sci_tech Техника и вооружение 2005 04

Научно-популярный журнал (согласно титульным данным). Историческое и военно-техническое обозрение.

ru
Fiction Book Designer, Fiction Book Investigator, FictionBook Editor Release 2.6.6 08.07.2012 FBD-8EF982-D69B-394E-7CBB-50E1-C17F-3F1A2F 1.0 Техника и вооружение 2005 04 2005 2005

Техника и вооружение 2005 04

ТЕХНИКА И ВООРУЖЕНИЕ вчера, сегодня, завтра

Научно-популярный журнал

Апрель 2005 г.

Парадоксы отечественного танкостроения

Петр Кириченко, Геннадий Пастернак

Окончание. Начало см. в «ТиВ» № 2,3/2005 г.

Главный конструктор Н.С. Попов, под руководством которого был создан танк Т-80.

Какая «ипостась» лучше?

Итак, зарождение трех ипостасей основного боевого танка новою поколения состоялось. Перед генеральным заказчиком — Министерством обороны СССР — возник вопрос: на какой из вариантов этого танка делать основную ставку для массового заказа в промышленности и оснащения войск? Для этого руководству Минобороны СССР достаточно было выполнить следующие действия:

— произвести объективное сопоставление трех вариантов нового танка по уровню основных тактико-технических характеристик: огневой мощи, боевой живучести, подвижности, обитаемости, эксплуатационной надежности, а также по цене при серийном производстве и по стоимости затрат при войсковой эксплуатации и боевом применении;

— сделать однозначный выбор оптимального варианта танка, наиболее полно отвечающего объективным интересам вооруженных сил с точки зрения эффективного выполнения бронетанковыми войсками стоящих перед ними задач в мирное и военное время;

— категорически настоять на принятии однозначно выбранного варианта в качестве основного боевого танка нового поколения для его серийного производства и оснащения войск.

Выполнение первого из этих действий оказалось сложным, громоздким, дорогостоящим, проходило в крайне конфликтных условиях и затянулось на длительный срок.

Основными этапами этой работы были:

— проведение в 1971 г. сравнительных испытаний танков T-64A, Т-72 («объект 172М») и Т-80 («объект 219»). В испытаниях. получивших среди их участников юмористическое название «тараканьи бега», участвовали по 10 танков каждого типа. Испытания длились шесть месяцев и включали в себя пробег в объеме 10 тыс. км в районах Украины. Белоруссии. Закавказья, Туркестана, а также боевые стрельбы, в том числе взводные и ротные, на окружных полигонах БВО и ТуркВО;

— организация в 1972 г. повторных испытаний 15 танков Т-72 и шести танков Т-80 после их доработки по результатам первого этапа испытаний.

Осуществление этих работ потребовало выпуска специального Постановления ЦК КПСС и СМ СССР и ряда приказов и директив министра обороны. Для руководства испытаниями была создана Государственная комиссия из представителей Министерства обороны и промышленных министерств в составе 15 человек под председательством заместителя командующего 6 гв. ТА генерал — лейтенанта Ю.М. Потапова, а также рабочая группа в составе 16 человек из конструкторов. сотрудников научно-исследовательских учреждений и военных представительств. Был сформирован отдельный испытательный батальон трехротного состава общей численностью 137 человек. В его штате были предусмотрены хорошо оснащенные подразделения обеспечения, включая взвод связи с большим количеством подвижных радиосредств, взвод снабжения с полевой кухней, палатками, автотранспортом, топливозаправщиком, электростанцией, отделение технического обслуживания с мастерской, батальонный медпункте санитарным автобусом и дегазационно-дезинфекционной машиной, использовавшейся как полевая баня.

Первый в мире серийный танк с ГТД Т-80

Опытный танк «объект 288», разработанный в 1966 г. на ЛКЗ, оснащался двумя ГТД-350Т.

Учитывая большую протяженность самостоятельных действий батальона, необходимость организации тактических учений и стрелы), регулирования маршрутов движения, охраны в пути и в районах временной дислокации, планирования и учета эксплуатации техники, проведения необходимых ремонтов боевых и транспортных машин, артвооружения. приборов управления стрельбой, хранения и подвоза бронетанкового и автомобильного имущества, боеприпасов, ГСМ. продовольствия, а также финансового обеспечения личного состава, веде! гия дело производства, была сформирована группа обеспечения численностью 90 человек с соответствующим количеством штабных, транспорт них и специальных машин. Кроме того, каждое конкурирующее предприятие за счет собственных средств сформировало группы сопровождения испытаний из заводских специалистов, оснастив их ремонтными средствами, транспортом, запасными частями и другим необходимым имуществом.

В дополнение к этому Министерство оборонной промышленности сформировало подвижную «мозговую группу» из специалистов профильного научно-исследовательского института (ВНИИТМ) для обработки результатов испытаний и их научной интерпретации. Поэтому за колонной танков всегда следовала армада автомашин, что создавало у встречного населения впечатление крупной передислокации войск.

Соревнования танков происходили в неравных условиях. Танки Т-64 к тому времени серийно выпускались уже более пяти лет. в том числе в модификации Т-64А — более грех лет. За этот период в них был реализован большой объем технологических и конструкторских доработок по результатам освоения их серийного производства и войсковой эксплуатации. Танки Т-72 и Т-80 были представлены в опытном исполнении как «объекты 172М» и «219» и, естественно, не прошли такой длительной доводки. Поэтому после первого этапа испытаний потребовалось некоторое время для устранения ряда выявленных недостатков опытных образцов Т-72 и Т-80 и проведения их повторных сравнительных испытаний. (Далее для упрощения изложения мы будем употреблять только окончательные наименования танков Т-72 и Т-80, отбросив условные обозначения их опытных образцов — «объекты 172М» и «219».)

Главной интригой второго этапа испытаний был конфликт между сторонниками танков Т-80 и Т-72. Соотношение сил было явно на стороне приверженцев газотурбинного танка. Его наиболее влиятельным покровителем был Д.Ф. Устинов, а вслед за ним не только убежденные приверженцы газотурбинной концепции, но и все те, кто стремился потрафить высокому партийному начальству. Это порождало двойные стандарты при оценке результатов испытаний. О том, какие острые, порой анекдотические формы принимало лоббирование танков их сторонниками, мы знаем не понаслышке. На втором этапе сравнительных испытаний 15 танков Т-72 и шести танков Т-80 в 1972 г. одному из авторов настоящей статьи довелось участвовать в раб<гге Государственной комиссии в качестве заместителя ее председателя.

«Государевым оком» на испытаниях был уже немолодой инструктор оборонного отдела ЦК КПСС некто В.И. Подрезов. Неотлучно следуя за танками, как правило, в одной машине с председателем комиссии, он стремился вникнуть во все технические тонкости испытаний. Проводя установку Д.Ф Устинова, он бдительно следил за умонастроениями председателя и членов государственной комиссии. Это обстоятельство заставляет остановиться несколько подробнее на манере поведения этой персоны.

От всех остальных участников испытаний В.И. Подрезов отличался своеобразной внешностью. Непокрытая седая голова с аккуратной круглой лысиной и надетая поверх гражданской одежды длинная плащ-накидка с откинутым капюшоном делали Подрезова поразительно похожим на средневекового монаха- капуцина. За это, а также за назидательный тон в разговоре с окружающими и по некоторому созвучию с его фамилией он получил среди испытателей ироническое прозвище Падре. Время от времени Падре отводил в сторону кого-либо из участников испытаний, заподозренных им в излишних симпатиях к танку Т-72, и тихим голосом, почти шепотом, делал ему предостережение, напоминая об ответственности перед партией. Видимо, не полностью доверяя испытателям, он пытался лично следить за техническим состоянием танков Т-72, что порой выглядело смехотворно. Так, например, в кармане Падре? носил с собой карандаш, который использовал в качестве щупа для проверки на каждой стоянке зазора между проушинами соседних траков гусениц танков Т-72, характеризующего износ пальцев в шарнирах.

В своей предвзятости преуспевала и упомянутая выше подвижная «мозговая группа» Миноборонпрома. Интерпретируя результаты испытаний танков на основании разработанных ею критериев, эта группа, состоявшая из докторов и кандидатов технических наук, часто делала заключения, поражавшие своей необъективностью. Так, после пробега танками Т-72 около 3000 км «мозговая группа» сделала заключение, что корпуса двух танков полностью выработали свой ресурс и поэтому танки должны быт», сняты с испытаний. Основанием для этого послужили несколько микротрещин в бортах корпусов в районе кронштейнов подвески. Вопреки этому «научному» заключению, танки без какого бы то ни было ремонта корпусов выполнили весь объем испытаний, включая 10000 км пробега, стрельбы, преодоление всех видов препятствий, в том числе водных преград вброд и под водой.

Особо сильное давление сверху оказывалось на председателя комиссии, который должен был постоянно докладывать о ходе и результатах испытаний лично Д.Ф. Устинову. Это ставило генерала Ю.М. Потапова в пикантное положение, учитывая, что возможность его дальнейшего продвижения по службе во многом зависела от отношения к нему руководства ЦК КПСС.

В этих условиях объективная оценка результатов испытаний потребовала от испытателей и членов комиссии немало мужества и принципиальности, за которую кое-кто поплатился.

Объективное сопоставление танков Т-64А, Т-72 и Т-80 по основным тактико-техническим характеристикам, в том числе полученным при сравнительных испытаниях, давало следующую картину.

Генерал-полковник Ю.М. Потапов.

Сборка танков Т-72 на Уралвагонзаводе.

Вооружение

С формальной точки зрения (т. е. из сравнения показателей вооружения, приводимых в типовых справочных характеристиках танков) танки Т-64А, Т-72 и Т-80 имеют абсолютно одинаковое вооружение.

Что касается вооружения Т-64А и Т-80, то это истинная правда, поскольку КБ Кировского завода практически вооружением не занималось, полностью заимствуя его с танка Т-64А. Проблемы установки газотурбинного двигателя были столь сложны, что конструкторам ЛКЗ было не до вооружения.

Другое дело Т-72. Имея определенный задел, апробированный на «объекте 167», создав резерв по грузоподъемности шасси машины за счет перехода на усиленную ходовую часть. Л.Н. Карцев постарался максимально избавиться от некоторых нерациональных решений А.А. Морозова в части вооружения принятых в угоду сохранения минимальной массы машины.

На Т-64А пороховые заряды выстрелов в сгорающих гильзах были размещены в L-образной механизированной укладке вертикально под крышей башни, заняв большую часть лобовой проекции машины. Это делало их потенциально более уязвимыми при обстреле танка. Кроме того, находясь в вертикальной части буквы L, они образовали сплошной частокол по периметру боевого отделения. Командир и наводчик оказывались как бы внутри пороховой бочки, а механик-водитель — в наглухо изолированном от них отделении управления. Разобщение членов экипажа затрудняло их перемещения внутри танка и исключало возможность быстрой эвакуации механика-водителя в случае его ранения. Это ставило меха ни ка-водителя в сложное положение. Известны, например, случаи из опыта Великой Отечественной войны, когда изолированное положение механика-водителя в танке М4А2 «Шерман» приводило к его гибели от ран из-за невозможности быстрой эвакуации. Все это снижало шансы на выживание членов экипажа при обстреле танка Т-64А и могло отрицательно сказаться на морально-психологическом состоянии людей в экстремальных ситуациях. В полной мере это относится и к танку Т-80, разработчиками которого были заимствованы технические решения по автомату заряжания танка Т-64А.

В танке Т-72 общая компоновка боевого отделения была полностью изменена с целью размещения боекомплекта как можно ближе к днищу танка как наименее уязвимому месту при его обстреле. Это также позволило избавиться от опасного «кабинного» размещения командира и наводчика изолированно от механика-водителя.

Внедрение решений, реализованных в тагильском автомате заряжания под условным названием «Желудь», позволило не только устранить эти пороки, но и преодолеть малозаметный со стороны недостаток механизма заряжания танков Т-64 А и Т-80, связанный с тандемным (на лоток выкладывается и снаряд, и заряд) досылом снаряда и заряда в камору пушки. Такой досыл не гарантирует стабильность инерционного способа «закусывания» снаряда при внешних возмущениях, сопутствующих как движению танка, так и изменению углового положения пушки относительно горизонта. В автомате заряжания «Желудь» осуществлен более надежный индивидуальный досыл каждой из частей выстрела, гарантирующий стабильность основного баллистического показателя — начальной скорости.

Значительным шагом вперед танка Т-72 явилось немедленное избавление после выстрела от поддона заряда — источника угарного газа. В механизме заряжания двух других танков поддон возвращается в бое укладку, продолжая отравлять атмосферу боевого отделения.

В карусельной укладке Т-72 ожидалось появление дефекта, связанного с неизбежным частичным повреждением лакокрасочного покрытия выстрелов из- за конструктивных особенностей размещения выстрелов в укладке. Однако эти опасения не подтвердились. Повреждения покры тия зарядов и снарядов в боеукладке не оказались существенными даже после пробега на 5000 км.

Забегая немного вперед, необходимо отметить, что одновременно с началом изготовления опытных образцов перед московским Центральным институтом автоматики и гидравлики была поставлена задача избавления в исполнительной части стабилизатора по вертикали от источника повышенной опасности — гидропривода. Дело в том, что рабочая жидкость, имея высокую температуру и давление, и не только при боевых повреждениях, может наносить серьезные травмы экипажу. Поэтому в ЦНИИ АГ был проработан переход с гидравлического привода на электрический. Однако эта проработка по ряду обстоятельств была внедрена в серию с некоторым запаздыванием, лишь в середине 1970-х гг.

Что касается дублирующего привод а вертикального наведения пушки, то в танках Т-64А и Т-80 был установлен гидропривод. Это было выгодно с точки зрения экономии веса и внутренних объемов боевого отделения, внешне выглядело изящно, однако противоречило здравому смыслу с точки зрения аварийного предназначения дублирующего привода. В танке Т-72 с первой опытной машины гидропривод был заменен ручным механическим приводом (доработанная по приводу пушка получила индекс Д81Т). Это обеспечивало возможность осуществлять наведение пушки по вертикали при выходе из строя электрической и гидравлической систем, а также избавило наводчика от необходимости непрерывного удержания пушки гидроприводом от непроизвольного касания земли вследствие ее конструктивной неуравновешенности до заряжания (пока не выбран тип выстрела).

Были реализованы и другие доработки вооружения в ганке Т-72, устраняющие недостатки, выявленные в ходе испытаний Т-64А. Например, в стабилизаторе по вертикали был введен механизм принудительного догона пушки в зону разрешения выстрела, что устраняло задержки, а то и отказы цепей стрельбы с короткой остановки. Эти доработки позднее внедрялись и в танки Т-64А и Т-80.

Таким образом, при формально одинаковых основных характеристиках комплексов вооружения и управления огнем танков Т-64А. Т-80 и Т-72 последний явно выигрывал, избавившись от ряда недостатков установки вооружения в остальных танках, в том числе от компоновочного просчета, связанного с опасной разобщенностью членов экипажа.

Двухъярусный вращающийся транспортер автомата заряжания танка Т-72.

Размещение элементов гидроприводов башни и пушки стабилизатора вооружения 2Э28М танка Т-72.

Средства защиты

Несмотря на отличия в конструкции броневых корпусов и башен танков Т-64А. Т-72 и Т-80, уровень их броневой защиты от противотанковых средств поражения практически одинаков. Это же относится и к средствам противоатомной и противопожарной защиты танков. На всех трех танках реализованы разработанные во ВНИИ Стали трехслойная комбинированная броня верхней лобовой части корпуса и башни, экранированная броня борта корпуса, противорадиационные подбои и надбои. Танки снабжены автоматическими системами противоатомной и противопожарной защиты. Что касается скрытности танков от средств разведки и наблюдения противника, то сигнатура танков в различных диапазонах частот при сравнительных испытаниях не измерялась. Однако по внешним признакам можно предположить. что по сравнению с дизельными танками тепловая сигнатура танка Т-80 менее благоприятна, что может сделать его более заметным для тепловых головок самонаведения и тепловизионных средств наблюдения и прицеливания противника. Об этом свидетельствует такой косвенный признак, как мгновенное обгорание наружной краски на выпускных трубах ОПВТ в рабочем положении из-за интенсивного тепловыделения выпускных газов, чего не наблюдается у дизельных танков.

Ходовая часть

На первых образцах танков Т-72 и Т-80 была установлена облегченная ходовая часть танка Т-64А. Однако при первых же испытаниях выявилось, что она не имеет достаточного ресурса прочности. Конструкторы танков Т-72 и Т-80 предложили различные варианты усиленной ходовой части, невзаимозаменяемые и с ходовой частью танка Т-64А. Конструктивные недостатки новых вариантов ходовой части, выявленные при сравнительных испытаниях, были устранены в ходе этих испытаний.

