sci_history Евгений Кукаркин Фифти-фифти ru rusec lib_at_rus.ec LibRusEc kit 2013-06-11 Tue Jun 11 17:37:59 2013 1.0

Кукаркин Евгений

Фифти-фифти

Евгений Кукаркин

Фифти-фифти

Написано в 1998 г. Приключения.

Вор в Америке пошел совсем не тот. Я поселился не ахти в каком первоклассном отеле и надо же, в самом номере, кто то в мое отсутствие побывал. Обшарил у меня вещи и карманы единственного костюма, деньги оставил, а документы унес. Исчез паспорт, записная книжка, страховой полис и доклад, с которым я собирался выступать на конференции. О пропаже я сообщил администратору отеля, потом в полицию и в консульство. Везде мне посочувствовали, обещали разобраться и помочь. Прибывшие детективы обшарили номер и... не найдя никаких улик исчезли. Инженер Марголис, по вызову которого я приехал в США, узнав о моих приключениях, с ухмылкой пошлепал меня по плечу.

- Алекс, документы ерунда, важнее голова.

- Чего ты этим хочешь сказать?

- Твоей голове, паспортов не надо. Тебе любое государство предложит свое гражданство.

Я с подозрением посмотрел на него, уж не специально ли все это сделано. Похоже он прочел мой взгляд и поспешно сказал.

- Ты не подумай, я тебя не переманиваю. Просто, высказываю свою точку зрения на то, что произошло.

- Ладно, меня по этой картонке будут пропускать на предприятие.

Я показываю ему пластиковую карточку с моей фотографией, мне ее сделали, когда я появился первый раз у "Дюпона".

- Пропустят, без нее бы тоже пропустили. Вся администрация и инженеры знают о тебе буквально все...

- Как это?

- Видишь ли, все наши конкуренты изучаются, так сказать в лицо. Ты слишком крупная величина в химии, чтобы тебя не знать.

Я задумался. У себя в России мне никто об этом даже намекнуть не мог. Обыкновенный заурядный ведущий научный сотрудник, написавший десятки статей и с трудом пропихнувший в печать одну книгу. Она теперь, вот уже несколько лет, валяется на пыльных полках запасников в магазинах. Я попал в струю нечаянно, просто после международных схваток между учеными и правительствами разных стран, по поводу озоновых дырок в атмосфере, впервые все государства земли пришли к общему согласию. Так как основным источником разрушения атмосферы посчитали химические реагенты, а именно хладоны, которыми заправляют холодильники или чистят тряпки, было решено разработать новые охлаждающие вещества, способные не воздействовать на окружающую среду. В России это было быстро сделано, толковые ученые сделали новый фреон, но из-за бедности государства, глупости чиновников и отсутствия нормальных спонсоров, построить несколько производственных колонн не могли. Тут то "Дюпон" и развернулся, он залез к нам в институт, обворожил обхождением и мелкими подачками начальство, за копейки купил патент и запустил свои заводы, таким образом продавая всему миру то, что должны продавать мы.

Но я к этому делу не имел никакого отношения, я занимался... уничтожением старых хладонов. Да, простой инженерной работой, как подъехать к объекту, где находится хладон, выкачать из него старый охладитель, который, как нам уже ясно, разрушал атмосферу и на ходу переработать его. Меня пригласили с США, как раз на конференцию по этой проблеме. Даже тупому бизнесмену ясно, прежде чем купить новый хладон, нужно уничтожить старый, в атмосферу же его выпускать нельзя. Оказывается я у них величина...

- После завтра твой доклад, - продолжал Маргулис, - к нам на конференцию напросились десятки специалистов из других фирм и даже государств. Хотят послушать тебя.

- У меня его украли...

- Не беда. Посиди пару часов у нас на фирме, там такая библиотека и информации столько, что ой-е-ей. В твоем институте одна тысячная того что здесь есть. Обслужат по первому разряду, так что успеешь составить черновик. Поверь, ученые тебя поймут. Ты мужик гениальный...

- Меня не надо превозносить, у вас тоже есть разработки по уничтожению хладона и причем отличные...

- Есть, но вот той установки, которая прямо подъезжает к потребителю на колесах, нет. Кстати, что ты сегодня вечером делаешь?

- Решаю свои проблемы с утерянными документами.

- А потом?

- Вроде, свободен.

- Прекрасно. Сегодня у Макенроя вечеринка по случаю дня рождения дочери. Они просили, чтобы ты пришел.

- Постой, это какой Макенрой? Один из директоров фирмы?

- Он самый. Чего это тебя так удивило?

- Что пригласили меня. Но нужно какой то подарок?

- Об этом позабочусь я.

Вроде действительно никому нет дела до того есть ли у меня документы или нет. Везде, в научном ли отделе, в цехах фирмы, ничего не скрывают, повсюду пропускают, все показывают, из отеля не выгоняют. Я нудно долблю администратора гостиницы и местную полицию, в поисках воров, но хуже всего приходится общаться со своими.

- Не спешите, молодой человек, - парень в огромных очках, первый секретарь консульства, успокаивал меня. - Надо запросить посольство, потом МИД, не сразу выписываются новые документы...

- Но через неделю у меня кончается виза...

- Мы позаботимся, договоримся с властями.

- А деньги, на что существовать?

- Деньги вам выделим.

Что за черт, там белены объелись что ли. Ладно, подождем до следующей пятницы.

Вечеринка у Макенроя великолепна. Шикарные женщины и юные леди поражали нарядами, зато мужчины одеты более скромно, но со вкусом. Разносят шампанское, бисквиты и крошечные пирожные. Маргулис сразу меня представил виновнице торжества.

- Ирен, позволь представить, русского ученого, Алекс Петроф.

Она, по американским стандартам, выглядит прекрасно. Голубые глаза, светлые волосы, правильные формы лица, белые ровные зубы и конечно длиннонога, единственный недостаток неразвитая грудь, который она кстати и не думает скрывать.

Я целую ее руку.

- Поздравляю вас, с днем рождения.

- Спасибо. Алекс, я очень рада, что вы зашли сюда. Мне папа о вас много говорил...

- Вот как, плохого или хорошего?

- Не то, не другое. Он просил обворожить вас...

- Это надо потрудиться. Но за что же мне такая почесть?

- Папа сказал, что вы талантливы и хорошо бы, если фирма пробрела такого ученого.

- Ваш папа, выболтал вам большую тайну и не дай бог, если вы ее будете рассказывать всем.

Маргулис смеется, глядя на него, смеется и Ирен.

- Пойдем, Алекс, я тебя представлю другим гостям. Извини, Ирен, у тебя еще много обязанностей..., вон сколько прибывает гостей... Мы тебя не будем задерживать.

Отходим в глубь зала.

- Эта девочка сама себе на уме, вроде бы играет под дурочку, но на самом деле умна. - замечает Маргулис. - Она не то что ее сестра, вот та нахальна и действительно с придурью. Вон сам Макенрой, пойдем я тебя представлю.

Толстый господин, в компании двух пожилых мужчин, о чем то увлеченно говорил.

- ...Я то стою, а этот впереди меня, рот разинул на красивую девочку и повернулся вправо, тут низкий такой грузовичок перед ним, поехал почему то назад и стал тихонько толкать машину на меня. Я разозлился включил скорость и знаете попер вперед тоже... Боже, что здесь было... Этот тип очнулся, орет. Та машина на него давит и моя...

- Так раздавили его? - спрашивает один собеседник.

- Нет, я их обоих вперед поволок...

- Мистер Макенрой, - вмешался Маргулис, - позвольте представить Алекса Петрова.

- О... Наш русский коллега, очень приятно. Я - Генри Макенрой. Позвольте представить. Это представитель фирмы "Меркурий" Джон Меджик и директор нашего предприятия в Германии мистер Говард Дот.

Мы раскланиваемся.

- Алекс, говорят вы готовы совершить революцию в переработке хладонов, - говорит мне Дот.

- Ну что вы, я так устал от всех революций, что мечтаю об одном, удрать на край света и отдохнуть две недельки.

Они сочувственно кивают головами.

- Мы бы могли вам помочь..., - предлагает Джон.

- Нет, спасибо. Я еще сам не знаю, где край света...

Среди гостей началось волнение.

- Попрыгунья пришла, - встрепенулся Макенрой, - сейчас начнется.

- Пришла Кристи, младшая дочь Генри, - шепотом поясняет мне Марголис.

В зал вошла стройная девушка, в отличии от всех, она не блистала нарядами. Длинные брюки, подчеркивали ее стройную фигуру, белая кофта на распашку, волосы разбросаны до плеч, а головка настоящий портрет красавицы в гареме турецкого паши.

- Отстань, - звонко на весь зал, говорит девушка, обращаясь к Ирен.

Кристи зорко оглядывает всех присутствующих, увидев отца, она бесцеремонно расталкивает встречных, и идет к нему.

- Привет, папа. За мной гонится полиция, уладь все дела.

- Что ты там еще наделала?

- Ничего особенного. Мне так надоели эти паршивые ухажеры, что я столкнула машину с ними в воду.

- Но это же опасно. Там никто...

- Не беспокойся, никто не пострадал. Все живы.

В дверях показываются двое взъерошенных полицейских. Макенрой, раздвигая животом толпу спешно идет к ним. Кристи кивает всем нам, небрежно поздоровавшись, останавливает, проходящего мимо, официанта с крошечными пирожными, взяв с подноса их горсть, начинает есть. Ее глаза упираются в меня.

- А вы кто?

- Человек.

- Я это поняла.

- Прекрасно, Я рад за вас.

В бок я получаю толчок от Марголиса. Кристи меня с интересом разглядывает.

- Судя по интонации вы иностранец...

- Вот видите, вы очень сообразительны.

По глазам вижу, ей хочется запустить в меня пирожными, но она сдерживается и вежливо говорит.

- Будем считать, что я не взорвалась и у меня хорошее настроение. Я Кристи Макенрой.

- Будем считать, что я не хотел обидеть вас, просто у меня очень плохое настроение. Меня зовут Алекс Петров.

- Так вы тот русский?

- Наверно, все тот же русский.

- А от чего у вас плохое настроение?

- Его обокрали, - подсказал Марголис.

- Я сочувствую.

Она сразу потеряла интерес ко мне. Подходит официант с шампанским. Мы все берем по бокалу.

- А мне, - требовательно глядит Кристи на нас, ей бокала не хватило.

Мужчины любезно протягивают свои бокалы. Я стою и рассматриваю в упор эту вздорную девчонку.

- Я хочу от вас бокал, - она требовательно протянула ко мне руку.

- Возьмите, - я протягиваю ей напиток. - Слушай, - обращаюсь я к Маргулису, - пошли от сюда. Мне непривычно находиться в компании с нахальной девчонкой.

У Маргулиса глаза лезут на лоб от ужаса, остальные хмыкнули. Кристи не донесла бокал до рта и вся вспыхнула, только от чего не понял: от негодования или от ярости. Я тащу Маргулиса в толпу гостей и тот приходит в себя.

- Что ты наделал? Это же дочь Макенроя.

- Ну и что?

- Просто, ты еще в наших порядках ничего не понимаешь...

- Может это и к лучшему...

Полицейские ушел и папаша Макенрой, как корабль в воде, разрезает толпу гостей своим телом. Он берет Кристи за руку и отводит к окну, они о чем то бурно разговаривают. Вечер идет своим чередом. На лужайке перед домом заиграл музыкальный ансамбль. Гости повалили туда. Мы с Маргулисом отправляемся вслед за ними.

- А где твоя жена? - спрашиваю я его.

- Дома. Она у меня беременна, на последнем месяце.

Рядом с нами появляется Ирен.

- Алекс, вы не против со мной потанцевать. Ведь я же должна вас обворожить...

- Прости, сестричка, - наглый носик Кристи выплыл перед ней, - Алекс обещал первый танец мне. Не так ли?

Она насмешливо глядит на меня.

- Правда..., разве у нас был такой разговор...?

- Конечно. После того, как вы любезно мне передали бокал с шампанским. Вы так и сказали: " Уважаемая Кристи, первый танец должны мне..."

- Я не люблю ходить в должниках. Извините, Ирен, долги надо возвращать.

- Вечно ты..., - ноет Ирен.

- Вон мои мокрые ухажоры стоят у стены, пригласи любого, с радостью пойдут.

Ирен возмущенно отходит. Кристи впивается мне в руку.

- Пошли, Алекс.

Мы танцуем раздельно, Кристи явно резвится.

- Чего же вы обманули мою сестричку, вы же не обещали со мной танцевать...

- Не устоял от вашей... вашего напора. Но вечер на этом танце наверно не кончился, я еще успею наверстать упущенное.

- Забавно. А если я не захочу, чтобы вы танцевали с другими...

- Вы, в праве хотеть.

Вдруг она упала мне на грудь и обхватила шею руками.

- Простите, меня толкнули, - шепчут губы у уха.

- Кристи, неприлично на таком вечере висеть на груди иностранца.

- А вы, думаете, на соотечественнике прилично?

- По крайней мере, гости смогли бы почесать языки, по поводу очередного несчастного, которого вы выбрали для своей тирании.

Кристи засмеялась и оттолкнулась от меня, приняв вид отдельно танцующей фурии.

Танец кончился, опять понесли шампанское и пирожные. Кристи выдернула с подноса два бокала с шампанским. Один протягивает мне.

- Вы, кажется, не смочили горло. Я вам помешала тогда.

- Простите, мадам. Это я виноват в том, что взял тогда с подноса бокал раньше вас .

Это ее развеселило окончательно. Музыканты заиграли что то ритмичное и негритяночка завыла перед микрофоном, что то озорное, площадка ожила. Опять появилась Ирен.

- Кристи, все, твой танец кончился. Пойдемте, Алекс.

- Э... нет. Все только начинается. Пошла бы ты, сестричка, подальше.

- Да как ты...?

Кристи плеснула ей в лицо остатками шампанского. Та взвизгнула и вцепилась в ее кофту... Я тихонько отошел в сторону. Макенрой пробивался через танцующих к месту схватки.

- Ну как? - рядом со мной оказался Маргулис.

- Погуляли.

- Я бы на твоем месте ушел.

- Почему?

- Кристи здесь устроит спектакль, где главным действующим лицом будешь ты. Если ей что то понравилось, то она свернет все, даже этот коттедж. Поверь, вечер будет испорчен, а в глазах гостей ты будешь выглядеть самым непристойным человеком. Кристи все сойдет, тебе нет.

- Ты меня уговорил. Я поеду к себе в отель.

- Я тебя отвезу.

Доклад прошел успешно, всем понравилось, но вопросы сыпались, можно сказать, технически провокационные. Например, выступает профессор Кливлендского университета, какой то Баер и спрашивает.

- Я хочу высказаться про плазменный метод, о котором вы здесь докладывали. В своей лаборатории попытался повторить ваш эксперимент, проводил сотни опытов, но такого как вы результата не получил... У меня идет обыкновенное сгорание продукта и все кончается взрывом. Я применял различные носители, охладители, но результат практически тот же. У вас же скорость реакции очень высока, взрывов нет, а выход продуктов разложения просто фантастический. В чем дело?

- В "фивти- фивти".

Гул прошел по залу. И пошло, это "фивти-фивти" их задело.

- Скажите, виновником взрыва является случайно не пар, образующийся при разложении носителя? Вы не могли бы хотя бы намекнуть, что это? - спрашивает один.

- Может большую роль играет скорость подачи фреона в плазму? спрашивает другой.

- При какой РН вы проводите вторую фазу реакции?

- Какие фазы температур и давлений? Это ступенчатый режим?

Ну прямо выложи им все. Дюпон меня еще тогда задел, когда за бесценок выкупил наш рецепт получения новых хладонов, думают теперь на дурачка нарвались опять, сейчас мол им все выложу.

- Господа, каждый патент никогда воспроизвести не возможно, без соответствующей изюминки. Ведь ваши патенты я тоже не могу повторить без этого. Изюминка стоит деньги и большие деньги.

Встает хорошо одетый господин и громко на весь зал орет.

- Сколько?

- Пока я не могу сказать.

Гул идет по залу. Я вижу, американцы недовольны. Председатель спешит закрыть конференцию и меня уводят за кулисы. Понимаю, это умышленно, после моего выступления будет дискуссия, где меня постараются облить грязью. Организаторы стараются меня избавить от этого.

Маргулис сегодня задумчив.

- Зря ты так, Алекс, закончил концовку.

- Почему так считаешь?

- Дюпон не захочет, чтобы ты продавал свою идею на конкурсной основе.

- Я об этом не говорил, но в любом случае, он еще свое возьмет...

