Кексгольм уже после начала войны. По заходящим на посадку «мессерам» открыли огонь свои же зенитчики. Трагедии не случилось, но несколько самолетов получили пробоины, а летчик М. Иванов был ранен в ногу.

Боевую тревогу в полку объявили в 4 ч 30 мин утра 22 июня 1941 г. Личный состав, в первую очередь рассредоточил и замаскировал самолеты, которые до этого были выстроены в одну линию. «Многие думали, что объявлена учебная тревога». В 12 часов по рацио выступил Молотов – началась Еойна с Германией.

Первые полеты на поиск самолетов противника летчики полка выполнили 23 июня 1941 г., но финская авиация пока в войну не вступила. Первый по настоящему боевой вылет состоялся 25 июня, когда 15 истребителей 153-го иаг нанесли бомбо-штурмовой удар по аэродрому Лаппеенранта. В результата налета на финском аэродроме пострадали ангар и приангарные постройки. В этот день полк понес первую боевую потерю-с боевого задания не вернулся младший лейтенант В.И. Поздняков. В первые дни войны «чайки» неоднократно наносили удары по финским аэродромам. Обычно на истребители подвешивали по две 150 кг бомбы. Выбор «чаек» для нанесения таких ударов не был случайным – истребители бомбили с пикирования, добиваясь высокой точности попаданий.

1941 г Карельский перешеек, аэродром Кексгольм. Второй слева – Л.С. Смирнов, в центре – А. Ф. Авдеев, справа – А. Ф. Костюк, стоит командир АЭ Ю. Минаев.

Ленинградский фронт, сентябрь 1941 г. Летный состав 2 АЭ. Сидят (слева направо): ст. л-т В. К. Безродный, ст. л-т А. В. Кисляков, зам. командира АЭ ст. л-т В. К. Дурицкий, командир АЭ ст. л-т ОМ. Родионов, зам. командира АЭ по политчасти ст. политрук Г.О. Петров, командир звена Н.Х. Ржавский. Стоят (слева направо): л-т П.А. Мухин, мл. л-т Скрынник, командир звена Герой Советского Союза л-т Н.Д. Макаренко, Самойлюк, л-т Р.Г. Байцаев

Истребитель И-16 из 153-го ИАП, Ленинградский фронт, осень 1941 г.

В течение июля 1941 г. полк вел разведку и штурмовал сухопутные войска противника в районе Иматра, Энсо, Па- риккаоа, Ристолахти, Мерия, Эско. Фактически полк воевал на два фронта: действовал над Карельским перешейком против финнов и в районе Ленинграда (Петергоф, Пулково, Колпино, Шлиссельбург) против германских войск. Очень часто каждый летчик полка выполнял по 7-8 боевых вылетов в день. 2 июля 1941 г. эскадрилья лейтенанта О.Родионова десятью самолетами штурмовала ж.д. станцию Иматра и наносила удары по скоплениям живой силы противника в районе Иматра – Парикка- ла. Боевые вылеты выполнялись весь световой день, с 6 утра до 9 вечера. Всего за один день расход боекомплекта на одну эскадрилью составил 3500 кг бомб и 10 ООО патронов к пулеметам. Зенитным огнем был сбит самолет командира звена лейтенанта В.Н. Дятленко. Истребитель упал на сбившую его зенитку. Сложно сказать произошло это случайно, или Дятленко сознательно направил самолет на противника в последний миг своей жизни.

Боевые вылеты осуществлялись как с основного аэродрома Кексгольм, так и с аэродромов рассредоточения Сак- кола и Пети-Ярви. В июле финская авиация несколько раз бомбила Кексгольм. Первый налет бомбардировщики «Бленхейм» выполнили 20 июля ближе к полуночи. Бомбили с малых высот 50-кг бомбами безрезультатно. На преследование «Бленхейсмов» на истребителе МиГ-3 взлетел старший политрук Быстрое, который сбил один финский бомбардировщик. Однако в этот день полк понес поистине невосполнимую утрату – на рассвете погиб Герой Советского Союза капитан Ларионов, его МиГ-3 загорелся в воздухе. Ларионов до последнего пытался спасти машину. Георгий Петрович Ларионов был удостоен звания Герой Советского Союза за боевые заслуги в советско-финской войне, а в 1941 г. был назначен командиром эскадрильи в 153-й иап.

Первую половину августа полк ударами с воздуха способствовал эвакуации через Ладогу в районе Элисенвара, Курийоки, Кексгольм группы войск генерал-майора Крюкова. В конце августа – поддерживал контрудар 265-й стрелковой дивизии в направлении Рейселя, Каукола. В августе полк перебазировался в Рауту, затем в Лехтимется и Касимово.

«Чайки», помимо штурмовок наземных войск, периодически наносили удары по финским аэродромам. В августе при нанесении удара по аэродрому Майсниеми впервые были использованы приборы ВАП-6 с зажигательной смесью, на аэродроме уничтожено шесть самолетов. В сентябре эскадрилья майора Родионова нанесла удар по аэродрому Сиверский, где на земле было уничтожено до 20 самолетов противника. 11 октября «чайки» штурмовали артиллерийские позиции противника в районе Первого городка. Прямым попаданием зенитного снаряда был поврежден самолет старшего лейтенанта Мухина. Летчик получил ранения обеих ног и правой руки, но выполнил еще один заход на штурмовку, после чего вернулся в район аэродрома. При заходе на посадку летчик обнаружил, что одна опора шасси не выпускается. Раненый пилот выполнил блестящую посадку на одну лыжу. После лечения старший лейтенант Мухин вернулся в родной полк.

Ленинградский фронт, аэродром Касимово, осень 1941 г. Слева направо: зам. командира АЭ ст. л-т Дурицкий, командир звена ст. л-т Макаренко, л-т Мухин, л-т Безродный

У истребителя МиГ-3 летчики 1-й АЭ. Слева направо: БД. Мелехин, П.С. Кирсанов, А. Барабанов, А.И. Никитин, А. Петрин, командир АЭ И. Т. Трубицин, В. Карпухин, Лобанов. Снимок сделан в октябре 1941 г.

Аэрофотоснимок Ленинграда, сделанный в 1941 г. самолетом-разведчиком Люфтваффе

О боевой работе 153-го иап говорилось в сводке Совинформбюро от 14 октября 1941 г.:

«…активно действовало но фронте наша авиация. Гоуппа летчиков под командованием лейтенанта Родионова разбомбило вражеский аэродром, на котором сожжены 9 немецких самолетов».

С сентября 1941 г. по март 1942 г. полк выполнял боевую работу с аэродромов Касимово и Новая Деревня. Основной задачей с декабря 1941 г. стало прикрытие знаменитой Дороги Жизни по льду Ладожского озера.

Полк в течение восьми месяцев принимал участие в обороне города на Неве, личный состав 153-го иап перенес вместе с ленинградцами первую блокадную зиму. За этот период было выполнено более 5000 боевых вылетов, проведено 1 77 воздушных боев, в ходе которых сбито 35 самолетов противника, на земле уничтожено 29 и повреждено еще 22 вражеских самолета. За боевую работу на Ленинградском фронте 5 января 1942 г. 153-й иап был представлен к награждению орденом Красного Знамени, но Краснознаменным не стал – уже в феврале 1942 г. в верха ушло представление на присвоение полку гвардейского наименования.

За участие обороне Ленинграда полку приказом НКО СССР от 4 мая 1943 г. присвоено почетное наименование «Ленинградский».

Боевые потери 153-го иап за период действий в р-не Ленинграда:

– летчиков – 24;

– самолетов – 37, в том числе:

И-153 – 22, И-16 – 6, МиГ-3 – 9.

Небоевые потери за период действий полка в р-не Ленинграда:

– летчиков – 4;

– самолетов – 8,

в том числе: И-153 – 6, И-16 – 1, МиГ-3 – 1.

Наибольшей результативности в воздушных боях добились старший лейтенант Никитин (66 боев, 14 сбитых) и старший лейтенант Карпухин (55 боев, 1 1 сбитых). Старший лейтенант Родионов выполнил 42 боевых выл эта на штурмовку войск противника. Наибольшее количество боевых вылетов, по 272, произвели летчики Макаренко и Кисляков.

11 марта 1942 г. полк был отозван с Ленинградского фронта и направлен сначала в Кинешму, а затем в Иваново для переучивания на истребитель Белл «Аэрокобра 1» в составе; 22-го запасного авиаполка. На вооружение 153-го иап поступило 20 «Кобр>, скорее всего то были самолеты, успевшие полетать в Королевских ВВС Великобритании.

По окончании переучивания полк вошел в состав 2-й авиабригады Резерва Главного Командования Красной Армии с дислокацией на аэродроме Раменское.

В июне 1942 г. полк прибыл на Воронежский фронт и вошел в состав 244-й ближнебомбардировочной авиационной дивизии 2-й воздушной армии. Полк последовательно базировался на аэродромах Воронеж, Левая Россошь и Липецк.

В Воронеже «Кобры» приземлились 29 июня, а 30 июня истребители уже ушли на боевое задание. Одна группа «кобр» прикрывала бомбардировщики, наносившие удар по скоплению живой силы противника в района Мармыжей. Перед второй была поставлена редчайшая по тем временам задача «свободной охоты»: вести поиск воздушного противника в районе Платовское – Выселки. В первый боевой вылет «кобры» повел командир полка Герой Советского Союза С.И. Миронов (звания Героя удостоен за финскую войну). В ходе выполнения «свободной охоты» была обнаружена группа самолетов противника численностью примерно в 17 бомбардировщиков. В завязавшемся воздушном бою «кобры» без потерь со своей стороны сбили семь немецких самолетов. Воздушный бой проходил непосредственно над Воронежем.

Воронежский фронт, 1942 г. Слева направо: П. С. Кирсанов, инженер по вооружению А.Н. Никитин, командующий воздушной армией генерал С.Л. Красовский, командир 153 -го ИАП С.И. Миронов, А.Г. Рытов, комиссар 153-го ИАП К.С. Сорокин, М.П. Иванов

Сбитый истребитель Bf. 109F В начале войны «Фридрихи» летчики часто именовали Не-113

Воронежский фронт, июль 1942 г., аэродром Липецк. Снимок сделна после воздушного боя. Слева направо: Б.А. Мухин, командир звена Карпухин, Амколадзе

О первых боевых вылетах на Воронежсксм фронте в журнале боевых действий сделана следующая запись*:

– Боевое задоние выполнено. Сопровождаемая группа бомбардировщиков «Бостон» потерь не имеет. Проведено три воздушных боя, в результате сбито 14 самолетов противника.

По два сбитых было записано на счет командира полка майора Миронова, капитана Авдеева, капитана Макаренко, капитана Никитина, старших лейтенантов Иванова и Решетникова, по одному – на счет капитана Родионова и старшего лейтенанта Кислякова. Вполне возможно, что именно 30 июня 1942 г. состоялось боевое крещение истребителя «Аэрокобра» на советско-германском фронте.

1 июля 1942 г. полк полным составом (20 самолетов) отражал налет 50 бомбардировщиков люфтваффе на Воронеж, причем бомбовому удару подвергся аэродром базирования истребителей. «Кобры» взлетели под бомбами. В этот день два самолета противника сбил майор Макаренко, но и сам получил тяжелые ранения в плечо и кисть руки, однако сумел посадить поврежденную «Кобру». За 105 штурмовок, три сбитых лично и шесть в группе майор Н.Ф. Макаренко указом Президиума Верховного Совета СССР от 10 февраля 1943 г. был удостоен звания Герой Советского Союза. Тем же указом звания Героя получил еще один летчик полка – майор А.И. Никитин, на боевом счету которого к февралю 1943 г. числилось 19 личных побед и четыре групповые. При отражении налета германской авиации на Воронеж 3 июля в воздушном бою получили повреждения три «кобры» (на одной выведен из строя мотор, на двух – пробиты плоскости и фюзеляж), еще три истребителя из-за поломок механизмов уборки/выпуска шасси были вынуждены сесть на брюхо. Все шесть истребителей были отремонтированы всего за двое суток.

В воздушном бою 23 июля 1942 г. старший лейтенант Смирнов сбил один мессер и один Ju-88, но и его «Кобра» загорелась. Бой проходил за линией фронта. На горящем истребителе Смирнов пытался тянуть к линии фронта, но не получилось. Смирнову повезло: он выпрыгнул с парашютом над расположением 27-й танковой бригады, находившейся в тылу противника. О старшем лейтенанте Смирнове речь еще пойдет ниже… Он станет не только самым результативным пилотом полка, но и вообще одним из самых удачливых асов, летавших на «Кобрах». В бою над Новой Усманью погиб при выполнении тарана Александр Авдеев.

На Воронежском фронте полк работал 87 дней, с 30 июня по 25 сентября, 59 дней были летными, то есть летчики полка выполняли боевые задания. За этот период было произведено 1070 самолето-вылетов, главным образом на сопровождение бомбардировщиков. Проведено 259 воздушных боев, в которых сбито 64 самолета противника. В этих боях отличился лично командир полка Герой Советского Союза майор Миронов: провел семь воздушных боев, сбил шесть самолетов противника (пять лично, один в группе).

Распределение сбитых на Воронежском фронте самолетов противника по типам:

– бомбардировщики: Ju-88 – 15, Do-217 – 1, He-111 – 1, ФВ-198 (так в документах полка) – 1;

– истребители: Bf. 109F – 39, Bf. 110 – 1, Ме-210 – 1, Макки 200 – 4;

– корректировщики: Hs-126 – 1.

Потери полка:

– Боевые: три летчика, восемь самолетов «Аэрокобра»;

– Не боевые: 1 летчик, два самолета «Аэрокобра»;

«На Воронежском фронте летчики 153 ИАП показали, что, имея равноценную скорость, они являются непобедимыми доже при численном превосходстве в авиации пр-ка, всегда обеспечивая господство в воздухе».

* Здесь и далее сохранены стиль и орфография Журнала боевых действий.

Сбитый Do.217

За боевую работу на Ленинградском и Воронежском фронтах 153-й истребительный полк приказом НКО СССР от 22 октября 1942 г. был преобразован в 28-й гвардейский истребительный авиационный полк (к званию «Гвардейский» полк представлялся раньше по результатам боевой работы на Ленинградском фронте).

Командование ВВС Красной Армии 7 августа 1942 г. специальным распоряжением выделило из состава полка особую группу в составе восьми летчиков и 28 техников во главе с майором О.М. Родионовым. Группа была снята с Воронежского фронта и направлена в распоряжение ВВС Западного фронта. В период с 8 августа по 11 сентября группа, базируясь на аэродромах Кубинка, Апферьево (Волоколамск) и Климово, выполнила 167 боевых вылетов, провела 68 воздушных боев, в которых было сбито и повреждено 30 самолетов противника (в том числе сбито девять бомбардировщиков Ju-88 и четыре истребителя Bf. 109). Собственные боевые потери группы – два самолета «Аэрокобра», два летчика получили тяжелые ранения; не боевые потери – один летчик, один самолет «Аэрокобра».

В Кубинку группа перелетела 8 сентября, отсюда «кобры» трижды летали на сопровождение бомбардировщиков Пе-2, на патрулирование воздушного пространства в районе Дубны и над аэродромом базирования. Встреча с противником произошла лишь однажды – в районе Дубны, от боя противник уклонился. С аэродрома Алферьево группа прикрывала наши войска в районе Ржев – Зубцов. Воздушный бой произошел уже в первом вылете:

«…В районе Зубцова на Н=800- 1000 м встретили до 30 бомбардировщиков Ю-87 при сопровождении 8 Ме- 109Ф. В результате атак наших 5 с-тов Аэрокобра сбили с-ты пр-ка: капитан Трубицын 1 Ю-87, ст. л-т. Безродный 1 Ю-87, л-т Горабнь – 2 Me-109 «Ф». …Расход боеприпасов: снаряды к пушке – 76, к/к патронов – 202, м/к патронов – 500.

На прикрытие частей 31-й армии в районе Зубцова группа летала еще два дня:

«Боевые задания выполнены. Всего в течение дня проведено 6 груп. вылетов. При выполнении боевых вылетов проведено 5 возд. Боев в результате которых сбили с-ты пр-ка: капитан Милехин 1 Ю-88, ст. л-т Безродный 2 Ю-88, ст. л-т Мухин 1 Ю-88, л-т Горбань 2 Ю-88, ст. л-т Костюк 1 Me-109 «Ф», капитан Трубицын подбил 1 Me-109 «Ф», л-т Горбань подбил 1 Me-109 «Ф», сержант Крюков сбил 1 Me-109 «Ф», капитан Милехин сбил 1 Ю-88. В возд. бою участвовало с-тов пр-ка: Me-109 «Ф» – до 16, Ю-88 – до 30. Несмотря на превосходство с-тов пр-ка наших потерь нет. …Расход боеприпасов: снарядов к пушке – 776, к/к патронов – 1917, м/к патронов – 5920.

– Всего в течение дня произведено 4 груп. вылета по 2-3-4 с-та Аэрокобра. Боевые задания выполнены. В период патрулирования встретили 4 группы с-тов пр-ка Ю-88 и Me-109 «Ф». В результате наших атак бомбардировщики противника были рассеяны. Проведено 4 возд. боя, в результате которых ст. л-т Мухин сбил 1 Me-109 «Ф». …Расход боеприпасов: снарядов к пушке – 82, к/к патронов – 339, м/к патронов – 940».

В очередной летный день «Кобры» полка летали северо-восточнее Зубцова в район села Ивашково, (граница Московской и Калининской областей):

«…встретили группу бомб. 8 с-тов Ю-88 под прикрытием 4 Me-109 «Ф», в завязавшемся возд. бою подбили с-ты пр-ка: майор Родионов 1 Ю-88, капитан Милехин 1 Ю-88, ст. л-т Мухин 1 Ю-88, в процессе возд. боя предположительно сбили 3 Me-109 «Ф», майор Родионов 1 Me-109 «Ф», капитан Милехин 1 Me-109 «Ф», ст. л-т Костюк 1 Me-109 «Ф». В этих возд. боях ст. л-т Костюк будучи ранен в левую руку благополучно произвел посадку но своем аэр. …Расход боеприпасов: снарядов к пушке – 165, к/к патронов – 650, м/к патронов – 1650».

Несколько раз выполнялись боевые вылеты на патрулирование воздушного пространства аэродрома Алферьево, но самолетов противника встречено не было.

В ряде периодических изданий встречалось описание воздушного боя, в ходе которого над Волоколамском советские истребители отразили налет большой группы вражеских бомбардировщиков, якобы собиравшихся бомбить Москву. На самом деле все обстояло не совсем так, хотя воздушный бой имел место:

«Вылет на перехват с-тов противника в р-н Волоколамск. Задание выполнено. Ю-3 Волоколамска догнали до 17 с-тов Ю-88, но были скованы 4 Me-109 «Ф», которые не дали возможности провести атаку бомб, пр-ка. …Расход боеприпасов: снарядов к пушке – 40, к/к патронов – 70, м/к патронов – 160».

Раз боевое задание выполнено, значит удар бомбардировщиков люфтваффе был все-таки сорван, но вряд ли немцы шли к Москве: осень 1942 г. – это не лето 1941 г., когда люфтваффе пообломало себе хребет о систему ПВО столицы Советского Союза.

«Вылеты для патр. над своими войсками в р-не Суботино, Соколино и со- провожд. 9 с-тов Пе-2 в р-не с/з Дуги- но для нанесения бомб, удара по аэр. пр-ка. Всего в течение дня прс изведено 4 груп. вылета по 2-3-4 с-та Аэрокобра. В р-не патрулирование 4 с-та Аэро кобра встретили 6 Me-109 «Ф», с которыми вела возд. бой, в результате которого ст. л-т Костюк подбил 1 Me-109 «Ф», сержант Крюков подбил 1 Me-109 «Ф». Ст. л-т Мухин в возд. бою был подбит и произвел вынужд. посадку с убран, шасси. Самолет подлежит ремонту. Сопровождаем 1я группа 9 с-тов Пе-2 бомб, удар нанесла по аэр. пр-ка с/з Дугино. Задание выполнили отлично. …Расход боеприпасов: снарядов к пушке – 100, к/к патронов – 206, м/к патронов – 470».

С аэродрома Климово «Кобры» сопровождали «пешки» и штурмовики Ил-2 на бомбежку войск противника в районе Ржева. Из Климово группа перелетела сначала в Кубинку, а затем в Иваново.

В конце сентября 1942 г. полк опять прибыл в Иваново на переформирование по новому штат/ (три эскадэильи) с пополнением людьми и техникой.

По окончанию переформирования полк вошел в состав 239-й истребительной авиационной дивизии 6-й воздуш- ной армии, на вооружении состояло 32 «Кобры». Не закончив переучивания на «Кобры», полк в составе двух эскадрилий был в срочном порядке переброшен на Северо-Западный фронт, 30 октября 1942 г. две эскадрильи с промежуточной посадкой в Люберцах перелетепи на аэродром Выползово, район станции Бологое Калининской области, а 3-я эскадрилья осталась заканчивать переучивание на «Кобры» в Люберцах; она прибыла в Выползово в середине декабря 1942 г. Полку предстояло действовать в интересах Северо-Западного фронта. С октября 1942 г. по сентябрь 1943 г. полк выполнял боевые задания в районе Стрелицы, Пола, ГлебоЕщина, Оташков, Бологое, Фирово. Чаще всего летчики прикрывали штурмовики Ил-2, ближние бомбардировщики Су-2 и бомбардировщики Пе-2. Появление «кобр» немцы заметили и оценили должным образом:

Северо-западный фронт, зима 1942-1943 гг., аэродром Выползово. командир 28-й гв. ИАП гв. подполковник О.М. Родионов знакомит гостей из монгольской делегации с истребителем «Аэрокобра»

Северо-западный фронт, декабрь 1942 г., аэродром Выползово. Заправка истребителя после боевого вылета. Заправляет старшина Петров. Крайний справа – техник по вооружению Мухин. Третий справа – врач полка Ительман. На «Кобре» заметна комуфляжная окраска, характерная для истребителей Р-39, состоявших на вооружении RAF

«17.12.42 г. 15.16-16.25 В составе 8 с-тов Аэрокобра вылетели для прикрытие своих войск, находившихся на марше. При выполнении задания встретились с 6 Me- 109Ф, наши истребители прикрывали свои войска эшелонировано по высоте. Верхняя группа 4 с-та Аэрокобра была атакована 6 Me- 109Ф, которые стремились держать преимущество в высоте и все атаки производили сзади сверху, стараясь отрывать ведомых из пар, в течение 10 мин. возд. боя наши истребители сбили 2 Ме-109Ф, не имея своих потерь, т.к. не отрывались в ведомые от своих ведущих. В последующих атаках гв. ст. батальонный комиссар, увлекшись атакой с-та противника, оторвался от своего ведущего и был подбит по причине, что истребители противника атаки проводят в большинстве случаев неожиданно и поодиночно оторвавшимся с-там. По сравнению с в/боями в ноябре м-це, в в/боях в декабре м-це 1942 г. истребители противника уменьшили свою активность и часто уклонялись от боя. Летный состав часто слышал разговоры по радио, где передавали слово «Аэрокобра». Следует делать вывод, что пр-к изучил летно-технические данные с-та «Аэрокобра».

30 декабря 1942 г. был выполнен крайне необычный во всех отношениях полет: пять «кобр» под командованием капитана Кислякова (Кисляков – Лоренц, Безродный – Амкаладзе, Пасько), сопровождали Ту-2 в полете на разведку обороны Демянского котла в районе Рамушево – Залучье. Количество самолетов Ту-2 в ВВС Красной Армии в тот период исчислялось единицами. На маршруте группа была атакована восьмеркой истребителей Bf. 109F. Превосходящий по численности противник был разгромлен наголову: четыре «месера» сбиты, три – повреждены. «Кобры» потерь не имели, Ту-2 также благополучно вернулся на базу. Статистика потерь и побед в воздушных боях – штука лукавая, однако в данном случае результат подтвержден абсолютно: трое выпрыгнувших с парашютом немецких пилотов (Пауль Гротхофф, Генрих Браун и Эмиль Коппельберг) попали в плен. Потом их привезли в расположение 28- го иап для наглядной, так сказать, демонстрации и агитации. Правда «агитационный материал», судя по фотографиям, успели перед встречей с гвардейцами немного подрихтовать.

О пленных была напечатана заметка в газете «Сокол Родины», заметка называлась «Мессеры» на допросе»:

«Переводчик вызывает их по очереди: Гротхофф Пауль, Коппельберг Эмиль, Браун Генрих. И по очереди каждому задает вопрос: «Как вас сбили?» Унтер- офицер Пауль Гротхофф отвечает: «Советского истребителя я не видел. Очевидно, он так быстро зашел мне в хвост, что моей опытности в данном случае оказалось недостаточно. Это был, по видимому, хороший стрелок – он сбил меня первой очередью. Впрочем, многого я сказать не могу, ибо очнулся только на пересыльном пункте для пленных». Фельдфебель Эмиль Коппельберг отвечает: «Советского истребителя я не видел. Он атаковал меня, когда я уходил от зенитного огня, а когда заметил, было поздно – разбитый, я падал. Если вспомнить, что в воздухе я провел более пяти тысяч часов, то можно сказать, что сбил меня большой советский ас». Лишь унтер-офицер Генрих Браун успел заметить как его сбил капитан Кисляков: «Мне попался противник, с которым я ничего не мог сделать, хотя и атаковал его 2 раза. Если меня сбили, значит советский летчик переиграл своим умением драться и превосходством своей техники пилотирования. До этого я провел более 70 воздушных боев.

– Это не новички, а поседевшие шакалы! У самого молодого из них – Гротхоффа – 800 часов налета. Признаваться в превосходстве советских летчиков им приходится скрипя зубами: их сбили молодые летчики. У фельдфебеля Коппельберго переводчик спросил: «вы давно прибыли но Восточный фронт?» «29 декабря явился на аэродром, 30 декабря был сбит». Коппельберг летает с 1935 г., воюет с сентября 1939 г. Английские летчики в Голландии проломили ему череп. У него повреждены пальцы. Он долго валялся по госпиталям, был в долгосрочном отпуску. Он – летный полуинвалид, а после ранения летал на транспортных самолетах. Потом его сделали инструктором летной школы, а сейчас снова направили в действующую часть. Это типичный летный поскребыш, каких Геринг вынужден сейчас посылать в бой. …Было время, когда «мессера» на допросе дерзили и отвечали с вызывающим нахальством. Сегодня они сидят, похожими на мокрых куриц. Вся их наглость пропало без следа».

В заметке отчетливо проступают следы агитпропа, что не удивительно и вполне понятно. На обороте фотографии, сделанной 31 декабря 1942 г. С. Немцовом, есть любопытная приписка: «Во время беседы с ними 31/XII 1942 г. лейтенант Г. Браун кричал на сержантов и запретил им отвечать на наши вопросы». Кстати, Браун в заметке назван унтер-офицером. На фотографии звания указаны следующие: Браун – лейтенант, Гротхоф и Коппельсберг – сержанты.

За устроенный разгром «мессеров» пилоты «Кобр» получили показательную выволочку от командующего воздушной армией генерал-майора Кондратюка. В горячке боя истребители забыли про разведчика, который выполнял задание Ставки ВГК. К счастью, все обошлось: Ту-2 благополучно сел на аэродроме Выползово. Данный случай показателен в том отношении, что далеко не всегда успешность боевой работы летчиков-истребителей оценивается по количеству сбитых ими самолетов противника. Речь зашла о дисциплинарном взыскании «отличившихся», но потом в виде наказания летчиков заставили расписать подробности боя в газете «Сокол Родины», ну а закончилось все как положено – орденами. Победителей не судят!

Летчики 2-й АЭ, слева направо: ст. л-т В. Безродный, старшина Р. Лоренц, л-т В. Поддубный, м-р Н. Кирсанов, к-н А. Кисляков, мл. л-т Н. Пасько, мл. л-т Ф. Мазурин. Северо-западный фронт, аэродром Выползово, предположительно снимок сделан 31 декабря 1942 г. на следующий день после боевого вылета на сопровождение разведчика Ту-2.