Силовые установки

Но, конечно, главным предметом соперничества между танками Т-64А, Т-72 и Т-80 были их силовые установки.

Выше были уже даны некоторые сравнительные оценки силовых установок с дизелями 5ТДФ и В-46. Напомню, что двухтактные двигатели 5ТДФ, не имея каких-либо явных эксплуатационных преимуществ перед четырехтактными двигателями В-46, существенно уступали им по стоимости, уровню унификации с двигателями существующего танкового парка, а также из-за необходимости создания с нуля нового сложного моторного производства и значительно более ограниченными предельными возможностями выпуска двигателей 5ТДФ в мирное и военное время. Что касается привлекших А.А. Морозова компоновочных преимуществ двигателя 5ТДФ, связанных с его меньшим габаритом по высоте и возможностью двустороннего отбора мощности, то они оказались не столь уж существенными. Конструкторами танка Т-72 была продемонстрирована возможность нормального размещения двигателя В-46 в габаритах корпуса танка Т-64А по высоте, а также совместимость этого двигателя с бортовыми коробками передач (Т-72 выше Т-64А на 20 мм только за счет увеличения клиренса с 450 до 470 мм из соображений лучшей проходимости. Потребовавшееся незначительное увеличение объема МТО было достигнуто за счет наклона кормового листа корпуса без увеличения длины базы танка).

Несколько предварительных слов о газотурбинной силовой установке танка Т-80. Выше упоминалось о некоторых нежелательных свойствах газотурбинных двигателей — сравнительно более высоком удельном расходе топлива, отсутствии тормозных качеств, неприспособленности к работе с резким и частым изменением режима и повышенной чувствительности к запыленности воздуха. Разработка и реализация ленинградцами в двигателе ГТД-1000Т ряда новых, подчас довольно сложных технических решений позволили полностью или частично справиться с этими недостатками. Так. введение регулируемого соплового аппарата (РСА) позволило обеспечить возможность эффективного торможения танка двигателем (развиваемая тормозная мощность составила 50 % от максимальной полезной мощности).

Оговоримся, что, в отличие от дизелей, где торможение двигателем происходит при сбрасывании подачи топлива, торможение газотурбинным двигателем с РСА требует дополнительного расхода топлива, что усугубляет проблему экономичности. Большое количество мероприятий, реализованных в двигателе ГТД-1000Т, было направлено на предотвращение падения его мощности и возникновения помпажа вследствие отложения пыли в проточной части двигателя и ее спекания на полках рабочих лопаток турбины. Однако оставалось главное «родимое пятно» ГТД — высокий удельный часовой расход топлива. До проведения сравнительных испытаний было неясно, сможет ли повышение скоростных качеств танка Т-80 с высокой номинальной удельной мощностью (23,8 л.с./т против 18,2 л.с./т у Т-64А и 19л.с./т у Т-72) компенсировать этот недостаток за счет уменьшения километрового расхода топлива. Предстояло также проверить эффективность всех остальных указанных выше конструктивных мероприятий.

Следует отметить, что при сравнительных испытаниях танков Т-64А. Т-72 и Т-80 требовалось сопоставить не те предельные скоростные характеристики одиночных машин, какие обычно демонстрируются перед трибунами на показах. Они имеют мало общего с практическими показателями, которые проявляются в ходе реальной войсковой эксплуатации танков. Поэтому условия испытаний были приближены к войсковым.

Все длительные переходы осуществлялись в колоннах в составе подразделений с соблюдением уставных требований по дистанции между машинами, срокам больших и малых привалов. Естественно, это ограничивало скорости движения машин. При соблюдении уставных дистанций колонна вынуждена была ориентироваться на наименее подготовленных водителей. Существенно влияли также такие факторы, как качество разведки и регулирования маршрутов, время сохранения непросматриваемых пылевых облаков от впереди идущих машин и ряддругих. Наконец, в отличие от одиночных машин, движение колонн не носит непрерывного поступательного характера, а скорее напоминает движение пресмыкающегося. При преодолении мостов, железнодорожных переездов и других подобных препятствий длина колонны сокращается, танки скапливаются и поджидают друг друга. После их преодоления длина колонны вновь увеличивается. Понятно, что в таких условиях даже самые быстрые машины не могут полностью реализовать свои скоростные качества.

При сравнении скоростных качеств комиссию больше всего интересовала не столько техническая, сколько тактическая скорость танков. Поясним, что под тактической скоростью движения танков в колонне подразумевалось частное от деления протяженности марша подразделения на время его совершения (за вычетом времени больших привалов). Именно эта скорость важна для тактических расчетов маршей. Техническая же скорость — это скорость «чистого движения». При ее определении учитывается не всевремя совершения марша, а лишь то время, когда двигатели танков работают под нагрузкой. Не учитывается время их работы на холостом ходу, зависящее не столько от технических возможностей машин, сколько от неизбежных маршевых ограничении.

Анализ полученных данных показал, что танки Т-80, номинальная удельная мощность которых превышала показатели танков Т-64А и Т-72 соответственно на 30 и 25 %, имеют преимущество по тактическим скоростям в европейских условиях лишь на 9-10 %, а в условиях Средней Азии — не более 2 % (по техническим скоростям преимущество несколько выше — соответственно на 17–18 % в Европе и на 11–12 % в Средней Азии). В то же время часовой расход топлива у газотурбинных танков был выше, чем у дизельных, на 65–68 %, километровый расход — на 40–50 %>, а запас хода по топливу меньше на 26–31 %. Это приводило к необходимости при организации маршей предусматривать возможность дозаправки танков Т-80 в ходе суточных переходов.

Одной из причин снижения скоростей танков в жарких условиях явились потери мощности двигателей из-за уменьшения плотности воздуха. При этом у двигателей 5ТДФ и ГТД-1000Т эти потери больше, чем у В-46, соответственно в 2 и 12,5 раза.

Красноречивыми оказались и результаты высокогорных испытаний. На высоте 3 км над уровнем моря потеря мощности у двигателя 5ТДФ достигала 9 %, у В-46 — 5 %, у ГТД-1000Т — 15,5 %.

На основании результатов сравнительных испытаний доработанных танков Т-72А и Т-80 к принятию на вооружение и серийное производство комиссией был рекомендован танк Т-72.

Несмотря на начальственный прессинг, комиссия не смогла рекомендовать танк Т-80 в представленном исполнении к принятию на вооружение. Однако ограничиться такой записью значило бы признать, что израсходованные на его разработку средства затрачены зря. Поэтому сошлись на компромиссной формуле — «считать эту разработку перспективной». Покровителей этого танка такая формула избавляла от ответственности за неэффективную затрату' бюджетных средств, а разработчикам Т-80 и ГТД-1000Т давала возможность продолжить поиски путей по устранению выявленных недостатков. Все остальные члены комиссии, отчетливо понимавшие опасность немедленной постановки Т-80 и ГТД- 1000Т на серийное производство, трактовали эту формулу как неопределенно далекую перспективу.

Время — лучший судья. О том, что ожидало бы нас от принятия на вооружение и серийное производство танков Т-80 и двигателя ГТД-1000Т с такими экономическими показателями, можно судить по опыту боевого применения армией США танков М1А1 Abrams на кувейтском ТВД в 1991 г. В газете «Военно-промышленный курьер ВПК» (№ 34(51), 8- 14 сентября 2004 г., стр.4) опубликована статья одного из наиболее компетентных наших военно-технических обозревателей П.Г. Филиппова. в которой приводятся данные британского генерала Рэйда (Reid), участника этих боевых действий. По этим данным, газотурбинные M1А1 расходовали топлива в 4 раза больше, чем дизельные Challenger. «Наступательная операция Многонациональных антииракских сил «Меч пустыни» 23–27 февраля 1991 г. выявила огромный расход топлива танками М1А1 Abrams с ГТД, который потребовал поставок топлива для них с помощью длинных конвоев, колонн топливозаправщиков и других грузовых машин, иногда бесперебойный ход таких поставок топлива был сопряжен с большими трудностями». Напомним, что это пишется о кратковременных боевых действиях с небольшой глубиной операции на весьма ограниченном ТВД в нефтяном краю. При этом речь идет о танках М1А1, у которых ГТД ACT-1500 значительно экономичнее ГТД-ЮООТ (202 г/л.с. ч против 240 г/л.с. ч). Если мысленно перенести этот опыт на широкомасштабные боевые действия наших войск на одном из возможных ГВД например на западном или, не дай бог, на дальневосточном, то о последствиях даже страшно подумать.

Показательно, что во всех странах Европы. Азии и Австралии при выборе будущего танка для своих армий предпочтение однозначно отдается дизельным танкам перед газотурбинными. Об этом, в частности, красноречиво свидетельствуют результаты танковых тендеров 1983–2004 гг., приведенные в обзорной статье П.Г. Филиппова «Леопард» против «Абрамса» («Независимое военное обозрение» № 48 от 17–24 декабря 2004 г.). Выбор в пользу дизельных танков сделали Швейцария (1983), Швеция (1994), Греция (2002). Предложение США об участии М1А2 в турецком танковом тендере в 2002 г. министерство обороны Турции приняло только в случае представления дизельного варианта этого танка. Австралия в 2004 г. в качестве своего будущего танка выбрала М1А2 также при условии замены ГТД на дизельный двигатель. В новом южнокорейском танке К-1, несмотря на его «американские корни», в 1987 г. был установлен не ГТД а дизельный двигатель. В новом индийском танке «Арджун» вместо первоначально планировавшейся установки ГТД впоследствии решено было применить дизельный двигатель.

Итак, общим итогом длительных и многоступенчатых сравнительных испытаний танков Т-64А, Т-72 и Т-80 стал вполне очевидный вывод; наиболее оптимальным претендентом на роль основного боевого танка новою поколения для массового заказа в промышленности и оснащения войск является танк Т-72.

Маршал

Советского Союза И.И. Якубовский.

Главный маршал бронетанковых войск

А.Х. Бабаджанян.

Соломоново решение

Для рассмотрения результатов всех испытаний и подготовки решения о том, какой танк должен быть принят в серийное производство на всех танковых заводах, в 1973 г. была создана специальная комиссия во главе с первым заместителем министра обороны СССР. Главнокомандующим Объединенными вооруженными силами стран Варшавскою Договора Маршалом Советского Союза И. И. Якубовским.

Иван Игнатьевич Якубовский был яркой личностью. Человек богатырского телосложения, дважды Герой Советского Союза, лихой танкист, в годы Великой Отечественной войны он прошел путь от командира танкового батальона до заместителя командира танкового корпуса. Под его командованием 91-я отдельная танковая бригада в составе Донского фронта участвовав в освобождении Сталинграда, сражалась в рядах прославленной 3-й гвардейской танковой армии генерал-лейтенанта П.С. Рыбалко на острие нашего контрнаступления под Курском, прошла с боями по всей Украине в составе 1 — го Украинского фронта, освобождала Киев, Фастов, Житомир. О личной отваге командира бригады ходили легенды. Его имя неоднократно звучало в победных приказах Верховного Главнокомандующего. Но жизнь показала, что И.И. Якубовский не только отважный боец и талантливый военачальник. На ответственном посту Главнокомандующего войсками Группы советских войск в Германии, а позднее, командуя Объединенными вооруженными силами СВД, он проявил себя в непростых международных вопросах как зрелый политик и дипломат. В 1961 г. он стал членом ЦК КПСС.

Вот этому человеку и было доверено возглавить комиссию для рассмотрения конфликтной ситуации, создавшейся в отечественном танкостроении, и принятия окончательного решения.

В состав комиссии вошли такие авторитетные лица, как заместители министра оборонной промышленности П.В. Финогенов и Л.А. Воронин, начальник танковых войск главный маршал бронетанковых войск А.Х. Бабаджанян. Высокое партийное начальство представлял заведующий отделом ЦК КПСС И.Ф. Дмитриев, непосредственно подчиненный Д.Ф. Устинову. Госплан СССР был представлен начальником оборонного отдела П.И. Калинушкиным. К работе в комиссии привлекли директоров ведущих танковых и моторных заводов, руководителей отраслевых научно-исследовательских и испытательных институтов, представителей Генштаба, начальников бронетанковых служб БВО, КВО и ПрикВО, а также представителей других заинтересованных министерств и ведомств.

Уже один состав комиссии свидетельствует о том, насколько всесторонне. глубоко и квалифицированно рассматривалась эта сложная проблема.

К этому моменту ситуация по трем воплощениям нового танка зашла уже слишком далеко и была крайне запутана. Танки Т-64А уже рял лет серийно выпускались в Харькове. По постановлению СМ СССР и ЦК КПСС от 15.08.67 г. проводились работы по подг отовке их серийного производства на ЛКЗ и УВЗ. При военных округах, имевших танки Т-64 и Т-64А. Миноборонпромом были созданы постоянные представительства из заводских специалистов, в распоряжении которых имелись комплекты запасных частей для быстрого устранения рекламационных претензий по этим тапкам и их двигателям. В то же время Д.Ф. Устинов, который был твердо уверен в успешном завершении работ по танку Т-80, настоял на создании в 1968–1974 гг. мощностей по производству двигателей ГТД-1000Т на Калужском опытном моторном заводе и Ленинградском машиностроительном заводе им. В.Я. Климова, а также на строительстве завода по серийному производству этих двигателей в г. Ростове Ярославской области. Изготовление танков Т-80 включалось отдельной строкой в народнохозяйственный план под условным наименованием «объект 219». И только по танку Т-72, рекомендованному в 1972 г. к принятию на вооружение и серийное производство, никакого правительственного решения не было.

Несмотря на взаимоисключающие первоначальные позиции сторон, поддерживаемые высокими партийными и государственными инстанциями, волевой и настойчивый И.И. Якубовский сумел добиться принятия согласованного решения.

Решение сводилось к следующему:

— вопрос о производстве танков Т-80 был вынесен за скобки, поскольку по результатам сравнительных испытаний он не был рекомендован комиссией Ю.М. Потапова к принятию на вооружение;

— танкТ-72 рекомендовался к принятию на вооружение и постановке на серийное производство сразу на Уралвагонзаводе, а затем в Омске и в Челябинске, а также на всех заводах, привлекаемых в особый период;

— изготовление танков Т-64 сохранялось только на заводе имени В.А. Малышева,

Британские танки Challenger (слева), оснащенные дизельными двигателями, показали себя гораздо лучше в условиях боевых действий в пустыне, чем американские газотурбинные М1 (справа).

Газотурбинный двигатель ГТД-1250 устанавливался на последних версиях Т-80.

Одна из последних серийных модификаций «восьмидесятки» — Т-80У.

Конечно, это был вынужденный ход или, как говорят шахматисты, цугцванг. Прекратить производство танков Т-64А и двигателей 5ТДФ, демонтировать производственные мощности, уже созданные с таким трудом и затратами, свернуть всю инфраструктуру, созданную в войсках, было бы нелепо.

В то же время отмена комиссией И И. Якубовского ранее принятого решения о подготовке производства танков Т-64 А на других заводах была мудрым шагом, так как позволила локализовать материальный ущерб, нанесенный прежним решением, и открывала пуп» к массовому производству танков Т-72 на самых крупных танковых заводах.

Власть переменилась

Решение, принятое комиссией И. И. Якубовского по танкам Т-72 и Т-64, легло в основу деятельности Госплана СССР, Министерства обороны и Министерства оборонной промышленности при планировании, производстве и заказе танков. Жизнь вошла в устойчивое русло. Однако это длилось недолго.

В 1976 г. Д.Ф. Устинов вошел в политбюро ЦК КПСС, получил воинское звание Маршал Советского Союза и был назначен министром обороны СССР. Влился в ряды партийной элиты и главный конструктор ЛКЗ Н.С. Попов, ставший в 1976 г. членом Центральной ревизионной комиссии КПСС, а позднее членом ЦК КПСС. Танк Т-80 срочно был принят на вооружение Советской Армии.

Теперь уже Д.Ф. Устинов однозначно рассматривал его как претендента на единый танк для производства на всех танковых заводах и укомплектования войск. Поэтому Миноборонпрому и Госплану СССР было дано поручение организовать серийное производство Т-80 на омском и харьковском заводах и расширить его выпуск в Ленинграде. В результате началась подготовка производства этого танка в Омске, где ранее по решению комиссии И. И. Якубовского и проработкам Госплана СССР планировалось изготовление танка Т-72, и в Харькове, где, кроме того, началось строительство площадей дли изготовления двигателей ГТД-1000Т. Потребовались новые мощные вливания бюджетных средств.

