religion Косё Утияма-роси Учение дзэн «Бездомного» Кодо

В книге собраны высказывания современного японского мастера дзэн Кодо о различных аспектах жизни и практики дзадзэн, опубликованные его учеником, прожившем с ним в монастыре долгие годы. Прямые и бесхитростные, они выражают глубину его собственного постижения, мужество стоять на своих собственных ногах.1.0 — создание файла

ru Николай фон Бок
Alexus FictionBook Editor Release 2.6, FB Writer v2.2 20 March 2012 1CFC6D1C-880E-44A8-8201-75043D3DB3FD 1.0 Учение дзэн «Бездомного» Кодо Ганга 2010

Косё Утияма-росиУчение дзэн "Бездомного" Кодо

"Эй! На что вытаращил глаза? Не видишь — дело касается тебя?"

Кодо Саваки

Предисловие редактора

Осенью 1965 года господин Тосё Ямада, тогдашний редактор религиозной колонки в газете «Асахи», явился в Антайдзи, чтобы посетить моего учителя Кодо Саваки-роси. Перед уходом он сказал мне: «Саваки-роси оказывает глубокое влияние на своих слушателей своей прямотой. Не могли бы вы написать несколько статей о том, как вы, будучи его учеником, понимаете его учение?» Я подумал, что для меня было бы очень хорошей идеей сделать это частью собственной практики. Сначала я просмотрел изречения роси, которые записывал в свои записные книжки как «слова дхармы». Затем я начал писать собственные комментарии к ним. Я озаглавил эту работу «Ядонаси кодо хоккусан», т. е. «Учение дзэн «бездомного» Кодо».

Той же осенью Саваки-роси тяжело заболел, и я не смог продолжить осуществление этого проекта. После его смерти в ноябре того же года законченные мной статьи были напечатаны в качестве его памятного обращения. Они были опубликованы сериями в газете в течение года и двух месяцев. Написание этих статей углубило моё понимание жизни и практики Саваки-роси, а также принесло мне утешение и ободрение. Одинокий и потрясённый смертью своего учителя, я был безмерно благодарен господину Ямаде, давшему мне возможность прокомментировать учение Саваки-роси.

Статьи были собраны в два буклета в «Мамидзу Синсё» и опубликованы издательством Хакудзюся и K° Лтд. Впоследствии господин Накаяма из издательства Хакудзюся попросил меня написать ещё несколько статей, чтобы опубликовать их как одну из книг «Хакудзю-синсё».

Саваки-роси был похож на древнего мастера дзэн — такой же бесстрашный и неординарный. Наоборот, я был такой слабохарактерной личностью, что просто не решался говорить людям, что я — ученик Саваки-роси. Однако я занимался практикой под его руководством и служил ему в качестве самого близкого ученика дольше, чем кто-либо другой. Когда он был очень близок к концу жизни, я спросил его: «Думаете ли вы, что я сумею вести людей после вашей смерти?» Он ответил мне: «В нашей традиции центр — это дзадзэн. Пока ты продолжаешь сидеть в дзадзэн, ты можешь вести людей». Он дал мне одобрение, в котором я нуждался, и указал направление, которого я должен придерживаться. Я принял это как его последнее поучение. С того времени я посвятил себя дзадзэн и поддержке Антайдзи как места, в центре которого находится дзадзэн.

Возможно, будет полезно представить Саваки-роси другим людям, так чтобы они смогли ознакомиться с его учением. Действительно, в этом мире таких робких людей, как я, больше, чем таких смелых, как он. И с глубокой благодарностью я предлагаю им эту книгу в седьмую годовщину смерти моего мастера.

Вспоминаю его последние дни В этот день ранней осени, Через семь лет после его ухода.

Косё Утияма Краткая биография косё утияма-роси

Косё Утияма-роси родился в Токио 15 июля 1912 года. В 1937 году получил степень магистра западной философии в университете Васэда; в 1941 году стал священнослужителем Сото дзэн под руководством Кодо Саваки-роси. После смерти Саваки в 1965 году стал настоятелем храма Антайдзи, тогда расположенного в Киото. Оставил этот пост и удалился из Антайдзи в 1975 году; жил с женой в Нокэ-ин, небольшом храме около Киото; там он продолжал писать и публиковать свои печатные труды и встречался со многими людьми, находившими дорогу к его двери; это продолжалось до самой его смерти 13 марта 1998 года.

Написал более двадцати книг о дзэн. Был не только мастером дзэн, но и мастером оригами — и опубликовал несколько книг по оригами.

Сёхаку Окумура

Предисловие к пересмотренному изданию

В декабре текущего года мы будем отмечать шестнадцатую годовщину смерти Саваки-роси. После его смерти я оставался настоятелем Антайдзи в течение десяти лет. Благодаря влиянию Саваки-роси практика дзадзэн процветала, и храм Антайдзи переместился в Тадзима (префектура Хёго). Я глубоко благодарен за это.

«Ядонаси-хоккусан» была впервые опубликована в виде двух небольших буклетов. Позднее я присоединил к ним ещё тринадцать разделов и опубликовал эту работу как одну из «Хакудзю-синсё». Но в наши дни можно купить бесчисленное множество книг карманного размера, выпускаемых крупными издательствами, и книжные магазины более не принимают к продаже маленькие книги мелких издательств. Поэтому издатель попросил меня о дополнительном материале, так чтобы книгу можно было опубликовать в виде единого крупного тома.

Прошлой осенью член «Дзинно-ин Вакокаи» прислал мне рукопись беседы, которую я провёл в храме, — для того чтобы получить моё разрешение на печатание. Прочитав эту рукопись, я увидел, что было бы весьма уместно присоединить её к «Ядонаси кодо хоккусан». Я попросил разрешения у настоятеля «Дзинно-ин» воспользоваться рукописью беседы «О дзадзэн Саваки-роси» как частью предлагаемой книги. Я рад тому, что книга была опубликована в пересмотренной и расширенной форме, что я могу предложить её по случаю шестнадцатой годовщины смерти Саваки-роси.

Начало лета 1981 года

Косё Утияма

Переводчик благодарит

Текст «Ядонаси кодо хоккусан» был переведён с японского Коси Итида с помощью Маршалла Миттника в дзэндо Пайонир Вэлм шт. Массачусетс. Текст был обработан и издан Джорджем Варваресом.

Текст «О дзадзэн Кодо Саваки-роси» был переведён Сёхаку Окумура с помощью Джорджа Варвареса в Сёриндзи в Киото.

Мы выражаем глубокую благодарность многим людям, принявшим участие в переводе и публикации этой книги.

Жизнь саваки Кодо-роси

1880 Кодо Саваки-роси родился 16 июня в Цу-си префектуры Ми у Сотаро и Сигэ Тада. Один из семи детей, трое из которых умерли в раннем возрасте; ему дали имя «Сайкити». Его отец Сотаро работает исполнителем ролей рикш.

1884 Умирает его мать.

1887 Умирает отец; он взят на попечение дядей, который также умирает через семь месяцев. Тогда его принимает в семью Бункити Саваки, профессиональный игрок.

1892 Оканчивает начальную школу.

1896 Желая стать монахом, уходит в Эйхэйдзи.

1897 Получает посвящение от Кохо Савады, настоятеля Сосиндзи в Амакуса на Кюсю; в течение двух лет занимается практикой под его руководством. Ему дано монашеское имя «Кодо».

1899 Встречается с Рэуном Фуэокой и занимается практикой под его руководством в Киото в течение одного года.

1900 Уходит из монастыря в армию.

1904 Послан в Китай рядовым пехоты для участия в русско-японской войне; получает почти смертельное ранение и возвращается в Японию для лечения и выздоровления.

1905 Опять послан в Китай, пехотинцем. Русско-японская война закончена.

1906 Возвращается в Японию.

1908 Начинает изучение философии йогачары у Дзёина Саэки в Хорюдзи префектуры Нара.

1912 Оставляет Хорюдзи, чтобы стать танто, наставником монахов, в Ёсэндзи (Мацусака префектуры Миэ).

1913 Встречается с Сотаном Ока, настоятелем Дайдзидзи.

1914 Оставляет Ёсэндзи. Перебирается в Дзёфукудзи, небольшой храм в Наре. Пребывает в уединении, сосредоточиваясь на дзадзэн.

1916 Оставляет Дзёфукудзи, чтобы стать коси, лектором, в Дайдзидзи Содо. В течение этого периода многие студенты Пятой Высшей Школы занимаются практикой под его руководством.

1922 Оставляет Дайдзидзи (умирает Сокан Ока-роси) и перебирается в небольшой дом в Кумамото, снятый для него во временное пользование одним из друзей. Он даёт этому дому имя «Дайтэ-цу-до».

1923 Перебирается в «Маннити-дзан», дом, снятый для него семейством Сибата. Начинает путешествовать по Японии, читает лекции и проводит сэссин. Его называют «движущимся монастырём».

1935 Становится профессором университета Комадзавы, читает лекции о дзэн, ведёт медитационную практику. Назначается годо, надзирателем за практикой в Содзидзи.

1940 Основывает Тэнгё дзэн-эн в Дайтюдзи префектуры Тотиги. Оставляет положение годо в Содзидзи.

1949 Основывает Антайдзи Ситикурин Сандзэн-додзё.

1963 Покидает Комадзавский университет по болезни и удаляется в Антайдзи.

1965 21 декабря умирает в Антайдзи.

Учение дзэн «бездомного» Кодо

Нет необходимости находиться в цепях

Саваки-роси:

Люди называют меня «бездомным Кодо», но я не воспринимаю это как оскорбление. Они называют меня так потому, что у меня никогда не было храма или дома. Каждый человек бездомен. Если вы думаете, что имеете постоянный дом, это ошибка.

Утияма-роси:

Как его ученик, я не всегда чувствовал себя хорошо, когда слышал, как Саваки-роси называют «бездомным» Кодо. Слово «бездомный» напоминало мне о бродячих собаках и кошках.[1] Ho сейчас я понимаю, что это прозвище в действительности является титулом истинного человека. На самом деле, каждый человек — бродяга.

Поскольку мой учитель был бездомным, мне также приходилось быть бездомным. Я мог поддерживать своё существование единственным способом — просил милостыню, и весь день на меня лаяли собаки. Однажды меня злобно облаял шпиц; он рычал и прыгал, как будто хотел разорвать меня на куски. Внезапно цепь у ошейника порвалась, — и он немедленно стал ползти и визжать. Собака угрожает лаем и рычаньем, когда сидит на цепи, но быстро теряет смелость, оказываясь на свободе. Меня позабавило поведение этого шпица, так как напомнило мне поведение некоторых людей. Они ведут себя угрожающе, когда скованы силой финансов, титулами или организациями. Как только эти цепи оказываются удалены, они отступают, чувствуя себя маленькими и бессильными. Как они глупы! Каждый из нас — всего лишь личность, живущая одиноко, величественно. Для людей нет нужды находиться в цепях.

Высочайшая жизнь

Саваки-роси:

Религия, которая не имеет связи с фундаментальными основами жизни, бесплодна. Буддийская практика указывает путь к полному осуществлению высочайшей цели человеческой жизни — здесь и сейчас. «Обращение небуддистов» означает предоставление людям возможности жить таким образом, благодаря чему происходит преображение их непродуманных, обманчивых и неполных жизненных путей.

Утияма-роси:

Прошло более четырнадцати столетий с тех пор, как буддизм был внедрён в Японию. Достижения буддийских священнослужителей в Японии вызывают восхищение. Они никогда не учили религиозной сущности буддизма. Труд священнослужителя не имеет себе равного, потому что никто другой не может жить такой праздной жизнью. Если вы сделаете ошибку в распеве сутры, мёртвый не станет жаловаться.

Саваки-роси говорил, что буддийская практика указывает путь к высшей цели человеческой жизни. Это было учением буддизма во время Будды; но с тех пор хлам буддийского учения оказался подчёркнутым, а сущность учения — утрачена.

Саваки-роси:

В большинстве своём люди делают что-нибудь без какого-либо ясного представления о жизни. Они просто делают что-то как заведённые машины — подобно тому как мы растираем плечо, когда чувствуем его тугоподвижность.

Родиться человеком — редкая возможность, нечто такое, за что нужно быть благодарным. Но рождение человеком бесполезно, если вы проводите свою жизнь в больнице для умалишённых. Оно бесполезно, если вас тревожит отсутствие денег. Оно бесполезно, если вы становитесь невротиком из-за того, что не можете получить престижную работу. Оно бесполезно, если вы плачете из-за того, что потеряли подружку.

Действенность

Саваки-роси:

Есть студенты, которые мошенничают в университетских подготовительных школах. Из-за этого им приходится мошенничать также и на вступительных экзаменах в колледж. Это — состояние полной извращённости понятий, известное как глупость. В этом мире каждый совершает подобные поступки.

Утияма-роси:

Все люди в той или иной мере близоруки. Некоторые люди влезают в долги, чтобы купить себе роскошные автомобили, потому что эти машины являются символами богатства. Для того чтобы помочь своему коррумпированному начальнику достичь высокого положения, преданный ему слуга примет на себя предназначенный боссу удар, даже если это означает тюремное заключение. Мы склонны к противоречивым действиям, как если бы не были способны подумать или не имели чувства направления. В современном обществе люди стараются повысить свою действенность в каждой сфере жизни. Но куда они идут? Как бы продуктивно они ни действовали, если они не будут двигаться в правильном направлении, они не будут отличаться от насекомых, которые начинают жужжать с наступлением весны.

Наука и техника добились больших успехов. Но эти успехи не всегда означают улучшение жизни людей. Мы должны ясно признать различие между этими двумя фактами. Нам следует глубоко подумать над тем, что является подлинным прогрессом для людей.

Саваки-роси:

Мир стал маленьким благодаря развитию средств сообщения. Что делают люди, когда они несутся в своих быстрых автомобилях? Они несутся так только для того, чтобы сберечь свое ненужное время. Они собираются играть в китайский бильярд.

Знакомое зрелище — сотрудник конторы с покрасневшими глазами принимает витаминные пилюли и говорит: «Не спал всю ночь — играл в мадзян».[2]

Ясное видение

Саваки-роси:

Если вы крадёте чужие вещи, вы становитесь вором. Некоторые люди думают, что вы становитесь вором только после того, как вас арестовал полицейский и допросил прокурор, после того, как вам вынесли судебный приговор и отправили в тюрьму. Коррумпированный политический деятель считает себя добродетельным человеком и благотворителем, если может избежать ответственности за свои действия и ускользнуть от скандала. Люди — такие идиоты!

Александр Великий, Цезарь и Чингисхан были просто крупными ворами. Исикава Гоэмон и Тэнитибо[3] ничтожны в сравнении с Гитлером и Муссолини. Гитлер и Муссолини были подобны Кунисаде Тюдзи,[4] который сказал: «Пойдём так далеко, как сможем», — но они делали это в крупном масштабе. О гангстерах подобного рода их последователи отзываются весьма высоко.

Мы всегда попадаем в колею. Человек, обладающий политической властью, пользуясь помощью школьных учителей и интеллектуалов, старается вынудить нас принять новые условности. Способы искажения действительности весьма обдуманны и усложнены. Мудрость буддизма видит эти искажения насквозь.

Утияма-роси:

Большую часть людей сделали глупыми. Было бы прекрасно, если бы президенты, премьеры и другие весьма важные личности оказывались для нас действительно важными; но вопрос в том, не чувствуем ли мы их важными только вследствие условностей и искажений. Буддийская практика даёт людям возможность заново открыть глаза и ясно видеть — вместо того, чтобы стать добычей искажений. Для того чтобы исправить извращённую и смертельно опасную ситуацию в мировой политике, каждый должен открыть глаза и критически отнестись к тому, что он видит.

Величие Саваки-роси

Саваки-роси:

Кто-то сказал: «Саваки-роси загубил в дзадзэн всю свою жизнь».

Утияма-роси:

Это было его самооценкой в серии бесед под названием «Неприкрашенное лицо», опубликованной в прошлом (1965) году в «Асахи Джорнэл». После его смерти (21 декабря 1965 г.) его последователи приходят в этот день в Антайдзи, чтобы возжечь благовония за упокой его души. Но большинство людей не помнит его как человека, который «загубил свою жизнь в дзадзэн». Один человек сказал мне: «Саваки-роси отчитал генерала Угаки». Другой: «Когда он встретил старого господина Масунагу, он сделал то-то и то-то». Ещё другой: «Когда я спросил его о деле Суэцкого канала, его ответ произвёл на меня большое впечатление, хотя я не совсем понял, что он имел в виду. Он сказал: «Вам следует прикрыть этот канал своей кэса (монашеским одеянием)».

Во время русско-японской войны 1904–1905 гг. он был храбрым солдатом и получил высокие награды. Он говорил: «В отчаянной смелости я никому не уступаю». Но затем он добавлял: «Но это только величие Мори-но Исимацу (азартного игрока, известного своей храбростью)».

С самого рождения Саваки-роси был живой и стимулирующей личностью, властвующей над другими людьми и притягивающей их подобно магниту. Такова была его карма, столь естественная для него, сколь естественно для кошки ловить мышей, а для мускусного оленя — испускать привлекательный запах; и это не было его величием, как буддиста.

Рано или поздно будет опубликовано собрание анекдотов о его жизни; но оно только развлечёт людей и не научит их буддизму. Иногда мы хвалим какую-нибудь личность не за то, за что нужно. В этом случае нет связи между тем, что он «загубил всю свою жизнь в дзадзэн», и величием его характера.

Возвращение к себе

Саваки-роси:

Вы не можете обменяться кишечными газами с первым встречным, верно? Каждый должен жить своим собственным «я». Кто хорошо выглядит? Кто красив? Вы или я? Нет необходимости сравнивать себя с другими.

Утияма-роси:

Саваки-роси посвятил дзадзэн всю свою жизнь. Как он описывал это? В своих ранних поучениях он часто говорил: «Дзадзэн превращает «я» в «я»», а также: «Сидеть в дзадзэн означает познавать свое «я». Сидеть в дзадзэн — это отбросить всё и просто сидеть, превращая «я» в «я»».

Скоро в школах пройдут выпускные и вступительные экзамены. Некоторые ученики попытаются совершить самоубийство из-за своих низких оценок на этих экзаменах. Нынешняя система образования учит только соревнованию; она не учит тому, как возвращаться к своему «я». Вот почему случаются такие трагедии.[5]

Нанесёте ли вы поражение другим или будете побеждены ими, вы переживаете «я», которое есть только «я». Вы никогда не становитесь кем-то другим. Не беспокоясь об успехе или неудаче, вернитесь к «я». Дзадзэн — это такая практика, в которой вы «освобождаетесь от всех связей и отставляете в сторону все дела», как говорит об этом в «Фукан-дзадзэнги» Догэн-дзэндзи. Будда говорил в «Сутта-Нипатте»: «Сделайте себя своим убежищем, идите в мир и не будьте скованы ничем». Догэн писал в «Гэндзё коане»: «Изучать буддизм — значит изучать себя». Не будучи втянуты в разнообразные пути из-за сравнения себя с другими людьми, утвердитесь в истинном «Я». Согласно учению Будды, это самый существенный способ умиротворить ум. Это — чистейший дзадзэн.

Саваки-роси:

Сидите прочно в таком месте, которое находится превыше какого бы то ни было вопроса о том, велики вы или нет.

Обстоятельства

Саваки-роси:

В наши дни молодые гангстеры и хулиганы часто говорят: «Я находился в тяжёлых обстоятельствах» — и считают это извинением за совершённое преступление, за которое оказываются арестованы. Какие обстоятельства хороши, какие плохи? Хорошо ли родиться бедным? Плохо ли родиться богатым? Как печально, если вы, родившись человеком, не осознаёте истинного «я»! Это — подлинно тяжёлое обстоятельство.

Утияма-роси:

Когда Саваки-роси было пять лет, умерла его мать, когда было восемь — умер отец. Затем он был взят на воспитание Бункити Саваки. Этот Бункити Саваки для прикрытия занимался изготовлением бумажных фонарей, а на самом деле был профессиональным игроком. Вскоре после того, как Саваки-роси начал жить в семье своих новых родителей, приёмный отец велел ему следить за полицией. Хотя он и был способен на многое, Сайкити (мирское имя Саваки-роси) был изумлён этим требованием. Их дом находился на окраине квартала красных фонарей.

Вернувшись домой с русско-японской войны после почти рокового ранения, Саваки-роси обнаружил, что его приёмная мать, бывшая проститутка, сошла с ума. Она была связана и покрыта собственными испражнениями. Приёмный отец ушёл на игру; поэтому Саваки-роси остановился у соседа. Позднее приёмный отец вернулся и сказал ему: «Мама сошла с ума, а я проигрался. Что мне делать? Дай мне денег».

Несмотря на то что он вырос в таком окружении, Саваки-роси жил своей жизнью только ради буддхадхармы. Истории, подобные рассказанной выше, выражают его нетерпимость к нынешней молодёжи. В то же самое время они обладают бесконечной ценностью, как предостережение большинству из нас, потому что мы чувствуем себя связанными обстоятельствами личной жизни.

Создание сутр

Саваки-роси:

Человек, оставивший дом, должен создавать свою собственную жизнь.

Утияма-роси:

Это было одно из его любимых изречений. Его созданием оказалась «бездомная жизнь». Проповедь дхармы при помощи разговорного языка глубокими и изобретательными способами вместо использования буддийских технических терминов была его собственным уникальным стилем. Но, являясь его учеником, если я просто стану подражать его жизни или только повторять его слова, я не последую его учению. Если я должен быть его истинным учеником, мне необходимо выйти за его пределы и создать собственный образ жизни, выражать буддизм собственными словами. Поэтому я не могу удовлетворяться только повторением или объяснением его замечаний. Он часто говорил: «Все буддийские писания — это всего лишь примечания к дзадзэн». Я хочу продолжать практику дзадзэн даже более интенсивно, чем делал это до его смерти. Я также хочу передать значение дзадзэн таким языком, который будет понятен современным мужчинам и женщинам. Буддизм переживает застой, потому что монахи и учёные только излагают старые буддийские писания. Никто не создаёт сутры для нашего века. В течение нескольких столетий, приблизительно во время Христа, «людьми дзадзэн» были созданы пространные писания буддизма махаяны. Они стали причиной роста живого буддизма махаяны. Мне хотелось бы, чтобы наш век был новым веком создания сутр буддизма махаяны. Религия тонет и теряет свою жизнеспособность в простых объяснениях и в поддержании предустановленного религиозного порядка. Только когда мы все — и каждый из нас — вместе будем искать реальность самих себя для себя и ответственно создавать свою собственную жизнь, религия станет подлинным источником преобразований в этом столетии.

Групповой паралич

Саваки-роси:

Когда человек одинок, он не так уж плох; но когда сформировалась группа, возникает паралич; и люди оказываются настолько сбиты с толку, что не могут судить о том, что правильно, а что неправильно. Некоторые люди идут в ситуацию группы намеренно, чтобы просто испытать групповой паралич, — и даже платят за это членские взносы. Часто люди пользуются объявлениями, чтобы свести других вместе для достижения какой-нибудь политической или духовной цели и только создать новый групповой паралич. Буддисты-практики держатся на некотором расстоянии от общества — не для того, чтобы уйти от него, но для того, чтобы избежать этого паралича.