- Не знаю, как там получится дальше, но судя по всему, твой паспорт так скоро не найдут, если вообще будут искать.

- Ты что-нибудь знаешь?

- Нет, но я подумал другое. В Америке обычно воруют деньги, секретные документы, но не паспорта или заметки к уже известному докладу. Зачем они, когда все граждане отчитываются водительской карточкой. Если кто этим и занимается, так какие-нибудь службы, которым от тебя что то надо.

Как будто я этого не понял.

- Так кому же я нужен?

- Наверно слишком многим людям...

В консульском отделе, парень разводит руками,

- Увы, еще ничего нет.

- Дайте еще запрос. Я себя здесь чувствую как БОМЖ, ни документов, ни денег...

- Я вам говорю, подождите. Мы вам оплатим вынужденную задержку, на работу тоже сообщим. Американцам уже послали документы с просьбой продлить визу.

- Но паспорта нет, о какой визе идет речь?

- Мы все знаем и стараемся что то сделать.

Он вежливо меня выпроводил из кабинета.

Только подошел к отелю, как слышу окрик.

- Алекс.

Из шикарного "мустанга" выглядывает голова Кристи. Я подхожу к ней.

- У вас такой вид, будь то вы съели лимон.

- Хуже, мне кажется я залез в пасть крокодилу.

- Не ладится что-нибудь?

- Все не ладится.

- Садитесь в машину, я вас немного отвлеку.

- Опять впутаете в какую-нибудь историю?

- Почему опять?

- У вас очень плохая репутация, Кристи. В этом я сам убедился. Побывал с вами немного на вечере и мне, честно говоря, иногда там хотелось отшлепать вас по одному месту...

- В чем дело? У вас еще будет такая возможность. Садитесь, Алекс. Я постараюсь быть паинькой.

- С трудом верится.

Но в машину, я все же влез.

Кристи жмет по шоссе под все 120.

- Куда мы едем?

- Ко мне. Сегодня у меня парад женихов.

- И где же ваш гарем?

- Папа подарил мне за городом коттедж.

Больше спрашивать бесполезно. Кристи сама затевает разговор.

- Я была на вашем выступлении на конференции...

- Вы? И что вы там делали?

- Слушала.

- Ну и как?

- Ничего не поняла. Одно лишь схватила, вы знаете какую то тайну, за которую Америка вам готова отвалить большую сумму. Мой папаша, после вашего выступления был зол, как... пиранья. Дома брызгал слюной и обзывал нас с Ирен дурами.

- А вы то причем?

- Оказывается Ирен была отведена почетная роль охмурить вас, а я видите ли все испортила.

- Как же она должна была меня охмурить?

- Завлечь наверно.

- Это чтобы потом скомпрометировать или...?

- Не знаю. Здесь все приемы важны, когда касается больших денег.

- А вы сейчас в какой роли?

Кристи молчит, потом, через некоторое время, отвечает.

- Я тоже хочу завлечь, но мне такого задания никто не давал.

Коттедж, это двухэтажный дом, расплывшийся в ширину и помещенный в строгий английский парк с подрезанными розами и деревьями. Перед коттеджем небольшая площадка для автомобилей, сзади него - большой бассейн.

Только мы подъехали к парадной, как дверь открылась и пожилая женщина, догоняющая при помощи косметических средств молодость, сразу обрушилась на Кристи.

- Ты разве не могла приехать раньше?

- Нет, мама, не могла. Я задержалась из-за этого молодого человека. Его звать Алекс Петроф. Пришлось почти силой пихнуть его в свою машину.

Женщина теперь обращает внимание на меня.

- Простите, я Агни Макенрой, мать этой несносной девчонки. Представляете, она наприглашала гостей, а сама умотала в город.

- Представляю, но не представляю, что будет дальше.

- О... Это я вам могу сказать. Половина гостей перепьется. Кристи, если не подожжет дом или не взорвет его, то по крайне мере попытается часть молодых людей вымочить в бассейне, а другие из-за нее перебьют друг другу физиономии.

- Фу, как ты меня плохо представляешь, мама. Это же иностранец, что он о нас подумает?

- Что есть, то есть, впрочем, вы сами все увидите, Алекс. Заходите.

Большая гостиная сделана на подобии бара. Стойка со спиртным и закусками, небольшой участок свободного пола, где под музыку танцуют парни и девушки. При виде Кристи, часть молодежи окружает ее. Она сразу забыла обо мне.

- Ребята, все потом, вечер продолжается. Где мой Юджин?

Компания идет в конец зала. Я направляюсь к стойке и взяв бутылку водки, наливаю в чистую рюмку.

- Возьмите бутерброды.

Рядом стоит парень, с длинными как у женщины волосами. Он протягивает поднос с бутербродами.

- Спасибо.

- Где она вас нашла?

- Кто?

- Кристи.

- На улице.

- Кто вы?

- Гений. Но вы меня можете звать Алексом. Алекс Петров.

- Тогда понятно. Я Марк Мерфи.

- Давайте выпьем, - предлагаю ему рюмку.

- Нет, я такую крепкую и так много не могу. Вот здесь прекрасное вино. Сейчас налью себе.

Мы выпиваем.

- Сейчас будет кульминация вечера, - продолжает Марк.

- Что это значит?

- Это значит. Наши женщины играют в рулетку. На кого из них выпадет номер, та должна под музыку устроить раздевание... Стриптиз... В кого она кинет лифчик, тот должен после этого выкупаться с ней в бассейне... голым.

- И часто у вас такое веселье?

- Как соберемся. Иногда очень интересно посмотреть на телеса подруг наших друзей...

Парни приносят на центр зала стол с рулеткой. Женщинам раздают номера. Высокий парень раскручивает колесо и бросает шарик. Стоит немая тишина.

- Номер 22. У кого номер 22?

- Кристи, - закричал кто то. - Это же Кристи.

Зал ожил.

- Ну сейчас начнется комедия, - говорит Марк.

Кристи залезает на стол.

- Музыку, - требует она.

Включаю музыку. Девушка начинает вертеться на столе и медленно раздеваться. Вот скидываются брюки и она остается в трусиках и кофте. Потом медленно стягивается кофта и под рев окружающих видно, что на ней бюстгальтера нет и красивая грудь задиристо смотрят в зал. Кристи машет кофтой и проводит ей по носам окружающих ее парней. Те пытаются зацепить ее, но Кристи вырывает ткань и соскакивает на пол. Парни окружают ее, а она движется по залу. Эта компания подходит к нам. Мне непривычно видеть голую женскую грудь, да еще при всех, поэтому я стараюсь не смотреть и тяну вторую рюмку водки. Кристи подходит к стойке, она изгибается перед Марком, проводит кофточку мимо его носа и вдруг... делает рывок в мою сторону, закидывает кофту мне на шею и тут же завязывает рукава узлом. Рев стоит в зале. Несколько человек требовательно хватают меня за руки.

- Идите, - слышу голос Марка, - вам надо раздеваться и купаться с ней в бассейне.

- Ей, ребята, я же...

Меня толчками в спину и тащат к бассейну. Кристи размахивая руками впереди. Она первая забирается на невысокий трамплин и, пританцовывая, скидывает с себя туфли потом трусики. Вопли и крики вокруг бассейна усилились. Красивое женское тело делает рывок и ласточкой летит в воду.

- Раздевайтесь, - требует от меня крепкий мужчина, - так требуют правила.

Я снимаю обувь, костюм, майку и остаюсь в трусах. Кристи плавает в воде и зовет меня пальцем.

- Э... трусы снимай тоже, - кричат несколько голосов, особенно стараются женщины.

Я снимаю трусы и гул то ли восторга, то ли восхищения проносится вокруг. Меня в спину толкают к бассейну.

Прохладная вода неприятно охватило тело. Кристи подплывает и обнимает за шею. Ее тело прижимается ко мне.

- Скажи, я красива?

- У тебя только один изъян.

- Какой?

- Дрянной характер...

- Ты кажется хотел за это отшлепать меня?

- Все будет в свое время.

Мы целуемся. На берегу беснуются парни и девушки.

В остальном вечер прошел нормально. Дом действительно не сожгли и не взорвали, купались почти что все, кто в одежде, а кто и без нее. Зато перепились все гости, включая хозяйку.

Время было около часу ночи. Хмельная Кристи на бешенной скорости привезла меня в отель. В вестибюле пусто, администратор пьет кофе и не может оторваться от маленького телевизора. Он с ворчанием выкидывает мне ключ и тут же, открыв рот, уставляется на экран.

- Сейчас уже поздно, - шепотом говорит Кристи, - ты не против если я высплюсь у тебя.

- Пошли.

Мы тихо идем к лифту.

Так и осталась она со мной на всю ночь. Я все же отшлепал Кристину по одному месту, когда она хотела распять меня нам кровати и для этого сорвала шторы с окон.

Свет уже ворвался в окна и освещает хаос разбросанных вещей. Сейчас десять часов утра. Рядом лежит Кристи и посапывает невинным образом.

- Эй, соня, пора вставать.

Она открывает глаза и улыбнувшись, прижимается к моей груди.

- Что у нас сегодня, предвидится? - спрашивает она.

- Пока завтрак.

- Так обыденно... Давай, удерем... куда-нибудь.

- Куда?

- Я знаю куда. Так как, ты готов?

Я начинаю колебаться, опять что-нибудь...

- Ну... давай, - она скорчила просительную рожицу.

- Давай.

- Оп, ля-ля, - она села на меня, - У кого нет коня, садитесь на него. Но-о... лошадка...

Я ей дал шлепка и отправил в ванну.

Недалеко от берега моря, мы остановились. Кристи оставила машину на стоянке.

- Теперь куда? - спрашиваю ее.

- Вон туда.

Мы пробираемся к набережной, забитой яхтами и катерами.

- Здесь наш катер.

Она уверенно идет по мосткам, с двух сторон которых причалены разнотипные суденышки.

- Здравствуйте, Кристи.

Перед ней стоит седой негр, в клетчатой ковбойке.

- Фреди, все в порядке?

- Да, мэм. Еще вчера приходил моторист, он залил в баки горючее, а в двигателе сменил смазку.

- Хорошо, Фреди.

Мы проходим мимо него и вскоре останавливаемся перед большим катером.

- Залезай.

Кристи легко перебирается на палубу. Я неуклюже забираюсь на катер и чувствую легкие колебания суденышка. Девушка копается в лючке у закрытой двери.

- Все в порядке, нашла ключи.

Кристи открывает дверки и просовывает голову.

- А...а...а...а, - издает она вопль и в ужасе отшатывается назад.

Я спешу ей на помощь.

- Что с тобой?

- Там, там...

Просовываю голову в дверь. У трапа в неестественной позе лежит человек. Из иллюминатора свет падает на его лицо. Я тоже ахнул, это был Маргулис. Его глаза открыты и бессмысленно смотрят в потолок, из кромки губ черная дорожка засохшей крови, пробежала по подбородку до ковра пола. Я отпрянул назад.

- Надо вызвать полицию.

Кристи потеряла дар речи, она что то мычит. Я выскакиваю на мостки.

- Фреди, Фреди.

Ко мне не спеша идет негр.

- Фреди, вызывай полицию, там на катере мертвец...

Детектив подозрительно глядит на нас.

- Так где вы были вчера вечером и сегодня ночью, мистер Петроф.

- Мы были вместе, весь вечер и всю ночь, - за меня отвечает Кристи.

- Кто это может подтвердить?

- Все. Свидетелей полно. Я проводила вечер у себя в коттедже, там было много народа. Я вам их перечислю, если хотите. Потом мы с Алексом поехали в отель, там были вместе до утра.

- Хорошо, я это проверю. Мистер Петроф, меня интересует, где ваши документы?

- Я уже заявлял в полицию, что у меня украли документы в отеле.

- Вот это, не ваш паспорт?

Он показывает паспорт в полиэтиленовом мешке.

- Там внутри моя фамилия?

Детектив кивает головой.

- Тогда мой.

- Паспорт нашли в теннисной сумке, рядом с трупом.

- Но я... здесь ни разу не был..., - я почти в шоке, детектив в ответ кивает головой. - Вы меня задержите?

- Нет. Но вам лучше никуда из города не выезжать и попытайтесь найти себе адвоката.

- Мой папа подыщет тебе адвоката, - встревает Кристи.

- А вы, мисс Макенрой, постарайтесь увести вашего знакомого побыстрей от сюда. Сейчас сюда нахлынут репортеры...

- Спасибо, детектив. Бежим, Алекс.

Она хватает меня за руку и мы бежим по мосткам к берегу. Только выскочили на асфальтовую дорогу, как к причалу с визгом подъехало несколько машин. Толпа репортеров неслось к перегороженным полицией мосткам.

Папаша Макенрой сразу схватился за сердце, когда выслушал Кристи.

- Опять влипла...

- Но я не виновата, что меня вечно подстерегают какие то неприятности.

- Все. Будешь сидеть дома и больше никаких вечеринок...

- Ну уж нет. И дома сидеть не буду и буду делать все, что хочу. Попробуй только, задержи...

- Несносная, девчонка. Мистер Петроф, я сейчас вызову к нам адвоката нашей фирмы. Постарайтесь с ним уладить свои дела. А тебе, - он обращается к Кристи, - придется подождать и выслушать, что порекомендует Годой.

В отличии от Макенроя адвокат Густав Годой очень худ и высок. Он молча выслушал нас с Кристи и встревожился.

- У нас будут неприятности со всех сторон. Во первых, фирма Дюпон заинтересована в соединении и сохранении брачного союза между Макенроями и Мерфи...

- Это каким Мерфи? - удивился я. - Не тот ли Марк, с которым я пил на вечеринки у Кристи?

Она кивает головой.

- Алекс, к сожалению, это мой жених. Мы помолвлены.

- Это чисто политическое и экономическое единение, - продолжает адвокат. - Если сейчас все газеты будут поласкать имя Кристи, то сенатор Мерфи будет вынужден приостановить свадьбу. Свою репутацию он очень бережет. Через полтора месяца перевыборы и всякие темные пятна в его семейной жизни, конкуренты быстро сумеют переиграть. Это не его урон, а наш - потери миллионов долларов по государственной программе замены хладонов на новые не расщепляющие озон. Деньги в руках Мерфи и, к сожалению, они могут попасть в руки других монополий.

- Ты слышишь, идиотка, что ты наделала, - шипит папаша на свою дочь.

Кристи отворачивает голову к окну и не отвечает.

- Во вторых, по поводу Алекса, - адвокат задумался, - все будет зависеть от Кристи. Она основной свидетель...

Теперь в комнате тишина, которую пришлось мне нарушить.

- Я чего то не понял...

- Кристи должна понимать, что на кон поставлены бешеные деньги и если она будет говорить правду, то все рухнет.

- Но там же было много народа, - опять не выдержал я.

Адвокат поднял растопыренную ладонь.

- Дело не в вечеринке. Там действительно много свидетелей, дело в другом, в отеле. Здесь два варианта. Либо найдутся свидетели и покажут, что Кристи провела ночь вместе с Алексом, это естественный скандал для Кристи и для нас, либо не будет свидетелей и если Кристи убрать из этого дела, тогда будет трудно доказать, что Алекс всю ночь был с ней в отеле...

- Что за ерунда, - удивился я.

- О том, что вы были с ней ночь вместе, может подтвердить только один свидетель, это Кристи.

- А администратор?

- Он был только единственный, который там видел вас?

- Естественно, мы приехали поздно. В вестибюле никого не было, даже носильщика.

- Тогда дело еще хуже. Подтвердить, что вы были в номере всю ночь, даже администратор не сможет. Уйти ночью из отеля незаметно и вернуться плевое дело.

- Но Кристи то была со мной.

Все смотрят на Кристи. Она молчит.

- Кристи, скажи что-нибудь..., - прошу я.

- Я очень сожалею Алекс. Но я не могу портить свою репутацию. Поэтому я должна сказать, что меня не было с тобой в ту ночь.

Макенрой и Годой облегченно вздыхают. Я понял, что эта женщина меня предала.

- Так... Что же вы мне предлагает мистер Годой?

- Только одно. Фирма выкупает вас, но деньги фирмы нужно компенсировать. Мы заключаем сделку. Вы продаете нам патент, мы вас вытаскиваем из всех этих передряг...

- Которые вы мне умышленно устроили. Даже не пожалели свою дочь, мистер Макенрой.

- Алекс, отец не причем, - встревает Кристи.

- Естественно. Все началось с кражи документов, а кончилось... Маргулисом. Я подумаю мистер Годой, мистер Макенрой, мисс Макенрой. Простите, мне надо убраться от сюда.