Не знаем, было это простым совпадением или в этом есть какая-то причинно-следственная связь, но после отмены Д.Ф. Устиновым решения комиссии И.И. Якубовского в этом же 1976 г. Иван Игнатьевич скончался.

Без энтузиазма встретили решение ДФ. Устинова и уязвленные харьковчане. Сохраняя верность своей концепции. они разработали двухтактный дизель 6ТД мощностью 1000 л.с. и втайне (с молчаливого согласия Миноборонпрома) планировали устанавливать его в свои танки Т-80 вместо ГТД- 1000T.

Современный танк Т-90 стал логическим продолжением линии Т-72. Принят на вооружение в 1993 г.

Жизнь диктует свои законы

Появившись на свет, каждая из трех ипостасей нового танка зажила своей самостоятельной жизнью, не стоявшей на месте.

Внедрялись комплексы управляемого вооружения (КУВ), позволившие использовать гладкоствольные пушки не только для стрельбы артиллерийскими выстрелами, но и для пуска управляемых ракет. Харьковчане внедрили полуавтоматическую командную систему управления снарядом «Кобра» с наведением ракеты по радиоканалу (танк Т-64Б). Недостатком этой системы была ее потенциальная подверженность помехам со стороны противника. При этом в принципе невозможно осуществить должную скрытность характеристик радиоканала, излучение которого направлено в сторону противника.

В танке Т-72Б была применена принципиально другая система, лишенная перечисленных выше недостатков: полуавтоматическая система с наведением ракет по лазерному лучу. Она была рекомендована еще в начале 1960-х it. Научно-исследовательским испытательным полигоном БТТ для использования на объектах бронетанковой техники. Однако разработка такой системы была успешно завершена лишь с появлением достаточно мощных лазерных излучателей, позволивших резко сократить размеры прицельных комплексов.

Конструкторы танка Т-80 внедрили вначале командную систему радиоуправления снарядом (танк Т-80Б), а впоследствии — систему с наведением ракеты по лазерному лучу (танк Т-80У).

Следует отметить, что, хотя весь прицельный комплекс танков был доработан в угоду управляемому ракетному вооружению, в некоторый ущерб возможностям и качеству артиллерийского вооружения, достигнутая минимальная дальность стрельбы управляемым снарядом превысила 1000 м. Это вызвало большие сомнения в целесообразности его размещения на всех танках, большинству из которых по условиям дальности видения на местности в боевых условиях никогда не представится возможность использовать такой управляемый снаряд. Поэтому в дальнейшем часть танков выпускалась с доработанными прицельными комплексами, но без дорогостоящих элементов КУВ (Т-64Б1, Т-72Б1).

Развитие всех трех танков шло и в других направлениях. При этом каждый разработчик выбирал свой путь. Казалось, что абсурдности этой ситуации не будет конца. Однако развязка пришла с неожиданной стороны.

В нашу жизнь ворвались политические и экономические бури. Распалось на куски государство, а с ним и экономика страны. Разработчики и изготовители танков Т-64А оказались за границей. Внутри России как перчатки стали меняться военно-политические доктрины, один за другим менялись политические лидеры и министры обороны. Резко сократилось финансирование разработок и производства танков. В жизнь вступили неумолимые законы рынка.

Чтобы как-то выжила танковая промышленность, пришлось уповать на экспорт. Танки, напичканные всевозможными экзотическими новинками, ста\и возить по ярмаркам, выставкам и показам — в Китай, в Объединенные Арабские Эмираты (IDEX), во Францию (EUROSATORY-2000), в Малайзию (DS), в Грецию (DEFENDORY-2000). Начали устраивать показы и у себя — в Омске (1997. 1999. 2001) и в Нижним Тагиле (2000, 2001). Омичи даже разработали свой вариант газотурбинного танка со звучным названием «Черный орел». В нем они постарались не только показать возможность дальнейшего повышения огневой мощи и защиты танка, но, что не менее важно, избавиться от упомянутой выше опасной для экипажа компоновки обитаемых отделений танков Т-64А и Т-80.

И тут оказалось, что единственным танком, способным выдержать испытание рынком, остается Т-72 и его модификации. Лицензию на их производство кроме бывших социалистических стран Польши и Чехословакии приобрели также Индия, Иран и Ирак. По разовым соглашениям эти танки экспортированы и состоят на вооружении еще в восьми странах. Желающих приобрести лицензию на производство газотурбинных танков так и не нашлось.

Таким образом, история подтвердила жизненность концепции, заложенной Л.Н. Карцевым в отечественном танкостроении. И сегодня современный танк Т-90, являющийся продолжением линии Т-72 и принятый на вооружение в 1993 г., стал основным боевым танком российской армии.

«Плавуны» еще послужат

Сергей Суворов

Самым распространенным танком «морпехов» в 1970-е гг. был легкий плавающий ПТ-76, точнее, уже его более поздняя модификация ПТ-76Б, Эти танки, получившие неофициальное прозвище «плавуны», исправно несли службу в наших вооруженных силах в различных регионах и пользовались популярностью как у моряков, так и в Сухопутных войсках. ПТ-76 использовался в боевых действиях в Африке, на Ближнем Востоке, в Индо-Пакистанском конфликте 1965 г. и особенно широко в 1965–1975 гг. во Вьетнаме северовьетнамской армией. И несмотря на столь «почтенный» возраст, эти танки до сих пор состоят на вооружении Российской Армии. Принимали участие ПТ-76 и в войне в Чечне.

В других странах, куда поставлялись ПТ-76, а таких набирается больше двух десятков только в дальнем зарубежье, эти машины тоже продолжают нести службу. Чем же объясняется такая популярность и появление идеи модернизировать плавающего долгожителя?

На мой взгляд, все очень просто: с момента принятия на вооружение ПТ-76 не было создано ничего подобного, чтобы могло заменить этот танк. Кроме того, современные взгляды теории и практики вооруженной борьбы обращают внимание на все возрастающую роль мобильности сил, способных вести стремительные высокоманевренные действия на больших территориях как с развитой сетью дорог, так и на операционных направлениях вне дорог, а также в условиях сильных разрушений, затоплений, искусственных заграждений, где требуется широкий и быстрый маневр силами и средствами. В связи с этим в армиях многих стран стали создаваться мобильные силы, удовлетворяющие этим требованиям. Для оснащения таких сил в конце XX века стали разрабатывать и развертывать производство целого ряда новых легких танков, таких как «Стингрей» и М8 (США). CV-90120 (Швеция) и др.

Формирования мобильных сил сегодня востребованы как в регулярных войсках, так и в составе внутренних войск (жандармерии, полиции).

Какие же требования предъявляются к современному легкому танку?

В первую очередь легкие танки должны существенно превосходить другие машины мобильных сил по уровню огневой мощи. Их вооружение должно быть универсальным, обеспечивая эффективное поражение открытой и укрытой, в том числе в инженерных сооружениях, живой силы противника, противотанковых средств малой, средней и большой дальностей, легких по массе боевых и специальных машин.

Легкие плавающие танки ПТ-76Б на учениях Советской Армии.

Кроме того, легкие танки должны быть способны противодействовать тяжелым по массе боевым машинам (средним и тяжелым танкам), уничтожая последние или нанося им ущерб, вызывающий прекращение их функционирования на время боя. Также необходимо, чтобы вооружение легкого танка обеспечивало защиту мобильных подразделений от ударов вертолетов и низколетящих самолетов в условиях слабой ПВО.

Важнейшим свойством легких танков при действиях в составе мобильных сил служит тактическая и оперативная подвижность. Так, например, средние скорости движения машин, состоящих на оснащении н их сил, по совокупности дорожных условий должны составлять не менее 40–45 км/ч при запасе хода по топливу 500–600 км.

В ходе выполнения оперативных задач конструкция легких танков должна обеспечить переброску крупных масс войск автомобильным, железнодорожным. водным или воздушным транспортом.

Немаловажным качеством для легких танков является их амфибийность, что позволяет войскам с ходу преодолевать водные преграды, такие как озера, реки, каналы, зоны затоплений, а также оперативно действовать при захвате или обороне морского побережья или в развитой островной зоне.

Важно и то, что легкие танки, в принципе. не могут быть заменены другими боевыми машинами, соизмеримыми по массе, в том числе БМП, хотя такие предложения не раз звучали. Это обусловлено и тем, что танки и БМП предназначены для выполнения различных задач, да и необходимость размещения десанта при ограниченном внутреннем объеме БМП делает невозможным установку достаточно мощного танкового вооружения.

В результате всестороннего анализа тенденций развития легких танков наиболее перспективным направлением в России была признана глубокая модернизация хорошо себя зарекомендовавших в эксплуатации и в ходе боевых действий легких плавающих панков ПТ-76Б.

Легкие танки ПТ-76 пользовались популярностью как у моряков, так и в Сухопутных войсках.

Механизированная боеукладка на 70 выстрелов.

Боевой модуль модернизированного ПТ-76 (вид со стороны заряжающего).

57-мм автоматическая пушка с автоматизированной боеукладкой.

Боевой модуль модернизированного танка ПТ-76.

Танки ПТ-76 на учениях Советской Армии.

Нашими конструкторами была предложена комплексная программа модернизации плавающего танка. Головным предприятием по разрабсггке данной программы выступила компания «Специальное машиностроение и металлургия» (г. Москва). Ее реализация не только позволяет значительно увеличить ресурс машины, но и в несколько раз повышает ее боевую эффективность.

Применительно к ранее перечисленным огневым задачам наиболее универсальным оружием для легкого танка в настоящее время является пушка. В качестве таковой для установки в танк ПТ-76 рассматривались российская 57-мм автоматическая пушка С-60 и 90-мм бельгийская пушка Mk III фирмы «Коккерил». Предпочтение было отдано С-60. Ниже станет ясно почему.

90-мм пушка обладает большими возможностями в борьбе с бронецелями: на дальностях 1000–1500 м ее бронебойный снаряд имеет пробиваемость в 1,7–1,9 раза выше, чем снаряд пушки С-60. Тем не менее этого недостаточно для поражения современных танков в лобовые проекции, а в борт на этих же дальностях 57-мм пушка «берет» любой современный танк. Зато при стрельбе по БМП (БТР) на дальности 2 км вероятность поражения цели одной очередью 57-мм автоматической пушки в 1,75 раза выше, чем одним выстрелом из 90-мм пушки Mk III.

Если сопоставить результаты стрельб из тех же пушек по противотанковому ракетному комплексу на дальности 2,5 км. то автоматическая пушка превосходит бельгийского конкурента в 2 раза. Что касается стрельбы по вертолетам, то неавтоматические пушки полностью не способны бороться с таким противником. В то же время автоматическая пушка одной очередью поражает эту цель с вероятностью не ниже 0,6. Это важно еще и потому, что мобильные силы часто действуют в условиях отсутствия прикрытия высокоэффективных средств ПВО.

С учетом сказанного было решено обеспечить кардинальное повышение огневой мощи модернизируемого ПТ-76 за счет установки на машину новой башни с размещенным в ней комплексом вооружения на основе автоматической пушки. В состав этого комплекса включена 57-мм автоматическая пушка (переделанная из зенитной С-60). Доработка пушки и ее механизма заряжания с целью возможности установки на легкую бронетехнику произведена нижегородским КБ «Буревестник». При стрельбе бронебойно-трассирующим снарядом на дальности 1120 м пушка обеспечивает пробитие брони толщиной 100 мм, другими словами, пробивает борт любого современного танка. Что касается надежного поражения бронетехники легкого класса, такой как БМП или БТР, то новая пушка обеспечивает их надежное поражение на всей прицельной дальности стрельбы. Заброневое действие заключается в отколе и разлете осколков бронеконструкции и снаряда в результате срабатывания донного взрывателя и взрыва снаряда.

Максимальная наклонная дальность стрельбы по воздушным целям составляет более 6 км.

57-мм автоматическая пушка использует два типа штатных унитарных выстрелов: с осколочно-трассирующим и с бронебойно-трассирующим снарядом. Однако возможно применение выстрелов и со специальным зенитным снарядом. Стрельба из пушки может вестись одиночными выстрелами, короткими очередями по 2–5 выстрелов или непрерывными очередями. Максимальная длина непрерывной очереди 30 выстрелов.

Автоматика пушки работает за счет энергии выстрела, что позволяет обойтись без использования внешнего привода автоматики, как это делается на большинстве зарубежных автоматических пушках. Применяемая у нас автоматика дает возможность получить конструкцию с приемлемыми массогабаритными характеристиками, не требует дополнительных источников электропитания и обеспечивает стрельбу даже при отсутствии электропитания.

Для уменьшения загазованности в боевом отделении пушка закрыта защитным кожухом с вентиляцией. Пушка оснащена автоматом заряжания и выброса стреляных гильз с приводом от откатных частей, что обеспечивает ей техническую скорострельность 120 выстрелов в минуту. В качестве дополнительного оружия в новой башне используется спаренный с пушкой 7,62-мм пулемет ПКТ. Боекомплект к пушке размещается в автоматической бое укладке на 20 выстрелов с механизмом выбора типа боеприпаса в процессе стрельбы и в механизированной боеукладке на 70 выстрелов.

По существу, автоматическая боеукладка является автоматом заряжания с автоматическим же выбором типа боеприпаса. Это устройство позволило использовать на танке пушку с однопоточным питанием, обеспечив при этом применение боеприпасов различного типа. Смена типа боеприпаса осуществляется автоматизированно за 2–4 с.

Пополнение автоматической боеукладки осуществляется заряжающим. При этом не требуется никаких сложных манипуляций. Очередной снаряд выбирается из механизированной боеукладки и помещается в автоматическую. Полное время заполнения автоматической боеукладки составляет две минуты. Эта конструкция системы питания не имеет аналогов в мире и может рассматриваться как российское «ноу-хау».

Автоматизированная боеукладка на 20 выстрелов.

Основной прицел командира-наводмика модернизированного ПТ-76 «Лира-С».

Характеристики основного прицела «Лира-с»

Кратности увеличения/угол

поля зрения 1/20° 5/10° и 3.5°

Дальность видения ночью, м:

— в пассивном режиме Не менее 800

— с подсветкой ИК-прожектором 1200

Диапазон измерения дальности, м 500-6000

Ошибка измерения дальности. м ± 10

Точность стабилизации линии визирования, мрад 0,15

Углы прокачки стабилизированной линии визирования:

— по вертикали от -15 до +30°

— по горизонту ±7.5°

Время подготовки прицела к работе, мин Не более 2

С целью обеспечения высокой точности стрельбы в состав комплекса вооружения включена современная автоматизированная система управления огнем (СУО), работающая совместно с новым двух плоскостным стабилизатором вооружения (СТВ). СУО обеспечивает круглосуточное обнаружение целей, измерение дальности до них. определение и ввод поправок для стрельбы, стабилизированное наведение основного и дополнительного оружия и обстрел наземных, надводных и воздушных целей с места, с ходу и на плаву выбранным типом боеприпаса с необходимой длиной очереди.

Прицельно-наблюдательный комплекс СУО включает в себя комбинированный прицел «Лига-С» с независимой стабилизированной в двух плоскостях линией визирования (разработка белорусского оптико-механического предприятия ОАО «Пеленг»), имеющий оптический, инфракрасный и лазерный дальномерный ка налы, а также дублер основного прицела — зенитный прицел 1П67.

Определение поправок для стрельбы осуществляется танковым баллистическим вычислителем (ТБВ), работающим совместно с комплектом автоматических датчиков условий стрельбы. Такими датчиками в СУО модернизированного танка ПТ-76 являются блок головного зеркала прицела «Лига-С», лазерный дальномер, датчики крена, курсового угла, скорости движения ганка и метеоусловий. Часть необходимых для выработки поправок для стрельбы данных вводится в ТБВ вручную, такие как температура воздуха и заряда, износ канала ствола (суммарный настрел из пушки), атмосферное давление и некоторые другие. В соответствии с полученными от автоматических датчиков и введенных в ТБВ вручную значений условий стрельбы вычислитель вырабатывает электрические сигналы, соответствующие углам прицеливания и упреждения, которые поступают в блок управления стабилизатора вооружения, и приводы наведения СТВ осуществляют наведение оружия в упрежденную точку.

Срединная ошибка стабилизации при движении со скоростью 25 км/ч составляет не более 0,5 мрад. Другими словами, при стрельбе с ходу с указанной скоростью не менее 50 % попаданий при сгрельбе на дальность 1 000 м не отклонятся более чем на 50 см от точки прицеливания.

Для улучшения обзорности из машины на рабочих местах командира танка и заряжающего установлены призменные приборы наблюдения: четыре ТНПО-170А и два ТНПТ-1.