Утияма-роси:

В буддизме часто упоминается проблема заблуждения. Важность разных форм заблуждения различается от одного периода к другому. В Древней Индии полагали, что крупнейшим заблуждением является секс, поэтому буддисты-практики упорно старались подавлять свои сексуальные желания.

Догэн-дзэндзи сказал: «Привязанность к славе хуже нарушения предписаний» — и он считал погоню за славой и богатством худшей формой заблуждения, потому что в его дни многие буддийские священнослужители в Наре и на горах Коя и Хиэй соперничали друг с другом ради достижения славы и богатства.

Практикующие должны осознавать заблуждения сексуального желания и погони за славой и богатством. Но, отчеканив термин «групповой паралич», Саваки-роси указал на главное заблуждение нашего времени. Ныне мужчины и женщины проживают свою жизнь, полагаясь на группы и организации, и просто дрейфуют в них, никогда не создавая каких-либо реальных корней. Буддизм — это практика пробуждения от всех форм заблуждения, практика раскрытия «ясных глаз «я»».

Психология толпы

Саваки-роси:

Психология толпы кажется мне такой странной. Если люди не знают чего-то, им лучше ничего не говорить. Но они что-то делают, что-то говорят и вешаются на других, не имея никаких собственных убеждений. Они совсем не знают себя. Это укиё, текучий мир.

Хотя вы думаете, что испытав тяготы обстоятельств, совершили смелый поступок, если вы сделали это, подражая другим, это нельзя назвать подлинно смелым поступком.

Не теряйте голову, увлекаемые обстоятельствами. Не опьяняйтесь опьяняющей атмосферой. Это единственная истинная мудрость. Не будьте завоёваны какой-нибудь идеей, каким-нибудь «измом» или какой-нибудь организацией. Не имейте ничего общего с большим глупцом, называемым «человеком».

Утияма-роси:

Хороший пример — недавние волнения в университете Васэда. Я сам был студентом Васэда во время забастовки в 1931 году и наблюдал изнутри весь процесс студенческого движения. И я могу понять, как легко в такой атмосфере людей охватывает опьянение. Однако в следующий раз вместо раздачи памфлетов им надо протянуть на часовой башне большие полотнища с надписями: ХОТЯ ВЫ ДУМАЕТЕ, ЧТО СОВЕРШИЛИ СМЕЛЫЙ ПОСТУПОК В ТРУДНЫХ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАХ, ЕСЛИ ВЫ СДЕЛАЛИ ЭТО, ПОДРАЖАЯ ДРУГИМ, ЭТО НЕЛЬЗЯ НАЗВАТЬ ПОДЛИННО СМЕЛЫМ ПОСТУПКОМ — и далее: НЕ ТЕРЯЙТЕ ГОЛОВУ, УВЛЕКАЕМЫЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВАМИ, НЕ ОПЬЯНЯЙТЕСЬ В ОПЬЯНЯЮЩЕЙ АТМОСФЕРЕ — и надо, глядя на эти надписи, демонстрировать своим поведением их правильность.

Саваки-роси:

Заниматься дзадзэн — это заново глядеть на мир после того, как находился в спячке.

Лучше всего — ничего не делать, кроме дзадзэн. Если вы делаете что-то ещё, может быть, делать это вас заставил дьявол.

Мода

Саваки-роси:

Часто малыш делает всё, слепо следуя за другими. Когда его друг ест картофель, и ему хочется съесть картофелину. Если его друг ест сладости, и он хочет сладкого. Когда кто-то из его знакомых получает кинтама-буэ (бамбуковый свисток с шариком, прикрепленным к одному концу), он просит родителей: «Пожалуйста, купите мне кинтама-буэ!» И так ведут себя не только малыши.

Утияма-роси:

В то время, когда в моде были пластиковые куклы даккотян, я прочёл в газетной колонке для писем читателей одно письмо: «Моя дочь захотела получить даккотян, — говорилось в этом письме, — и мы пошли в универмаг, чтобы купить куклу. Нам пришлось стоять в очереди, но пока мы ждали, все куклы оказались распроданы. Наша дочь сильно разочарована. Пожалуйста, производите много кукол для девочек, так чтобы каждая желающая могла получить куклу». Это было действительно глупое письмо; но я нашёл его интересным, потому что оно выражало столь обычную в наше время установку. Я запомнил это письмо в точности: мать жаловалась, как будто плача. Даккотян скоро вышли бы из моды, и никто более не стал бы обращать на них внимания; но для неё отстать от моды было судьбой хуже смерти. Сходным образом родители думают, что для поступления в первоклассную начальную школу их дети должны ходить в первоклассный детский сад; и вот они ждут в очереди, чтобы ребёнка туда приняли, так как приём основан на порядке прибытия. Кёйку-мом[6] хочет, чтобы её дети играли на пианино; и вот семья влезает в долги, чтобы купить инструмент. Подчиняясь безумным стремлениям сегодняшнего дня — покупать вещи, многие люди находят смысл в своей жизни. Сначала это три вида электроприборов, затем — фотоаппарат, после него — новый автомобиль, затем — кондиционер воздуха. «Подрасти немного!» — таков мой немедленный ответ.

Галлюцинации, вызванные количеством

Саваки-роси:

Поскольку современные религиозные группы развиваются в большом масштабе, многие люди в конце концов думают, что эти институты представляют собой истинную религию. Но большое число верующих не делает религию истинной. Если большие числа хороши, то число ординарных людей в этом мире огромно. Зачастую люди пытаются что-то делать, формируя группы, превышающие числом группы своих противников; но таким образом они становятся глупцами. Формирование партии — хороший пример группового паралича. Прекратить пребывание в групповом параличе и стать таким «я», которое есть только «я», — это и есть практика дзадзэн.

Утияма-роси:

Сколько бы ни собралось угольной золы — это всего лишь угольная зола. Но если перед людьми появляется огромное её количество, они испытывают впечатление большой массы и считают это явление значительным. Люди ошибочно принимают количество за качество. Некоторые личности, понимающие психологию толпы и пользующиеся этим, могут сказать: «Сформируем группу, построим огромный храм и станем богатыми и могущественными».

Истинная религия не поставляет материал для людских желаний денег, славы, общественного положения или здоровья. Жить жизнью, основанной на религиозном прозрении, значит подвергать глубокой проверке универсальный человеческий идеал, постигать его в себе — и жить им от мгновения к мгновению. Если что-то, ошибочно принимаемое за религию, распространяется повсюду за счет того, что льстит желаниям масс, это не следует называть истинной религией. Мы должны видеть в таком явлении ересь, охватившую целый мир подобно эпидемии. Религию, которая честно исследует универсальный человеческий идеал и показывает людям, как его реализовать, можно назвать мировой религией — даже если ей посвятит свою жизнь только один человек, только половина человека.

Верность

Саваки-роси:

Когда войска Ходзё атаковали замок Тихая, принадлежавший Масасигэ Кусуноки, говорили, что павшие в бою воины клана Ходзё получили похвалу своих друзей, так как встретили на поле битвы «славную смерть».[7]

«Человек напрасно кладёт свою жизнь ради славы.

Почему же он ради дхармы не оставляет привязанности к жизни?»

Благодаря китайско-японской войне 1894–1895 гг. и русско-японской войне 1904–1905 гг. мы расширили территорию Японии и аннексировали Корею, верили, что это действительно произошло. Но когда мы проиграли Вторую мировую войну, мы утратили всё и по-настоящему поняли, что лишь навлекли на себя враждебность других народов.

Люди часто говорят о верности; но мне интересно, знают ли они направленность своей верности и своих действий. Я сам был солдатом во время русско-японской войны и упорно сражался на поле боя. Но с тех пор как мы потеряли всё, что приобрели, я могу видеть, что наши действия были бесполезными. Нет абсолютно никакой необходимости вести войну.

Утияма-роси:

Поскольку Саваки-роси сражался на русско-японской войне, его слова предназначаются не только для других, но также и для самого себя — как размышление о себе. Нас, получивших образование до Второй мировой войны, учили, что Япония — это величайшая страна в мире, что она абсолютно справедлива во всех своих действиях, и если мы будем ей верны, мы обретём личное бессмертие. Мы действительно верили этому. После войны большинство японцев смогло убедиться в том, что это неправда; и некоторые из них стали противодействовать национализму.

Когда мы размышляем о прошлом и думаем о своём будущем, нам необходимо поставить вопрос; это будет вопрос не только о верности Японии, но о верности любой нации. Какой бы стране мы ни были преданы, она, в конечном счёте, будет только страницей в книге истории. «Если какие-то войска побеждают, их сторона называется справедливой, если войска оказываются побеждены, их сторону называют мятежной». Важно иметь ясное представление о «я» и вести себя разумно и спокойно.

Саваки-роси:

Что такое истинное «я»? Оно сверкающе прозрачно подобно синему небу; и не существует разрыва между истинным «я» и всеми живыми существами.

Прогресс человечества

Саваки-роси:

После всех своих усилий, подвергая свои мозги величайшим возможным мучениям, люди сегодня зашли в тупик. Люди — идиоты. Мы претендуем на мудрость — и вследствие этого делаем глупости.

Несмотря на прогресс науки, люди не пришли к величию.

С рассвета истории люди постоянно воевали друг с другом. Не важно, какой бывает война, — большой или малой, — её коренная причина скрыта в наших умах, которые заставляют нас рычать друг на друга.

Вам не следует забывать, что современная научная культура развилась на уровне нашего низшего сознания.

В этом мире всегда болтают о «цивилизации». Но цивилизация и культура — это не что иное, как коллективная разработка иллюзорных желаний. Не важно, сколько извилин иллюзорных желаний у вас имеется в мозгу, — с точки зрения буддизма они никогда не вызовут разумного прогресса для людей.

«Движение вперёд» — предмет разговоров во всём мире; но в каком направлении мы идём?

Утияма-роси:

Сегодня люди ослеплены успехами науки и техники и считают развитие человечества идентичным развитию науки. Поскольку успехи науки имеют значение прежде всего в контексте научных дисциплин, мы должны ясно отличать их от прогресса человечества. Арнольд Тойнби сказал: «Наша современная наука и научная культура увеличила скорость первородного греха Адама взрывной энергией. Это всё. И мы никогда не освобождали себя от первородного греха». Подлинное движение человечества вперёд освободило бы нас от ума низшего сознания, который говорит: «Я надеюсь сделать небольшое приобретение — и чтобы его сделать, мне приходится бороться против других».

Собственное мнение

Саваки-роси:

Люди не одинаковы. Наше сознание — это наше собственное индивидуальное достоинство.

Каждый просто видит мир из собственной дыры. Люди тащат с собой свои мнения и мысли; вот почему в мире существует так много горя.

Утияма-роси:

Обыкновенно мы считаем себя очень важными. Мы считаем само собой разумеющимся, что наши собственные мысли — лучшая мера всех вещей; и мы судим о действиях других и об окружающих нас условиях, о том, хороши они или плохи. Когда же, согласно нашему суждению, дела не идут хорошо, мы сердимся, считаем, что попали в беду, и после этого распространяем дурные мысли. Во времена, подобные нынешним, если вы сможете увидеть, что мир существует не только для вас, что ваша оценка вещей не является абсолютно верной, вы будете способны дышать более свободно, вам не будет нужно причинять неприятности другим.

Принц Сётоку (574–622 после Р. X.) искусно выразил это в «Установлении из семнадцати статей». Он сказал: «Если вы правы, тогда не правы другие; если правы другие, тогда не правы вы. Вы не бываете правы все время; не бывают правы всё время и другие. Мы — не более чем обычные люди». Это означает, что не только другие люди, но также и вы — просто ординарные личности.

Собирание пищи, высиживание яиц

Саваки-роси:

Каждый погружён в собственную жизнь — и живёт, слепо веря в то, что в его повседневной деятельности должен существовать какой-то смысл. Но в действительности жизнь человека не отличается от жизни ласточки — самцы собирают еду, самки высиживают яйца.

Утияма-роси:

В это время года вокруг летают ласточки. Людям, работающим в тени высоких городских зданий, вероятно, не удастся увидеть ласточек, вылетающих весной из гнёзд. Это приятное зрелище — видеть их весной и ранним летом, не правда ли?

Некоторые люди просто движутся по жизни, живут изо дня в день и никогда не видят своей жизни в целом. Кобо Дайси (774–835), основатель школы сингон, называл их «исётзёсин» — «стадом бредущих овец».

Саваки-роси:

Если вы только что стали женихом или невестой, это не означает, что вы автоматически понимаете свою жизнь. Она всё ещё таинственна. Хотя глупый человек берёт в жёны глупую женщину, люди говорят: «Поздравляем!»

Когда я был в Маньчжурии, я видел, как люди пользовались большими собаками, чтобы тащить свои повозки. Они ехали в повозке, держа в руках удочку, к концу которой был прикреплён кусок мяса; этот конец помещался перед носом собаки. Стараясь добраться до мяса, собаки тащили повозку. Когда они прибывали в назначенное место, им давали это мясо, и они съедали его одним махом. Большинство рабочих парней похожи на таких собак. Каждый месяц они бегут за конвертом с платой, который висит у них перед глазами. В день зарплаты они проглатывают её — и затем бегут за следующей.

Установление различий

Саваки-роси:

Во время Второй мировой войны я побывал на судне, работавшем на угле, и спустился в угольную шахту на Кюсю. Как и шахтёры, я надел шапку с фонариком на лбу и спустился вниз на лифте. Некоторое время я думал, что лифт неуклонно спускается вниз; затем я стал чувствовать, что мы как будто поднимаемся вверх. Я осветил фонариком шахту и понял: «О! Клеть всё ещё идёт вниз». Когда лифт начинает опускаться, вы по-настоящему чувствуете, что он движется вниз; но когда скорость становится постоянной, можно почувствовать, что клеть как будто движется вверх. Это другая сторона равновесия. В подъёмах и падениях жизни мы, оказавшись в равновесии, ошибаемся в установлении различий.

Слова: «Я достиг сатори!» — это лишь чувство различия в равновесии. Слова: «Я заблуждающийся!» — всего лишь чувство другого различия в равновесии. Говорить, что вот это очень вкусно, а это ужасно невкусно, — всё это только ощущения различий в равновесии.

Во многих случаях здравый смысл только указывает на различие в равновесии.

Человек вкладывает свое «я» во всё, не зная всего. Иногда он говорит: «О, это было хорошо!» Что хорошо? Это просто хорошо для него, вот и всё.

Причина, почему мы, люди, часто оказываемся опустошёнными, состоит в том, что мы делаем нечто, имея в виду личную выгоду.

Утияма-роси:

Обычно мы ужасно беспокоимся по поводу удачи. А существуют ли на самом деле такие факты, как удача и неудача? Нет, не существуют. Существуют только наши вычислительные измерения. Только когда мы надеемся сделать что-то выгодное для себя, мы можем чувствовать, что не сделали этого. Только когда мы соревнуемся с другими, возможно почувствовать различие в равновесии как потерю.

Истинная религия не обращает внимания на желание человека сделать вещи выгодными для себя, на наши расчёты и измерения. Если мы отбросим прочь свои обычные ожидания и примем установку на то, чтобы утвердиться, на какой бы стороне весов мы ни находились, именно там развёртывается мирная жизнь. Сидеть в дзадзэн — прекратить пребывание на уровне ординарной личности.

Наша жизнь инертна

Саваки-роси:

Странное существо — человек! Он бредёт в темноте на ощупь с умным видом.

Люди стараются только избежать скуки.

В этом мире вас привлекает множество вещей. Но как только вы что-то сделаете или получите их, они оказываются бесполезными.

Есть люди, которые никогда не найдут своего собственного образа жизни.

Утияма-роси:

Если я начну разговор о сущности вашей жизни, вы, может быть, почувствуете, как будто вам дали какую-то старую, заплесневевшую одежду. Но когда мы глубже поразмыслим над сущностью собственной жизни, мы поймём, что это не старый заплесневелый предмет, а наша собственная жизнь, какой мы её проживаем. Почему? Потому что мы встаём только в силу инерции, завтракаем по инерции, встречаем знакомых по инерции, смотрим телевизор по инерции, по инерции читаем журналы, по инерции ходим на работу. И так мы проводим большую часть своего времени.

Как мы вообще определяем ценность своей жизни? Мы всегда гонимся за той или иной вещью, так что нам даже не приходится рассматривать этот вопрос. Когда мы играем в мадзян, мы находим смысл жизни в том, чтобы выиграть партию. Когда мы идём в универсальный магазин, мы находим смысл жизни в покупках. Если мы не в состоянии позволить себе покупать вещи, мы находим смысл жизни в том, чтобы воображать возможность купить ту или иную вещь. Когда мы наблюдаем за игрой в бейсбол или за борьбой сумо, мы находим смысл жизни в надежде на победу своих любимых атлетов. Эти виды деятельности — просто отвлечения. Не важно, каким бы чарующим ни было время, в котором мы живём, мы должны искренне задуматься над смыслом жизни.

Деньги

Саваки-роси:

Если у вас нет денег, вы испытываете затруднения. Но хорошо знать, что есть вещи более важные, чем деньги. Если у вас нет сексуальных желаний, значит, что-то не в порядке. Но хорошо знать, что есть вещи более важные, чем сексуальные желания.

Утияма-роси:

Если бы я был необыкновенно богат, я купил бы всё. Если бы я дал много денег соседям и окружающим, они приветствовали бы меня улыбками. Я мог бы всегда жить в улыбках соседей. Когда кто-то испытывает трудности, эти люди в большинстве случаев страдают из-за недостатка наличности. Я бы щедро давал им деньги и разрешал их проблемы. Если бы я заболел, я отправился бы в один из таких госпиталей, которые обставлены как роскошный отель; и я нанял бы несколько красивых молодых медсестёр. Я мог бы проходить медицинское лечение, услаждая свои глаза. В старости я мог бы заставить людей думать обо мне как о доброй и достойной личности. Я мог бы наслаждаться баснословной второй юностью. Я мог бы действовать как миротворец, говоря: «Эй, я куплю вьетнамскую войну», — и решил бы конфликт, дав обеим сторонам крупные суммы денег.

Всегда существуют несоответствия в сферах экономики, политики и философии. Хотя все они кажутся очень усложненными, в большинстве своём эти проблемы можно разрешить при помощи денег, если мы имеем их достаточно. Но когда вы уверены в том, что деньгами можно разрешить любую проблему, вы попадаете в полнейшую зависимость от них. К несчастью, проблему «я» нельзя решить деньгами.

Однажды я встретил человека, который получил в наследство от родителей большое состояние; но его так тревожила возможность утраты этих денег, что он стал невротиком. Мы читаем, что в Швеции есть много людей, отчаявшихся до самоубийства, несмотря на то что эта страна обеспечивает средствами к существованию всех своих граждан и не имеет проблем в экономике. Когда люди заглядывают внутрь себя, они обнаруживают, что их жизнь вообще не налажена.

Каждый обнажен

Саваки-роси:

Странствовать с места на место в этом преходящем мире — значит добиваться «имени». Человек рождён нагим. Но затем ему дают имя, регистрируют, покрывают одеждами, вкладывают в рот соску и так далее. Когда он вырастает, вы говорите: «Он велик, силён, умён, богат». На самом же деле, каждый просто обнажён.

Утияма-роси:

Руссо сказал: «Даже императоры, знатные и великие люди, богачи, — все они родились нагими и бедными; и в конце своей жизни они должны умереть нагими и бедными». Это абсолютно верно. На короткое время, в промежутке между рождением и смертью, люди одеваются в разнообразные и сложные одеяния; некоторые носят красивые одежды, некоторые ходят в лохмотьях, а другие в тюремной униформе. Существуют особые одеяния для общественного положения и класса, для радости и гнева, для печали и утешения, для заблуждения и просветления. Мы невольно принимаем эти одеяния за свои истинные «я» и посвящаем себя добыванию удовлетворительного гардероба любыми способами.

Пока мы живы, нам необходимо носить какую-то униформу. Я надеюсь, что мы не забываем, что наши истинные «я» обнажены, что, вспоминая об этих своих «я», мы ещё раз взглянем на свои жизни в одеяниях и приведём их в порядок. В «Сутре Сердца» говорится: «Нет рождения, нет угасания, нет загрязнения, нет чистоты». Это — наше истинное «я», сбросившее даже одеяние рождения и смерти, просветления и заблуждения, наше обнажённое «я».

Саваки-роси:

Когда женщина умерла, безразлично, красива она или уродлива. Разве череп красавицы выше черепа уродливой женщины? Этот вопрос не имеет ничего общего с истиной.

Нет богатого, нет бедного, нет великого, нет обыкновенного. Всё это только слова, вызывающие у нас озабоченность.

Допустим, я умру…

Саваки-роси:

Ливень

В разгаре драки

Из-за орошения.

После долгой засухи люди дерутся из-за воды для рисовых полей. В разгаре схватки хлынул ливень. Поскольку драка из-за орошения зависит от такого условия, как сухая погода, если пошёл дождь, нет никакой проблемы. Не будет никакого различия между красивой и уродливой женщинами, когда им исполнится восемьдесят лет. Первоначальная сущность, «я», пуста и чиста.

Утияма-роси:

Поскольку драка из-за орошения зависит от условия сухой погоды, если идёт дождь, никакой проблемы нет. Посмотрим: если я сейчас выйду из дома, существует возможность наезда автомобиля, который будет моим концом. Если на меня наедет машина и собьёт меня, мои мысли «мне нужно это, мне нужно то…», мой непроявившийся гнев «ох, этот дурак!» или моё страстное желание определённой женщины — всё было бы разрешено вполне спонтанно, подобно ливню в разгар драки из-за орошения. Пока мы живы, у нас будут проблемы, основанные на предположении, что мы будем продолжать жить. Но важно также взглянуть на эти проблемы с предположением, что в следующее мгновение мы окажемся в гробу. Тогда мы сможем жить более неторопливо, зная, что нам не придётся привязываться к собственным мнениям, стискивать зубы и хмурить брови. Одним словом, дзадзэн состоит в том, чтобы оглядываться на мир, как если бы вы уже находились в могиле.

Саваки-роси:

Вообразите, что после смерти вы думаете о своей жизни. Вы увидите, что она не имела значения.

Призраки и сила внушения

Саваки-роси:

Люди часто спрашивают меня, существуют ли призраки. Каждый, кто думает о таких вещах, сам является призраком.

Утияма-роси:

Саваки-роси всегда выражался недвусмысленно. Пока вы не верите в призраков, призраков нет; но когда вы сомневаетесь в том, существуют призраки или нет, вы сами становитесь призраком из-за своего смятения.

