nonf_criticism Вл. Гаков ФРОНТИР. Обзор американской фантастики ru Lykas FB Editor v2.0, FictionBook Editor Release 2.6 15 March 2010 4B542E7E-E40F-4785-9184-4CF3E48CCEDD 1.0

1.0 — создание файла Lykas


Гаков Вл.

ФРОНТИР. Обзор американской фантастики

Необычную картину можно было наблюдать в начале сентября 1983 года в американском городе Балтиморе. Один из крупнейших отелей принимал в своих стенах участников очередного конгресса американских любителей научной фантастики — несколько тысяч любителей-фэнов, писателей-фантастов, издателей и просто «интересующихся». Чтобы посетить все мероприятия, не хватило бы ни времени, ни физических сил, поэтому программу разделили на общие мероприятия и секции (как на научных конференциях). В одной из таких секций как раз и происходили события, совершенно непривычные для подобных встреч.

Дискуссию между собой вели известные авторы научной фантастики, ученые — специалисты в области космических исследований и… отставной генерал, бывший глава одной из разведслужб Пентагона Дэниэл Грэхем. Что и говорить, фигура на конгрессе любителей фантастики необычная! Причем экс-генерал не просто демонстрировал свои познания в фантастике — нет, он приводил цифры, демонстрировал таблицы и графики, говорил о своем, о знакомом, настойчиво и целеустремленно убеждая слушателей в правоте своих слов. Столь убедительно обычно говорят, пытаясь сторговаться…

О чем, казалось бы, вести диалог писателям-фантастам — и пентагоновскому ястребу, который отчетливо дал понять, что и на покое никак не утихомирился? И тем не менее аудитория бурлила, страсти кипели — и взгляду непосвященного тотчас же становилось ясно: тема, затронутая Грэхемом, для них не нова. И не безразлична.

Споры кипели вокруг проекта «Высокий Рубеж», или, как звучит это словосочетание по-английски, «Хай Фронтир». «Фронтир…» — это слово, знакомое каждому американцу, навевает вполне понятные исторические ассоциации, но при чем здесь научная фантастика? И какое отношение ко всему имеет космос?

Вспомним кое-какие факты из прошлого. Слово «фронтир» буквально означает «граница», «рубеж». Так назывался авангард поселенцев, продвигавшихся на запад Северо-Американского материка. Это была тропа и завоевателей, а не только «борцов с суровой природой», как пытались представить их впоследствии. И по мере того как с методичной жестокостью вырезались целые индейские племена, а пришельцы столь же методично обосновывались на гигантских пространствах, «изъятых у дикой природы», отторгнутых у людей, которые испокон веков жили с этой природой в согласии, искусно создавалась легенда об истинно американском духе — Духе Фронтира.

Легенда о людях Фронтира — мужественных, честных, простых и работящих. Да, они не расставались с оружием, но нужно же было охотиться, а кроме того, защищать свои форты, своих жен и детей от набегов индейцев! Легенда для тех, кто буквально все — леса, реки, необъятные просторы прерий, недра, сокровища индейской культуры и даже действительно сохранившийся среди простых поселенцев истинный Дух Фронтира! — обращал в звонкую монету.

Генерал Кастер предавал огню и мечу индейские селения, не щадя женщин и детей, — это в жизни. Фольклорный добряк и бравый вояка, в одиночку, с винчестером в руках защищающий белых женщин и детей от краснокожих «варваров», — то легенда…

Жестокая правда фронтира подменялась приглаженной, отретушированной сладкой сказочкой о Фронтире. Причем, чем дальше в своей практике отходило американское общество от романтического Духа Фронтира, тем больше усилий прилагала пропагандистская машина, чтобы вбить в сознание американцев этот украшенный словесной позолотой национальный символ.

В последнее время американская пропаганда вновь вспомнила о Духе Фронтира, но на этот раз применительно к делам космическим. К тезису «Pax Americana» («Весь мир — это большая Америка») граждане этой страны приучены сызмальства; ныне на повестку дня поставлен лозунг модернизированный — «Universum Americana», призывающий уже и на звездное небо глядеть в поисках недостающих «полос»…

О «космическом фронтире» заговорили во времена президентства Рейгана, и это не случайно. Он все-таки очень многое впитал в «родной» Калифорнии, где был в свое время губернатором: исторически сложившийся конгломерат золотоискателей, гангстеров, нефтяных магнатов, военных корпораций — словом, всех тех, кто его поддерживает. И как в связи с этим не вспомнить столь близкое сердцу президента активно используемое в политическом словнике Рейгана сочетание «звездные войны».