На основании проведенных стрельб с места, с ходу, на плаву получены следующие средние данные, характеризующие дальности эффективной стрельбы 57-мм автоматической пушки модернизированного ПТ-76 по различным целям:

— по средним и основным танкам (поражение при пробитии бортовых проекций) до 1000 м;

— по боевым машинам пехоты (бронетранспортерам. САУ) до 2100 м:

— по буксируемой артиллерии до 2300 м;

— по небронированным транспортным средствам до 2500 м;

— по живой силе в защитных сооружениях до 1300 м;

— по открытой живой силе до 3500 м:

— по вертолетам до 4000 м.

В целом новый комплекс вооружения обеспечивает модернизированной машине повышение огневой мощи по сравнению с ПТ-76Б в 5,5 раза!

Вместе с тем имеются реальные технические возможности реализации других вариантов построения СУО — от менее сложных до самых современных, с использованием тепловизионного прицела. Не исключается также применение управляемого ракетного оружия и включение в состав СУО соответствующего канала управления.

Наряду с задачей достижения нового уровня огневой мощи при модернизации танка решалась задача повышения подвижности и надежности машины. При этом предусмотрено полное восстановление ресурса танка. С целью повышения подвижности машины на суше (на плаву в своем классе танки типа ПТ-76 до сих пор не имеют равных) на модернизированную машину предлагается установка более мощного дизельного двигателя УТД-23 (мощностью 300 л.с. вместо старого мощностью 238 л.с.) и трансмиссии, использующейся на БМД-3, с соответствующими обеспечивающими системами.

Элементы стабилизатора вооружения:

1 пульт управления; 2 — блок управления; 3 — гиротахометр; 4 — инвентор; 5 — усилитель; 6 — приводной электродвигатель; 7 — датчик положения пушки; 8 — ограничитель углов

Коробка переключения передач, устанавливаемая при модернизации танка ПТ-76.

Это позволило существенно, с 17,1 минимум до 20 л.с./т, поднять удельную мощность танка. По этому показателю среди легких танков модернизированная машина уступает только новейшим легким американским танкам «Стингрей» и М8. Однако следует учесть, что американские машины не способны вплавь преодолевать водные преграды, что в значительной степени ограничивает их маневренность и снижает значение как легкого танка. Российский модернизированный ПТ-76 сохранил плавучесть на прежнем уровне. Мероприятия по повышению подвижности танка позволили увеличить максимальную скорость движения с 44 до 60 км/ч, а среднюю скорость движения по грунтовым дорогам с 32 до 42 км/ч.

Устанавливаются на машину и новые гусеничные ленты с лучшими сцепными свойствами и большим ресурсом эксплуатации. Модернизация силовой установки и шасси разработана в КБ Волгоградского тракторного завода. Кроме увеличения подвижности она позволяет повысить эксплуатационную надежность машины и снижает утомляемость механика-водителя при совершении длительных маршей и при вождении в сложных условиях местности.

Несовместимость требований высокой подвижности, плавучести, аэромобильности и защищенности к воздействию мощных противотанковых средств заставила ограничиться способностью брони ПТ-76 защитить экипаж и внутреннее оборудование машины от крупнокалиберных пулеметов, малокалиберных автоматических пушек, осколков артиллерийских снарядов и мин. Более того, практически любая броневая конструкция боевой машины массой до 30 т не обеспечивает защиту от снарядов танковых пушек и гранат ручных противотанковых гранатометов.

Выживаемости модернизированной машины на поле боя способствует и новая быстродействующая система пожаротушения. Кроме того, рассматривает ся оснащение машины системой сканирования и обнаружения оптических устройств (подобно приборам для обнаружения снайперов) и автоматического целеуказания на них. Другими словами, как только в поле зрения прицела появится какое-либо оптическое устройство, наведенное в сторону танка. СУО в автоматическом режиме в доли секунды довернет башню в его сторону, подготовит данные для стрельбы и наведет на него пушку, останется только нажать на кнопку выстрела.

Перспективным решением является оснащение модернизированного танка системами навесной динамической защиты. позволяющими обеспечить защиту машин даже от гранат ручных противотанковых гранатометов и ПТУР с тандемными боевыми частями. И такие системы в России уже имеются и прошли испытания.

Другим направлением повышения защиты модернизированного ПТ-76 (и других легких боевых машин) является оснащение их комплексами оптико-электронного подавления каналов управления противотанковых ракет и корректируемых на конечном участке

траектории артиллерийских снарядов и мин, а также комплексами активной защиты. Такие системы также разработаны и испытаны. Кстати, к ним проявляют огромный интерес американские специалисты, имея цель максимально снизить потери своей бронетехники в Ираке. В общем, можно обеспечить и легким танкам надежную защиту от воздействия большинства противотанковых средств, все зависит от толщины… нет, не брони, а кошелька заказчика.

Одним из важных свойств современной бронетехники является командная управляемость. В связи с этим программа модернизации ПТ-76 подразумевает замену ранее установленных средств связи на современные. По желанию заказчика могут быть также установлены и средства связи иностранного производства. Сам процесс модернизации ПТ-76 технологичен и требует сравнительно невысокой трудоемкости. Это достигается за счет применения модульной технологии.

Основные характеристики современных легких танков
Стингрей CV90120 Модернизированный ПТ-76
Страна — изготовитель США Швеция Россия
Боевая масса, т 21,2 24,6 15
Экипаж, чел, 4 4 3
Вооружение:
— пушка, калибр, мм, тип 105. НП 120. ГП 57. АП
— спаренный пулемет, мм 7,62 7,62 7.62
— зенитный пулемет, мм 12,7 Нет Нет
Боекомплект, выстр.
— к пушке 32 50 90
— к спаренному пулемету 2400 2500 2000
— к зенитному пулемету 1100 . Используется АП
Удельная мощность
двигателя, л.с./т 25,2 22,4 20
Автоматизированная СУО Нет Есть Есть
Заряжание Ручное П/авт. Авт.
Максимальная скорость движения, км/ч 67 70 60
Глубина брода, м 1.1 1.5 Плавает

Модернизированный легкий плавающий танк ПТ-76 (Россия, 2004 г.)

В процессе модернизации выполняются две крупные технологические операции по монтажу нового боевого модуля и установке нового двигателя с усовершенствованными агрегатами трансмиссии. Эти операции могут проводиться на предприятиях, обладающих минимумом высокотехнологичного оборудования, в том числе и силами войсковых ремонтных предприятии Кстати, после разработки описываемой программы модернизации танков ПТ-76 принято решение о возобновлении производства запасных частей для этого танка на головном заводе-производителе.

Модернизация танка ПТ-76 по рассмотренному проекту позволяет повысить его боевые возможности в 2.7 раза, что при сравнительно незначительных затратах выводит эту машину на уровень нового современного легкого плавающего танка, отвечающего всем требованиям к данному классу боевых машин.

Мнение зампотеха

Генерал-лейтенант Головкин Александр Яковлевич родился 31 августа 1934 г. на станции Илеть Звениговского района Марийской АССР в семье железнодорожника. В 1952 г. после окончания средней школы поступил на инженерно-танковый факультет Военной академии бронетанковых войск имени И.В. Сталина. После окончания академии был назначен заместителем командира 1-й танковой роты по технической части в 242-й танковый полк 41-й гвардейской танковой дивизии Прикарпатского военного округа. В 1960–1961 гг. служил заместителем командира ракетного дивизиона по технической части армейской ракетной бригады. С 1962 по 1968 г. служил в Группе советских войск в Германии заместителем командира танкового батальона по техчасти в 51 — м полку 27-й гвардейской танковой дивизии и начальником бронетанковой службы 57-й гвардейской мотострелковой дивизии 8-й гвардейской армии. С 1969 г. проходил службу в Прикарпатском военном округе в должностях: заместителя по технической части командира 274-го мотострелкового полка 24-й Самаро-Ульяновской, Бердичевской, Железной дивизии, заместителя командира по техчасти 23-й танковой дивизии 8-й танковой армии, начальника бронетанковой службы 13-й армии, заместителя командующего 13-й армии по вооружению. В марте 1982 г. назначен заместителем командующего войсками ТуркВО по вооружению, в марте 1988 г. — заместителем Главнокомандующего Группой советских войск в Германии (Западной группы войск, ЗГВ). Уволен в запас в мае 1992 г. Живет в Минске.

Награжден орденами: Трудового Красного Знамени, Красной Звезды, За службу Родине в ВС СССР 2-й и 3-й степеней, орденом Боевого знамени Демократической Республики Афганистан, многими медалям, нагрудным знаком Министерства обороны РФ а За службу в танковых войсках».

Мы задали Александру Яковлевичу несколько вопросов об освоении и эксплуатации в войсках различных объектов бронетанковое вооружения и техники, организации их технического обеспечения. Полагаем, что развернутые ответы профессионала, имеющего столь богатый практический опыт в данной области, его рассказ о малоизвестных подробностях и важных технических «мелочах», казалось бы, хорошо известных машин, о редко упоминаемых проблемах эксплуатации и техобеспечения будут интересны читателям.

— Александр Яковлевич, Вы сорок лет посвятили Вооруженным Силам. Причем служили непосредственно в войсках, и вся Ваша служба была связана в основном с бронетанковой техникой. Что бы Вам хотелось особенно отметить в своей службе, объединяемой понятием «зампотех»?

— Я до сих пор считаю себя счастливым человеком и благодарен судьбе, что всю службу от зам потеха роты до заместителя Главкома Западной группы войск и Главкома Западной Ставки по вооружению прошел в полнокровных развернутых частях и соединениях вместе и под руководством командиров (командующих) — участников Великой Отечественной войны. Это были настоящие высококвалифицированные «отцы-командиры», которые заботливо, кропотливо, настойчиво учили и воспитывали своих подчиненных. Ведь иметь в войсках самую современную военную технику — большая ответственность. Но главное — это грамотное применение ее в боевых условиях, обучение личного состава, обеспечение правильной эксплуатации этой техники, ее надежного хранения, организация ремонта как в полевых, так и в стационарных условиях, своевременное и надлежащее обеспечение техники боеприпасами. ГСМ и другими средствами материально-технического снабжения. Им всем хорошо помнилась Великая Отечественная, и особенно ее начальный период, когда мы не могли все это организовать надлежащим образом.

Вся моя служба была направлена на решение вышеуказанных задач. С первых дней к исполнению своих обязанностей я относился ответственно и даже азартно. С механиками-водителями и командирами танков роты кроме плановых занятий по технической подготовке я еженедельно, в воскресные дни. проводил занятия в техническом кружке. На первых занятиях рассказывал, показывал сам. Вижу, не всех это затрагивает. Изменил методику — стал составлять и выдавать вопросы заранее. Почему? Что будет, если? К чему приведет, если? Готовились и отвечали сами механики-водители и командиры, остальные их дополняли. Это была интересная, живая, инициативная беседа, и она дала свой результат. Вообще я полюбил свою «непрестижную» танкотехническую службу и до ее завершения оставался «зампотехом».

Будучи зампотехом роты, подготовил роту мастеров вождения танков, разработал и опубликовал в журнале «Танкист» № 947 за 1960 г. первую «Технологическую карту снятия танка с хранения» (эта карта была проверена в нашей роте с секундомером в руках).

Находясь на должности зам потеха полка, построил Пункт технического обслуживания (ПТОР), работоспособный в любое время года. Наш полк первым в округе, а может, и в Вооруженных Силах. обзавелся башмаками для беспроволочного крепления БМП на железнодорожной платформе, которые изготовили в ремроте полка (у меня имеется авторское свидетельство на это приспособление). Оснастку для ремонта и обслуживания БМП-1 в ПТОР также изготовили своими силами. В дивизии построил линию технического обслуживания для учебно-боевых машин в Игнатпольском учебном центре, в трех полках также организовал линии технического обслуживания техники. В 1975 г. (летний период обучения) был председателем комиссии по испытанию «Проекта курса вождения боевых машин КВБМ-75». По моему предложению были изменены конструкция и размеры двух препятствий. которые сохранились до настоящего времени. Были обоснованно скорректированы временные нормативы.

Став заместителем по вооружению армии, руководил и отвечал за строительство образцовых парков боевых машин двух полков (44 гв. мсп, г. Владимир Волынский, и 313 гв. мсп, г. Ровно) для проведения командующим войсками ПрикВО окружных мобилизационных сборов руководящей) состава округа (от командира полка и выше).

— Александр Яковлевич, могли бы Вы поподробнее рассказать о службе в 274-м мотострелковом полку, который стал одним из лучших в Советской Армии?

— В 1969 г. я был назначен заместителем командира по технической части 274-го мотострелкового полка 24-й Самаро-Ульяновской, Бердичевской. Железной дивизии Прикарпатского ВО. Осенью 1969 г. полк перешел на новую организационную структуру и одним из первых в Вооруженных Силах СССР перевооружался на новую боевую технику. К нам поступили боевые машины пехоты (БМП-1), самоходные зенитноартиллерийские установки «Шилка», противотанковые ракетные комплексы (ПТРК), новые ТММ и мостоукладчикн МТУ-20. транспортеры для эвакуации тяжелораненых с переднего края ТПК-1, новые средства связи для управления боем. Процесс освоения новой техники продолжался на специальных сборах, показных, исследовательских проверочных учениях, занятиях.

Полк, по сути, был экспериментальный. Он расходовал по 2.5–3 годовые нормы моторесурсов и боеприпасов. Создавалась новая учебно-материальная база. Этим целеустремленно занимался заместитель командира, а с 1972 г. — командир полка полковник И.Н. Родионов, будущий генерал армии, министр обороны РФ.

К концу 1972 г. вся боевая техника содержалась во вновь возведенных типовых железобетонных хранилищах. Были построены теплые хранилища для зенитных ракетных комплексов и ПТРК, а также образцовая рабочая линия технического обслуживания.

В 1972 г. полк посетил министр обороны СССР Маршал Советского Союза А.А. Гречко и дал высокую оценку полевой выучке и боевой готовности полка. В следующем году состояние боевой техники и процесс боевой подготовки полка положительно оценил Главком СВ генерал армии И.Н. Павловский. Служба в 274-м мсп Железной дивизии стала высшей школой организации технического обеспечения. Этот опыт стал для меня базой для дальнейшей службы.

— Александр Яковлевич, в период Вашей службы началось и завершилось перевооружение Советской Армии на новую технику. Как это происходило в войсках, какие при этом возникали сложности по отдельным машинам?

— Принятию военной техники на вооружение. как известно, предшествуют заводские, полигонные и войсковые испытания. которые проводились в военных округах, расположенных в различных почвенно-климатических зонах СССР. И если в первых двух видах испытаний участвуют высококвалифицированные специалисты, и действуют они в основном на знакомых им полигонах, то при войсковых испытаниях совсем другая обстановка: и квалификация технического персонала (экипажей) гораздо ниже, да и условия эксплуатации и обслуживания далеко не идеальные.

Практически только после войсковых испытаний и принятия техники на вооружение и начинается конструктивная доводка этой техники до необходимого уровня. И окончательная оценка военной техники дается в войсках только после ее длительной эксплуатации, и особенно во время боевого применения. как это было в Афганистане или в ходе других конфликтов как у нас в стране, так и за рубежом. На доводку техники уходят иногда годы (как на танк Т-80) или десятилетия (как на Т-64). Кроме того, принятие новой техники на вооружение требует и перестройки всей службы технического обеспечения, ремонта, эксплуатации, строительства новых полигонов, танкодромов, оборудования участков и водоемов для подводного и надводного вождения, парков для закрытого и открытого хранения техники и других сооружений.

Из личного опыта могу привести примеры мелких, но важных изменений в конструкции, вносившихся уже в войсках.

С весны 1959 г. 242-й танковый полк 41 — й гвардейской танковой дивизии перевооружился на танки Т-55. Это было важным событием в полку, командование и личный состав с большим усердием изучали и осваивали новую машину. На первых порах нас мучили главные фрикционы, гидромуфта привода генератора и особенно прорыв газового стыка через прокладку выхлопного коллектора первого и шестого цилиндров двигателя, как правило, с заламыванием пятой шпильки. С таким дефектом танк запрещалось пускать под воду для форсирования водной преграды по дну. Я упросил зампотеха полка Н.А. Соловьева вызвать представителя завода для рекламации. Вызвали и выиграли рекламацию, а я на своей учебно-боевой машине показал выход из положения: для пятой шпильки на фланце выхлопного коллектора первого и шестого цилиндров вместо круглого отверстия делать овальное. Завод взял на заметку предложение и после испытаний стал выпускать новые двигатели с таким изменением. Дефект устранили мои специалисты вместе с ремонтниками войск.