Когда кто-то верит спириту, говорящему, что его преследует душа какого-то предка или что они способны вызвать душу какого-то умершего и разрешить его проблемы, он пугается, у него выманивают деньги, он теряет рассудок. Тот, кто в подобных вопросах не может идти по прямой линии, в действительности оказывается призраком. Более того, человек, легко подпадающий под влияние силы внушения, ненадёжен. Когда он болеет, и его состояние ухудшается, он становится подлинным безумцем. Даже после того, как его тело оправилось от болезни, он всё ещё страдает, думая, что врач бросил его. Из-за предположения о том, что он болен, он неспособен восстановить рассудок. При этих условиях он с лёгкостью может подпасть под влияние какогонибудь харизматического лидера и после усыпляющей молитвы, заклинаний или наложения рук поверит в то, что его исцелили. Каждый человек, которым так легко манипулировать, — призрак.

Саваки-роси:

Люди часто говорят, что видели дух умершего или видели во сне такого-то человека, когда тот умирал. Это всего лишь ещё одна деталь в обширном ландшафте сансары.

В семье

Саваки-роси:

Слишком часто дом — это не что иное, как место, где муж и жена, родители и дети портят друг другу жизнь и связывают друг друга фатальными узами.

Утияма-роси:

Не думаю, что обладаю квалификацией для того, чтобы давать людям советы; но этот мир — странное место. Я говорю так потому, что многие люди приходят ко мне за советами по поводу своих семейных проблем. Они открывают мне сердца и говорят о своей домашней жизни, иногда преодолевая только для этого большие расстояния. Так как здесь — храм, они чувствуют себя в безопасности, полагая, что сказанное не просочится наружу, не станет известно другим. Я продолжаю слушать их много лет, одного за другим; и я нередко выслушивал одну и ту же историю. Зачастую люди вступают в брак только вследствие взаимного сексуального влечения. Хотя они могут жить вместе в течение многих лет, они никогда не совершают усилий, чтобы установить взаимоотношения, основанные на взаимном уважении. Когда они достигают пятидесятилетнего возраста, и их сексуальная страстность уменьшается, они относятся друг к другу как чужие или даже ненавидят друг друга — и живут в доме, лишённом порядка. Когда они хотят развестись, они не могут этого сделать, опасаясь отрицательного мнения других людей или своих детей, а также вследствие экономической ситуации.

Посмотрите на взаимоотношения между родителями и детьми. Сколько бы они ни ненавидели друг друга, они являют собой «подобные фигуры»; а когда углы таких фигур соприкасаются, может возникнуть беда. К примеру, страстная мать и страстная дочь, упрямый отец и упрямый сын, жадная родительская пара и жадная молодая пара, бесчувственные родители и бесчувственные дети. Было бы хорошо, если бы они могли уяснить, что их рога направлены в одну и ту же сторону, если бы они могли испытывать симпатию друг к другу. Если же они постоянно бодаются, это просто нескончаемая беда.

Чтобы создать дом, который действительно был бы местом отдыха, внимательности и любви, мы должны уважать чувства и мнения друг друга, размышлять о себе и совершать усилия для достижения гармонии с другими людьми.

Моя жизнь

Саваки-роси:

Люди как будто не пробуждаются, если они не вынуждены соревноваться друг с другом за какую-нибудь награду. Если бы мы были страусами, не был бы странным бег наперегонки; если бы мы были котиками, не было бы странным соревнование в плавании; если бы мы были котятами, не была бы странной схватка за мяч.

Утияма-роси:

Сейчас зрелищные виды спорта пользуются популярностью. Некоторые люди всё время следят за играми и делают на этом хорошие деньги. У них едва ли найдётся время поразмыслить о самих себе. Они поражают меня. Если они скажут, что это — всего лишь развлечение, я соглашусь с ними. Но о развлечении, как и обо всём прочем, следует судить в перспективе постоянного исследования вопроса о ценности содержания нашей жизни.

Саваки-роси:

Так как им скучно, люди, чтобы убить время, мучаются, влюбляются, пьют вино, читают романы или смотрят спортивные игры; они всегда действуют наугад и кое-как сводят концы с концами. Для них этот мир — укиё, текучий, преходящий мир. Это место, где люди всегда колеблются, глазеют на витрины магазинов и сбиваются с пути.

Везде в этом мире люди чувствуют скуку, а поэтому идут на войну, размахивают смертоносным оружием, как если бы оно было детской игрушкой, говоря: «Правый фланг!» или «Левый фанг». Они поступают так, думая, что в таком поведении должно что-то заключаться. Но ничего там нет! Вас ждёт только могила.

Люди хвастливо утверждают, что человек — это владыка творения; но фактически люди не знают даже того, как позаботиться о себе, — и вот они смотрят спортивные соревнования или пользуются другими безвкусными формами развлечений, чтобы избежать встречи лицом к лицу с самими собой; а затем они оправдывают своё поведение, говоря, что похожи на всех других людей.

Когда дети пристают к родителям с чем-нибудь, родители бранят их и говорят, что они ведут себя неразумно. Но эти родители также неразумны. Это — мумё, неведение относительно истинной природы существования, одно из двенадцати звеньев цепи зависимого возникновения.

Точка зрения простого человекаСаваки-роси:

В древности направление[8] имело особого рода мистическое значение. В наши дни мы знаем, что Земля движется вокруг Солнца; более того, мы запускаем искусственные спутники вокруг Земли, так что уже никто более не в состоянии понять, какое направление куда ведёт. В одном из стихотворений Мусо Сосэки (1275–1351) в сборнике «Коккёсю» говорится:

«Если ты пребываешь в заблуждении, три мира[9] кажутся твердыней, Если ты просветлён, вселенная — это шуньята[10] Первоначально нет ни востока, ни запада. Как можешь ты указать на юг или на север?»

Сказанное в стихотворении верно. Нет ни счастливых, ни несчастливых направлений. Вы, может быть, согласитесь с тем, что говорится о направлениях, но, вероятно, всё-таки подумаете, что быть богатым лучше, чем быть бедным. Дети, выросшие в богатой семье, могут холодно относиться к своим родителям или бороться друг против друга из-за наследства.

Часто люди говорят: «Это реально» или: «Это истинно». Но вопрос в том, что «реально» или «истинно». Во всяком случае, это просто реально с точки зрения обыкновенного человека.

Утияма-роси:

В эти дни многие молодые люди живут в крупных микрорайонах, так что они не беспокоятся о направлении строения, как это было раньше у людей, строивших собственные дома. Обитатели новых больших городов думают о направлении лишь в понятиях верха или низа на социальной лестнице. Во всяком случае, направление целиком зависит от точки зрения данного индивида. В бесконечной вселенной оно не имеет значения. Если вы думаете, что быть богатым хорошо, а быть бедным — плохо, что высокое положение есть нечто великое, что красота чудесна, — вы обладаете ограниченной перспективой. Такова точка зрения обыкновенного человека. Если вы думаете, что заблуждения обычного человека плохи, а просветление будды хорошо, вы смотрите на жизнь с особой точки зрения. Перестать смотреть на жизнь с какой бы то ни было точки зрения — это дзадзэн. Вот почему в «Сутре Сердца» сказано: «Нет рождения, нет угасания. Нет загрязнения, нет чистоты. Нет увеличения, нет уменьшения».

Не деньги, а дзадзэн

Саваки-роси:

В последнее время некоторые священнослужители устраивают в своих храмах гостиницы. Смешные люди! Некоторые из них не думают ни о чём, кроме еды и заработка.

Утияма-роси:

Когда вы поклоняетесь какому-то образу Будды как Будде, Пробуждённому, для вас это будет Будда. Если вы будете сражаться из-за статуэтки или продадите её, она будет всего лишь объектом алчности.

Храм, в котором я сейчас живу, не имеет никаких покровителей, никакого дохода. В течение более чем десяти лет я поддерживал свою жизнь тем, что просил милостыню. Иногда кто-нибудь, по своей доброте, предлагал, чтобы я, поскольку Антайдзи занимает площадь в 1,6 акра, отдал в аренду часть земли для мест парковки, устроил бы квартиры или общежития для студентов и этим создал бы источник некоторого дохода. Моя реакция на такие предложения заключается в том, что я не знаю, что стану делать с деньгами. Антайдзи — храм дзэн. Если крыша храма протекает, я не могу её починить, мне следует продолжать сидеть в дзадзэн в таком месте, где вода не капает с потолка. Если здание разрушится из-за отсутствия ремонта, а я буду продолжать сидеть в дзадзэн, Антайдзи «станет буддой», т. е. мирно скончается. До тех пор пока я смогу чинить храм, я буду это делать; но если я не смогу его ремонтировать, я просто буду продолжать практику дзадзэн. Саваки-роси согласился с моей установкой в этом пункте и говорил: «В моё время и в твоё время Антайдзи — это антай (пребывающий в мире)». Моё глубочайшее желание состоит в том, чтобы кто-нибудь всегда продолжал здесь практику дзадзэн и оставил Антайдзи таким, каков он есть, — оставил его бедным храмом не только сейчас, но и навсегда. Каким бы необыкновенным наслаждением было найти в этом мире какой-нибудь небольшой уголок, где деньги не ценились бы выше всего прочего. А когда я иду просить милостыню, жители Киото подают её и не дают мне голодать. Я благодарен им за это.

Чувствовать себя царём

Саваки-роси:

Перестаньте плакаться! Из-за своей робости вы считаете себя ни на что не годными, а других — великими людьми; вы плачетесь и тревожитесь из-за мелочей; а если однажды дела идут хорошо, вы вне себя от радости.

Утияма-роси:

Вы никогда не бываете голодны, хотя не производите ни единого зёрнышка риса. Вы живете в доме, защищенном от плохой погоды, несмотря на то что не можете срубить дерево и распилить его на доски. Вы носите превосходную одежду, хотя не умеете прясть нитки из хлопка. Вы получаете свет, нажимая на кнопку, вы получаете воду, повернув кран. Если вы сравните свой образ жизни с образом жизни какого-нибудь царя времён Древнего Египта, вы увидите, что живёте так, как если бы имели десятки слуг. Когда вы пользуетесь электрическим вентилятором, вообразите, что вас обмахивает молодая красивая рабыня. Когда вы смотрите телевизор, представьте себе, что все забавники в этой стране собрались продемонстрировать свои таланты, чтобы развлечь вас, царя! Забавно будет распоряжаться ими, говоря: «Ты не годишься! Кто из вас сумеет лучше развеселить меня?» — и сменить телевизионный канал.

Пожалуйста, перестаньте всё время чувствовать себя униженными, перестаньте сравнивать себя с другими. Вместо этого поразмыслите о себе, подумайте о том, имеете ли вы право жить со столькими удобствами. Как случилось, что вы живёте при таких благоприятных обстоятельствах? Без всяких затрат вы обладаете знаниями и богатством, накопленными людьми с тех времен, когда мужчины и женщины впервые появились в этом мире.

Моё мнение

Саваки-роси:

Каждый читает газетные отделы в различном порядке. Один начинает со страницы биржевых новостей, другой сначала раскрывает страницу, посвященную спорту, третий — страницу, где печатается очередная глава романа, или страницу политических новостей. Все мы отличаемся друг от друга, потому что видим вещи через свое собственное индивидуальное различающее сознание. Постигая вещи человеческой мыслью, каждый из нас ведёт себя по-разному. Мы не сможем понять действительный мир, мир общий для всех, пока не прекратим различения.

Утияма-роси:

Однажды, находясь в деловой части Киото, я услышал: «Мы — представители такой-то партии. Давайте протестовать!» Это говорилось через громкоговоритель; но я не смог понять, против чего они протестовали. Я мог лишь слышать голоса: «Давайте протестовать! Будем протестовать!»

Камень — всего лишь камень; он ничего не говорит. И не только камни — все вещи существуют сами по себе, просто каковы они есть. Все предметы пребывают вне оценок; но мы судим о них, оцениваем их, устанавливаем для них определённую ценность. Неизбежно раздаётся голос: «Давайте протестовать!» Если бы голос оставался только голосом, это стоило бы немногого. Если же голос кладёт начало войне, — а это в наше время представляет собой весьма реальную угрозу разрушения всего мира, — тогда это становится большой проблемой.

Мы не можем перестать видеть и думать, потому что у нас есть глаза и мозги. Однако нам следует понять, что мир, который мы видим, и мысли, которые думаем, — это только кинофильмы в наших головах. Мы должны следить за тем, чтобы не создавать серьёзных проблем, будучи увлечены своими мыслями. Дзадзэн — это такое состояние, которое позволяет нам видеть сквозь иллюзии наших мыслящих «я».

Саваки-роси:

Люди часто говорят: «По моему мнению…» Во всяком случае, это «моё мнение» ни на что не годится — поэтому держите рот закрытым!

Наука и люди

Саваки-роси:

Прогресс науки возможен потому, что учёные основывают свой труд на информации, собранной другими учёными, и далее развивают их изыскания. Люди никогда не приходят к чему-то великому, потому что они не могут получить от других чего-то, имеющего подлинную ценность. Люди подобны подрастающим козлятам, играющим со смертельным оружием. Это очень опасно.

Утияма-роси:

Некоторые люди думают, что в будущем развитие науки сделает каждого человека богатым, разрешит все проблемы и принесёт всем нам счастье. Когда я слышу кого-нибудь, кто говорит такие вещи, я думаю, что передо мной по-настоящему глуповатый человек. Как если бы он ехал в поезде и думал, что едет в вагоне первого класса с кондиционером воздуха, очень удобном, — тогда как ему самому приходится стоять и обливаться потом в проходе переполненного вагона второго класса летней ночью.

По мере того как наука и техника будут продолжать своё движение вперёд, некоторые из проблем нашего времени действительно будут разрешены. Когда я был молод, моя жена умерла от туберкулёза. Если бы тогда были доступны имеющиеся сейчас у нас лекарства, я не потерял бы её. Я искренне одобряю прогресс науки. Но думать, что все проблемы нашей жизни можно разрешить благодаря прогрессу науки, нелепо. Наука — это собственность человечества, человечество — это абстрактное понятие биологического рода. Человечество существовало десять тысяч лет назад и будет существовать ещё через десять тысяч лет. Однако каждый из нас обладает преходящей жизнью приблизительно в семьдесят или восемьдесят лет. В эти данные нам семьдесят или восемьдесят лет для нас существует весьма реальная проблема устройства своей жизни. Нe будут плохими мечты о будущем науки; но важнее увидеть всю картину нашей краткой жизни и найти место, где нам можно было бы утвердиться.[11]

Терять

Саваки-роси:

Изучать буддизм — значит изучать утрату. Хороший тому пример — Шакьямуни Будда. Он оставил своё царство, свою прекрасную жену, своего любимого ребёнка, свои великолепные одеяния, — и стал нищенствующим монахом с босыми ногами и в одеянии из лохмотьев. Все будды и предки намеренно шли на потери.

Если какой-нибудь буддийский священнослужитель хочет высокого положения в мире, — это очень большая ошибка. Как бы там ни было, мы, монахи, — все мы нищие с головы до ног.

Утияма-роси:

Самые лёгкие факты для понимания обычных людей — это потеря и приобретение; наша основная предпосылка заключается в том, что приобретение лучше потери. Шакьямуни Будда был вполне необычной личностью. Он шёл по пути утраты, даже не раздумывая о возможности личного приобретения. Ho почему он так поступил? Потому что все обусловленные вещи непостоянны, и представления человечества о потере и приобретении непрерывно меняются. И вот Шакьямуни Будда оставил жизнь потери и приобретения и пошёл по пути вне потери и вне приобретения. Он сделал это намеренно, чтобы показать нам путь, потому что обыкновенно люди мечтают о приобретении без потери.

Путь превыше приобретения и потери — это жизнь устойчивого «я», которое существует до раскола на субъект и объект; оно пребывает по ту сторону приобретения и потери, удачного и неудачного. Богаты вы или бедны, здоровы или больны, каковы бы ни были ваши обстоятельства, — только тогда, когда вы принимаете всё это без всяких условий и живёте в том «я», которое прочно утвердилось в самом себе, вы сможете проявить абсолютную устойчивость религиозной жизни.

Саваки-роси:

Все живые существа пребывают в заблуждении. Они считают свои несчастливые начинания счастливыми, а счастливые — не-счастливыми; они всегда протестуют и кричат. Когда вы даёте плачущему малышу кусочек конфеты, он улыбается с глазами, полными слёз. То счастье, о котором говорят живые существа, не лучше этого состояния.

Частичный дзадзэн

Саваки-роси:

Есть книга, которая называется «Дзэн и культивирование вашей хара». Такая «хара» — не что иное, как бесчувственность.

Дзэн Тэнма[12] означает, что обычный человек становится достигшим сатори; короче говоря, он становится великим.

Сделать обыкновенного человека великим — не такова цель учения Будды.

Люди говорят, что вы можете культивировать хара, сидя в дзадзэн; такая хара бесполезна. Знать это — вот подлинная хара и истинная устойчивость.

Утияма-роси:

Некоторые люди считают само собой разумеющимся, что цель практики дзэн — достичь сатори и стать смелым. Другие уверены в том, что дзэн — это тэнма, дьявол. Но дзадзэн, переданный Шакьямуни Буддой, Бодхидхармой, Догэном-дзэндзи и Саваки-роси, — это истинная религия; она учит нас предельному образу жизни. Истинный дзадзэн — не что-то такое, что удовлетворяет незрелые желания обыкновенного человека, такие как желание излечиться от какой-то болезни, или заработать деньги, или добиться успеха в жизни. Дзадзэн, который даёт вам сатори и делает вас смелыми, так что вы способны отогнать своим рёвом испуганного сборщика налогов, — также незрелый дзадзэн. Любое учение, которое претендует на то, что делает обыкновенного человека великим, — это тэнма.

Дзадзэн, которому учил Саваки-роси, не является практикой, благодаря которой обыкновенная личность становится великой. С точки зрения наших малых умов, дзадзэн, которому он учил, бесполезен; но в действительности это практика подлинной религии. Он учил дзадзэн как устойчивости в жизни, как предельному выражению буддхадхармы превыше субъекта и объекта, рождения и смерти, заблуждения и просветления.

Видим в соответствии со своей кармой

Саваки-роси:

Беседуя о Луне, мы иногда говорим, что она выглядит счастливой; иногда мы утверждаем, что она кажется печальной; иногда, глядя на неё, мы с удовольствием пьём сакэ. Каждая Луна, которую видит человек, соответствует его карме; и ни одна из этих Лун не является реальной.

Утияма-роси:

То, что Луна соответствует карме человека, означает, что наше видение Луны обусловлено нашими предыдущими действиями.

Есть учёные и инженеры, которые смотрят на Луну со своей неполной и обусловленной точки зрения; они думают: «Как нам обеспечить мягкую посадку на Луне ракеты с человеком на борту?» Существуют геологи, которые смотрят на Луну со своей обусловленной точки зрения; их интересует вопрос: «Что за горные породы там существуют?» Луна кажется счастливой человеку, который осуществил свои ожидания; она выглядит печальной для человека, утратившего надежду. Для пьяницы она похожа на салат к сакэ.

Некоторые люди неправильно видят в буддизме учение о покорности судьбе и думают: «Ничего не поделаешь… такова моя карма». Буддизм не таков. Буддизм — это учение, смягчающее нашу жёсткую точку зрения; буддизм рассеивает иллюзии кармического «я» и позволяет нам видеть жизнь такой, какова она есть.

Саваки-роси:

«Го-кан», видение в соответствии с нашей кармой, — это проявившееся в настоящем следствие наших хороших или дурных прошлых действий. Например, старая вдова, которая прожила всю жизнь, будучи одержимой сексом, может всё ещё оставаться в состоянии такой одержимости и завидовать молодым парам.

Обыкновенный человек подталкивается своей кармой и видит мир только через её линзу. Такие люди просто продолжают портить друг другу жизнь за жизнью, мир за миром. Это сансара. Если вы снимаете очки кармы, вы можете увидеть то, что сказал Шакьямуни, когда достиг просветления: «Я, этот мир и все живые существа достигают Пути одновременно; горы и реки, трава, деревья и все вещи становятся буддами».

Абортирование «я»

Саваки-роси:

Дзадзэн подобен возвращению в утробу своей матери. Таким образом, он не является какой-то задачей.

Утияма-роси:

Некий подросток стал преступником из-за своих дурных друзей. Он часто требовал у матери деньги и проводил время легкомысленно. Однажды он встретился на улице со своей матерью и потребовал у неё деньги. Не в силах более сдерживаться, она выбранила его: «Ты думаешь, что у меня есть для тебя деньги? Ты достаточно взрослый, чтобы стать независимым, но не имеешь работы и доставляешь мне много беспокойств». Сын возразил: «Я не просил тебя рожать меня. Зачем я был вам нужен?» Большинство родителей не в состоянии ответить на этот вопрос. Когда мне было за двадцать, и родители бранили меня за что-нибудь, я, бывало, говорил: «Зачем я был вам нужен?» — и это немедленно приводило их к молчанию. Но матери послевоенного времени, поистине, находчивы; и та мать сказала: «О, это уж чересчур! Ты вырос таким большим, так что я уже не могу вложить тебя в свою утробу. Стань опять маленьким и залезай ко мне в живот. Если ты сможешь сделать это, я с радостью сделаю аборт».

Всякий раз, когда я слышал интересную историю, подобную этой, я рассказывал ее Саваки-роси, когда подносил ему чашку чая. Я думаю, что если бы он услышал эту историю, он сказал бы: «Дзадзэн — такое состояние, когда мы абортированы до рождения».

Чтобы есть

Саваки-роси:

Люди, по своей глупости, думают, что кто-то, способный жить в роскоши, должен быть великим человеком. Меня поражает то, что люди завидуют богатым.

Утияма-роси:

Однажды я подслушал разговор двух домохозяек. Первая была замужем за рабочим со средним заработком, вероятно, получавшим пятьдесят или шестьдесят тысяч йен в месяц. Вторая гордо сказала: «В нашей семье нам требуется, по крайней мере, двести тысяч в месяц. Недавно мы купили сыну новый автомобиль». Хотя первая женщина слушала эти слова с завистью и трепетом, её собеседница, вероятно, стала бы нервничать и почувствовала бы себя мелкой, окажись она в компании очень богатых женщин из высшего общества. Доход в пятьдесят или шестьдесят тысяч йен не так уж и мал, не так уж велик и доход в двести тысяч йен; но глуповатые люди, кажется, уверены в том, что доход каждого человека — это показатель его ценности как личности.

Представьте себе женщину, чей муж устал от тяжёлой и однообразной работы; он говорит, что, достигнув предельного возраста, оставит службу, так как ему хочется проводить время в практике дзадзэн. Уверен, что жена сказала бы ему: «А как насчёт совместной жизни? Ты действительно думаешь, что у тебя будет достаточно времени, чтобы сидеть в дзадзэн?» Она схватила бы его за воротник, встряхнула бы и воспользовалась бы плетью. Если бы ему пришлось сделать последнее усилие воли, поднять своё смертельно измученное тело и, тяжело дыша, снова пройти через мир потери и приобретения с «помощью» своей жены, это было бы столь плачевным зрелищем, что робкий человек, такой как я, не смог бы взглянуть ему в глаза.

Саваки-роси:

Люди делают заработок на жизнь таким важным занятием!

Люди часто говорят, что они заняты. Но чем они заняты? Они заняты тем, что зарабатывают на жизнь. Цыплята тоже заняты поеданием корма; но они едят корм для того, чтобы их самих съели люди.