- У вас почти нет времени, - качает головой Годой. - Не делайте глупостей, Алекс, продайте патент...

Я небрежно киваю им головой и иду к выходу.

Только выскочил из дверей дома Макенроев и тут чуть в дверях не сшибаю Ирен.

- Алекс.

- Простите.

- Здравствуйте, Алекс.

- Здравствуйте.

- На вас лица нет.

- И не будет. С вашей семейкой потеряешь всякое лицо.

- Алекс, извините, я то здесь причем?

- К сожалению, вы Макенрой, а это уже все...

- Вам Кристи устроила неприятности?

Она не отрывается от меня и семенит рядом. Я останавливаюсь.

- Слушайте, Ирен, вам то что от меня нужно?

- Вы думаете, я такая глупенькая и ничего не понимаю.

Я вдруг успокаиваюсь.

- Я такой вас и представлял с первой встречи.

- Вы слишком прямолинейны, Алекс. Я действительно в глазах всех и моей семьи дурочка, но видеть то я все вижу. Еще тогда, на дне рождения Кристи, папа требовал от меня, чтобы я не обошла вас вниманием, только за это я вас тогда возненавидела.

- Однако...

- Молчите. Я в семье никто. Все деньги, все наследство Кристи. Меня за ослушание просто выдадут за муж за любого кретина... Вот и приходится быть на вторых ролях.

- Вы же в свободной стране...

- Я в семье Макенроев.

- Ладно, не будем об этом. Мне надо побыть одному.

- Хорошо, Алекс.

Я побрел дальше. Долго ходил по улицам центральной части города и все никак не мог прийти в себя, не мог найти выход из этой тупиковой ситуации. Трудно быть в чужой стране без друзей и связей.

В холле отеля меня ждал детектив, тот самый, что уже допрашивал меня у катера.

- Приветствую вас, мистер Петроф.

- Здравствуйте, детектив.

- Вы в номер? Я пройдусь с вами.

В номере он небрежно валится в кресло.

- Я ведь по поводу убийства Маргулиса.

- Я так и понял.

- Администратор, не видел вас поздно вечером.

- Как же так, ведь я брал ключи и притом был не один.

- То, что вы были сегодня утром не один, подтверждают много свидетелей, но вот то что вы были здесь вместе ночь, это к сожалению подтвердить никто не может.

- Что за чушь? Я был здесь с Кристи.

- Мисс Макенрой изменила свои показания, я только что от нее. Она утверждает, что заехала к вам утром, чтобы пригласить покататься на катере.

- А ее машина? Да я впервые в жизни в этом городе и совсем не знаю его, тем более, не знал, что у Макенроев был катер...

- Это не оправдание для присяжных. Есть одна серьезная улика, ваш паспорт на месте преступления.

- Да его же перед этим украли... Я заявлял в полицию...

- Вашего письменного заявления в полиции нет.

- Слушайте, детектив, неужели в это верите вы?

- Конечно нет. Я бы вас давно арестовал, если бы был уверен. Видите ли, я здесь уже работаю больше десяти лет и прекрасно разбираюсь в убийствах, убийцах и других вещах. Кто то хочет, чтобы вы сели в тюрьму.

- И что же мне теперь делать?

- Ищите толкового адвоката?

- Где же мне его взять. Денег у меня нет, адвокат фирмы слишком много запросил.

- Кстати, сколько с вас адвокат фирмы запросил?

- Миллионы долларов.

Детектив присвистнул.

- Ого. Это с бедного то... что то здесь не то...

- Он предложил выкуп, за патент...

- Так. Давайте-ка, Алекс, по порядку. Расскажите мне все с самого начала.

Я начал с кражи документов...

Все повествование уложилось в двадцать минут. Детектив потянулся.

- Алекс, я буду искать убийцу. Говорите машина Кристи была всю ночь у отеля? Это уже улика, чтобы вас не арестовывать. А потом, вы правы в одном, нахождение паспорта с трупом, не всегда является вещественным доказательством для убийства. Так что подождем. До свидания, мистер Петроф.

Уже ночь. В дверь стучат.

- Кто там?

- Открой, это я, - раздается женский голос.

Я открываю. На пороге, одетая под мальчишку с кепи на голове, Ирен.

- Проходи.

Я закрываю за ней двери.

- Я все узнала, Алекс, - запыхавшись говорит она.

- Это уже хорошо. Зачем ты пришла? Я теперь боюсь любого демарша вашей семьи. Кто не поручиться, что за дверью не окажутся свидетели, которые только и ждут, когда ты упадешь, ко мне в пастель.

Ирен смутилась.

- Нет, я еще к этому не готова.

- Тогда зачем ты здесь?

- Я хочу тебе помочь, Алекс.

- Как?

- После того как мы встретились, я вернулась домой, прокралась в холл и услышала, как адвокат звонил куда то и требовал, чтобы нашли администратора этого отеля и заткнули ему рот. Они потом долго ругали Кристи и требовали, чтобы она сказала, что спала дома. А минут через двадцать к нам домой приехал детектив. Кристи отказалась от своих первоначальных показаний. Мой папаша подтвердил, что дочь разбудила его рано утром и куда то уехала... Теперь я поняла, что против вас заговор и во главе мой папа и адвокат.

- То что ты сказала, я уже знаю, детектив после этого был у меня. Так чем ты мне можешь помочь?

- Папу могут сдвинуть только конкуренты... Почему бы тебе, Алекс, не продать свой патент им и попросить их защиты.

- Но я не знаю их...

- Зато знаю я.

- Ирен, меня только что предала женщина, кто гарантирует, что этого не сделает другая.

Ирен вспыхнула.

- Да, я Макенрой и ты вправе не верить мне. Но сейчас, когда над тобой вот-вот разразиться гроза, перебори себя, доверься мне. Чтобы окончательно ты убедился в справедливости моих слов, я наберу тебе два номера телефона. Переговори с первым и ты сделаешь звонок второму.

- Хорошо.

Ирен вытаскивает из кармана телефон и набирает номер.

- Детектив, это вы? Он мне не верит. Скажите ему все.

Она передает мне трубку.

- Але.

- Мистер Петроф?

- Это я.

- Мистер Петроф, я немного пьян, но все же соображаю... У меня отняли ваше дело, мистер Петроф. Передали его в другой отдел. Я старый волк и знаю чем это может кончиться. Если взбрыкнусь, меня уберут из полиции, если нет, то буду служить еще пять лет до пенсии. Могу вам сказать одно, ваше дело дутое, как мыльный пузырь, но ваши друзья из фирмы хотят получить из этого выгоду. Вы меня поняли?

- Да, детектив.

На другом конце смех.

- Какой я детектив, я просрал ваше дело...

Трубка запищала. Я отдал телефон Ирен.

- Убедились? - спрашивает она.

- Какой же второй ваш звонок.

Ирен набирает второй номер и долго ждет. Наконец там подняли трубку.

- Мистер Голифакс? Это я Ирен Макенрой... Успокойтесь, мистер Голифакс. Этот звонок нужен именно ночью, так как другого времени нет. Вы знаете кто такой, Алекс Петроф?... Да, да... он здесь рядом. Дело в том, что ему сейчас грозят неприятности, подстроенные моим отцом. Чтобы эти неприятности ликвидировать, фирма за бесценок хочет приобрести его патент... Нет, нет, нет... Алекс хочет поговорить с вами о продаже патента... Хорошо, передаю...

Она передает мне трубку.

- Мистер Птроф? - слышу я чуть хриплый голос.

- Да, это я.

- Я бы очень хотел с вами переговорить...

- Когда?

- Сейчас конечно встречу сделать неуместно. Мой вам совет, немедленно выметайтесь из отеля, возьмите такси и доезжайте по улице Энштейна до яхт-клуба. Там, на втором пирсе, есть дежурный Фреди. Скажите ему, что вы от Смита Барона, пусть он вас пропустит на яхту "Глория" и даст ключ от каюты.

- Я уже с Фреди встречался.

- Вот и хорошо. Фреди дорожит своим местом и всегда будет молчать... А я в течении завтрашнего дня зайду к вам и мы обо всем побеседуем. Пока, мистер Петроф.

Я отдаю трубку Ирен.

- Ну, что?

- Мне посоветовали сейчас же выбираться из отеля.

- Правильный совет. У меня есть машина, поехали, Алекс.

- Поехали, только как бы нам незаметно проскочить администратора.

- Боюсь, что придется проскочить не только его, но и детектива, что сидит в холле. Наверно он по твою душу.

- Но надо удрать...

- Давай разделимся. Я выйду первая и подгоню машину прямо к дверям, а ты спокойно выйдешь позже, кинь ключи администратору и ни слова не говоря проходи в дверь...

Я киваю головой.

- Иди..

Ирен уходит. Я жду минуты две и тоже выхожу из номера.

Администратор читает книгу, при виде меня, он недоуменно поднял брови. Я бросаю ему ключи на стол и иду к двери. Недалеко от нее в кресле сидит , прикрывшись газетой, парень. Он опускает газету и видит меня, глаза сразу настораживаются и я вижу, что он заколебался. Проскакиваю дверь и вижу открытую дверцу машины, Ирен машет в окно рукой. Запрыгиваю в ее легковушку и мы тут же рванули в ночной город.

- Сейчас надо оторваться от преследователей, - говорит мне Ирен. Пристегнись.

Машина резко заворачивает за угол и Ирен тут же втискивается в ряд спящих автомобилей вдоль тротуара. Она гасит свет и просит.

- Пригнись.

Проходит немного времени и слышен визг колес. На бешенной скорости две машины проносятся мимо нас.

- Куда тебе посоветовали поехать?

- В яхт-клуб. Туда где ваша яхта.

- Понятно. Ну что же сестричка и папочка, я вам устрою хорошую жизнь.

Фреди, как будьто меня видит впервые.

- Я все знаю мистер... э...э...э..., кажется Петроф. Пойдемте вас провожу. Вы, леди, тоже с ним?

- Нет, я сейчас уезжаю. Пока Алекс. Чтобы не подвести вас, я должна быть в другом месте.

- Пока, Ирен, Спасибо тебе.

Фреди приводит меня к шикарной яхте и мы перескакиваем на палубу.

- Вот сюда, мистер. Я вам открыл дверь в каюту. Когда войдете туда, обязательно закройтесь.

- Спасибо, Фреди.

- Спокойной ночи, мистер Петроф.

Весь день никто на яхту не заходит. Только вечером с мостков на палубу запрыгивает девушка в брюках. В руках у нее два бумажных пакета. Она стучит в дверь, я ей открываю.

- Здравствуйте. Я Сара Барон.

- Здравствуйте, Алекс Петров.

- Я знаю, как вас звать. Меня прислал папа. Здесь вам еда и газеты. И еще папа просил передать, что ни он, ни мистер Голифакс сегодня не смогут с вами встретится, возможно встреча состоится завтра.

- Я так и понял, ведь уже вечер.

- Папа сказал, чтобы вы почитали газеты, там про вас столько написано, что вы поймете, почему он не мог приехать.

- Хорошо.

- Вам не скучно здесь?

- Скучно.

- У нас здесь спрятан переносной телевизор, я его вам сейчас достану.

Сара снимает боковую панель за диваном и достает небольшой телевизор. Она включает его и экран загорается. Как раз идут вечерние новости.

- Возьмите переключатель, я пока вам сготовлю чего-нибудь поесть.

Телевизор укреплен на тумбе, а Сара уже на кухоньке, начинает разбирать свои бумажные пакеты.

- Вы кажется, русский? - спрашивает она меня от туда.

- Да.

- Я слыхала, у вас в стране сейчас кризис и очень трудно с деньгами.

- Вы правы.

- За что вы убили мистера Маргулиса?

- Я его не убивал.

- Закройте пока иллюминаторы, а то свет может вызвать подозрения.

- Разве яхта не на аккумуляторах?

- Нет. Когда мы причаливаемся, сразу подключаем кабель.

Я закрываю иллюминаторы и включаю свет. Теперь Сару можно рассмотреть. Живое, умное лицо, копна густых волос, большой бюст и... она небольшого роста, всего метр семьдесят.

- Вы работаете?

- Почему бы сразу не спросить, Сара вы за мужем и есть ли у вас дети?

- Сара, вы за мужем?

- Не замужем, детей нет, пока есть каникулы, работаю продавщицей, учусь в университете. Вы довольны?

- Нет. Ваш же папа богат, зачем вы работаете?

- Чтобы быть независимой и не клянчить у папочки денег.

- Понятно.

- Сделайте погромче телевизор, по моему говорят про вас.

Я нажимаю кнопку переносного переключателя и тут же голос диктора заполнил каюту.

- ...Мистер Петроф, до сих пор не найден, однако лейтенант полиции Селини, заявил, что они вышли на след преступника и скоро его задержат. Сейчас посмотрите кадры, интервью представителей консульского отдела России по поводу происшедшего.

На экране появляется знакомая рожа молодого парня из консульского отдела.

- Мистер Николаев, скажите пожалуйста, как вы относитесь к происходящим событиям с одним из представителей вашей страны?

- Вы имеете в виде гражданина Петрова? Мы всегда стоим за законность и порядок. Если наш гражданин совершил проступок на территории другого государства, то он и должен отвечать по законам этого государства.

- К вам приходили детективы? Они интересовались мистером Петровым?

- Приходили. Мы сразу вошли с ними в контакт и договорились, что будем помогать полиции в поисках преступника.

- Я из Таймс, - энергичная женщина подсовывает микрофон к его голове, -говорят перед преступлением, мистера Петрова часто видели у вас в консульстве. Зачем он приходил?

Я вижу как заколебался молодой нахал.

- Он приходил по поводу некоторых формальностей, продления визы в этой стране.

- Что? - я даже подскочил. - Я же приходил по поводу замены потерянного паспорта. Вот скотина.

- А зачем ему нужно было продлевать визу? - не унимается женщина репортер.

- Как заявлял нам гражданин Петров, для продления контактов с фирмой Дюпон...

- Да что же он говорит? - я в полном недоумении.

- А сейчас посмотрите нашу музыкальную программу... - начал диктор, но я выключил его.

- Что вы теперь скажете, Алекс? - интересуется Сара.

- Ничего хорошего. Я оказался в какой то изоляции. Те кто меня должны поддержать, те предали, кто должен помочь - отвернулись.

- В газетах написано, что вы еще чуть не убили Кристи Макенрой.

- Это первая женщина, которая меня предала.

- Вы с ней спали?

- Сара, в своем отчете передо мной о себе, вы не рассказали о своих любовниках или женихах, почему я должен вам рассказать о самом сокровенном...

Она смутилась.

- Простите, Алекс... Я приготовила поесть.

Она приносит поднос с едой на двоих. Ставит на столик и мы с аппетитом уплетаем пюре с горошком.

- Что будете дальше делать? - спрашивает она.

- Не знаю, Мистер Голифакс обещал помочь.

Она кивает головой.

- Кто вас сюда привез?

- Ирен Макенрой.

- Ирен... Хм... Я видела Ирен два раза. Странно все это, вы бежите от Макенроев и привозит сюда вас один из Макенроев.

- Значит вы более менее в курсе всех событий?

- Нет, я так и не поняла зачем убили Маргулиса?

- Я тоже.

- Ладно. Я пожалуй помою посуду и поеду домой.

Она все неторопливо убирает. Потом начинает собираться.

- Вы сидите здесь, Алекс и не высовывайте носа.

- Хорошо, пока, Сара.

- Пока.

Она выходит из каюты, а я начинаю рыться в газетах. Слышен торопливы стук каблучков по палубе.

- Алекс, - в дверь просовывается голова Сары, - облава. Сюда сейчас придет полиция. Выходите быстрей.

Я выскакиваю на палубу. Уже темно и видно как на берегу мигают цветные мигалки полицейских машин.

- Что же делать? Уже поздно.

- Прыгайте в воду и заплывайте между катерами, там днища выгнуты и вы можете все переждать.

Я осторожно по веревке спустился в воду. Вода холодная и преодолевая дрожь подныриваю под борт катера. Всплываю как раз на стыке двух катеров. Действительно, здесь можно держаться за джутовые подушки предохраняющие катера, от столкновения друг с другом. На палубе моего катера слышно множество ног. Чей то голос скомандовал.

- Начали.

Слышен стук в дверь каюты и тут же удивленный вскрик Сары.

- Где Петроф? - потребовал голос.

- Какой Петроф?

Послышалась ругань. Опять топот ног наверху.