Пленные пилоты Bf. 109F, сбитые в воздушном бою 30 декабря 1942 г. Слева направо: Эмиль Коппельберг, Генрих Браун, Пауль Гротхофф. Фото сделано С. Немцовым 31 декабря 1942 г. на аэродроме Выползово

В мае 1943 г. «Кобры» часто летали на сопровождение штурмовиков в район озера Ильмень:

«24.6.43 г. 19.50-21.10. 4 с-та Аэрокобра под командованием гвардии капитана Кислякова совместно с 2 с- тами Киттихаук вылетели для сопровождения группы штурмовиков 8 с-тов с задачей обеспечения бомбового и штурмового удара по скоплению войск пр- ка в р-не п. Песочки. Группу штурм. 8 Ил-2 встретили над аэр. Жерновка. Боевой порядок был построен следующим образом: 8 с-тов Ил-2 двумя четверками в правом пеленге; группа непосредственного прикрытия – 2 с-та Киттихаук шли с превышением над штурмовиками на 50-100 мт. и 2 с-та Аэрокобра с превышением в 100-200 мт.; ударная группа – 4 с-та Аэрокобро шла с превышением над с-тами Ил-2 на 400-500 мт. Вся группа с-тов через аэр. Вины и северную часть оз. Ильмень вышла на насел, пункт Медведь, откуда прошли до ж.д. разъезда Низы (10 км сев. Сольцы). В это время с ведущего с-та Ил- 2 было дано 2 красных ракеты, что означало приближение с-тов пр-ка. В это время 20.20, Н=1500 мт. сзади снизу к с-там Ил-2 стали подходить 4 ФВ-190. Кроме того, к ударной группе подошло сначала 2, а затем еще 4 ФВ-190. Таким образом, наши с-ты подверглись атаке 10 ФВ-190. 20.25 с Н-1500 мт. группа с-тов Ил-2, сбросив бомб, груз в 15-20 клм. С В п. Сольцы, развернулась и пошла прежним строем курсом на ЮВ. Группа непосредственного прикрытия несколько раз отсекала с-ты пр-ка ФВ-190, не давая им возможности атаковать Ил-2. Ударная группа – 4 с-та Аэрокобра вела непрерывный возд. бой с 6-ю ФВ-190. СВ аэр. Сольцы группа с-тов Ил-2 подверглась атаке еще 6 ФВ-190, с которыми 2 с-та Аэрокобра и 2 с-та Киттихаук вступили в возд. бой; ведя бой в р-не Б. Данилово, потеряли из виду уходящие «змейкой» 8 Ил-2, которых больше не видели. Ожесточенный возд. бой продолжался до северного берега оз. Ильмень, при этом наши самолеты вели возд. бой с оттягиванием на Восток; атаки производились со всех сторон. В ходе возд. боя гвардии капитан Кисляков сбил 1 ФВ-190, который загорелся в воздухе и упал в 10-12 клм. западнее Сольцы. Гзардии мл. л-т Пасько сбил 1 ФВ-190, который упал в 8-10 клм. Западнее Сольцы. Наши летчики наблюдали, как один из с-тов Ил-2 поочередно сбил 2 ФВ-190. Истребители потеряли 1 с-т Киттихаук.

– Вывод: 1. Самолетам пр-ка при своем большом численном превосходстве удалось связать боем прикрывающую и ударную группы наших истребителей и, не дав возможности оторваться с-там Аэрокобра и Киттихаук от истребителей пр-ка, откололи группу штурмовиков 8 с-тов Ил-2.

2. истребители сопровождения свою основную задачу прикрывать группу штурмовиков Ил-2 не выполнили, допустив отрыв от них, доли возможность истребителям пр-ка безнаказанно вести бой с группой штурмовиков.

Командир 28 Г ИАП

гв. подполковник Родионов

Начальник штаба 28 Г ИАП

гв. подполковник Степанов

Полеты на сопровождение Илов продолжались и в июне:

«При сопровождении штурмовиков

4 Ил-2 – 12.6.43 г. 5 с-тов Аэрокобра встретились с 4-мя ФВ-190. Наши истребители Аэрокобра вынуждены были вести возд. бой, не отрываясь от группы штурмовиков Ил-2. Пользуясь этим, истребители пр-ка ФВ-190, атаковывая сверху сзади со стороны солнца, сбили 1 с-т Аэрокобра – летчик гв. лейтенант Поддубный В.Е. После воздушного боя не вернулся с боевого задания гв. майор Банщиков Е.Е. Потеря 2-х эти пажей 12. 6.43 г. в воздушном бою с с-тами пр-ка произошла в следствии плохого взаимодействия с между группой 4 Як- 7Б (ударная группа) и группой 5 с-тов Аэрокобра (группа непосредственного прикрытия штурмовиков Ил-2). Плохое взаимодействие выразилось в отсутствии радиосвязи между группами и зрительной связи между ними, уход группы Як-7 за облачность и на большое удаление с превышением на 800- 1000 мт.

Случались на Северо-Западном фронте у пилотов «Кобр» победы, которые принято считать «легкими» – уничтожение самолетов-корректировщиков и аэростатов:

«8.5.43 г. 4 с-та Аэрокобра под командованием гвардии ст. л-та Смирнова вылетели на сопровождение

5 Ил-2 в р-н Старая Русса. 6.30 при подходе к цели гв. ст. л-т Смирнов увидел 1 ХШ-126 на Н=2000 мт в р-не Глушицы – Деревково, который корректировал артогонь пр-ка. После первой атаки с-т пр-ка начал уходить, но был атакован с боков сзади гв. стсршиной Насоновым в паре с пилотом 68-го ГИАП Калмыковым, после чего с-т пр-ка горящим упал ЮЗ 4 – 6 клм. Старая Русса в р-не Ногаткино.

– 28.6.43 г. 2 с-та Аэрокобра под командованием гв. мл. л-та Чаплиева при выполнении тренировочного полета было наведена по радио с КП Антипово для уничтожения поднявшегося аэростата пр-кап в р-не. Анишино. При приближении наших истребителей к аэростату, он начал спускаться, ЗП пр- ка открыли по нашим с-там интенсивный огонь, но после первой атаки, проведенной с горизонтального полета, гв. мл. л-том Чаплиевым, аэростат пр-ка загорелся и из него выбросился один парашютист. Сбитие аэростата подтверждено постом ВНОС».

Сбитый Bf. 109 из JG-54 в J 942 г. 54-я истребительная эскадра действовала в районе Ленинграда

Сбитый FW-190, Северо-западный фронт

Гзардии капитан А. С. Смирнов (в центре) с однополчанами

Знаменитые на Восточном фронте корректировщики Fw-189, известные как «рамы», легкой добычей, однако, никогда не считались. В августе 1943 г. летчики полка уничтожили две «рамы»:

«4.3.43 г. гв. мл. л-ты Чаплиев и Быковец вылетели по вызову постов ВНОС с задачей уничтожения с-та – корректировщика ФВ-189 в р-не Князе во. На Н=2000 мт. наши истребители настигли с-т пр-ка в р-не Липовицы. Быковец произвел первую атаку с правого виража снизу, после чего у ФВ-189 задымился правый мотор. 2-ю атаку произвел Чаплиев сверху сзади, после чего стрелок на с-те пр-ка был убит, а ФВ-189 дымящимся продолжал уходить со снижением но свою территорию. В р-не Старая Русса произвели 3-ю атаку сзади одновременно, Чаплиев сверху, а Быковец снизу с дистанции 50 мт., после чего с- т пр-кс загорелся в воздухе и упал в р- не В.Козанка, что подтверждают посты ПВО 21 ОБ ВНОС и наземные войско 34 Армии.

17.8.43 г. гв. капитан Смирнов и гв. л-т Козловский вылетели на перехват с- та пр-ка ФВ-189 в р-не аэр. Дрегло. На Н=2000 мт. рацией с земли были наведены на ФВ-189 в р-не Отвидно, который шел по линии фронта курсом 360 град. При подходе наших истребителей, с-т пр-ка развернулся с курсом 270 град, и ушел вверх в облачность; гв. л-т Козловский последовал за ним, а гв. капитан Смирнов остался под облачностью. С-т пр-ка ФВ-189, выйдя над облачностью, увидел, что его преследует истребитель и снова резко пробил облачность и вышел ниже нее на 150- 200 мт., где был атакован гв. капитаном Смирновым. После первой атаки сзади сверху с-т пр-ка задымился, но продолжал уходить на свою территорию. После этого гв. капитан Смирнов и гв. л-т Козловский произвели поочередно 3 последовательных атаки сзади сверху и снизу, последнюю атаку гв. капитан Смирнов произвел с бреющего полета под ракурсом 2/4 после чего с-т ФВ-189 горящим упал в р-не ст. Перетерка».

«Кобры», хотя и не часто, выполняли штурмовку наземных войск и топили полавсредства противника в озере Ильмень. Так, 21 августа Кисляков и Быковец потопили в озере Ильмень (озеро иногда называют Русским морем) семь лодок.

За период действий полка на Северо-Западном фронте летчики полка сбили 83 самолета противника, повредили 13 и уничтожили четыре аэростата наблюдения. На шоссе Москва – Санкт-Петербург в районе селения Крестцы установлен на постаменте истребитель МиГ-19 – памятник летчикам Северо-Западного фронта, в том числе и пилотам 28-го гв. иап. Символично, что с конца 50-х годов полк базируется на Тверской земле, совсем недалеко от района боевых действий 1942-1943 гг., а на вооружении полка в свое время состояли истребители-перехватчики МиГ-19.

В конце сентября 1943 г. полк в составе 22 экипажей вместе с девятью прикомандированными экипажами 68-го гв. иап перебазировался на аэродром Березка, где временно вошел в оперативное подчинение 3-й воздушной армии Калининского фронта. В течение месяца летчики совершенствовали летную и боевую подготовку, выполняя учебно- тренировочные полеты, в том числе в сложных метеоусловиях по приборам. В этот период в полку имелось 26 истребителей «Аэокобра». В начале октября полк принимал участие в Невельской наступательной операции, в результате которой части Калининского фронта освободили город Невель и вышли на подступы к Витебску. В ходе Невельской операции боевой счет полка пополнился 60 сбитыми самолетами противника (в том числе 22 бомбардировщика), собственные потери составили: один пилот и восемь самолетов. Запись из Журнала боевых действий:

Гвардии капитан П.Д. Углянский с молодыми летчиками. Снимок сделан после окончания войны

«10 октября (14.50) 8 самолетов «Аэрокобра» под командованием капитана А. С. Смирнова вылетели для прикрытия своих войск. В 15.00 на высоте 3000 м в районе г. Невель встретили 4 «фоккера», с которыми завязался воздушный бой. После двух лобовых атак истребители противника вышли из боя. Через 5 минут встретили еще 2 ФВ-190. Атаковав противника, летчик Смирнов сбил одну машину, которая упала в 10 км западнее города Невель. Второй самолет сбил летчик Козловский. Через 5 минут вновь встретили два фашистских истребителя. В результате четвертой атаки одного сбил пилот майор Исаев, второй «фоккер», уклонившись от боя, ушел с набором высоты. В 15.30 на высоте 4000 м в районе Воронино встретили 12 Хе-111. Вновь – атаки. В результате одного фашистского бомбардировщика сбил Исаев, другие, рассыпавшись и сбросив беспорядочно бомбы, ушли за линию фронта. В этом же бою, отсекая от бомбардировщиков сопровождавших истребителей, наши летчики сбили 5 немецких самолетов. Преследовать бомбардировщиков не стали из-за исхода горючего».

За лично сбитые 16 самолетов противника командир эскадрильи гвардии капитан А.С. Смирнов Указом Президиума Верховного Совета СССР от 29 сентября 1943 г. был удостоен звания Герой Советского Союза. Осенью 1943 г. капитану Смирнову повезло, как редко кому везло на войне – он летал и сражался с врагом над своим родным домом: деревней Палыдево Рамешковского района Калининской области. Алексей Семенович Смирнов всю войну прошел в одном полку. День победы встретил командиром эскадрильи, гвардии майором, на его счету числилось 457 боевых вылетов, 72 проведенных воздушных боя, 34 лично сбитых самолетов противника и одна победа, одержанная в составе группы (четыре победы одержаны на «Чайках», остальные – на «Аэрокобрах»).

Многие известные асы наибольших успехов добивались, действуя в составе слетанных пар, когда ведомый понимал ведущего даже не с полуслова, а без слов: Кожедуб – Мухин, Покрышкин – Голубев. Был такой ведомый у Алексея Смирнова – Петр Углянский. На счет/ ведомого ни много, ни мало – 13 сбитых. В районе Старой Руссы пара Смирнов – Углянский в одной атаке сбила сразу всю четверку Bf. 109; 2 марта 1943 г. капитан Смирнов сбил два Fw-190 – первые «фоккеры», уничтоженные «в чистую» пилотами 28-го гв. иап. Вообще же первый «фоккер» в лобовой атаке сбил Петр Углянский, но его «Кобра» также получила повреждения. Углянский был вынужден сесть на лед озера Круглое.

Невельская операция стала последней для Калининского фронта, с 20 октября 1943 г. он стал 1-м Прибалтийским фронтом.

В декабре 1943 г. полк в составе 5-й гвардейской Валдайской иад (бывшей 239-й иад) в связи с реорганизацией фронтов вошел в состав 15-й воздушной армии 2-го Прибалтийского фронта. Фактически полк оставался в двойном подчинении, так как дивизия входила в состав 11-й истребительного авиационного корпуса Резерва Главного Командования.

С января по июнь 1944 г. полк пополнялся матчастью и личным составом на аэродроме Семенки. По состоянию на 1 апреля 1944 г. в полку имелось 35 истребителей Р-39 «Аэрокобра» (31 исправный, 4 неисправных), на 1 ионя – 41. По окончанию доукомплектсвания, 8 июня 1944 г. полк убыл на аэродром Журидово, на 1-й Прибалтийский фронт в 5-ю гвардейскую иад 11-го иак За 19 летных дней июня было выполнено 684 боевых вылета на прикрытие ударных самолетов, штурмовку, разведку, свободную охоту и блокировку аэродромов противника. В июле 1944 г. полк, следуя за наступающими частями 1-го Прибалтийского фронта, сменил несколько аэродромов, произвел почти тысячу боевых вылетов и способствовал освобождению городов Полоцк, Паневежис, Шауляй.

Указом Президиума Верховного Совета СССР от 2 октября 194 4 г. за образцовое выполнение боевых заданий на 1-м Прибалтийском фронте полк был награжден орденом Кутузова III степени. С октября 1942 по сентябрь 1944 гг. полком командовал Олег Маркович Родионов. В числе немногих советских летчиков он был награжден Золотым рыцарским крестом Британской империи. В сентябре 1944 г. гвардии подполковник Родионов получил назначение на должность заместителя командира 9-й гвардейской Мариупольской истребительной авиадивизии, которой командовал полковник А.И. Покрышкин. Подполковник Родионов погиб в конце апреля 1945 г. под Берлином в возрасте всего 26 лет.

После ухода Родионова на повышение полк принял гвардии майор Борис Дмитриевич Милехин. 22 июня 941 г. Борис Милехин встретил, будучи рядовым пилотом 153-го иап – всю войну, от первого до последнего ее дня в одном полку. В начале войны на истребителе МиГ-3 Милехин выполнил 117 боевых вылетов, затем летал на «кобрах». После войны Б.Д. Милехин дослужился до генерал-лейтенанта.

В составе 1-го и 2-го Прибалтийских фронтов полк произвел 4462 боевых вылета.

Со второй половины февраля 1945 г. полк работал с аэродрома Пазунден (16 км севернее Кенигсберга) в интересах 3-го Белорусского фронта.

Конец войны, но напряжение боев только возрастало. В марте – 6С 0 боевых вылетов, в апреле – 1090, в том числе 537 самолето-вылетов на блокирование и штурмовку аэродромов противника, 367 – нанесение ударов по живой силе и технике противника, 93 – на сопровождение бомбардировщиков Ту-2 и Пе-2, 24 – на свободную охоту. В апреле 1945 г. на вооружении 28-го гв. иап состояло 59 истребителей Р-39 «Аэрокобра». Полк принимал участие в штурме Кенигсберга. На боевые задания гвардейцы неоднократно летали вместе с летчиками из полка «Нормандия – Неман».

В первых числах мая 1945 г. полк срочным порядком перебросили в район Шауляя, для действий против Курляндской группировки германских войск.

За время Великой Отечественной войны летчики полка уничтожили 509 самолетов противника, 12 аэростатов, 19 танков, 184 артиллерийских орудия, 85 минометов, три бронепоезда, пять паровозов, 330 ж.д. вагонов, 40 мотоциклов, 905 автомашин, большое количество живой силы. Собственные боевые потери полка составили 64 летчика, шесть человек инженерно-технического состава и 94 самолета. Девять летчиков полка были удостоены звания Герой Советского Союза (четверым – Ф.М. Мазурину, Н.Ф. Пасько, А.В. Кислякову и Л.А. Быковцу звание Героя присвоено указом от 18 августа 1 945 г.), А.С. Смирнов стал дважды Героем.

Заместитель командира 28-го гв. ИАП гв. майор А. В. Кисляков

В Параде Победы в Москве приняли участие А.С. Смирнов, Л.А. Быковец, Ф.М. Мазурин, С.И. Коробов, БД Милехин.

После капитуляции Германии полк перебазировался на аэродром Гросс-Диршкайм.

Со 2 по 26 июня 1946 г. личный состав проходил переучивание на истребитель Р-63 «Кингкобра». 2 июля 42 экипажа убыли в Красноярск за «Кингкобрами». В середине августа летчики полка перегнали из Красноярска на аэродром Гавунден 41 истребитель Р-63 «Кингкобра», но эти самолеты предназначались отнюдь не для 28-го гв. иап. «Кингкобры» передали в 57-й гв. иап 5-й гв. иад, а 28-й полк продолжал эксплуатировать просто «Кобры». В июне 1947 г. началось переучивание на реактивный истребитель Як-15. В связи с грядущим переучиванием 13 мая полк перелетел с аэродрома Гросс-Диршкайма на аэродром Зидлунг (Калининградская обл.). К 30 июля все летчики полка самостоятельно вылетели на реактивных Яках (на Як-15 было подготовлено 53 пилота), параллельно полк продолжал отрабатывать задачи боевого применения на поршневых «Кобрах». «Промежуточным» типом, посредством которого пилоты переучивались с Р-39 на Як-15 стал истребитель Як-9, в полку в тот период имелось шесть Як-9.

Як-15, как известно, фактически являлся истребителем Як-9, у которого поршневой мотор заменили реактивным двигателем. Изначально Як-15 рассматривался командованием ВВС в качестве своего рода переходного самолета, призванного облегчить переход летчиков с «аэропланов поршневых» на «аэропланы реактивные». Не удивительно поэтому, что уже в августе 1947 г. летный и технический состав получил задачу освоения другой реактивной матчасти – истребителя МиГ-9. 24 октября 1947 г. в полк по железной дороге в разобранном виде прибыло восемь истребителей МиГ-9. До конца года полеты на МиГ-9 не производились по причине плохой погоды и из-за неготовности аэродрома.

На 1948 г. перед личным составом полка была поставлена задача закончить переучивание на реактивный истребитель МиГ-9 и приступить к полетам на нем по курсу боевой подготовки; продолжать совершенствование личного состава в полетах на больших высотах и в сложных метеоусловиях на истребителях Р-39 и Як-15.

С 19 по 21 июля 1948 г. под руководством генерал-полковника авиации Науменко были проведены опытные учения 2-й эскадрильи, вооруженной истребителями Як-15, в ходе которых отрабатывались способы и методы уничтожения морских подвижных целей бомбардировщиками и штурмовиками во взаимодействии с реактивными истребителями.

Практическое переучивание на МиГ-9 началось 12 февраля 1948 г., полеты выполнялись с аэродрома Повунден, так как полосу базового аэродрома Зидлунг требовалось удлинить под новую матчасть. К 24 апреля 1948 г. на МиГ-9 самостоятельно вылетели 50 летчиков. По окончании реконструкции аэродрома Зидлунг полк вернулся к месту постоянного базирования. Первые полет на МиГ-9 в Зидлунге были выполнены 7 июня 1948 г. Личный состав приступил к полетам на боевое применение МиГ-9, параллельно летая на Як-15 и Р-39. В течение июля-августа 1948 г. было получено 42 истребителя МиГ-9. 8 августа 1948 г. все поршневые самолеты были сданы в 1-й гв. иап и в ВВС 4-го ВМФ, а реактивные Яки-15 переданы в 72-й гв. иап.

17 августа 1948 г. 28-й гв. иап получил приказ о перебазировании на аэродром Мигалово (г. Калинин, ныне Тверь). Полк по-прежнему входил в состав 5-й гв. иад. Подготовка к перебазированию началась 27 августа 1948 г. Истребители перевозили в Калинин по железной дороге. Перебазирование осуществлялось в период с 9 по 19 сентября 1948 г. 23 сентября технический состав приступил к сборке истребителей, а летчики начали осваивать новый район полетов, летая на поршневых самолетах, для чего полк временно получил три «Кобры» и одну двухместную «Кингкобру». Сборка МиГов была завершена к концу октября 1948 г. С 1 октября 1948 г. полк приступил к летной работе на МиГ- 9 с аэродрома Мигалово и заступил на боевое дежурство звеньями в составе ПВО Москвы. На несколько десятилетий 28-й гв. иап стал полком ПВО.

Перед полетом но пилотирование МиГ- 15УТИ по приборам. В передней кабине – Лебедкин, в задней – Николайчик. Аэродром Клин, 1954 г.

Прощание с Боевым Знаменем 5-й гвардейской Валдайской истребительной авиадивизии, Клин, 1958 г.

Суммарный налет летчиков полка в 1948 г. составил 1978 ч 20 мин. По типам самолетов налет распределялся следующим образом:

Самолетный парк 28-го гв. иап на январь 1948 г.

МиГ-9 8

Як-15 11

Р-39 28

УР-63 3

Як-9 5

АТ-6 1

Первенцы советской реактивной истребительной авиации не долго задержались на вооружении 28-го гв. иап. Уже в ноябре 1949 г. полк сдал самолеты МиГ-9 в 328-ю иад ПВО и приступил к освоению истребителя МиГ-15.

С 22 июня 1950 г. по 29 октября 1951 г. полк находился в «Правительственной командировке», что в переводе с языка советского официоза означает участие в Корейской войне. В Корее летчики 28-го гв. иап сбили 59 американских самолетов, собственные потери составили три истребителя МиГ- 15, потерь в людях полк не понес.

Из Кореи полк вернулся на новый аэродром базирования – в Клин.

Как во многих полках ИА ПВО, на вооружении 28-го гв. иап состояли МиГ-17-е двух модификаций – «Ф» и «ПФ»; МиГ-17 полк освоил в 1954 г.

В 1957 г. личный состав полка переучился на сверхзвуковые МиГ-19. До конца года к перехватам на истребителе МиГ-19 на высотах до 17000 м было подготовлено шесть летчиков, на высотах до 18000 – два летчика, к ночным перехватам – четыре пилота. Общий налет за год составил 2795 ч, в том числе 342 ч в стратосфере.

До 1967 г. в полку одновременно состояли на вооружении истребители МиГ-17 и МиГ-19. На МиГ-17-х отрабатывались задачи перехвата на малых высотах, на МиГ-19 – в стратосфере.

В 1957 г. полк перебазировался из Клина в Калининскую область на вновь построенный аэродром авиации ПВО в поселке Андреаполь (с 1967 г. город Андреаполь); в Андреаполе полк базируется и поныне. В мае 1958 г. в Клину была расформирована 5-я гвардейская истребительная авиационная дивизия, в состав которой полк входил с момента ее формирования.

В августе 1960 г. в связи с расформированием 1 7-й иад полк стал подчиняться непосредственно штабу 2-го корпуса ПВО Московского округа ПВО.

В 1967 г. личный состав полка внес свой посильный вклад в исполнение «интернационального долга», восполнив своими самолетами потери арабов в войне с Израилем. Египет и Сирия умудрились в течение нескольких дней, если не часов, лишиться почти всей своей военной авиации. В кратчайший срок 30 истребителей МиГ-17 были разобраны и подготовлены к перевозке по воздуху. За сутки военно-транспортными самолетами Ан-12 истребители перебросили в Египет. Для сборки и облета МиГов в командировку на Ближний Восток убыли летчики гв. капитаны Гусаров и Сизов, инженер полка гв. майор Язынин, инженер эскадрильи гв. капитан Кузмичев, техники гв. капитаны Чумак и Федоров, гв. старшие лейтенанты Нестеров, Максимов, Рябов, Ермолов, Татаринцев, Сачков, Шлыков. За успешное выполнение Правительственного задания майор Язынин был награжден министром обороны СССР именными часами.

Андреаполь к разряду «показушных» аэродромов не относился никогда: обычная база, строевой полк. Тем не менее, именно в Андреаполь привез в конце 60-х годов маршал Батицкий внушительную делегацию старших офицеров армий Варшавского Договора дл5 изучения боевого опыта. Просто «обычный строевой» полк в тот период стал лучшим в ИА ПВО и был награжден переходящим Красным Знаменем Президиума Верховного Совета СССР.

В 1968 г. личный состав 1-й эскадрильи приступил к освоению перехватчиков Су-15, первые десять «сушек» прибыли в феврале. Первым на Су-15 самостоятельно вылетел командир полка подполковник Гришин, за ним последовали майоры Белов, Коновалов, капитаны Печенкин, Тульнев, Сизов. Еще десять Су-15 полк получил 18 сентября, перегон истребителей с завода выполняли летчики 1-й эскадрильи 28-го гв. иап.

Первые пуски ракет с пepexватчиков Су- 15 были выполнены на полигонах в октябре 1968 г. Оценка за пуски – «отлично». Гвардии майоры С.Д. Белов и Л.Н. Коновалов за успешное освоение новой техники были награжден орденами Красной Звезды.

В связи с событиями в Чехословакии 3-я эскадрилья перебазировалась на аэродром Смоленск, где несла боевое дежурство на истребителях Миг-17.

30 сентября 1969 г. произошла катастрофа самолета Су-15, погиб заместитель командира эскадрильи гв. капитан Тульнев, причина – отказ управления элеронами. Первая, но, к сожалению, не последняя катастрофа Су-15-х из 28-го полка. В целом в послевоенные годы аварийность в полку находилась на низком уровне. Сразу после войны з январе 1946 г. на «Кобре» разбился младший лейтенант Чеботарько; в 1948 г. на Як-15 разбился лейтенант Тряпочкин. 26 июня 1962 г. в ночном полете на МиГ-15УТИ погибли командир звена гв. капитан Санжаров и старший летчик гв. капитан Приступов, причину катастрофы установить не удалось.

Построение полка, Андреаполь, 1982 г.

МиГ-23П дежурного звена, Андреаполь, 1980-е гг.

Гв. ст. л-т А. В. Корытин. В настоящее время полковник Корытин – начальник отдела боевой подготовки (и боевого применения) – старший инспектор-летчик управления КСпН

Гв. м-р В.И. Мазуренко одним из первых в 28-м гв. ИАП вылетел самостоятельно на истребителе МиГ-23.

Подвеска ракеты на МиГ-23П

Ситуация обострилась с поступлением в полк Су-15-х. В 70-е годы имели место катастрофы двух Су-15УМ. 10 февраля 1977 г. на спарке разбились командир 2-й эскадрильи гв. подполковник В.Н. Котко и начальник штаба 2-й эскадрильи гв. майор Ю.Г. Кожевников. 27 июня 1979 г. по причине конструктивно-производственного дефекта разбился еще один Су-15УМ; заместитель комансира полка по летной подготовке гв. подполковник Звонарев катапультировался в районе аэродрома, после обследования был списан с летной работы, начальник ПДС полка гв. старший лейтенант Мошейчиков погиб.

В январе-феврале 1977 г. полк подвергся проверке Главной инспекцией министерства обороны. По боевой тревоге была поднята 1-я эскадрилья в составе десяти экипажей. Во главе с заместителем командира полка майором А.А. Балезиным эскадрилья в сложных метеоусловиях выполнила перелет на полигон Красноводск, где произвела практические пуски ракет по реальным целям. За продемонстрированное в ходе этих неплановых учений высокое летное мастерство военный летчик-снайпер майор Б.Е. Печенкин маршалом Советского Союза Москаленко был награжден ценным подарком.

В 1982 г. полк переучивался на истребитель МиГ-23. Практическое освоение нового типа летным составом началось в августе на аэродроме Смоленск, инженерно-технический состав изучал МиГ-23 на предприятиях МАП. Первым на МиГ-23 самостоятельно вылетели командир полка гв. подполковник В.М. Бобриков и командир 1-й эскадрильи гв. подполковник В.И. Спыщенко. В феврале 1983 г. на полигоне в Крас.новодске летчики полка впервые выполнили практические пуски ракет с истребителей МиГ-23, оценка – «хорошо». Несколько истребителей МиГ-23 стали именными – их назвали в честь однополчан – Героев Советского Союза. Ныне эта традиция продолжена в именных МиГ-29.

В 1984 г. аэродром Андреаполь был поставлен на реконструкцию, полк на период ремонта базировался во Ржеве. 16 сентября 1986 г. в воздухе столкнулись два МиГ-23, погиб заместитель командира 2-й эскадрильи гв. майор Е.Ю. Бовырин, командир звена 2-й АЭ гв. капитан В.Н. Гусько катапультировался из неуправляемого истребителя. Один разбившийся 23-й до сих пор лежит в траве прямо рядом с полосой аэродрома Андреаполь.

У именного МиГ-23 командир 28-го гв. ИАП гв. п-к В.М. Вобриков и Герой советского Союза гв. п-к Кисляков

Дважды Герой Советского Союза гв. п-к А. С. Смирнов у МиГ-23, названного его именем

Решения XXVII съезда КПСС в жизнь!