В июле 1982 года США во всеуслышание провозгласили программу военизации космического пространства. А чтобы американский народ покорно подчинился громкому хлопанью милитаристского кнута (ведь программа ко всему прочему еще и чудовищно дорогая!), ему, народу, вновь явили магический символ. «Хай Фронтир» («Высокий Рубеж») — так назван специальный проект, разработанный формально неправительственной реакционной организацией «Фонд наследия». Проект, реальное осуществление которого выкачает из карманов американских налогоплательщиков сотни миллиардов долларов!

Сумма чудовищная — поэтому даже вашингтонская администрация сделала вид, что проект этот ей пока не по карману. Но то лишь «вид»: подспудно идет и, видимо, будет продолжаться с новой силой колоссальная по масштабам обработка американских граждан. Подготовка, имеющая очевидной целью «всенародную» поддержку «патриотов», когда проект предстанет перед соответствующими комиссиями и инстанциями. Причем средства для этой психологической обработки применяются самые различные.

Мы уже как-то связали слова «фронтир» и «космос». Остается прояснить роль во всем этом американской научной фантастики. Оказывается, ее-то и приспособили под удобный «канал», по которому ведется обработка американцев в духе «фронтира»!

Что же это все-таки за «Высокий Рубеж»? Нет нужды говорить, что вся эта военно-космическая вакханалия преподносится как средство необходимой обороны. Как же, фронтир, граница… Картины, которые рисуются воображению авторов проекта, еще лет десять назад считались бы чистой научной фантастикой. Гигантская орбитальная сеть из 433 больших космических «фортов» (вот он — «дух», вот она — лексика «фронтира»!), буквально нашпигованных сверхсовременным оружием… Разработка планов превентивного удара по ракетам противника, находящимся еще в пусковых шахтах… Космические челноки, доставляющие на орбиту все новые партии спутников, в том числе спутников наведения ракет… А если потребуется, то и вывод на орбиту ядерного оружия (правда, Договор 1963 года, подписанный и Соединенными Штатами, пока остается в силе, но, кажется, подобные соображения все меньше тревожат нынешнюю американскую администрацию).

И все это — оборона! Если на кого-то это слово (с таким «подтекстом») и может подействовать, то лишь на людей малоосведомленных.

Знакомство с проектом «Высокий Рубеж» наводит на определенные литературные аналогии. Действительно, все это было, было… Только речь там шла о вторжении из какой-то иной системы мироздания, но весь антураж… совпадал. Те же космические торпеды, барражирующие околоземное пространство, орбитальные космические базы-крепости, военно-космический флот. Просто не верится, что описано все это (вероятно, впервые) в фантастическом романе англичанина Роберта Уильяма Коула «Битва за империю», вышедшем… в 1900 году!

Вот и наметилась двойная цепочка фактов и вымысла, за звеньями которой мы последим повнимательнее. Кстати сказать, в подзаголовке крупнейшего американского журнала научной фантастики, «Аналог», значится: «Научная фантастика — научный факт». А тут все — рождение безумной идеи, ее развитие и воплощение на практике, — все уместилось на протяжении одного века. Нашего, двадцатого…

Впрочем, идея военной угрозы «сверху» пришла еще раньше, до возникновения авиации. В забытом ныне романе Германа Лэнджа «Воздушный бой» (1859) недвусмысленно предрекалось коренное изменение характера будущей войны. Только полвека спустя Герберт Уэллс написал свой знаменитый роман «Борьба в воздухе»…

Первая половина XX века. В произведениях писателей-фантастов этого периода на Землю обрушиваются несметные орды инопланетных агрессоров, космические армады бьются у далеких звезд, вспыхивают кровопролитные мятежи в земных колониях на планетах Солнечной системы. Но никто тогда не додумался до жуткой и, как выяснилось, «близлежащей» идеи — о том, что космические войны могут планироваться землянами против землян же. И не в галактических далях, а прямо в «доме» — в околоземном пространстве.

«Научная фантастика» молчала, зато появился первый «научный факт» — атомная бомба. И следом — взрыв над Хиросимой…

В докладе на специальной конференции ООН по мирному использованию космического пространства «Юниспейс-82», проходившей в Вене, отмечалось, что тема «космических войн» перешла из ведения научной фантастики в разряд научных фактов как раз летом 1945 года. Только после Хиросимы опасность «звездных войн» стала очевидной.