- Обыскать все соседние катера и яхты. Вызвать патрульный катер, осмотреть всю акваторию, - уверенно командует грубоватый голос.

Соседний катер качнулся, слышно как топают по нему люди.

- Мадам, ваше имя? - слышится тот же голос.

- Сара Барон, а это мой катер.

- Что вы здесь делаете?

- На своем катере готовлюсь спать.

- Куда делся Петроф?

- Я вам говорю, я не видела никакого Петрова.

- Эй, подтащите этого бездельника, охраняющего здесь все.

На воде слышен шум движка и яркий сноп света запрыгал по воде. Мимо строя причаленных суденышков проплывал патрульный катер и освещал прожектором все вокруг и между катерами. Луч света стал приближаться и я нырнул под воду. Сидел пока воздуха стало не хватать, когда вынырнул, патрульное судно ушло дальше. На борту голоса.

- Так где он?

- Не знаю мистер Селини. Я никого не видел. Вот госпожа Барон недавно мимо будки прошла, а других не было.

- Так куда же он мог дется?

- Наверно переплыл до тех мостков, - предполагает кто то еще.

- Грифин, - орет голос, - пошли людей на мостки напротив. С тобой старый пень, мы еще поговорим. Пошел прочь от сюда. А с вами девушка, я еще встречусь.

Слышен приближающийся стук каблуков на мостках.

- Ну как, ребята?

- Пусто, никого нет, - слышны голоса.

- Ушел, чертов сын. Грифин, оставь человека, на всякий случай здесь.

- Хорошо, лейтенант.

Холод сковал мне руки, я весь дрожу. Когда шум удалился я опять подныриваю и выплываю прямо к мосткам, здесь небольшое пространство свободной воды. С трудом начинаю карабкаться на борт катера. Из темноты появляется рука и помогает мне залезть на палубу.

- Тихо, - слышен шепот Сары.

Она помогает мне пролезть в каюту.

- Вы же весь посинели и дрожите.

- У вас... вы...вы...пить... есть...

- Я сейчас.

Она приносит из необъятных тайников бутылку виски, открывает ее и я глотаю крепкий напиток прямо из горлышка.

- Вам необходимо раздеться...

- Да... да...

Она помогает мне стащить мокрую одежду, вплоть до трусов и я падаю на диван. Сверху на меня наваливается какое то тряпье, тепло медленно возвращается..., а перед глазами надвигается туман...

Я проснулся, когда меня стали трясти.

- Алекс, мне пора на работу, - рядом со мной стоит Сара. - Я тебе сварила кофе, поешь сенгвичи и не вылезай из каюты.

- Спасибо тебе, Сара. Почему так темно?

- Иллюминаторы закрыты. На самом деле, солнечный день. Пока, Алекс.

Слышу как запирается дверь.

На экране телевизора уже меньше треплют мою фамилию, но показывают лейтенанта Селини, который обещает вот-вот поймать меня. Там на воле бьется жизнь. Слышны мужские, женские и детские голоса. Где то стучит двигатель, хлопают паруса.

Проходит день. Опять мистер Голифакс не приехал. Зато под вечер появляется Сара, как всегда с большим бумажным мешком.

- Как настроение Алекс?

- Паршиво.

- Понятно. Там на берегу, детектив сидит в машине, они меня прямо до работы и с работы проводили.

- Ко мне так сегодня никто и не приехал.

- Я знаю. Никто сейчас рисковать не хочет. Но у меня для тебя новости. Я через своих друзей нашла телефон Ирен... Позвонила к ней, а потом она приехала ко мне в магазин. Мы с ней как то сразу поладили. Она говорит, что нашла тебе адвоката и хорошо бы вам с ним завтра встретиться.

- Ты говоришь, там на берегу детектив...

- Это не проблема, мы его обманем. Здесь в пакете бритва, парик, платье, туфли...

- Сара, это невозможно...

- В наше время возможно все, я из тебя сделаю женщину.

После ужина, мы ложимся спать на разные диваны, гасим свет и еще долго ворочаемся, пытаясь заснуть.

Сара будит рано.

- Алекс, надо приготовиться.

Я бреюсь, потом выбриваю себе грудь и тут Сара начала наводить мне макияж. Когда натянула на меня парик, то критически оглядела.

- А ты ничего. Мне бы очень понравилась. Давай наденем одежду.

Она аккуратно одевает на меня платье, со смехом вталкивает чаши грудей.

- Ну, шик. Только вот ноги.

- Что ноги?

- Выбрить тоже надо.

Я тружусь над ногами и Сара стала торопить,

- Давай быстрей, мне надо в магазин. Не дай бог, если я опоздаю.

Как она догадалась достать туфли большого размера и с небольшом каблуком, диву даюсь.

- С богом, пошли.

- Как же мы проскочим мимо Фреди и детектива?

- Я первая, а ты за мной. Как только сяду в машину и уеду, проследи, чтобы детектив убрался за мной тоже и тогда на стоянке увидишь машину "Феррари" малинового цвета, иди к ней. Там тебя будут ждать. Одень темные очки. Ну совсем порядок. А теперь пошли.

Она первая выскакивает на мости и идет. Я прислушиваюсь. Зашумел двигатель, потом стал удаляться, сразу заработал второй и тоже звук стал пропадать. Я неуклюже перелез через борт катера на мостки и стараясь идти ровно в этих неуклюжих туфлях, направляюсь к берегу. Из будки смотрит удивленная физиономия Фреди.

- Мадам...

Не обращаю на него внимания. И тут Фреди выскочил из будки и подскочил ко мне.

- Мадам, как вы здесь оказались?

Я с размаху заезжаю кулаком в это черное лицо. Фреди буквально отрывает от земли и он катится к кустам. Тороплюсь на стоянку машин, вот он "Феррари" малинового цвета.

- Простите, мадам, вы куда?

Ирен с возмущением глядит из окна, как я пытаюсь открыть дверцу машины.

- Ирен, давай быстрей, открывай.

- Алекс?

- Я там стукнул Фреди, пока он очухается, нам надо убраться.

- Ай да Сара. Вот что придумала.

Ирен открыла дверцу и я протиснулся в кабину.

Мы долго мотались по городу, пока не приехали к невзрачному дому.

На пятом этаже нас принял небритый мужик.

- Привет, Ирен. А где пациент?

- Вот он.

- Мадам? Но ведь это...

- Он бежал от полиции в таком наряде.

- Теперь понятно. Так вы и есть тот знаменитый Алекс Петроф. Мне Ирен предложила быть вашим адвокатом. Меня звать Юджин Скелбин. Вы согласны меня нанять?

- Видите ли, я согласен нанять, только на какие деньги?

- Я оплачу, - вдруг говорит Ирен.

- Садитесь и поговорим. Мне надо много выяснить и узнать. Начинайте, мистер Петроф.

Я ему в присутствии Ирен рассказываю о своем изобретении, о Маргулисе, о Кристи, о детективе, о Макенрое старшем, о Саре. Когда я кончил, Юджин задумчиво протянул.

- Интересное дело...

- Помоги ему, - просит Ирен.

- Помогу, но... если вы мне поверите и будете слушаться, это раз. Кроме этого нам надо разобраться в финансовом вопросе, это два и в третьих, нам все же надо привлечь Голифакса...

- Но он мне обещал встречу, даже помог спрятаться, однако так и не пришел.

- И правильно сделал. Вас же все таки выследили на яхте. Зачем ему рисковать. Мистер Голифакс очень осторожный человек, он сначала сто раз взвесит, пока заключит сделку. Но с ним, я думаю, надо поговорить мне.

- Вот видишь, - радуется Ирен, - уже один вопрос на половину решили.

- Э... нет. Пока мы с вами не заключим договор, ни о каких дальнейших действиях разговора не будет.

- Что это значит?

- Вот что. Мне денег Ирен не надо, мне надо участие в вашем деле. Я понимаю это так. Основной финансист это Голифакс, новая фирма это ваша, а адвокат фирмы, получающий свой процент от прибыли - я.

- Пока все туманно, не могли бы вы разъяснить мне, что вы хотите.

- Хорошо. Надо не раздражая Дюпона, создать фирму, финансирование которой предложить Голифаксу.

- Вот тебе и раз. Да мы наоборот заденем Дюпона. Он же через сенатора Мерфи собирается получить заказ, а тут независимая фирма, конкурент.

- Зачем всем афишировать, что Голифакс будет вкладывать в вас деньги. Все должно быть скрытно. А потом, кто вам сказал, что Мерфи передаст деньги Дюпону? Макенрой? Свадьба Мерфи младшего на дочке Макенроя еще не повод для выдачи такой суммы ему. Мы в печати раздуем эту свадьбу так, что у Мерфи сразу пропадет охота к объединению семей и выдаче денег Дюпону.

- Но последствия, все равно, война.

- Это вам не Россия, это Америка. Здесь интерес только один- доллар. Он мирит, он грабит, он побеждает. Будет фирма, будет сорвана свадьба и Дюпон сразу поспешит вложить деньги в новое направление. Он сам к вам придет.

- А Голифакс?

- А что Голифакс? Он как будет получать свои проценты, так и будет. Вы же должны быть умней. Есть фирма, которая будет создавать передвижные регенерационные установки для переработки хладонов, но должна же быть еще и сеть обслуживания, это другая область. Вот ее и предложим Дюпону на совместных началах.

Похоже я сразу не дооценил нового юриста.

- Вы меня более-менее убедили. Что же дальше?

- Одно очень серьезное затруднение. Вы не гражданин Америки, поэтому придется потрудиться, чтобы здесь создать фирму под руководством иностранца. Но... это я беру на себя. Итак, сначала Голифакс, потом договор со мной, потом договор с Голифаксом, потом... вам надо сесть в тюрьму, потом выйти от туда, наконец, создать фирму.

- Договорились называется. При чем здесь тюрьма?

- А как вы думали? За вами тянется дело, его надо распутать.

- Кто же его будет распутывать? Доказательств почти никаких...

- Тоже говорю и я. Ирен, дай мне телефон детектива, который начинал дело...

- Вот, Юджин.

Она выдергивает из сумочки ручку и на бумаге, любезно представленном адвокатом, пишет номер.

- Хорошо. Теперь, вам, Алекс, надо посидеть в этой комнате, пока я не переговорю с Голифаксом, а вам милая девушка, надо исчезнуть от сюда, хотя бы до вечера.

- Я поняла.

- Постойте, Ирен, - прошу я. - Мистер Скелбин, я чувствую себя неуютно в этом наряде, нельзя ли приобрести кой-какую одежду...

- Пока, нет.

- Но Фреди наверняка скажет, что его ударила женщина.

- Фреди ничего не скажет. Когда надо, мы вас переоденем, на Ирен такую функцию возлагать напрасно... Можешь идти, - кивает он ей.

Сижу в приемной адвоката четвертый час. Пожилая секретарша, искоса поглядывая на меня, делает вид что, что то делает за столом. Она не пытается вступить со мной в контакт и читает какой то журнал, изредка отрываясь по звонкам. Вдруг двери открываются и входит Скелбин.

- Алекс, быстро отправляемся в одно место.

- Нас засекли?

- Нет, это деловая встреча. Маргарет, - обращается он к секретарше и тычет в меня пальцем, - ты эту девушку сегодня здесь не видела.

- Я поняла, шеф.

Мы подъезжает к роскошному ресторану и Юджин помогает мне выйти из машины.

- Не сутулься, Алекс, обопрись о мою руку...

- Как они ходят в этих каблуках...

- Улыбайся. Пошли.

Мы входим в зал, где не так уж много народа. Скелбин уверенно ведет меня по коврам к столику, где сидят два степенных господина и не спеша поглощают пищу.

- Мистер Голифакс, я привел клиента.

Полное лицо с ниточкой усов, изумленно смотрит на меня.

- Простите, но...

- Здравствуйте, мистер Голифакс, я Алекс Петров, не удивляйтесь, просто обстоятельства вынудили меня одеть этот наряд.

До него доходит и он начинает смеяться.

- Однако, я очень удивился и принял вас за секретаршу Юджина. Мистер Петроф, вы очень прекрасно выглядите в этом наряде. Я бы ни за что не догадался, кто вы такой. Присаживайтесь, пожалуйста. Знакомьтесь, это мой адвокат, Генри Гордон.

Его собеседник в больших очках кивнул мне головой. Мы сели за стол и тут же официанты принесли нам меню. Я заказал бифштекс, Юджин омара.

- Так что вы хотите мне предложить, мистер Петроф, - дожевывая салат, спрашивает Голифакс.

- Я предлагаю создать фирму по производству передвижных систем, для уничтожения старого хладона на месте эксплуатации. Патент разработанный мной, позволяет это осуществить...

- Кто же финансирует этот проект?

Хитрый черт, как будь то он не знает.

- Государство. Как я понял сейчас имеются два подхода к этому делу. Первый, это собирать старый хладон и отвозить его на место уничтожения, то есть на новые заводы, второй, это уничтожать хладон на месте при помощи передвижных плазменных установок. Я сторонник второго метода, так как сам разработал его технологию. По крайне мере, я узнал, что сенатор Мерфи, как раз и курирует этот вопрос.

- Дюпон собирается выдать за сына сенатора, - тут вылез Юджин, - дочь Макенроя - Кристи, таким образом скрепить союз и урвать деньги...

- Хм... Ловкач. А за какую концепцию держится сам сенатор, вы узнали

- Пока за Макенроя. Свадьба, по смыслу, укрепит положение сенатора. Дюпону же терять сейчас нечего, либо он выкачает из Алекса все, либо если потеряет его, то будет добиваться деньги на заводы.

- Понятно. И вы хотите перехватить инициативу и сделать ставку на мистера Петрофа?

- С вашей помощью, да.

- Сколько машин нужно создать? - спрашивает теперь Голифакс меня.

- Я примерно подсчитывал для Америки и Европы, из тех данных, которые получил в библиотеке Дюпона. В Соединенных штатах, при программе на семь лет, требуется 2500 машин. То есть, переделка большегрузных машин, под передвижные установки. Но это только Америка, есть еще Европа, Азия. На десять тысяч машин потянем наверняка.

- Сколько стоит машина с установкой?

- Приблизительно, пол миллиона долларов.

Я вижу как крутятся шарики у Голифакса и его адвоката, они по прежнему жуют и думают.

- Понятно. Скажите мистер Петроф, что там у вас... с Маргулисом?

- Кто то его убил, но все пытаются свалить на меня и похоже здесь руку приложили люди Макенроя. Они предложили мне сделку, вытаскивают меня из этого дерьма за... патент.

- Не дороговато ли?

- По их меркам, нет.

- Что скажешь, Генри? - Голифакс кивает своему адвокату.

- Надо подумать?

- Времени мало, - подсказывает Юджин. - Скоро выборы Мэрфи и свадьба его сына.

- Мы успеем.

- А что делать мне? - спрашиваю их я.

- Вы, мистер Петроф в этом наряде прекрасно выглядите, - это опять Голифакс. - Я думаю, что у вас неплохой адвокат, он вам должен помочь выбраться из этого, как вы говорите, дерьма. Чтобы это все не затягивалось, я тоже кое где постараюсь сказать о вас словечко...

На этом деловая часть закончилась, мы со Скелбиным, допив вино, раскланялись.

Ирен достала мужской костюм, он чуть великоват, но я с наслаждением сбрасываю с себя женские одежды, парик и натягиваю его на себя.

- Ну как? - спрашиваю ее.

- Ничего. Но по моему женская одежда тебе лучше, ты там как то собранней, милей.

- Ну уж нет. Терять равновесие на каблуках, это не по мне.

Входит Скелбин.

- Ты готов Алекс?

- К чему?

- Сейчас поедем в полицейский участок сдаваться.

- За чем? - ошарашена Ирен. - Пусть он лучше сидит где-нибудь...

- Девочка, успокойся. Дела надо делать, особенно иностранцам, с незапачканными руками. Основное здесь - репутация и престиж. Поехали, Алекс. А ты поедешь с нами? - адвокат смотрит на Ирен.

Та колеблется.

- Пожалуй, нет. Вдруг там репортеры, а мне не хочется засвечиваться перед своим папашей.

- И то верно.

Мы приезжаем в полицейское управление. Адвокат уверенно ведет меня мимо многочисленных столов к стеклянной кабинке начальника.

- Лейтенант, вы здесь?

- Бог ты мой, Юджин Скелбин, сколько лет тебя не видел.

Высокий седоватый мужчина встает из-за столпа и идет к нам. Он крепко жмет руку адвоката.

- А ты молодец, не смотря на все передряги, выглядишь великолепно.

- Я ведь к тебе по делу.