Истребитель МиГ-23 «Имени Героя Советского Союза Никитина А.И.»

Истребитель МиГ-23 «Имени Героя Советского Союза Пасько Н.Ф.»

В 1991 г. полк перебазировался в Сарышаган для выполнения боевых стрельб в составе соединения. В процессе перебазирования гв. майор Ю.В. Борзов и гв. капитан А.В. Невольников произвели посадку в Йошкар-Оле в СМУ при минимальном остатке топлива и при неработающих аэродромных средствах радиотехнического обеспечения посадки. На полигоне Сарышаган выполнялись пуски ракет по мишеням ПМ-6 (34 пуска днем и 17 ночью) и Ла-17 (один днем и два ночью). При пуске ракеты по мишени ПМ-6 остановился двигатель на МиГ-23 заместителя командира эскадрильи гв. подполковника Н.П. Ивкина. Летчик сумел запустить двигатель в воздухе и благополучно посадить самолет. То были пока крайние учения такого масштаба, в которых принимал участие 28-й гв. иап.

До марта 1994 г. полк нес боевое дежурство на истребителях МиГ-23П. Последние полеты в составе ИА ПВО на истребителях МиГ-23 летчики полка выполнили 11 марта. В феврале-марте все 23-и перегнали на базы хранения. Последний МиГ-23П перегнал 23 марта заместитель командира эскадрильи гв. майор Е.И. Замахов.

Исход наших войск из Восточной Европы принято называть «выводом». На самом деле то было бегство по приказу. Ломались судьбы тысяч людей, гробилась техника… Одной из «точек», куда выводили авиационные части из Германии стал Андреаполь.

Вывод авиационных частей Западной группы войск в Андреаполь начался в январе 1994 г. Личный состав и техника перебрасывались из Германии ж.д. транспортом и по воздуху. Было принято девять ж.д. эшелонов и выполнен

31 рейс самолетами ВТА: Ан-22 – 3 рейса, Ан-12 – 5, Ил-76 – 22, Ан-26 – 1. 21 марта перебазировано восемь самолетов МиГ-29 и два МиГ-29УБ с аэродрома Дамгартен (733-й иап), 10 апреля из Дамгартена и Виттштока (33-й иап) перелетели остальные МиГи. Всего Андреаполь принял 49 боевых МиГ-29 и семь спарок МиГ-29УБ. Личный состав и семьи разместили в казармах и на частных квартирах. В Андреаполе оказалось сразу три авиационных полка, остаться должен только один! Немаловажный вопрос: какой номер будет у нового «старого» полка. Все три – заслуженные… Ветераны-фронтовики 28-гс гв. иап обратились с ходатайством в министерство обороны, в главкомат ВВС. К мнению ветеранов прислушались: часть, сформированная на базе 28-го, 773-го и 33-го полков, стала именоваться «28-й гвардейский истребительный авиационный Ленинградский ордена Кутузова III полк». С точки зрения наименования полка в Андреаполе ничего не изменилось. Зато изменился сам город Андреаполь. Для личного состава выведенных из Германии полков немцы возвели великолепный жилой городок, один из лучших городков такого рода. Квартирный вопрос удалось решить за два года.

1 июня 1994 полк приступил к наземной подготовке, о с 10 июня – к полетам на истребителях МиГ-29. Со 2 по 8 сентября было проведено ЛТУ полка с перебазированием на аэродром Мончегорск. В ходе учения над акваторией Баренцева моря выполнялись пуски ракет по мишеням ПМ-6. С 10 сентября полк приступил к несению боевого дежурства в составе ПВО Москвы.

В 90-е годы бурлила реформаторская деятельность в ВВС. К сожалению, деятельность сия затрагивала не столько матчасть, сколько оргвопросы. Полки переподчинялись из дивизии в дивизию, дивизии расформировывались, армии становились корпусами. С 9 июня 1994 г. 28-й гв. ИАП подчинен 239-й Барановичской иад 76-й Краснознаменной воздушной армии. С 15 марта 1998 г. полк вошел в состав 5-й дивизии Московского округа ВВС и ПВО. 19 апреля 1999 г. полк передан из состава 5-й дивизии ПВО Московского округа ВВС и ПВО в состав 16-го смешанного авиационного корпуса Московского округа ВВС и ПВО. Очень скоро, 1 февраля 2002 г., корпусу вернули прежний статус – воздушная армия. 1 сентября 2002 г. Московский округ ВВС и ПВО был преобразован в Командование Специального Назначения, КСпН. Таким образом, в настоящее время 28-й гвардейский истребительный авиационный Ленинградский ордена Кутузова III степени полк входит в состав 16-й воздушной армии КСпН.

В мае 1995 г. пара истребителей МиГ-29 из Андреаполя, пилотируемая заместителем командира полка по летной подготовке гв. подполковником НЮ. Вахрушевым и заместителем командира 1-й эскадрильи гв. майором М.М. Шатило, принимала участие в параде по случаю 50-летия Победы в Великой Отечественной войне в Санкт-Петербурге.

2 апреля 1996 г. после восстановления утраченных летным составом навыков (эхо перестройки!!!) полк приступил к несению боевого дежурства днем, а с 1 мая – ночью. В марте было проведено летно-тактичес- кое учение полка, в ходе которого выполнено 18 пусков ракет воздух-воздух по мишеням ПМ-6. В июле 1998 г. полк перешел на новый штат, по которому вместо трех эскадрилий осталось две.

Говоря о катастрофах нельзя не упомянуть трагедию, которая напрямую вроде бы с полком не связана: 17 декабря 1996 г. при взлете с аэродрома Андреаполь в 10 км по курсу взлета упал военно-транспортный самолет Ан- 12. Тогда эта катастрофа наделала много шуму… Погибли все находившиеся на борту – 17 человек, в том числе четыре офицера и два прапорщика 28- го полка, которые направлялись в служебную командировку для передачи МиГ-29 на Кранодарский АРЗ. Причиной катастрофы Ан-12 послужили сложные метеоусловия и перегруз.

О сложных метеоусловиях в районе аэродрома Андреаполь стоит сказать особо. Место под аэродром выбирал лично маршал Батицкий. Чем он руководствовался сказать сложно, но аэродром построен в болоте (кстати, как и Дорохово). Тверская земля между То- ропцом и станцией Бологое потрясающе красива: песчаные гривы, вековые сосновые боры и конечно реки, болота, мириады озер любого размера, от лужи до Селигера. Высокая влажность весной и осенью «плодит» густые туманы. И какие туманы! Иногда кажется, что стену тумана можно резать ножом, видимость падает буквально до нескольких метров. Вот и гадают летчики накроет туман полосу или остановится у ее края? Высокая влажность зимой в оттепели приводит к обледенению полосы. Андреаполь – рай для охотников, туристов рыбаков, но для авиаторов – отнюдь не курорт.

Зимой 1998-1999 гг. полк базировался на аэродроме Жердевка. Причина перебазирования – типично-анекдотическая: обледенение полосы в Андреаполе, те самые климатические особенности. Как бороться с обледенением полосы известно давно: запускается «змей- горыныч», автомобильная установка, которая «оттаивает» лед на полосе струей газов от установленного на ней ГТД. Нет проблем! Только очистка от льда ВПП силами такой машины стоит порядка тысячи американских рублей. Понятно, таковой суммы ВВС в те суровые годы изыскать не сумели, тем более, что топить лед за зиму пришлось бы не раз и не два. Вопрос в другом: во сколько обошелся перелет истребителей из Андреаполя в Жердевку и обратно?

В начале апреля 1999 г. полк вернулся в Андреаполь, но на боевое дежурство не заступал «в связи с низкой подготовкой личного состава». По этой же причине не выполнялись стрельбы на полигонах. Осенью – снова перебазирование, на этот раз на аэродром Халино, в Курск. В Курск перелетело 12 боевых МиГ-29 и три спарки МиГ- 29УБ, 22 наиболее подготовленных пилота. В Халине полк ограниченным составом заступил на боевое дежурство в системе ПВО.

В марте 2000 г. 1-я эскадрилья перелетела из Халино на аэродром Дорохово, откуда выполнила практические пуски ракет Р-60 (десять пусков) по мишеням ПМ-6 на полигоне Ладога. Март получился «удачным» на перелеты – Халино-Дорохово, Дорохово- Халино, Халино-Андреаполь. Перелеты выполнялись колонной самолетов на минутном интервале. Один этот факт говорит о многом. В истребительной авиации принято (было) летать если не эскадрильей, то звеньями или хотя бы парами и отнюдь не на минутном интервале… Минутный интервал – это для ВТА. Складывается впечатление, что в 1999-2000 гг. отечественные ВВС достигли низшей точки падения. Лейтенанты, выпускники авиационных училищ, годами в строевых частях не поднимались в небо. С 2000 г. пусть медленно, ни шатко ни валко, но ситуация начала потихоньку выправляться. С 5 по 7 апреля 2000 г. полк принимал участие в командно-штабных учениях по плану ГК ВВС на тему поиска, обнаружения и условного уничтожения воздушных судов, нарушивших Государственную границу РФ с республикой Беларусь. В ходе учений выполнено три подъема экипажей, все цели условно уничтожены. С 14 апреля полк заступил на несение боевого дежурства двумя экипажами в боевой готовности на аэродроме Андреаполь. 6-8 июня 2000 г. проводилась командно-штабная тренировка по плану командующего Московским округом ВВС и ПВО по поиску, обнаружению и условному уничтожению воздушных судов, нарушивших Государственную границу РФ. Выполнено пять подъемов, все цели условно уничтожены. Подъемы дежурных сил по тревоге стали проводится достаточно регулярно. 25 января 2001 г. выполнен подъем по тревоге самолета (пилот гв. майор С.А. Кабанов) из состава дежурных сил с посадкой на аэродроме Кубинка. 3 апреля 2001 г. для перехвата контрольной цели были подняты экипажи гв. майора И.А. Притуляк и гв. майора Ю.Ю. Полякова из состава дежурных сил с посадкой на аэродроме базирования, в Андреаполе. До осени дежурные силы 28-го полка выполнили еще шесть подъемов на перехват контрольных целей. С 11 по 13 сентября 2001 г. в боевую готовность в связи с угрозой террористической опасности (взрыв Торгового центра в Нью-Йорке) была переведена вся 1-я эскадрилья.

С 22 по 25 января 2002 полк вместе с частями обеспечения принимал участие в командно-штабной тренировке по плану командующего Московским округом ВВС и ПВО, выполняя задачу по отражению налета воздушного противника. Выполнено пять самолето-вылетов на перехват контрольных целей. 9 апреля состоялась КШТ по плану ГК ВВС, выполнено четыре подъема истребителей из состава дежурных сил для работы по условным нарушителями Госграницы РФ с республикой Беларусь. С 26 по 30 августа проводились учения 16-й воздушной армии, летчики полка отрабатывали задачи прикрытия сухопутных войск от ударов с воздуха с выполнением практических пусков ракет на полигоне. Пуски ракет выполнили 13 пилотов, девять из них пустили ракеты впервые в жизни.

В 2002 г. в историческом формуляре полка сделана печальная запись: «Невозможность полномасштабного проведения мероприятий боевой учебы и особенно полетов из-за недостатка топлива и запасных частей к авиационной технике». Сегодня дела обстоят лучше. Есть керосин, однако остаются проблемы с матчастью. Пока в Москве обсуждается светлое будущее ВВС в виде истребителя 5-го поколения, в строевых частях рады каждому просто капитально отремонтированному (не модернизированному!) самолету. А пятое поколение… Оно, конечно, здорово, когда заключаются миллиардные контракты на поставку истребителей Индии, Китаю, Малайзии, Венесуэлле. Только в России тоже есть ВВС. Иногда кажется, что далеко не все про это помнят.

В период с 18 по 27 марта 2003 г. проходили летно-тактические учения 1-й эскадрильи по отражению массированных ударов авиации противника. Было выполнено 15 успешных перехватов условных целей. 17 июля МиГи из Андреаполя сами выполняли роль целей, «подыгрывая» Су-27-м из

Гв. к-н С. А. Кабанов в кабине истребителя МиГ-23, 1986 г. В настоящее время гв. м-р Кабанов продолжает службу в 28-м гв. ИАП

В кабине дежурного истребителя штурман полка гв. майор Дмитрий Провоторов.

Фотокорреспондент журнала «Авиация и Космонавтика» Д. Пичугин показывает свежие кадры командиру полка гв. полковнику П. Спеваку и зам. командиру полка по BP гв. подполковнику Е. Таджиеву

611-го полка. 17-21 апреля 2004 г. состоялись КШУ КСпН. 28-й полк вместе с другими частями 16-й армии «воевал» с 32-м корпусом ПВО, прикрывая Су- 24 из 455-го бап. Поставленные задачи летчики из Андреаполя выполнили успешно, хотя у коллег из Дорохова и Хо- тилова на этот счет есть свое, особое, мнение. «Войны» 16-й армии с 32-м корпусом ПВО – больная (и любимая!) тема…

С 23 августа по 8 сентября проводились ПТУ 16-й воздушной армии, в ходе которых полк прикрывал сухопутные войска от средств воздушного нападения «противника». В ходе учений девять МиГ-29 выполнили перелет по маршруту Андреаполь-Халино-Приволжский и обратно. С аэродрома Приволжский было выполнено шесть вылетов на перехват и произведено 12 пусков ракет Р- 60 по мишеням ПМ-6.

С 14 апреля по 12 мая 2005 г. шесть МиГ-29 из Андреаполя несли боевое дежурство на авиабазе Кубинка, обеспечивая проведение торжественных мероприятий в Москве по поводу 60-летия Победы в Великой Отечественной войне.

Жизнь, тем не менее, идет своим чередом. Жизнь – полеты. Со 2 по 4 августа 2005 г. проводились ЛТУ 2-й эскадрильи, было выполнено четыре полета на перехват контрольной цели и два полета по маршруту Андреаполь-Шуя-Андреаполь. С 20 по 23 сентября проведено КШУ по плану командующего 1 6-й воздушной армией, в ходе учения выполнено четыре полета на перехват воздушных целей и четыре полета на обеспечение полкового тактического учения 51-го парашютно-десантного полка 106-й воздушно-десантной дивизии. За 2005 г. дежурные экипажи переводились в боевую готовность 154 раза, в том числе 86 раз по нарушителям режима полетов, дважды истребители поднимались на перехват по нарушителям режима полетов и дважды – по контрольным целям.

5 апреля 2006 г. полк подвергся внезапной проверке МО РФ. Вообще- то «внезапность» таких проверок бывает порой весьма условной. В этот раз «внезапно», согласно «разведданным», должны были проверять Халино, но комиссия прибыла в Андреаполь, где проверка действительно стала внезапной. По тревоге в воздух были подняты 12 истребителей МиГ-29. Самолеты выполнили перелет в Воронеж. Здесь была поставлена боевая задача: сразу после заправки топливом и подвески ракет прикрывать бомбардировщики Су-24 из 455-го бап, наносивших удар по полигону. Удар бомбардировщиков пытались сорвать истребители «противника» – три МиГ-29 и два МиГ-29УБ из 116-го учебного центра боевого применения. Гвардейцы отбили семь атак и не позволили «противнику» «сбить» бомбардировщики. В ходе проверки МО пятеро летчиков 28- го полка впервые выполнили полеты на перехват с другого аэродрома, было произведено десять практических пусков ракет Р-72 по мишеням ПМ-6; впервые пустил ракету гв. старший лейтенант Василий Дудников.

В 2007 г. летные смены стали проводить чаще, чаще стали летать и молодые пилоты, хотя костяк полка пока по-прежнему составляют ветераны ВВС Советской Армии. Главное, аэродром Андреаполь «зазвенел», пусть и не так как Кубинка. Постепенно проходит капитальный ремонт матчасть, не «пятое поколение» и ни МиГ-35, но все же…

Командир 28-го гв. ИАП гв. полковник Лев Николаевич Спевак

Большая часть истребителей МиГ-29 28-го гв. иап имеет символику полка: по левому борту фюзеляжа в районе кабины нанесены изображения знака «гвардия» и ордена Кутузова III степени, по правому борту – эмблемы полка. В полку имеются именные самолеты:

– бортовой номер «33» «Имени Героя Советского Союза Ржавского Н.Х.»

– бортовой номер «02» «Имени дважды Героя Советского Союза Смирнова А.С.»

Приказом командующего 6-й воздушной армией от 8 июля 1943 г. навечно зачислен в списки 28-го гвардейского Ленинградского ордена Кутузова III степени истребительного авиационного полка командир звена 2-й АЭ Герой Советского Союза Ржавский Никита Харитонович.

7 декабря 1941 г. лейтенант Ржавский в составе группы из четырех самолетов И-153 штурмовал автоколонну противника. Самолет лейтенанта Ржавского был подбит огнем зенитной артиллерии, а сам летчик получил ранение. Атакованный четырьмя истребителями Bf. 109 тяжело раненый лейтенант Ржавский вел бой в течение 15 минут, не оставив своих боевых товарищей. Только после того как истребители противника вышли из боя, летчик взял курс на свой аэродром. Лейтенант Ржавский скончался в кабине самолета от потери крови.

Редакция благодарна за помощь в работе командиру 28-го гвардейского истребительного авиационного Ленинградского ордена Кутузова III степени полка гвардии полковнику Льву Николаевичу Спеваку и заместителю командира полка по BP гвардии подполковнику Евгению Таджиеву.

Герои Советского Союза, служившие в полку

Авдеев Александр Федорович

Быковец Леонид Александрович

Грачев Иван Петрович

Кисляков Анатолий Васильевич

Ларионов Георгий Петрович

Макаренко Николай Федорович

Миронов Сергей Иванович

Никитин Алексей Иванович

Пасько Николай Федорович

Ржавский Никита Харитонович

Смирнов Алексей Семенович (дважды)

Командиры 28-го гвардейского Ленинградского ордена Кутузова III степени истребительного авиационного полка

год вступления в должность

полковник* Катичев К.А………………………….. 1940

майор Цветков………………………………………… 1940

капитан Черных………………………………………. 1941

майор Миронов С.И………………………………… 1941

гв. майор Родионов О.М………………………….. 1942

гв. подполковник Милехин Б.Д………………. 1944

гв. подполковник Сапожников А.Я………… 1949

гв. подполковник Колядин В.И………………. 1952

гв. майор Селиванов В.Г…………………………. 1953

гв. подполковник Бочков Б.В…………………. 1956

гв. подполковник Заплавнев И.М…………… 1958

гв. подполковник Бокач Б.В…………………… 1962

гв. подполковник Гришин А.С………………… 1970

гв. подполковник Горчаков П.А……………… 1975

гв. подполковник Бобриков В.М…………….. 1979

гв. подполковник Грицек А.М…………………. 1984

гв. полковник Горбатов В.В……………………. 1989

гв. полковник Мельников А.В…………………. 1992

гв. подполковник Насон А.Д.**……………….. 1994

гв. полковник Денисов К.А…………………….. 1994

гв. полковник Кнутарев А.А……………………. 1999

гв. полковник Изотов В.А………………………… 2002

гв. полковник Спевак Л.Н………………………. 2006

* звание указано на момент вступления в должность.

** исполняющий обязанности командира полка.

Комментарий к "АиК" № 6/2007 г.

С весны 2007 г. 611-м ИАП командует полковник Шатайло Константин Анатольевич.

По ошибке под Фотографией командира 611-го ИАП сделана неправильная подпись. В кабине Су-27 – полковник К.А. Шатайло.

К 90-летию морской овиоции России

Анатолий АРТЕМЬЕВ

КРЫЛЬЯ НАД МОРЕМ

Продолжение. Начало в № 7-12/2006 г., 1-4,7/2007 г.

Ракетоносец Ту-16 с ракетами КСР-2

МОРСКИЕ РАКЕТОНОСЦЫ В БОЕВОМ СОСТАВЕ

Почти в одно время с системой К-10 в районе Феодосии проводились испытания ракеты КСР, которые посчитали недостаточно удачными. Поэтому решили продолжить начатые работы и в соответствии с постановлением Совмина СССР от 22 августа 1959 г. их продолжили, но уже по новому варианту, получившему названием КСР-2. Головку самонаведения ракеты усовершенствовали, обтекатель новой антенны почти сравняли с миделем ракеты, стабилизатор перенесли с киля на фюзеляж. Но самое главное состояло в изменении принципа наведения – ракету сделали автономной.

Ракетная система получила название К-16, а комплекс Ту-16К-16. Начиная с 25 октября 1960 г. по 30 марта 1961 г. он проходил Государственные испытания, показавшие необходимость доработок. На основании материалов дополнительных испытаний, проведенных в июле-августе 1961 г. постановлением Совмина СССР от 30 декабря 1961 г. систему К-16 приняли на вооружение ВВС.

В состав комплекса Ту-16К-16 входил самолёт-носитель Ту-16КСР-2, крылатая ракета КСР-2, аппаратура управления на самолёте-носителе и КР, средства контроля и обслуживания.

Система построена на принципе дальнего автономного активного наведения ракеты из-под крыла самолёта на заданную цель. Это давало ряд преимуществ носителю: возможность отворота на угол 180 град, от боевого курса, экипаж получил возможность управления РЛС без специального оператора. Основные операции по подготовке ракет к пуску выполнял штурман самолёта, для чего в его кабине разместили пульты управления и дополнительные блоки самолётной аппаратуры.

Самолёты Ту-16КСР-2 в морской авиации переоборудовались из Ту- 16КС и по характеристикам отличались от них незначительно.

Крылатая ракета КСР-2 предназначалась для поражения целей класса крейсер, мостов, плотин и т.п. Она была выполнена по аэродинамической схеме среднеплана и имела длину 8,65 м, размах крыла 4,5 м, угол стреловидности крыла и оперения 55 град. В головной части размещалась РЛС и отсек БЧ. Ракета снаряжалась обычной или специальной БЧ. Фугасно-кумулятивная БЧ длиной 1050 мм, имевшая вес 850 кг (взрывчатого вещества 684 кг) предназначалась для поражения кораблей и была способна пробить броневое покрытие из стали толщиной до 300 мм

Хвостовая часть ракеты со съёмным обтекателем служила для размещения оборудования, автопилота и ЖРД типа С-5.6 весом 48,5 кг. Двигатель ракеты запускался автоматически от временного реле через 7 с после отделения от самолёта. Тяга ЖРД на первом режиме работы составляла 1200 кгс, на втором – 700 кгс. Радиус действия комплекса Ту-16К-16 достигал 1900-2000 км, дальность обнаружения морских и наземных целей – 220-290 км, дальность пуска – 160-170 км. Чтобы обеспечить пуск с этих удалений автосопровождение начиналось за 20-30 км до отцепки.

Существенное влияние на дальность обнаружения целей, учитывая частоту работы бортовой станции, оказывали метеорологические условия. Так облачность толщиной 6000-8000 м и ливневые осадки в районе цели уменьшали её на 20-25 %. Волнение моря свыше 5-6 баллов снижало ее на 10-15 %.

В зависимости от высоты и скорости полёта просадка КР после отделения от самолёта достигала 600-1200 м. Через 40 с автопилот ракеты подключался к РЛС самонаведения, а двигатель переводился с форсированного режима на маршевый. Обычно к этому времени КР набирала скорость 1200-1250 км/ч. На расстоянии 15 км от цели наведение КР производилось с учётом скорости цели. Не долетая 450 м радиоуправление ракеты отключалось и она через 1,2-1,5 с переводилась на пикирование.

К освоению ракетного комплекса Ту-16К-16 части авиации ВМФ приступили в феврале 1963 г. Начало ему положила эскадрилья 540-го мрап 33 центра и 12-й мрап авиации БФ. В 1964 г. переучилась эскадрилья 568-го мтап, в 1967 г. полным составом 49-й мрап авиации ТОФ.

Первые пуски КСР-2 на полигоне в Каспийском море производились двумя экипажами 12-го мрап авиации БФ в период с 25 октября по 23 ноября 1963 г., выполнявших взлёт с аэродрома Остров. Заправка самолётов от танкера производилась на удалении 1200 км от аэродрома вылета на высоте 5000-6000 м с приёмом 12 000 кг топлива.

Поиск цели начинался с 350 км, дальность пуска – 140-150 км. Высота пуска ракет КСР-2 (в заводской поставке) составляла 4000-10000 м.

Исследования, выполненные в 33-м центре показали, что без особых доработок высоту пуска можно снизить до 2000 м, что повышало вероятность дохода ракет до цели, прикрываемой силами и средствами ПВО.

После проведенных в 1967 г. исследований нижнюю границу высоты пуска сочли возможным уменьшить до 500 м. Приказом Министра обороны от 22 апреля 1968 г. была утверждена соответствующая доработка. Ракетам с расширенным диапазоном пусков присвоили шифр КСР-2М.

Просадка ракет после пуска уменьшилась на 150-200 м, через 50 с она выходила на высоту пуска, а ещё через 40-50 с оказывалась выше на 500- 800 м. Дальнейший полёт проходил по наклонной прямой к цели в режиме самонаведения по курсу и высоте. В процессе полётов установлено, что минимальная дальность пуска КСР-2М с высоты 500 м составляет 70-80 км.

Ракета КСР-2 в заводском цеху

Пуск ракеты КСР-2

Таким образом, авиация ВМФ получила на вооружение уже третий ракетный комплекс, хотя и не лишённый недостатков: подвержен электронным помехам; дальность пуска зависит от метеоусловий, относительно небольшая скорость и дальность, сложность подготовки и заправки. К положительным качествам относились: устойчивое наведение на корабли и возможность применения до 20 ракет одновременно без взаимных помех. До 1961 г. заправка ракет агрессивным окислителем производилась с помощью специальных комплексов, впоследствии стали применяться ампульные средства.

Ещё до начала работ по ракете КСР-2 Постановлением Совмина СССР от 20 июля 1 957 г. был задан комплекс К-1 1 для поражения работающих РЛС. Предполагалось его создание на базе ракет КС или КСР-2. А поскольку на последней обеспечивалась установка антенны большого диаметра, то её посчитали более предпочтительной. Разработка радиоэлектронного оборудования оказалась связанной с рядом затруднений и только 13 апреля 1962 г. КР под обозначением КСР-11 приняли на вооружение

Учитывая специфику применения новой ракеты, решили совместить её с комплексом Ту-16К-16 и в 1965 г. появился совмещённый комплекс Ту- 16К-11-16. В состав его вошли: самолёт Ту-16КСР-2 со спецоборудованием, крылатые ракеты КСР-11 и КСР-2, контрольно-поверочное и вспомогательное оборудование. Самолёт обеспечивал подвеску двух КСР-2 или двух КСР-1 1, а также их сочетание.

Тактический радиус полёта Ту-16К- 16 с двумя ракетами составлял 1900 км, с одной – 2300 км.

Ракета КСР-11 предназначалась для поражения кораблей и работающих наземных и корабельных РЛС. Вероятность попадания ракетой в цель – 0,85, минимальный временной интервал между пусками – 40-50 с.

На переоборудованном самолёте в отсеке передней ноги шасси разместили блоки станции радиотехнической разведки и целеуказания с антенной в носовой части. Для сохранения центровки самолёта в эксплуатационных пределах демонтировали носовую пушку АМ-23

Ракета КСР-1 1 имела много общего с КСР-2. В носовой части её был установлен пассивный радиотехнический координатор, за ним боевая часть; баки-отсеки окислителя и горючего и другое оборудование. Под съёмным хвостовым обтекателем находился ЖРД типа С-5.6. Боевая часть двух типов: осколочно-фугасная или фугасно-кумулятивная.

Начиная с 1962 г. ракеты КСР-2 и КСР-1 1 сменили в серийном производстве ракеты КС.

Развитие и совершенствование средств нападения вероятного противника выдвинуло на одно из первых мест требование к мобильности авиационных частей. Взвесив, в пределах своего разумения различные факторы, пришли к тривиальному выводу, что базирование авиации и, в частности, МРА должно обеспечивать возможность нанесения ударов по целям на возможно большем удалении от побережья и в то же время обеспечить наименьшую уязвимость частей на аэродромах.

Поскольку требования были прямо противоположными, пришлось выбирать компромиссный вариант. Выглядело это так: аэродромы МРА располагать в прибрежной зоне на расстоянии 200-300 км от воды и в удалённых районах – до 1500 км. При этом исходили из предположения, что аэродромы постоянного базирования в прибрежной зоне противнику известны, необходимая для их функционирования живучесть не обеспечивается,

поэтому следует расширять сеть запасных и полевых аэродромов. Однако для содержания полевых аэродромов в готовности на них пришлось построить командные пункты, хранилища для ракет, склады горюче-смазочных материалов, помещения для технико-эксплуатационной части, укрытия для личного состава и ряд других помещений, не считая хозяйственно-бытовых. И такие сооружения возводились, подводились линии связи, коммуникации, создавались комендатуры, которые должны были находиться на аэродромах постоянно и охранять их.

По принятым (неизвестно кем придуманным) нормам считалось, что каждый мрап должен иметь не менее двух полевьх аэродромов, предпочтительно с твердым покрытием. Исходя из этих соображений каждой МРАД из двух полков, следовало иметь пять-шесть аэродромов. Это было настолько несбыточным, что постоянно подвергалось сомнениям, неоднократно выдвигались предложения о строительстве укрытий для самолётов.