Начавшаяся сразу же после второй мировой войны другая война — «холодная» — предопределила и поворот в акцентах западной научной фантастики.

В 1946 году появился на свет рассказ Мюррея Лейнстера «Первый контакт» (и сам рассказ, и ответ Лейнстеру — повесть советского писателя Ивана Ефремова «Сердце Змеи» читателю, вероятно, хорошо знакомы). В этом произведении вооруженного столкновения между земным и инопланетным звездолетами все же не произошло. Но грустная уверенность автора в том, что в во веки вечные останутся взаимная подозрительность, ставка на космическое оружие, убежденность в неизбежности конфронтации производят гнетущее впечатление.

Впрочем, если в рассказе Лейнстера лишь слегка намечены настроения, которые скоро стали в буржуазной идеологии доминирующими, то, например, в известном романе Роберта Хайнлайна «Воины звездного корабля» (1959) космический милитаризм проповедуется уже в открытую; в будущей галактической цивилизации, по Хайнлайну, кто не воевал — тот лишен права голоса…

Таких примеров появилось множество. К счастью, немало встречалось и других книг. Десятилетие пятидесятых стало для западной фантастики «десятилетием социальной ответственности», отмеченным лучшими произведениями Рэя Брэдбери, Клиффорда Саймака, Айзека Азимова, Роберта Шекли и Фредерика Пола. Запомнился читателям, например, роман Мартина Кэйдина «Затерянный на орбите», в котором советский космонавт приходит на помощь своему американскому коллеге, попавшему в беду…

В конце шестидесятых годов многие прогрессивные писатели-фантасты все более ясно видят опасность милитаризации космической программы. Космические «аппетиты» Пентагона оборачиваются то бактериологическим оружием на борту секретных военных спутников, описанных в романе Майкла Крайтона «Штамм «Андромеда»» (кстати, бактериологическое оружие на борту спутника тоже перешло с тех пор в область «научных фактов»: американские военные запускали на орбиту и такое), то «обычным» (уже обычным!) атомным оружием на орбитальных станциях.

Сигналы тревоги, как видим, звучали. Однако в годы, когда научная фантастика в Америке бьет все рекорды «раскупаемости», на нее поневоле обращают внимание закулисные дирижеры, направляющие книгоиздательский процесс, который буржуазная пропаганда так любит представлять совершенно «свободным». Появляются «фантастические» книги, написанные будто бы под чью-то диктовку. Если в позднем романе старейшины американских фантастов Эдмонда Гамильтона «Звезда смерти» неясно в общем-то, кто с кем воюет, — и тем не менее одна из противоборствующих сторон взрывает Солнце (!), бомбардируя его изотопами, то в книгах следующих за ним авторов говорят уже отнюдь не эзоповым языком. Так, в романе Дж. Хэя и А. Кешишиана «Аутопсия для космонавта» специалисты из НАСА совершают разведывательную экспедицию к загадочному советскому спутнику, дабы проверить, не несет ли он ядерного оружия на борту. А в опусе Аллена Друри «Трон Сатурна» (у нас много писали и об авторе, и о его так называемой научной фантастике) с позиций самого ярого антикоммунизма излагаются перипетии будущей космической борьбы между СССР и США.

Симптоматичная деталь: в фильме, поставленном в 1970 году по упомянутом выше роману Мартина Кэйдина, уже ни намека на помощь советских космонавтов…

В следующее десятилетие «научный факт» и «научная фантастика» словно затеяли игру в «догонялки» — они менялись ролями с неудержимой быстротой. Семидесятые годы охарактеризовались процессом разрядки, и космическим воплощением его явился совместный советско-американский полет «Союз» — «Аполлон». Но прошло чуть более пяти лет — и все изменилось.

«Научный факт» начала восьмидесятых годов — это маниакальные фантазии на тему «звездных войн», фантазии, которые американский президент хотел бы видеть осуществленными, не останавливаясь перед ценой. А что касается «научной фантастики», то и к этой литературе оказался применим печальный принцип, звучащий как некая тавтология: прав тот, кто оказался правее! В нашумевшем полуфантастическом бестселлере Джеймса Миченера «Космос» (1982) все заатмосферное пространство уже отчетливо мыслится звездно-полосатым. Что же говорить о множестве романов-однодневок вроде творения некоего Гая Элимо под самообъясняющим названием «Охота на «Салют-7»»! Или другой пример: роман также никому не известного Льюиса Шайнера «Фронтира» (1984), в котором на Марс (с целью проверить, жива ли оставленная там колония) летят две экспедиции, конкурирующие между собой и, прямо сказать, неразборчивые в средствах: американо-японская и… «Аэрофлот» (так прямо и написано!).