Несчастные небесные существа

Саваки-роси:

В большинстве своём люди не могут зарабатывать на жизнь собственными усилиями, их питает социальная система. Тот, кто зарабатывает на жизнь титулом или положением, — самая слабая личность из всех.

Утияма-роси:

Интересно рассмотреть представления буддизма о «небесных существах». Небесное существо — тот, кто пребывает в облакам и живёт там в полном довольстве, хотя и не обладает реальной силой. Очень многие из нас — это небесные существа, которые живут в раю, называемом современной цивилизацией. И все же мы жалуемся на свою жизнь. К несчастью, мы умерли бы с голоду, если бы оказались выброшены в мать-природу обнажёнными и одинокими.

Если президент какой-то компании, построившей огромное здание, думает, что это здание построил он сам, он допускает большую ошибку. Ему просто представился случай оказаться на вершине организации, которая объединила все силы в одной-единственной программе по строительству здания. Сам он не смог бы сделать ни кусочка армированного железного стержня. Нынешние мужчины и женщины только играют друг с другом в борьбу, соперничая из-за иллюзорного могущества в облаках социальной системы. Хотя эта система представляется прочной, фактически она столь же преходяща, сколь и облака. Гитлер когда-то жил в громадном облаке фашизма, но в конце концов оказался в одиночестве. Только тогда, когда эти облака, известные как социальная система, внезапно исчезают, небесные существа действительно постигают свою беспомощность — и в это время они уже падают на землю.

Саваки-роси:

Взбираться на такое место, откуда рано или поздно придется упасть, — это ошибка. «Никакого падения» — вот жизнь монаха или монахини, того, кто покинул дом.

Утияма-роси:

В одной песне «Но» говорится: «Небесные существа горько жалуются на пять признаков разрушения».[13] Какое это жалкое зрелище, когда их одеяния становятся грязными и превращаются в лохмотья! Чем выше они находились на небесах, тем тяжелее страдают, когда падают на землю.

Только когда мы занимаемся практикой

Саваки-роси:

Религия — это не средство для того, чтобы переделать мир. Она существует для того, чтобы переделать наши глаза, уши, нашу точку зрения.

Утияма-роси:

Был человек, обладавший интересной привычкой: ему было приятно видеть Саваки-роси и говорить с ним о дзадзэн. Не зная этого, я провел его в комнату Саваки-роси, когда он впервые пришёл в Антайдзи. Естественно, он потерял нить разговора и просто что-то бормотал в свои рюмки. Поскольку он был пьян, мне стоило большого труда уговорить его уйти домой.

Когда он пришел снова и попросил разрешения увидеть Саваки-роси, я припомнил происшедшее в прошлый раз и, по его дыханию, понял, что он опять находится под влиянием сакэ. Поэтому я принял его сам. Когда он начал говорить о том, что дзадзэн — это то-то и то-то, я сказал ему, чтобы он протрезвел, если хочет говорить о дзадзэн. Когда вы заняты дзадзэн, мир дзадзэн появляется перед вами без всякого объяснения. Но когда вы пьяны, всё сказанное вами — просто нечто из пьяного увеселения, из мира сакэ.

Саваки-роси:

Гоэмон Исикава (его родовое имя означает «каменная река») выразился поэтически: «Несмотря на то что пески на берегах Исикава могут исчезнуть, семя вора никогда не истощится». Это значит, что вселенная наполнена природой воровства. Вы не становитесь вором, если не подражаете примеру Гоэмона подобно обезьяне. То же самое и с природой будды. Этот мир наполнен природой будды, но вы не становитесь буддой, если не следуете примеру будды. Вы будда — но только тогда, когда практикуете состояние будды.

Религия — это не понятие, а практика.

Практика религии — это нечто реальное. Она не походит на объявление о патентованном лекарстве, которое преувеличивает полезное действие этого лекарства.

Прочность всей нашей жизни

Саваки-роси:

Мы практикуем дзадзэн не для того, чтобы стать просветлёнными, — мы практикуем дзадзэн потому, что просветление влечёт нас в разные стороны.

Утияма-роси:

Влюблённость — это экстаз, а женитьба — повседневная жизнь. В повседневной жизни есть дождливые дни, ветреные дни и дни ураганов. Так что вы не можете всегда быть счастливыми. То же самое и с дзадзэн. В Японии передаются два вида дзадзэн. В одном случае дзадзэн понимается как экстаз. В другом — как повседневная жизнь.

Основное понятие буддизма состоит в том, что субъект и объект — это одно. Значение этого положения зависит от того, как вы объясняете самадхи единства — или как психологическое состояние экстаза, которое мистическим образом переходит границы «повседневного ума», или вы в действительности практикуете его в своей повседневной жизни. Те, кто придерживается первого взгляда, часто выражают самадхи единства при помощи искусства и литературы. Восприимчивому зрителю или читателю даётся возможность уловить проблеск экстаза. Дзэн, представленный миру Д. Т. Судзуки и другими писателями, — этого рода. Однако дзадзэн, переданный от Догэна-дзэндзи мастеру Саваки-роси, представляет собой действительное основание религиозной жизни. Это практика непрерывного осознавания в самой середине заблуждения без привязанности к заблуждению или просветлению. Как говорил Синран: «Хотя совсем не знаю, попаду я в ад или на небеса при помощи нэнбуцу, я просто практикую его». Это дзадзэн, в котором вам нет надобности думать о том, попадёте ли вы на небеса или будете просветлены. Религиозная практика не есть нечто такое, из чего делают зрелище; это не просто форма интеллектуального понимания. Это «я», которое ревностно превращает себя в «Я». В жизни бывают дождливые дни, ветреные дни и бурные дни; но что бы ни произошло, просто найдите свою опору в дзадзэн.

Саваки-роси:

Жизнь, в которой вы находитесь под пристальным взором дзадзэн, в которой вас порицает дзадзэн, в которой дзадзэн создаёт для вас препятствия, в которой дзадзэн тянет вас вперёд, и вы идёте со слезами на глазах, — разве это не самая счастливая жизнь?

Чрезмерная застенчивость

Саваки-роси:

Поскольку взрослые уже подверглись искривлению, они могут поднять большой шум из-за единственного слова. Малыши никогда не обращают внимания на слова. Если вы попытаетесь пристыдить малыша, вы не сможете этого сделать. Пристыдить можно только взрослого, потому что он противостоит другим и сам себя загипнотизировал. Вам следовало бы разобраться в этом.

Утияма-роси:

На первый взгляд, всегда казалось, что Саваки-роси видит всё «крупным планом», и мелочи его не затрагивают. С другой же стороны, это был внимательный человек безупречного поведения. Я всегда действую неосторожно, несмотря на то что болезненно нервничаю и беспокоюсь по всякому поводу. В середине какой-нибудь торжественной церемонии я бываю чрезвычайно застенчив и так смущён, что оказываюсь в очень неприятном положении, после чего чувствую стыд и раскаяние. Но с самого детства я был столь чувствителен, что в целях самозащиты кончил тем, что утвердился в устойчивой мысли: «Что бы ни случилось, я — это я». Пока я буду думать о том, чтобы поддерживать свой воображаемый образ и избегнуть стыда, я не смогу обрести равновесие. Застенчивый застенчив. Беззаботный беззаботен. С этим ничего не поделаешь. В конечном счёте прочность состояния «что бы ни случилось, я — это я» — это дзадзэн как религия. Даже если мы не становимся утончёнными и элегантными наподобие эксперта кэндо, мастера но, мастера чайной церемонии, это не важно, не так ли? Даже если мы идем по жизненному пути, шатаясь, подобно малышу, или тащимся, подобно старику, до тех пор, пока мы продолжаем практику дзадзэн, — всё в порядке.

Саваки-роси:

Знать, что когда человек становится буддой, не существует возможности неудачи, — это иссаити, мудрость, которая понимает тотальный аспект явлений. Ночной поезд везёт вас даже тогда, когда вы спите.

Святой

Саваки-роси:

Кто-то однажды сказал: «Когда я слушаю ваши проповеди, моя вера остывает». Я намеренно стараюсь охладить веру таких людей, как этот, потому что вера подобного рода — просто суеверие. Другой человек как-то сказал: «Хотя я слушаю ваши проповеди, я не могу поверить тому, что вы говорите». Иными словами, он не был порабощён суеверием.

Утияма-роси:

Иногда случается, что, люди, вступая в наш храм, оставляют на его территории своих собак или кошек. Мы не можем держать их здесь, нам приходится прогонять их в какое-то другое место. Как бы там ни было, эти покинутые любимцы виляют хвостами и жмутся к нам, как бы стараясь очаровать нас, чтобы их не прогоняли. Это грустное зрелище; они так зависимы. Если у собаки есть хозяин, и её взяли на прогулку, при встрече с другими собаками она бросается в драку, бросается и на людей. А вот если хозяин рассердится и ударит её, она нисколько не сопротивляется.

Подобно тому как собака ищет хозяина, многие люди ищут какого-нибудь святого, чтобы поклоняться ему. Пока существует такой спрос, перед ними будет появляться и предложение. Так создаются почтенные проповедники и святые гуру. Но, к сожалению, они просто принимают какую-то позу перед своими последователями. Религия существует не для того, чтобы удовлетворять потребности верующих таким же образом, каким хозяин удовлетворяет потребности своей собаки. Религия существует для людей, которые хотят жить жизнью свободы и целостности. В христианстве сказано, что слуга, который настолько велик, что сам Бог становится скрыт в тумане, — это плохой слуга.

Саваки-роси:

Некоторые религиозные лидеры думают, что их успех зависит от привлечения верующих при помощи самовозвеличивания.

Один духовный учитель возвещает: «Я всю жизнь буду оставаться воздержанным». Существуют самые разнообразные маски.

Отчаяние обыкновенного человекаСаваки-роси:

Практиковать религию — значит размышлять о себе и критически рассматривать свою жизнь.

Утияма-роси:

Иногда я представляю себя отправленным в тюрьму. Я не знаю, на что будет похоже будущее общество. Если бы власть получил какой-нибудь лидер, подобный Гитлеру, Сталину или Мао Цзедуну, меня могли бы отправить в тюрьму, если бы власти нашли, что я в чём-то виноват.

Где-то я читал: «Заключить в тюрьмы меньшинство — значит вызвать у большинства облегчение при мысли: «Я не так плох, как они»». Сомневаюсь, что плохи только те люди, которые сидят в тюрьме. Когда я сам чистосердечно оцениваю свою жизнь, я не могу не подумать, что, несомненно, попаду в ад из-за своего абсурдного поведения. Имею ли я какое-нибудь оправдание? Нет! В мире абсолюта у меня нет ни единого оправдания. В сутре сказано: «Если ты желаешь покаяться, сядь правильно (в позе дзадзэн) и созерцай реальную форму».

Я всегда прихожу от себя в отчаяние. Но я взял за правило сидеть в дзадзэн, говоря себе, что это — только отчаяние обыкновенного человека. Можете ли вы увидеть, что отчаяние — это питание для Абсолюта?

Саваки-роси:

Жизнь полна несообразностей. Один человек будет критиковать другого, говоря: «Посмотрите, что он сделал!», — когда сделанное в точности сходно с тем, что хочет сделать критикующий.

Чем более вы сдержанны, тем более мелким вы видите себя.

Сикантадза — высочайшая точка, которой может достичь живой человек.

Дзадзэн и заблуждение

Саваки-роси:

В разгар ссоры муж и жена не могут увидеть, что их ссора возникает из тех же собственных заблуждений. Если они практикуют дзадзэн, то приходят к ясному пониманию того факта, что ссорятся из-за своих заблуждений.

Утияма-роси:

Мне очень нравилась карикатура Кацуко Икари, студента Токийского университета свободных искусств; она была представлена на соревнование коллегии юмористических рисунков под покровительством газеты «Асахи». На этой карикатуре Адам пытается извергнуть съеденное яблоко, а Ева озабоченно глядит на него, говоря: «Адам, это яблоко ещё не вышло?»

Если бы Саваки-роси увидел эту карикатуру, он сказал бы: «Дзадзэн — такое состояние, в котором надо рвотой избавляться от яблока». Нам не следует думать, что яблоко существовало в далёком прошлом; надо понять, что мы постоянно едим и отрыгиваем это яблоко, например при супружеских спорах. Мы, в силу своего заблуждения, обладаем чувством «я»; и с этим иллюзорным «я» мы беспокоим других своими эгоистическими действиями. Вот что значит съесть яблоко греха. Хотя мы всегда пребываем в заблуждении, мы не осознаём этого. Почему же? Потому что мы полностью погружены в свои заблуждения и обращаемся с ними так, как если бы они являли собой точное отражение реальности.

Когда мы сидим в дзадзэн и успокаиваемся, мы ясно видим всего лишь то, насколько мы заблуждаемся, действительно, дзадзэн — это поза, соответствующая молитве мытаря: «Боже! Будь милостив ко мне грешнику!» (Лк. ХVIII, 13). Когда мы сидим в дзадзэн, мы постигаем иллюзорную природу мысли; не важно, какими бы мощными могли бы быть иллюзии, — но мы не гонимся за ними и не стараемся избавиться от них или воздействовать на них. Таким образом дзадзэн — это поза, являющая собой истинное выражение слов: «Ветхий наш человек распят с Ним…» (Римл. VI, 6). Это чистейшее выражение псалма: «Остановитесь и познайте, что Я Бог» (Пслт. 45, 11).

Бум зрелищного дзэн

Саваки-роси:

Во время периода Тайсё (1912–1926) получил широкую известность Кубуцу Отани,[14] священнослужитель дзёдо-син, школы Чистой земли, потомок её основателя Синрана. Он дал гейше на чай десять тысяч йен. Однако он же написал такое хайку:

«Силы небесные! Патриарх Синран носил бумажную одежду В течение девяноста лет».Это хорошее хайку; но как оно могло быть написано человеком, который дал гейше на чай десять тысяч йен? Я не люблю поэтов, когда они лгут.

Утияма-роси:

В период Тайсё десять тысяч йен составляли для человека целое состояние. Я тоже слышал эту историю об экстравагантном поведении Кубуцу Отани, хотя в то время был только мальчиком. Полагаю, что он вел такую беспутную жизнь, так как забыл, что монах — это нищий с головы до ног. Всё же ему нравилось показывать своё правильное понимание простой и суровой религиозной жизни патриарха.

В чайной церемонии более не наблюдается дух ваби и саби.[15] В наши дни чайная церемония только играет в ваби и саби. Если мы думаем о ней как об искусстве или любимом занятии, которому учат в пансионе благородных девиц, тогда так оно и должно быть. Но нам не следует принимать такую установку по отношению к своей религиозной жизни. Религия должна отражаться в нашей повседневной жизни, а не быть чем-то, просто высоко ценимым на расстоянии.

Мы, люди, оказываемся как-то слишком ленивыми для практики. Нам хочется почувствовать вкус практики, находясь в состоянии невовлечённости, сохраняя одобрительную точку зрения наподобие туристов. Точно так же, как ныне популярны зрелищные виды спорта, нынешний бум дзэн — это бум зрелищного дзэн, бум дзэн как достопримечательности.

У людей имеются стереотипные представления о священнослужителях дзэн как о великолепных, свободных и терпимых, лишённых эгоизма и откровенных людях, подобных персонажам детских сказок. Они знакомятся с храмами дзэн, как с достопримечательностями, находят в них красоту простоты и чистоты. Эти люди улавливают лишь искусство атмосферы. Нет необходимости говорить, что их не заботит религиозная практика.

Саваки-роси:

Эй! На что вытаращил глаза? Не видишь — дело касается тебя?

Бесполезность

Саваки-роси:

Какая польза от практики дзадзэн? Практика дзадзэн бесполезна. Пока она не проникнет в ваш толстый череп, и вы не станете действительно практиковать дзадзэн, она бесполезна, по-настоящему бесполезна.

Утияма-роси:

В течение всей своей жизни Саваки-роси говорил: «В практике дзадзэн нет никакой пользы». В 1941 году я стал монахом, одним из его учеников. Вскоре после этого я спросил его: «Если я буду учиться под вашим руководством и практиковать дзадзэн так долго, как вы сможете учить меня, смогу ли я стать более сильной личностью?» Он немедленно ответил: «Нет, не сможешь, как бы упорно ты ни старался. Я не стал такой личностью, каков я сейчас, благодаря дзадзэн. Я таков по природе. Я не изменился с молодости».

Саваки-роси был нешаблонным и динамичным человеком. Это был тип личности, воплощающей в себе образ древнего мастера дзэн. Когда я услышал его ответ на мой вопрос, я подумал: «Я смогу стать более сильной личностью при помощи дзадзэн. Он сказал, что это невозможно, — но это всего лишь слова!» Убеждённый в этом, я служил ему и продолжал практику дзадзэн, пока он не умер. Мысленно обозревая своё прошлое, я теперь понимаю, что заниматься практикой дзадзэн бесполезно. Я всё ещё робок и никогда не становился хоть немного похожим на Саваки-роси. Фиалка цветёт как фиалка, роза цветёт как роза. Фиалке нет необходимости создавать цветы розы.

Саваки-роси:

Каждый несёт собственную карму; но важно то, что нас всех ведёт Будда. Синдзин-дацураку, или отбрасывание тела и ума, означает, что мы отбрасываем свои «я», верим учению Будды, что нас ведёт Будда.

Импульс данного моментаСаваки-роси:

Иногда поведение одного и того же человека выглядит приятным, а в другое время — ужасным. А вот одно и то же солнце встаёт и садится и в предновогодний вечер, и в день Нового года.

Утияма-роси:

Когда мужчина влюблён в женщину, даже её недостатки для него прекрасны. Всё, что она делает, кажется ему восхитительным. Но после того как у него с ней начинается брачная жизнь, его постепенно утомляют некоторые аспекты её поведения. Он наблюдает за ней и думает: «Вот сейчас она сделает это, а затем сделает то». И вот она делает как раз то, что он ожидал; тогда он чувствует к ней отвращение. Его взгляд на неё начинает меняться; начинает меняться и её взгляд на него. Если они эмоционально незрелы, их взаимоотношения разрушатся. Они истратили все свои нежные чувства во время «медового месяца» — и, в результате их эгоистичного поведения и заявления о несовместимости характеров, они разводятся или начинают любовные истории с другими. Очень трудно не просто увлечься кем-то, а искренне любить этого человека. Романтическая любовь — это экстаз и опьянение; а брак — это жизнь как бы в долгом путешествии. Вам необходимо подниматься и падать на миллионах волн. Что это за миллион волн? Это волны внутри вашего собственного ума. Если вы просто плывёте по течению, действуя согласно импульсам данного момента, вы утонете.

Жить религиозной жизнью дзадзэн — это наблюдать, как ваш ум[16] все время меняется, и обладать устойчивостью, которая не колеблется. В последний день старого года и в первый день Нового года встаёт одно и то же солнце. Когда вы с кем-то поссорились, вам лучше вглядеться и увидеть, что этот конфликт — всего лишь мысль; измените свою ориентировку и приветствуйте новый день.

Саваки-роси:

Если кожа на вашей голове слишком толста, наподобие кожуры райского яблока, вы ничего не сможете усвоить. Если ваша голова слишком проста, наподобие солдатской, вы не сможете быть гибкими. А жизнь должна быть живой и гибкой.

Роза — это роза

Саваки-роси:

Путь Будды — не оказаться сбитым с толку. Он заключается в том, чтобы стать своей ролью до самых костей. Это отношение называется самадхи или сикан. Мы едим пищу не для того, чтобы гадить. Мы испражняемся не для того, чтобы делать удобрения. Но в последние годы большинство людей думает, что вы идёте в среднюю школу, чтобы поступить в колледж, а поступаете в колледж для того, чтобы получить хорошую работу.

Утияма-роси:

Большая ошибка — думать, что страсть к образованию состоит в том, чтобы принуждать детей усердно учиться ради хороших отметок или видеть в экзаменах награду за свои старания, в том, чтобы принуждать детей соревноваться с другими. Когда мы имеем дело с рано развившимися детьми, они могут понять, как глупо соревнование, и совсем бросить учение; если дети чувствительны и застенчивы, они могут из-за этого лишиться мужества и стать невротиками. Дети, которые учатся по принуждению своих родителей и учителей, более или менее туговаты; они напоминают зверят.

Если бы я был школьным учителем, мне хотелось бы сказать моим ученикам, что им не нужно получать хороших оценок или поступать в престижную школу, а следует просто делать то, что в их силах. Естественно то обстоятельство, что фиалка цветёт как фиалка, а роза цветёт как роза. Нет надобности трудиться с мыслью: «Я подобен фиалке, но я не удовлетворён тем, что создаю цветы фиалки; я хочу цвести розами». Если фиалка не может создавать цветы фиалки, жизнь оказывается испорченной, и это нехорошо. Если вы спрашиваете меня о том, кто вы — фиалка или роза, то я не знаю. И вам не нужно решать этот вопрос. На самом деле ваша жизнь — неизвестная возможность. Я сказал бы своим ученикам, что во время часов учения лучше всего дать возможность этим часам расцвести как часам учения, потому что если они будут спать, читать комиксы или раньше времени есть свои завтраки, цветок их школьных часов не раскроется.

Нечистота и невежливостьСаваки-роси:

Худшее в буддизме — это дзэнна, нечистота. Расхаживать с важным видом наподобие президента компании или директора — это нечистота. Очищение от такой нечистоты — самадхи.

Утияма-роси:

Прошлой зимой, как-то вечером, за несколько дней до первой годовщины со дня смерти Саваки-роси, живущий в Антайдзи ученик, собиравшийся стать монахом, пришёл ко мне и сказал: «Прибыл какой-то священнослужитель». И вот я подошёл ко входу и увидел, что там стоит Тайко Фурукава-роси, кантё[17] храма Мёсиндзи. Я сказал: «Вы так добры, что пришли сюда, прошу вас войти». Он ответил: «Я уже возжёг благовонную палочку в память Саваки-роси. Очень сожалею, но сейчас мне надо уйти». Пристыженный, я проводил его до автомобиля.

Фурукава-роси приезжал поддержать Саваки-роси сразу, как тот затворился в Антайдзи. Затем, после смерти Саваки-роси, он дважды приезжал туда и возжигал благовония в память умершего.

Во время его последнего визита я отсутствовал — и всё же не написал ему письма с извинениями. Антайдзи — скромный маленький храм, где редко принимают высокопоставленных посетителей. Когда он впервые приехал навестить Саваки-роси, я сказал ему: «Должен сказать, что мы в Антайдзи не готовы к приёму кантё», — но он не обратил на это внимания. Я не мог не удивиться его фудзэнна, простодушию; возможно, оно было следствием его преклонного возраста (более девяноста лет). В то же время я не мог не удивиться и ученику: когда я пожаловался ему и сказал: «Это был кантё, тебе следовало сразу сказать мне о нём», — он простодушно ответил: «А что это такое — кантё?» Мне показалось, что я был запятнан больше всех, и это очень меня огорчило.