На мою службу выпало освоение в эксплуатации новых образцов бронетанковой техники: БТР-60П, БМП-1, БМП-2, танков Т-64А и Т-80. И по каждому приходилось заниматься вопросами надежности, внесения конструктивных изменений и улучшений.

БТР-60П, например, полюбился мотострелкам: он был теплее БТР-152 зимой, а главное — мягче в движении на марше. Нам же, инженерно-техническому составу полка и дивизии (особенно полка), пришлось столкнуться с выходом из строя в большом количестве колесных тормозов и нарушением синхронности работы двигателей. С тормозами все решилось оперативно: мы вызвали в ГСВГ в 170-й гв. мсп 57-й мед 8-й армии конструкторов и военпредов с Горьковского завода, на месте в полку разобрались с причинами. В результате решили модерн и зировать конструкцию тормозного диска и заменить их на всех БТР полка. До замены эксплуатацию запретить. Новые усовершенствованные тормозные диски в Группу войск поставлялись самолетами. А вот с синхронностью работы двигателей на БТР-60ПА. БТР-60ПБ, БТР-70 в войсках мучаются до сих пор.

Об освоении БМП-1 хочется рассказать подробнее. 274-й мсп перевооружился на боевые машины пехоты БМП -1 и перешел на новую оргштатную структуру одним из первых в округе. БМП, без преувеличения, произвела революцию в мотострелковых полках. Во-первых, за боевую машину стали отвечать командир отделения (командир БМП), командир взвода, командир роты и все остальные начальники выше. В мотострелковых полках. 1>снащенных колесными БТР, все машины были сведены во взвод бронетранспортеров батальона во главе со старшиной (впоследствии прапорщиком), который, как правило. и получал все шишки за техническое состояние машин. Во-вторых, командиры взводов и рот должны были хорошо знать устройство и особенности эксплуатации, руководить техническим обслуживанием и текущим ремонтом машины, уметь хорошо водить и стрелять из всех видов оружия БМП Командованию полка предстояло сломать идеологию пехотинцев и заняться обучением офицеров-мотострелков стрельбе и вождению БМП, приучить их участвовать в обслуживании техники.

В этот период, с середины 1960-х гг., должности командиров взводов в Сухопутных войсках укомплектовывались офицерами-двухгодичниками; в роте, как правило, был только один командир взвода — кадровый офицер. Штатная должность заместителя командира мотострелковой роты на БМП по технической части (офицер) укомплектовывалась также двухгодичниками. Оценив ситуацию, мы в технической части 274-го мсп выработали решение и вышли с предложением к командиру 24-й Железной дивизии генерал-майору М.М. Букштыновичу — на должность зампотеха мотострелковой роты определять двухгодичников. имеющих дипломы инженеров-механиков. На должность командира рота назначать только с должности зампотеха роты. Комдив одобрил наше предложение. Из всех двухгодичников полка мы отобрали 10 человек добровольцев, провели в полку двухмесячные сборы, обучили их профессии зампотеха и впоследствии только радовались, а между ними началось соревнование. Это были настоящие, грамотные, ответственные и инициативные офицеры. больше половины которых остались в кадрах Вооруженных Сил и достигли высоких должностей.

Сама БМП-1 понравилась (кроме совершения маршей на большое расстояние «по-боевому»: десант уставал, многих укачивало), наши мотострелки с БМП уже подтрунивали над мотострелками других полков на БТР. По каждому отказу и неисправности на БМП мы собирали «инженерный совет» полка, обсуждали причину и принимали решение — чья вина: эксплуатантов или завода. Об отказах и неисправностях, выявленных в ходе эксплуатации, мы сообщай! личному составу еженедельно на подведении итогов.

По всем неисправностям по вине изготовителя мы вызывали представителя завода для составления акта-рекламации. Нелегкое и непростое дело — убелить представителя завода в подписании акта. Некоторые сотрудники имели стаж еще со времен Великой Отечественной войны, они «съели на этом собаку» и знали, кто их кормит, кто дает зарплату и премиальные. Мы составили много актов-рекламаций и технических актов. Например, имели место следующие дефекты: отслоение резинового бандажа от опорного катка: изгиб балансиров передних (правого и левого) опорных катков: износ зубьев звездочек ведущего колеса: износ серег соединения траков гусеничной ленты; неравномерный и ниже установленного давления впрыск и распыл топлива форсунками двигателя. За мою службу зампотехом 274-го полка все рекламации (даже с особым мнением представителя завода) были утверждены.

По предложению полковой комиссии на заводе изготовили и испытали радиальный упор для оси правого и левого передних катков. Изгибы балансира прекратились.

Еще один конструктивный недостаток БМП (который остался до сих пор) — это горизонтальное расположение плунжеров топливного насоса высокого давления. По этой причине происходит односторонний (снизу) износ плунжерной пары и, как следствие. — снижение давления впрыска топлива, плохой распыл; двигатель не запускается от стартера (особенно в холодное время).

Честь и хвала руководителям конструкторских бюро и головных заводов: Челябинского, Курганского и Барнаульского — они очень ответственно и оперативно вмешивались в производство и устраняли недостатки, поэтому семейство БМП стало самым надежным среди машин Сухопутных войск, а для меня — самой любимой машиной бронетанкового вооружения.

— Сейчас бытует мнение, что концепция БМП, принятая у нас в стране в 1960-е гг, была ошибочна. Это мнение выявила и дискуссия о перспективах развития БМП, развернувшаяся на страницах журнала «Техника и вооружение». Как Вы расцениваете современные БМП с точки зрения их эксплуатации в войсках?

— Я в курсе этой полемики и как человек. мною лет своей жизни отдавший эксплуатации БМП с самого поступления в войска, могу с ответственностью сказать, что эта машина полюбилась войскам, придача мотострелковым подразделениям и частям дотоле неслыханную маневренность. Такие машины, как БМП-1, ее модификации, а также БМП-2 и БМП-3, легко вписались в действующую систему обеспечения, эксплуатации и ремонта бронетанкового вооружения и техники.

Были ли у БМП -1 и БМП-2 недостатки? Безусловно, были, о некоторых я уже сказал. Были и другие, мелкие и более существенные, некоторые остались и сегодня. Это и неудобство размещения экипажа, и его малочисленность, дискомфортные условия пребывания в БМП. Трудности посадки и покидания БМП. особенно в движении (а это часто требуется в боевой обстановке). Трудность. а иногда и невозможность для мотострелков вести огонь изнутри машины, особенно при движении машины. Недостаточная защищенность экипажа со стороны днища, бортов. Понимаю позицию и тех специалистов, которые всячески ратуют за дальнейшее применение БМП в войсках, и тех. которые против. Я лично по этому вопросу полностью поддерживаю мнение генерал-полковника С.Л. Маева. которое он высказал в журнале «Техника и вооружение» № 10 за 2004 г.

— Александр Яковлевич, могли бы Вы поподробнее рассказать об освоении войсками и эксплуатации танков Т-64А, Т-72. Т-80?

— С освоением в эксплуатации танка Т-64А я столкнулся в 1973 г. в должности заместителя по техчасти командира 23-й тд8-й танковой армии (г. Овруч). Перед вступлением в должность со мной провел инструктаж начальник бронетанковой службы ПрикВО генерал-майор Пендак Александр Савельевич. Он напутствовал: «Товарищ Головкин, Вы назначены на высокую и ответственную должность зампотеха 23-й тд, вооруженной новейшими танками Т-64А. Эксплуатация танка и его освоение находятся под контролем правительства. Вы должны лично изучить эту машину в совершенстве знать особенности ее эксплуатации, грамотно и ответственно организовать изучение и освоение танка личным составом, наладить рабочее сотрудничество с заводом».

Компоновка Т-64А была новой и перспективной. Отказ от главного фрикциона, гитары, механизмов поворота. вентилятора для охлаждения, установка мощной пушки со сгораемыми гильзами и механизма заряжания — это было настоящей революцией в танкостроении. Но танк к тому времени был еще «сырой», требовал много конструктивных доработок. Самым ненадежным элементом оказался двигатель, он был очень капризным, требовал пунктуального соблюдения требований инструкции по эксплуатации. Особенно губительным для двигателя был обратный запуск, сопла и «циклоны» воздухоочистителя обволакивались продуктами сгорания, и с этого начинался пылевой износ двигателя, а это авария! Выходили из строя привод нагнетателя и лопатки нагнетателя. Имели место отказы бортовых коробок передач. Часто подводил механизм заряжания. Выявились дефекты ходовой части: не выдерживали и изнашивались до срока гарантии реборды двух последних опорных катков, внутренние резиновые амортизаторы катков, много хлопот доставляла гусеничная лента. Завод обвинял нас, войсковиков, в некачественной сборке после рассоединения ленты (расклепке фланца стопорного болта клина серьги траков).

Приведу только один из характерных эпизодов. Во время суточного перехода (240 км) совершенно новых танков, полученных с завода, на марше по мерзлой булыжной дороге из 28 танков на 19 произошло рассоединение гусеничных лент. Это стало известно в округе. Учением танкового батальона с боевой стрельбой с марша, без подготовки, поднятого внезапно по тревоге, руководил 1 — й заместитель командующего войсками ПрикВО генерал-полковник Н.Б. Абашин. Он вызвал меня на КП и в резкой форме обвинил в бесконтрольности постановки техники на хранение и низкой требовательности. Я проглотил пилюлю.

По возвращении в полк мы с начальником бронетанковой службы дивизии подполковником О.Б. Разумовым разобрались в причине и установили: некачественная сборка гусеничной ленты на заводе. Официально вызвали представителя для рекламирования с завода (не доверили представителю МОП в округе). Пока по почте шло извещение, мы проверили изготовленным по чертежу шаблоном качество расклепки фланца на всех боевых танках дивизии. Все головки болтов с некачественной вмятиной фланца (шаблон не проходит) мы окрасили в красный цвет. Получилась неприглядная картина: из 360 болтов крепления элементов гусеничной ленты (две серьги и гребень) не отвечали чертежу (шаблону) от 40 до 90 на каждой гусенице.

С завода прибыла солидная комиссия в составе зам. главного конструктора, конструктора гусеничной ленты, начальника конвейера сборки гусеничной ленты, зам. начальника военной приемки и еще двух военпредов, представителя МОП в округе.

В кабинете заслушали меня, радиусомером проверили наш шаблон, отметили. что он изготовлен по чертежу, но не в заводских условиях. Тогда мы попросили показать заводской шаблон, я осмотрел его и прямо в лоб заявил им: «Ваши сборщики гусеничной ленты преступно халатно не выполняют технические условия на сборку и требования чертежа, а вы все, в том числе и военпреды, способствуете этому. Я вам докажу в парках боевых машин на танках». И доказал! После посещения одного полка (39-й тп в Овруче) они хотели закончить работу, но я настоял на проверке во всех полках, чтобы обратить внимание на всю серьезность положения на месте.

Вечером после первого дня работы старший комиссии позвонил на завод и приказал остановить, конвейер по сборке гусениц до их возвращения (конвейер простоял трое суток). Для завода это был шок.

Акт-рекламацию подписали «с особым мнением», ссылаясь на то, что шаблон изготовлен кустарным способом и не является основанием для предъявления претензий. В объяснении по особому мнению я доказал с чертежами и фотографиями свою правоту. Мой замысел заключался в том, чтобы подтвердит!» правоту войсковиков. которые точно выполняют инструкцию по эксплуатации, не хуже заводчиков разбираются в технике и борются за ее надежность.

А суть состояла в том, что на конвейере «давильник» работяги затачивали как зубило, а не по радиусу, как положено по чертежу и ТУ. и при надавливании фланца болта острым «давильником» не происходило вдавливания (затекания) металла фланца болта в стопорный фрезерованный паз серьги. После этого «шума» в дивизию приезжали офицеры из ГБТУ и Кубинки, а завод в срочном порядке приступил к усовершенствованию гусеничной ленты.

Много стрессов пережили танкисты от разрыва стволов пушек. Раньше за каждый разорванный ствол офицеры платили из своего кармана, с «шапкой по кругу». На одном полковом учении с боевой стрельбой разорвало сразу четыре орудия! Это стало настоящим шоком. Командующий 8-й танковой армии генерал-лейтенант Иванов Владимир Иванович. прекрасный командир, танкист-фронтовик, на разборе топал ногами, обвиняя всех офицеров в неграмотном обучении экипажей.

Дошло дело и до меня, зампотеха. «Ты, Головкин, плохо учишь механиковводителей, не занимаешься конкретно вождением танков». Я ответил: «Товарищ командующий, это конструктивный недостаток, я зарекламирую». А он мне: «Танк принят на вооружение госкомиссией, а ты, нашелся умник, «зарекламирую». Садись». Я все-таки зарекламировал пушки, и рекламацию утвердили, подач идею о разработке технологии замены ствола пушки без подъема и снятия башни. В дивизии по штату не было крана, который бы мог поднять башню с пушкой. И потом, это слишком трудоемкая работа. За время службы зампотехом дивизии я таким образом оформил техническим актом 17 пушек. Методика замены пушки внедрялась впоследствии на всех марках новых танков.

Харьковский завод очень заботливо оберегал свою репутацию. Под предлогом оперативного рассмотрения претензий кроме постоянного представителя Министерства оборонной промышленности в округе в дивизии постоянно жили два-три представителя завода. В ЗГВ завод своих представителей держал в каждой армии (а их было пять), а при бронетанковой службе группы находились еще трое во главе со старшим. Некоторые следили за эксплуатацией танков, собирали все крамолы (по номерам танков!) и в случае претензий предлагали пойти на сделку (а иногда запугивали), чтобы не составлять акт. С такими случаями я безжалостно расправлялся и внушал своим подчиненным: если виноваты мы, нам и отвечать, если завод — пусть восстанавливает. После нескольких серьезных стычек с представителем МОП в округе (В.А. Головнин) я доложил письменно зам, министра оборонной промышленности Нежлукто. В конце доклада я написал: «Дальнейшее пребывание Вашего представителя тов. В.А. Головнина в округе считаю не только нецелесообразным, но и опасным в деле совершенствования и повышения надежности боевой техники». Вскоре его телеграммой вызвали в Москву и отстранили от должности.

Осенью 1974 г. в дивизию прибыли зам. Генерального конструктора генерал-майор Шомин, секретарь ЦК Украины по оборонной промышленности (фамилию забыл) и еще один цековский работник. Заслушали командира дивизии полковника С.Г. Яцука, заместителя комдива, начальника политотдела и меня. Я доложил о техническом состоянии вооружения и техники (основной упор сделал на танки), об обучении личного состава. о рекламационной работе.

После моего доклада секретарь ЦК сделал заключение: «Ваша дивизия боевая, имеет славные военные традиции, имеет хорошие результаты по боевой подготовке, это правильно и хорошо. Вас. подполковник, за ревизию качества производства боевой техники мы из партии выгоним, с должности снимем». Я ему ответил: «Товарищ секретарь ЦК. Вы меня в партию не принимали, на должность не ставши. Я руководствуюсь и буду руководствоваться Инструкцией по рекламированию бронетанковой техники».

Они отказались от приготовленного ужина, на ночь в Овруче не остались и уехали в обком в Житомир. Комдив расстроился, но его успокоил начальник политотдела: «Мы все сделали правильно. а ужин оприходуем и без них».

В результате по итогам освоения в эксплуатации танка Т-64А в октябре 1975 г. я был удостоен самой дорогой для меня награды — ордена Трудового Красного Знамени. Осенью 1977 г. на западном ТВД министр обороны СССР проводил оперативно-стратегическое командно-штабное учение (КШУ). Старшим группы по техническому обеспечению был Маршал танковых войск А.Х. Бабаджанян. Я был тогдз начальником бронетанковой службы 13-й армии. Маршал прибыл на ТГТУ армии, я встретил его и сопроводил в палатку для заслушивания. Перед заслушиванием он сказал: «Товарищ полковник доложите коротко о себе». Я доложил. Он спрашивает: «Это Вы настойчиво воевали с заводом по Т-64А?» Я ответил, что не воевал, а ответственно выполнял свои обязанности. Он подытожил — правильно, хорошо делали.

О танке Т-72 особо говорить не буду, о нем уже много написано. Он создавался с учетом недостатков Т-64А. Главный конструктор завода и его КБ вместе с руководством завода показали себя одаренными и волевыми людьми, высоко ответственными и беспредельно преданными Родине.