- Здесь все приходят по делу.

- Познакомься, Алекс Петроф.

Седоватый мужик с усмешкой рассматривает меня.

- Так вот вы какой Петроф... Приятно вас видеть. Здорово вы меня облапошили на пристани. Признайтесь, сидели в холодной воде и прятались от нас?

- Сидел...

- Там еще такая девочка была, ох и гремучая очень... Я понял этот визит, как акт добровольной сдачи властям.

- Правильно поняли, лейтенант.

- Ей, - орет офицер в двери, - сержант Дворски, примите у меня арестованного.

Появляется огромный полицейский, который сразу заулыбался, увидев меня.

- Сам пришел, офицер.

- Сам. Оформи на него документы.

- Слушаюсь. Пошли, чокнутый. Бегал бы лучше на свободе, может и не поймали бы, а теперь посидишь...

Он бесцеремонно берет меня за шиворот, сдергивает с кресла и подталкивает к двери.

Отсидел я здесь же при полицейском участке сутки, пока меня не вытянули из клетки и не привели к лейтенанту. Там уже мой адвокат.

- Поздравляем, мистер Петроф, вы признаны невиновным.

- Нашли убийцу?

- Нашли.

Лейтенант подходит к двери и орет в зал.

- Позовите детектива Ферри.

Рядом появляется тот самый детектив, который сначала вел мое дело и плакался, что его отняли.

- А, Алекс, - говорит он мне, как старому знакомому, - привет.

- Расскажи им, что произошло, - просит лейтенант.

- А чего говорить то. Мы нашли настоящего убийцу Маргулиса. Напали на след одного типа, а потом тряхнули как следует Фреди и он все рассказал...

- Вас что, вернули к делу?

- Случайно все вышло. В старом квартале, сумасшедшая жена поругалась с мужем и выкидывала его вещи в окно на улицу. Там то по асфальту и разлетелась рукопись Алекса на русском языке. Я как раз подъехал на машине к дому и обратил внимание на эти листки. Сцапал этого человек, тот сначала ломался, но потом признался, что один господин просил его обыскать номере русского ученого и украсть документы. Мы выяснили, что этим господином, был сам Маргулис. А потом Фреди на очной ставке показал на того типа, как на собеседника Маргулиса на катере. Оказывается тот хотел передать ему документы, мистера Петрофа, но... не сошлись в оплате. Произошла драка. Маргулис умер от удара ножа, а убийца, бросив сумку с документами рядом с трупом, бежал.

- Почему же они пошли на катер Макенроя, разве в городе нет других злачных мест, где можно было передать документы?

- Есть. Но будущий убийца Маргулиса, по просьбе мисс Кристи является на катер, для того чтобы проверить его, заправить и подготовить к выходу в море. Маргулис знал где найти этого парня и приехал на стоянку, чтобы переговорить о документах.

- Мистер Петроф, мы приносим свои извинения перед вами, - говорит мне лейтенант. - Вот возьмите ваш паспорт.

Мне передают мои злополучные документы.

На улице толпа репортеров. Они окружают меня, но Скелбин вырывается вперед и поднимает руку.

- Господа, нашей полиции удалось найти настоящего убийцу и я рад, что мой подзащитный не виновен.

- Мистер Петроф, а как повело себя ваше консульство?

- Никак. Они даже не явились сюда, чтобы поздравить меня с освобождением.

- Говорят, вы хотите принять гражданство Америки?

- Пусть говорят. Я пока русский.

- А правда ли, что дочь Макенроя Кристи, оболгала вас? Вы будете возбуждать против нее дело?

- Я не располагаю такими сведениями.

- Вы теперь будете сотрудничать с Дюпоном?

- Господа, - это уже вступил мой адвокат, - давайте не будем обсуждать деловые качества моего клиента. Мы спешим и я вынужден извинится перед вами за то, что не можем выделить вам немного свободного времени.

Скелбин бесцеремонно пробивает толпу репортеров и тащит меня к машине.

События несутся ошеломляюще быстро. Я не успел опомнится, как стал управляющим фирмы "Фреон" со штатом подсказчиков и адвокатов. Уставной фонд фирмы стал около десяти миллионов долларов и откуда они только взялись, неужели Голифакс поверил и влил все такие деньги. Но пока мы ничего не делаем, ни установок и не закупаем машин. Идет война за крупный куш, выделенный правительством США по программе восстановления озонового слоя земли.

Однажды мне в кабинет позвонила секретарша.

- Мистер Петроф к вам посетители. Мисс Кристи Макенрой, просит ее принять.

- Пропустите.

Кристи также обворожительна и небрежно одета.

- Алекс, привет.

Она бесцеремонно обходит стол и целует меня в щеку, потом тут же садится попой на деловые бумаги.

- Я так тебя рада видеть, Алекс.

- Здравствуй, Кристи. Ты прекрасно выглядишь. Мы действительно давно не виделись.

- Я к тебе по делу, Алекс.

- Я так и понял. Что привело тебя ко мне?

- Во первых, прости меня, за... тот... случай... Во вторых, я хочу пригласить тебя на мою свадьбу с Марком Мэрфи. Вот возьми официальное приглашение, - она подает мне небольшую золотистую картонку, где красиво написано приглашение лично для меня. - Свадьба будет через неделю, постарайся отложить все необходимые дела к этому сроку. В третьих, если у тебя будет сегодня вечером свободное время, то я не прочь поужинать с тобой.

- Во первых, все обошлось и мне не на кого держать зла, во вторых, я постараюсь придти на твою свадьбу, в третьих, к сожалению, я сегодня вечером занят и не смогу поужинать с тобой.

- Может у тебя будет время завтра?

- Извини, но у меня сейчас горячие дни, связанные с организацией фирмы. Не могу.

- Я слышала от папы, что ты что то затеял и рада, что, наконец то, у тебя новое дело, - она поколебалась. - Поцелуй меня, Алекс.

- Нет. Лучше на отнимай у меня время. Уходи.

Она отрывается от стола и медленно идет к двери. Потом резко поворачивается.

- Если ты мне мстишь, то ты меня плохо еще знаешь. Я отказов не терплю.

С грохотом стучит дверь.

Через пятнадцать минут мне звонит Скелбин.

- Алекс, зачем к тебе приходила Кейси?

Неужели моя новая секретарша уже донесла?

- Она пригласила меня на свою свадьбу.

- Ну и ты?

- Я дал согласие.

- И правильно сделал. Обязательно сходи.

- Ты чего то задумал?

- Мы им подложим такую бомбу перед свадьбой, что сенатор еще пожалеет, что связался с семьей Макенроев. Очень хорошо, что ты там будешь, сам увидишь, какие у них будут кислые физиономии.

У меня ужин с Сарой. Она пришла как с голодного поля. Быстро поедает, что ей дают и с наслаждением откидывается на спинку кресла.

- Представляешь, целый день на ногах. Даже поесть было некогда. Сегодня какое то сумасшествие. К нам наехали туристы, мне показалось, что они из России. Господи, как они выбирали... Наряжались, мяли ткани, брали по несколько блузок, штанов. Будь то на родине ничего такого нет.

- Наверно есть, но дороже.

- Знаешь, что пришло моему папа по почте?

- Нет.

- Приглашение от Макенроев на свадьбу Кристи.

- Ты там тоже будешь?

- Конечно, пригласили всю семью.

- Голифакса тоже?

- А как же. Макенрои хитрые, всех видных людей пригласили с их женами и взрослыми детьми.

- Представляю какая будет свадьба у Мэрфи...

- На триста сорок трех человек, папа уже подсчитал.

- Постой, - я вытаскиваю из кармана картонку Кристи, - мне тоже прислали приглашение. После церкви, мы должны поехать на... Посмотри, где это?

- Это загородная вилла Кристи. Там все уместятся.

- Я там уже был.

- Когда же ты успел?

- Меня Кристи приглашала туда на вечеринку.

- Ну и как прошла вечеринка?

- Не могу сказать, что уж очень хорошо. Мы все напились и выкупались в бассейне...

- Боюсь, что на этой свадьбе она выкинет чего-нибудь похлеще.

- Слушай у меня нет пока личного транспорта. Мне еще надо сдавать на права. У тебя не будет местечко для меня в машине?

- Для тебя будет, - улыбается она. - Я подъеду за тобой.

- Сегодня вечером ты свободна?

- Уже, да.

- Поехали тогда ко мне.

- Поехали.

О себе напомнило консульство. Мне в номер позвонили от туда.

- Алексей Иванович? - спросили по-русски.

- Да, я.

- Как насчет продления визы?

- Так продлите.

- Ваше предприятие отпустило вас на неделю. Вы уже пробыли в штатах месяц.

- Хорошо. Я пришлю вам официальную просьбу от фирмы "Хладон" на продление визы на год.

Похоже там замешательство.

- Мы согласны, но тогда уладьте дела у себя на родине.

- Спасибо, что напомнили, я пошлю на предприятие просьбу продлить командировку до года.

Со злостью бросаю трубку на аппарат.

- Кто это? - спрашивает Сара, выходя из ванны.

- Мои любимые соотечественники. Они волнуются, что я здесь проживу один день без визы.

- Ты не бойся, если что, я тебя... спрячу. Уже опыт есть.

Она потянулась ко мне. Я нежно дотронулся до ее теплых губ.

- Возьми меня на руки, - шепотом просит она.

В день свадьбы, я еще не успел проснуться, как зазвенел телефонный звонок.

- Алекс, это я Юджин. Посмотри сегодняшние газеты...

- Который час?

- Семь, вставай соня.

- Уже встал.

- Встретимся вечером у молодоженов.

В трубке хихикнули и все прервалось гудками. Я позвонил посыльному и попросил купить несколько газет. Пока брился и приводил себя в порядок, посыльный принес их. Спешно открываю одну, на первой странице огромный заголовок. "Фирма Дюпон женит на себе сенатора", а далее весьма грязноватая статья, каким путем фирма Дюпона пытается получить государственные деньги... В других газетах, еще похлеще. Есть фотографии полуголой Кристи в пьяной компании, сына сенатора за карточным столом, а также самого сенатора в обнимку с Макенроем. Заголовок так и бьет по глазам. "Полтора миллиарда долларов на нечистоплотную семью".

На вилле у Кейси полно народу. Лужайки ломятся от столов с яствами, полно прожекторов и музыки. Кейси и ее жениха, я видел только издали, так как вокруг них полно людей. Мы с Сарой сидим за длинным столом и наедаемся закусками.

- Чего то я не вижу особого веселья на свадьбе? - замечает Сара.

- Сегодня все газеты прополоскали эту свадьбу в грязи.

- Ты тоже приложил руку к этому делу?

- Похоже так.

- Как это понять?

- Я теперь конкурент Дюпону и в принципе знал, что так просто деньги ему не отдадут. Сегодня по телевиденью уже сообщили, что в сенате создается комиссия по этому делу. По моему, Мэрфи придется ради перевыборов пообещать, что деньги он Дюпону не отдаст.

- Смотри, идет Кристи, она кого то ищет.

Вдоль столов шла невеста, без жениха, в окружении полупьяной молодежи.

- Сара, смываемся. Я чувствую это по мою душу. Она сейчас что-нибудь выкинет.

Мы выскакиваем из-за стола и бежим к площадке для танцев. Втискиваемся в толпу пляшущих людей и начинаем так же танцевать.

Около меня два парня. Один стучит по плечу.

- Эй, тебе просили передать. На.

Он протягивает мне белый бюстгальтер.

- Зачем это?

- По закону этой виллы, дама, на которую пал выигрыш в рулетку, имеет право выбрать себе молодого человека, чтобы искупаться с ним в бассейне.

- Кто это? Что за дама? - возмущается Сара.

- Вон она.

На краю танцплощадки стоит Кристи, сзади нее полно поклонников. Она пальцем манит меня.

- Алекс, не ходи.

- Как это не ходить? - возмущаются парни. - Законы надо исполнять.

Они хватают меня за руки и волокут через толпу танцующих. Сара лупит их кулачками по спине.

Кристи в красивом белом платье мило улыбается мне.

- Ты меня еще сегодня не поздравил, Алекс.

- Поздравляю тебя, Кристи. Скажи этим олухам, чтобы не крутили мне руки.

- Отпустите его.

Парни освобождают меня. Я подхожу к Кристи и целую ее в щеку.

- Я от всей души поздравляю тебя. Желаю тебе счастья и кучу детей.

Среди ее поклонников дикое ржанье.

- Мне этого мало. Мне еще нужен подарок.

Рядом со мной выскакивает Сара.

- Что тебе надо, Кристи? Ты вышла за муж, зачем тебе еще Алекс?

- А это кто? А... маленькая цыпочка, что охмуряет моего парня. Ну-ка, мальчики, возьмите это юное создание и заприте в красной комнате, только без баловства. Я не хочу в сегодняшний день иметь неприятности от полиции и так полно всяких пиявок на кровь Макенроев.

Несколько парней вцепилось в Сару и поволокли ее. Я дернулся, чтобы дать им по зубам, но меня схватили и вывернули руки.

- Отпустите меня, - орет Сара. - Мерзавцы, сволочи.

Парни тащат ее к вилле, гости только провожают взглядом этот беспорядок. Как- будь то так и надо.

- Кристи, не делай ей плохо.

- Я сказала, мне нужен от тебя подарок. Когда ты его сделаешь, я отпущу ее.

- Что ты еще хочешь?

- По моему, ты уже знаешь одно правило на этой вилле, что женщина на которую упадет номер в рулетку имеет право выбирать себе парня. Номер пал на меня. Я выбираю тебя.

- Причем здесь подарок?

- Притом, - она едко ухмыляется, - подарок... это ты. Мальчики, окуните его в бассейн. Только не утопите, мне он нужен. По правилам я должна выкупаться с ним. Но сегодня мне все можно, я нарушу это правило. Как окунете, разденьте и тащите в комнату игр.

Толпа парней наваливается на меня и, под смех и люлюкание, несет к бассейну, в котором я когда то купался с Кристи. Меня бросают в воду и продолжают вопить вдоль берега, отталкивая ногами и руками от бортика. Я плаваю вдоль и поперек бассейна, пытаясь хоть где-нибудь найти выход. Тяжелая намокшая одежда начала тащить вниз. Но вот, когда добрался до лесенки, несколько рук вцепились и выдернули из воды. Меня катают по каменным плитам, сдергивая костюм, туфли, рубаху и вот в чем мать родила, под хохот и свист, тащат опять к вилле.

В комнате, заставленной биллиардными столами, полумрак. Эти, сволочи, затолкнули меня в нее и заперли дверь.

- Алекс, - рядом из-за портьеры выпорхнула Кристи.

Она также раздета, ее грудь почти упирается в меня.

- Алекс, эта моя последняя ночь до замужества...

- Ты уже была в церкви, таинство брака освящено... Как ты можешь?

- Все это ерунда. Я очень виновата перед тобой. Подари мне свою веру в меня. Прости. Это будет самым лучшим подарком на этой свадьбе.

- Я сказал, что не держу на тебя зла.

- Все это не те слова. Я жду другой ответ.

- Хорошо, я тебя прощаю.

- Теперь закрепи свои слова. Поцелуй меня.

Она сближается и прижимается голым телом. Я ее целую. И вдруг Кристи тянет меня на себя. Мы падаем на биллиардный стол.

- Ты сумасшедшая... У тебя же свадьба.

- Молчи. У меня давно рушиться мир.

Через пол часа, она меня отпустила. Я соскочил на пол.

- В чем я выйду к гостям?

Она бесстыдно раскинулась на биллиардном столе.

- Одежда там. У двери.

Действительно у двери на полу моя мокрая одежда. Я с трудом натягиваю ее на себя

- А твоя девочка ничего, мне понравилась.

- Ну и дрянь же ты, Кристи.

Она смеется.

- Эта дверь заперта. Там за портьерой другая.

- Чего ты смеешься, плакать надо.

- Зачем. Пожалуй, на сегодняшний день, это был самый лучший свадебный подарок. Хорошо я натянула нос своему....

- Прощай.

- Иди, иди к своей красавице, я ее тоже обокрала. Как выйдешь от сюда в коридор, найдешь красную дверь в конце, там ключ в замочной скважине.

Я действительно в коридоре, нашел дверь, в которой торчал ключ и открыл ее. Кругом горел свет. От красных стен, потолка и мебели, комната приобрела зловещий кровавый оттенок.

Сара сидела на полу у дивана, поджав коленки. Я опустился рядом.

- Они тебе ничего не сделали?

- Нет. А что с тобой? Почему ты мокрый?

- Меня выкупали в бассейне.