Учитывая наличие запасных грунтовых аэродромов в 1960-1980 г. части приступили к обучению лётного состава полётам с них.

На основании данных испытаний длина разбега самолёта Ту-16К с максимальным взлётным весом и подвешенной ракетой К-ЮС с грунтового аэродрома достигала 2000-2500 м.

Взлёт самолётов Ту-16КС обеспечивался только с использованием тяги запущенных двигателей ракет КС и длина разбега при взлётном весе 74 700 кг составляла 2300-2400 м. При взлёте с одной ракетой КС и слабом ветре длина разбега увеличивалась до 2500-2600 м.

Штабы авиации флотов постоянно изыскивали меры, направленные на снижение сроков подготовки МРА к вылету по тревоге. За первые десять лет освоения ракетных комплексов сроки подготовки мрап сократились в четыре-пять раз и достигли своеобразного критерия: три вылета составом дивизии в ракетном варианте в течение тридцати шести часов. Кроме того, удалось настоять, чтобы численность штатных экипажей в мрап увеличить на 15 % по сравнению с количеством самолётов.

Основные усилия командования и штабов были направлены на совершенствование тактики боевых действий МРА и, в первую очередь, на сокращение размаха залпа, обеспечение дохода ракет. Первоначально в авиации всех флотов отрабатывался полёт ракетоносцев к цели в рассредоточенных боевых порядках, несколькими параллельными маршрутами, с использованием для контроля места самолётов в боевых порядках станций наведения ракет. Вне зоны средств ПВО кораблей производилось маневрирование, чтобы создать условия для одновременного пуска ракет. Рассматривался также способ нанесения последовательных ударов через определённые промежутки времени. Изучался и способ действий «свободная охота».

К этому времени уже сложились более-менее обоснованные требования к обеспечению МРА. Пришли к выводу о необходимости предусматривать различные тактические группы, как ударные, так и обеспечения (доразведки и наведения, уничтожения и подавления кораблей радиолокационного дозора, демонстративных действий и др.). Для нанесения удара с необходимой плотностью и обеспечения развертывания частей в заданные секторы и направления атаки было принято назначать рубеж (зону) боевого развертывания авиационных полков и ударных групп.

Истребительное прикрытие самолётов МРА на полный радиус ее действия обеспечить невозможно, поэтому экипажам приходилось рассчитывать только на свои силы. В связи с этим обратили внимание на оборудование самолётов средствами РЭБ.

В начале 1960-х годов части 5-й мрад авиации СФ имели на вооружении всего по одному самолёту Ту-16Е, оборудованному устаревшими неавтоматическими станциями шумовых помех и автоматом сбрасывания дипольных отражателей семи кассетного варианта, а также до трёх Ту-16Т снабжённых автоматами сбрасывания четырех- кассетного варианта.

Не лучше обстояли дела в авиации других флотов. Подобное положение посчитали ненормальным и решили оборудовать 30 Ту-16Т станциями шумовых прицельно-заградительных помех. Однако из-за несвоевременной поставки аппаратуры произошла задержка и к середине 1963 г. оборудовали только 18 Ту-16Е опять таки устаревшими СПС. Основным способом их применения считалось размещение впереди боевых порядков тактических групп на временных интервалах 2-5 мин и с превышением 300-600 м. По опыту учений самолёты-постановщики сводились в группы обеспечения из трёх-четырёх самолётов, следовавших в боевом порядке "пеленг" с интервалом по фронту 1500-2000м.

Только с 1965 г. в авиацию флотов начали поступать самолёты постановщики помех Ту-16П и Ту-22П. Части приступили к их освоению. Во всё более широких масштабах стали проводиться учения по преодолению континентальной и корабельной систем ПВО с использованием средств радиоэлектронного противодействия (РЭП).

Повседневная деятельность флотов, планирование использования его сил в документах высокопарно именуется "поддержание оперативного режима". Считается, что оно не может осуществляться без наличия информации о надводной обстановке. В идеале разведка должна вестись на всю глубину оперативной деятельности флота и постоянно, но подобная задача практически неосуществима. Тем не менее, при сокращении вооружённых сил разведывательная авиация также пострадала.

Командование авиации ВМФ одобрительно относилось к привлечению самолётов и вертолётов на воздушные парады и празднества, но не всегда это заканчивалось благополучно. Трагическое событие, случившиеся 28 июля 1963 г. в авиации ТОФ, стало траурным событием для 49-го мрап.

Это произошло в день празднования ВМФ. По программе праздника боевой порядок из десяти отрядов Ту-1 6К возглавлял командир дивизии полковник А.И. Павловский. Отряд самолётов с ведущим командиром полка Антиповым проходил трибуны на высоте 40-50 м. При наборе высоты ведомый вместо того, чтобы перед входом в облачность увеличить интервал, решил его уменьшить и попал в спут- ную струю. Самолёты столкнулись в воздухе, взорвались и рухнули на о. Русский.

В последовавшем после этого приказе Министра обороны запрещалось без особой нужды привлекать авиацию на парады.

Одновременно с совершенствованием тактики нанесения ракетных ударов восстанавливались навыки применения самолётов МРА в бомбардировочном варианте. Так в августе 1 967 г. авиация ЧФ совместно с вооружёнными силами Болгарии и Румынии принимала участие в оперативно-тактичес- ком учении. В одном из эпизодов экипажи мрап авиации ЧФ наносили удар бомбами ФАБ-250.

Часто самолёты, поставляемые за рубеж, простаивали. Лётный состав терял навыки. Так к лету 1966 г. в ОАР оставалось лишь четыре командира корабля и шесть штурманов-навигаторов и операторов, которые обучались в СССР и были подготовлены к пускам ракет "КС" с самолёта Ту-16КС, но по каким-то соображениям не могли использоваться в качестве инструкторов.

Командируемым в Египет нашим представителям предстояло сформировать и подготовить к практическим пускам ещё шесть экипажей. В соответствии с программой лётчиков обучали технике взлёта на Ту-16КС с одной и двумя ракетами. На формирование и комплектование экипажей ушло некоторое время и к полётам удалось приступить только 5 сентября.

Программа в сокращённом варианте была завершена к 15 мая 1967 г.

Египетский Ту-16 КС в сопровождении пары Ми Г-21

В отчёте старшего группы советских специалистов майора Н.П. Пасечника содержались интересные выводы объективно характеризующие обучаемых. В частности он отмечает: арабские лётчики и инженеры передаваемую им технику изучают охотно, с огромным желанием, но не глубоко.

С подобным выводом можно поспорить ввиду сложности выбора критерия для определения необходимой и достаточной глубины изучения техники.

Отмечал Пасечник и недостаточно высокий уровень теоретической подготовки, плохую переносимость занятий свыше 3-4 часов. На разборах ошибок допускаемых обучаемыми, следовало проявлять высочайшую степень галантности, чтобы невзначай не обидеть самомнительных арабов. Выглядело это примерно так: господин такой- то, вы прекрасно выполнили полёт и он может послужить примером для остальных, но вы могли бы обратить внимание на небольшие неточности, устранение которых в следующем полёте сделает его неподражаемым.

Удалось установить, что арабы не любят длительных полётов, хотя и летают охотно. В организации и практических полётах ощущались существенные затруднения, вызванные отсутствием необходимых документов аналогичных нашим наставлениям по производству полётов, штурманской и инженерно-авиационной службе. Успешному обучению во многом способствовал волевой офицер – командир эскадрильи майор Ахмед Хусейн, ранее обучавшийся в СССР.

По постановлению ЦК КПСС от 25 мая 1967 г. и директивой Генштаба ОАР были проданы 2 Ту-16Р. С опознавательными знаками ОАР через Венгрию, Югославию самолёты перегнали в Египет с посадкой на аэродроме Каир-Вест. На этих самолётах за небольшим исключением оставили штатное оборудование.

На 15 июля 1967 г. планировался перелёт в Египет смешанной группы из 24 самолетов Ту-16К, 3 Ту-16СПС, 6 Бе-12, 4 Ту-16Р. Они не предполагались для передачи ОАР, а имели совершенно другую задачу. Однако по соображениям высшего порядка, перелёт не состоялся.

В конце сентября 1967 г. в соответствии с постановлением Совмина СССР от 24 января 1966 г. в ОАР направили группу черноморских лётчиков под командованием полковника А.Н. Многолета. В её состав вошли подполковники В.А. Курочкин, Е.Н. Пушкарёв и другие офицеры. Группа перегнала 6 Ту-16Т на аэродром Бени-Суэйф и приступила к работе, выполнив с арабскими лётчиками несколько контрольных полётов.

Безусловно, поставка ОАР самолётов в торпедном варианте могла вызвать только сожаление. В самолётах подобного типа необходимости не ощущалось. Правда, можно сослаться на возможность их применения в бомбардировочном варианте.

Переучивание и обучение иностранных специалистов выполнялось и в нашей стране. Были такие центры и у морской авиации. Так лётный и инженерно-технический состав ВМС Индонезии с 13 декабря 1966 г. до марта следующего года изучали самолёт Ил- 28Т и осваивал его боевое применение. Группа из 13 штурманов под командованием старшего лейтенанта Суратмана завершила лётное обучение 19 мая 1969 г. С тем, чтобы убедиться в качестве организации учебного процесса и условиями размещения обучаемых, 1 1 сентября на аэродроме Октябрьское побывал помощник военного атташе Индонезии подполковник Кунто Вибисоне. Он всем остался доволен, а также рассмотрел и утвердил программу обучения.

К концу 1968 г. усилиями авиации ВМФ было переучено 392 человека лётного и технического состава на Ту-16 и Ил-28.

РАЗВЕДЫВА ТЕЛЬНАЯ АВИАЦИЯ ВЫХОДИТ В ОКЕАН

По сложившейся традиции самолёты-разведчики создавались на базе серийных самолётов других родов авиации, отличаясь от них в лучшем случае составом оборудования и дальностью (продолжительностью полёта). С началом 1960-х годов возникла необходимость не только увеличить глубину разведки, но и объём и достоверность получаемых данных. Глубина разведки самолётами Ил-28Р и Бе-6 не превышала 800-1000 км, а возможности обнаружения надводных целей ограничивалось не очень высокими данными бортовых РЛС. Это уже не отвечало требованиям флота и МРА, перевооружившейся на самолёты Ту-16.

Это одна из причин по которой к 1963 г. самолёты-разведчики Ту-16Р, поставки которых в авиацию флотов начались в 1957г., почти повсеместно вытеснили Ил-28Р, а Бе-6 переоборудовались в противолодочные и частично списывались. Причём происходило это не сразу. Так по штатам середины 1957 г. некоторые разведывательные полки состояли из трёх разных эскадрилий: самолёты Ту-16Р, Ил-28Р и Ил- 28РТР.

На этом этапе Ту-16Р с РЛС типа РБП-4 (РБП-6), с дальностью обнаружение крупных кораблей 150-180 км, обеспечивал целеуказание и в интересах Ту-16КС, дальность пуска ракет которых не превышала 100-130 км. Разведывательное оборудование самолёта Ту-16Р включало станции FTP типа СРС-1 и СРС-3. Первая предназначалась для обнаружения и выявления основных параметров РЛС в диапазоне волн от 10 до 500 см. Все операции выполнялись вручную для чего пришлось включить в экипаж седьмого человека – спецоператора. Для него в грузовом отсеке установили подвесную гермокабину с катапультируемым вниз креслом.

Вторая станция радиотехнической разведки СРС-3 автоматическая, она фиксировала работу РЛС работающих в диапазоне от 3 до 30 см. Запись производилась на фотопленку, дешифрирование которой осуществлялось только после полёта. Контейнеэы станции СРС-3 сигарообразной формы крепились к подкрыльным пилонам.

Радиус полёта самолёта Ту-16Р при взлётном весе 75 800 кг достигал 2 500 км, если же в районе объекта разведки производилось снижение, то он естественно уменьшался. Для увеличения дальности предназначалась система заправки топливом в полёте. Одна попутная заправка увеличивала дальность полёта в среднем на 1300-1400 км.

Разведчик Ту-16Р

На Ту-16Р устанавливались ТРД типа РД-ЗМ с увеличенным ресурсом. Набор авиационных фотоаппаратов обеспечивал повышенную чёткость аэрофотоснимков. Для съемок в ночное время устанавливался специальный фотоаппарат.

Экипажи самолётов Ту-1 6Р приступили к систематическим разведывательным полётам по планам флотов, летом 1961 г. впервые в истории авиации ВМФ был выполнен полёт продолжительностью 1 1 ч.48 мин. на Северный полюс с двумя заправками в полёте экипажем майора Ф.В. Узлова. Экипажи 317 осап авиации ТОФ приступили к систематическим полётам в Тихий океан и во многом способствовали совершенствованию приёмов разведки. С заправкой в воздухе экипажи вели эпизодическую разведку подходов к Восточному побережью островов Японии для своевременного обнаружения АУГ ВМС США, следующих в ВМБ Йокосука. Первые контакты с АМГ обычно сопровождались перехватами истребителей. Решили попытаться избежать преждевременного обнаружения и на практике отрабатывать и проверять приёмы скрытного ведения воздушной разведки (с выходом на визуальный контакт под лепестком диаграммы направленности корабельных РЛС). Совершенствовались также приёмы использования бортовых средств РТР.

Сложность полётов с аэродрома Елизово состояла в том, что при резком ухудшении метеоусловий на нём экипажи оказывались в затруднительном положении, запасных аэродромов поблизости у них не было. Эта же эскадрилья, используя для базирования аэродром Анадырь, эпизодически выполняла разведывательные полёты вдоль Северного побережья Аляски.

Когда силы флота отошли от собственных берегов, а авиация стала выполнять полёты в воздушном пространстве над международными водами, возник ряд проблем, в том числе, связанных с безопасностью. Для авиации это имело особое значение.

Следовало на договорной основе с другими государствами определить порядок облёта кораблей, особенно авианосцев в период, когда на них производятся полёты, не создавать опасные инциденты, которые могут истолковываться как нападение или действия, приведшие к нежелательным последствиям.

Основания для этого имелись. Так при облёте авианосца ВМС США в Норвежском море 25 мая 1968 г. потерпел катастрофу самолёт Ту-16Р, пилотируемый майором Плиевым. Попытки штаба авиации ВМФ взвалить ответственность за катастрофу на американские палубные истребители оказались несостоятельными. Из кадров киносъёмки, представленных через посольство американской стороной следовало, что самолёт, следовавший на недопустимо малой высоте, при развороте задел консолью за воду.

Самолёты-разведчики, состоявшие на вооружении авиации ВВС и ВМФ, были дозвуковыми. Это существенный, но не вполне убедительный довод в пользу необходимости иметь разведывательные самолёты, способные развивать сверхзвуковую скорость в ущерб остальным качествам. Тем не менее в морскую авиацию поступило 45 самолётов-разведчиков Ту-22Р, разработанных на базе серийного Ту-22, который создавался, начиная с 1953 г.

Опытный самолёт "105" (главный конструктор Д. Марков) впервые поднялся в воздух 21 июня 1958 г, а 7 сентября 1959 г. был облётан прототип серийного бомбардировщика. Производство самолётов Ту-22 началось на авиационном заводе в Казани в 1960 г., на вооружение он поступил в 1962 г.

Самолёт-разведчик Ту-22Р – это моноплан со среднерасположенным крылом и однокилевым хвостовым оперением. Компоновка планера имела ряд особенностей: большая стреловидность крыла и хвостового оперения (52 и 55 град.); крепление двигателей к пилону киля; управляемый стабилизатор. В носовой заострённой части фюзеляжа, которая служила поводом для бесчисленных острот, а длительные перерывы в полётах для доработок шутники объясняли тем, что на самолётах затачиваются носы, располагалась кабина на три члена экипажа.

Штурман размещался ниже лётчика. Кроме индикаторов навигационного оборудования и бортовой РЛС в кабине штурмана устанавливался оптический синхронно-векторный прицел ОПБ-15. Непосредственно за лётчиком размещался стрелок-радист. Рабочие места членов экипажа оборудовались катапультируемыми вниз креслами К-22, практически не оставлявших им никакой надежды на спасение при покидании самолёта на малых высотах. Кресла перед посадкой членов экипажа опускались вниз, после занятия ими исходного положения поднимались в верхнее положение и стопорились.

Основным силовым элементом крыла был кессон с размещёнными в нём топливными баками.

Шасси самолёта трехопорное: спаренные управляемые колёса на передней стойке, давление в пневматиках основных колёс шасси (по четыре на каждой тележке) по 14,4 кг/кв. см., что исключало возможность эксплуатации самолёта даже с хорошо укатанных грунтовых аэродромов. К посадочным устройствам относится также тормозной парашют, состоявший из двух частей общей площадью 104 м. кв. Он размещался в контейнере и рассчитывался на применение до скорости 350 км/ч.

Управление самолётом одинарное. Его основные элементы: управляемый стабилизатор, руль направления и элероны. Некоторые системы, например, управление стабилизатором, имели многократное резервирование.

Разведчик Ту-22Р

По обеим сторонам пилона киля, примыкающих непосредственно к фюзеляжу, размещались два двигателя ВД-7М с максимальной бесфорсажной тягой 10500 кгс и на форсаже – 16 500 кгс. Топливная система самолёта состояла из 33 баков общей ёмкостью 59 000 л. Топливные баки располагались на значительных расстояниях относительно центра тяжести, что привело к необходимости введения в систему специального автомата центровки, реагирующего на дисбаланс порядка 1500 кгс. Он отключал группы, вызвавшие нарушение центровки и подключал их вновь после выравнивания.

На самолётах устанавливалось оборудование для заправки в полёте – система "Конус", которое морской авиацией не использовалось.

Разведывательное оборудование самолёта состояло из станции РТР, шести аэрофотоаппаратов различного назначения, обеспечивалась также подвеска до 22 ФОТАБ-100.

Оборонительное вооружение самолёта состояло из кормовой пушечной установки ДК-20 с электрогидравлическим приводом. В комплект вооружения входили: пушка 261 П конструкции Рихтера с темпом стрельбы 2 500-2 800 выстрелов/мин. с боезапасом 500 снарядов, радиолокационный прицел ПРС-3, телевизионный прицел ТП-1.

Максимальная скорость полёта самолёта на высоте 11 000 м на форсажном режиме при полётном весе 57 500 кг составляла 1465 км/ч, на бесфорсажном при весе 64 000 кг – 1022 км/ч, скорость отрыва – 395 км/ч; посадочная – 300 км/ч. Практическая дальность полёта самолёта с нагрузкой 3000 кг и остатком топлива после посадки 2500 кг, на крейсерской скорости 950 км/ч – 5850 км, увеличение скорости до 1300 км/ч уменьшало дальность до 2 400 км.

Потолок самолёта на максимальном режиме работы двигателей составлял 11 700 м. Длина разбега при максимальном взлётном весе 85 000кг – 1950 м, длина пробега с использованием тормозных парашютов – 2 500 м.

Несмотря на разведывательное предназначение на самолёт можно было подвесить до 9 000 кг бомб.

Освоение тяжелого недоведенного сверхзвукового самолёта представляло сложную задачу и первыми её решал лётный и инженерно-технический состав 15 одрап авиации БФ. Лидер- ная группа состояла из лётчиков, двух штурманов и четырёх операторов. Инструкторская группа инженерно-технического состава – 75 человек. Инструкторы начали изучение техники в июне 1961 г.

В апреле следующего года с поступлением самолётов началось их освоение. Предварительно на аэродроме Жуковский организовали приём зачётов и экзаменов на допуск к полётам. Перед полётами с лётчиками в течение 6-7 ч проводились тренировки на тренажёре, который обеспечивал возможность отработки навыков взлёта, пилотирования в воздухе и захода на посадку только до высоты выравнивания, что и было его существенным недостатком.

Вывозные и контрольные полёты лётчики-инструкторы производили на Ту-22У на заводском аэродроме в Казани после чего тренировались на Ту- 22Р на аэродроме Жуковский. Три лётных экипажа вылетели самостоятельно.

Переучивание лётного состава полка, вооружённого до этого самолётами Ил-28 началось 28 мая 1962 г. и завершилось в июне следующего года. Удалось выявить некоторые особенности самолёта: предполётная подготовка занимала 3-3,5 ч, предварительная до 7 ч. Безопасность полёта существенно зависела от центровки самолёта перед полётом и её следовало очень тщательно рассчитывать и контролировать, самолёт, кроме топлива, масла, жидкости АМГ-10, воздуха и др. заправлялся водой (в зимнее время с добавлением 40 % спирта) в количестве 240 л.

Лётный состав на Ту-22Р испытывал много неудобств: рабочие места следовало занимать за час до выруливания (перед первым вылетом), так как прогрев двигателей занимал порядка 30 мин (впоследствии сократился до 15, а затем до 5 мин), значительное время затрачивалось на проверку всего управления которая проводилась совместно с техником, все посадки выполнялись с тормозным парашютом и т.п.

Трудно приходилось и техническому составу: работающие двигатели издавали шум в широком диапазоне частот, что требовало при регулировании их параметров применения специальных средств защиты органов слуха и брюшной полости (для предохранения от расстройств желудка), установка на самолёт контейнера с тормозным парашютом занимала много времени. Весьма затруднительным было и техническое обслуживание самолёта, двигателей, систем. Качество самолёта оказалось таким, что его доработки производились в течение всего времени эксплуатации вплоть до списания в 1994 г. После балтийцев на Ту-22Р переучивался 30-й одрап авиации ЧФ.

Многолетний опыт эксплуатации самолётов Ту-22Р в авиации ВМФ сопровождался катастрофами, авариями и поломками. Был случай, когда по совершенно непонятным причинам самолёт взорвался в воздухе.

Можно по достоинству оценить мрачный юмор лётчиков, выполнявших полёты на этом самолёте в последние годы, когда они заявляли, что их как наиболее ценные и редкие экземпляры следует занести в "Красную книгу". Это недалеко от истины, заслуги личного состава в деле освоения так и недоделанного самолёта безусловно заслуживает уважения.

С поступлением на вооружение ракетного комплекса Ту-16К-1 6 в 1962 г. стало очевидным, что самолёт Ту-16Р не способен обеспечить для них целеуказание так как дальность обнаружения надводных целей с помощью его РЛС оказалась меньше дапьности пуска ракет КСР-2, достигавшей 180- 200 км. В связи с этим решили самолёт Ту-16Р модернизировать с целью повышения его возможностей. Проработки показали, что это не приведёт к существенным затратам.

Модернизированный в 1965 г. на ленинградском авиационном ремонтном заводе ВМФ самолёт Ту-16Р, получил обозначение Ту-16РМ-2. Испытания его проводились в 33 центре с привлечением лётных экипажей из 9 ГНИИ ВВС.

На доработанном самолёте РЛС РБП-4 (РБП-6) заменили на более совершенную Рн-1 К (как на Ту-16КСР-2) после чего дальность обнаружения крупных кораблей увеличилась со 120- 140 до 200-240 км, при этом бомбардировочное вооружение, носовую пушку и подвесную гермокабину демонтировали. Безусловно, дальность и продолжительность полёта разведывательного самолёта имеет немаловажное значение, а поскольку более экономичных двигателей промышленность так и не подготовила, то пошли по испытанному пути – увеличили заправку, установив дополнительно топливный бак на 7 000 л. Суммарная ёмкость топливной системы возросла до 51 000 л.

Ту- 16PM

Экипаж самолёта удалось сократить на одного человека. Обязанности по обслуживанию станции РТР в полёте возложили на штурмана-оператора.

Модернизированный самолёт Ту- 16РМ-2 с его оборудованием в большей степени существенно повышал возможности обеспечения в интересах частей, вооруженных комплексами Ту- 16КС, Ту-1 6К-1 6, Ту-1 6К-1 1-16. Но количество этих комплексов в морской авиации сокращалось так как на первое место выходил Ту-16К-10 с дальностью пуска ракет – 220 км, впоследствии увеличенной до 325 км причём с помощью станции ЕН крупные корабли обнаруживались на дальностях 400-450 км. И вновь возникла необходимость в более совершенном разведывательном самолёте для обеспечения ракетных комплексов Ту-16К-10СД.

Накопленный опыт свидетельствовал, что наведение и целеуказание упрощаются и достигается большее взаимопонимание если разведчик и ударные самолёты имеют РЛС с одинаковыми характеристиками. И пришли к единственно правильному в создавшихся условиях решению, требовавшему наименьших затрат, доработать самолёт-ракетоносец Ту-16К в разведывательный самолёт.

Переоборудование ракетоносца Ту- 16К означало вывод его из ударных сил. Как правило это встречало сопротивление Генерального штаба изображавшего из себя ревнителя боевых возможностей, но на деле плохо представляющего, что это такое. В конечном итоге предложение всё же одобрили и на ремпредприятиях ВМФ доработали 23 Ту-16К.

Самолёты получили обозначение Ту-16РМ-1. В данном случае буква "Р" не означает преемственность от самолёта Ту-16 Р.

При переоборудовании с самолёта сняли балочный держатель и всё оборудование для применения ракеты. В грузоотсеке установили контейнер с дополнительным мягким баком на 7 000 л. Емкость топливной системы самолёта увеличилась до 48 000 л. Радиус полёта без дозаправки достиг 3 200 км, а продолжительность -7ч 45 мин.

Поскольку самолёт Ту-16К уже имел подвесную гермокабину оператора, то её оставили, разместив в ней оборудование станции РТР.

Установленная на самолёте РЛС "ЕН-Р" обеспечивала обзор в передней полусфере 170 град., её мощность в импульсе достигала 180 квт. Дальность обнаружения крупных надводных кораблей с её помощью достигала 480 км. Станцию дополнили УВГЦ, которое позволяло выделить в ордере, авианосец, считавшийся основной боевой единицей.

Система оборонительного вооружения самолёта, также как и на Ту-16РМ-2 осталась без изменений.

Экипаж самолёта состоял из шести человек так как штурман самолёта являлся и оператором бортовой станции "ЕН-Р".

Самолёты Ту-16РМ-1 существенно повысили возможность обеспечения МРА.

Первое качество разведывательной авиации – способность в короткое время обследовать значительные по площади районы приобретало особое значение, когда командование ВМФ интересовалось организацией и ходом маневров с участием ВМС США и НАТО, принимая во внимание, что расстояние между отдельными группировками могло достигать несколько десятков миль. Особую озабоченность (у Главного штаба ВМФ) вызывала проблема раннего обнаружения и слежения за АМГ. Именно эту задачу морская авиация до поступления на её вооружение дальних разведывательных самолётов Ту-95РЦ не решала, и приходилось рассчитывать на помощь дальней авиации.

В качестве примера можно привести действия ВВС СФ, которые производили разведку и обозначали "удар" по кораблям НАТО, участвующим в маневрах "Фолекс-64".

События развивались в следующей последовательности: до выхода группировки кораблей в Норвежское море за ней вели наблюдение самолёты Ту-95 дальней авиации (координаты они получили от корабля слежения), а затем его продолжил Ту-16РМ-1. Работу корабельной РЛС экипаж самолёта Ту- 16РМ-1 обнаружил с помощью аппаратуры РТР. Направление на цель и примерное расстояние до неё экипаж передал самолётам-разведчикам Ту- 16Р и другим адресатам. На удалении от кораблей 450-460 км экипаж Ту- 16РМ-1 установил контакт с АУГ с помощью РЛС ЕН-Р. Уточненные исходные данные передавались ведущим тактических групп (доразведки, демонстративной, ударной), что обеспечивало возможность выхода на цели с заданных направлений в назначенное время.

Некоторое представление о росте возможностей Ту-16РМ-1 дает то обстоятельство, что подготовленный экипаж обеспечивал наведение на корабли одновременно пяти Ту-16Р и двух демонстративных групп самолётов- ракетоносцев. В процессе сближения тактических групп с кораблями НАТО экипаж самолёта Ту-16РМ-1 продолжал непрерывное наблюдение за кораблями, не приближаясь к ним ближе 420-430 км.

Поступление самолётов Ту-16РМ-1 в 317 осап ВВС ТОФ способствовали существенному повышению объёма получаемой информации о надводной обстановке.

К этому времени возникла необходимость – обеспечить целеуказание силам флота, на вооружение которого начали поступать противокорабельные крылатые ракеты П-6 и П-35, постановление о разработке которых принято в августе 1956 г. Первые ракеты предназначались для ПЛ, вторые – для надводных кораблей. Ракеты имели переменную траекторию. При полёте на большой высоте за ракетой велось наблюдение корабельными РЛС, вплоть до обнаружения цели ГСН. Изображение, полученное на корабле, использовалось для селекции цели и её захвата. После этого ракета переводилась на малую высоту и продолжала сближаться в режиме самонаведения. Ракеты могли применяться и в автономном режиме с отключённым телеуправлением.