В дзэн есть изречение: «Высокое место должно обладать устойчивостью высокого; низкое место должно обладать устойчивостью низкого». Поэтому, если человек слишком чист, он, вероятно, нарушает порядок человеческого общества и бывает невежлив с людьми. Короче говоря, хотя идеал — это фудзэнна, незапятнанность, мы всегда будем каким-то образом запятнаны. Живя в человеческом обществе, мы беспрестанно раскаиваемся в своей нечистоте, не правда ли?

Саваки-роси:

Не видящие различий — глупцы. А те, кто всегда беспокоится по поводу различий, — посредственности.[18]

Выдумка

Саваки-роси:

В уме человека всегда существует какая-то спутанность. Следовать любому «изму» — значит быть фанатичным. Если вы фанатичны, вы не сможете увидеть буддхадхарму, как бы близко к вам она ни находилась.

Мысль — не что иное, как выдумка. Буддхадхарма — всё, что существует до того, как мы выдумываем разные истории.

Утияма-роси:

Саваки-роси прилагал напряжённые усилия к тому, чтобы учить буддхадхарме живыми, современными, повседневными выражениями. Он всегда говорил нам: «Благодаря озорным студентам Пятой Высшей школы в Кумамото я не стал священнослужителем во влиятельных кругах буддизма. И когда я оказываюсь перед молодыми студентами, стоит мне воспользоваться буддийскими терминами или начать цитировать места из буддийских писаний, как они начинают зевать. А если я буду продолжать действовать таким образом и не обращу внимания на их реакцию, они не придут ко мне».

Буддийские термины и цитаты из буддийских писаний — это только перечисление знаков, это лишь мысли других людей, выраженные в словах.

И вот эти молодые студенты чувствуют, что в них нет дыхания жизни. Причина упадка японского буддизма заключается в том, что ему учили, пользуясь только неподвижными формами. Любой «изм», каждая идеология — это только жёстко формализованная система мысли; хотя, может быть, некоторые из этих систем не так сильно кодифицированы, не так стереотипны, как буддизм в Японии.

Первоначальная буддхадхарма не есть нечто, созданное человеческой мыслью. Прежде чем мы попытаемся стать творческими личностями, нам мало открыть «Я» и неуклонно и с постоянством осуществлять свои действия. В буддизме сказано: «Не будьте привязаны даже к Будде или к дхарме». Это означает, что практиковать буддхадхарму — значит быть свободными от привязанности к какой-либо идее, к какому-либо «изму», и свободно пользоваться жизнью — именно сейчас.

Своекорыстие

Саваки-роси:

Делать добро! — это может оказаться дурным действием. Есть люди, которые делают добрые дела, чтобы покрасоваться.

Утияма-роси:

Предположим, кто-то посещает лепрозории и противотуберкулёзные санатории с подарками и говорит: «Мне хотелось бы помочь вам пройти медицинское лечение с наименьшими затруднениями». Затем он выставляет свою кандидатуру в парламент и заявляет: «Здравствуйте! Я поддерживаю ваших пациентов пожертвованиями, и если добьюсь места в парламенте, помогу вам создать благоприятные условия для работы». И вот этот человек добивается места в парламенте и делает усилия, чтобы создать благоприятные условия для лечения этих больных; но в то же время он кладёт в карман комиссионные и обогащается. Так поддерживает ли он этих пациентов или эксплуатирует их? Это очень деликатный вопрос. Сожалею, что такой способ действий принят в человеческом обществе. Вам надо самим судить о себе, — вообразите, что вы в одиночестве стоите перед Богом и получаете Его приговор.

Причина, по которой мы сейчас всегда оказываемся разочарованы в политических деятелях (в Японии), состоит в том, что там едва ли найдется хоть один человек, похожий на тех, кто посвящал себя политике в эпоху Мэйдзи или в ранние годы Тайсё. А сейчас большинство людей занято политикой по эгоистическим причинам.

То же самое и с религией. Всё зависит от того, как человек верит в религию — или он обращается к ней, чтобы улучшить себя, или он освобождается от ума, желающего получить нечто. Первый — это еретик, который эксплуатирует Бога и Будду; второй — истинно религиозная личность. Когда вы видите кого-нибудь, кто простирается перед Богом или перед Буддой, кто искренне молится, невозможно узнать, истинна или ложна его вера. Всё зависит от конечного объяснения его действий. Даже если это святой человек, почитаемый многими, положение не меняется.

Саваки-роси:

Все мы должны размышлять над собой с открытыми глазами, размышлять о том, чем мотивированы наши действия. Так или иначе, пока мы не знаем этого, мы беспокоимся о своей внешности подобно эстрадному артисту. Если наша практика похожа на выступление перед публикой, она не может быть такой религией как буддхадхарма.

Быть безупречным

Саваки-роси:

Наша жизнь усложнена. Бывают времена войны, когда с неба низвергается огонь; бывают времена, когда мы днём дремлем над котацу.[19] Иногда нам приходится работать всю ночь, иногда мы расслабляемся и пьем сакэ. Буддхадхарма — это учение Будды о том, как справляться с этими разными ситуациями.

Утияма-роси:

Говорят, что Мусаси Миямото[20] никогда не принимал ванны — потому что принимая ванну, он стал бы уязвимым. Если вы хотите стать действительно хорошим мастером в каком-то искусстве, вы должны иметь сильную волю и упорно тренироваться, как это делал он. Но для большинства людей сделать это невозможно.

Некоторые люди упорно стараются практиковать дзадзэн, полагая, что дзэн представляет собой культивирование нашей воли и самодисциплину. Их практика может стать впечатляющей; но её нельзя будет назвать религиозной; это не будет дзадзэн как религия, не будет нечто такое, что может практиковать каждый человек. Саваки-роси всегда учил нас быть безупречными; но он не подразумевал под этим особого рода преувеличенной осторожности, при которой человек никогда не принимает ванны. То, что он имел в виду, — это способ прожить свою жизнь, её бурные и спокойные дни, — всегда под покровом Будды.

На днях ко мне пришёл один человек и сказал, что ему хотелось бы приходить сюда чаще и практиковать дзадзэн под моим руководством. Но Антайдзи находится слишком далеко от его дома, чтобы регулярно практиковать дзадзэн именно здесь; и он сказал, что желает продолжать практику дома и хочет узнать, как избежать неправильной практики дзадзэн. Я сказал ему, что если его жена и дети скажут: «Папа стал хорошим с того времени, как начал сидеть в дзадзэн», — его дзадзэн окажется правильным.

Саваки-роси:

Часто бывает так, что человек считает, будто только он прав, несмотря на то, что вся семья его ненавидит. Пока вы думаете, что только вы правы, вы не правы, — не говоря уже о практикующем мирянине, который гордится своим «сатори», но ненавидим своей семьёй.

Догэн-дзэндзи

Саваки-роси:

Одна причина, по которой Догэн-дзэндзи остаётся столь обаятельным, состоит в том, что он понимал буддхадхарму как «Я», а не как сказку для посредственных личностей.

Утияма-роси:

Что привлекало меня к Догэну-дзэндзи — так это его утверждение: «Изучать путь будды — значит изучать себя». С того времени как мне исполнилось шестнадцать или семнадцать лет, я испытывал затруднения в своей жизни и начал изучать западную философию и христианство. После того как я нашел труды Догэна-дзэндзи, я почувствовал сильное желание стать монахом его школы. Я был вполне счастлив, имея возможность учиться у Саваки-роси, который со своей современной восприимчивостью понимал буддизм Догэна-дзэндзи как начинающийся с «я». Теперь я могу видеть истину в христианстве и в школе буддизма Чистой Земли. Я думаю, что я не мог принять их в молодости; это было вполне естественно, потому что исходный пункт этих учений, как мне казалось, требовал веры в Искупление Креста или в спасительную силу Обета Амитабхи. Я не мог понять, какое отношение это имеет к моей собственной жизни.

Если, отказываясь от своего интеллекта и способности рассуждать, мы верим рассказам о людях прошлого потому, что эти рассказы написаны в Библии или в священных писаниях, тогда мы должны также верить рассказам о сверхчеловеческих существах, которые жили в прошлом, потому что о них написано в книгах. Это только один пример современного взгляда на дело. Современные люди не перестают говорить: «Поскольку интеллект — это также функция «я», нам не следует от него отказываться». В большинстве своём люди так любят спорить; они так тупы и низменны. Причина, по которой Догэн-дзэндзи может убедить даже таких придирчивых, тупых, низменных людей начать практику дзэн, заключается в том, что он учит нас тому, что изучать путь будды — значит изучать себя. Учение Догэна-дзэндзи убеждает людей в том, что хотя рассудок являет собой одну из функций «я», это «я» нельзя постичь рассудком. Этот факт ведёт к истине «я» превыше разума.

Ценность вещей

Саваки-роси:

Когда вы не больны, вы забываете о своём теле. Когда мои ноги были сильны, я ходил или бегал, не беспокоясь о них. В последнее время мои ноги, кажется, оказались моей самой главной проблемой. Когда же вы здоровы, вы просто работаете, забывая о своём здоровье.

Если что-то гнетёт ваш ум, значит здесь ошибка. Если не возникает синпо,[21] значит с вами не происходит ничего заслуживающего внимания.

Мои проповеди вызывают у некоторых слушателей критику. Они говорят, что мои проповеди пусты, что в них нет святости. Я согласен с ними, потому что сам я — не святой. Учение Будды ведёт людей к такому месту, где нет ничего особенного.

Люди часто принимают веру за своего рода экстаз или опьянение; это неправильное понимание. Существуют иллюзии и опьянения, которые кажутся священными. Истинная вера должна отрезвлять от такого опьянения.

Утияма-роси:

Какая вещь важнее всего в жизни? Многие люди ответили бы: «Деньги!» Но для нас деньги — не самая важная вещь. Это, во-первых, воздух; затем — вода, температура, свет, пища и т. д. Деньги в этом списке далеко внизу. Поскольку наша страна осчастливлена воздухом и водой, мы, японцы, совершенно забываем о ценности воздуха и воды. И более, эти воздух и вода должны быть чистыми, без запаха или вкуса. Это должны быть вещи, в которых нет ничего особенного. Вот это «ничего особенного» настолько естественно, что мы не понимаем, что тут — важнейшая вещь в жизни.

Проявить нашу жизнь как жизнь, ничем не загрязняясь, не увлекаемыми, не подталкиваемыми, — это существенное учение буддизма. Короче говоря, учение Будды ведёт людей к такому месту, где ничто не имеет значения. Жизнь, основанная на буддхадхарме, означает жизнь отрезвления от всех форм опьянения.

Обусловленная точка зрения

Саваки-роси:

В «Дзёюйсики-рон»[22] сказано: «Найсики (функция ума, воля, созидание) поворачивается, и кажется, будто вселенная раскалывается надвое». Когда возникает изначальное сознание, нам кажется, что субъект («я») и объект (этот мир) существуют отдельно друг от друга. Мы начинаем суетиться, гнаться за некоторым объектом или убегать от него. Странная вещь — заблуждение.

Утияма-роси:

Я часто слышу, как женщины, служащие офисов, говорят: «Трудность не в работе, а в человеческих взаимоотношениях в офисе». Полагаю, это правильно. Трудность работы в офисе — это не просто количество труда. Если у вас много работы, вы можете справиться с ней, работая по ночам или в праздники. Но с человеческими взаимоотношениями в офисе, с людьми, которых вы не выносите и которые ежедневно стоят у вас перед глазами, вы не сможете справиться, работая сверхурочно.

Я думаю, существует два вида людей, которых мы не можем выносить. Есть люди особого рода, о которых говорят: «Я чувствую неловкость по отношению ко всему, что он делает, потому, что он всегда старается угодить боссу». О людях другого рода говорят: «Он ненавидит всё, что я делаю». Так или иначе, вы приходите в соприкосновение с людьми, которые ежедневно вас раздражают. И вот наконец вы более не в силах выносить это положение и взрываетесь гневом — или удерживаете в себе хроническое недовольство и делаетесь безумным. Когда существует личность, которая вас раздражает, это происходит не потому лишь, что перед вами появляется этот человек, — но также из-за вашей обусловленной точки зрения. Мы должны вполне понимать это.

Если у нас хороший аппетит, наше внимание привлекает вкусная пища. Если мы чувствуем сексуальное желание, наше внимание привлекают лица противоположного пола. Иными словами, мир, реагирующий на эти условия, появляется перед нами только тогда, когда существуют аппетит и сексуальное желание. Когда возникает найсики, индивидуальная жизненная сила, называемая «я», появится мир, который видит «я» в соответствии с моим обусловленным сознанием; видя его, я стремлюсь к объектам, которые в нём воспринимаю, или убегаю от него.

Действительность

Саваки-роси:

Часто мы говорим: «Я видел это собственными глазами» или: «Я слышал это собственными ушами». Но на эти глаза и уши нельзя положиться. Все мы оказываемся обмануты своими глазами, ушами, носами, языками, телами и мыслями.

Мы также часто болтаем о счастье и несчастье, но это — всего лишь преходящие чувства.

Утияма-роси:

Однажды сюда явился студент; он начал свои расспросы, спросив меня, поддерживаю ли я систему императорской власти, в тот же миг я понял, что это глуповатый парень, заражённый реакционными идеями. Ныне в системе императорской власти нет ничего правильного или неправильного; но установка этого студента как будто заключалась в том, что эта система является основной проблемой, и только определив моё отношение к ней, мы сможем начать разговор о других вещах. Это вызвало у меня смех.

Во время студенческих волнений семидесятых годов многие люди думали, что разговоры о волнениях — это реальность волнение. Во время харакири Юкё Мисимы многие думали, что разговоры о Юкё Мисиме — это реальность Юкё Мисимы. Революции и войны развиваются из обусловленных взглядов людей подобного рода. Эти люди далеки от реальности. Какой галлюцинаторной оказывается их жизнь!

Саваки-роси:

Люди часто говорят: «Реальность, реальность!» — но это всего лишь сновидение. Это реальность во сне. Люди считают революции и войны чем-то поразительным, но это только случаи борьбы во сне. В момент смерти вы, возможно, ясно поймёте: «О! Это был просто сон».

Когда вы спите, трудно увидеть, что вы спите. Если вы ущипнёте себя за щеку, вы чувствуете боль; и эта боль также существует и во сне. Мы взаимодействуем друг с другом во сне; поэтому мы не признаём сон за то, чем он является.

Каждый погружён в собственный сон. Проблема состоит в расхождениях между снами.

Отказ от чувства «я»

Саваки-роси:

Человек не может поддерживать себя только при помощи самого себя. И только когда он отбросит идею «я», он естественно станет таким «я», которое соединено со вселенной.

Утияма-роси:

В своей повседневной жизни, когда мы хотим поговорить о чём-нибудь, мы говорим об этом свободно. Когда мы хотим куда-то пойти, мы вскоре оказываемся уже на пути. Как только у нас появилось намерение овладеть чем-то, мы обнаруживаем, что схватили эту вещь. Наши руки, ноги и язык работают так свободно, что у нас не возникает никакого сомнения в том, что наши мысли являются единственными хозяевами тела, что эти мысли и есть само «я». Но когда мы пытаемся измерять и устраивать всё при помощи одной лишь мысли, мы обнаруживаем, что вещи не действуют как следует; и в конце концов мы страдаем. Например, я могу сколько угодно наедаться вкусной и обильной едой, поставленной передо мною; но если я захочу быстро и плавно переварить её, мой желудок может оказаться неспособным на это. При желании я могу принять какое-нибудь лекарство или обратиться к врачу, чтобы помочь своему пищеварению; это возможно. Но в ситуации, где врач ничего не может сделать и где не помогает лекарство, я более не могу делать то, что хочу, и мне приходится страдать.

Когда мы тщательно рассматриваем эти факты, мы приходим к пониманию того обстоятельства, что наши мысли не являются хозяевами наших тел, что не является таким хозяином и само «я». Лучше думать о мыслях как о выделениях, вырабатываемых мозгами, — просто так, как слюнные железы вырабатывают слюну, а желудок — желудочный сок. Во всяком случае, чувство «я», которое создаётся мыслью, не является хозяином индивида.

Если вы понимаете, что ваши действия не основаны на одной лишь мысли, вы освобождаетесь от мысли. Достаточно странно — думаете вы об этом или нет, но тяжёлая пища полностью переваривается у вас в желудке. Когда мы спим, мы продолжаем дышать с необходимым числом дыханий в минуту, и «я» продолжает жить. Что же всё-таки такое это «я»? Я не могу не почувствовать, что это «я» есть сущность, связанная со вселенной. Весной из почвы выходят побеги. Осенью листья меняют цвет и падают на землю. Все эти явления суть выражения жизненной силы истинного «я».

О жизненных тревогах

Саваки-роси:

Я не могу помочь человеку, не способному жить без денег.

Утияма-роси:

Лет десять назад к нам с визитом как-то пришёл управляющий одного из крупнейших банков, находящегося в центре большого города. Он открыл мне свои душевные мучения. «Приближается время ухода на пенсию, — сказал он, — я старею; и это так меня тревожит, что я не могу спать». Против воли я возразил ему: «Вы желаете слишком многого! Из всех людей вы получаете самое большое жалованье ежемесячно, а также регулярно получаете премиальные. Поэтому я уверен, что у вас есть сбережения. Посмотрите на моё положение. У меня никогда не было твёрдого дохода. У меня нет никаких сбережений. Каждый день я, как бродячая собака, хожу просить милостыню. Я проживаю жизнь с мыслью: «Так или иначе, если этот день проходит, — всё в порядке». И сколько бы лет я ни продолжал такой образ жизни, я никогда не получу ни премии, ни выходного пособия, не получу и пенсии. Вашу тревогу по поводу старости нельзя сравнить с моей. Ваша идея состоит в том, чтобы сначала подсчитать, сколько лет вы ещё проживёте, а затем умножить на это число ваше жалованье и премии. Если вы увидите, что у вас будет необходимая сумма денег, тогда вы почувствуете себя в безопасности. Но почувствовать себя в безопасности таким образом невозможно; поэтому у вас не остаётся ничего, кроме чувства нервозности».

«Личность, которая считает себя очень важной и живёт с мыслью: «Я, я, я…», не может быть удовлетворённой своей жизнью. Каждый думает, что если он изо всех сил постарается сделать жизнь более лёгкой, ему это удастся; но тогда беспокойство по этому поводу становится проблемой. Подобные люди обычно страдают больше других. Это довольно странно. Пропорционально своей заботе о себе, такой человек не может перестать думать, что дела в этом мире никогда не идут так, как того от них хочет он; он чувствует подавленность и озабоченность, а его тревоги всё возрастают. Если вы увидите, что этот мир существует не только для вас, если отбросите свой эгоцентризм, тогда вы, возможно, сумеете по достоинству оценить те хорошие вещи, которые вы получаете, — как раз так, как это бывает при милостыне».

После разговора с ним я подумал: «Для некоторых людей страдание — это роскошь».

О благодеяниях

Саваки-роси:

Небо и Земля отдаются. Воздух, вода, растения, животные и люди отдаются друг другу. Именно в этой взаимной отдаче друг другу мы в действительности живём. Цените вы это или нет — но это правда.

Мир, в котором люди дают и получают вещи, не говоря: «Дай мне это!» — поистине, прекрасный мир. Он отличается от мира драки из-за вещей. Он обширен и не имеет границ.

Утияма-роси:

В Библии сказано: «Не две ли малые птицы продаются за ассарий? И ни одна из них не упадёт на землю без воли Отца вашего» (Мтф. Х, 29). 99,9 % наших потребностей приходят как дар неба и земли, как дар десяти тысяч вещей, как дар вселенной; а 0,01 % нужных нам вещей может стать объектом жадности. Воздух, свет, температура, вода и т. п. — все эти вещи, которые мы получаем с самого рождения, не только необходимы для жизни человека, они представляют собой благодеяния. Только когда мы увидим, что никогда не оказывали услугу вселенной, но, тем не менее, получаем от неё неизмеримые благодеяния, без которых не смогли бы выжить, только когда мы уменьшим свою жадность к этой доле в 0,01 % нужных нам вещей и будем проживать свою жизнь с искренним намерением делать всё, что можем, для всех и каждого, — только тогда мы обнаружим перед собою обширный и спокойный Путь.

Саваки-роси:

Служите Десяти Предписаниям с установкой: «Я ничего не жажду!» Это огромное приношение.

Утияма-роси:

Прежде чем стать монахом, я смотрел на мир столкновений и борьбы из-за денег, — и чувствовал, что он меня душит. К счастью, я встретил Саваки-роси, который являл собой живой пример принципа: «я ничего не желаю»; и я пришёл к пониманию того факта, что и я тоже могу жить без страстных желаний вещей и без отчаянной борьбы с другими из-за денег. Я благодарен ему за то, что он показал мне образ жизни, свободный от давления, показал, как можно свободно дышать — подобно рыбе, вернувшейся в воду. И я старался прожить жизнь с надеждой на то, что когда-нибудь смогу быть живым примером принципа «мне ничего не нужно», что смогу верно служить Десяти Предписаниям.

Связь с целой Вселенной

Саваки-роси:

Дзадзэн — это способ, которым вы можете связаться со всей Вселенной.

Самадхи — это постоянный труд для всех живых существ в каждое мгновение, жизнь, как целая Вселенная.

Получить сатори никоим образом не значит уйти в какое-то особое место; это значит — быть естественным.

Утияма-роси:

Саваки-роси часто упоминал о «я», связанном со Вселенной, о «я» всей Вселенной или об универсальном «я». Слушая эти его слова, кто-нибудь может подумать, что, сидя в дзадзэн, мы можем почувствовать, как будто наше тело и ум приобретают размеры Вселенной. Но он имел в виду не это. Если во время дзадзэн вы действительно это чувствуете, имеет место заблуждение, макё,[23] — ибо буддизм никогда не обсуждает размеры пространства. Пока вы сравниваете большое и малое, у вас существует непродуманная точка зрения. Оставить свои ограниченные, эгоцентричные мысли — таков единственный путь к тому, чтобы жить жизнью, связанной со Вселенной, именно сейчас, именно здесь.

Саваки-роси:

Для рыбы невозможно сказать: «Я проплыла всю воду», и для птицы невозможно сказать: «Я облетела всё небо». Но рыбы действительно проплывают всю воду, а птицы действительно облетают всё небо. И медака[24] и киты плавают по всей воде. Речь идёт не о количестве, а о качестве. Мы работаем руками и ногами в радиусе всего трёх футов — и работаем в целом небе и на целой земле.

Утияма-роси:

Когда вы идёте в баню, баня оказывается для вас целой Вселенной. Итак, существует способ выкупаться, связанный с целой Вселенной: если вы внимательны к находящимся там людям, если думаете о людях, которые придут позднее, если, купаясь, никого не беспокоите, — это и есть способ выкупаться, связанный с целой Вселенной. Поездка на трамвае, работа на своём месте, домашняя жизнь — всё это необходимо найти внутри пути, который связан с целой Вселенной. Прежде чем мы дойдём до структурирования таких видов деятельности, как этикет или мораль, мы должны увидеть, как они спонтанно возникают из динамизма самой жизни.