Разумеется, представлять всю американскую фантастику этакой стаей оголтелых политических «ястребов» в корне неверно. Многие прогрессивные писатели определенно встревожены нагнетанием военного психоза. Но вот что странно: по патетическому тону некоторых их статей и воззваний (а в последние годы писатели-фантасты все чаще обращаются к чистой публицистике) может создаться впечатление, будто борются за мирный космос… они одни. Словно и нет больше никаких влиятельных, решительных, миролюбивых сил на планете, озабоченных судьбой общего неба над головой.

А ведь такие силы есть, и одними патетическими призывами они не ограничиваются. Взять хотя бы проект Договора о запрещении в космическом пространстве оружия любого рода — договора, представленного Советским Союзом в ООН в августе 1981 года и поддержанного большинством стран — членов этой организации, но так и не подписанного из-за обструкционистской позиции США и их союзников по НАТО.

Знают ли американцы о советских мирных инициативах? Что думают они о таком, например, шаге, как предложение Советского правительства о запрещении применения силы в космическом пространстве и из космоса в отношении Земли? Предложение это, как известно, было принято в 1983 году на XXVIII сессии Генеральной Ассамблеи ООН.

Читаешь иные выступления американских писателей-фантастов, письма читателей в журналы, и создается впечатление, что ничего они не думают по поводу всех этих инициатив. Потому что не знают-то ничего. Не любит американская пресса знакомить своих читателей с такого рода информацией…

Тут самое время вспомнить о журнале «Аналог». Дискуссия, развернувшаяся не так давно на его страницах, может дать неплохое представление о спектре настроений в лагере американских читателей научной фантастики — литературы, которая, так сказать, по определению своему занимается всеми этими вопросами в первую очередь.

Редактор «Аналога» — ученый-физик и писатель-фантаст Стэнли Шмидт. Это человек достаточно либеральных взглядов; та, например, откровенная симпатия, с которой Шмидт рассказывал в одной из редакционных статей о демонстрации сторонников мира в Нью-Йорке, сегодня свидетельствует в Америке о многом. Об известной гражданской смелости, как минимум…

Вместе с тем Шмидт по своим убеждениям — буржуазный интеллигент-технократ, он уверен во всесилии науки и техники в деле решения социальных проблем. Открывая новую рубрику журнала — «Альтернативный взгляд», Шмидт, видимо, искренне надеялся на корректную научную полемику. И пока затронутые вопросы относились действительно к сфере научной, полемика и впрямь напоминала спор у доски где-нибудь в университетской аудитории.

Но вот за короткий срок произошли три взаимосвязанных события. Первое — публикация проектов «космических поселений» профессора из Принстона Джерарда О'Нила. Второе — президент Рейган резко сократил ассигнования на «мирный» космос и в то же время не обидел космос «военный». Наконец, третье и последнее — появился тот самый документ, «Высокий Рубеж»… Этого хватило, чтобы от сдержанно-академического тона полемики на страницах журнала не осталось и следа.

Вопрос, быть ли космосу «мирным» или «военным», — это не частная проблема точных наук. И проблема широкого выхода человечества в космос тоже не частная.

Постоянный автор рубрики «Альтернативный взгляд», писатель-фантаст Джерри Пурнелл, одно из своих выступлений, названное без затей, — «Космическая война» начал прямо-таки на высокой патетической ноте: «Выживем ли мы? Выживет ли свобода в нашем тысячелетии? И какое отношение ко всему этому имеет космос?» Это было в июне 1982 года. А год спустя Пурнелл публикует статью под названием «Обеспечить общую защиту», в которой уже предельно конкретизирует страхи. По его мнению, отцы-основатели США, которые зафиксировали в конституции, что государство обеспечивает своим гражданам «общую защиту», просто в гробу перевернулись бы, узнав о нынешней ситуации. Ведь разворачивается самый настоящий заговор, означающий страшную угрозу для Америки! Более того — «угрозу самой идее свободы»…

Что же, по его мнению, угрожает Америке? Из статьи следует: нападение из космоса, к отражению которого нация совершенно не подготовлена. Чье нападение? Пурнелл уходит от прямого ответа, но… В общем ясно, что он хотел сказать.