По танку Т-80 в июне 1988 г. в Группе войск на базе 9-й тд (г. Риза) в течение двух дней проводилась техническая конференция. Инициатором являлось ГБТУ. На конференцию были приглашены начальник ГБТУ генерал-полковник

А.А. Галкин с начальниками управлений, Генеральный конструктор Н.С. Попов, директора Ленинградского и Омского заводов. Доклад делал Главком Группы генерал армии Б.В. Снетков. Выступали и офицеры, в основном звено до батальона, и, самое главное, конструкторы. Директора заводов выслушали мнение членов экипажей — командиров танков, механиков-водителей, наводчиков; они на макете башни танка показывали, что надо сделать для удобства работы с орудием и повышения надежности. Все до мельчайших подробностей. На конференции были широко представлены кино-, фото- и видеоматериалы.

А. А. Галкин и Н.С. Попов дали высокую оценку Группе войск в освоении Т-80, его эксплуатации, повышении надежности и дальнейшем совершенствовании. В целом конференция дала положительную оценку танку. Особенно отмечались его уникальные маневренность и скорость. На германских дорогах. двигаясь в колонне (до 10 машин), их скорость порой превышала 80 км/ч (на западных соседей «летающий танк», обгонявший на шоссе автомобили, производил неизгладимое впечатление). Турбина танка легко запускалась в условиях зимы Западной Европы. Положительно оценивалась его ремонтоспособносгь, как и танка Т-64А (замена единого силового блока с трансмиссией и других элементов).

Но были отмечены и существенные недостатки. При движении в колонне, особенно вместе с другой бронетанковой и автомобильной техникой, как это бывает в реальной обстановке, средняя скорость движения танка заметно падает. Сильно влияет на скорость движения и запыленность воздуха при нахождении в колонне даже в условиях Европы: скорость становится даже ниже, чем у Т-72. Т-80 отличался большим расходом топлива (примерно в 1,5 раза больше, чем у Т-72), недостаточными мощностью вспомогательной силовой установки (работа на стоянках), ресурсом силовой установки, уровнем очистки воздуха (введение специальных заслонок усложняет управление танком, а дросселирование силовой установки приводит к ее перегреву). Вентиляция боевого отделения при стрельбе (как и у Т-64 А) значительно хуже, чем у Т-72, где отстрелянная и частично сгоревшая гильза выбрасывается из танка.

Дополнительные наружные топливные баки Т-80 не подключены к общей топливной магистрали, как у Т-72, что требует дополнительного времени на остановку для перекачки топлива из наружных баков в топливную систему танка (а такою времени может и не оказаться в боевых условиях). Больше времени и трудозатрат необходимо для подготовки танка к подводному вождению.

Обслуживание и ремонт «восьмидесяки» требовали «авиационного» подхода и наличия высококвалифицированного, профессионально подготовленного личного состава, а такого, к сожалению. в ЗГВ было в то время явно недостаточно. В Группу войск офицеров всех категорий и специальностей отбирали — направляли самых достойных. Но Группа была вооружена Т-64А, Т-80, а во внутренних округах такие танки поступили в считанное количество дивизий. В основном прибывали танкисты с Т-62. Т-72, Т-55, им было очень непросто изучить Т-64А или Т-80, и они вынуждены были «кувыркаться» в танкистах по полгода и более. А ведь это вопрос боеготовности. В былые времена (1950-е — начало 1960-х гг.) танкистов из полков тяжелых танков, как правило, не переводили и на средние танки, и наоборот.

Приведу еще один эпизод. В конце февраля 1987 г. Маршал В.Г. Куликов проводил на Западном ТВД (он был еще Главкомом Варшавского Договора) большое стратегическое КШУ. Заслушав меня, он задал вопрос: «Товарищ Головкин. Вы танкист?» Я отвечаю: «Так точно!» Он мне: «Вот Маршал бронетанковых войск Лосик и Главный Маршал артиллерии Толубко написали в ЦК письмо и докладывают. что советское танкостроение идет не так, как надо. Как Вы думаете?» Я отвечаю: «Товарищ Маршал, разрешите высказать свое мнение». — «Я и спрашиваю Ваше». — «Товарищ Маршал Советского Союза, пока Лосик. будучи начальником Бронетанковой академии, по должности отвечал за проектирование танкостроения, он не писал. А сейчас сидит на даче, играет в карты и решил напомнить о себе в ЦК. Наше танкостроение избрало правильную перспективу, и каждый новый танк ни в чем не уступает современным танкам НАТО. Есть недостаток, у наших танков малый просвет люков, особенно командирского, танки делают для мальчишек». Во время польских событий 1980-х гг. мы призывали из запаса танкистов для развертывания двух мед в ПрикВО. Так вот, до 30 % призванных членов экипажа не могли залезть в танк, не пролезали в люки. А прибыли крепкие мужчины I категории призыва (до 35 лет), рабочие и крестьяне. и мы вынуждены были заменять их на «худосочных». Это был основной конструктивный недостаток всех трех танков: Т-64, Т-72 и Т-80.

Куликов спросил также: «Как Вы оцениваете Т-80? Многие обвиняют меня в принятии на вооружение этого танка». — «Товарищ Маршал, танк по своим боевым и техническим характеристикам превосходит танки НАТО. Большой расход топлива — это закономерно. Первое, как на Руси раньше говорили, — как кормишь, так и едешь. Крестьянин хорошо кормил свою лошадь — она хорошо и бежала. Второе — кадры командиров на Т-80 надо готовить с училища. Газотурбинный двигатель имеет свои особенности, у него нет «холостого хода», он почти одинаково расходует топливо в движении и на месте. Наши танкисты на марше привыкли — колонна остановилась, и все стоят, молотят на месте, а командиру танка командиру взвода) надо скомандовать: «Глуши!»

Затем я доложил: «Товарищ Маршал, прежде чем Вам утвердить государственный акт о принятии танка Т-80 на вооружение, его подписали сотни ответственных. грамотных руководителей, в том числе и военных. Что Вам оставалось делать — только подписать».

— Александр Яковлевич, а каково Ваше личное мнение о так называемой ситуации «трех основных танков»?

— Советское танкостроение практически с самого его начала ставило перед собой задачу создать надежный и простой в эксплуатации и ремонте танк, оснащенный самым эффективным вооружением. Это подтвердил опыт Великой Отечественной войны и послевоенного периода. Танки Т-44, Т-54, Т-55 стали наилучшей базой для создания прекрасного танка Т-62.

После окончания Великой Отечественной войны мир не остался спокойным. то в одной точке планеты, то в другой возникали локальные войны с широким использованием обычных вооружений. Наши конструкторы-танкостроители глубоко изучали, анализировали результаты боевых действий и решали задачи по формированию облика танка с боевыми характеристиками, отвечающими самым современным требованиям. Первым появился танк Т-64 (Т-64А), затем Т-72 и почти одновременно Т-80.

Все они обладают почти одинаковыми ТТХ, но имеют существенные отличия по конструкции и компоновке. На вооружении Советской Армии в 1970-1990-х гг. они состояли практически одновременно. И беда была не только в непозволительной роскоши держать на вооружении три одинаковых танка, не имеющих (разумеется, кроме «начинки» и пушки) ни одного общего болта или гайки, что сильно затрудняло их эксплуатацию в войсках. Проблема заключалась в том, что вокруг этих танков — я имею в виду прежде всего Т-64 и Т-80 — развернулась настоящая битва. в ходе которой несогласных просто убирали с пути (увольняли, снимали с работы). Государственные интересы уходили на второй план, а на первый выходили клановые интересы, получение орденов, золотых звезд, званий лауреатов Ленинских и Государственных премий.

Сама жизнь определила, что лучшим основным боевым танком 1970- 1990-х гг. стал Т-72 и его модификации, включая прямо происходящий от нижнетагильского предка танк Т-90. Этот танк продолжил преемственность и лучшие традиции Уралвагонзавода и его танкового КБ. Войска лег ко переходили на каждую новую модель танков этого выдающегося коллектива, будь то Т-54, Т-55. Т-62 или Т-72 или их модификации. Я лично полюбил эти танки. Они, кстати, были широко востребованы как у нас в стране, гак и за рубежом. «Семьдесятдвойки» выпускались у нас в стране и по советской лицензии в странах «народной демократии», в Югославии, Индии, поставлялись во многие армии, принимали участие во многих военных конфликтах, включая Африку и Ближний Восток. 30-летний опыт эксплуатации Т-72 и проверка его надежности в различных регионах мира подтвердили правильность технических решений, заложенных в его конструкцию. В августе 2004 г. в Нижнем Тагиле был установлен памятник легендарному танку Т-72.

Что касается его «конкурентов», то хотелось бы все же сказать несколько теплых слов и о них. Основной боевой танк Т-64 Харьковского конструкторского бюро стал «первенцем», открывшим новое поколение советских танков. Это выдающийся танк, превосходивший лучшие образцы стран НАТО по своим массогабаритным показателям, удельной мощности, объемной мощности МТО. Т-64 задал высокую планку для создания танков Т-72 и Т-80. Первому всегда трудно. Трудно пришлось и танку Т-64 и его модификациям. Доводка его велась десятилетия, но сегодня это танк другого государства, ставший в новом своем воплощении (Т-84) достойным соперником отечествен ному танку Т-90 на внешнем рынке.

Т-80 и его модификации ярко выделяются на общем фоне основных боевых танков своими скоростными и маневренными характеристиками. Т-80 — мировой лидер среди танков с газотурбинным двигателем. И я уверен, что он еще не сказал своего последнего слово в танкостроении и может успешно применяться для спецопераций в условиях Севера или стран с хорошо развитой инфраструктурой, как в Западной Европе.

— Александр Яковлевич, как заместитель по вооружению командующего Туркестанского ВО Вы принимали активное участие в Афганской войне и непосредственно в обеспечении боевых действий 40-й армии. Что бы Вы хотели отметить в плане технического обеспечения в связи с этими событиями? Что, на Ваш взгляд, в большей мере создавало проблемы в техническом обеспечении и эксплуатации?

— В Афганистан советские войска вошли на штатной технике Туркестанского военного округа: это были танки Т-54Б, Т-55. БМП-1, БТР-60ПА, автомобили ЗИЛ-131. ГАЗ-66, «Урал-375». По мере выработки ресурса и боевых потерь техника пополнялась новыми образцами: танками Т-62, БМП-2. БТР-70. Все танки, БМП. «Шилки». тягачи МТ-ЛБ, самоходная артиллерия зарекомендовали себя самым наилучшим образом с начала и до конца. Много мучились с «Уралами- 375», в условиях высокогорья и жары они не могли обеспечить выполнение боевых задач. Транспортные перевозки на всех уровнях (батальон, полк, дивизия. армия) наладились с поступлением КамАЗов.

Условия для эксплуатации вооружения и техники были самыми тяжелыми и, если так можно выразиться, «адскими» — днем нестерпимая жара более 45 градусов, лессовый грунт (мелкодисперсная пыль), каменистые дороги (как будто специально посыпаны щебнем разного размера), от чего резиновые бандажи опорных катков изнашивались («изгрызались») почти до диска. В тяжелейших условиях работали двигатели, воздухоочистители, фильтры систем двигателя, аккумуляторные батареи. На каждой единице вооружения и техники была бутылка (бачок) с дистиллированной водой для доливки в емкости аккумуляторов в ходе маршей или боевых действий. Ощущался постоянный дефицит дистиллированной воды для аккумуляторного хозяйства. Штатные дистилляторы (в подвижных мастерских) не могли обеспечить потребность и в этой работе и оказались недолговечными. Каких только конструкций не предлагали войсковые Кулибины. но функции свои выполняли всегда исправно!

Фильтры и воздухоочистители мы вынуждены были промывать в 2–3 раза чаще, чем предусматривалось инструкциями по эксплуатации. В этой работе были задействованы все подвижные средства «обслуживания и посты ПТОР.

В должность зам. по вооружению Краснознаменного Туркестанского военной) округа я вступил 1 апреля 1982 г. Изучив положение дел в 40-й армии, я вместе с начальниками служб управления вооружения округа подготовил доклад командующему войсками ТуркВО генерал-полковнику Ю.П. Максимову о необходимости совершенствования базы обслуживания и ремонта техники в войсках. Попытки создания такой базы уже предпринимались, но эпизодически.

Командующий войсками выслушал и одобрил, при этом сказал: «Сейчас ваши потребнскти в таком обьеме мы не сможем удовлетворить, но я сделаю все возможное». А нам для каждого полка, бригады, отдельного батальона, орвб дивизии и армии требовались СРМ-10 (сборно-разборные металлические хранилища на 10 машино-мест). В этом СРМ мы оборудовали ПТОР полка. Два машиноместа отгораживали сгеной иод аккумуляторную со всеми ее участками. Состояние аккумуляторов было, есть и всегда будет основой боеготовности техники.

После моего доклада Максимов вызвал заместителя по строительству и расквартированию войск округа генерал- майора К.А. Погорелова и поручил ему изучить этот вопрос и как можно эффективнее решить его. Через некоторое время мне звонит Погорелов и говорит: «Александр Яковлевич, зайди ко мне». Я интуитивно понял зачем и почти побежал. В кабинете он мне вручает наряд на 15 комплектов СРМ, только предупредил: с Термеза и Кушки до места — самовывозом. Для меня это была настоящая награда.

За установку СРМ мы взялись все — от округа до полка. Составили жесткие графики ввода, на глазах создавалась и росла база обслуживания и ремонта, а сколько было радости у ремонтников и экипажей, водителей! Впоследствии по нашей инициативе военпроект округа разработал подвесную кран- балку на 1,5 т, тогда ремонтники совсем возликовав.

В 40-й армии нам удалось создать полноценную, работоспособную ремонтную базу. На складе БТИ окружной перевалочной базы в Хайратоне я запустил в работу мостовой кран грузоподъемностью 50 т для перегрузки с трейлеров на железнодорожную платформ у техники, отправляемой в капитальный ремонт. Это был праздник для всех нас, а особенно для перегрузочной команды. Конечно, в системе технического обеспечения 40-й армии было много сложностей, о некоторых имеет смысл вспомнить.

Во-первых, кадровая укомплектованность. На должность старших техников рог, батарей (танковых, мотострелковых. других родов войск) прибыва\и прапорщики, далекие от техники, — бывшие начальники складов, хранилищ, специалисты других родов войск — химики, связисты и другие, был бы лишь прапорщик. А ведь это основная рабочая должность при обслуживании, ремонте и подготовке вооружения и техники к боевым действиям, обучению личного состава.

Упразднение должности зампотеха роты (офицера) нанесло непоправимый урон танковым войскам, резко снизился уровень технической и практической подготовки личного состава экипажей танков, БМП в обслуживании и уходе за техникой, в вождении боевых машин. Катастрофически не хватаю грамотных специалистов технического обеспечения, прервался принцип преемственности должностей.

Прапорщики, назначенные на должности старших техников рот, были мастерами своего дела, но имели низкую техническую грамотность, это исполнители. «доморощенные умельцы», но при всем их ответственном отношении к службе они не способны были заменить офицера, окончившего (в то время) высшее танко-инженерное училище. Мы неоднократно обращались в ГОМУ ГШ с просьбой ввести должность зампотеха роты — офицера — все безрезультатно.

Во-вторых, подвоз всех материальных средств (от шплинта и гайки до двигателей и других агрегатов, запчастей и материалов) осуществлялся автомобильным транспортом подвоза, руководство которым было в руках тыла (полка, дивизии, армии). Срывов подвоза не было, но споры о том, кому и что в первую очередь вывозить, иногда возникали.

В-третьих, отправка в капитальный ремонт вооружения и техники (как правило, она не на ходу), особенно гусеничной, осуществлялась перевозкой в Термез и Кушку ротой эвакуации на трейлерах MA3-543. Загрузка на трейлеры, разгрузка и перегрузка на железнодорожные платформы стоила ремонтникам больших мук и усилий.

Мы эффективно использовали прекрасные колесные тягачи MA3-543, включая их в состав технического замыкания колонн. Если позволяли дороги, на их платформу грузили танковые тягачи БТС-2 или БТС-4, если нет — они двигались порожними. Поврежденную в ходе боевых действий технику мы грузили на МАЗы и везли в полк или в ораб дивизии.

Подобную практику я применял еще в 23-й тд на учениях. Долго я просил ОМУ (оргмобуправление) округа включить в штат орвб дивизии три трейлера MA3-543, выпросил, дали. Все объяснялось тем. что эвакуировать своим ходом танковыми тягачами танки Т-64 было невозможно (один БТС-2 не мог осилить, два — это уже поезд, целая эпопея!).

МАЗы с тягачами на платформе двигались но улучшенным дорогам параллельно танковому маршруту, в случае невозможности (а иггогда и нецелесообразности — дивизия должна прибыть в заданный район к установленному времени в полном составе) восстановить танк на месте трейлер наикратчайшим путем выходил на танковый маршрут, грузил танк, БМП, САУ и др. и выходил снова на свой маршрут до района. Промахов не было.