Саваки-роси:

Поскольку все вещи представляют собой содержание «я», мы должны вести себя осмотрительно, считаясь с чувствами других людей.

Истинное «я» — не продукт мысли

Саваки-роси:

Истинное «я» — не то «я», которое является продуктом мысли. Вот именно!

Утияма-роси:

В своих «Аналектах» Кун-цзы сказал: «Не хочу ничего говорить. Четыре времени года проходят и возвращаются, растут сотни вещей. Что говорит Небо?» Это кажется не похожим на другие слова Кун-цзы. Но когда я думаю об этом изречении как об отражении состояния ума, которого он достиг в свои последние годы, оно не кажется мне странным.

А вот стихи Рёкана:

«Что могу я оставить в наследство? Весной — цветы, Летом — кукушку, А осенью — листья клёна».

Если вы взглянете на слова Кун-цзы и Рёкана в свете выражения Саваки-роси — «истинное «я» — не то «я», которое является продуктом мысли», — вы, возможно, придёте к пониманию того, что они означают.

Как раз потому, что сущность «я» пребывает за пределами мысли, её невозможно определить. Разве вы не видите, что истинное «я» выходит за пределы человеческого сознания? Это та сущность, которая связана со вселенной. Это «четыре времени года», которые «проходят и возвращаются», это «весной — цветы, летом — кукушка, а осенью — листья клёна». Это «я» — не то «я», которое завидует чужому счастью и радуется печали других, думая: «Почему со мной никогда такого не случалось?» или: «Хорошо! Со мной этого не случилось». Это такое «я», которое радуется счастью других и печалится при их несчастьях.

Саваки-роси:

Рассуждения о корне заблуждений имеют место после того, как возникает «я».

Большинство людей жалуется на занятость. Чем же они заняты? Они заняты потому, что захвачены своими мирскими желаниями. Это и всё.

Выяснено реальное состояние вещей (первичное существование, дзиссё), разрешено, улажено. Ничто не находится под угрозой, нет никакого источника заблуждения.

Чрезмерная информация и богатство жизни

Саваки-роси:

Когда вы примете преходящий мир как содержание дзадзэн, вы, может быть, увидите буддхадхарму со всей ясностью, и ваша жизнь станет богаче. Сколько бы вы ни страдали, в этом преходящем мире вы не сможете обогатить свою жизнь.

Утияма-роси:

Одна женщина как-то сказала мне: «Вы знаете так много о жизни, хотя большую часть времени остаётесь в своём храме». Интересно, как это её утверждение может быть верным; может быть, немногие люди моего возраста способны оставаться столь же наивными в этом мире, как я. До настоящего времени (а мне шестьдесят лет) я работал по найму только полгода; всё остальное время я не имел ничего общего с миром, а прожил жизнь, занимаясь дзадзэн, собирая милостыню, убирая храм, очищая сад от сорняков, заготавливая дрова и приготовляя еду. Я читал газеты, но у меня не было ни радио, ни телевизора и потому нет причины, по которой я должен знать о том, что происходит в обществе. Но в сравнении с теми людьми, которые приходят ко мне за советами относительно своих затруднений или рассказывают, что на них произвели впечатление мои печатные труды, кажется, что я знаю о человеческом обществе больше, чем знают люди, живущие в этом мире.

Каждый день люди получают так много информации и переживают столь значительное возбуждение, оказываются настолько парализованы всей этой информацией, что не могут усмотреть логическую связь событий с коренными причинами вещей. Они часто видели по телевизору яростные дебаты в национальном парламенте, и их внешние чувства немели от этого зрелища. А теперь они просто смотрят телевизор и думают: «Ну, наш парламент — это ещё то место!» Если же вы ведёте жизнь дзадзэн в храме и не смотрите телевизор, и если вам случится увидеть такую сцену, вы, естественно, будете удивлены. Увидев, что даже в национальном парламенте проблемы решаются в духе того отвратительного насилия, которое вы могли бы найти в Камагасаки, одной из самых больших трущоб Осака, — вы пришли бы к пониманию того факта, что этот мир — абсурдное место. Если вы живёте в шумной ситуации, вы перестаёте замечать шум; если же вы находитесь в спокойном месте и ведёте жизнь дзадзэн в храме, вы, пожалуй, сможете увидеть истинное лицо этого мира.

Саваки-роси:

Если вы не увидите «человеческое» со сверхчеловеческой точки зрения, вы никогда не поймёте истину.

То, что проживает мою жизнь, — это только я самСаваки-роси:

Насколько вы можете видеть, есть только вы — и ничего другого, кроме вас. Вам нельзя попросить кого-то разделить вашу усталость или пережить за вас вашу боль.

Утияма-роси:

Недавно произошёл случай, когда какой-то мужчина уговорил несколько молодых женщин отправиться с ним в автомобильную прогулку; затем он избил их и убил. Почему он совершил такой поступок? Он попал в тюрьму; а когда по истечении срока наказания его освободили, он обнаружил, что его оставила жена, а общество сочло отверженным. Кажется, мотивом этого преступления было мщение. В газете сообщалось, будто он сказал, что хотел показать людям, каким плохим может стать человек, отверженный семьёй и обществом. Выйдя из тюрьмы, он решил стать возможно более дурным.

Не знаю, какими были обстоятельства, в которых он вырос; но подобную установку можно часто увидеть у чрезмерно охраняемых детей. Чрезмерно опекаемые дети никогда не приучаются контролировать свои желания естественно, они переживают крушение. Поскольку родители всегда мирятся с их ошибками, они вырастают, никогда не усвоив того правила, что только мы сами проживаем свою жизнь. Когда они попадают в какую-то дорого обходящуюся неприятность, из которой родители не в состоянии их вытащить, они думают: «Ладно, постараюсь быть как можно более дурным». Они действуют, бросая вызов родителям и обществу, разрушают свою жизнь — и этим уничтожают то, что является истинно существенным.

Эти чрезмерно охраняемые дети судят о себе только по отношению к другим; и они неспособны прийти к истинному «я», к решению: «Я буду жить собственной жизнью». Когда они переживают затруднения, они не могут выдержать своих беспокойств; им не хватает гибкости, необходимой для того, чтобы вновь обрести почву под ногами. Так как нам невозможно прожить жизнь без ошибок и проблем, я надеюсь, что мы будем обладать ясностью, необходимой для того, чтобы выдержать свои трудности при встречах с тяжёлыми ситуациями, надеюсь, что мы сумеем вновь обрести точку опоры, зная, что обладаем жизненной энергией, которая позволяет нам сделать это. Опять я повторяю: то, что проживает мою жизнь, — не что иное, как я сам.

Грабитель прокрался в пустой дом

Саваки-роси:

Однажды некий монах спросил Рюгэ: «Что получал древний муж, приводящее к концу его деятельность?» Рюгэ отвечал: «Это как если грабитель прокрался в пустую комнату». Поскольку грабитель пролез в пустую комнату, он не сможет ничего украсть. Нет необходимости убегать. Никто за ним не гонится. Ничего, совсем ничего. Хорошо знайте: совсем ничего.

Сатори подобно «грабителю, прокравшемуся в пустой дом». Нечего красть. Ему нет необходимости убегать. Никто за ним не гонится. Он не находит удовлетворения в пустом месте.

Утияма-роси:

Саваки-роси часто говорил о грабителе, прокравшемся в пустой дом. Один из его слушателей записал слова, сказанные Саваки-роси: «Когда вы практикуете дзадзэн, вы не должны делать этого подобно грабителю, прокравшемуся в пустой дом, потому что при этом вы ничего не получаете». Когда я прочёл это, меня совершенно изумило его непонимание. Могу себе представить реакцию Саваки-роси, если бы он был жив и прочёл эту запись. То, что говорят буддийские писания, то, что они должны говорить, целиком и полностью отличается от обычной литературы и дискуссий. Поэтому для вас очень важно внимательно слушать учителя и читать писания со спокойным умом. Мне хотелось бы посоветовать вам не пытаться понять их самостоятельно.

Эти слова — «грабитель, прокравшийся в пустой дом» — представляют собой современный перевод слов Рюгэ: «Как если бы разбойник украдкой влез в пустое помещение»; перевод принадлежит Саваки-роси. Это также ответ на вопрос: «Где находится место, в котором мы прекращаем всю свою деятельность?» — или: «Где в нашей жизни находится истинное убежище?» Хотя, приложив все усилия, вор прокрался в дом, оказалось, что там нечего красть, нет никого, кто гнался бы за ним, нет надобности спасаться бегством. В этом пустом доме нет ничего — есть «я», которое и есть только «я».

В такое время не существуют ни отдача, ни взятие, ни отношения с другими, так что вы, возможно, не испытаете воодушевления; возможно, вы почувствуете, что чего-то не хватает. Но сатори, окончательное место, где мы утверждаемся в своей жизни, состоит в том, чтобы принять основную установку: «То, что живёт моей жизнью, — не что иное, как я сам». Сатори состоит только в том, чтобы утвердиться здесь и сейчас.

Поступок вора и поступок будды

Саваки-роси:

Однажды кто-то пришёл ко мне и спросил: «Когда мы сидим в дзадзэн, может быть, верно, что мы проявляем будду, как вы это говорили. Но когда мы не практикуем дзадзэн, разве тогда мы остаёмся всего лишь обыкновенными людьми?» Если бы всё обстояло таким образом, как вы тогда думаете: когда вы крадёте что-нибудь, вы оказываетесь вором, а когда ничего не крадёте, вы не вор? Вы можете есть рис для того, чтобы совершить ограбление, или для того, чтобы практиковать дзадзэн. Это одно и то же, или здесь есть различие? Хотя человек иногда крадёт что-то только раз, общество отвергает его; но хотя человек сидит в дзадзэн в течение только одного периода, он практикует дзадзэн навсегда.

Как могло бы быть, что грабителем оказывается только Гоэмон Исикава, а тот, кто совершает воровство в силу импульса данного момента, — это не вор? Каждый, кто совершает кражу под влиянием данного момента, конечно, является вором. Точно так же не только Шакьямуни Будда является буддой, но также и тот, кто, подражая будде, сидит в дзадзэн, есть будда.

Утияма-роси:

Когда Саваки-роси говорил о дзадзэн, он часто упоминал о «поступке вора» и о «поступке будды». Мне хотелось бы рассмотреть его объяснение поступка вора и поступка будды, потому что оно проясняет различие между мирским и религиозным взглядами на жизнь.

Несмотря на то что мы, возможно, более или менее обладаем взглядом будды на жизнь и характером будды, если мы, под влиянием мгновенного импульса, совершаем кражу, подражая Гоэмону Исикаве, тогда, как с мирской, так и с религиозной точки зрения, мы совершаем поступок вора навеки. Кроме того, в обществе против преступника применяют силу закона и относятся к нему холодно и с подозрением в течение всей оставшейся у него жизни.

С другой стороны, с точки зрения религии, даже если вы крадёте что-нибудь в силу мгновенного импульса, вы совершаете преступный акт, который длится вечно; но на этом история не заканчивается. Если даже человек в результате своего преступного действия оказался запятнан предыдущим осуждением, но он, подражая Шакьямуни Будде, совершает поступок будды, каким будет результат? Хотя он в большей или меньшей степени обладает преступным взглядом на жизнь и преступным характером, его поступок будды оказывается причиной его вечного спасения. Действовать или в качестве вора, или в качестве будды, — это значит проявлять вечного вора или вечного будду здесь, в этот самый момент. Поэтому даже для злейшего преступника существуют врата к спасению.

В чём же заключается основное различие между светским миром и миром религиозным? В светском мире люди судят и оценивают друг друга. В религиозном мире взаимоотношений с другими людьми нет. Это мир «реальности «я»» и того «я», которое есть только «я». В том мире, где люди судят друг друга, есть люди высшие и низшие, хорошие и дурные; но реальность жизни не так проста. В религиозном мире, как реальности жизни, никто не может быть вором с головы до ног, и никто не может быть буддой с головы до ног. Как бы плохо человек себя ни вёл, он может быть избавлен от своего греха, если раскаивается в нём и приходит к познанию своего истинного «я». Даже такой великий человек, как Шакьямуни Будда, не может сберечь свои хорошие поступки для будущего — и не может быть постоянным буддой.

Если мы в данный момент подражаем поступку вора, мы становимся ворами. Если мы в данный момент подражаем поступку будды, мы становимся буддами. Каким бы ни было наше прошлое, нам следует действовать как будда именно сейчас, именно здесь. Это и только это является истинным направлением человеческой жизни.

Саваки-роси:

Дзадзэн не есть нечто такое, что вы можете накапливать. Синран отвергал идею накопления нэнбуцу. В буддизме син практика сбережения называется дзирики кондзё, «дух собственной силы». Представьте себе, что кто-то говорит: «С ранней юности я был честен; и только недавно я перестал быть честным и начал красть у других». Вы не можете сберегать свои добрые дела.

Подражая Гоэмону Исикаве, вы становитесь вором в тот самый момент, когда у кого-то что-то крадёте. Подражая будде, вы становитесь буддой, когда сидите в дзадзэн.

Танец «Что я собираюсь сделать?»

Саваки-роси:

Есть несколько стихов из пьесы: «Что я собираюсь сделать? Что я сделаю? О! Что же я сделаю?» Для меня нет никакой необходимости спрашивать: «Что я собираюсь сделать?» — потому что я вижу, что это не имеет значения.

Утияма-роси:

Этот мир — такое место, где каждый извивается подобно личинке комара в болоте, говоря: «Что я собираюсь сделать? Что я сделаю? О! Что же я сделаю?» Корень этого танца — карма. Одним словом, карма — это любое действие, которое мы совершаем, чтобы удовлетворить свои желания. Мы действуем как хотим в соответствии со своими желаниями; и только тогда, когда дела складываются именно так, как нам хочется, мы ухмыляемся. Всякий же раз, когда дела складываются не так, как нам хочется, мы прыгаем и восклицаем: «О! Что я сделаю?»

Но фактически удача и неудача, счастье и несчастье, правильное и неправильное, хорошее и дурное в этом мире не таковы, какими вы судите о них в соответствии со своими желаниями. Эти желания — не то, что вы слышите от других, не то, о чём вы думаете. Если вы действительно увидите этот факт, вы не сможете не потерять доверие к собственным мелким мыслям и мнениям. И, потеряв доверие к своим мелким мыслям и мнениям, вы в конце концов перестанете задавать вопрос о том, «что я сделаю?» — и придёте к пониманию того, что установка «не имеет значения» правильна. В такое время источником страдания оказывается ум, который задаёт вопрос: «Что я сделаю?»; но когда вы поняли, что установка «не имеет значения» правильна, этот ум странным образом совершенно исчезает. Страдание — это крушение желания; поэтому всякий раз, когда мы действуем в соответствии с желанием, перед нами, подобно облаку, появляются мука и страдание.

Саваки-роси:

Хотя Амитабха всегда говорит нам: «Всё хорошо! Не тревожьтесь! Никто из людей не потеряет свой путь; не раздражайтесь!» — всё же человечество всегда кричит: «О! Нет! Это нехорошо!»

Удача и неудача, богатство и бедность, хорошее и дурное в этом мире — люди поднимают из-за этого такой шум. Мир по ту сторону различения — это хисирё, это освобождение от человеческой мысли.

Постановка целей в пустоте

Саваки-роси:

Люди могут шагать в любом направлении — на восток, на запад, на юг или на север, — по любому пути, который им нравится.

Всё, что мы делаем, распространяется в десяти направлениях. Вечность в данном моменте — важна только такая практика.

Однажды Рикю Сэн[25] попросил плотника вбить гвоздь в столб ниши в чайном доме. После долгих поисков они выбрали подходящее место, и плотник сделал на нём отметку. Но после перерыва в несколько минут они не смогли найти эту отметку, а потому снова начали искать надлежащее место. Выбрав его, они сказали: «А! Здесь!» Когда же они тщательно рассмотрели это место, то обнаружили, что оказались на том же самом месте, которое отметили в первый раз. Понимаете? Всегда как раз в самой середине пустоты имеется решающая цель, которая не имеет особых признаков. Также и человеческое лицо должно иметь свой решающий угол.

Утияма-роси:

Каким бы путём мы ни шли, мы просто живём в «я», которое есть только «я»; и для нас нет никакого запретного направления. Нам лучше спокойно шагать, куда бы мы ни шли, не нервничая, с мирным умом. Но среди пустоты, в которой не требуется никакого особого направления, должна существовать некая решающая цель. Не важно, что мы делаем, — сделанное распространяется по десяти направлениям; вечность существует в одном мгновение.

Люди, живущие, как и я, своей жалкой жизнью, просто наобум вбивают гвоздь в столб ниши, даже не попросив об этом плотника. Но для человека, подобного Рикю Сэну, есть способ забить гвоздь, как пустота. Мы — люди, способные шагать в любом направлении — на север, на юг, на восток или на запад, — по любому пути, который нам нравится. Только когда мы осуществим «я», которое распространяется в десяти направлениях, только когда доведём до конца практику ежемгновенной вечности, — только тогда станет реальным мир ума «того «я», которое, что бы ни случилось, есть только «я»».

Саваки-роси:

Истина буддизма постигается через практику; она достигается посредством тела. Способ, при помощи которого мы управляем мускулами и костями своих тел, должен быть выражением дзадзэн. С дзадзэн, как основой, когда видно, что всё, с чем мы встречаемся, есть только «я», наше отношение к жизни оказывается преображённым. Это практика. И как раз внутри этой практики мы открываем истинный мир ума.

О дзадзэн Саваки-роси

Я связываю Дзинно-ин с памятью о моём покойном учителе Кодо Саваки-роси. Он часто посещал это место. Во время своей последней поездки в район Тюгоку и Кюсю он приехал в Дзинно-ин и прочёл лекцию на тему: «Другие — это не я». Она была записана репортёром «Асахи» и появилась в разделе газеты, называемом «Странички ума».

После путешествия по Кюсю он вернулся в Токио и готовился к поездке в Тохоко. Первым пунктом назначения был Офунато; но, приехав туда, он увидел, что не сможет продолжить поездку. Он вернулся в Токио и прислал мне телеграмму со словами: «Приезжай и спасай меня». Я немедленно отправился в Токио и увез его в Киото. С того времени он оставался в Киото, проводя последние дни в Антайдзи. Насколько я помню, Дзинно-ин был последним местом, где Саваки-роси прочел лекцию. Это было в конце весны 1963 года.

Впервые я услышал беседу Саваки-роси о дхарме во время летнего сбора дзадзэн в Содзидзи, в июле 1941 года. Она произвела на меня сильное впечатление, и я сейчас же решил стать его учеником. Он дал мне указание поехать в храм Дайтю-дзи в префектуре Тотиги. Я вступил в Дайтю-дзи в августе и был посвящен 8 декабря 1941 года. Это был день Перл-Харбора.

Причина, по которой я начал практиковать путь будды, несколько отличается от таких же причин у большинства буддийских священнослужителей. Когда я был учеником первого класса средней школы, я нашёл в английском учебнике, по которому занимался, пословицу, гласившую: «Живи не для того, чтобы есть, а ешь для того, чтобы жить». Полагаю, это был всего лишь пример того, как нужно употреблять инфинитив в английском языке; но на меня фраза произвела действительно глубокое впечатление. Я был вполне уверен в том, что она правильна. Чтение этой фразы стало началом моей практики.

Сейчас мне почти семьдесят лет, и я никогда не жил для того, чтобы есть. Я часто говорил американским хиппи, что никогда не жил, чтобы есть, никогда не работал для заработка или для получения средств к существованию. Даже хиппи удивлялись, слыша это; но это правда. Единственная работа, которую я когда-либо имел, была должность учителя в христианской теологической школе; эта работа продолжалась шесть месяцев. Моя зарплата составляла восемьдесят йен в месяц, так что всего я заработал четыреста восемьдесят йен. Это был единственный регулярный доход, который я когда-либо получал.

Ныне люди говорят, что каждый должен зарабатывать себе на жизнь. Я считаю это глупым. С моей точки зрения, провести всю свою жизнь без крыши над головой достаточно хорошо. Я всегда думал, что было бы просто хорошо, если бы я мог прожить сегодня, не голодая. И я прожил таким образом почти всю свою жизнь, так что знаю, что это возможно. Однако во время Второй мировой войны человек с подобного рода установкой не получал еды, и у меня было очень трудное время. В конце концов я дошёл до истощения и два месяца лежал в постели в доме родителей. Но я не работал для того, чтобы есть, — до такой степени повлияло на меня изречение: «Живи не для того, чтобы есть, но ешь для того, чтобы жить».

К тому времени как я стал учеником третьего класса средней школы, моё внимание стало сосредоточиваться на вопросе: «В чём заключается смысл жизни?» Я оказался полностью поглощён этой проблемой, постоянно спрашивая себя: «Что такое жизнь? Что такое жизнь?» Подготовка к вступительным экзаменам в университет не имела для меня важности; а этот вопрос я задавал каждому, кто казался способным о нём думать. Почти все люди, которых я спрашивал, отвечали: «Не знаю» или: «Ты странный мальчик, не правда ли?» Случайно кто-нибудь высказывал своё мнение; но идеи таких людей касались только того, как добиться обеспеченности в жизни или успешного подъёма по социальной лестнице. Никто не мог дать мне удовлетворительного ответа на мой вопрос.

Я родился в Токио и часто посещал тамошнюю христианскую церковь. Христианство начинается с Бога, Который сотворил людей. Люди впадают в грех, а Бог — в форме Иисуса Христа — спасает их. Бог — это первопричина и основа всего. Я также слушал лекции о буддизме и периодически посещал собрания, где известные буддийские учёные того времени каждую субботу читали лекции. Согласно этим учёным, буддисты стремятся к пробуждению, или нирване. Основная предпосылка заключается в том, что буддизм — это учение, целью которого является «стать буддой». А для меня важной оставалась только моя собственная жизнь. Я не мог следовать этим разговорам о Боге и будде, потому что они не имели ничего общего с моей жизнью.

Хотя в те дни новые религии не были столь многочисленны, я по-настоящему ознакомился с некоторыми из них — и полностью разочаровался, потому что они говорили только о мирских благах, которые можно было приобрести, если мы уверуем в эти религии. И в них также не было ничего общего с моей жизнью. Я понял, что в большинстве своём люди никогда не думают о проблеме «я», никогда не задают себе вопроса: «Какова природа нашей собственной жизни, основанной на «я»?»

В древности японцы думали, что человечность и справедливость, как это подчёркивается в конфуцианстве, являются высочайшим путём. Позднее, когда в Японию был перенесён буддизм, они стали думать, что учение Будды заслуживает большего уважения; и вот они следовали этому учению, добиваясь нирваны. Не могу не подумать, что эта ситуация напоминает ситуацию, в которой оказывается молодой человек, который не может найти подходящую невесту. Несмотря на то что он вынужден жениться на выбранной для него родителями девушке, он сохраняет иллюзорные представления о том, что она стала его женой в результате его собственного выбора и окажется лучшей возможной подругой. Японцы поклоняются всему, что им вручают в качестве наилучшего; они никогда не принимают во внимание жизнь «я».