Автор с нескрываемым сарказмом обрушивается на «тезис о невозможности космических войн», ибо это теории, «а должны ли мы полагаться на теоретические разглагольствования в таком деле, как оборона нации?» И, вывернув наизнанку логику, Пурнелл подводит читателя к главному своему выводу: надо вооружаться! Именно такой «ястребиный» лозунг выдвигает писатель-фантаст в ходе «научной» полемики. «Мое заключение, — пишет Пурнелл, — таково: мы не можем игнорировать любой возможный театр будущих военных действий. И как я утверждал в своей книге «Стратегия технологии», технологические приемы ведения войны (в данном случае использование космической техники) могут быть и бескровными, и достаточно эффективными. Более того, это выгодно и с экономической точки зрения, так как стимулирует массу новых изобретений».

Вот! О таком «экономическом эффекте» планируемой смертоубийственной бойни в околоземном пространстве мог написать, конечно, только идейный наследник президента Трумэна, который в свое время оценил «эффект Хиросимы» в «два миллиарда удачно вложенных долларов»!

После этого следует соответствующий поворот. Дух Фронтира, Великая Американская — теперь уже и Космическая — Мечта, романтика и новые горизонты… А все предыдущее, надо понимать, малосущественная преамбула.

Обе статьи Пурнелла, весьма сердитые по тону, заканчиваются форменными угрозами… кому бы вы думали? Борцам за мир, сторонникам мирного использования космоса? Ничуть не бывало. Для Пурнелла нет оппонента трусливее, чем… сама администрация США! Которая-де медлит, потеряла всякую бдительность, дала себя уговорить либералам — и в итоге совсем запустила такое важное оборонное дело, как космос. И Пурнелл грозит: пусть они там, на Капитолийском холме, не думают — голосуем-то мы, энтузиасты и патриоты. Если и далее будет так продолжаться, мы ведь можем кое-кого и турнуть на будущих выборах! Вот так, не более и не менее. Как не прислушаться к такому «гласу народному»!

Еще более оголтело высказывается на страницах рубрики «Альтернативный взгляд» другой ультрапатриот — инженер Джордж Гарри Стайн (он, кстати, пишет под псевдонимом и фантастику).

Стайн тоже начинает одну из своих статей демонстративным изложением точки зрения сторонников демилитаризации космоса — «космос — не место для войн». А в самом конце резюмирует: «Позвольте мне сформулировать иную точку зрения: космос — это единственное место, где и должны вестись войны».

Какая трогательная забота о Земле! Действительно, чего проще: существуют же проекты вынесения за пределы атмосферы различных видов вредного производства — почему бы в таком случае не вывести подальше от Земли и «вредное» оружие? Тем более что в американской фантастике, в частности в кино, все эти «звездные войны» выглядят как нечто удаленное и (ввиду удаленности) совсем не страшное!

Стайн подводит еще и философскую базу: «Войны продолжаются до тех пор, пока две группы людей в состоянии отыскать какой-нибудь камень преткновения… Эрго: человеческая раса будет воевать и впредь».

Когда такое внушается не единожды, а постоянно, с планомерной настойчивостью и предстает уже не как «альтернативный взгляд», а нечто само собой разумеющееся, становится страшно за тех людей, которые поверят…

Стайн же продолжает атаковать. И вот уже, отбрасывая всякие околичности, он прямо обвиняет Советский Союз в подстегивании гонки вооружений в космосе. США якобы вынуждены вооружаться, только чтобы обороняться, да еще и изнывают под бременем тяжелых расходов на модернизацию космической техники.

Автор подкрепляет свою убежденность в исконном «миролюбии» Соединенных Штатов обращением к истории: «Мы — нация мирных торговцев… Военные форты на американском Западе были воздвигнуты столетие назад исключительно в интересах коммерческих, армии США было предписано защищать торговые пути. Форты были направлены совсем не против индейцев, а против преступников».

После таких, с позволения сказать, исторических реминисценций вывод можно предугадать заранее: вооружаться, вооружаться, вооружаться. Но при этом сохранять «гуманность» по отношению к Земле — вынести гонку вооружений в космос.