— Вы говорили о недостатках обучения личного состава из числа срочников обращению с новой техникой. Вы бы могли привести примеры, к чему это приводило на практике?

— С одним таким случаем, произошедшим в мирной обстановке, оказалось связанным мое назначение на должность заместителя по вооружению Главнокомандующего ЗГВ в марте 1988 г. (хотя сам я планировал продолжить службу в Белоруссии или России). В начале того года произошел следующий инцидент. Механик-водитель танка Т-80 во время ночного вождения сбился с курса, потерял ориентировку, не справился с управлением скоростной машиной, выскочил на международную трассу (Западная Германия-Берлин), поднялся по крутой насыпи на железнодорожное полотно, и тут заглох двигатель. Плохо подготовленный солдат-срочник растерялся, выскочил из танка и убежал. В результате поезд столкнулся с танком, железнодорожная авария имела международный резонанс. Комиссию по расследованию происшествия возглавил министр обороны Маршал Советского Союза Язов. На разборе присутствовали Главнокомандующий Ставки Западного направления Маршал Советского Союза Огарков, я как его заместитель по вооружению. Главнокомандующий ЗГВ генерал армии Снетков и его заместители. Были признаны неудовлетворительными подготовка механиков-водителей танков и отмечены другие недостатки в организации эксплуатации танков ЗГВ. На вопрос министра обороны: «Кто может навести порядок в танковых войсках?» Маршал Огарков назвал мою фамилию.

Очень многое в этих вопросах зависит от офицера, командира. По службе, скажем, я был непримирим к сокрытию неисправной техники, к восстановлению аварийных и неисправных машин без детального изучения причин за счет кармана офицеров «с шапкой по кругу». С командира спрашивать надо, но нужно ему и помогать. Считал и считаю позором для командира полка восстанавливать неисправные машины в сельхозтехнике или колхозе. Авария аварии рознь. Если поломка произошла по вине неполного и некачественного обслуживания, невыполнения перед выходом регулировочных параметров, применения ГСМ, не предусмотренных картой смазки. — ты виновен — ты и плати. А если ослабло соединение трубопроводов, пробило прокладку, у механика-водителя мало практического опыта и т. д., при чем тут офицеры? Почему они должны расплачиваться? Попробуйте на марше ночью, двигаясь по избитым танковым маршрутам, регулярно наблюдать за показанием приборов! Не каждый механик-водитель на это способен. Это не автомобиль, где приборы всегда перед глазами.

Припоминаю такой случай. Дивизия совершала марш в район учений. Я на БМП следую за колонной, стоит танк Т-64А, останавливаюсь, спрашиваю механика-водителя (он был узбек): Что стоишь?» Отвечает: «Солярка кончилса». «А масло»? Отвечает: «А масло ещо ранше кончилса». Хоть стой, хоть падай от такого ответа.

— Какие существенные черты Вы хотели бы отметить в системе технического обеспечения Советской Армии? Есть ли, по-вашему, положительные сдвиги в исправлении ситуации с техническим обеспечением в Армии Российской?

— За мою службу в войсках система технического обеспечения постоянно развивалась и совершенствовалась. Нужно отметить следующие факторы:

— качественно и в достаточном количестве готовились кадры инженерно- технического состава. Два инженернотанковых факультета Академии бронетанковых войск. Два танко-технических училища были переведены на высшие танко-инженерные училища. В Казани работали курсы усовершенствования профессионалы гой подготовки офицеров-танкистов;

— совершенствовались ремонтные подразделения батальона, полка, дивизии;

— модернизировались и численно увеличивались подвижные ремонтные и эвакуационные средства (мастерские, танковые тягачи, ремонтно- эвакуационные машины БРЭМ);

— расширялись и строились новые заводы по капитальному ремонту бронетанковой техники, ресурс капитально отремонтированных машин почти приравнивался к новым образцам;

— централизованно (в округах, Центре) готовились младшие специалисты- ремонтники;

— хорошее (с запасом на будущее) текущее снабжение агрегатами, запасными частями и материалами для всех видов вооружения и техники;

— тщательно продуманные по комплектности и удобные в транспортировке полковые (ПК) и дивизионные (ДК) ремонтные комплекты НЗ для танков. БМП, БТР.

Все это следует помнить, если мы хотим возродить наши Вооруженные Силы и вернуть им былую высокую боеготовность.

Из последних реорганизаций считаю правильным решение о создании в Академии Сухопутных Войск Российской Армии трех инженерных факультетов (ракетно-артиллерийского, танкового и автомобильного) — это будут грамотные специалисты и будущие руководители технического обеспечения Российской Армии.

Хотелось бы надеяться, что офицеры инженерно-технического состава всех служб и специальностей будут соответствовать своей должности и продолжат славные традиции ветеранов Великой Отечественной войны — не жалея сил и времени учить подчиненных в совершенстве владеть самыми надежными и лучшими в мире танками и другими видами вооружения в любой обстановке.

Беседу вел Семен Федосеев

Танки Т-72 вчера, сегодня, завтра

Сергей Суворов

Танкистам, конструкторам бронетанковой техники и работникам танкостроительной промышленности нашей с граны посвящаю.

Окончание. Начало см. в ТиВ № 5,7-12/2004 г. № 2,3/2005 г.

Испытание огнем

В отличие от своего предшественника. танка Т-64, география боевого использования которого ограничена лишь конфликтом в Приднестровье, «семьдесятдвойкам» пришлось участвовать в боевых действиях во многих горячих гичках бывшего СССР и мира.

Впервые эти машины применили при боевых действиях в 1982 году, в Ливане, в долине Бекаа. Вскоре в зарубежной печати появились репортажи с мест боев, которые один краше другого описывали пустыню усеянную уничтоженными сирийскими Т-72. В одной из программ западногерманского канала ZDF в 1982 г. демонстрировались уничтоженные танки. но не только сирийские Т-72, а в основном израильские М60А1. Машины имели от трех до шести пробоин каждая — особенность стрельбы арабских танкистов: танк должен быть поражен наверняка. Показали и детали уничтоженных Т-72, крупным планом и все время разные. Но ни одной пробоины, как в случае с М60А1, почему-то не было видно. А когда показали общий план одной из уничтоженных сирийских «семьдесятдвоек», стало понятно, что снимался все время один и тот же танк, уничтоженный самими сирийцами, чтобы не достался врагу. Об этом говорили открытые и поставленные на стопоры крышки люков механика-водителя и остальных членов экипажа, снятые (не сорванные взрывом) с танка наружные топливные баки, пулеметы ПКТ и НСВТ, подготовленные к сцепке и буксировке машин тросы. Несведущая в таких вопросах публика могла и вправду поверить в большие потери танков Т-72, понесенные сирийскими танковыми войсками, фильм-то монтировался профессионалами.

Для чего же все это делалось? Ответ прост для тех. кто немного знаком с восточными нравами. Хорошо зарекомендовавшие себя в боях с израильтянами советские танки явились серьезной угрозой американским торговцам оружия на Ближневосточном рынке. Там страны богатые и всякую дрянь покупать не будут. Вот и пришлось американским бизнесменам таким образом пудрить мозги потенциальным покупателям. Примерно то же самое происходит и сейчас — слишком конкурентоспособную продукцию выпускает российская оборонная промышленность. В ход пускаются самые грязные технологии и методы. вплоть до задействования Международного валютного фонда и подкупа чиновников.

После окончания боев в Ливане в 1982 г. президент Сирии X. Асад водном из интервью заявил. «Танк Т-72 лучший в мире». — и особо подчеркнул, что израильским танкистам не удалось уничтожить или подбить ни одной такой машины советского производства. Косвенным подтверждением тому может быть и такой факт, что до 1987 г. ни у американцев, ни у израильтян не имелось ни одного танка Т-72. Во время тех событий в противоборстве сирийских и израильских танкистов побеждали те, у кого были лучшие танки. В тех случаях, когда встречались «семьдесятдвойки» и «Меркавы», побеждала советская техника. Так, например, по словам участника тех событий офицера сирийской армии Мазина Фаури, на его глазах танк Т-72 одним выстрелом осколочно-фугасным снарядом (бронебойно-подкалиберные и кумулятивные в тот момент уже закончились) «снял» башню с израильского танка «Меркава».

Еще один сирийский танкист Юсиф (к сожалению, фамилия не сохранилась в памяти автора), обучавшийся в Академии бронетанковых войск, подтвердил высокую живучесть Т-72 на поле боя во время экзамена по дисциплине кафедры танков и БТР. Преподаватели этой кафедры запросто могли учебной группе на итоговом экзамене поставить за один раз по 5–6 «неудов», поэтому отвечать требовалось четко и по существу. В экзаменационном билете Юсифу попался вопрос: «Дать оценку защищенности танка Т-72». По идее, слушатель при ответе на этот вопрос должен был рассказать о возможностях броневой и динамической защиты, систем ППО и коллективной защиты. Но Юсиф ответил по-другому. Он сказал, что после того как завершился бой и он увидел на броне своего Т-72 несколько отметин от бронебойно-подкалиберных снарядов израильтян, то броню этого ганка он просто целовал, как целуют любимую женщину. Больше он ничего не сказал, и экзаменационная комиссия поставила ему «отлично». К этому трудно что- либо добавить.

Хорошо зарекомендовали себя «семьдесятдвойки» и в ходе операции «Буря в пустыне» в 1991 г. Там они участвовали и с одной и с другой стороны. И опять, как и после ливанских событий 1982 г… американская пропагандистская машина раструбила о несовершенстве советской военной техники. В журналах (в том числе и в некоторых наших) десятками публиковались фотографии уничтоженных «семцдесятдвоек» в самых мрачных ракурсах, приводились описания того, как доблестные американские танкисты расстреливали их из пушек «Абрамсов» с первого выстрела на дальностях более 3000 м. Никто не спорит, были случаи, когда иракские Т-72 уничтожались М1А1. Но вот ведь в чем загвоздка: все уничтоженные «семьдесятдвойки» (да и другие танки тоже) записали на свой счет американские танкисты. Причем, по разным американским источникам, цифры уничтоженных иракских танков разнятся на тысячи: от 500 до 4000! Правда, некоторые из зарубежных изданий подвергают сомнению эти цифры 1*.

Т-72Б в момент выстрела.

Переправа Т-72Б через водную преграду на самоходном пароме «Волна».

Выдвижение Т-72Б к водной преграде с установленным ОПВТ.

Загрузка боекомплекта в танки Т-72Б.

Средний танк Т-72.

Основной танк T-72A.

Основной танк Т-72М.

Основной танк Т-72М1.

Основной танк Т-72АВ.

Основной танк Т-72Б.

Основной танк Т-72БМ.

Модернизированный основной танк Т-72М1 с комплексом активной защиты «Арена-3».

Анализ других статей в американских журналах, переводы которых у нас почему-то не публиковались, позволяет составить более реальную картину тех событий. У американских танкистов было преимущество в возможностях по обнаружению противника, благодаря использованию тепловизионных приборов. Эти приборы позволяли обнаруживать иракские танки ночью и в условиях плохой видимости (в тумане или при пыльных бурях) на дальностях свыше 3000 м. С этих дальностей и открывался огонь, и иногда действительно были случаи поражения иракских танков с первого выстрела. Почему иногда? Потому что через год после окончания войны в зоне Персидского залива появились сообщения о странных болезнях у кувейтских детей. Оказалось, что эти дети играли в пустыне с бронебойно-подкалиберными снарядами из обедненного урана от 120-мм пушек «Абрамсов», которых в этой пустыне потом насчитали более 20 тысяч. Другими словами, это те снаряды, которые не достигли своей цели. Простая арифметика показывает, что на один уничтоженный иракский танк в среднем было израсходовано от 5 до 40 таких снарядов (это если считать, что все-таки было уничтожено 4000 иракских танков).

Иракским танкистам было тяжело бороться с новейшими американскими танками, так как стреляли они по ним из «семьдесятдвоек» брнебойно-подкалиберными снарядами ЗБМ9, снятыми с вооружения в Советской Армии в 1973 г., т. е. когда Ml даже в проекте еще не было. Тем не менее иракцы боролись и этими снарядами с «Абрамсами» (танкисты других стран антииракской коалиции с иракскими Т-72 не сталкивались), лишний раз, показывая миру высокую боевую мощь советских танков.

Подтверждением тому, что потери от огня сирийских танков «Абрамсы» несли, может служить такой пример. Весной 1993 г. в Военную академию им. М.В.Фрунзе прибыла делегация американских офицеров во главе с начальником штаба сухопутных войск армии США генералом К. Вуона. На встрече с офицерами академии он много рассказывал, как американские танкисты уничтожали иракские танки и вообще как они лихо воевали. Но когда я его спросил о количестве потерянных «Абрамсов» от огня иракских танков, то генерал смутился и отвечать отказался, ссылаясь на усталость.

Другие американские журналы, все же написали, что для уничтожения иракских Т-72 чаще всего использовались ПТРК TOW-2 с дальностей более 3000 м, ближе к иракским танкам подходить боялись 2*. В целях снижения эффективности стрельбы американских ПТУР на некоторых иракских «семьдесятдвойках» устанавливался на башне постановщик помех китайского производства. Стрельба ракетами TOW по таким танкам успеха не имела, поэтому для уничтожения одного Т-72 американцы выделяли не менее трех танков М1А1 при поддержке двух-трех БМП М2 «Бредли», при этом старались обойти его с тылу или хотя бы с фланга, в лоб, как правило, не стреляли. По возможности, для уничтожения иракских танков привлекалась авиация или мощная корабельная артиллерия 3*. На их долго приходится основное количество уничтоженных танков армии Ирака. И все же большая часть танков, в первую очередь Т-72, при отступлении уничтожалась самими иракскими танкистами Были случаи, когда на поле боя оставались почти целехонькие, на первый взгляд, «семьдесятдвойки». Это случалось тогда, когда в машинах не оставалось ни боеприпасов, ни топлива и иракские танкисты подручными средствами разбивали прицелы и некоторые блоки, выводили из строя электропроводку. Об этом свидетельствуют и опубликованные в журналах фотографии 4*.

Танк T-72М1 иракской армии, оставленный при отступлении. Обратите внимание, что на машине установлены элементы навесной динамической защиты. 1991 г.

Уничтоженный иракский Т-72 на улицах Багдада. Следует отметить, что это не заслуга американских танкистов, а результат работы саперов. 2003 г.

Что касается М1А1, то эти танки горели сами по себе, не успев еще вступить в бой 5*, чего не замечалось за машинами советского производства. Так. например, сирийская танковая дивизия вооруженная танками советского производства, совершив в район боевых действий 1000-километровый марш своим ходом, не оставила на пути следования ни одного танка, за весь марш не было ни одной поломки, ни одного отказа!

Довелось «семьдесятдвойкам» повоевать и в различных конфликтах на территории бывшего СССР: в Нагорном Карабахе и Таджикистане. И вновь они показали свои высокие боевые качества и надежность. Но самым серьезным испытанием для этих машин явились события в Чеченской Республике.

Использование неподготовленных к боевым действиям танков (отсутствие динамической защиты, неподготовленное вооружение и т. п.), комплектование подразделений необученными, собранными из разных военных округов экипажами, которые не прошли даже боевого слаживания. отсутствие взаимодействия между танкистами и мотострелками при бое в городских условиях против хорошо подготовленных боевиков, оснащенных большим количеством противотанковых средств, привело к ощутимым потерям бронетанковой техники в первый период войны. По состоянию на начало февраля 1995 г. из задействованных в боевых действиях 2221 единицы бронетехники было безвозвратно потеряно 225 машин, в том числе 62 танка 6*. Почти половина из этого количества приходится на долю Майкопской бригады. Впрочем, досталось и другим частям.

Так. например, танковый батальон одной из мотострелковых частей Уральского военного округа, дислоцирующихся в г. Екатеринбурге, динамическую защиту получил только при совершении марша на штурм Грозного в декабре 1994 г… когда времени на ее установку уже не оставалось. Защита устанавливалась на малых привалах в ходе марша, кто сколько успел, так как никто из старших начальников не хотел брать, на себя ответственность за задержку полка на марше. Во время боев в городе танк Т-72Б № 436 этого полка был уничтожен выстрелом в борт из станкового противотанкового гранатомета СПГ-9, расчет которого притаился между домами частного сектора. Граната пробила броню и вызвала детонацию боекомплекта, машину буквально разорвало на куски, экипаж машины, к сожалению, погиб. Как всегда, платой за нерасторопность некоторых больших начальников стала жизнь солдат и офицеров.