Раз в месяц я читаю лекции в Киото о «Сёбогэндзо». Догэн-дзэндзи часто употреблял термин «буддхадхарма», особенно часто — в «Сёбогэндзо». Меня разочаровал тот факт, что очень немногие комментарии и лекции, основанные на его трудах, рассматривают значение понятия буддхадхармы. Обычно, когда монахи и учёные, комментирующие труды Догэна-дзэндзи, встречаются с этим термином, они переживают множество хаотических эмоций и говорят о нём как об объекте поклонения, никогда не пытаясь разобраться в том, что он означает. Они не видят вещи собственными глазами, они не начинают с «я».

Раньше религии были ограничены географически. На западе существовало христианство, на востоке — буддизм, а между ними — индуизм и ислам. Сегодня кроме этих главных религий существует бесчисленное множество новых, которые появляются волнами. Они появились потому, что религия может оказаться очень прибыльным предприятием. Теперь, когда мир становится единым обществом, там, где дело касается религии, обстановка похожа на то, как если бы кто-нибудь ударил по пчелиному улью или если бы оказался опрокинут ящик с детскими игрушками — и религии, подобно игрушкам, разбросаны повсюду.

У нас отсутствует критерий измерения для того, чтобы найти истинную религию. Это похоже на покупку в супермаркете. Мы покупаем себе какое-то божество после того, как пересмотрим множество предметов и подсчитаем, сколько денег можем истратить. Ещё будучи учащимся средней школы, я был достаточно сообразительным, чтобы понять: единственное, что я могу сделать, — это пережить реальность своей собственной жизни. Однако природу этой реальности я в то время не понимал.

В «Сёбогэндзо-гэндзёкоан» есть знаменитая фраза: «Изучать путь будды — значит изучать себя». Когда я впервые встретился с этими словами, я увидел, что был не единственным человеком, который пытался прожить свою жизнь, начиная с «я». Так жил и Догэн-дзэндзи. Также и Шакьямуни оставил дом и стал монахом, потому что испытал затруднение в собственной жизни; ему пришлось искать собственное «я».

Позднее я прочёл также «Сёбогэндзо-дзисё-дзанмай», где Догэн-дзэндзи говорит о сходных предметах. В начале этого труда он говорит: «Когда мы следуем какому-то учителю или сутре, мы следуем «Я»». Это значит, что когда мы занимаемся практикой с учителем, который опередил нас в движении по пути или в изучении сутр, мы только следуем «я». По словам Догэна-дзэндзи, «сутры по природе суть сутры «я», учитель по природе есть учитель «я»». Когда мы занимаемся практикой с каким-нибудь учителем, этот учитель — «я сам». Когда мы изучаем какую-нибудь сутру, эта сутра — не что иное, как «моё собственное «я»».

Догэн-дзэндзи продолжает: «Поэтому посещать учителей в разных местах — это посещать «я» в разных местах». Древние практикующие в своих шляпах из бамбуковых листьев, в чёрных одеяниях и соломенных сандалиях странствовали в поисках учителей. Путешествовать таким образом, чтобы найти истинного учителя, — это искать «я». И они не прекращали странствий, пока не находили такого истинного учителя.

Позднее Догэн-дзэндзи говорит: «Постигать различные травы — это постигать «я». Постигать различные деревья — постигать «я»». Это значит, что когда вы охватываете умом какую-то траву или какое-то дерево, или что-то, с чем вы встретились, вы только встречаетесь с «я». В этих двух фразах полностью выражено самое важное: все предметы существуют как переживания моей собственной жизни. Потому что я это вижу, всё фактически действительно существует как переживание моей собственной жизни. Я живу только через моё переживание этих явлений. Реальность всех предметов и реальность моего собственного «я» — одна и та же.

Догэн-дзэндзи также говорит: «Мы должны изучать «я» при помощи такой практики». Реальность жизни «я» подобна этому. И далее: «Внутри этой практики мы отбрасываем «я» и по-настоящему встречаемся с «я»». Когда мы занимаемся практикой с тем, с чем встречаемся, как с «моей собственной жизнью», — мы встречаемся с истинным «я».

И далее Догэн-дзэндзи говорит: «Однако когда люди слышат о пути самопросветления самим «я», глупый человек думает, что ему не нужно получать передачу дхармы через учителя, что ему следует изучать Путь самостоятельно. Это большая ошибка». Слыша, что мы только изучаем «я» благодаря всему, с чем мы встречаемся, поверхностная личность, возможно, подумает, что нет необходимости заниматься практикой с учителем. Это совершенно неверно. Согласно Догэну-дзэндзи, «тот, кто остаётся без передачи учителя и думает, что его собственное различающее понимание является истиной, — это не буддист, который делает упор на «естественность»». Такой человек живёт только в соответствии со своими ограниченными, ошибочно приобретёнными идеями; он не изучает «я».

С древних времён существовали люди, которые искали «я» в истинном смысле. Несомненно, с моей стороны было бы глупостью, если бы я следовал только собственным узким идеям. Если бы я не занимался самозабвенной практикой с человеком, который действительно и полностью исследовал «я», я никогда не был бы способен понять своё истинное «я». Когда я пришёл к этому заключению, я в конце концов решил стать монахом и практиковать дзадзэн.

В ответ на мое решение отец сказал: «Да, ты действительно противоречивая личность. Но бесполезно следовать неподготовленному учителю», — и он постарался найти для меня хорошего роси. Наконец он порекомендовал мне Саваки-роси, который тогда был годо (служащим монастыря дзэн, ответственным за подготовку монахов) в Содзидзи. Отец велел мне ехать к летнему дзадзэнкай, и если я найду, что Саваки-роси — хороший учитель, попросить разрешения стать его учеником. И вот, как я сказал раньше, я принял участие в летнем дзадзэнкай в Содзидзи в 1941 году.

Там я впервые встретился с человеком, который ясно говорил о том «я», которое я искал. Хотя я прослушал множество лекций о буддизме и христианстве, эти разговоры не имели ничего общего с «я». А Саваки-роси говорил о «я», основанном на самом себе. Во время дзадзэнкай я жадно записывал его лекции. Когда я вернулся домой, я подвёл итог его поучениям в соответствии со сделанными записями. Теперь, когда я смотрю на эти итоги, я думаю, что они были подведены вполне прилично.

1. Буддхадхарма — это первичный образ жизни.

2. Практиковать дзадзэн — стать прозрачным «я».

3. Практиковать дзадзэн — самому сделать «я» при помощи «я».

4. Практиковать дзадзэн — стать таким «я», которое едино со Вселенной.

5. Дзадзэн бесполезен.

Я думаю, этого вполне достаточно, хотя я и писал это после того, как слушал Саваки-роси первый раз в жизни, ещё до того, как стал монахом, без каких бы то ни было знаний о дзадзэн.

Мне хотелось бы объяснить эти пункты подведённых мной итогов с моей нынешней точки зрения.

Буддхадхарма — первичный образ жизни

Как я сказал в начале, моим желанием было жить в истине. Но что такое истина? Это было чем-то таким, чего я не мог ясно понять. Саваки-роси выразил это, говоря, что это «первичный образ жизни» или «наиболее утончённый образ жизни». Люди в большинстве своем проживают свою жизнь, основываясь на случайных, обманчивых и несовершенных взглядах. Они никогда не живут в конечной истине.

После того как я стал монахом и изучал буддизм, я обнаружил, что это выражение не было оригинальным изобретением Саваки-роси. Однако он говорил вполне самостоятельно. В «Сёбогэндзо-киэ-санбо» мы читаем:

«Вопрос: Почему нам следует находить убежище только в этих трёх (сокровищах)?

Ответ: Потому что они суть конечное место возвращения (хиккё-кисо)».

Три Сокровища означают Будду, дхарму и сангху. «Хиккё» означает «в конце концов» или «в конечном счёте». Почему нам следует верить в учение Будды? Потому что учение Будды — то, куда мы должны в конечном счёте вернуться.

Также в «Сёбогэндзо-кэсакудоку» мы читаем: «Наши вещи, наше жильё нереальны, потому что они были созданы предыдущей кармой. Просто находите убежище в правильно переданной буддхадхарме. Это и есть то истинное место, куда нужно вернуться». Что мы думаем? Мир, в котором мы обитаем, есть результат нашей предыдущей кармы. Мы много болтаем и говорим: «С моей точки зрения…» — но мы так думаем только потому, что находимся под влиянием предыдущих условий существования. А мышление, основанное на прошлом, не может быть конечной точкой зрения. Догэн-дзэндзи говорит, чтобы мы просто находили убежище в правильно переданной буддхадхарме, куда возвращается истинное «я».

В конституции, установленной ещё принцем Сётоку, мы читаем: «Нам следует уважать Три Сокровища. Они являют собой убежище для всех четырёх видов живых существ и конечную основу для всех стран». Четыре вида живых существ — это существа, рождённые из утробы, из яйца, из сырости, из метаморфозы. Иными словами, это все живые существа. Три Сокровища оказываются конечным убежищем для всех живых существ; и они являются конечной целью для всех народов.

Как я сказал раньше, ныне жизнь людей основана на их случайных, обманчивых и несовершенных взглядах. Почему же люди живут таким образом? Просто в силу привычки; это глупость сна. Люди зачастую оказываются охвачены возбуждением, стараясь получить то, что им хочется; но при этом они стремятся только к материальным вещам. Это глупость желания.

Саваки-роси часто говорил о «групповой глупости». Это относится к деятельности людских коллективов, которые добиваются того, что считают важным для той группы, с которой они отождествили себя. Существуют разные формы групповой глупости. Так, существуют работники на твердом окладе, которые живут только для того, чтобы работать на благо своих компаний. Это — глупость организации. Существуют другие люди, живущие лишь ради какого-нибудь «изма», какой-нибудь идеологии. Это глупость аргументации. Многие люди думают, что им необходимо состязаться друг с другом, чтобы выжить в этом мире. Они заставляют своих детей больше и больше заниматься науками, так чтобы те могли оказаться «победителями» в борьбе. Такова глупость соревнования. Все эти люди живут согласно своим случайным, обманчивым и несовершенным взглядам на жизнь. Действительно важно — начать с себя и жить согласно основному образу жизни. Всё зависит от этого.

Практиковать дзадзэн — стать прозрачным «я»

Существуют разные способы практики дзадзэн. Суть дзадзэн Догэна-дзэндзи — это прозрачность.

В одной из новых религий в Японии люди практикуют медитацию особого рода, называемую «созерцанием Бога». Во время своей медитации они визуализируют себя как сыновей Божьих и просят Его исцелить их от болезней. Практика этого вида окрашена желанием исцеления. Если вы практикуете дзадзэн для того, чтобы обрести просветление, дзадзэн оказывается окрашен желанием просветления. Дзадзэн Догэна-дзэндзи должен быть совершенно прозрачным. Что же такое прозрачная практика дзадзэн? В «Фукан-дзадзэнги» Догэн-дзэндзи писал: «Думайте о недуманье. Как вы думаете о недуманье? Вне мысли». Что это значит?

В нашем уме всегда возникают мысли. Это мышление, или различение. Оно нереалистично, потому что испытывает влияние кармы. Означает ли это, что нам нужно бороться с целью устранить мысли? Является ли реальным условие «недуманья»? Никоим образом! Пока мы живы, мысли будут естественно возникать. Но если мы гонимся за мыслями, которые возникают в нашем уме, мы просто думаем, а не практикуем дзадзэн. Нет нужды говорить о том, что дзадзэн — это не мышление. Но он и не является состоянием без мыслей. Главное здесь в том, чтобы позволить всем мыслям свободно подниматься на поверхность. Просто позвольте им приходить и уходить, не пытаясь останавливать. Когда они уходят, позвольте им спокойно уйти. Не гонитесь за ними. Это и есть сущность дзадзэн Догэна-дзэндзи. Вот почему в «Сёбогэндзо-дзуймонки» он говорил, что дзадзэн есть истинная форма «я».

Догэн-дзэндзи выразил прозрачность дзадзэн фразой: «незапятнанная практика-просветление». Быть незапятнанным очень трудно. Когда я говорю, что я не загрязнён, я оказываюсь загрязнённым. Если я хочу стать прозрачным, я непрозрачен. Очень трудно осуществить прозрачность, состояние незапятнанности. Я снова рассмотрю этот вопрос, когда займусь пятым пунктом — «дзадзэн бесполезен».

Практиковать дзадзэн — это сделать из себя «я» при помощи «я»

Долгое время я чувствовал, что не понимаю этих слов Саваки-роси. Наконец мне стало ясно, что «делать из себя «я» при помощи «я»» означает жить реальностью истинного «я». Жить реальностью истинного «я» — это видеть ценность «я» внутри «я». В 1969 г. меня посетил один американец, президент какой-то компании. «У меня хорошая семья, — сказал он, — что касается финансов, то я богат; но в эти дни я не могу не чувствовать себя пустым и одиноким. Почему это так?» Я ответил ему: «Это потому что вы не знаете по-настоящему, кто вы такой. Вы не становитесь самим собой».

Обычно человек видит себя родителем по отношению к своим детям, мужем или женой по отношению к супружескому положению. На работе вы определите себя в понятиях своего положения. Внутри своей компании вы оказываетесь подчинённым по отношению к своим начальникам и начальником для своих подчинённых. А по отношению к своим клиентам вы — коммерсант. В сравнении с компетентным лицом вы — глупец. Вы — бедный человек, когда сравниваете себя с миллионером. Вы решаете вопрос о том, кто вы такой, внутри взаимоотношений или в сравнении с другими; и вы уверены, что созданная вами таким образом фигура — это вы сами.

Упомянутый президент компании «думал о себе, как об успешном бизнесмене», но это было только образом, который он создал на основе своих отношений с другими. Когда же он попытался увидеть себя, не сравнивая себя с другими, он не смог обнаружить по отношению к самому себе ничего определённого — и внезапно почувствовал себя пустым и одиноким. И вот только в силу страстной привязанности к фигуре, созданной внутри взаимоотношений с другими людьми, в большинстве своём люди избегают чувства пустоты и одиночества.

На днях я услышал интересную историю. В телефонном разговоре кто-то попросил разрешения поговорить с директором Танакой. Сотрудник, принявший вызов по звонку, сказал: «Эй, Танака, этот малый хочет поговорить с директором Танакой». А на самом деле Танака не был директором, а был только начальником отделения. Однако голос Танаки звучал вполне удовлетворённым, потому что вызывавший обратился к нему, как к директору. Он ошибся, приняв положение в компании за себя, будучи уверен в том, что суждение о нём других людей имеет реальную ценность.

Однако, как написано в «Сутта-нипатте», «тот, кто полагается на других, всегда беспокоен». Пока вы полагаетесь на других, вы обусловлены этими другими. Когда другие куда-то движутся, вам также нужно двигаться. Предположим, у вас есть известная сумма денег, и вы рассчитываете после отхода от дел пожить с удобствами. Ценность ваших денег год за годом снижается, даже если вы держите их в банке. Думая о будущем, вы не можете не волноваться. Если вы рассчитываете на то, что ваши дети позаботятся о вас, когда вы будете слишком стары, чтобы самим позаботиться о себе, — то у вас нет уверенности в том, что они будут в состоянии сделать это.

Есть рассказ о последних днях Шакьямуни Будды. Будда был очень стар. Во время последнего путешествия, когда за ним присматривал только Ананда, он заболел. Будда сказал: «Я устал, пожалуйста, приготовь мне место прилечь». Ананда смастерил кровать в тени большого дерева; Будда прилёг и отдохнул. Через некоторое время он немного оправился, встал и опять пошёл. Пройдя небольшое расстояние, он опять сказал: «Я устал» — и снова лёг. Ананда очень взволновался и захотел позвать других учеников, но Будда не позволил ему сделать это. Как своё последнее поучение, Будда оставил следующие слова: «Найдите убежище в себе. Найдите убежище в дхарме. Не находите убежища ни в чём другом».

В «Дхаммападе» мы читаем: «Ведь своё «я» — господин себя. Кто же ещё может быть господином? Полным подчинением своего «я» человек обретает высшее убежище, которого трудно достичь». В конечном счёте «я» представляет собой основу учения Будды. «Утвердиться в своём «я»» — этот принцип выражен Саваки-роси словами «сделать из себя самого «я» при помощи «я»». Таким же образом это выражено Догэном-дзэндзи как «самадхи своего «я»» — дзидзюю дзанмай.

Когда я начал проводить сэссин в Антайдзи, — дело было после смерти Саваки-роси, — я решил самозабвенно осуществлять его поучения, дав им по возможности самую полную форму выражения. Когда он был жив, мы вставали утром, сидели в течение одного периода, затем распевали сутры. После этого мы завтракали, затем убирали помещение, потом пили чай. После чая мы возвращались в дзэндо и спустя некоторое время слушали лекцию. Вперемешку с дзадзэн мы делали много дел. Обычно сэссин проводились именно таким образом. Однако я начал проводить сэссин особого рода, во время которого мы только сидели в дзадзэн — и ничего больше не делали. У нас были три приёма пищи; но после еды мы практиковали кинхин. Целый день мы только повторяли дзадзэн и кинхин; это продолжалось с четырёх часов утра до девяти часов вечера без перерыва. Никаких разговоров. Никаких взаимоотношений друг с другом.

Мы не пользуемся кёсаку (палкой для ударов). Если вы сидите в течение только одного или двух периодов, ударять людей кёсаку для пробуждения будет неплохим средством. Но когда вы сидите целый день, представляя собой «я» без взаимоотношений с другими людьми, спать в течение полных пяти дней невозможно. В конце концов вы просыпаетесь. А пробудившись, вы сидите серьёзно, потому что занимаетесь практикой только для себя, а не для других. Когда пользуются кёсаку, она может стать своеобразной игрушкой; люди начинают играть с ней, думая: «Он ударил меня; а когда придёт моя очередь носить палку, я возвращу ему удар». Тогда мы вносим этот вид человеческого чувства в дзадзэн, потому что все мы — обыкновенные, живые существа. Поэтому мы не употребляем кёсаку. Мы просто самозабвенно сидим вместе, и это — наша собственная практика. Мы просто сидим в дзадзэн и делаем из себя своё «я» при помощи «я». И это происходит не только во время сэссин; нам следует созерцать стену в течение всей жизни. Это было моим способом практики.

Я стал учеником Саваки-роси в 1941 году и двадцать пять лет следовал за ним — до его смерти в 1965 году. В течение этого периода я никогда не получал зарплаты, мне не платили ни йены. Я никогда не получал премиальных, единовременного пособия, выходного пособия или пенсии по возрасту. Я не получил удостоверения священнослужителя. И я поощряю своих учеников такому же способу занятий практикой. Как бы долго они ни оставались в Антайдзи, они никогда не получат никакого удостоверения, ни зарплаты, ни выходного пособия, ни пенсии. Однако им нужно молча продолжать практиковать дзадзэн в течение десяти лет. Это достаточно суровая практика. Обыкновенно монахи говорят, что их практика трудна, так как они сидят неподвижно, и их бьют кёсаку. Но такой способ практики весьма несовершенен.

Я стал монахом тридцати лет. К тому времени когда мне исполнилось сорок, мои друзья по элементарной школе, средней школе и университету уже занимали видное положение в обществе. Обычно я просил милостыню (такухацу) в Такацуки, городе на полпути между Киото и Осакой. Мой товарищ по университету Васэда был мэром этого города. Я никогда этого не забуду. Я просил милостыню и получал одну за одной монеты в одну йену или пять йен, или кредитки в десять йен, — на улицах города, где мэром был мой старый приятель. Сейчас он занимает пост члена Палаты советников национального парламента или что-то в этом роде. Также в то время один мой приятель по средней школе был управляющим фабрикой автомобильной компании Мицубиси в Киото. Он говорил, что под его началом находятся пять тысяч сотрудников. А я оставался монахом-послушником до тех пор, пока мне исполнилось пятьдесят лет; у меня была лишь небольшая работа, например варка риса в храмовой кухне.

С точки зрения общественного мнения, эта практика весьма сурова, — просто созерцание стены в течение двадцати или тридцати лет без каких-либо отвлечений и без возврата. Тем не менее я говорю своим ученикам, что им нужно сидеть безмолвно десять лет. Здесь есть ещё несколько человек, которые уже просидели десять лет; и вот мне приходится говорить им: «Сидите безмолвно ещё десять лет». Когда они просидят двадцать лет, я скажу: «Сидите ещё десять лет». Если они просидят тридцать лет, люди в возрасте третьего десятка будут старше пятидесяти. И если они просидят неподвижно, без каких-либо отвлечений, до тех пор пока им исполнится пятьдесят лет, я вполне уверен, что они будут весьма способными людьми, которые сумеют выполнить большую работу. Если я скажу им с самого начала, что нужно просидеть тридцать лет, они будут удивлены. Поэтому я сначала говорю им, чтобы они сидели десять лет, затем — чтобы просидели ещё десять. Некоторые из моих учеников находятся на этой стадии. Но если они просидят двадцать лет, другие десять лет совсем не будут трудными, потому что к тому времени они будут иметь уверенность.

Это так чудесно — продолжать сидеть там, где нас ничто не отвлекает. Почему это так чудесно? В то время как человек просто сидит лицом к стене в течение двадцати или тридцати лет, он осуществит «я», которое есть только «я» без взаимоотношений с другими; и он найдёт ценность этого «я» внутри себя. Если человек не находит ценности «я» внутри себя, продолжать сидение в таких условиях невозможно.

Обыкновенно люди думают, что их ценность как личностей основана на суждениях других людей. Они обнаруживают свою личностную ценность в размерах своего заработка. Если у них имеется какое-то профессиональное звание, они думают, что являются важными людьми. Когда они владеют каким-нибудь делом и их заработок растёт, они становятся ещё более важными. Но они просто играют с игрушками.

Именно сейчас прекратите полностью игру с игрушками и сидите как «я», которое не связано с другими. Практиковать дзадзэн — значит делать из себя «я» при помощи «я». Это означает — найти свою ценность как личности внутри «я» и действительно стать жизненной реальностью. Это — основа «самадхи «я»» — дзидзюю дзанмай.

Практиковать дзадзэн — значит стать таким «я», которое едино со Вселенной

Обычно мы предполагаем, что понимаем себя. Но то «я», которое, как мы думаем, нам понятно, — это «я» в отношениях с другими людьми. В данный момент на Земле существует четыре миллиарда людей, так что я оказываюсь одним из четырёх миллиардов других. Если же мы подсчитаем число человеческих существ в прошлом и в будущем, то я окажусь одним из бесчисленного множества. Недавно я читал в газете статью, где говорится следующее. У вас двое родителей; и каждый из ваших родителей также имел двух своих родителей. Если вы подсчитаете своих предков поколение за поколением и вернетесь на сорок поколений назад, число этих предков достигнет нескольких миллиардов.