Ту-95РЦ в сопровождения американского палубного истребителя F-14 "Томкэт"

Крылатые ракеты П-6 размещались на РПЛ пр. 651, 675, а П-35 вошли в состав вооружения крейсеров пр. 68 ("Грозный", "Адмирал Головко", "Адмирал Фокин", "Варяг") и кораблей пр. 1134 ("Адмирал Зозуля", "Владивосток", "Вице- адмирал Дрозд", "Севастополь" и др.).

Ракеты П-6 и П-35 имели дальность 350 км и для их применения нуждались в выдаче им информации о положении цели. Аппаратуру подобного назначения разработали, и она получила название морской радиолокационной системы целеуказания МРСЦ-1 "Успех". Мобильными элементами этой системы должны были стать дальние самолёты-разведчики Ту-95РЦ, созданные на базе самолёта Ту-95М и корабельные вертолёты Ка-25Ц.

В соответствии с постановлением Совмина СССР от 21 июля 1959 г. ОКБ -156 отвели два года на проектирование опытного образца самолёта Ту- 95РЦ. Директива МАП об установке в первом квартале 1961 г. на серийном Ту-95М № 510 бортового комплекса аппаратуры "Успех-У", разработанной киевским НИИ "Квант" вышла в марте 1960 г.

В процессе доработок с самолёта сняли бортовую РЛС "Рубидий-М", её место занял ретранслятор бортовой системы целеуказания, в фюзеляже разместили аппаратуру "Успех", нижнюю часть заняла антенна РЛС, закрытая громадным обтекателем. На концах стабилизатора установили антенны системы "Арфа". Существенно расширял возможности связи устанавливаемый на самолёте передатчик "Кристалл" с рабочим диапазоном от 3 до 24 Мгц и мощностью излучения около 3 квт. В комплексе с аппаратурой сверхбыстродействия (СБД) "Аку- ла-С", приёмником "Руль-М" и антенным устройством "Арфа" он обеспечивал ведение беспоисковой и беспод- строечной связи в направлении "самолёт-земля".

Первый этап Государственных испытаний самолёта Ту-95РЦ начался 21 сентября 1962 г. Они проводились в Жуковском, Куйбышеве, Белой Церкви, Узине и закончились в 1963 г. Несмотря на множество недоработок решили запустить самолёт в серию на заводе № 18. Второй этап испытаний, начатый в мае 1964 г. завершился в декабре того же года и включал 22 полёта общей продолжительностью 213 ч.

Новый комплекс, не лишенный недостатков, постановлением Совмина СССР от 30 мая 1966 г. принят на вооружение. Посчитали, что по основным показателям он отвечает заданным ТТТ. Серийные самолёты отличались от опытного наличием универсальной бортовой системы заправки топливом в полёте "Конус".

Самолёт Ту-95РЦ представляет собой моноплан со стреловидным крылом и четырьмя ТВД типа НК-12МВ мощностью по 15 000 э л.с. кождый.

Топливная система самолёта обеспечивала заправку 105 000 л керосина.

Самолёт обеспечивал эксплуатацию не только с БВПП, но и с грунтовых аэродромов, но длина разбега при этом увеличивалась на 15 – 20 % (при взлётном весе 179 500 кг до 2 600 м).

Экипаж из 1 1 человек размещался в двух гермокабинах. В передней находилось девять человек. Они располагали очень ограниченными возможностями по спасению. Чтобы оставить самолёт в воздухе при возникновении аварийной ситуации следовало: выпустить переднюю опору шасси, запустить эскалатор (работал от трех гидроаккумуляторов 50 с) и, используя его движущуюся ленту, покинуть самолёт через отсек передней ноги. В кормовой кабине находились оператор станции радиоразведки и командир огневых установок.

Самолёт имел впечатляющие данные: при полетном весе в 129 000 кг он мог в горизонтальном полёте развить скорость до 910 км/ч, крейсерская скорость составляла 750-770 км/ч, дальность (взлётный вес 180 000 кг, остаток топлива 5% после посадки) до 14 000 км. Такая дальность достигнута за счёт ТВД и значительного облегчения конструкции (уменьшение объёма кабины экипажа, которая из-за малой прочно-

(Прим. OCR: так в первоисточнике – очевидно в наборе выпал фрагмент текста )

Египетский Ту-16Р ведет разведку американского авианосца

остаток топлива 5% после посадки) до 14 000 км. Такая дальность достигнута за счёт "~ВД и значительного облегчения конструкции (уменьшение объёма кабины экипажа, которая из-за малой прочности не обеспечивала значительного избыточного давления на высоте, экипаж не имел катапультных кресел и др.).

Система заправки топливом в полёте типа "Конус" позволяла заправляться ог самолётов-танкеров типа ЗМ, которые имелись только в дальней авиации, что связано с организационными сложностями. Одна попутная дозаправка увеличивала дальность на 3 ООО км, общая продолжительность полёта в этом случае достигала 23-24 ч. Самолёты Ту-95РЦ с аэродромов Кольского полуострова без дополнительной заправки топливом обеспечивали обследование полосы шириной 1 800 км до рубежа о. Ньюфаундленд – Азорские острова, а с одной дозаправкой – до рубежа Бермудские – Канарские острова.

Действуя с приморских аэродромов авиации ТОФ, Ту-95РЦ могли обследовать Северную часть Тихого океана до рубежа о. Самар (Филиппины), о. Гуам, о. Лейсан (Гавайи), залив Королевы Шарлотты.

В оперативных расчётах считалось, что благодаря своим возможностям самолёты Ту-95РЦ обеспечивают обнаружение АУГ за трое-четверо суток до выхода последних на рубеж подъема палубной штурмовой авиации, что по тем временам считалось очень важным, а также при необходимости способны вести наблюдение за корабельными группировками в течение 8 ч на удалении 4 ООО км.

Комплекс унифицированной системы "Успех-У" обеспечивал максимальную дальность целеуказания кораблям и ПЛ до 800 км. Самолётная РЛС позволяла обнаружить группу кораблей на дальностях 380-420 км, одиночные корабли – 200-240 км. Группы кораблей наблюдались иногда в виде общей засветки. Если расстояния между ними, превышали 10 км, они наблюдались раздельно. Впоследствии, когда РЛС самолёта дополнили УВГЦ, разрешающая способность несколько повысилась.

Первый самолёт Ту-95РЦ поступил в 392-й одрап авиации СФ 5 ноября 1964 г. К сентябрю 1966 г. в полку числилось 10 Ту-95РЦ и такое же количество подготовленных экипажей. На самолётах производились доработки и усовершенствования. Несмотря на это экипажи успешно осваивали аппаратуру, систематически обеспечивали целеуказанием корабли в базах и в районах боевой подготовки, а в августе 1966 г. обеспечили одновременную работу трех РПЛ в Баренцевом море.

На Тихоокеанский флот в 304-й одрап, который унаследовал боевые награды и историю 567-го гвардейского мтап 89-й авиационной Сейсинской краснознаменной дивизии, расформированной в начале 1960-х годов, самолёты Ту-95РЦ начали поступать в 1965 г.

К июню 1968 г. десять экипажей 392- го одрап освоили заправку в полёте, которая в принципе оказалась ничуть не проще в сравнении с крыльевой системой самолётов Ту-16.

По-видимому, чисто в демонстративных целях 1 августа 1968 г. пара самолётов Ту-95РЦ, пилотируемых командиром полка полковником И.Ф. Гладковым и командиром эскадрильи майором А.И.Старцевым, выполнила разведывательный полёт продолжительностью 20 ч в Индийский океан с заправкой в полёте над территорией Ирана.

В 1969 г. выполнялось целеуказание РПЛ в Атлантическом океане и обеспечивались стрельбы надводных кораблей СФ в Норвежском море. В этом же году приступили к полетам на боевую службу в Атлантический океан с попутной заправкой в полёте.

Не менее успешно осваивали новую для них технику тихоокеанцы. Экипажами самолётов Ту-95РЦ 304 одрап авиации ТОФ (ведущий пары майор А.И. Игревский) 2 декабря 1966 г. удалось обнаружить атомный АВ "Энтерпрайз" ВМС США у острова Мидуэй во время его перехода в район Южного Вьетнама.

В этом полку случилась и первая катастрофа. Пара самолётов Ту-95РЦ, ведущий майор А.И. Игревский, ведомый капитан Фахтауров 20 июля 1967 г. выполняла тренировочный полёт. На самолёте ведомого, в наборе высоты отказал двигатель четвертой силовой установки. Лётчик, по-видимому, несколько растерялся, аварийный слив топлива не произвел, при выполнении разворота скорость полёта не контролировал, в результате чего самолёт потерял управляемость и свалился. Принятые по этому случаю меры по расследованию причин катастрофы оказались непонятными и труднообъяснимыми. В том, что ведомый не справился с пилотированием самолёта^ не принял меры к снижению высоты полёта, и аварийному сливу топлива, обвинили ведущего майора Игрев- ского, которого отстранили от должности командира эскадрильи и назначили с понижением. Впоследствии командующий авиацией ВМФ И.И. Бор- зов, при упоминании этой фамилии, терял самообладание и, лучше, было в это время держаться от него подальше.

В марте-апреле 1968 г. экипажи самолётов Ту-95РЦ 304-го одрап в ходе поисково-спасательной операции ТОФ выполняли поиск ПЛ К-129 в Тихом океане, связь с которой была потеряна и как впоследствии выяснилось, она погибла.

Всего с 1963 по 1968 г. на СФ и ТОФ поступило по 26 самолётов Ту-95РЦ, четыре из которых впоследствии потерпели катастрофу.

В Средиземное море, очень важном стратегическом районе, находилась 5-я эскадра кораблей ВМФ. Штаб эскадры испытывал затруднения в управлении, не имея достаточно полной информации об обстановке.

В марте 1968 г. между правительствами СССР и ОАР было подписано соглашение о размещении на территории последней авиационной группы из шести самолётов Ту-16Р авиации ВМФ для ведения разведки в интересах обеих стран.

Первоначально численность этого подразделения, получившего наименование 90-й одраэ особого назначения, определили в 170 чел. Самолёты Ту-16Р с опознавательными знаками ОАР и переводчиками на борту, изучившими правила радиообмена, соблюдая все международные правила через Венгрию и Югославию проследовали в Египет.

Местом базирования эскадрильи определили аэродром Каир-Вест, офицеров лётного и технического состава разместили в благоустроенных коттеджах с удобствами о которых они на Родине и мечтать не могли. Несколько позже штаб 90 одраэ ОН смог занять построенный недалеко от ВПП защищённый командный пункт.

Систематические разведывательные полёты позволяли получить информацию о деятельности флотов и судоходстве на значительной акватории Средиземного моря. При выполнении полётов приходилось считаться с наличием полигонов, запретных для полётов зон, воздушных трасс. Впоследствии группу пополнили самолёты Ту-16п авиации БФ и самолёты радиотехнической разведки Ан-12рр, которые обеспечили получение более полных данных об обстановке.

(Продолжение следует)

Подготовка к полету египетского Су-7БМК (77-я серия, 32-я машина). Самолет находится в укрытии заглубленного типа, выложенном плитами аэродромного покрытия

Виктор МАРКОВСКИЙ, Игорь ПРИХОДЧЕНКО

ИСТРЕБИТЕЛЬ-БОМБАРДИРОВЩИК СУ-7

(Продолжение. Начало в № 4-11/2006 г., 1-4, 6-7/2007 г.)

ЕГИПЕТ

Египет, наряду с Вьетнамом и Кубой, на протяжении десятилетий являлся одним из наиболее близких Советскому Союзу государств, служа наглядным воплощением идеи социалистического интернационализма в действии. Дружба в изрядной степени держалась на оказываемой братской арабской стране помощи, естественным образом включавшей и обширную военно- техническую поддержку, тем более что здешний «прогрессивный режим» находился в состоянии хронического конфликта с Израилем. Вражда с ним, в духе идеологической догмы, оценивалась как противостояние социализма и империализма, роль вооруженного форпоста которого отводилась еврейскому государству.

Вся картина непростых ближневосточных событий сводилась к его «разбойничьей политике» и «агрессивной сущности», жертвой чего и объявлялось «арабское освободительное движение и миролюбивые силы, ведущие упорную борьбу за установление на Ближнем Востоке справедливого и прочного мира» (цитируются высказывания советских руководителей из партийной прессы разных лет).

Почти столь же долго советско-египетская дружба ассоциировалась с именем многолетнего лидера страны Гамаль Абд-эль-Насера, пришедшего к власти после офицерского переворота и свержения королевского правления в мае 1952 года. Правда, полковник Насер был человеком, что называется, себе на уме и поначалу свои амбициозные планы по переустройству Египта и приданию ему главенствующего положения в арабском мире строил в расчете на западную поддержку. Когда те, смущенные радикализмом и националистическими устремлениями новоявленного лидера, отказали Насеру в финансировании, тот – свято место пусто не бывает – нашел всемерное понимание у советского руководства. Не помешало даже то, что в стране запрещена была коммунистическая партия, разошедшаяся с Насером во взглядах, и коммунисты сидели в тюрьмах.

В ноябре 1955 года в Египет начались поставки современного вооружения, включая и 200 боевых самолётов. Почувствовав себя в силах приступить к осуществлению планов, Насер в расчёте на пополнение казны 27 июля 1956 года объявил о национализации Суэцкого канала, отказав британцам и французам в праве совладения. Следствием явился Суэцкий кризис, в ходе которого совместные сипы Англии, Франции и примкнувшего к ним Израиля занялись «наведением порядка» с высадкой десантов и ударами с воздуха.

Дво арабских лидера, два Героя Советского Союза ~ президент Алжира Бен Белла и президент Египта Гомаль Абд-эль-Насер

Египетский Су-7БМК в камуфляже типа "нильской дельты"

Главный враг египетской авиации – перехватчики "Мираж" III СJ, составлявшие основу истребительной авиации израильтян

Более десяти заявленных побед имели на своем счету сразу несколько израильских пилотов. Жертвами истребительной авиации противника стали почти полсотни египетских Су-7, потерянных в период 1967-73 гг

Египетской авиации был учинен разгром, лишивший её 260 самолётов; спасти удалось лишь часть, перегнанную на аэродромы соседних арабских стран. Под давлением СССР и США, в кои-то веки занявших сходную позицию, коалиция была вынуждена отступить и отвести войска. Президент Насер вышел из кампании, укрепив свой политический престиж как «стойкий борец за общее дело».

Фигура Насера идеально вписывалась в тогдашние отечественные представления о «представителе прогрессивных сил современности» (напомним, что к таковым Программой КПСС относились «социалистическое содружество, рабочие и коммунистические движения в капиталистических странах и национально-освободительная борьба народов», все вместе противостоящие империализму). Заслуги Насера на этом поприще были оценены вручением ему в мае 1964 года Золотой Звезды Героя Светского Союза (поговаривали, что поводом послужила ревность египетского лидера к награждению высшей советской наградой президента Алжира Бен Белла двумя неделями раньше). За компанию звание Героя получил и сподвижник Насера, фельдмаршал египетской армии Амер.

Поскольку потери ВВС Египта были весьма ощутимы, и от его боевой авиации почти ничего не осталось, советскому партнеру пришлось в срочном порядке пополнять арсеналы поиздержавшегося союзника. Уже через полгода на параде в честь пятилетия республики над Каиром пронеслись более сотни новых истребителей и бомбардировщиков.

Дальнейшему усилению боевой мощи способствовало объединение Египта и Сирии, 1 февраля 1958 года провозгласивших создание Объединенной Арабской республики (ОАР), к которой спустя месяц присоединился и Северный Йемен. Теперь враг в лице Израиля находился между двух фронтов, а объединённое командование располагало силами трёх арабских армий. Одновременно Насер объявил о планах создания ВВС, которые по мощи должны были вчетверо превзойти авиацию противника.

Однако последующие события более всего описывались историей о лебеде, раке и щуке: каждая сторона имела свои амбиции и планы, и после череды раздоров Сирия 28 февраля 1961 года вышла из союза, что не помешало Египту сохранить за собой символически звучавшее название ОАР.

Декларируемое «арабское единство» нашло отражение и в опознавательных знаках авиации арабских стран, отношения между которыми могли варьироваться от союза до открытой вражды, но «флажки» ВВС Египта, Сирии, Ливии, Ирака и Йемена долгие годы выглядели почти идентично, сочетая зеленый цвет верности исламу, белый – чистоты помыслов, красный – свободы и черный как знак близости земле и народу, с то и дело меняющимся числом звездочек, сообразно участию или выходу из союза.

Наращивая военную мощь, Египет требовал буквально всё, что советская сторона могла предложить. ВВС получали новейшую советскую технику, от сверхзвуковых истребителей МиГ- 21, которыми к 1967 году успели укомплектовать две авиабригады, до бомбардировщиков Ил-28 и Ту-16, при масштабах местного ТВД выглядевших стратегической авиацией.

Строительству мощных ВВС способствовала развитая сеть обустроенных аэродромов, доставшихся от Британской Империи. В своё время Египет являлся основной опорой Британии в регионе и здесь была оборудована развитая инфраструктура, включая десятки авиабаз с крытыми ангарами, хранилищами горючего, подземными путями, причём иные аэродромы имели по нескольку полос, длиной до трёх километров.

В числе полученной новой техники были и Су-7БМК, причем Египет стал первой следом за союзниками по Варшавскому договору страной, начавшей получать "семерки" сразу после принятия решения о возможности их экспорта.

Первая партия из 14 только что выпущенных самолётов была доставлена морским путем в апреле 1967 года. Истребителями-бомбардировщиками была оснащена 55-я эскадрилья 1-й авиабригады. Местом их базирования определили 223-ю авиабазу в Фаиде, лежавшую на самом берегу Большого Горького озера, входящего в систему Суэцкого канала, в непосредственной близости от Синая. С ней соседствовало множество других аэродромов – излюбленный ныне туристами Синайский полуостров не всегда был курортом, а Шарм-аш-Шейх и Хургада прежде всего были известны как военные базы.

Разгром одного из аэродромов египтян на Синае. Первыми же ударами было уничтожено до сотни истребителей-бомбардировщиков МиГ-15 и МиГ-17

Под разрывами НУРСов гибнут египетские Су-7. Авиабаза Фаид, 5 июня 1967 года

В планах конфликтующих сторон Синай тогда выглядел выгодным плацдармом для подготовки и развития наступления на противника (израильский президент, а в те годы офицер военной разведки Хаим Герцог называл полуостров «идеальным для каждой из сторон трамплином при нападении»).

Полностью освоить курс боевой подготовки на новых машинах египтяне не успели – помешали начавшиеся в июне 1967 года события, во многом инспирированные той же политикой Каира. К лету дело шло к очередной войне, причем стороны отнюдь не скрывали намерений. Каирская газета «Аль- Ахрам», близкая к правительству, 21 мая хвастливо заявляла о «самом новом и современном оружии, готовом к применению», а президент Насер при посещении передовой авиабазы Бир- Гафгафа на Синае объявил офицерам: «Пусть израильская армия решится прийти, мы готовы к встрече!»

На полуострове были сосредоточены под 100 тысяч египетских солдат. Охваченные энтузиазмом близкой победы арабские соседи обещали Насеру поддержку, и египтяне потребовали вывода с Синая разделявших стороны войска ООН.

22 мая Насер объявил о блокаде израильских портов на Красном море, создав casus belli с поводом Израилю для ответных действий.

Оставшуюся неделю арабские газеты и радио трубили о скорой войне и поражении евреев, ибо соотношение сил и боевой потенциал их армий гарантировали несомненную победу. Каирское радио устами любимого диктора Насера Ахмеда Сайда неистовствовало: «Для Израиля у нас есть только война, настоящая война! Мы хотим уничтожить миф о том, что у Израиля есть будущее! Израиль будет уничтожен!» Только авиация арабских стран насчитывала под 800 боевых самолетов против 400, которыми располагал Израиль. Но те успели раньше…

Удару израильтян предшествовали тщательная оперативная подготовка и разведка. Используя все средства сбора информации, они имели точное представление о положении на арабских аэродромах, числе и типах самолётов, состоянии ПВО и наличии ложных целей, распорядке дня на авиабазах.

По словам командующего израильских ВВС генерал-майора Хода, «мы знали, когда противник делает вдох, и когда – выдох». Если в словах генерала и было преувеличение, то небольшое: относительно имевшихся Су-7 израильской разведкой называлось количество в 15 машин, с отступлением от действительного числа, укладывающимся в «статистическую погрешность». В этом свете появлявшуюся информацию о нахождении Су-7 на синайских аэродромах Бир-Гафгафа и Бир-Темада вряд ли можно отнести на счет того, что «у страха глаза велики» и израильтянам арабские самолёты мерещились повсюду. По всей видимости, речь шла об отработке египетским командованием перебазирования ударной авиации и освоении ею передовых баз на Синае, в непосредственной близости от целей, где Насер и произносил свои зажигательные речи.

Аэродром истребителей-бомбардировщиков в Фаиде стал одной из первоочередных целей, на которые утром 5 июня 1967 года обрушились атаки израильской авиации. Время первого удара, назначенное на 8 ч. 45 мин. по местному времени, было выбрано с таким расчетом: нападение с наибольшей вероятностью ожидалось на рассвете, а к этому часу патрульные истребители арабов возвращались домой, снижалась и бдительность зенитчиков, направлявшихся на традиционное чаепитие, в то время как старшие офицеры прибывали на службу попозже и в это время ещё находились в пути. Рассеивалась и утренняя дымка над целями, делая видимость идеальной.

Первым же ударом на аэродроме была выведена из строя ВПП и атакованы стоявшие на земле истребители, после чего израильские штурмовики взялись за стоянки и ангары. Задачу атакующим упрощало то, что самолёты были выставлены на стоянках открыто, ровными рядами, словно для парада, а вся защита, если и была, состояла из противоосколочных щитов между отдельными машинами.

На пустынной равнине блестящие серебром самолёты, будто приманка, становились заметными за много километров и аэродром напоминал учебный полигон с рядами мишеней (справедливости ради, надо сказать, что подобным же образом тогда выглядели и авиабазы «продвинутых» авиационных держав, где достаточной мерой защиты, в лучшем случае, предусматривалось рассредоточение техники). Однако ожидавшие войны египтяне с удивительной беспечностью пренебрегали и этим средством, предоставив нападающим возможность «косить» ряды самолётов, уничтожая те по нескольку в одном заходе.

Горящая техника на одном из египетских аэродромов. На переднем плане – уцелевший МиГ-21 ПФ. Снимок сделан с заходящего в очередную атаку израильского самолета утром 5 июня 1967 года

Египтяне, правда, занимались сооружением ложных целей, но при вездесущей агентурной разведке израильтян ввести тех в заблуждение не удалось, и на макеты даже не тратились боеприпасы.

Что касается зенитчиков, на некоторых аэродромах сумевших причинить нападавшим определённый ущерб, то ПВО Фаида оказалась не на высоте: единственный потерянный здесь израильский «Супер Мистер» был задет осколками собственных бомб и упал в пустыне, а его летчик сумел избежать плена.

Немногим лучше обстояли дела и на других египетских аэродромах: тремя последовательными налетами из строя вывели 19 авиабаз на Синае, вокруг Каира и в долине Нила, где были уничтожены 309 самолётов (приведены официально называемые израильской стороной данные, египтяне собственные цифры о потерях в войне 1967 года никогда не обнародовали).

Повторные удары по Фаиду не производились: израильтяне были удовлетворены учинённым разгромом, и в последующие дни их авиация переключилась на поддержку наступления на Синае. Благодаря этому несколько уцелевших и незначительно повреждённых Су-7БМК удалось ввести в строй.

На других аэродромах также спешно приводили в боеготовое состояние немногие пригодные машины. Невосполнимой была потеря 70 лётчиков, погибших прямо на аэродромах, ещё около 200 вышли из строя с ранениями.

Слабым утешением было то, что уцелело высшее командование египетских вооруженных сил – фельдмаршал Абдель Хаким Амер и командующий ВВС генерал Сидки пережили нападение, вылетев для инспекции частей и находясь в воздухе на борту пассажирского самолета. Сидки за допущенные просчеты был снят с должности, а главнокомандующий Амер, ближайший соратник Насера, в ожидании неминуемого суда за разгром армии покончил жизнь самоубийством.

Утром следующего дня пара Су-7БМК вылетела для удара по Эль-Аришу, где у средиземноморского побережья развернулись танковые бои с наступающей 7-й бригадой израильтян. Место и время были выбраны очень удачно – на дороге у Эль-Ариша образовалось скопище машин противника, готовившихся к маршу. Танкисты занимались их заправкой и погрузкой боеприпасов, тут же находилось и командование бригады.

Однако уже на подходе к цели оба Су-7БМК были перехвачены прикрывающими тех «Миражами» и сбиты прямо над головами сгрудившихся у своих машин израильтян. Не успев сбросить бомбы, оба самолёта были подожжены и упали неподалёку.

О царившей неразберихе говорит случившееся спустя несколько часов: шестерка алжирских МиГ-21, направлявшаяся на помощь союзнику, не предполагая, что аэродром Эль-Ариша ещё ночью взят противником, села на его полосу, и тут же стала трофеем израильтян.

На этом аэродроме также были захвачены большие склады боеприпасов, пошедших в дело, и запасы продовольствия и прочего имущества, тут же разграбленные израильскими солдатами (любопытная деталь: нескольких любителей «военного гешефта» начальству пришлось арестовать за мародерство).

Судя по отдаваемым командам, и сам президент Насер до самого вечера первого дня войны не представлял себе масштабов постигшей ВВС катастрофы. Египетские газеты и радио первые дни восторженно сообщали о блестящих победах арабского оружия, словно соревнуясь в реляциях о множившихся ударах по израильским городам, массированных бомбардировках Тель-Авива и полыхающей Хайфе.

«Шестидневная война» завершилась к субботе 10 июня с разгромным счётом – только потери авиации арабов вдесятеро превышали израильские. Что касается египетских Су-7БМК, то приводимые различными источниками данные об их потерях сходятся на уничтожении практически всех машин в первые же сутки конфликта, хотя и разнятся в деталях.

Так, в записках X. Герцога говорится об уничтожении 12 «Су-седьмых» на земле при первом ударе, в то время как официальные данные израильских ВВС относят пять Су-7 только на счет воздушных побед своих истребителей.

В более поздних публикациях к 30- летию событий всплыло упоминание о том, что и одному пилоту Су-7БМК по имени Хамис удалось, в свою очередь, сбить «Мираж» в воздушном бою, достоверность которого остается на совести авторов, не приводящих ни даты, ни обстоятельств события (в перечне 48 потерянных израильтянами машин действительно числится один «Мираж» лётчика Одида Саги, не вернувшегося с задания 6 июня 1967 года при невыясненных обстоятельствах, что даёт поводы для самых разнообразных предположений, однако никаких подтверждений им не найдено). Сродни им и кочующая по околоавиационной литературе история об израильском вертолете S-58, сбитом в тот же день египтянином на Су-7БМК «при помощи ракет К-13» (!).

Для спешного восполнения потерь арабских стран был налажен «воздушный мост» из СССР и стран Восточной Европы, с помощью которого в Египет, Сирию, Алжир и Ирак были доставлены, помимо прочих военных грузов, 390 боевых самолётов.

Авиатехника, уничтоженная почти «под корень», являлась предметом первоочередных поставок, для чего с помощью ВТА самолёты перебрасывались прямо из воинских частей.

Прежде всего, доставлялись истребители МиГ-17 и МиГ-21, способные выполнять кок собственно истребительные, ток и ударные задачи, да и более подходящие по авиатранспортабельности на основных тогда транспортниках Ан-12. Су-7 для Ан-12 были слишком объёмистым грузом, а сборка в полевых условиях расстыкованного на множество частей самолёта была трудно разрешимой задачей, из-за чего их доставку пришлось осуществлять морским путем в последующие месяцы.

Египетская "спарка" Су-7УМК (79-я серия, 3-я машина) на авиабазе Бильбейс, служившей центром подготовки арабской ИБА

Тем не менее, колоссальным напряжением сил боеспособность египетских ВВС удалось восстановить до приемлемого уровня, и к концу 1967 года они располагали уже сотней боевых машин.

В производственных планах Комсомольского авиазавода большинство продукции этого года составляли истребители-бомбардировщики экспортного заказа: в 1967 году была сдана сотня Су-7БМК, в следующем году – 110 самолётов, в 1969 – 102 машины.

Одновременно было принято решение о более широком привлечении советских военных советников и специалистов, прежде находившихся при египетских вооруженных силах в крайне ограниченном количестве.

Советскую советническую группу возглавлял маршал Советского Союза М. В. Захаров, будущий начальник советского Генштаба (присутствие в советнической должности офицера такого уровня само по себе было беспрецедентным), а затем генерал армии П.Н. Лащенко. К слову, в конце 1967 года специальным приказом МО СССР были чётко определены понятия «военный советник» и «консультант», согласно которому в обязанности первых входило обеспечение боеготовности части и соединения по условиям военного времени, а также помощь в организации и ведении боевых действий, за которые он нёс ответственность вместе с подсоветным; консультант же выступал специалистом с узкопрофессиональными обязанностями, как правило, технического толка.