Подобные «альтернативные взгляды», которые прежде всего альтернативны разуму, вызывают ропот среди многих читателей «Аналога». Им становится ясна разница между «звездными войнами» на экранах и страницах книг и вполне реальными кошмарами, которые начнутся, едва только все эти бомбы и лазерные лучи низвергнутся на Землю. Все больше американцев осознают суровую реальность: космические вооружения предназначены не для звездных поединков, но прежде всего для ведения ядерной войны на Земле. Войны — всеуничтожающей. И никакая система противоракетной обороны не поможет, под «лазерным зонтиком» не отсидится никто.

В августовском номере журнала за 1983 год Шмидт отдал редакторскую полосу под изложение одного из докладов, прочитанных на специальной Конференции ООН по мирному использованию космоса. Доклад начинался мудрыми словами: «Нет ничего более фундаментального, чем предотвращение ядерной войны. Если мы потерпим неудачу в решении этой задачи, все остальные проблемы потеряют смысл: наука, политика…»

По-своему, это и есть альтернатива «альтернативным взглядам», достойный ответ проповедникам войны в космосе. В докладе, кстати, процитирована «самая короткая рецензия» на одну из последних нашумевших книг об ужасах ядерной войны. Рецензию написал профессор Карл Саган, в ней всего одна фраза: «Каждую секунду — по целой второй мировой войне, и так — весь долгий, ленивый полдень»…Автор доклада в этой связи замечает: «Хотел бы я, чтобы безумцы, велеречиво болтающие о затяжной ядерной войне, всего-навсего перечитали бы это одно-единственное предложение — медленно, вдумываясь в каждое слово».

Итак, своя альтернатива есть и у «альтернативного взгляда» пурнеллов и стайнов. Хотя страшно, что многие верят им.

«Я не люблю войн и не люблю воевать, — обмахиваясь пальмовой ветвью, «смущенно» пишет Стайн, — но я рад, что есть люди, которые любят это, — тут же продолжает он с блеском вороненой стали в глазах. — И я желаю платить налоги, поддерживающие полицию и вооруженные силы, которые защищают нас от разгула насилия, преступности и войны».

Вот снова произнесено магическое: деньги, и становится ясно, что все эти словеса о Духе Фронтира, «космической романтике» не более чем дымовая завеса, призванная скрыть самые приземленные, вполне конкретные интересы.

Зловещая фигура дирижера — ВПК (военно-промышленного комплекса) — вот чья тень витает над страницами подобных научно-фантастических публикаций. Тем более что пора, наконец, назвать и тех, кто стоит за проектом «Высокий Рубеж». Заправлял всем в проекте не кто-нибудь, а экс-генерал Дэниэл Грэхем. Тот самый острый «полемист» на конгрессе в Балтиморе…

Вот ведь как можно все повернуть в нашем мире. Одно название: «Высокий Рубеж» — а принадлежит сразу двум изданиям. Откровенно милитаристскому сценарию, к которому явно приложили руку американские секретные службы и Пентагон, и — популярной книге профессора О'Нила, где излагается пусть в чем-то и наивная, но все-таки мирная картина будущего освоенного космоса.

Доклад на Конференции ООН заканчивался цитатой: «Единственная защита от будущих систем оружия — это предотвратить их еще до первого использования… На нас… лежит ответственность, равной которой прежде не знал ни один век. Если потерпит неудачу это поколение, те, кто придет ему на смену, боюсь, окажутся слишком малочисленны, чтобы заново отстроить мир…»

Статья, откуда взят приведенный отрывок, называлась «Ракета в будущие войны». И появилась она… в 1946 году!..

Первый послевоенный год. Нюрнбергский процесс — и речь Черчилля в Фултоне, ознаменовавшая начало «холодной войны»… Парижская мирная конференция — и оккупация капитулировавшей Японии вооруженными силами США. Первая советская мирная инициатива в послевоенное время — о запрещении атомного оружия — и испытания американского атомного оружия над атоллом Бикини спустя два месяца после этой инициативы.

«Атомная энергия в руках агрессоров угрожает гибелью цивилизации, всем достижениям культуры», — предостерегал выдающийся советский фантаст Иван Ефремов в уже написанной к тому периоду повести «Звездные корабли». Время действия повести — опять же 1946 год. Вот с каких пор мир реальный и мир научной фантастики разделяет самый настоящий фронтир. Рубеж, граница между разумом и безумием.

Граница, за которой представления об атмосфере становятся кошмарными видениями атомосферы… И каждый житель планеты должен твердо знать, что означает эта граница.