- Пойдем от сюда. Я не могу видеть эту мразь.

Мы выходим из виллы наружу, где по прежнему идет веселье, люди обжираются и танцуют. Им нет ни какого дела на то, что произошло.

У самых ворот сада останавливается машина из нее выскакивает Ирен, в темносинем платье.

- Ребята... что это с вами?

- Мы уходим, - говорю я.

- Опять она...?

- Опять.

- Господи, мне так не повезло. Я как чувствовала, спешила изо всех сил и... попала в пробку, целых два час не могла вырваться от туда.

- Где ты была? Тебя в церкви не видели.

- Меня маман, отправила в Вашингтон, привезти тетю.

- Привезла?

- Нет. Тетя прочла в газете, все эту... про нас и наотрез отказалась.

Мы, среди припаркованных машин, с трудом нашли "форд" Сары. Залезли в нее, но Ирен стоит рядом, не отстает.

- Что она выкинула?

- Меня заперла в комнате, а Алекса выкупала в бассейне, - отвечает Сара.

- Понятно. И небось заставила раздеться?

- Заставила меня, - говорю я.

- Стерва, шлюха, - взрывается Сара.

- Ладно, я ей еще устрою, - угрожающе говорит Ирен.

- Не лезь на рожон, Ирен. У нее сегодня плохое настроение, свадьбу итак на весь мир прополоскали с грязью. Тебе уже не раз доставалось от нее на вечеринках, хочешь еще...

Ирен вспыхнула.

- Все равно, я своей сестричке устрою напоследок хорошую жизнь. Пока, ребята.

- До свидания, Ирен.

Мы едем по улицам темного города.

- Сегодня ты, будешь ночевать у меня, - вдруг сообщает Сара.

- Может у меня лучше.

- Мои родители там, на этой свадьбе. Приедут под утро.

- Как ты думаешь, они видели все это...

- Может и видели, но для них все эти вещи - детские шалости.

Юджин, как всегда ворвался в кабинет без стука.

- Срочно едем в Вашингтон.

- Зачем?

- На сенатскую комиссию. Там сейчас разгорится драка за несколько миллиарда долларов.

- Макенрой уже там?

- Естественно. Этот змея, адвокат... тоже с ним, поэтому нам надо как следует подготовиться. Вот я принес бумаги, подпиши здесь и здесь...

- Что это?

- Давай подписывай быстрей, не разговаривай, это документы об юридическом управлении компании.

- Но здесь обращение в иммиграционный комитет...

- Алекс, ты мне должен доверять. Это первый пункт нашего договора. Раз надо, значит надо.

Я подписываю бумаги и обрадованный Юджин тут же несется к дверям.

- Спустись к моей машине, через полтора часа, я подойду туда, - на ходу кричит он.

В Капитолии мы в коридоре встретили... Голифакса со своим адвокатом.

- Мистер Петроф? Все же в женском наряде вы лучше выглядели, скрипит он.

- И вы здесь. Вот не ожидал увидеть.

Он снисходительно поправляет мне задравшийся кончик воротника рубашки.

- Вот что значит молодость. Думаете Голифакс стар? Ничего подобного. Когда разговор идет о миллиардах, у меня пропадает боль в костях и такое состояние, будь то я на борцовском ковре. У вас мало связей, молодой человек, поэтому мне еще три дня назад пришлось прилететь сюда и навестить своих старых знакомых.

- Надеюсь, Макенрой делает тоже самое.

- Естественно. Но должны победить мы.

- В чем же ваша уверенность?

Старик опять поправляет мне воротничок.

- Это ваша заслуга, Алекс. На свадьбе Макенроя разгорелся скандал. Его старшая дочь Ирен, при всех отпустила плюху отцу и обвинила его в сговоре с сенатором Мэрфи.

- Его и так полоскали газеты в этот день... и уже писали об этом...

- Все верно, но более впечатлительно и достоверно, когда это делает дочь. Признайтесь, это вы ее довели до этого?

- Нет, ее довела Кристи.

- Не за то ли, когда вас волокли в бассейн.

Вот черт, я же забыл, что он там был.

- Она действительно была возмущена...

- Вот сегодняшняя газета. Смотрите заголовок.

Голифакс кивает Гордону и тот протягивает нам газету. На первой полосе большие буквы: "Дочь крупнейшего магната, обвиняет своего отца в мошенничестве. Сенатор Мэрфи открещивается от обвинений."

- Как видите, все идет как надо. Сейчас Мэрфи, там на комиссии, будет нем как рыба. Кстати, Юджин, - он поворачивается к Скелбину, - постарайтесь отвечать за мистера Петрофа. Пусть он лучше помолчит.

- Постараюсь, мистер Голифакс.

- Прекрасно, удачи вам. До свидания.

Скелбин и я сидим по центру большого овального зала. Напротив полукругом расположились сенаторы. Идет уже двухчасовая беседа. Сначала мой юрист зачитал основные цели нашей компании и в чем разница между двумя методами уничтожения хладонов. Потом подвел экономическую базу, доказав, что новый проект, гораздо выгодней, чем остальные. Потом от сенаторов посыпались вопросы в основном ко мне.

- Мистер Петроф, вы директор компании и в тоже время являетесь иностранным подданным. По нашим законам, такой род деятельности позволителен для совместных предприятий с другими иностранными государствами. Как я знаю, ваша фирма не называется русско-американская, она зарегистрирована как американское предприятие.

- Уважаемые сенаторы, - за меня отвечает Скелбин. - В наших законах много поправок, разрешающие иностранцам руководить американскими предприятиями. Это и когда иностранцы владеют свыше 20 процентов пакетами акций компании или когда им, иммиграционными комитетами, дозволено жить в нашей стране. Мистер Петроф как раз и является владельцем акций и в то же время имеет разрешение комитета на проживание в Америке.

Я чуть не подскочил на месте. Ничего себе.

- Вы хотите сказать, что мистер Петроф, запросил американское подданство? - не унимается все тот голос.

- Естественно и ему разрешили это сделать. Вот документы.

Скелбин вытаскивает из кейса несколько листков и просит служащего передать руководителю сенатской комиссии. В зал шум. Документы рассматривают и возвращают моему адвокату. Я в недоумении, когда Юджин сумел все провернуть, кто просил его это сделать. Впрочем, сам дурак, подписал почти не глядя бумаги, теперь плавай в говне. Но все же какая оперативность, я же бумаги подписал, когда отправлялись сюда...

- Мистер Петроф, - это другой сенатор, - что там произошло с убийством служащего компании Дюпон? Вы участвовали в этой истории?

- К сожалению, мой клиент был втянут в эту историю, - опять за меня говорит Скелбин. - Действительно, мистер Маргулис, служащий компании Дюпон, был убит одним из наемных работников этой же компании. Из -за того, что рядом с убитым нашли документы моего клиента, то естественно первоначальная версия была не в его пользу, но полиция штата была на высоте и сумела разобраться в происшедшем.

- А почему документы мистера Петрофа оказались рядом с убитым?

- Это долгая история, их сначала у клиента украли, а потом шантажировали заказчика... Если уважаемая комиссия захочет запросить у полиции документы по этому делу, то она может убедится, что мистер Петроф к этому не имеет никакого отношения.

- Мистер Петроф, - уже третий сенатор, пытается что то выскрести из меня, - какие у вас отношения с Кристи Макенрой?

- Мистер Петроф, - опять мой адвокат, - имеет весьма дружеские отношения с мисс Макенрой младшей.

- Это правда, что вы ее изнасиловали перед свадьбой?

- Мой клиент с мисс Кристи перед свадьбой был на виду у свидетелей, они подтвердят, что были шалости, это когда мисс Кристи затащила моего клиента в бассейн купаться при всех, но ни каких дальнейших действий там не наблюдалось.

Среди сенаторов оживление, но тот же настырный голос добивает меня.

- А во время свадьбы, разве вы ее не затащили в одну из комнат коттеджа?

Все замолчали. Я вижу, как меняется лицо Скелбина.

- Если что то и происходило, - он медленно выбирает выражения, - то только с согласия женщины. Я не думаю, чтобы мистер Петроф, мог такое совершить.

- А что скажет мистер Петроф сам?

- Уважаемые сенаторы, - не дает мне сказать слова Скелбин, - раз дело зашло так далеко, не лучше ли провести закрытое слушание, дабы не порочить честного имени моего клиента и мисс Макенрой.

Гул идет по столам, несколько репортеров пулей вылетели из зала. Но ведущий заседание вдруг сказал.

- Раз полиция штата не завела дела на мистера Петрофа, или, как здесь называют, потерпевшая, мисс Макенрой, не заявляла о случившимся, то мы не можем рассматривать ни факт изнасилования, ни другие аналогичные проблемы. Если у кого еще вопросы?

Больше вопросов не было. Мы ушли из зала. В коридоре Скелбин мне сказал.

- Ну мне и пришлось попотеть. Черт возьми, неужели ты не понимаешь с какой бабой связался?

- Если бы ты знал, что было на свадьбе, ахнул.

- Да я и так все знаю. Ты думаешь, так просто этот сенатор задал вопрос. Это проверка на прочность, если ты соврешь, тебе прокрутят пленку и обольют грязью, если не соврешь, вываляют в помоях...

- Какую пленку?

- В доме у Кристи, везде видеокамеры, все ее похождения там сняты. То что вы делали в биллиардной, к сожалению, попало кое кому в лапы.

- И ты мне ничего не говорил?

- А зачем. Это было самое слабое звено в нашей защите. Я тебя совсем не осуждаю, потому что знаю почему это вышло и как, но вот другие... Слава богу, что председательствующий человек Голифакса, он очень мудро решил.

- Но газеты могут раздуть эту сенсацию.

- Все это в нашу пользу. У Мэрфи не останется уверенности в Дюпонах..., а Макенрою на тебя в суд подать нельзя, так как на пленке четко записан твой разговор с Кристи и ваши действия, кроме того нам удалось достать запись в розовой комнате, где находилась Сара...

- Вам. Не значит ли это, что вы выкрали записи, но кому то досталась копия.

- Все вышло наоборот, кто то украл другой, а мы купили копии. Знаешь, чтобы идти на комиссию к сенаторам, надо быть во все оружии. Я постарался за эти две недели, просветить тебя со всех сторон, собрал данные, купил чиновников иммиграционного комитета, оформил бумаги задним числом, по факсу послал подписи, достал пленки с компрометирующим материалом, сделал выписки из твоего дела по Маргулису, так что поработал не зря.

- Вы за мной следили последнее время?

- Пришлось. Ты не обижайся, но это надо.

- Что же теперь будет?

- Будем ждать решения комиссии.

- А кому же достанутся деньги?

- Нам. Макенрой сегодня же устроит дочерям взбучку.

Через три дня мы получили уведомление, что сенат решил предоставить деньги на уничтожение опасных хладонов нам. Дюпон остался с носом.

Началась сумасшедшая работа. Мы закупили большие большегрузные грузовики. Проектанты подготовили документацию, началось изготовление оборудования в мастерских. Я же занялся изготовлением небольшой лаборатории, где делалась самая закрытая часть работы, так называемая изюминка, "фивти-фивти", без которой реакция не идет.

Все началось вечером. Я ждал такси, чтобы вернуться в отель, как ко мне стремительно подлетел "форд". Из него выскочило три человека с натянутыми на лицо чулками и бросились ко мне. Руки мне скрутили, заткнули рот тряпкой и кинули в машину.

Сижу в темной комнате, привязанный к массивному креслу. Свет неожиданно зажигается и передо мной оказался Годой, адвокат Макенроя.

- Господи, что они с вами сделали.

Адвокат брезгливо вытаскивает кляп из моего рта.

- Где я?

- Вы у наших друзей.

- Зачем вы меня сюда привезли?

- Видите ли, мистер Петроф. Без вашей, как вы назвали на докладе "фифти-фифти", ваши перерабатывающие установки... ноль. Мы узнали, что вы создали секретную лабораторию, но еще ни одного препарата не изготовили. Таким образом, если вас там, на вашей фирме нет, то и машины с готовыми установками никому не нужны. Вот почему вы здесь.

- Не лучше ли вам меня прикончить сразу и действительно никаких забот. Тогда смело клепайте свои заводы

- Вот об этом мы тоже думали. Но мистер Макенрой не будет пачкаться, у него и так из-за вас большие неприятности с дочерьми. Посидите здесь, может Скелбин и ваши друзья одумаются и пойдут на попятную. Либо мы будем строить заводы, либо войдем с вами в долю.

- Но это же подло.

- Бросьте, Алекс, здесь крутятся миллиарды, поэтому все способы нужны.

- Хорошо, раз вы хотите войти в долю, не лучше сразу установить контакт со Скелбиным и сразу решить все вопросы...

- Скелбин подставная пешка, так же как и вы, но у вас перед ним преимущество, ваш маленький секрет производства. Мы будем вести переговоры с теми, кто стоит у вас за спиной. Если договоримся с ними, будете жить, не договоримся... посмотрим.

- Развяжите меня, неужели так и будете держать связанным.

- Мы вас скоро развяжем. Только приготовим хорошее помещение и там освободим. Чтобы вам было не скучно, подобрали хорошую охрану. Зй, Джони, Марта, выйдите сюда, - кричит он в дверь.

Передо мной появился громила в короткой стрижке и наплечными ремнями с кобурой под мышкой, рядом оказалась суховатая молодая женщина. Ее черные волосы спускались ниже плеч и переливались под светом. На ней брюки, рубашка и револьвер на поясе.

- Вот ваш подопечный, - указывает на меня адвокат, - следите за каждым шагом.

- Все будет в порядке, мистер Годой, - басит парень.

- Отлично. Берите его и без шума отвезите к Марте в дом. У тебя все готово, Марта?

- Все.

- Тогда я вам позвоню. Пока.

Адвокат уходит, а эти рассаживаются передо мной, рассматривают и молчат.

- Это правда, что ты русский и недавно из России? - вдруг спрашивает Марта.

- Правда.

- Тебе не повезло.

- Почему?

- Я не люблю русских.

- А вам тоже не нравятся русские? - обращаюсь я к парню.

- А мне все равно, что черные, что белые, сказано охранять, значит буду охранять. Марта, где у тебя скотч? Пора этому типу заткнуть рот.

Мне заклеивают рот, развязывают, освободив от кресла, потом накидывают наручники и толкают к двери.

- Пошли, бедолага.

В доме у Марты светлый подвал. Там кровать, стол, несколько стульев, а за маленькой дверью умывальник и толчок. Меня освобождают от оков и скотча.

- Будешь зря стучать в дверь или кричать, - презрительно говорит Марта, - ноги обломаю.

- Хоть бы телевизор был...

- Может тебе и шлюху еще сюда?

- Я не против.

- Зато против я. Скажи спасибо, что жив. Пошли от сюда, Джони.

Прошла спокойная неделя. Меня не били, сносно кормили и практически не разговаривали. Но в этот день открылась дверь и на пороге я увидел Макенроя и его адвоката.

- Да это же, Алекс, - наигранно воскликнул Макенрой. - Здравствуй, Алекс.

- Здравствуйте, мистер Макенрой.

- Тебя вся Америка ищет, а ты оказывается прячешься от всех здесь.

- Да, если бы еще не два охранника, что приставил ко мне ваш адвокат, то все бы выглядело весьма правдоподобно.

- Разве тебя кто-нибудь обижал? Выглядишь молодцом. Как ты думаешь, Генри, хорошо он выглядит?

- Хорошо. Побриться ему и совсем жених.

- Вот, вот, вот и я так думаю. Хватит от всех прятаться, Алекс. Через два дня у тебя свадьба, а ты сидишь здесь в подвале.

Я чуть не задохнулся от такой наглости.

- Мистер Макенрой, я здесь не по своей воле. О какой свадьбе вы говорите?

- Знаю, знаю, спрятался от всех, любовь понимаешь ли... А его невеста, моя старшенькая дочь Ирен, все слезы льет...

- Ирен? Причем здесь Ирен?

- Нехорошо, молодой человек, погуляли с девушкой, пора и честь знать. Ирен выйти за вас согласна, так что я рад, что вы тоже за...

- Но я не хочу женится на Ирен.

- Ничего не поделаешь. Уже все газеты расписали по всей стране о предстоящей свадьбе. Генри, дай ему почитать...

Годой достает мне газету. Действительно на первой полосе заголовки о свадьбе Ирен Макенрой с молодым бизнесменом Алексом Петрофым. Тут же выступления комментаторов и больше всего меня задела заметка одного из репортеров о слиянии интересов Дюпона и Голифакса в рынке уничтожения хладона. Неужели опять все решили без меня.