Не знаю, правда это или нет, но говорят, что наш нынешний император — сто двадцатый. Сорок поколений — это третья часть истории императорской фамилии. Если мы предположим, что одно поколение — это тридцать лет, это отведёт нас назад на тысячу двести лет. Удивительным для понимания будет тот факт, что за такой короткий период времени у нас существуют миллиарды и миллиарды предков. И это только люди. Если же мы сосчитаем все живые существа на Земле, «другие» для каждого из нас окажутся поистине бесчисленны. Земля — это только одна планета в Солнечной системе, которая представляет собой часть гораздо более обширной галактической системы. Только в одной нашей галактике существуют двести миллиардов постоянных звёзд, а в известной Вселенной — бесчисленное множество галактических систем. Так что «я» по отношению к «другим» почти равно нулю. Иногда мы беззаботно убиваем муравьев, когда шагаем по земле и наступаем на них.

А каждый из нас, как отдельный от всех других индивид, в действительности гораздо меньше одного из муравьев. На самом деле мы — ничто.

Иногда политики говорят, что человеческая жизнь дороже всего на свете; они говорят замечательные слова, чтобы покорить наши сердца в некоторых ситуациях. Верить им — большая ошибка. На самом деле они не верят собственным словам. Если начинается такая война, как Вторая мировая, они могут сказать вам, что ваша жизнь стоит полтора цента. Они могут призвать вас на военную службу, просто прислав вам почтовую открытку, и отправить вас на поле битвы. Когда они говорят, что ваша жизнь стоит полтора цента, тогда эта жизнь всё же имеет, по крайней мере, какую-то малую ценность. Но в действительности «я» из бесчисленного множества существ имеет меньшую ценность, чем кишечная палочка. «Все существа» так же бесконечны. И всё-таки все существа существуют, потому что существую я. Должно существовать жизненное переживание «я» как основы всего.

«Я» есть основа жизненного переживания; это справедливо для всех существ. Они существуют потому, что существует «я». Для вас этот мир существует только потому, что вы живы. Все и каждый из нас живут жизнью, которая являет собой «всё из всего». И в то же время мы живём как индивиды, как «один из всех». Такова природа «я». В дзадзэн «я», как «один из всех», оказывается лицом к лицу с «я», которое есть «всё из всего». Как магнитная стрелка компаса всегда точно указывает на север, так и «я» внутри меня самого вижу в точности «всё из всего». Таков смысл слов «стать «я», которое едино со вселенной». Это не просто теория, это реальность. Как же можем мы действительно её ощутить?

Когда я ещё находился в Антайдзи, один из моих учеников сделал клумбу и посадил там множество тюльпанов. Пришла весна, они быстро выросли и внезапно расцвели множеством красок. Там были красные цветы, желтые, синие, пурпурные, чёрные и оранжевые. Они были так прекрасны! И вот однажды, в тёплый и тихий вечер, я посмотрел на них и подумал: «Как все эти разные цвета исходят из одной и той же почвы?» Это было поистине чудесное, невиданное зрелище. Спустя некоторое время я понял, что эти цвета исходят не только из почвы. Тюльпаны поглощали углекислый газ из воздуха, а свет и тепло получали от солнца. Я увидел, что даже маленький цветочек тюльпана появляется из целой Вселенной. С того времени я пользовался и пользуюсь выражением «тэнти-иппаи», «полнота Вселенной». Во время этого весеннего дня я наблюдал за мирными облаками, плывшими по небу, — и почувствовал необходимость написать:

«Облако» — стихотворение о жизни Облака внезапно появляются из целой Вселенной и исчезают в этой целой Вселенной, проплывая с рассеянной улыбкой. Некоторые из них плывут мирно и спокойно, Другие раскрываются в ярости и смеются тёмным смехом, призывая гром и грохот, Весенние облака смачивают землю, Муссонные облака несутся с долгими дождями. Снежные облака жалеют нас в глубоком безмолвии зимы. В полных ненависти тайфунах облака дико мчатся, Несутся вихрем, рвутся ураганом, Как бы стараясь убить все живое, — И вот иногда Все облака исчезают, Оставляя только тёмно-синее небо, Где нет никаких преград. Облака внезапно появляются из целой Вселенной и исчезают в этой целой Вселенной; Эти облака изначальная форма всех живых существ. Вся Вселенная — не что иное, как жизнь.

Следить за облаками очень интересно. Каждое внезапно появляющееся облако имеет собственную, уникальную форму выражения; каждое из них принимает форму, отличную от других. Таковы же и мы, люди. Мы совершенно сходны с облаками. Саваки-роси как-то сказал: «Каждый человек в этом мире просто собирает облака». Это правильно. Деньги подобны облакам. Люди состязаются друг с другом из-за денег и положения, но рано или поздно всё это внезапно исчезнет. Они только собирают облака. Однако нам следует понять, что основа, откуда внезапно появляются все вещи, подобные облакам, — это жизнь целой Вселенной.

Несколько позже я написал другое стихотворение:

Сердце нэнбуцу Ем пищу, собранную в саду Этой Вселенной. Пью воду источника Этой Вселенной. Дышу воздухом целой Вселенной. Моя жизнь исходит из целой Вселенной. Движимый силой тяготения целой Вселенной, Становлюсь чистым и ясным. Вся Вселенная там, куда я возвращаюсь.

Пища, которую мы едим, — зёрна, овощи, фрукты и мясо, — всё это появляется из целой Вселенной. Мы пьём воду из целой Вселенной, мы дышим воздухом целой Вселенной. Всё без исключения исходит из целой Вселенной. Нас мягко увлекает сила тяготения целой Вселенной, и мы вместе с целой Вселенной становимся чистыми и ясными. Целая Вселенная — то место, куда мы возвращаемся.

Вся эта Вселенная называется Амида (санскр. «Амитабха»). Слово «Амитабха» означает бесконечную жизнь, бесконечный свет. Пища, воздух, вода — всё это дары Амитабхи. Мы живём жизнью Амитабхи. Это функция гравитационной силы Амитабхи. Она называется первоначальным обетом. Под влиянием первоначального обета я становлюсь чистым и ясным в Амитабхе. В буддизме термин син, или «вера», означает «быть чистым и ясным». Увлекаемые силой тяготения целой Вселенной, мы становимся чистыми и ясными вместе с целой Вселенной. Это и есть вера. Мы также говорим «наму» (санскр. «намас»), что означает «возвращение к истинной жизни «я» или «я», которое едино со Вселенной». Основание практики — это «я», постоянно функционирующее как жизнь целой Вселенной — точно так же, как магнитная стрелка компаса всегда указывает на север.

НАМУ АМИДАБУЦУ (обретение убежища в Будде Амитабхе — ещё одно написанное мной стихотворение) Амида — это «бесконечность». Где бы и когда бы нечто ни происходило, Оно имеет место внутри моей жизни. «Наму» — это «вернуться к жизни», Не обращая внимания на то, что я могу думать Или во что могу верить, Увлекаемый силой притяжения Абсолютной реальности, — Это и есть моя жизнь При помощи тела, речи и ума, Всегда здесь и теперь, Действуя как Наму Амидабуцу. Это — «буцу», Зрелое человеческое существо.

Амитабха существует не потому, что я думаю, что он существует. Амитабха Будда существует, не имея отношения к тому, верю я в него или нет. Независимо от того, что я думаю или во что верю, Амитабха — это Вселенная в её полноте. Увлекаемый первоначальным обетом, который есть абсолютная реальность Амитабхи, я функционирую при помощи тела, речи и ума. Это и есть будда. Слово «будда» означает взрослую, истинно зрелую личность.

Каждый человек улыбается, когда исполняются его желания, и жалуется, когда дела складываются против его стремлений. Несмотря на свою физическую зрелость, люди склонны к ребячеству наподобие голодных духов. В духовной сфере они никогда не развиваются за пределы этого состояния. Личность, которая обладает только физической зрелостью, — это человек ложной зрелости. Догэн-дзэндзи со всей ясностью показал это в «Сёбогэндзо-хатидайнин гаку» («Восемь осознаний истинно зрелого»). Практика, как ей учил Догэн-дзэндзи, означает стать зрелым в истинном смысле этого слова.

Вкратце, дзадзэн — это перестать делать что бы то ни было; глядеть на стену и сидеть просто, будучи тем «я», которое есть только «я». Занимаясь дзадзэн, мы должны воздерживаться от любых действий. Всё же, будучи людьми, мы начинаем думать. В нашем уме мысли создают особого рода диалог. Если вы — биржевой брокер, вы можете думать: «Тогда мне нужно было продать это. Нет! Мне следовало купить это», или: «Мне нужно было бы немного подождать». Если вы — юный возлюбленный, вы можете обнаружить, что перед вашим умственным взором всё время появляется ваша подруга. Если вы свекровь, которая не ладит с невесткой, вы, возможно, думаете только о жене своего сына. В какую бы ситуацию вы ни были вовлечены, относящиеся к ней мысли будут возникать сами по себе, когда вы сидите в дзадзэн. Когда вы понимаете, что думаете, — когда предполагается, что вы ничего не делаете, — и возвращаетесь к дзадзэн, мысли, которые до этого появлялись перед вами так ясно, как если бы они были фигурами на экране телевизора, — внезапно исчезают, как будто вы отключили телевизор. И перед вами остаётся только стена. Одно мгновение — вот и всё! Это и есть дзадзэн. И снова сами по себе возникают мысли. Снова вы возвращаетесь к дзадзэн, и они исчезают. Мы просто повторяем этот процесс; это называется какусоку, осознавание реальности. Здесь самый важный пункт состоит в том, чтобы повторять какусоку миллиарды раз. Именно так нам следует практиковать дзадзэн.

Если мы занимаемся практикой таким образом, мы не можем не понять, что наши мысли представляют собой не что иное, как секрецию мозга. Точно так же, как наши слюнные железы вырабатывают слюну, а желудок — желудочный сок, — так и мозг вырабатывает мысли.

Обычно люди этого не понимают. Когда мы думаем: «Я его ненавижу!», мы ненавидим данную личность, забывая при этом, что мысль — всего лишь секрет мозга. Ненависть захватывает наш ум, тиранит его. Ненавидя этого человека, мы подчиняемся этому тирану. Когда мы кого-то любим, мы оказываемся унесены своей привязанностью к этой личности; и мы оказываемся порабощены любовью. В конечном счёте все мы живём как вассалы одного властелина — мысли. Таков источник всех наших проблем.

Наши желудки вырабатывают желудочный сок, чтобы переваривать пищу. Но больше сока — не значит лучше: если его вырабатывается слишком много, у нас может развиться язва или рак желудка. Желудок вырабатывает сок, чтобы сохранить нашу жизнь, однако избыток сока может оказаться опасным. В наши дни люди страдают от избытка мозговых секреций и позволяют себе подпадать под власть их тирании. В этом причина всех наших ошибок.

На самом деле разнообразные мысли, которые возникают у нас в уме и в мозгу, являются не чем иным, как декорациями жизни «я». Как я сказал раньше, нам не следует быть слепыми или не обращать внимания на эти декорации. Дзадзэн обращает взор на всё, как на декорацию жизни «я». В древних текстах дзэн это называется хонти-но-фуко, или «декорация первоначальной почвы».

Мы становимся жизнью Вселенной в её полноте не вследствие своей практики. В данный момент мы все живём этой жизнью. Несмотря на то что мы на самом деле едины со всей Вселенной, мы не проявляем этого в своей жизни. Поскольку наши умы постоянно проводят различение, мы воспринимаем только конечную фазу мозговых секреций. Когда же мы заняты дзадзэн, мы освобождаемся от мыслей, и мысли отпадают. Исчезает также и то, что возникает в наших умах. И вот, там проявляется жизнь Вселенной в её полноте. Догэн-дзэндзи называл это сёдзё-но-сю, т. е. практикой, основанной на просветлении. Жизнь Вселенной в её полноте есть просветление. В нашей практике мы являем собой целую Вселенную. Это называется сюсё-итинё, или «практика и просветление суть одно».

Все мы предпочитаем счастье несчастью, рай аду, выживание неминуемой смерти. Таким образом мы всегда раздваиваем реальность, разделяя её на нечто хорошее и нечто дурное, на что-то такое, что нам нравится, и то, что нам не нравится. Мы устанавливаем различие между сатори и заблуждением и стремимся достичь сатори. Но реальность Вселенной находится далеко за пределами отвращения и привлекательности. Когда нашей установкой оказывается «как бы ни было, что бы ни было, где бы ни было», — тогда мы проявляем всю Вселенную. А при установке, направленной на попытки что-то приобрести, мы оказываемся неустойчивы. Когда вы стараетесь обрести сатори, вы в высшей степени заблуждаетесь вследствие желания уйти от своего нынешнего состояния.

Догэн-дзэндзи учил, что наша нынешняя установка должна быть установкой на неустанную практику в каждой ситуации, с которой мы встречаемся. Если мы проваливаемся в ад, мы просто проходим через ад; это самая важная установка, которую нужно иметь. Когда мы сталкиваемся с несчастьем, мы работаем, проходя через него с искренностью. Просто сидите в реальной жизни, видя одними и теми же глазами небеса и ад, горе и радость, жизнь и смерть. Нe важно, какой будет ситуация, — мы живём жизнью «я». Мы должны неподвижно сидеть на этом основании. Это и есть — «становиться единым со Вселенной».

Дзадзэн бесполезен

Как-то Саваки-роси закончил долгий разговор о дзадзэн, сказав, что дзадзэн бесполезен. Слушатели подумали, что он шутит. Однако дело обстояло не так. Как я уже сказал, где бы я ни был, что бы ни случилось, я живу своей жизнью. Пока я придерживаюсь этой установки, я не могу никуда уйти. А поскольку мне некуда уйти, — идти некуда! — естественно сказать, что дзадзэн бесполезен. С его помощью нечего приобретать, потому что дзадзэн — это Вселенная в её полноте.

Вскоре после того как я начал заниматься практикой с Саваки-роси, у меня появилась возможность пойти с ним в город Уцуномия. Когда мы шли, я сказал: «Как вы знаете, я довольно неопытный человек, но я хочу практиковать с вами дзадзэн двадцать или даже тридцать лет, или до самой вашей смерти. Если я сделаю это, будет ли возможно такой личности, как я, стать немного сильнее?» Саваки-роси ответил: «Нет! Дзадзэн бесполезен». У него был мощный, низкий голос; он был могучим и решительным человеком. «Я таков не благодаря своей практике дзадзэн, — продолжал он, — я был таким и раньше, до того как начал заниматься практикой. Дзадзэн не меняет личность, дзадзэн бесполезен». Когда я услышал эти слова, я подумал про себя: «Хотя Саваки-роси сказал, что это невозможно, я всё же сумею исправить себя». И я следовал за ним в течение двадцати лет, пока он не скончался.

Саваки-роси умер в декабре 1965 года. Когда он был жив, я как-то полагался на него, а после того как он умер, я не мог более этого делать. Сразу после его смерти я вспомнил вопрос, заданный мной во время нашего пешего путешествия в Уцуномию, — и спросил себя: «А изменился ли я после двадцатипятилетнего периода практики дзадзэн с роси?» И я понял, что в действительности я совсем не изменился. В тот момент для меня стало естественным сказать себе: «Фиалка цветёт как фиалка, роза цветёт как роза». Есть люди, похожие на Саваки-роси, напоминающие пышные цветущие розы; есть и другие, вроде меня, которые похожи на крошечные, хорошенькие цветущие фиалки. Кто из них лучше? Это ненужный вопрос. Я от всего сердца буду цвести просто таким, каков я есть.

В заключение скажу, что я живу жизнью Вселенной в её полноте, жизнью абсолютной реальности, независимо от того, думаю я или нет, верю ей или нет, принимаю её или отвергаю. Сущность нашей практики состоит в том, чтобы проявлять эту жизнь Вселенной в её полноте здесь и сейчас. В этом нет никакого суждения относительно успеха или неудачи. Если существуют успех и неудача, тогда я нахожусь во взаимоотношениях с другими. Однако, поскольку всё, с чем я сталкиваюсь здесь и сейчас, есть часть моей жизни, мне не следует небрежно относиться к чему бы то ни было; мне надлежит искренне заботиться обо всём. Именно таким образом я и занимаюсь практикой. Я встречаюсь в своей жизни со всем. «Там, где мы достигаем одной вещи, мы проникаем в одну вещь, там, где встречаемся с одной практикой, мы культивируем одну практику» — вот так выразил это Догэн-дзэндзи в «Сёбогэндзо-гэндзёкоан». Когда я встречаюсь с одной вещью, я практикую одну вещь.

Например, когда вы взбираетесь на гору, вы поднимаетесь на неё момент за моментом, делая в каждый момент один шаг. Дело обстоит не так, будто вы взбираетесь на гору только тогда, когда достигаете её вершины. Продвигаться вперёд шаг за шагом — вот что важно. Мы живём мгновение за мгновением, шаг за шагом. Такова деятельность целой Вселенной, деятельность бесполезная. Это практика-просветление без загрязнённости. Согласно «Сёбогэндзо-юйбуцуёбуцу», «незагрязнённость» означает — не принимать и не отвергать, не различать. Нет ничего, что нужно подбирать или отбрасывать. Некуда идти. Поскольку это Вселенная в её полноте, она не может быть осквернена. И с этой чистой жизненной силой внутри себя я живу всегда здесь и сейчас, проявляя целую Вселенную. Как раз занятие этой практикой, которая ничего не даёт, и есть смысл слова «сикан», «точность». Догэн-дзэндзи часто пользовался словом «сикан» — «просто делать» или «делать целеустремлённо». Это не означает экстаза или поглощённости ума какой-то деятельностью. Для переживания экстаза или для поглощённости ума нужен некоторый объект или некоторая цель. Сикан не имеет объекта. Это «просто деланье», как чистая жизненная сила «я».

В нашем современном мире большинство людей мыслит в терминах соревнования с другими в борьбе за существование, за деньги, или за статус, или за власть. Но истинный путь жизни не имеет ничего общего с взаимоотношениями с другими людьми. Мы являем собой «я», которое есть только «я». Мы делаем «я» из «я» при помощи «я»; это «я» есть Вселенная в её полноте, — и оно едино со всей Вселенной. Кого бы я ни повстречал, с кем или с чем бы ни сталкивался в своей жизни… Мы просто делаем что-то при помощи истинной, чистой жизненной силы, силы «я», — делаем без всяких ожиданий. Нам не приходится плакать, когда мы терпим неудачу или оказываемся позади в каком-то виде соревнования. Нет надобности чего-то избегать или за чем-то гнаться в силу желания обрести счастье и отвергнуть несчастье. Если мы неустанно мчимся то туда, то сюда, наша жизнь оказывается неустойчивой.

Жить непосредственно, с достойной установкой, когда нами движет жизненная сила «я», единого со всей Вселенной, — таков образ жизни, основанный на дзадзэн, которому учил Саваки-роси.


Примечания

1

1. Японское слово «ядонаси» употребляется по отношению как к личности, так и к животному. Понятия «бездомный» и «бродячий» заключают в себе один и тот же смысл и употребляются попеременно.

2

2. Мадзян — игра китайского происхождения; обычно в неё играют четыре человека. Эта игра в Японии представляет собой очень популярную форму азартной игры.

3

3. Исикава Гоэмон (1553-I594) — гнусный вор периода Адзути Момоямы. Тэнитибо: персонаж традиционного репертуара японского рассказчика.

4

4. Кунисада Тюдзи — азартный игрок с рыцарственным характером (1810–1850).

5

5. Школьная система Японии требует, чтобы учащиеся отличались на чрезвычайно трудных вступительных экзаменах в высшую школу и в колледж, если им нужно вступить на путь высшего образования, ведущий к финансовому и социальному успеху. Поскольку слабые успехи на таких экзаменах часто приводят к «неудаче», ощущаемой в течение целой жизни, ежегодно многие кандидаты, не добившиеся удачи на экзаменах, пытаются совершить самоубийство.

6

6. Прозвище, «данное» матери особого типа, которая фанатично стремится дать своим детям образование. Кёйку — по-японски «образование».

7

7. B 1332 г. Кусуноки Масасигэ сражался против Ходзё у Тихаядзё, чтобы помочь императору Годайго, пытавшемуся отобрать у Ходзё политическую власть в Камакуре. Кусуноки был славен своей верностью, а Ходзё считался мятежником.

8

8. Здесь слово «направление» указывает на древнее верование относительно, например, самого благоприятного места для постройки нового дома.

9

9. Три мира: мир желания, мир формы, мир бесформенности.

10

10. Шуньята — «пустота»; здесь это означает, что все явления относительны и зависят от других явлений.

11

11. В «Гакудо ёдзинсю» Догэна-дзэндзи говорится: «Путь лежит под ногами каждого человека», так что место, где мы можем утвердиться, находится не где-то, а именно здесь.

12

12. «Дзэн тэнма» — сокращение фразы «дзэн — это действие дьявола», одной из фраз, употреблявшихся Нитирэном для критики других школ буддизма в Японии, когда он впервые основал собственную секту.

13

13. B «Абхидхарма-коша» («Абидацума-куся»), в «грозди 10» даны два вида этих пяти признаков. Первый вид: одеяния становятся грязными, цветы в волосах вянут, тела дурно пахнут, подмышки потеют, существа не наслаждаются своим первоначальным положением.

14

14. Отани Коэн (1875–1943). «Кубуцу» было его именем как автора хайку. Он был двадцать третьим настоятелем Хонандзи.

15

15. «Ваби» и «саби» — сокращённые формы слов «вабисии» и «сабисии». «Вабисии» буквально означает «несчастный, одинокий», а «сабисии» значит «одинокий, уединённый, покинутый». Слова выражают дух чайной церемонии и хайку.

16

16. Утияма-роси часто говорил, что слово, переведенное здесь как «ум» или «душевный строй» (яп. «кокоро»), есть производное от слова «корокоро», употребляющегося для обозначения чего-то такого, что вновь и вновь перекатывается с места на место.

17

17. Кантё — глава администрации какой-нибудь подшколы внутри одной из главных школ дзэн в Японии (риндзай и сото) и настоятель храма в её главной квартире.

18

18. Однажды Шестой Патриарх Эно спросил Нангаку: Эдзё: «Почему вы занимаетесь практикой и добиваетесь просветления?» Нангаку ответил: «Практика и просветление не есть нечто «нездешнее»; но их нельзя обрести, если есть какая-то нечистота». Тогда Шестой Патриарх сказал: «Нет нечистоты» — вот что сохраняют все будды. Вы таковы, таков и я; поистине, все патриархи в Индии говорили одно и то же.

19

19. Котацу — род нагревателя, прикрытого стёганым одеялом; работает на древесном угле или электричестве.

20

20. Мусаси Миямото (1584–1645) — мастер меча во времена раннего периода Эдо; написал работу по практике фехтования «Горинно-сё», или «Книга Пяти Колец».

21

21. Синпо — ум, непривязанный к материальному.

22

22. «Дзёюйсики-рон» («Виджинаптиматратасиддхи-шастра») — комментарий Дхармапады на «тримсика виджняптиматратсиддхи» Васубандхи, основной текст школы йогачаров.

23

23. Макё букв.: «мир дьявола».

24

24. Медака (яп.) часто употребляется как пример самой маленькой рыбы.

25

25. Рикю Сэн (1521–1591) был основателем школы Сэнкэ-тяною. Он освоил чайную церемонию под руководством Седзё Такэно и завершил её развитие.