Прикомандированную к ИБА группу советников и инструкторов возглавил инспектор боевой подготовки ис- требительно-бомбардировочной авиации 5-й ВА (Одесский военный округ) подполковник Б. Павлов.

Правда, если с организационными вопросами в отношении ВВС, теорией и практикой лётного дела советники, по мере сил, справлялись, то в отношении боевой подготовки им определённо не доставало реального боевого опыта, а о новинках тактики и оперативного искусства представление было чисто теоретическим, на примере тех же ближневосточных конфликтов и вьетнамской войны, что не могло не создавать определенных трений с местными офицерами, прочувствовавшими эти новшества, что называется, на своей шкуре.

В отношении ударной авиации курс боевой подготовки оставлял желать лучшего, отставая по многим направлениям – от освоения маловысотных полетов, скрытности действий, боевого маневрирования и тактики преодоления ПВО до использования высокоточного оружия самолетами фронтовой авиации, о чем представление и вовсе сводилось к публикациям в популярной литературе.

Бригадный генерал Куадри аль-Хамид, летавший на МиГ-21 и участвовавший в войне 1967 года, так характеризовал ситуацию: «Русские учили нас, не имея толком представления о реальной тактике. Мы тренировались в полётах на двух скоростях звука и пилотировании ночью, но ничего из этого не пригодилось в боях 1967 года. Многие навыки пришлось оставить за бортом. Нас обучали по одним методикам, но кое-кто другой рядом выбрал совсем иной путь» (имелся в виду Израиль, который упорно не хотели даже упоминать, и даже на картах к северу значились некие безымянные территории).

В этом отношении пребывание в воюющих странах, где авиация вела реальные боевые действия, приносило обоюдную пользу, и советникам ставилась задача – не только обеспечивать боеспособность «подсоветных» частей, но и брать на заметку и обобщать боевой опыт и анализировать конкретные тактические примеры.

Что касается информационного аспекта, то непосредственное присутствие в ходе боевых действий предоставляло советникам возможность более объективного (или, если угодно, субъективного – всё же документы пишут люди) освещения событий на ближневосточном ТВД, поскольку ни сводки противоборствующих сторон, полные пропагандистских преувеличений, ни пересказывающие друг друга информационные агентства, доверия не вызывали.

Версии событий, преподносимые официальными лицами, и вовсе иной раз находились на уровне «игры разума»: оправдывая потери в «шестидневной войне», Насер объявил, что нападение предпринималось с участием американской авиации и в нем участвовали 1500 вражеских самолетов – вдвое больше, чем своих. Телефонируя иорданскому королю Хуссейну и убеждая того вступить в войну, он говорил о близкой победе, массе сбитых израильских самолетов и уже несущихся к Тель-Авиву египетских танках!

Израильтяне, в свою очередь, называли все множащиеся цифры причиняемого противнику ущерба, расходившиеся в сводках раза в полтора, завися от азарта вернувшихся из боя лётчиков и потребности в поддержании боевого духа новыми победами.

По советскому образцу было сформировано отдельное от ПВО командование ВВС, руководителем которых был назначен генерал Шалаби аль- Хиннави (в 50-е годы, будучи комэска, он в числе первых освоил только что полученные МиГ-15).

Спустя год по окончании «шестидневной войны» пополнившая силы египетская авиация насчитывала уже полсотни Су-7БМК и «спарок».

Помимо "реанимированной" 55-й эскадрильи, вновь поступающими истребителями-бомбардировщиками были оснащены 202-я и 204-я авиабригады египетской ИБА на авиабазе Бильбейс. Здесь же велась подготовка арабских летчиков для ИБА, проводившаяся с участием советских инструкторов.

Помимо теоретических дисциплин, основ тактики и боевого применения, летчики проходили курс практических занятий по технике пилотирования, групповой слетанности, освоение боевых маневров, стрельбе и бомбометанию с объемом 58-60 летных часов. Полный же курс боевой подготовки, после которого летчик считался «натасканным» для включения в боевой расчет, занимал 150-170 летных часов и велась весьма интенсивно, существенно превосходя принятые в отечественных ВВС нормативы ввода в строй.

Занятие противником Синайского полуострова обеспечило ему немалые оперативные преимущества: на бывших египетских авиабазах были оборудованы передовые аэродромы, используемые для размещения дежурных подразделений и, при необходимости, развертывания и наращивания авиационных сил в непосредственной близости от египетской территории. В их числе были Бир-Гафгафа и известный ныне всякому курортнику Шарм-аш-Шейх, получивший еврейское наименование Офир. Тут же были размещены радиолокационные посты, при равнинном характере местности позволявшие просматривать воздушное пространство над Суэцким каналом и в глубине Египта, контролируя действия арабской авиации.

Существенно укрепили израильские ВВС начавшиеся под конец 1967 года поставки авиатехники из США (это стоило долгих уговоров – за все прежние годы от «американских ястребов» израильтянам не перепало и патрона).

Первые же попытки египтян «прощупать ситуацию» подтвердили сложность положения. 11 июля 1967 года при вылете на Синай был потерян Су- 7БМК, причем израильские перехватчики встретили ударную группу и сбили его прямо над каналом, не дав углубиться в «запретную зону».

Эпизодические стычки и воздушные бои продолжались и в дальнейшем; поводом служили вылеты египетской авиации на разведку и, при возможности, атаку выявленных вражеских объектов на Синае.

Замечательная история имела место в сентябре 1968 года, когда Су- 7БМК, пилотируемый капитаном Хуссейном Иззатом, при вылете на фоторазведку восточной зоны канала был встречен дежурным звеном «Миражей». Все выпущенные по нему ракеты прошли мимо – Иззат успешно избегал попаданий, маневрируя на малой высоте, где их головки самонаведения теряли цель на фоне земли. Последующие атаки «Миражей» пушечным огнём тоже не имели успеха, арабский лётчик успешно уклонялся на своей тяжёлой машине и, улучив момент, на форсаже сумел оторваться от преследователей. После этого Иззат был отмечен высшей наградой республики.

Египетский Су-7БМК под огнем израильского истребителя (кадры фотопулемета). Поражение самолета приводит к взрыву топливных боков и пожару двигателя

Время ударной авиации египтян пришло весной следующего года: располагая уже немалыми силами, Насер 21 марта 1969 года объявил о начале войны «на истощение» Израиля («хат-таш»), которая должна была измотать противника непрерывной чередой авиационных и артиллерийских ударов, лишить его ресурсов и завершиться блистательным наступлением и освобождением захваченных земель (а в перспективе – и «окончательным решением» еврейского вопроса). Больше года стороны занимались обменом ударами, соревнуясь в привлечении все больших сил и новых тактических приемов, с нанесением противнику возможно большего ущерба и производимого эффекта.

2 апреля 1969 года в воздушном бою над Синаем были сбиты два Су- 7БМК. При израильском превосходстве в воздухе и контроле воздушного пространства задачи истребительно-бомбардировочной авиации вообще нелегко было осуществить, а при встрече с истребителями противника, оснащенными радиолокационными прицелами, управляемыми ракетами и действующими в своём «информационном поле», те и вовсе оказывались в заведомо более выгодном положении. Арабские летчики, чьи машины не имели ни того, ни другого, могли рассчитывать только на предупреждение от станции "Сирена-2", сигнализирующей о близкой работе РЛС вражеских истребителей (и то, только со стороны хвоста), визуальное обнаружение перехватчиков и, если позволяла возможность, предпочитали уходить на скорости на свою строну.

Очередным ходом израильтян, призванным обеспечить перевес, стала серия ударов по египетской ПВО на западной стороне канала. Вывод из строя арабского пояса ПВО открывал им свободу действий, позволяя почти безнаказанно орудовать над густонаселенной Нильской дельтой, где сосредоточена была большая часть египетских промышленных и военных объектов.

Отвечая на массированный налёт 19 июля 1969 года – первый по окончании «шестидневной войны» – египтяне подняли в воздух всё, что было под рукой и сумели сбить несколько самолётов противника. В ответных атаках по целям за каналом, по израильским данным, были потеряны два Су- 7БМК, сбитых «Миражами».

Приняв решение «наказать противника» за бомбёжки, арабское командование приступило к осуществлению плана ударов по израильским объектам. С учётом оперативной обстановки цели благоразумно назначались в зоне вдоль канала, где ударная авиация обладала большей свободой действий, могла рассчитывать на истребительное прикрытие и, при случае, имела возможность выйти из боя уходом на свою сторону (по опыту уже было известно, что вылеты на объекты в глубине Синая будут подобны попытке залезть в муравейник).

Основными целями назначались сосредоточения живой силы и техники, позиции зенитной артиллерии, РЛС и зенитные батареи «Хок», прикрывающие места расположения израильских войск. Аэродромы противника, лежащие в глубине полуострова и прикрытые ПВО, в число целей не включались – слишком очевиден был риск и мала ожидаемая эффективность; на этих базах, служивших передовыми аэродромами, в обычное время находились только небольшие дежурные подразделения, основная же масса авиации противника размещалась на авиабазах в Израиле.

Уроки прошедшей войны пошли впрок, и обе стороны позаботились о защите своих аэродромов не только силами ПВО, но и оборудовали на стоянках железобетонные укрытия для техники.

Уделяя живучести аэродромов должное внимание, израильтяне уже летом 1967 года располагали многосекционными убежищами общей вместимостью 225 самолетов; на синайских авиабазах были сооружены железобетонные укрытия арочного типа, обеспечивавшие размещение до трёх эскадрилий.

Арабы предпочитали строить заглубленные убежища, отрываемые ниже уровня земли и облицованные бетонными плитами, но часть стоянок получила и более внушительные «душмы» – укрытия, перекрытые сверху бетонными сводами и засыпанные многометровым слоем земли.

(Продолжение следует)

«СНЕКМА», «САЖЕМ» И ДРУГИЕ

Виктор БЕЛЯЕВ

Самолет ATR42-500

В конце мая – начале июня 2007 г. по любезному приглашению руководства французской группы «Сафран» на ее предприятиях побывала внушительная делегация российских журналистов. Перед организаторами поездки стояла цель не только ознакомить представителей прессы с последними достижениями группы «Сафран» в авиационно-космической области, но и через журналистов обратиться к руководству российской авиационно-космической отрасли с предложениями по расширению сотрудничества. Не случайно в центре внимания были программы разработки российского регионального самолета «Суперджет» 100 и его двигателей SaM-146.

Для начала расскажем о группе «Сафран». Ей от роду всего два года. Образовалась она в мае 2005 г. в результате объединения двигателестроительной фирмы «Снекма» (одной из ведущих в мире) и многопрофильной фирмы «Сажем», занимающейся электроникой, связью, беспилотными летательными аппаратами (БПЛА) и т. д. По данным за 2006 г., торговый оборот группы превысил 1 1,3 млрд. евро. На предприятиях группы, разбросанных в более чем 30 странах, работают более 61400 сотрудников. В Европе находится 54% производственных мощностей «Сафрана». Основными сферами деятельности группы являются авиационные и космические двигатели, авиационное оборудование, оборона и безопасность, средства связи и коммуникации. Группа «Сафран» является акционерным образованием: государство располагает 30,8% капитала, 40,1% – публичный капитал, 20% – акций, а непосредственно в собственности группы находится всего 1,7% капитала. Остальные 7,4% капитала связаны с ядерными технологиями.

В первый день визита делегацию журналистов принимали в парижской штаб-квартире «Сафрана». С обзором о деятельности группы выступил заместитель генерального директора по авиационно-космическим силовым установкам Марк Вантр. Сообщение было достаточно подробным. Из него стало ясно, что двигателестроением занимаются фирмы «Снекма» (ТРДЦ для гражданских и военных самолетов), «Турбомека» (вертолетные ГТД), «Микротюрбо» (малоразмерные двигатели для БПЛА, управляемых ракет и ВСУ), «Снекма Сервис» (техническое обслуживание и ремонт), «Снекма Пропульсьон Солид» (твердотопливные двигатели). В Бельгии находится филиал «Техспейс Аэро», также занимающийся двигателями.

Под авиакосмическим оборудованием подразумеваются гондолы ТРДД и реверсеры тяги (фирмы «Эрсель» «Испано-Сюиза» и «Лабиналь»), кондиционеры и вентиляторы («Технофэн»), шасси и тормоза («Месье-Даути» и «Месье-Бугатти»), Оборонная деятельность сосредоточена на различных предприятиях фирмы «Сажем Дифанс Секьюрите». Это ~ БПЛА, высокотехнологичная оптика, авионика, прицельные системы, различные терминалы, биометрия и др. «Сажем» также занимается коммуникационными системами высокой и сверхвысокой пропускной способностью. Согласно самой свежей информации, с июля 2007 г. отвечать за разработку и производство БПЛА, оптоэлектронных систем и высокоточной оптики будет подразделение «Сажем Оптроник э Дифанс», а за авионику и навигационные системы – «Сажем Авионик».

По словам М. Вантра, группа «Сафран» занимает первые места в мире по производству двигателей для пассажирских самолетов с числом мест более 100 (в сотрудничестве 50:50 с американской фирмой «Дженерал Электрик», с которой образовано совместное предприятие «CFM Интернешнл»), вертолетных ГТД, космической оптике и системам биометрии по отпечаткам пальцев. Она является лидером в Европе в области инерциальной навигации, оптоэлектронных систем, БПЛА, тактических крылатых ракет. Группа «Сафран» стоит на втором месте в мире по производству ЖРД и РДТТ для ракет различного назначения. Она также находится в числе ведущих мировых компаний по выпуску двигателей для военных самолетов, систем управления вертолетами, авиационного электрооборудования и т. д.

О сотрудничестве группы «Сафран» с Россией рассказал глава ее российского представительства Патрик Барракан. Следует сказать, что сотрудничество делало свои первые шаги еще в начале XIX века, когда французская фирма «Гном-Рон» стала поставлять в Россию самолетные двигатели. В дальнейшем эта фирма прошла долгий и трудный путь, превратившись в «Снекму».

Еще в 1989 г. фирма «Снекма» обратила внимание на существовавший в то время Советский Союз, посчитав его стратегически важным партнером. Эксперты «Снекмы» сделали вывод, что в советской авиационно-космической отрасли работают высококвалифицированные специалисты, а сама отрасль обладает огромным научно-техническим потенциалом. На основе этого анализа в 1990 г. фирма SEP (филиал «Снекмы» по ракетным двигателям) приступила к совместным работам с некоторыми советскими НИИ и заводами, а в 1991 г. уже сама «Снекма» открывает в Москве свое представительство, которое в 2005 г. преобразуется в представительство группы «Сафран».

Заместитель генерального директора группы «Сафран» по авиационно- космическим силовым установкам Марк Вантр

Сборочная линия двигателей CFM56 на заводе в Вильяроше

Сборка «французской» части двигателя SaM-146

В 1993 г. появились конкретные результаты. Специалисты SEP и российского ОКБ «Факел» начали совместную разработку плазменных двигателей для искусственных спутников, а «Снекма» подписала первые «титановые» контракты с ВСМПО. В 1994 г. на истребителях российского производства, предназначенных на экспорт, стали устанавливаться инерциальные навигационные системы фирмы «Сажем».

Наиболее плодотворным оказалось сотрудничество в области авиационных двигателей. В первой половине 1990-х годов в России началась разработка учебно-тренировочного самолета МиГ-АТ, который рассматривался в качестве экспортного товара. С целью улучшения экспортной привлекательности было решено оснащать самолеты зарубежными двигателями. Выбор пал на двигатель Снекма «Ларзак». В 1994 французская фирма передала России двигатели «Ларзак», которые были установлены на первый опытный самолет МиГ-АТ. В 1995 г. «Снекма» и НПО «Сатурн» подписали соглашение о производстве в России некоторых деталей для двигателей семейства CFM56. Спустя два года «Турбомека» и фирма «Камов» достигли соглашения по оснащению многоцелевых вертолетов Ка-226 двигателями «Арриус». Наконец, в 2001 г. «Снекма» и «Сатурн» приступили к проработке двигателя для регионального самолета RRJ («Суперджет» 100). Результатом исследований стал ТРДД SaM-146. Более того, компания «Гражданские самолеты Сухого» выбрала для «Су- перджета» шасси производства фирмы «Месье-Даути».

После образования группы «Сафран» основными направлениями ее деятельности в России являются:

разработка, испытания и совместное производство двигателей SaM-146 (созданы совместные производственные структуры «Пауэр Джет», «ВолгАэро», «Полуево Инвест» и ООО «Сенко»);

продажа двигателей CFM56 и их сервисное обслуживание;

сотрудничество по разработке вертолетных ГТД с ОАО «Завод им. Климова» и ОАО «Камов»;

формирование конструкторского бюро «Смартек» в Москве и его филиала в Самаре;

производство смарт-карт в Зеленограде.

На следующий день нашего визита началась напряженная работа, связанная с посещением предприятий группы «Сафран». Сначала было организовано посещение завода фирмы «Снекма» в Вильяроше (недалеко от Парижа). Презентацию «Снекмы» провели ее вице-президент и генеральный директор по гражданским двигателям Жан-Пьер Кожан и генеральный директор по военным двигателям Ксавье Сау д'Изари. По словам Ж.-П.Кожана, в 2006 г. оборот фирмы составил 3,44 млрд. евро. Фирма «Снекма» имеет три структурных подразделения, занимающиеся выпуском гражданских, военных и ракетных двигателей. Доля гражданских двигателей составляет 78%, а военных – 13%. В настоящее время в мире эксплуатируется свыше 16500 ТРДД семейства CFM56, которые используются на магистральных самолетах Эрбас A318, A319, А320, А321, А340 и на семействе самолетов Боинг 737 (начиная от модели 737-30 и кончая вариантом 737-900), а также на самолетах-заправщиках Боинг КС-135 и самолетах ДРЛОУ Боинг Е-3.

Двигатели CFM56 имеют тягу от 9 до 11 тс. В их производстве принимает участие американская фирма «Дженерал Электроик». С этой фирмой у французов довольно тесные отношения. Они участвуют в выпуске ТРДД CF8-80 (доля участия 23%), GE90 (около 20%) и GP7200 (10%). Эти двигатели тягой от 22 до 50 тс используются на широкофюзеляжных авиалайнерах Боинг 767 и 777, Эрбас АЗЗО и А380.

Для истребителей Дассо Авиасьон «Мираж» 2000 производятся двигатели М53, а для современных многоцелевых истребителей «Рафаль» – ТРДДФ М88-2. Для учебно-тренировочных самолетов «Альфа Джет» выпускался двигатель «Ларзак».

В настоящее время фирма «Снекма» участвует в европейском консорциуме «Европроп», занимающимся разработкой самого мощного в Европе турбовинтового двигателя TP400-D6 для военно-транспортного самолета Эрбас А400М. К середине 2007 г. было построено более 1600 военных «движков». Что касается ТВД TP400-D6, то их планируется построить более 900.

В своем выступлении Ж.-П. Кожан отметил, что в настоящее время в России и странах СНГ эксплуатируется более 400 двигателей CFM56. Но основные надежды «Снекма» связывает с ТРДД SaM-146, предназначенным для регионального самолета «Суперджет» 100.

Не будем затрагивать программу разработки этого самолета, это тема отдельного разговора. Затронем только ту часть проекта, которая связана с его силовой установкой. Похоже, что создание SaM-146 является единственной составляющей проекта самолета «Суперджет» 100, которая не вызывает особого беспокойства.

Двигатель «Силверкрест»

Двигатель SaM-146

Система реверса тяги для административного самолета Бомбардье «Челленджер» 605

Вертолетный ГТД «Ариэль»

Как сообщил Жан-Пьер Кожан, ТРДД SaM-146 является первым в мире двигателем, специально разрабатываемым для регионального самолета. В результате он будет обладать неоспоримыми преимуществами по отношению к конкурентам. SaM-146 более экономичен, имеет меньший уровень шума и обладает существенно сниженной эмиссией вредных веществ. За счет упрощения конструкции и уменьшения количества деталей стоимость его технического обслуживания будет заметно уменьшена. Двигатель имеет достаточно широкий диапазон тяги – от 6350 до 7950 кгс. В настоящее время этот двигатель может использоваться на двух вариантах регионального самолета, рассчитанных на 75 и 95 мест. Во время стендовых испытаний была получена тяга более 8100 кгс. Это дает надежду на то, что SaM-146 можно будет устанавливать и на 110-местные самолеты.

На испытательном стенде на заводе НПО «Сатурн» завершены испытания двух опытных экземпляров двигателей, которые отработали 260 ч (180 запусков). В ходе испытаний подтвердились все заявленные характеристики и правильность выбранных технических решений. Теперь эти ТРДД разбираются для тщательных исследований.

В июне текущего года должны были начаться испытания третьего опытного образца ТРДД SaM-146 на открытом акустическом стенде под Рыбинском, совместно созданном НПО «Сатурн» и «Снекмой». Эта установка уникальна в своем роде, до сих пор в мире было только три подобных стенда в США и Европе. Испытания на новом стенде необходимы для сертификации SaM-146 по международным стандартам. Этот же двигатель с июля 2007 г. продолжит испытания на летающей лаборатории Ил-76ЛЛ. Сначала полеты будут проходить в ЛИИ им. Громова, а затем лаборатория перелетит во Францию в летно-испытательный центр в Истр, где пройдет основная программа испытаний. Ж.П. Кожан выразил уверенность, что самолет Ил-76ЛЛ с двигателем SaM-146 будет демонстрироваться на выставке МАКС-2007.

Кроме 8 двигателей, предназначенных для испытаний (из которых один будет летать на Ил-76ЛЛ), будет собрано 10 летных образцов, их установят на четыре опытных самолета «Суперджет» 100, первый из которых должен полететь осенью 2007 г. (два двигателя будут запасными). Фирма «Снекма» заявила, что все летные ТРДД будут отправлены в Россию до конца 2007 г. Сейчас в цехах заводе в Вильяроше завершается изготовление французской части второго летного двигателя. Первый в начале мая был отправлен в Россию для окончательной сборки на СП «ВолгАэро». Изготовление двигателей SaM-146 предусматривает разделение ответственности между «Снекмой» и НПО «Сатурн». Во Франции занимаются производством газогенератора, системы управления и трансмиссии, которые в собранном комплекте доставляются в Россию. На СП «ВолгАэро» собирают вентилятор, компрессор и турбину низкого давления и завершают окончательную сборку двигателя.

Фирма «Снекма» работает и над перспективными двигателями. Для будущих административных самолетов создается ТРДД «Силверкрест». Предполагается, что появится семейство двигателей тягой 3600 – 5000 кгс. В конструкции ТРДД будет применяться наиболее передовые технологии, которые позволят не только значительно улучшить его экономичность на 15%, но и существенно сократить (на 50%) эмиссию окислов азота и углекислого газа. По уровню шума «Силверкрест» будет на 25 дБ лучше требований главы 3 ИКАО. До конца 2007 г. «Снекма» планирует окончательно определиться с конструкцией ТРДД, в 2008 г. приступить к его проектированию и в 2010 г. сертифицировать.

На фирме начались предварительные работы по созданию ТРДД нового поколения, предназначенных для будущих пассажирских самолетов в классе на 150 – 170 мест, которые после 2015 г. станут приходить на смену популярным сейчас семействам самолетов Эрбас А320 и Боинг 737.

После посещения завода в Вильяроше и центра по обучению специалистов по ремонту и обслуживанию двигателей в Монтрё был организован перелет пресс-группы из Парижа на север Франции в Нант. Для этой цели группа «Сафран» арендовала самолет ATR42-500. Там состоялось знакомство с фирмой «Эрсель», где изготовляются гондолы для двигателей и системы реверса тяги для пассажирских самолетов Эрбас А320, А340, А380, Боинг 747 и 767, Эмбраер ERJ- 145 и Е-170/190, административных самолетов Бомбардье «Глоубал Экспресс» и «Челленджер» 600, Дассо Авиасьон «Фалькон» 7Х, Гольфстрим Аэроспейс G500/G550. Ежемесячно с завода уходит 100 различных гондол. На заводе фирмы «Эрсель» ведут производство гондол и реверса тяги для двигателей SaM-146. Частично детали сюда поступают из Бордо (Франция), Израиля и США. Серийные гондолы будут переправляться по частям в Комсомольск-на-Амуре для окончательной сборки и интеграции с двигателями. До конца 2007 г. планируется отправить 10 гондол.

Затем журналистов отвезли в Вер- нон, где находится завод по производству ракетных двигателей и стенды для их испытаний. Сейчас в Верноне ведется сборка ЖРД «Вулкан», «Винчи» и НМ7В для ракеты-носителя «Ариан» 5. Самым мощным является ЖРД «Винчи» – он развивает тягу 180 тс. Здесь же ведутся работы по созданию плазменных двигателей для искусственных спутников. Завод в Верноне имеет давние связи с Россией. В 1995 – 2020 гг. осуществлялась программа RECORD (российско-европейская программа по демонстрационному ракетному двигателю). В рамках этой программы в России проходили испытания кислородно- водородного ЖРД РД0120 тягой 200 тс. От России в этой программе участвовали КБХА и ХимМаш.

Посещение учебного центра «Снекма-Сервис» в Монтрё

Двигатель «Вулкан» 2 во время стендовых испытаний

Огневой стенд для испытаний ЖРД «Вулкан» в Верноне

В 2001 г. при участии НПО «Энергомаш» и КБХА началась программа разработки многоразового ЖРД нового поколения, работающего на жидком метане и кислороде (программа «Волга»). По программе «Урал» ведутся работы по двигателям для перспективных многоразовых космических транспортных систем, которые могут появиться после 2025 г. В рамках этой программы создается кислородно-водородный ЖРД КВД-1, адаптированного для использования жидкого метана. Первое огневое испытание двигателя состоялось в декабре 2006 г. С КБ «Факел» ведутся исследования плазменных двигателей СПД тягой всего в 8 грамм. В перспективе ожидается создание двигателя тягой 25 – 30 грамм.

Была организована интересная экскурсия на испытательные ракетные стенды, укрытые в густом лесу недалеко от Вернона. Там ведутся огневые испытания модифицированного ЖРД «Вулкан».

Дальнейший путь российских журналистов лежал в аэропорт Руана, где в ожидании стоял ATR42-500. На нем был взят курс на самый юг Франции в город По, расположенный недалеко от границы с Испанией у подножью Пиренейских гор. Недалеко от По в городке Борд располагается завод фирмы «Турбомека», занимающийся выпуском вертолетных двигателей. Эта фирма является № 1 в мире по производству вертолетных ГТД, ей принадлежит 46% мирового рынка. В 2006 г. было выпущено почти 1090 двигателей (на 25% больше, чем в 2005 г.) и отремонтировано почти 2300 штук.

Рассказывал о деятельности «Тур- бомеки» и расширению сотрудничества с Россией ее президент Эмерик д'Арсимоль. В настоящее время завод выпускает 7 типов двигателей (73 модификации) мощностью от 500 до 3000 л.с. Это двигатели «Арриус», «Ариэль», ТМЗЗЗ, MTR390, «Макила», RTM322 и «Ардиден». Они используются на легких многоцелевых вертолетах Еврокоптер ЕС120, ЕС135, ЕС145, ЕС225, ЕС725, AS332, AS532 и «Тигр», Агуста-Уэстленд А109 и ЕН101, Сикорский S-76A/C, NH Ин- дастриз NH90. Двигатель «Арриус» предлагается для российского многоцелевого вертолета Ка-226.

Эмерик д'Арсимоль заявил, что создание в России холдинга «Оборонп- ром» может оказать положительное воздействие на российско-французское сотрудничество в области вертолетного двигателестроения. По его словам, фирма «Турбомека» готова инвестировать средства в совместное создание ГТД, однако ситуация в российской авиационной отрасли, дублирование КБ и производств, создает серьезные проблемы (в том числе и организационно-правовые) и мешает выбору продуктового ряда. По мнению д'Арсимоля, «Оборонпром» может помочь в преодолении бюрократических проволочек. В качестве примера российского бюрократизма он привел пример, когда в течение двух лет не могут быть растаможены два ГТД «Арриус», переданные бесплатно фирме «Камова» для установки на опытном вертолете Ка-226.

Как считает д'Арсимоль, объединение российских и французских высоких технологий в области вертолетного двигателестроения позволит создать конкурентоспособный продукт для мирового рынка. «Турбомека» постоянно стремится расширить свое присутствие на российском рынке легких и средних вертолетов, который она оценивает в несколько тысяч до 2020 г. В начале 2007 г. в России эксплуатировалось лишь 28 зарегистрированных вертолетов производства фирмы «Ев- рокоптер», 23 из которых оснащены 35 двигателями «Арриус» и «Ариэль». Объемы сотрудничества с Россией фирма считает «очень скромными»: на заводе «Салют» в Москве изготавливаются некоторые детали для двигателей.