- Ну как? - спрашивает Макенрой. - Убедился. Так что свадьба на носу, а ты прохлаждаешься здесь.

- Скажите, что произошло? О каком слиянии идет речь?

- Вот это деловой разговор, Алекс. Ты со своей изюминкой поставил всех на уши и Голифаксу пришлось пойти на уступки. Он такой жирный кусок пирога не захотел терять. А чтобы все выглядело пристойно, твое исчезновение объяснили страстной любовью к моей дочке. Ах молодость, молодость, какие глупости она не выкидывает. Мир между двумя компаниями должен выглядеть пристойно. Ты женишься на Ирен и слияние компаний как бы и произошло.

- Но меня то не спросили, хочу я женится или нет.

- Хочешь, хочешь. Много свидетелей, как ты ухлестывал за моей дочерью, даже твой дружок Скелбин подтверждает это...

- Скелбин? Быть не может.

- Он подъедет сюда через два часа. Убедись.

Голова идет у меня кругом. Куда я попал? Это называется капиталистическим раем. Нет, от этого надо бежать, только вопрос куда и как. Надо бы убраться на родину и спокойно доживать там безумный российский век...

- Я не женюсь на Ирен, я люблю другую.

- Не дури, Алекс. Все решено. Джони, Марта.

По лесенке спустились мои охранники и почтительно уставились на Макенроя.

- Это мальчика, подстричь, побрить и ни на минуту не выпускать из виду. Через два час здесь будет мистер Скелбин, поэтому держите его в гостиной и не позволяйте удрать... Будущий жених моей дочери должен выглядеть молодцом. Вам головы сверну, если, что произойдет... До свидания, мистер Петроф. До встречи.

Он поворачивается и идет к лесенке, Годой невежливо вырывает у меня газету из рук и тоже плетется за ним. Мои охранники уставились на меня, как молодые львята перед видом дичи.

- Если ты будешь рыпаться и не дашь нам побрить тебя, - спокойно говорит Марта, - то мы тебе сделаем укольчик, так сказать, успокоим на время. Будь паинькой. Джони неси бритву и пену.

Верзила послушно уходит наверх. Марта наготове, держит руку у бедра. Вскоре Джони появляется с бритвенными принадлежностями.

- Ты сам будешь или мне помочь? - спрашивает он.

- Сам буду.

- Хорошо. Да не вздумай перерезать себе горло.

В гостиной все сделано со вкусом. Светлая мебель, картины, цветы и не скажешь, что здесь живет суровая женщина. Марта и Джони не прячут оружия и при появлении Юджина, демонстративно сели по углам комнаты.

- Привет, Алекс, - натянуто говорит Скелбин.

- Привет.

- Вот ты где? А мы обыскались по всему городу...

- Ты меня продал, Юджин. А сказал при первой встрече, чтобы я тебе доверял.

- Прости, изменились обстоятельства. Убили бы тебя, разве от этого было бы легче. А так, мы сохранили тебе жизнь и деньги компании.

- Зачем же вы поганите мне жизнь и дальше? Зачем подстроили эту свадьбу?

- Видишь ли, когда нас загнали в угол, все средства хороши, чтобы выбраться. Чтобы не потерять лицо, было решено на высшем уровне, закрепить наш союз с Дюпоном свадьбой. Это форма прикрытия. Тебя же похитили, значит надо было выкручиваться из этого положения, в газетах и ТВ сообщили о твоей свадьбе.

- Мерзавцы.

- Успокойся. Первые три машины собраны, нам надо продолжать работать дальше.

- Я не буду работать с вами, я ухожу из компании.

- Увы, уже поздно. Все завертелось. Не делай глупостей, Алекс. Если ты не откроешь свое "фивти-фивти", из тебя это вытянут силой, а потом ты можешь быть не нужен ни кому. Лучше сохрани лицо, будь директором компании и получай свои дивиденды.

Я задумался. Это уже скрытая угроза, сейчас надо сделать правильный выбор.

- Хорошо, я согласен, свой секрет я раскрою, но давайте не будем организовывать свадьбу. Я не хочу женится.

- Уже поздно, Алекс. Не любишь Ирен, ну и бог с ним. Поживешь, потом разведешься. Это чисто экономический союз. Голифаксу и Макенрою нужны пока гарантии в слиянии бизнеса...

- Ты же мне говорил, что после того как мы получим деньги, Дюпон сам к тебе придет и получит кусок пирога по эксплуатации, теперь все выходит поменялось. Дюпон пришел и вы объединились...

- Какая тебе разница, объединились, или стали работать над программой по частям. Важно, что все остались при своих интересах.

- А я? Я то оказался обделен.

- Не понимаю, ты получаешь самую красивую женщину, Ирен, шикарное приданное и гарантию, что тебя больше не посадят или не украдут. Тебя будут принимать в высшем обществе, твой годовой будет около миллиона долларов. Что еще нужно нормальному человеку?

- Свободу выбора.

- Свобода только на помойке. Там ты можешь выбрать любой огрызок от богатого стола или совсем не жрать ради правидных идей. Давай не будем дискуссировать. Свадьбе с Ирен быть. Это уже решено.

- Катись ты тогда в...

- Вот это разговор настоящего мужчины. Я пожалуй пойду, а ты... подумай... До встречи, Алекс.

Джони и Марта после этого разговора загоняют меня опять в подвал.

- Я послушала ваш разговор, - говорит Марта, - и убедилась какие иногда мужики бывают кретины и идиоты. Им предлагаю миллион, а они нос ворочают. Да я бы за одну десятую от этой суммы вышла бы замуж, даже за урода.

- Что делать, каждому свое. Мне не позволяет это сделать интеллект.

- Ах, ты, скотина, я вижу на что ты намекаешь. Да мой револьвер за одну секунду вышибет твой интеллект, тоже мне белая кость нашлась.

- Может ему мозги перед свадьбой напоследок промыть? - предлагает Джони.

- Не надо, - останавливает его Марта. - Газетчики увидят его искореженную физиономию, такой вой поднимут. Перед приходом его адвоката, звонил мистер Годой, мы будем при нем даже во время свадьбы. Будем его оберегать, чтобы он не сбежал. Так что нам тоже надо готовиться и привести себя в порядок. Мне необходимо одеть шикарное платье, а тебе приличный костюм. Мистер Годой обещал прислать то и другое.

- А оружие, брать с собой оружие?

- Естественно. Пристрелим этого, говнюка, если вздумает бежать.

Они убрались наверх.

День свадьбы самый напряженный. В гостиной Марты, из меня делают конфетку. Примеряют костюмы, ботинки. Парикмахеры наводят лоск волосам и до блеска кожи выбривают бороду. Моих охранников тоже не узнать, оба прилично одеты, а Марта даже стала очень привлекательной, приняв профессиональный макияж и взбитую прическу. Я не ожидал, что в декольтированном платье у нее появится симпатичная грудь. Джони в костюме, выглядит идиотом. Он никогда не одевал бабочки, поэтому бестолково вертит головой в тесной рубашке и таращится в зеркало. Появился Годой.

- Привет, Алекс. Очень хорошо над тобой поработали. Марта...

- Я здесь.

- Оружие возьмите обязательно.

- Конечно. На такого сукиного сына, пули не жалко

- Но, но. Постарайтесь без убийств. Оружие для страховки. Если что, двиньте пару раз...

- Понятно.

- Свадьбе не состоится, я не крещеный, - говорю Годою.

Он смешался.

- Как это?

- Так. В моей стране это делать необязательно.

- Ну что же, мы немного удлиним обряд свадьбы. Сначала тебя примем в лоно церкви, а потом женим. Твои охранники будут свидетелями. Все готовы?

- Мы готовы, - докладывает за всех Марта.

- Тогда поехали.

У церкви полно народа. Здесь безумные репортеры, гости и любопытные. Меня снимают на видиокамеры со всех сторон, какие то незнакомые люди стараются протиснуться и пожать руку. Джони и Марта пытаются сдержать наплыв и отталкивают меня к стенке церкви, сделав свободный пятачок. Первой ко мне все же пробивается Кристи.

- Алекс, поздравляю, но больше всего поздравляю с тем, что войдешь в нашу семью...

Она целует меня в щеку.

- Лучше бы я вошел на эшафот.

- Не к чему злиться. А это что за придурки, которые перед нами всех лупят по мордам.

- Моя охрана?

- Это то зачем?

- Чтобы ты опять не выкинула что-нибудь и чтобы я не сбежал.

Кристи смеется.

- Если я захочу..., то и охрана не поможет.

- Ты захоти, помоги мне сбежать до свадьбы.

- Ну уж нет. Я сама моему папаше подкинула идею женить тебя на Ирен. Теперь ты хочешь удрать. Не выйдет. Ты мне еще нужен.

Кто то легонько хлопает меня по плечу. Я оборачиваюсь. Это Голифакс со своим неизменным адвокатом, пробрался к нам.

- Мадам, - обращается он к Кристи, - я на минуту украду вашего собеседника.

- Пожалуйста, мистер Голифакс, - смиренно говорит она и растворяется в толпе гостей.

- Вот мы опять свиделись, мистер Петроф.

- Здравствуйте, мистер Голифакс.

- Хочу вас поздравить с вступлением в новую семейную жизнь и сделать вам маленький подарок от моего имени. Вон видите "мерседес" вишневой окраски? - Недалеко от церкви, у тротуара стоит красивая машина. Голифакс показывает на нее пальцем - Он ваш. Вот ключи.

Он передает их мне.

- Спасибо, мистер Голифакс. Но самый лучший подарок мне, если бы этой свадьбы не было.

- Все перемелется, Алекс. Женитесь, растите детей. Самый лучший руководитель фирмы тот, который имеет прочную семейную базу.

- Но судя по всему, меня женили на Дюпоне, от которого с самого начала одни неприятности. Вы уверены, что это правильный шаг?

- Эти союзы в настоящем мире необходимы, как воздух. Не стоните, Алекс. Вы еще спасибо скажите...

- Кого я вижу...

Рядом с нами оказался Макенрой. Он трясет руку Голифаксу, потом пожимает мне.

- Здравствуйте. Я рад, что приобрел такого энергичного зятя. Как вы считаете мистер Голифакс у нас получается достойная пара...

- Лучше не надо. Алекс еще оботрется в высших слоях общества и будет солидным бизнесменом. Я преподнес молодым вон какой подарок.

Они смотрят на машину.

- Хороша. Чего то невеста задерживается. Алекс, мне Годой говорил, что вы не крещены? - спрашивает меня Макенрой.

- Да.

- Это конечно нехорошо, но поправимо. Удлиним обряд.

В это время подъезжает свадебный лимузин из него выходит Ирен, вся в белом, пышном свадебном платье с накинутой на лицо вуалью.

- Приехала. Наконец то.

Макенрой распихивает толпу и идет к ней. Потом, взяв ее под руку ведет к нашей компании.

- Мы готовы, можем идти в церковь. Мистер Голифакс, у Алекса нет здесь ни отца, ни матери, поэтому будьте ему сегодня отцом, отведите в церковь. Я поведу Ирен.

Меня под руку ведет Голифакс. Вернее я его веду, он вцепился в рукав и тащится, как на привязи. Сзади моя неразлучная охрана. За ними Макенрой сопровождает свою дочь. Потом плетутся родственники и гости. Блики фотоаппаратов мелькают везде.

В душной церкви начинается процесс приобщения меня к богу. Пастор читает проповедь, а за спиной тихий гул переговаривающихся, начинающих уставать гостей. Но вот мне дали поцеловать крест и подводят с левой стороны Ирен. Мои охранники, после тихого внушения пастора, отходят далеко к боковой стенке и от туда неодобрительно смотрят на нас, Пастор начинает новую проповедь...

- Алекс Петроф, перед господом нашим отвечайте, согласны ли вы взять в жены, стоящую рядом с вами женщину.

Я молчу. Весь зал церкви замер в ожидании моих слов. Но самое невероятное, что рука Ирен вдруг схватила мое запястье и несколько раз жмет.

- Так согласны или нет? - спрашивает пастор.

- Говори, да, - шипит рядом в ухо Голифакс. - Подарю еще десять процентов акций компании.

- Говори, иначе будет хуже, - ворчит с другой стороны Макенрой.

Голова невесты поворачивается в мою сторону. Я не вижу ее глаз через вуаль, но чувствую, что она просят пощады.

- Да.

Зал ахает, стоящие рядом люди, сразу расслабились.

- А ты, Ирен Макенрой, согласна ли выйти за муж за стоящего рядом с тобой мужчину, - теперь пастор допрашивает Ирен.

- Да.

В церкви гул восторга. Пастор заканчивает наше венчание и на последок говорит.

- Вы можете закрепить союз, поцелуйте друг друга.

Ирен левой, свободной рукой, поднимает вуаль и поворачивается ко мне. У меня немеет челюсть и глаза чуть не вываливаются из орбит. Под вуалью лицо... Сары.

- Ты разве не рад мне, - волнуясь говорит она.

Она тянется губами и я сначала дотрагиваюсь до них, потом с жадностью прижимаюсь.

- Сара.

Похоже онемел не только я, мои новоявленные родители тоже в шоке.

- Подмена, - вдруг заорал Макенрой, это подмена, это заговор. Где Ирен, черт возьми?

- Вы в храме, сын мой, - пытается урезонить его пастор.

- Заткнись, - ревет Макенрой. - Недоноски, свадьбу сорвали.

- Вы это все подстроили, Алекс? - шипит Голифакс.

Я отрываюсь от Сары.

- Нет.

- Дурак, что ты наделал? - продолжает тихо шептать он.

В помещении гул. Только один человек хохочет до упаду, это Кристи.

- Молодец, Алекс, - кричит она. - Ай да, сестричка, такую свинью подложила семье, этого...

- Заткнись, дура, - ревет отец.

- Сара, нам надо от сюда исчезнуть, - шепчу я ей.

- Бежим.

Мы разворачиваемся и, чуть не сбив Голифакса и Макенроя, бежим по коридору из кресел на выход. Нас никто не задерживает, большинство публики не понимает, что произошло, если кто и разобрался, то они в шоке. Мои охранники у стены очнулись и пытались рвануть за нами, но тут Марта зацепилась за чью то ногу и свалилась в проход, закрыв путь Джони. Они оба барахтаются на полу и мат несется под своды зала. Проскальзываем ворота и несемся по ступенькам. Сара с трудом поддерживает мешающее ей платье.

- Куда теперь? - кричит она.

- Вон к той машине, вишневого цвета.

Сара спиной валится через дверцу машины на первое сиденье. Я запрыгиваю за руль и спешно достав ключи пытаюсь их воткнуть в скважину.

- Сара, я не водил машину, что дальше.

- Черт побери. Жми на эту педаль.

Она рванула рычаг и машина так дернулась вперед, что я чуть не вырвал руль. Мы несемся по улицам и постепенно я приобретаю уверенность, как будь то всегда водил машину...

- Сара, так куда сейчас?

- На нашу яхту.

Фреди закивал головой, увидев нас.

- Поздравляю.

- Спасибо, Фреди, - говорит Сара, - наша яхта заправлена, все готово?

- Да, мадам.

- Помоги нам отчалить.

- Хорошо, мадам.

Мы подходим к яхте и тут Сара заявляет.

- Алекс, кажется невесту в дом заносят на руках?

- Я все понял, дорогая.

Беру ее на руки и, с трудом по трапу перевалив бортик, несу по палубе. Мы на мостике долго целуемся.

- Эй, - кричит с мостков Фреди, - вы долго там. Я же не могу стоять здесь целый день.

Сара выскальзывает из моих рук и бежит к пульту управления, она включает двигатель. Фреди бросает на палубу концы, мы медленно выплываем из строя катеров и яхт.

Через неделю я вышел на работу. Меня встретил Скелбин.

- Нагулялся?

- Да.

- Подпиши бумаги. Их очень много скопилось.

Я подписываю стопку бумаг, мой юрист комментирует каждую. Под конец я не выдержал и спросил.

- Что творится то с Макенроями и Голифаксом?

- Ничего. Макенрой конечно взбешен, пообещал удавить тебя, когда увидит, а Голифакс молчит. Зато какая сенсация, мы на этом сделали такой бизнес, что наши акции подскочили в сто раз.

- Не слышал, как Ирен?

- Нормально. Звонила сюда, интересовалась, где ты.

- А союз Макенроя и Голифакса не развалился?

- Они , несмотря на противоречия, повязаны теперь крепко.

- Я принял решение, "фивти-фивти" больше скрываться не будет...