Д"Арсимосль затронул ситуацию с вертолетами в России. Он удивлен, что в России до сих пор нет легкого вертолета типа Еврокорптер ЕС130 или ЕС155. Они выполняют очень широкий круг задач. В России подобные задачи возложены на сравнительно тяжелую машину Ми-8/Ми-17. Проблема в том, что для легкого вертолета нет двигателя. Появившийся недавно вертолет «Ансат» вряд ли решит все проблемы, ведь для него тоже нужен приемлемый ГТД. Сейчас «Турбомека» участвует в европейско-российском проекте по авиационной кооперации (ERAC), предусматривающим сертификацию вертолетных двигателей и разработку проектов новых вертолетов.

БПЛА «Спервер»

Тактический разведывательный БПЛА «Спервер» перед стартом

После знакомства с «Турбомекой» журналисты посетили завод фирмы «Месье-Даути» в Бидосе, где ведется изготовление шасси для гражданских и военных самолетов и вертолетов. В четвертом квартале 2003 г. фирмы была выбрана для изготовления шасси для «Суперджета» 100. Партнерами фирмы являются российские ВСМПО (поставки титана) и ОАО «Гид- ромаш». В августе 2007 г. первый комплект шасси будет отправлен в Россию. В течение 2007 – 2008 гг. план производства предусматривает поставку 31 комплекта шасси. Фирма «Ме- сье-Бугатти» специализируется на выпуске тормозов колес самолетов и вертолетов. Ей принадлежит 41% мирового рынка углеродных тормозов. Сейчас в мире более 4600 самолетов летает с тормозами производства фирмы «Месье-Бугатти».

Из По был совершен перелет в центральную часть Франции в город Мон- клюшон, где рсположен завод фирмы «Сажем дифанс секьюрите» (или просто «Сажем»), где выпускаются разведывательные БПЛА «Спервер» и изготавливаются различные оптоэлектрон- ные системы для самолетов, вертолетов, кораблей и бронетанковой техники.

Для начала в аэропорту Монклюшона был показан БПЛА «Спервер». Для начала его запустили с катапульты, а потом в ангаре показали, что он видит. Там же в ангаре стоял другой «Спервер» с опознавательными знаками ВВС Канады. БПЛА «Спервер», выполненные по схеме «бесхвостка», является дальнейшим развитием аппаратов «Кресерель». Его планер изготовлен из композитов. Трапециевидное крыло имеет размах 4,2 м, а длина аппарата составляет 3,5 м. Он оснащен одним двухтактным двигателем мощностью 65 л.с., приводящим толкающий четырехлопастный винт, состоящий из пары двухлопастных винтов. Стартовая масса БПЛА 330 кг. В состав целевой нагрузки (45 кг) входят телевизионные и тепловые средствам наблюдения, возможна установка РЛС с синтезированной апертурой. Полет БПЛА может проходить на высотах от 100 до 4500 м со скоростью около 180 км/ч в течение 6 ч. Для взлета используется катапульта и твердотопливные ускорители, а для посадки – парашют и надувные баллоны.

БПЛА «Спервер»

«Сперверы» активно применяются в Ираке и Афганистане. Применялись они и во время последнего военного конфликта между Израилем и Ливаном. Франция направила в хону боевых действий шестерку «беспилотников», которые совершали регулярные полеты на высотах 1000 – 1500 м и вели поиск ракетных установок боевиков «Хезболлы».

Сейчас ведется разработка усовершенствованного БПЛА «Спервер» В, отличающегося увеличенным размахом крыла (6,8 м) и наличием переднего горизонтального оперения. Мощность двигателя увеличена до 70 л. с. Возросла взлетная масса, точная ее цифра не указывается, но, вероятно, она приблизилась к 400 кг. Целевая нагрузка достигла 100 кг. В настоящее время «Спервер» В проходит летные испытания.

Фирма «Сажем» недавно начала поставки в Тулу тепловизоров для оснащения боевых машин пехоты БМП-3, которые будут поставляться в Алжир. Она также сотрудничает с Россией по оснащению зенитного ракетно-пушечного комплексов «Панцирь», поставляемых в ОАЭ. «Сажем» ведет переговоры с компанией «Сухой» и РСК «МиГ» о возможности оснащения истребителей Су-35 своим бортовым оборудованием, а самолетов Су-30 и МиГ-29 ракетным вооружением AASM для повышения их экспортного потенциала.

Есть договоренность с ОКБ Миля о модернизации боевых вертолетов Ми- 24, находящихся на вооружении некоторых стран Европы и Азии. В частности, предполагается установка навигационного и оптоэлектронного оборудования.

Некоторые результаты расширяющегося сотрудничества с группой «Сафран» были видны на состоявшейся вскоре после пресс-тура Парижской авиационно-космической выставке. Авиакомпания «Аэрофлот» подписала с фирмой «Снекма Сервис» 10-летний договор на обслуживание двигателей CFM56-5B, установленных на семи новых самолетах Эрбас А320, приобретенных авиаперевозчиком в 2006 – 2007 гг. Таким образом, учитывая предыдущий договор, все 32 двигателя типа CFM56, стоящие на всех «аэро- флотовских» самолетах семейства А320, будут обслуживаться фирмой «Снекма Сервис», которая предоставит не только техосмотр, но и замену и оперативный ремонт. Аналогичные контракты «Снекма Сервис» подписала с авиакомпаниями S7, «Аэрофлот Норд» и «Авиапрад» на обслуживанием двигателей CFM56, стоящие на самолетах Боинг 737-300 и 737-400.

Группа «Сафран» и некоторые входящие в нее фирмы готовятся к выставке МАКС-2007, где хотят не только показать свою продукцию, но и заявить о дальнейшем развитии российско-французского сотрудничества.

В заключение хотелось бы выразить признательность организаторам пресс- тура за великолепный прием. При визитах на заводы поражало большое число молодых работников, на некоторых предприятиях средний возраст работающих составляет 34 – 35 лет. Любопытно, но на заводах фирм действует своеобразное «капиталистическое» соревнование: в специально отведенных местах (типа советских «красных уголков») вывешиваются показатели бригад, где видно, кто впереди, а кто отстает. Фотографии вновь принятых на работу развешиваются во всех цехах, чтобы с ними могли ознакомится и способствовать их вхождению в коллектив. Кроме посещения заводов была четко организована культурно- развлекательная программа.

ВВС СЕРБИИ

Возрождение югославских ВВС в годы Второй мировой войны началось в 1944 г., с формирования в Северной Африке двух авиационных эскадрилий, вооруженных «Спитфайрами» и «Харрикейнами». Тогда же появился опознавательный знак ВВС Югославии, остававшийся неизменным до 90- х годов XX века: красная пятиконечная звезда на фоне кокарды славянских цветов. Обе эскадрильи входили в состав Балканских ВВС RAF. Югославские авиационные формирования появились также на Восточном фронте, ими стали полки, вооруженные истребителями Як-1 и штурмовиками Ил-2. К концу 1945 г. на вооружении ВВС Югославии состояло почти 700 боевых самолетов. Коллекция была очень пестрой: Пе-2, Ил-2, Яки, «Спитфай- ры», «Харрикейны», итальянские и германские трофеи. В целом Югославия ориентировалась на сотрудничество с СССР, поэтому основными в ВВС стали самолеты советского производства. Политика – штука непредсказуемая. СССР и Югославия из союзников очень быстро превратились в противников.

После разрыва отношений с Москвой в 1948 г., ВВС Югославии продолжительное время комплектовались боевой техникой западного производства. В 1951 – 1961 гг. по программе военной помощи из США, Великобритании, Норвегии и Франции Югославия получала боевые самолеты. Первый «блок» военной помощи включал поршневые самолеты: 150 истребителей F-47D «Тандерболт», 140 бомбардировщиков «Москито», 20 транспортных С-47, восемь «Ансонов». В марте 1953 г. Югославия получила первые реактивные машины – учебно-тренировочные Т-33А. За ними последовали: 231 F-84G «Тандерджет» (включая самолеты, снятые с вооружения ВВС Греции), 121 F-86E «Сейбр» (канадской постройки, ранее находились на вооружении ВВС Канады и Великобритании), 130 F-86D «Сейбр», 22 разведчика RT-33A. «Сейбры» эксплуатировались до 1971 г., «Тандерджеты» – до 1974 г. На самолете F-86E полковник Никола Лекич 31 июля 1956 г. впервые в истории югославской авиации в пологом пикировании преодолел звуковой барьер.

Возобновление дружественных отношений с Советским Союзом привело к принятию на вооружение истребителей МиГ-21. Югославия закупила первую партию из 40 истребителей МиГ-21 Ф-13 в 1961 г., первые МиГи прибыли на авиабазу Батайница 25 декабря 1962 г. Белград пытался договориться с Москвой о лицензионном производстве МиГов и двигателей для них, но Советский Союз на организацию лицензионного производства новейших на тот момент истребителей в стране, которая еще недавно считалась вражеской, не пошел. Видимо, Югославия тоже не особенно настаивала, не желая раньше времени рвать связи с Западом. Даже покупка партии МиГ-21 была окутана пеленой секретности. В ВВС Югославии одноместные МиГ-21Ф-13 получили обозначение L-12, спарки МиГ-21 У – NF-12. Следом за фронтовыми истребителями «Ф-13» на вооружение ВВС и ПВО поступили перехватчики «ПФМ» (L-14). На десятилетия истребители МиГ-21 стали главными защитниками югославского неба. Традиционно новейшую технику получал 204-й истребительный авиационный полк, который дислоцировался в Батайнице под Белградом. Истребительные авиационные полки ВВС Югославии имели в своем составе по две эскадрильи. Именно 204-й полк первым в 1962 г. получил истребители МиГ-21 Ф-13. В 1968 г.г. МиГи получил 1 1 7-й иоп (авиабаза Бихач). Причем новые МиГ-21 ПФМ поступили в Батайницу, а «Ф-13-е» из 204-го иап передали во вновь сформированный полк. Авиабазу Бихач ввели в строй в мае 1968 г., а до этого здесь почти десять лет шли работы по сооружению укрытий в толще горы Пьечевица. База представляла собой четыре туннеля в толще горы и пять ВПП, две полосы располагались на склоне горы, а три выходили непосредственно из туннелей. В скальных туннелях разместилось 36 истребителей. Туннели закрывались дверями из армированного бетона, способного противостоять даже ядерному взрыву.

Реоктивный УТС Т-33 ВВС Югославии

Истребитель F-86E «Сейбр» ВВС Югославии

Учебно-тренировочные самолеты «Тайгер Мот» и «Ансон», авиабаза Вриндизи, Италия, лето 1945 г.

Бомбардировщик «Москито» ВВС Югославии

Истребители МиГ-21Ф-13 из 117-й АЭ, снимок 1967-1968 гг.

Истребитель МиГ-21 Ф-13 закатывают в скальное укрытие авиабазы Бихач

Истребители МиГ-21М в скальном укрытии

На период ввода войск стран Варшавского договора в Чехословакию, 20-21 августа ВВС Югославии были приведены в состояние полной боевой готовности: в Белграде всерьез опасались, что «урок» проведут не только с Чехословакией. Вторжения Советской Армии не последовало. В Бихаче помимо двух эскадрилий 117-го иап, базировалась 352-я разведывательная эскадрилья – 12 МиГ-21 Р (L-14).

Закупка очередной партии самолетов МиГ-21 (в этот раз модификации «М/МФ», L-15) и спарок МиГ-21УС (NL-14) позволило сформировать третий полк на МиГах – 83-й иап. Причем заодно с формированием нового полка опять произошла «рокировка» самолетов: 204-й полк получил МиГ-21М, соответственно «ПФМы» сдали в 117-й иап, а 83- й полк получил старые МиГ-21 Ф-13. Местом базирования 83-го иап стал аэродром Слатина под Приштиной, Косово. Здесь также как в Бихаче в толще горы Го- леш были сделаны туннели, предназначенные для базирования самолетов. Таким образом, к началу 70-х годов на трех авиабазах насчитывалось шесть боевых и одна учебно-тренировочная эскадрилья самолетов МиГ-21. На каждой базе в боевой готовности находились дежурные силы в составе пары МиГов с подвешенными ракетами. Истребители МиГ-21 решали задачи ПВО крупных промышленных центров Югославии. Экипажи тренировались на выполнение высотных сверхзвуковых перехватов воздушных целей ракетами, с 1975 г. пилотов стали тренировать нанесению ударов по наземным целям неуправляемым оружием. При осложнении международного положения в регионе вооруженные МиГами полки переводились в состояние повышенной боеготовности. Так, когда в 1974 г. обострилось внутриполитическое положение в соседней Италии, а вблизи югославской границы начались крупные маневры НАТО, истребители 204-го и 117-го иап периодически выполняли полеты с подвешенными ракетами над Адриатическим морем и вдоль югославско-итальянской границы, демонстрировали силу и решимость. Практические пуски ракет летчики югославских МиГов обычно выполняли ежегодно на полигонах в Советском. Союзе по мишеням Ла-17, в Югославии не имелось дистанционно управляемых мишеней. В 1968 г. была попытка организовать пуски ракет над Адриатикой в районе черногорского побережья. В качестве мишени выступал окрашенный в желтый цвет пилотируемый «Сейбр». Летчик катапультировался из «Сейбра» после пуска ракеты Мигом. Стрельбы прошли удачно, но эксперимент так и остался экспериментом: слишком велика была опасность для пилота самолета-мишени. Уровень подготовки пилотов оценивался очень высоко. К примеру, ежегодный налет летчиков самолетов МиГ- 21 составлял 140-160 ч, больше чем летали их коллеги из ВВС стран Народной Демократии, в ВВС СССР средний налет также был меньше.

В конце 70 – начале 80-х годов на вооружение югославских ВВС поступили истребители МиГ-21 бис/бис-К (L- 17/L-17K), а также спарки МиГ-21 УМ (NL-16). Эти самолеты сменили МиГи устаревших модификаций во всех трех полках, хотя отдельные истребители МиГ-21 Ф-13 продолжали летать до 1991 г. В 1984 г. на вооружение 352- й истребительной авиационной эскадрильи поступили четыре самолета МиГ- 21 МФ, доработанных собственными силами в разведчики. На них установили американские аэрофотоаппараты К-112А, закупленные в США через третьи руки. В Югославских ВВС имелись разведчики МиГ-21 Р, но установленная на них фотоаппаратура годилась только для выполнения задач тактической разведки. С американскими высотными фотокамерами самолеты МиГ-21 могли вести стратегическую и оперативно-тактическую разведку с высот 8000-15000 м на скорости М=1,5. Доработанные самолеты получили обозначение L-15M. К моменту распада Югославии, ВВС располагали шестью эскадрильями истребителей МиГ-21 бис и одной МиГ-21М. В середине 90-х годов с вооружения югославских ВВС были сняты 16 перехватчиков МиГ-21 ПФМ, четыре истребителя МиГ-21МФ, четыре спарки МиГ-21 У, пять МиГ-21 УС и пять разведчиков МиГ-21P.

Югославия стала первой европейской страной, получившей на вооружение истребители МиГ-29. В 1986 г. был подписан контракт на поставку 14 истребителей МиГ-29 и двух спарок МиГ-29УБ. Истребители МиГ-29 поступили на вооружение ВВС Югославии в 1989 г. под обозначением L-18. Первые самолеты перегнали из Луховиц на Балканы в октябре 1989 г. Впервые югославские МиГи были публично показаны на авиабазе Батайница 15 мая 1988 г. МиГ-29 поступили на вооружении 127-й эскадрильи «Витязи» 204-го иап. Предполагалось, что истребитель МиГ-29 станет «временным» типом, призванным закрыть брешь до запланированного на середину 1990-х гг. принятия на вооружение ВВС Югославии истребителя «Sloboda» собственной разработки. В СМИ проходила информация о том, что Югославия собиралась закупить еще 16 истребителей МиГ-29, однако поставкам самолетов второй партии помешал развал СФРЮ

.

МиГ-29 – взлет!

Сборочная линия самолетов SOKO G-2A «Ястреб»

Легкий ударный самолет SOKO J-21 «Ястреб»

УТС G-2A «Галеб» на авиабазе ВВС Югославии

Истребители МиГ-29 принимали участие в войнах с Словенией, Хорватией Боснией в 1991 – 1992 гг. Самолеты, главным образом, наносили удары по наземным целям.

В общей сложности, из СССР поступило 260 истребителей МиГ-21 всех модификаций, 16 МиГ-29, несколько Ил-14, два Ан-12Б, 15 Ан-26, шесть Як-40, 24 вертолета Ми-4, 93 Ми-8Т, четыре Ми-14ПЛ, шесть Ка-25 и два Ка-28.

Югославия обладала собственной развитой авиационной промышленности. Первый авиастроительный завод был основан в городе Нови Сад еще в 1923 г.

Первый прототип реактивного учеб- но-тренировочного самолета Soko G- 2 «Галеб» («Чайка») поднялся в воздух в июле 1961 г. Он стал родоначальником целого семейства учебно-тренировочных и легких ударных самолетов. На базе G-2 был разработан чисто боевой одноместный вариант J-21 «Ястреб», оснащенный более мощным двигателем. «Ястреб» начал поступать в войска в 1968 г. «Ястребы» пришли на смену «Тандерджетам». Всего на заводе в Мостаре было построено около 200 «Ястребов», включая 50 фоторазведчиков IJ-21 и небольшое количество двухместных TJ-21. Самолет G-3 «Ястреб» был построен в единственном экземпляре. В серийное производство в 1982 г. пошел G-4 «Галеб», выполнивший первый полет в июле 1978 г. На базе двухместного G-4 был разработан одноместный боевой вариант – преемник «Ястреба».

Совместно с Румынией разработан истребитель-бомбардировщик J-22 «Орао» («Орел»), Разработка «Орао» (румынское обозначение IAR-93) по различным причинам сильно затянулась. Технические требования к самолету Югославия и Румыния согласовали в 1969 г., проектирование началось в 1970 г. Первый полет прототипы румынской и югославской постройки выполнили в один день – 31 октября 1974 г. Серийное производство для ВВС Югославии началось в 1980 г. «Орао» строился в варианте фоторазведчика IJ-22, двухместном варианте INJ-22 (учебно-тренировочный/развед- чик), одноместном ударном J-22 и двухместном учебно-боевом NJ-22. На самолеты J-22 и NJ-22 ставились двигатели с форсажной камерой; иногда эти машины называют «Орао-2» Серийное производство «Орао-2» началось в 1986 г. Всего построено порядка 210- 220 самолетов «Орао» всех модификаций, серийное производство прекращено в 1991 г. В ассортимент вооружения самолетов «Орао» входят американские ракеты воздух-поверхность AGM-65 «Майверик» и УР «воздух- поверхность» «Гром» (югославские вариант советской ракеты AS-7), французские бетонобойные бомбы «Дюрандаль» и британские кассетные авиабомбы, а также различные вооружение национального производства. Партия УР AGM-65B «Майверик» с телевизионным наведением была закуплена Югославией в США в 1980-е гг.

В конце 1980-х гг. в составе ВВС имелось 1 1 истребительно-бомбардировочных эскадрилий, вооруженных самолетами «Орао», «Супер Галеб», «Галеб» и «Ястреб». На вооружении четырех разведывательных эскадрилий состояли самолеты МиГ-21 Р, IJ-22 «Орао» и IJ-21 «Ястреб».

В 1980-е гг. начались проектные работы по теме «Нови Авион» – перспективный легкий однодвигательный истребитель с треугольным крыло и ПГО. Истребитель предназначался для замены в конце 1990-х гг. самолетов МиГ-21. Закупка довольно ограниченного количества МиГ-29-х объяснялась как раз большими надеждами, которое командование ВВС возлагало на «Нови Авион». «Нови Авион» был известен также под собственным именем «Слобода» (свобода). Первый полет планировался на середину 1990-х гг., поступление в войска – на конец 1990- х. В конце 1980-х гг. была изготовлена модель перспективного истребителя в масштабе 1:5, ее успели продуть в аэродинамической трубе.

Легкий поршневой штурмовик «Кратуй»

Вертолет SA. 341Н «Газель»

Под влиянием успешного использования во Вьетнаме американцами легких ударных самолетов, в Югославии был создан самолет SOKO Р-2 «Крагуй», который обычно относят к противопартизанским. Вооружение самолета состоит из одного пулемета, под крылом смонтировано шесть узлов подвески для авиационных средств поражения. Серийное производство «Крагуев» началось в 1968 г.

Основу транспортной авиации в первые годы после окончания второй мировой войны составляли самолеты С-47 и его советский вариант Ли-2. В 1950-1960-е гг. на вооружении состояли самолеты Ил-14М, DC-6B, «Каравелла 6N», Ил-18, Боинг 727. В 1970-е гг. стандартным военно-транспортным самолетом стал Ан-26. В ВВС также состояло на вооружении несколько Ан-12, Як-40, Do-28, «Лирджет-25» и «Фалкон 50». Шесть Як-40 были куплены в СССР в 1970-е гг., один Як-40 был переоборудован югославами в самолет РЭБ. Самолеты Ан-2 применялись для решения широкого круга задач: от обеспечения парашютно-десантной подготовки до перевозок людей и грузов.

Первыми вертолетами, появившимися на вооружении ВВС Югославии в 1954 г., стали десять британских машин Уэстленд «Дрэгонфлай». Лицензионное производство вертолетов Уэстленд «Уирлуинд» было налажено фирмой Soko; «Уирлуинды» оставались на вооружении до 1974 г. В 1960 г. начались поставки вертолетов Ми-4 из Советского Союза. В 1970-е гг. на вооружение ВВС были приняты вертолеты Ми- 8 советского и Ми-2 польского производств. В 1972-1973 гг. во Франции была закуплена партия из 21 вертолета Аэроспатьяль SA.341 Н «Газель», затем вертолеты SA.341H строились по лицензии фирмой Soko на заводе в Мостаре (построено 132 вертолета). С 1982 г. завод в Мостаре переключился на выпуск вертолетов SA.342L (изготовлено сто машин). Вертолеты SA.342L строились в двух модификациях. Вертолет огневой поддержки «Газель-GAMA» (Gazelle-MALjutka) предназначался для борьбы с бронетехникой и был вооружен четырьмя ПТУР «Малютка». Выбор для вооружения противотанкового вертолета ПТУР «Малютка» объяснялся наличием таких комплексов на вооружении сухопутных войск ЮНА (Югославская народная армия) – вертолеты могли пополнять боекомплект у «армейцев». Вертолет SA.341L HERA (Helicopter-Radio) предназначался для ведения разведки и корректировки артиллерийского огня. Вертолетные эскадрильи имели на вооружении «Газели» всех трех модификаций, обычно: четыре «Партизана» (cTapbieSA.341 Н), четыре «Гамы» и четыре «Херы».

В 1980-е гг. в Югославии начались работы по созданию собственного многоцелевого вертолета массой порядка 9т – VNH-90 (Vise Namjenski Helicopter, многоцелевой вертолет 90-х годов). Вертолет VNH-90 предназначался для замены «восьмерок». Промышленность Югославии не имела опыта разработка вертолетов среднего класса из-за чего проектирование продвигалось очень медленно. Обращение к западным вертолетостроительным фирмам оказать содействие понимания у последних не нашло. Фирма Аэроспасатьяль предложила югославской стороне купить вертолеты «Супер Пума», обещая наладить в Югославии производство отдельных компонентов вертолета. Однако сделка не состоялась, хотя переговоры шли более трех лет.

Авиация военно-морского флота использовала закупленные в СССР вертолеты Ка-25, Ка-27 и Ми-14.

В качестве самолета первоначального обучения летчиков с середины 1970-х гг. применялись двухместные машины собственной разработки UTVA- 75 с расположением инструктора и курсанта плечом к плечу. Самолеты UTVA-75 в массе своей были приписаны к гражданским аэроклубам, но в «угрожаемый период» должны были передаваться в ВВС. Для замены самолетов UTVA-75 в 1980-е гг. началась разработка самолета «Нови Клипни Авион» (новый поршневой самолет) или «Ласта» (ласточка).

Собственную авиацию имело министерство внутренних дел Югославии. Первый вертолет появился в полиции в январе 1967 г. Им стал купленный в Италии AB.47J-2A. В начале 1970-х гг. в Италии купили три АВ.206 «Джет Рейнджер I», в 1976 г. – один «Джет Рейнджер II», в конце 1970-х гг. – из США поступили шесть вертолетов Белл 206В и три Белл 206L-1. Также вертолетный парк МВД пополнился тремя «Газелями». Вертолеты использовались в традиционном «полицейско-милицейском» ключе: регулирование дорожного движения, обеспечение безопасности в период проведения массовых мероприятий и т.д. Однако в конце 1970-х гг. в составе МВД был создан отряд по борьбе с терроризмом, в интересах которого работали закупленные в Италии вертолеты АВ.212. В конце 1980-х гг. все вертолеты МВД были сведены в 135-ю вертолетную эскадрилью, местом базирования которой стал аэропорт Белграда. Полицейские вертолеты имели бело-голубую, гражданскую, окраску. В мае 1991 г. была сформирована вертолетная эскадрилья службы безопасности, а федеральная полицейская эскадрилья расформирована. С начала 1990-х гг. вертолеты МВД очень широко использовались на всех фронтах Балканских войн, но особенно широко они применялись в Косово. Тогда в МВД из ВВС передали четыре Ми-8, которые также перекрасили в бело-голубой цвет. На вооружение эскадрильи поступила часть экс-полицейских вертолетов, а также купленные в Ливане три вертолета SA.342L «Газель», один – вооруженный ПТУР «ХОТ», два – с 20-мм пушками GIAT-621. Эскадрилья действовала в интересах «красных беретов», сербского спецназа. Часто с вертолетов перед выполнением боевых заданий смывали всю маркировку, чтобы заинтересованные лица не смогли определить государственную принадлежность летательных аппаратов. В 1996-1998 гг. для эскадрильи спецназа в России было закуплено два вертолета Ми-17 и два боевых «крокодила» Ми-24В. Впервые публично вертолеты спецназа были продемонстрированы только в октябре 2001 г. На вооружении эскадрильи спецназа также состояли самолеты – J-20 «Крагуй» и Ан-2.

Самолеты Ан-2 ВВС Югославии

Перевозка истребителя МиГ-21 автотранспротом из Хорватии в Сербию, 1991 г.

После развала в 1991 г. Социалистической Федеративной Республики Югославия Балканский полуостров погрузился в пучину междуусобных войн. Начало череде военных конфликтов положила в июне-июле 1991 г. война Словении за независимость, за ней последовал сербско-хорватский конфликт 1991-1992 гг. С 1992 г. по 1995 г. война между сербами и хорватами несколько поутихла, но весной 1995 г. хорваты провели серию наступательных операций. В апреле 1992 г. началась гражданская война между сербами, хорватами и мусульманами, населявшими некогда союзную республику Боснию-Герцеговину.

Миротворческие силы ООН и самолеты НАТО появились на Балканах в 1992 г., однако до осени 1995 г. масштабы использования авиации Северо-Атлантического блока на Балканах были довольно ограниченными. Заключенные в ноябре 1995 г. в Дейтоне мирные соглашения стали теми воротами, через которые блок НАТО вошел на территорию бывшей Югославии. В рамках блока НАТО были сфор- мированы Силы реализации

(Implementation Force, IFOR) и Силы стабилизации (Stabilization Force, SFOR). Соглашения в Дейтоне не касались проблемы Косова. В этой провинции Сербии проживали, главным образом, косовары – этнические албанцы. Буря на Балканах докатилась до Албании в 1997 г., в страну были введены под эгидой Италии европейские миротворческие силы. После событий в Албании, ситуация в Косово еще более обострилась, а в 1998 г., по мнению Запада стала критической. В провинции шла самая настоящая война, в которую НАТО не преминуло влезть.

Воздушная мощь играла ключевую роль во всех конфликтах на Балканах 1991-2000 гг. Летом 1992 г. авиация стран НАТО непосредственно втянулась в боевые операции над Югославией. На протяжении десяти лет едва ли каждая эскадрилья ВВС основных европейских держав побывала в небе Балкан. Постоянно в регионе присутствовали самолеты и вертолета ВВС, палубной авиации, авиации корпуса морской пехоты США. Разброс применения авиации НАТО и ООН был чрезвычайно велик как по типам летательных аппаратов, так и характеру выполняемых заданий: от нанесения уларов стратегическими бомбардировщиками В-2 до сброса продовольственной помощи с вертолетов.

Формальным поводом к войне стало объявление Словенией в июне 1991 г. декларации о независимости. Силы территориальных войск и местная полиция установили контроль над всеми ключевыми объектами республики и блокировали подразделения Югославской Народной армии (ЮНА) в гарнизонах. Национальные силы обороны Словении были хорошо оснащены и вооружены, отличались великолепной боевой подготовкой, но самое главное – у солдат имелась мотивация: военнослужащие ЮНА выступали в роли захватчиков, словенцы – защищали Родину. Словенцам удалось перерезать линии коммуникаций федеральных войск, отдельные подразделения БНА попали в окружение.

7 июля при посредничестве Европейского экономического сообщества между Словенией и Югославией был заключен мирный договор. Словения обрела независимость. Конфликт со Словенией ознаменовался первым случаем массового дезертирства из ЮНА на национальной почвы: югославские ВВС покинули не менее 200 словенцев. Еще 28 июня вертолет SA-341 «Газель» угнали в Словению капитан Иозо Калан и бортинженер Богомир Сустар.