Скелбин долго раздумывает.

- Правильное решение, - говорит он. - Деньги у нас, теперь скрывать нечего. Я постараюсь юридически обосновать патент, чтобы другим не повадно было нажиться.

- А это что за пакет? - я показываю на розовый конверт на конце стола.

- Это прислал мистер Голифакс.

Вскрываю его и вижу пачку акций. Мой хозяин сдержал слово, сказанное в церкви.

- К вам Ирен Макенрой, - сообщает по селектору секретарша.

- Пропустите.

Она входит и не идет дальше. На нее наступил столбняк, я подхожу к ней и обнимаю.

- Спасибо тебе Ирен.

Несколько горячих капель скатилось мне за шиворот.

- Не надо, не плач. Все позади. Пойдем я тебя посажу.

Я усаживаю ее в кресло и опускаюсь у ног.

- Ты самый лучший друг...

- Правда?

- Конечно. Не всякий может пожертвовать собой в такой ситуации.

- Я не хотела причинить тебе вреда.

- Как обстановка дома?

- Хуже некуда. Никто из домашних со мной не разговаривает. Папа в первый день наорал, Кристи шипела как тигр, а потом все стали немые.

- Приходи к нам в гости.

Она кивает головой.

- Приду. Я решила вообще уйти из дома.

- Может это и правильное решение. Посоветуйся с Сарой, она давно не живет дома, у нее опыт есть...

Она прижимает мою голову к коленям и тихо плачет.

Машины проходят первое испытание. На такое событие приехал Голифакс и Макенрой. Они сдержаны со мной, но на деловые темы говорят нормально. В первую установку закачали старый хладон, включили генераторы и первый факел плазмы загудел в реакторе, машина заурчала, загудела приводами и вот первые отходы регенерации появились в контрольных баках. Прокрутили еще пять машин, все оказалось в порядке.

- Поздравляю, мистер Петроф, - говорит Голифакс. - Мы тут с мистером Макенроем решили поговорить с вами, так сказать уединенно...

- Пойдемте в мой кабинет.

Чтобы не обижать уважаемых гостей, я усадил их не за столом, а за круглым столиком. Макенрой по прежнему недобро смотрит на меня. Голифакс начинает.

- Мы тут посоветовались... кое с кем... и пришли к решению. Вам, мистер Петроф, надо освободить должность главы компании. Вы хороший химик, но не подходите по деловым качествам к такому высокому посту. Здесь сказывается и ваше плохое знание Америки, ее деловой части и откровенное противостояние многим членам совета.

- Кого вы хотите поставить на эту должность?

- Мистера Юджина Скелбина. Здесь он будет на своем месте.

Вот что значит открыть "фифти-фивти". Все выжали и с плеч долой.

- Наверно вы правы.

Макенрой откидывается в кресле и вдруг говорит.

- Я уже немного столкнулся с вами, Алекс, постарался приглядеться к вам и мне очень не нравится, что вы так быстро согласились. Вы обиделись на нас, да?

- Ничего. Раз вы решили меня заменить, меняйте.

- Не обижайтесь, Алекс, - это уже Голифакс, - ваши акции останутся при вас, вы войдете в совете директоров и естественно, будете влиять на судьбу компании.

- Хорошо. Я принимаю ваши условия, теперь примите мои. Больше, никаких пакостей...

Они поняли о чем я говорю и Голифакс выразительно посмотрел на Макенроя.

- Все было в прошлом, - говорит тот.

Прошло три дня. Мне сменили вывеску на кабинете. Скелбин стал руководителем компании. Однажды он вызвал меня к себе в кабинет.

- Алекс, я вынужден тебе сообщить плохую новость. Твои документы завернули из иммиграционного комитета...

- Почему?

- Ты не отказался от гражданства в России и по прежнему числишься работником на своем предприятии.

- Юджин, скажи честно, это значит, что ты хочешь попереть меня из компании.

- Причем здесь я?

- Вспомни, как ты ловко прокрутил перед комиссией, готовые документы, еще говорил, что тебе пришлось подкупить кого то... Что то я не узнаю того ловкого юриста, который так умело прокручивал дела. В чем дело, говори?

- Мне не удалось их продвинуть...

- Короче, Юджин. Скажи, что меня ждет?

- После окончания срока визы, ее не продлят.

- Все понятно. Это значит вон из Америки.

- Алекс, я не хотел этого...

- Тогда, я напоследок хлопну дверью. Ты меня еще вспомнишь, Юджин.

Я вышел из кабинета, прекрасно понимая, что бессилен что то сделать. Мои угрозы равны нулю.

Сара очень расстроилась, узнав в чем дело.

- Давай укатим в Европу, может там, мы устроим свою жизнь.

- Не знаю, кому там нужен опальный химик.

- Знаешь что, у папы там много знакомых, я спрошу у него, может они помогут.

- Спроси.

- Ты не расстраивайся. Все будет хорошо.

- Давай удерем куда-нибудь?

- Не могу, я на работе.

- Брось ее.

- Не могу. Нам теперь очень будут нужны деньги.

- У меня же акции компании.

- Я бы на них не положилась. Компания еще работать не начала.

Прошло еще два дня, я на работу не хожу. Отец Сары любезно предоставил нам свою виллу за городом и теперь я там сачкую. В вечерней программе телевидения женщина без эмоций рассказывает о последних событиях.

- Сегодня, в нескольких местах города почти одновременно взорвалось несколько крупногабаритных машин фирмы "Фреон". Имеются человеческие жертвы. Самый сильный взрыв произошел на многолюдной 16 улице. Здесь погибли шесть человек, около пятнадцати ранено. В других местах жертв меньше. Сейчас подчитывается количество пострадавших. Полиция предполагает, что это акт неизвестной террористической организации.

На экране показывают искореженные машины, окровавленных людей, пожары. Я остолбенел. Что же твориться? В это время зазвонил телефон.

- Алекс, привет. Это Скелбин.

- Привет.

- С трудом нашел тебя. Сара долго не хотела давать твой телефон. Ты видел телевидение?

- Видел.

- Не мог бы подъехать к нам.

- У меня нет никакого желания.

- Алекс, прошу. Забудь обиды, ты срочно нужен здесь. Пойми сам, сколько еще может быть жертв.

- По телевидению сообщили, что это рука террористов.

- Они врут. Ты нам нужен. Приезжай.

- Нет.

Трубка вдруг изменила голос.

- Алекс, это я, Голифакс.

- Здравствуйте, мистер Голифакс.

- Если ты не хочешь приехать сюда, то мы не поленимся, приедем к тебе. Ты этого хочешь?

- Нет.

- Тогда я тебя жду. Уважь старика.

Трубка брошена. Надо наверно ехать.

Вишневый "мерседес" все же неплохая машина. Я без прав, веду ее как нетрезвый сапожник, но все же к фирме сумел подкатить без происшествий.

Вся троица там: Скелбин, Макенрой и Голифакс. Они сама любезность, усаживают за стол, секретарши приносят выпивку. Как всегда начинает старейший, это Голифакс.

- Алекс, прекрати глупить, мистер Скелбин напортачил с иммиграционными властями. В течении недели, он все исправит.

- Хорошо.

- Тогда кончай взрывать установки, - у меня чуть кругом от этой новости не пошла голова. Выходит, дело то, серьезное. Что там произошло? - Шесть машин дошли до потребителя и взорвались после включения плазмы. Есть человеческие жертвы. К сожалению, полиция не смогла найти улики твоего участия в этом деле, но мы то знаем, что ты приложил сюда руку.

- Я всем говорил, - Макенрой дополняет Голифакса, - так просто он не уйдет из дирекции и устроит фейерверк напоследок. Я предупреждал всех, но увы.

- Вы же мне давали слово, что не будете мне пакостить.

- Я его не нарушал, - поспешно сообщает Макенрой.

- И не я, - говорит Голифакс.

Они укоризненно смотрят на Скелбина. Тот растеряно глядит на всех.

- Ну да, я виноват. Готов исправить...

- Алекс, иди к машинам, они дорого стоят, сними там свои взрыватели. Мы понимаем, ты талантливый химик, даже эксперты полиции не смогли понять, как ты это делаешь, но мы то знаем, "фивти-фивти", ты раскрыл не до конца. Проверил нас, так сказать, на прочность и это нам большой урок.

- Когда там Скелбин обещает провернуть мои документы?

- Через неделю.

- Тогда поговорим через неделю.

- А за это время готовые машины будут все время взрываться? - рычит Макенрой. - Алекс, ты что?

- Я думаю, - это скрипит Голифакс, - мистер Скелбин поторопится. Он это сделает к завтрашнему дню.

- Но я...

- Исправляйте свою ошибку, Юджин. Мы вас поставили, чтобы компания работала, а пока одни убытки.

Я иду вдоль ряда готовых машин. Вот они источники теперь не очистки атмосферы, а смерти. Почему же они взрываются?

- Мистер Петроф, - рядом стоит один из пожилых рабочих.

- Я слушаю вас.

- Меня зовут Элвин Крайц. Вы здесь по поводу взрывов машин?

- Да.

- Вон та скоро взорвется, - он указывает на испытательную площадку, где стояли три машины.

- Почему вы так думаете?

- Пойдемте.

Он подводит меня к ближайшей установке и тыкает в проем между баками.

- Просуньте туда руку.

Я просовываю и чувствую ладонью теплоту труб.

- Ну и что?

- Разве вы ничего не почувствовали?

- Нет.

- Трубы теплые.

- Ну и что?

- Хорошо, а теперь подойдем к ряду готовых еще не испытанных машин.

Меня уже разобрало любопытство. Подхожу к готовому изделию и также просовываю руку в проем, трубы холодные.

- Так и должно быть, здесь они еще не испытывались и не нагрелись...

- Они там и не нагревались, они стали нагреваться после испытания.

Вот те раз, что за процесс происходит там. Я опять возвращаюсь к испытанным машинам и аккуратно прощупываю все системы. Отходные баки уже пусты и в них продуктов разложения нет. Действительно, почему трубы теплые.

- Спасибо вам за сообщение, Элвин.

- Чего уж там, я понимаю, что может это ерунда, но все же...

- Вы хороший парень, Элвин, жаль, что я не могу с вами сегодня проглотить кружечку пива в баре, но надеюсь когда-нибудь это сделаю.

- Я тоже, мистер Петроф.

Он прощается со мной и уходит.

Кто то хлопает меня по плечу. Я оглядываюсь

- Узнаете, мистер Петроф?

- Узнаю. Детектив...

- Точно. Опять над вами собирались тучи... Здесь уже побывали десятки специалистов, даже деятели из ФБР. Ищут террористов.

- Они конечно предположили, что это был я.

- Только предположили, мистер Петроф. У вас кругом алиби, здесь вы не появлялись, были все время на вилле, так что...

- Вы здесь по этому делу?

- Конечно. Как узнал, что вы по цеху шатаетесь, так сразу же приехал.

- Боитесь подложу бомбу.

- Не боюсь. Я тут с помощью экспертов изучил кое какие ваши проблемы, понял, что бизнес иногда может держаться на изюминке в новых изобретениях и технологии. Так вот хочу понять, кто виноват, что погибли люди, вы со своей изюминкой или что то не доглядело производство.

- Я сам, не знаю, детектив. Пришел, чтобы разобраться.

- Вы мне нравитесь, Алекс. Я бы на вашем месте не копался, ведь если виноваты вы, вас могут посадить.

- Я по другому воспитан, детектив. Моя идея, мне и надо знать, что произошло.

- Так, так. Что-нибудь уже узнали?

- Еще нет, но...

- Что но...?

- Подозрения есть.

- Вы не поделитесь?

- Нет.

- По вашему мнению, какая следующая машина взорвется?

- Вот эта, но и то после включения плазматрона.

Детектив внимательно осматривает машину.

- Понятно. Вы сейчас куда идете?

- Домой.

- До свидания, мистер Петроф.

- До встречи, детектив.

Утром, следующего дня, я прибежал на работу рано. Машины, которая не понравилась мне вчера на месте не было. На мое счастье, я напоролся на рабочего Элвина.

- Здорово, Элвин.

- Мистер Петроф?

- Где машина?

- Ее только что отправили на мясокомбинат, в Северный район.

- Кто приказал? Вы что с ума рехнулись?

- Пришел мистер Скелбин и срочно потребовал отправки машины на работу. Ему никто не возражал.

- Мать твою.

Я в отчаянии завертел головой. Моя машина далеко, но я даже не знаю, где этот проклятый мясокомбинат. По территории медленно ползет машина с синим огоньком. Я несусь к ней.

- Стой.

- Это вы, мистер Петроф? - в окно просовывается голова детектива.

- Скорее..., установку погнали на мясокомбинат Северного района. Позвоните туда, можно связаться с ними?

- Попытаюсь.

Он связывается с диспетчером и объясняет, что надо задержать машину с плазменной установкой. Потом бросает мне.

- Садись, может успеют предупредить, но мало ли чего...

Детектив гнал как на пожар. Несмотря на наши невероятные попытки пробиться через автомобильные заторы, мы опоздали. Уже подъезжая к воротам завода, увидели как приподнялась крыша одного из хранилищ, от туда рвануло к небу огонь, балки, железо, камни, а потом часть здания рухнула.

- Опоздали, - с горечью говорю я. - И здесь не успели предупредить.

- Да, это так. Проедем туда, посмотрим...

В управлении сидит детектив, я и примчавшийся Скелбин. Он сразу же набрасывается на меня.

- Мы тебя просили не надо делать этого?

- Ты сделал мне паспорт?

- Сделал. На, успокойся.

Он швырнул мне новенький американский паспорт. Я разглядываю его.

- А что не надо делать? - спрашивает детектив.

- Взрывать машины.

- Так все таки вы мистер Петроф, взрываете их?

- Нет. Их взрывала технологическая безграмотность.

- Поясните, пожалуйста, только в популярной форме без всяких там...

- Хорошо. При разложении охладителей, в плазму помимо фреона нужно вводить весьма чистый носитель. В этом и заключался секрет, мое фивти-фивти. Если носитель загрязнет микропримесями, то возникнет электропроводность жидкости и плазма потеряет свою мощность и не сможет полностью разложить фреон, это приводит к созданию в реакторе взрывоопасных смесей. Если в носителе используют обычную стандартную воду, взрыв, после включения плазмы, происходит мгновенно. Отдел технологии, предложил невероятную глупость. Прежде чем машину запустить в производство, ее систему опрессовывают обычной водой, чтобы выявить течь. После этого вода под давлением воздуха выгоняется из систем, но при сварке одной из труб образовался отстой и вода полностью не ушла из нее. Когда пошло разложение хладона, пары носителя смешались с парами загрязненной воды...

- И тут же при попытки разложения фреона образовались взрывоопасные смеси , - дополнил детектив.

- Да, это так... Произошел взрыв.

- А реактор как раз недалеко от бака с бензином, - дополнил детектив. Так, мне все ясно. Я сейчас поеду проверю другие машины, а вы, мистер Петроф, напишите мне отчет, все то, о чем здесь говорили.

Он уходит.

- Так это не "фифти-фифти"? - удивляется Скелбин.

- Как видишь, нет.

- Ну ты даешь, Алекс. Как ты все определил?

- Один рабочий помог. Подсказал, что колено одной трубки, где должен протекать носитель, после первых испытаний осталось теплое. Я потом понял, что там скопилась вода. Она после первых испытаний нагрелась, весь носитель слили, а здесь оказался застой.

- Постой, но ведь при испытании, машины не взорвались?

- Плазма работала ровно минуту. Чистый носитель первый проскочил в реактор и по счастливой случайности ничего не произошло. Еще бы немного и потом сработала бы грязная вода...

- Слушай, а давай я на тебя навешаю еще одну должность.

- Надеюсь я останусь в совете директоров?

- Останешься, но ты еще будешь и главным консультантом фирмы.

Дальше история уже обыденная. Через пол года меня отправили в Европу налаживать уничтожение старых хладонов там. Все же директором европейского филиала поставили меня. Скелбин стал видным предпринимателем и занял ведущую роль в компании Дюпона. Кейси родила девчонку и при редких встречах, втихаря убеждает меня, что это моя дочь. Сара окончила университет, правда уже в Европе, тоже родила дочь, а через год устроилась работать в фирме. Ирен ушла из дома, похоже нашла парня и след ее затерялся в обширных просторах Америки. Голифакс умер, а у Макенроя пошатнулось здоровье, он отошел от дел. С Россией я не порываю, часто езжу туда. Все таки нет, нет, да и кольнет воспоминание о месте, где жил, учился имел друзей...