Вслед за Словенией внимание мирового сообщества привлекла Хорватия – вторая по величине союзная республика СФРЮ. Милошевич делал все возможное, чтобы удержать Хорватию в составе СФРЮ, не прибегая к силе оружия. Расквартированные в этой республике части ЮНА находились в состоянии кризиса – в Хорватии началась «война казарм». Тысячи мирных жителей блокировали военные городки югославской армии по всей Хорватии. К осени воинские контингенты из Хорватии отвели в Боснию (Бихач, Баня Лука, Тузла и Сараево), Сербию (Нови Сад, Сомбор) и в Сербскую Краину. Готовилась военная операция против Хорватии. В сентябре 1991 г. война между Хорватией и Сербией перешла в стадию открытых боевых столкновений. Действия сербов поддерживали югославские BBC. Истребители МиГ- 21 выполнили несколько демонстративных проходов над столицей Хорватии Загребом, а 7 октября истребители- бомбардировщики МиГ-29 ракетами AGM-65 «Мэйверик» * нанесли удар по резиденции президента Хорватии Франьо Туджмана. Президент чудом остался в живых. В свою очередь, формирования хорватов периодически обстреливали аэродром Бихач, расположенный в Боснии недалеко от границы с Хорватией. Одним из обстрелов было выведено из строя светотехническое оборудование аэродрома, в результате чего на посадке разбился один МиГ-21 бис.

* Такие данные приводились в ряде СМИ Запада, но использование УР «Мэйверик» с самолета МиГ-29 маловероятно, тем более, что эти ракеты штатно входят в ассортимент боевой нагрузки истребителя-бомбардировщика «Орао».

Разведчики IN J-22 351-й эскдрильи ВВС Югославии

Учебно-тренировочный самолет NJ-22

Главный удар сербы наносили в Восточной Словении, хорваты отчаянно сопротивлялись на рубеже реки Дунай. Реактивные самолеты югославских ВВС ежедневно наносили удары по позициям хорватов в районе Вуковара.

В ходе вооруженных конфликтов с Хорватией и Словенией федералы лишились 46 самолетов и вертолетов. Ховаты претендуют на уничтожение трех истребителей МиГ-21 бис и одного разведчика МиГ-21 Р, еще один МиГ-21 Р летчик-хорват угнал в Австрию. Данные о потерях федеральной стороны сильно расходятся. К примеру, журнал International Air Power Review приводит следующие данные: всего хорваты сбили 23 летательных аппарата – пять МиГ-21, два «Орао», три G-4 «Галеба», семь «Ястребов», три G-2 «Галеба», один Ми-8 и две «Газели». Достоверно хорваты сбили всего один, а не два, истребитель-бомбардировщик «Орао» – 19 сентября 1991 г. в районе Даково ракетой ПЗРК «Стрела-2М».

О масштабах применения федеральной авиации дают представление действия только одного 204-го иап, выполнившего по целям на территории Восточной Словении 568 боевых вылетов; основную работы выполняли МиГ-21 бис, хотя на боевые задания также летали истребители МиГ-29. Летчики отмечали сильное противодействие со стороны хорватской ПВО, но сбит был только один МиГ-21 бис из 204-го иап.

С точки зрения международного права кульминацией воздушной кампании стал прискорбный инцидент 7 января 1992 г., когда истребителем МиГ-21 бис ВВС Югославии над Хорватией был сбит окрашенный в белый цвет ООН вертолет Агуста-Белл 205 армейской авиации Италии. Пятеро человек (члены экипажа вертолета и представители Европейской наблюдательной комиссии) погибли. Истребитель из состава дежурных сил был поднят в воздух по боевой тревоге – система ПВО обнаружила воздушную цель в установленной 28 сентября 1992 г. запретной для полетов воздушных судов всех стран зоной над западной частью Югославии. Летчик капитан Эмир Жижич захватил цель и уничтожил ее ракетой Р-60. Капитан Жижич 21 мая 2003 г. был приговорен военным трибуналом в Риме к 20 годам заключения как военный преступник, судебное заседание продолжалось всего 10 минут; заседание суда происходило в Риме, потому что четверо и пятерых погибших на борту вертолета были итальянцы.

Весной 1992 г. между Сербией и Хорватией при спонсорстве международного сообщества удалось установить хрупкое перемирие. В Хорватии появились миротворческие силы ООН (UNPROF, UN Protection Force). Треть территории страны осталась за сербами, где была провозглашена республика Сербская Краина.

Начало войны в Хорватии осложнило положение в Боснии, сербское население этой республики стало добиваться создания независимого от остальной Боснии национального государства. Насколько эти стремления подпитывались из Белграда – не известно, однако в апреле 1992 г. в руках боснийских сербов появилось вооружение из арсеналов ЮНА. В то же время федеральные силы большей частью были выведены из Боснии в Сербию; в частности из Бихача в Батайнцу в апреле-мае 1992 г. перебазировалась 352-я истребительная авиационная эскадрилья. Скальные укрытия авиабазы Бихач были взорваны. Также в мае 1992 г. из Тузлы в Слатину перебазировалась вооруженная самолетами МиГ-21 129-я эскадрилья. Последний боевой вылет из Тузлы МиГи выполнили в первую неделю мая, когда разрушили мост через Саву в северной Боснии, по которому хорватские войска перебрасывались в Посавинский регион. 2 мая 1992 г. над Савой средствами ПВО был сбит один МиГ-21 бис.

Территория Югославии сжималась подобно шагреневой коже. На обломках Социалистической Югославии родилась просто Югославия с территорией вполовину меньшей территории СФРЮ. С июня по сентябрь 1992 г. была проведена реорганизация ВВС и ПВО. Ранее в состав ВВС и ПВО входили смешанные корпуса, состоявших из авиационных частей и частей ПВО. Теперь были сформированы отдельно авиационный корпус и корпус ПВО, которые вместе составили ВВС и ПВО. Вместо полков появились бригады. Все истребители сконцентрировали в 204-й и 83-й авиационных бригадах, однако уже в 1994 г. бригады вновь стали полками. В том же 1994 г. в корпус ПВО из авиационного корпуса были переданы четыре эскадрильи истребителей – одна, вооруженная МиГ-29, и три на МиГ-21. В 1996 г. Россия предложила поставить Югославии 20 истребителей МиГ-29, а также ЗРК С-300. Тогда Милошевич отказался…

Боснийские сербы готовились выступить против мусульман Сараево и их номинальных союзников хорватов. Искрой, которая подожгла пламя войны стало принятая в Сараево в апреле 1992 г. декларации о независимости Боснии от Югославии. В ответ сербы создали свое этническое государство – Республику Сербску. Боснийская сербская армия имела собственные ВВС, которые было сформированы при непосредственном участии ВВС Югославии. Главной базой стал аэродром Баня-Лука. Основные бои развернулись в районе Посавинского коридора, соединявшего Республику Сербску и Югославию в окрестностях Бяня- Луки.

В полете истребители-бомбардировщики NJ-22 353-й эскадрильи ВВС Югославии

Первые самолеты НАТО появились над территорией бывшей Югославии в 1992 г. в рамках контроля судоходства в Адриатическом море на предмет соблюдения эмбарго на поставки оружия во все республики СФРЮ. С 9 октября 1992 г. над Боснией была введена запретная для полетов авиации воюющих сторон зона – «No-fly» zone.

Предпринятые в конце 1992 г. усилия мирового сообщества по прекращения войны в Боснии успеха не имели. Ожесточенные бои продолжались в мусульманских анклавах восточной Боснии. К концу 1993 г. стало совершенно ясно – усилия международного сообщества по «обузданию» конфликта в Боснии успеха не принесли. Все мирные планы последовательно отвергались противоборствующими сторонами. Минометный обстрел Сараево в феврале 1994 г. унес жизни 68 мирных жителей, после чего лидеры стран Запада заняли более жесткую позиции по отношению к балканской войне.

Самолет Е-ЗА в 5 ч 30 мин. 28 февраля 1994 г. обнаружил шесть воздушных целей, которые взлетели с аэродрома Удбина в Сербской Крайне и взяли курс на центральные районы Боснии. Цели были идентифицированы как самолеты «Ястреб». В составе боевого воздушного патруля в это время находилась пара истребителей F-16 из 526-й эскадрильи: ведущий – капитан Боб Райт, ведомый – капитан Скотт О'Грейди. Позывные летчиков – «Блэк 03» и «Блэк 04». Оператор наведения самолета Е- ЗА выдал летчикам F-16 необходимую для перехвата информацию. Радист АВАКСАа несколько раз передал сербам на международной частоте требование совершить посадку или покинуть запрещенную для полетов зону, предупредив, что в противном случае самолеты будут сбиты. Сербы не ответили. В 1 7 ч 42 мин Райт и О'Грейди визуально обнаружили сербские самолеты и так же подавали им предупредительные сигналы. Пилоты «Ястребов» предупреждения проигнорировали. Через несколько минут Райт лично наблюдал как «Ястребы» нанесли удар по мусульманскому оружейному заводу в городе Нови Травник. Ведущий пары американских истребителей запросил оперативный центр НАТО в Венеции разрешения на применение оружия. Согласно договоренности между ООН и НАТО. Оперативный центр в Венеции разрешил Райту и О'Грейди атаку с реальным пуском ракет по настоящей воздушной цели. Между тем, «Ястребы» со снижением уходили в северном направлении, где горный рельеф делал невозможным сопровождение сербских самолетов любыми НАТОвскими РЛС. Райт сел на хвост сербам. В 17 ч 45 мин он выпустил первую ракету AIM-120. Первый «Ястреб» был сбит и упал на землю с высоты порядка 1500 м. Оставшиеся штурмовики перешли в пикирование в надежде оторваться от американцев. Райт преследовал их и сблизился на кратчайшую дистанцию, с которой выпустил сразу два «Сайдуиндера». Янки едва успел отвернуть от огненного шара,

возникшего в воздухе на месте сербского самолета. Летчики F-16 не наблюдали ни одного парашюта. Запас горючего в баках истребителя Райта приближался к аварийному остатку, тем не менее, командир пары решил дать шанс отличиться своему ведомому. О'Грейди барражировал над местом боя на большой высоте, прикрывая атакующий истребитель сверху. По команде ведущего О'Грейди спикировал вниз. Вышел в атаку. Выпущенный им «Сайдуиндер» прошел мимо цели. Повторить заход возможности не имелось. «Горючее – ноль», – выдал в эфир Райт. Пару F-16 операторы АВАКСа оперативно вывели в точку рандеву с самолетом-заправщиком КС- 135R «Стратанкер». Параллельно на уцелевшие «Ястребы» навели другую пару F-16 с позывными «Найт 25» и «Найт 26» (Knight, рыцарь). В 1 7 ч 50 мин «Найт 25» вышел в атаку. У него был хороший шанс угостить серба «Сайдуиндером», и «рыцарь» его не упустил. Лишь два «Ястреба» смогли уйти из воздушного пространства запрещенной для полетов зоны. Преследовать их американцы не стали во избежание политических осложнений. Оба сербских самолета благополучно сели на аэродром Удбина.

Об этом успехе американских пилотов писали и пишут много, не акцентируя внимания на всех подробностях действий сербской авиации. Шестерка «Ястребов» выполняла полет на средних высотах, почему ее с легкостью и обнаружил АВАКС. В это же время удар наносила пара истребителей- бомбардировщиков «Орао». Весь полет до цели и обратно «Орао» выполняли на предельно-малой высоте, американцы засекли пару только на короткое время, когда истребители-бомбардировщики «подпрыгнули» для атаки цели с пикирования. Интересно, что успешные действия «Орао» похоже не получили должной оценки у командования авиации НАТО, так как позже, в Косово, истребители-бомбардировщики сербов с успехом использовали именно такую тактику.

Осенью 1994 г. за короткий промежуток времени мусульмане отбили у сербов территорию площадью порядка 500 кв. км, боснийская сербская армия отходила в северо-восточном направлении. НАТО и ООН молчали, не делая никаких попыток остановить «эскалацию агрессии». 8 ноября сербы с танками в авангарде при поддержке артиллерии перешли в контрнаступление. С воздуха боснийских сербов поддерживали самолеты ВВС республики Сербска Краина, которые базировались на аэродроме Удбина; в интересах боснийских сербов работала и авиация Югославии.

В начале ноября 1994 г. в Удбине находились четыре ударных реактивных самолета J-22 «Орао», четыре G- 4 «Супер Галеб», шесть J-21 «Ястреб», один вертолет Ми-8 и четыре-пять вертолетов SA-341 «Газель». Кроме того, имелось несколько поршневых самолетов J-20 «Крагуй», которые использовались как легкие штурмовики. Первый удар по боснийцам сербская авиация нанесла 9 ноября. С 9 по 19 ноября истребители-бомбардировщики «Орао» совершили не менее трех налетов. Самолеты наносили удары свободнопадающими бомбами, баками с напалмом, УР AGM-65 «Мэйверик». Налеты нанесли ощутимый ущерб мусульманам, но привели также к жертвам среди мирного населения. В ходе последнего налета один «Орао» был потерян, до сих пор неясно был самолет сбит, или это была «обычная» авиакатастрофа. Воздушные патрули НАТО неоднократно пытались перехватить сербские самолеты, но для этого пилотам «Файтинг Фалконов» просто не хватало времени. В момент, когда истребители НАТО выходили в район Бихача, «Орао» уже находились в безопасности на аэродроме Удбина. В воздушное пространство Сербской Краины самолеты НАТО пока не вторгались.

Противотанковый вертолет «Гама» и транспортный Ми-8

В ответ на успешное использование авиации боснийскими сербами вдруг «проснулся» Секретариат ООН, выразив озабоченность «эскалацией конфликта» – налетами авиации: самолеты нарушили «no-flay zone». В сжатый срок ООН расширило пресловутою зону так, чтобы в нее попало воздушное пространство над Удбиной. Международное сообщество не признавало республики Сербской Краины, поэтому вежливый запрос о расширении зоны был направлен в столицу Хорватии. В Загребе упираться не стали. Хорваты легко согласились на расширение воздушных операций НАТО на Балканах, совершенно справедливо полагая, что это расширение сыграет им только на руку. Президент Хорватии Туджман надеялся руками Запада расправиться с Сербской Краиной.

НАТО пошло на прямое вмешательство в конфликт путем нанесения «ограниченного» («ограниченной» назвал планируемую операцию командующий UNPROFOR французский генерал-лейтенант Бертран де Лапресль) воздушного удара по авиабазе Удбина. К операции привлекли самолеты с восьми итальянских авиабаз. Всего в рейде приняло участие более 30 боевых самолетов: четыре британских «Ягуара», два «Ягуара» ВВС Франции, два «Ми- ража-20001\1-К2, четыре голландских F- 16А, шесть «Хорнетов» F/A-18D корпуса морской пехоты США, шесть F- 15Е из 492-й эскадрильи ВВС США, десять F-16C из 555-й эскадрильи ВВС США и один EF-111А из 492-й эскадрильи РЭБ ВВС США. Планировалось, что в налете примут участие истребители-бомбардировщики F-16C ВВС Турции, но аэродром Чеди, где они базировались, был закрыт плотной и низкой облачностью. Координация удара осуществлялась с борта самолета ЕС- 130Е 42-й эскадрильи управления ВВС США. Мониторинг воздушной обстановки вели самолеты Е-ЗА «Сентри» ВВС США и E-3D королевских ВВС Великобритании. На случай возможных потерь в распоряжении командования операцией имелась поисково-спасательная группа, которая должна была вытаскивать сбитых летчиков. В группу входили: штурмовики А-10А из 81-й эскадрильи ВВС США, самолеты НС-130 и вертолеты MH-53J сил специальных операций ВВС США и французские «Супер Пумы». Несомненно на фоне «Бури в пустыне» операция выглядит ограниченной, но как тогда назвать действия ВВС сербов?

Самолеты НАТО «доставили» в Удбину порядка 80 средств авиационного поражения – бомб и ракет. Командование НАТО заявило, что каждая бомба или ракета точно поразила отведенную цель. Действительно, телевизионные кадры разведывательной съемки и фотографии показывали значительные разрушения ВПП, рулежных дорожек, аэродромных строений, однако впоследствии выяснилось, что ни один самолет ВВС Сербской Краины не получил даже повреждений!

Ударом по Удбине командование НАТО выпустило джинна из бутылки. Давно известно – трудно сделать лишь первый шаг.

В августе 1995 г. у сербов открылся «второй фронт». Окрепшая хорватская армия очистила от сербов почти всю территорию республики в границах 1991 г. В операции «Шторм» хорваты использовали вертолеты Ми-8 для высадки групп спецназа в тыл противника, а хорватские истребители-бомбардировщики наносили удары по войскам Сербской Краины. Силы ПВО Хорватии сбили два самолета ВВС Сербской Краины.

Международное сообщество 20 декабря 1996 г. добилось заключения перемирия между сербами, хорватами и боснийцами. Через месяц были подписаны Дейтонские соглашения, положившие конец войне и открывшие сухопутным войскам НАТО дорогу на Балканы. Самолеты НАТО продолжали патрулировать воздушное пространство Боснии в целях предотвращения возможного проявления активности авиации недавних противников. Дейтонские соглашения ограничивали количественный состав ВВС Югославии 155 боевыми самолетами. Чтобы выполнить ограничения, сербам пришлось снять вооружение с некоторого количества самолетов G-4 «Галеб», после чего они получили обозначение N-62S.

В югославской провинции Косово отношения между проживавшими здесь сербами и албанцами никогда не отличались особой теплотой. Распад СФРЮ в начале 90-х годов подвигнул подавляющее большинство албанского населения (порядка 1 млн. 800 тыс. человек) на выступления за отделение края от Сербии. Поначалу эти выступления носили характер мирных демонстраций, однако в марте 1998 г. демонстрации вылились в кровопролитные столкновения между силами безопасности сербов и вооруженными группами албанцев, объединившихся в армию освобождения Косово (УЧК). Косово погрузилось в пучину этнической войны. Сербские истребители-бомбардировщики «Орао» с аэродромов Ладевчи и Ужице, G-4 «Галебы» из Ниша наносили удары по позициям косоваров, вторгаясь в «запрещенную для полетов зону» порой на несколько десятков километров. Ударные самолеты на маршрутах к цели и обратно шли на предельно малых высотах с большой скоростью, набирая высоту только для выполнения атаки. Полеты выполнялись в режиме радиомолчания, задания на боевой вылет ставилось по обычному телефону. Американские АВАКСы смогли засечь истребители- бомбардировщики всего несколько раз и ни разу не навели на них истребители. Сербские пилоты отмечали, что приемники предупреждения об электромагнитном облучении фиксировали работу РЛС только в момент набора высоты для выполнения атаки. По официальным югославским данным за десять дней истребители-бомбардировщики «Орао» выполнили 31 боевой вылет. Не сумев справиться с сербскими самолетами в воздухе, авиация НАТО нанесла удары по аэродромам базирования истребителей-бомбардировщиков. С разрушенных ВПП «Орао» летать уже не могли.

Югославский вертолет Ми-24В

Разведывательные полеты над Косово выполняли оснащенные фотоаппаратурой самолеты МиГ-21 П и IJ-22 «Орао», не исключено, что часть самолетов была оснащена аппаратурой радиотехнической разведки. Югославские разведчики летали не только над Косово. Один западный тележурналист заснял пару IJ-22 над городом Тропоя в северной Албании.

В Косово очень широко применялись вертолеты Ми-8 и «Газель», выполнившие 179 боевых вылетов, в ходе которых было перевезено 94 раненых и 113 пассажиров, пять тонн грузов. Также как и истребители-бомбардировщики, вертолеты летали на предельно-малых высотах, маневрируя ниже горных вершин, часто меняя курс и скорость. Интенсивно использовались вертолеты спецназа. В ходе выполнения боевого задания 1 марта 1998 г. повреждения получил вертолет Ми-24. «Крокодил» выполнил вынужденную посадку, позже Ми-24 отремонтировали. Вертолеты Ми-24 наносили удары по военным лагерям косоваров, расположенным не только в Косово, но и в западной части Албании. 27 июня четыре вертолета эвакуировали сотню полицейских и спецназовцев, которые шесть дней держали оборону в окруженной отрядами УЧК деревне Кичево. В августе в районе Печа действовали противопартизанские самолеты J-20 «Крагуй» спецназовской эскадрильи.

В Косово летали транспортные самолеты Ан-26. Вероятно, некоторые полеты выполнялись не только с целью перевозки людей и грузов. Западные аналитики полагают, что Ан-26 вели разведку.

НАТО реагировало на события в Косово угрозой нанесения воздушных ударов по Югославии. В июне с целью демонстрации силы были проведены учения «Determined Falkon», в которых приняли участие 68 боевых самолетов. В Белграде угрозы со стороны НАТО воспринимали очень серьезно, но что могли сербы противопоставить качественно и количественно превосходящему противнику? Перебазирование звена МиГ-29 из Батайницы в Ниш? Успехом стало само по себе перебазирование, выполненное скрытно: истребители выполнили перелет в радиолокационной тени транспортного Ан-26.

Дипломатические усилия, предпринятые в октябре 1998 г. несколько успокоили ситуацию. В соседнюю Македонию на случай обострения обстановки прибыл контингент НАТО – по батальону англичан, французов, голландцев, немцев и итальянцев. Группировка имела в своем составе вертолеты. Хрупкое перемирие продержалось в Косове до весны 1999 г. Западные дипломаты на переговорах во Франции дважды пытались добиться от обеих сторон приемлимого компромисса. В конце марта окончательно стало ясно, что переговоры провалились. НАТО получило карт-бланш на использования для решения проблемы косоваров воздушной мощи. Налетами авиации Запад надеялся принудить Милошевича принять план мирного урегулирования ситуации в Косово.

Параллельно с дипломатическим прессингом Югославии велось наращивание авиационной группировки НАТО на прилегающих к Балканам авиабазах. Первой ласточкой грядущих налетов стала переброска из США на базу RAF Фейфорд восьми стратегических бомбардировщиков В-52 «Стратофортресс», оснащенных оборудованием для пуска крылатых ракет. В Авиано перебазировалось несколько ударных «невидимок» F-l17 «Найт Хок», дополнительное число самолетов РЭБ ЕА- 6В «Проулер». На передовых базах Си- гонелла (Сицилия), Морон (Испания) и Милденхэлл (Великобритания) были в дополнение к танкерам 100-го заправочного авиакрыла стратегического авиационного командования ВВС США (авиабазы Истр, Франция и Авиано, Италия) были развернуты еще 29 американских самолета-заправщика: 25 КС-135 «Стратотанкер» и КС-10 «Икстендер». Все заправщики находились в оперативном подчинении штаба 100- го авиакрыла. Всего на итальянских базах было сосредоточено порядка 250 боевых Тщательная воздушно-космическая разведка Косово началась еще в конце 1998 г. в рамках операции «Игл ай». Целью операции являлось выявление мест расположения в мятежном крае всех позиций сербских войск. Собранные данные послужили основой для планирования авианалетов.

В третью неделю марта мирные переговоры в Рамбуйе между сербами и косоварами при посредничестве Запада окончательно провались, надежды на их возобновления не питал никто. Политические лидеры НАТО доли добро на проведение воздушной операции против Югославии – операции «Союзническая сила». Операция предусматривала три фазы. Цель первой фазы – тотальное подавление системы ПВО Югославии, цель второй – нанесение максимального материального ущерба Югославской народной армии и полиции. В рамках второй фазы разрешалось наносить удары только по объектам, расположенным южнее 44-й параллели, позже этот район получил известность как «Косовский театр военных действий». На третьем этапе летчики получали возможность наносить удары по целям на всей территории Югославии с целью разрушить инфраструктуру страны. Политики из Вашингтона и европейских столиц считали, что этот план никогда не будет приведен в исполнение в полном объеме – Милошевич, по их мнению, должен будет сломаться после нескольких дней авианалетов. Был составлен список из 50 целей, объекты для нанесения ударов старались отбирать так, чтобы минимизировать число человеческих жертв. К примеру, разрешалось бомбить только пустые казармы военных городков. Операция «Союзническая сила» представляла собой классический пример использования военной силы в политических целях. Ряд западных экспертов закономерно сравнивает удары по Югославии с действиями США во Вьетнаме. В обоих случаях использование военной силы только усугубило страдания мирного населения.

(Окончание следует)

КРЫЛЬЯ «КРЫЛАТОЙ ПЕХОТЫ»

К 60-летию первого полета самолета Ан-2

В истории современной авиации этот самолет занимает особое место. Впервые поднявшийся в воздух 31 августа 1947 г., он и сейчас продолжает исправно нести свою службу. Речь идет о легендарном Ан-2, получившем признание не только в нашей стране, но и во всем мире. Сегодня этот самолет еще и основная «рабочая лошадка» авиации Воздушно-десантных войск России.

Свою историю авиация ВДВ ведет с 29 декабря 1958 г. В этот день приказом Министра обороны СССР семь отдельных военно-транспортных авиационных эскадрилий Ан-2 были переданы из состава Военно-транспортной авиации ВВС в состав Воздушно-десантных войск:

– 110-я отдельная военно-транспортная авиационная эскадрилья – в 106-ю гв. вдд;

– 115-я отдельная военно-транспортная авиационная эскадрилья – в 105-ю г в. вдд;

– 116-я отдельная военно-транспор- тная авиационная эскадрилья – в 104-ю гв. вдд;

– 185-я отдельная военно-транс- портная авиационная эскадрилья – в 7-ю гв. вдд;

– 210 отдельная военно-транспортная авиационная эскадрилья – в 103-ю гв. вдд;

– 242-я отдельная военно-транс- портная авиационная эскадрилья – в 76-ю гв. вдд;

– 243-я отдельная военно-транс- портная авиационная эскадрилья – в 31 -ю гв. вдд.

Человеком, стоящим у истоков рождения авиации ВДВ, который внес огромный вклад в дело ее формирования и первым возглавлявший авиацию ВДВ, был герой Советского Союза полковник Алексей Николаевич Дергач. Далее авиацией Воздушно-десантных войск в разное время руководили:

– с 1972-1974 гг. – полковник Хохлов Федор Васильевич;

– с 1974-1984 гг. – полковник Байсаров Лев Тимофеевич;

– с 1984-1998 гг. – полковник Савельев Александр Сергеевич.

С 1998 г. и по настоящее время авиацию ВДВ возглавляет полковник Турлюн Петр Петрович.

Необходимо подчеркнуть, что отдельные авиационные эскадрильи ВДВ занимают поистине уникальное положение в процессе нынешнего становления авиации ВС РФ. Оснащенные надежной, хотя далеко и не суперсовременной авиационной техникой и оборудованием (большинству Ан-2 уже по 30 лет, но они снова поднимаются в небо), эти части выполняют задачи не менее значимые, чем любые из частей ВВС. Достаточно привести один пример: более 80% годовой программы десантирования войск Воздушно-десантные войска выполняют с самолетов Ан-2. Только с самолетов одной 110-й отдельной военно-транспортной эскадрильи за ее полувековую историю десантировано более двух миллионов человек, перевезено порядка 700 т грузов.

Особенно хотелось бы подчеркнуть, что самолет Ан-2 только на первый взгляд кажется простым. Молодые летчики, самостоятельно летавшие на других типах авиационной техники, не сразу «встают на крыло». Специфика работы в авиации ВДВ заключается в том, что в системе Вооруженных Сил нет ни одного учебного заведения, которое бы занималось подготовкой специалистов для самолета Ан-2. Поэтому на базе 243-й отдельной военно-транспортной авиационной эскадрильи организована профессиональная работа по переучиванию специалистов на данный тип техники. Прежде чем летчик или штурман получат допуск на выполнение десантирования, им предстоит пройти целую программу курса боевой подготовки на этом типе самолета. Многочисленные учебно-тренировочные полеты выполняются с целью научить экипаж не просто управлять крылатой машиной, а быстро и грамотно принимать решения в любой ситуации. Ведь цена ошибки – десятки жизней.

За день полетов каждому Ан-2 приходится взлетать по 20-25 раз, десантирование производится группами по 10 человек. Десантировать личный состав можно, когда самолет набирает высоту в 600-800 м. Военные парашюты, в отличие от спортивных, неуправляемы, поэтому точность приземления, а значит, жизнь и здоровье десантников зависят от профессионализма летчика и штурмана.

Военнослужащие авиационных частей Воздушно-десантных войск с честью выполняли свой воинский долг во многих «горячих точках»: Вьетнам, Камбоджа, Афганистан, Югославия, Абхазия, Таджикистан, Приднестровье и, конечно, Чечня. Многие из них награждены государственными наградами.

Материал подготовлен службой информации и общественных связей ВДВ РФ.

Начальник авиационно- технической службы – начальник авиации Воздушно- десантных войск – полковник ТУРЛЮН Петр Петрович

Фотоархив

МиГ-29УБ

Фото Д. Пичугина

Tу-160