Во время боев в Грозном гранатометчики боевиков вели огонь по российским танкам минимум с четырех направлений одновременно. При этом стрельба велась с выгодных для них ракурсов в слабозащищенные части танков: по люкам членов экипажей, сверху по крыше МТО, сзади под башню, по бортам, не прикрытым экранами. Для снижения чувства страха и болевого порога дудаевские гранатометчики широко использовали наркотические средства. Под их воздействием они выскакивали на наступающие танки из укрытий, не обращая внимания на ответный огонь из стрелкового оружия, и те. кого этот огонь не сразил, поражали танки в упор.

Так. например, в январе 4 1995 г по танку Т-72Б № 529 из отдельного танкового батальона Майкопской бригады вели огонь одновременно несколько расчетов РПГ-7 и СПГ-9. Умело маневрируя и ведя огонь по боевикам из всех видов оружия, экипаж танка смог, в конечном счете, уничтожить расхрабрившихся под действием наркотиков гранатометчиков и благополучно выйти из боя. На корпусе и башне после этого насчитали семь попаданий гранат от СПГ и РПГ, но пробитий брони не было.

1* Anthony Н Cordesman Rushing to Judgment on the Gulf War Armed Forces Journal. June 1991.

2* Riders on the Storm. A narrative history of the I -4 Cav s campaign in Iraq and Kuwait — 24 January — March 1991 Armor. 1991. May-June.

3* The First brushes in the Desert. Army. May, 1991.

4*T-64 and T-80 By Steven J. Zaloga Concord Publication Company. 1992.

5* Riders on the Storm. A narrative history of the I-4 Cav s campaign in Iraq and Kuwait — 24 January- March 1991 Armor. 1991, May-June.

6* «Красная звезда». 22.02.1995 г.

Американские танки «Абрамс» так и не обеспечили «блицкрига» в ходе последней компании в Ираке. 2003 г.

Особенности оборудования башни танка T-72M иракских вооруженных сил перед началом операции «Буря в пустыне» в 1991 г.

Подорванный при отступлении иракскими танкистами T-72M записали на свой боевой счет экипажи «Абрамсов».

Часто в зарубежных источниках специалисты по советской бронетанковой технике стараются подчеркнуть чувствительность танка Т-72 к пожару, дескать, небольшое возгорание внутри танка приводит к детонации боекомплекта, а следовательно, и к срыву башни. Если смотреть объективно, то к пожару чувствительны все танки, да и не только танки — корабли, самолеты, автомобили и т. д. Другое дело, что в результате детонации боекомплекта у Т-72 отлетает башня, а на «Абрамсе» она. можно сказать, остается на месте только корпус разваливается. Результат все равно один — танк восстановлению не подлежит. Хотя последние события в Ираке показали, что и на «Абрамсе» М1А2 SEP (самая последняя модификация этой машины) башня в результате детонации боекомплекта отлетает так же. как и у всех остальных. Правда, американские военные, пытаясь скрыть факт детонации боекомплекта. увлеклись придумыванием причин этого явления (срыва башни) и ничего лучше не нашли, чем официально объявить, что «башня была сорвана боковой взрывной волной разорвавшегося рядом с танком фугаса»!!! Если вспомнить кадры хроники испытания ядерного оружия, то. насколько помню. на наших Т-54 и Т-55 ударной волной ядерного взрыва — и то не срывало башни. А что касается пожаров в танке Т-72, то есть и другие примеры.

В январе 1995 г. в Грозном в танк, в котором находился начальник штаба танкового батальона одного из мотострелковых полков Уральского военного округа, выстрелили из гранатомета РПГ-7. Граната попала в правый борт, не прикрытый экраном, который сорвало в предыдущих боях. Кумулятивная струя пробила броню и правый передний топливный бак. Внутри машины возник пожар. Механик-водитель остановил машину, и экипаж по приказу майора покинул ее. при этом двигатель машины продолжал работать. Начальник штаба занял место механика-водителя в горящей машине и привел ее в расположение своего батальона. Там подручными средствами пожар в машине потушили. Боеприпасы, находящиеся в машине, от огня раскалились, а пороховые заряды артвыстрелов почернели, тем не менее все обошлось. Конечно, если бы баллоны системы ППО были заправлены огнегасящим составом, то все было бы проще, но их израсходовали раньше. Заправить их заново было негде, да и некогда, война шла полным ходом, а техническое и тыловое обеспечение должным образом еще не было организовано.

Отсутствие пластин и зарядов взрывчатого вещества в элементах навесной динамической защиты привело к таким последствиям попадания в танк ПТУР «Конкурс».

Результат детонации боекомплекта.

После обеспечения всех танков динамической защитой и при правильном их использовании танкисты выполняли поставленные задачи практически без потерь. В марте 1996 г. в освобождении села Гойское, которое обороняли более 400 хорошо вооруженных боевиков, принимала участие танковая рога одного из мотострелковых полков Уральского военного округа. Эта рота была вооружена танками Т-72Б. оснащенными динамической защитой. Танки атаковали в боевых порядках мотострелков, с рубежа атаки, удаленного от позиций боевиков на 1200 м. Противник пытался отразить танковую атаку огнем из ПТРК ракетами 9М111 «Фагот». Всего было произведено 14 пусков ПТУР. Две ракеты не достигли цели благодаря умело проведенному экипажем машины маневру (обе ракеты предназначались одному танку). 12 ракет попали в танки, а в одну из машин попали сразу четыре ракеты. Тем не менее после этих попаданий экипаж и танк сохраняли свою боеспособность и продолжали выполнять поставленную боевую задачу. На машине были повреждены турель зенитного пулемета, командирский прибор наблюдения ТКН-ЗВ и разбит призменный прибор наблюдения наводчика.

На остальных танках роты, которые получили по одному-два попадания ПТУР, имелись повреждения следующего характера: повреждение ящиков с ЗИП на надгусеничной полке (на двух машинах), разрушение прожекторов «Луна-4» (на двух машинах), повреждение турели зенитного пулемета НСВТ-12,7 «Утес» (на одной машине). Остальные попадания ПТУР в танки вызвали только срабатывание элементов динамической защиты. Пробитие брони было достигнуто только на одном танке в результате пуска ракеты «горкой» и попадания ее в башню под углом 15–20е сверху вниз в районе люка наводчика. В результате преодоления брони кумулятивной струей была повреждена электропроводка и легко ранен находящийся на месте наводчика старший лейтенант (ожог и касательные осколочные ранения затылочной части головы). Танк сохранил свою боеспособность и, несмотря на то, что в результате повреждения проводки вышел из строй АЗ, продолжал выполнять поставленную задачу. После боя он был отправлен в ремонт. На остальных машинах были заменены лишь сработавшие элементы динамической защиты. Огнем из танковых пушек пусковые установки ПТУР и их расчеты были уничтожены.

Танки Т-72АВ из состава 201-й Мед. Таджикистан. 2004 г.

Фото С. Суворова.

В начале апреля 1996 г. один из танков Т-72Б того же подразделения выполнял боевую задачу по уничтожению автомобильной колонны боевиков на горной дороге. Огонь из танка велся из окопа на дальность 3600 м. После того как на машине был израсходован боекомплект из вращающегося транспортера АЗ. к ней для пополнения боекомплекта подошел кормой другой танк с ящиками с боеприпасами, уложенными на крыше моторно-трансмиссионного отделения. В момент загрузки боеприпасов в танк боевиками был произведен пуск ПТУР 9М111 «Фагот» с дальности 1900 м, которая попала в ящики с боеприпасами. В результате разрыва ракеты осколками был убит командир танка, находящийся рядом с ящиками. Часть осколков рикошетом от открытой крышки люка попала внутрь танка, вызвав небольшое возгорание, возникшее в результате повреждения электропроводки. Ящики с боеприпасами тоже загорелись. Действиями экипажей танков огонь был потушен. Несмотря на то, что кумулятивная струя разорвавшейся ПТУР прошла через заряды танковых боеприпасов, они не воспламенились и снаряды не сдетонировали, хотя расчет оператора ПТРК был именно на это. Этот случай еще раз подтверждает высокую живучесть танков Т-72 на поле боя.

Во вторую чеченскую кампанию потери бронетанковой техники федеральных сил были значительно меньше, чем в первую. Сказались наличие у большинства офицеров боевого опыта, обученность экипажей и организация четкого взаимодействия и всестороннего обеспечения боевых действий. При умелом использовании танки успешно применялись и в городских условиях.

Танк Т-72Б в районе села Гойское. Термозащитный кожух пушки пробит осколками разорвавшейся в метре от танка 120-мм минометной мины (слева); танкисты в минуты отдыха после боя. На заднем плане виден поврежденный бортовой экран танка Т-72Б. Экран сорван в результате попадания в него ПТУР «Фагот.» Машина повреждений не получила (справа).

В ходе наступления мотострелковых подразделений поддерживающие их танки играли решающую роль. Они своим огнем уничтожали обнаруженные огневые средства противника, после чего пехота продвигалась вперед. Так, например, действовала танковая рота отдельного мотострелкового батальона 205 омсбр. поддерживая действия мотострелков по освобождению Старопромысловского района г. Грозного в декабре 1999 — январе 2000 г. Удаление танков от мотострелков составляло не более 50 м, что обеспечивало их защиту от огня гранатометчиков с флангов и с тылу, а их огонь во фронтальные проекции машин не причинял им вреда. За время боев за Г розный от огня боевиков был поврежден только один танк этой роты, который в кратчайшие сроки был восстановлен ремонтными подразделениями бригады. Эта машина под командованием одного из командиров взводов, нарушившего приказ командира батальона, вырвалась вперед и остановилась под стенами пяти этажного дома, занятого боевиками. Боевики мгновенно открыли по ней огонь из гранатометов с верхних этажей здания. В результате нескольких попаданий на танке были повреждены радиаторы и зенитно-пулеметная установка (пытались попасть в люк командира). Своим ходом экипажу удалось вывести машину из боя, после чего ее отправили в ремонтное подразделение, где она и была восстановлена. Никто из членов экипажа не пострадал. За период с октября 1999 по август 2000 г. в танковой роте, о которой идет речь, не потеряли ни одного человека и ни одного танка.

Описанные выше эпизоды применения танков Т-72 в различных военных конфликтах подтверждают их высокую надежность и живучесть, а также сводят на нет байки некоторых западных авторов и генералов о том, как якобы просто можно расправиться с советскими танками. Многие наши и зарубежные танкисты после боев благодарили Всевышнего и создателей этой замечательной машины — танка Т-72 — за то, что она спасла им жизнь.

Заключение

Именно высокие надежность и огневая мощь, а также большое количество танков Т-72, находящихся на вооружении многих стран, подталкивают конструкторов Чехии, Словакии, Польши, Румынии. Украины. Франции и Бельгии и ряда других стран разрабатывать проекты глубокой модернизации этой замечательной машины и довести ее боевые характеристики до уровня танков НАТО последнего поколения. Не стоят на месте и инженеры конструкторского бюро Уралвагонзавода. В 1993 г., проведя глубокую модернизацию танка Т-72БМ. ими был создан практически новый танк Т-90, но об этой машине мы расскажем в следующих номерах журнала.

Автор выражает большую благодарность всем, кто помогал материалами и фотодокументами для создании этой монографии, особенно главному конструктору танка Т-72 Леониду Карцеву, Виктору Кораблину. Игорю Политову, Виктору Жулидову, слушателям Общевойсковой академии ВС РФ, участвовавшим в боевых действиях в Чечне, сотрудникам Уралвагонзавода и лично его Генеральному директору Николаю Малых, главному конструктору УКБТМ Владимиру Домнину, Виктору Ямову, администрации Музея бронетанковой техники в Кубинке и лично его бывшему начальнику Владимиру Нильмайеру.

Современные БМП у бывших друзей

Семен Федосеев

Еще лет двадцать назад рассказ о бронемашинах этих стран велся под заголовками «В едином строю», «У наших друзей» и т. п. Но на путях «демократизации» мы умудрились растерять прежних союзников, не без удивления обнаружив, что страны бывшего Варшавского Договора поспешили в НАТО, а на месте вполне дружественной когда-то Югославии оказались националистические «самостоятельные» образования. Тем не менее применявшиеся в этих странах бронетанковое вооружение и техника остаются в строю и даже совершенствуются.

Большинство «бывших друзей» располагающие советскими БМП-1 и БМП-2 и к настоящему времени представили уже не один вариант их модернизации с учетом «стандартов НАТО», а также создания специальных машин на их шасси. В ряде стран создавались и собственные модели БМП. Модернизация имеющихся танков и БМП и собственная или совместная с другими странами разработка новых их вариантов с вязаны как с назревшим обновлением парка БТВТ, реорганизацией сухопутных войск (с приведением и войск, и их техники в соответствие со «стандартами НАТО»), так и со стремлением поддержать собственную военную промышленность, оказавшуюся повсеместно в трудном положении.

БМП-23.

БОЛГАРИЯ

Боевые машины пехоты БМП-23 и БМП-30

В Народной Республике Болгария на заводе в г. Червен Брягдо 1997 г. выпускалась собственная БМП-23 (БМП-23А) легкого класса (по весу). БМП была разработана на основе узлов и агрегатов советской плавающей самоходной 122-мм гаубицы 2С1 «Гвоздика», выпускавшейся в Болгарии по лицензии. Выбор шасси был в целом удачен, поскольку 2С1, как и ставший ее основой многоцелевой тягач МТ-ЛБ, обладала большим запасом по модернизации, вместительным корпусом и хорошей подвижностью.

От базовой машины БМП-23 унаследовала оригинальную схему компоновки с передним расположением отделения управления, при этом моторное отделение находится позади, а агрегаты трансмиссии — впереди отделения управления. Слева в отделении управления размещается механик-водитель, справа от него — один стрелок-десантник. Их места оборудованы люками в крыше и приборами наблюдения, причем передний перископический прибор механика-водителя можно заменить прибором ночного видения пассивного (бесподсветного) типа. Башня установлена в средней части корпуса (но все же ближе к корме) позади перегородки моторного отделения. В корме находится десантное отделение с двумя люками в крыше и двустворчатой дверью в кормовом листе. Шесть десантников сидят спиной друг к другу.

БМП-23 получила двухместную башню с 23-мм автоматической пушкой. 7.62-мм пулеметом и пусковой установкой советского ПТРК «Малютка». Пушка с ленточным питанием создана на основе советского 23-мм зенитного автомата. выпускалась заводом «Арсенал», боекомплект составляет, по одним данным. 450. по другим — 600 выстрелов (патронов) в лентах. С пушкой спарен 7.62-мм пулемет ПКТ. для которого в боевом отделении хранится 2000 патронов. Установка вооружения стабилизирована в двух плоскостях. Пусковая установка ПТУР 9М14М «Малютка» с управлением по проводам и дальностью стрельбы до 3000 м смонтирована на крыше башни у левого борта (ПТРК «Малютка» выпускался в Болгарии «Вазовскими машиностроительными заводами»). Перезаряжание пусковой установки осуществляется вручную через люк в крыше башни. Командир сидит в башне справа от пушки, наводчик-оператор — слева. Над их местами расположены люки и приборы наблюдения. Место наводчика-оператора оборудовано комбинированным перископическим прицелом-прибором наведения с дневным и ночным каналами. В корпусе смонтированы установки для оружия десанта (включая стрелка в отделении управления) и перископические приборы наблюдения.

Корпус и башня сварены из листов стальной брони и обеспечивают противопульную и противоосколочную защиту. Лобовые бронелисты установлены под большими углами наклона. Имеется термодымовая аппаратура (ТДА), позволяющая ставить дымовые завесы путем впрыскивания дизельного топлива в выпускной тракт двигателя (с правого борта корпуса).

Уже в процессе производства серийных машин на башне БМП установили дымовые гранатометы советской системы 902В «Туча» (модификация БМП-23А). На этой же модификации БМП внедрили ПТУР 9М111 «Фагот» вместо «Малютки».

Силовая установка представляет собой усовершенствованный восьмицилипдровый дизель советского производства ЯМ3-238 с водяным охлаждением, максимальную мощность которою довели до 315л.с. Для доступа к агрегатам двигателя служит большой люк в крыше корпуса, д\я доступа к агрегатам трансмиссии — люк в верхнем лобовом листе. Механическая трансмиссия включает двухдисковый главный фрикцион сухого трения, карданную передачу, главную передачу, объединяющую в одном агрегате коническую пару шестерен, шестискоростную коробку передач и двухпоточные планетарно-фрикционные механизмы поворота, однорядные бортовые передачи (планетарные редукторы).

Ходовая часть включает на один борт семь одинарных обрезиненных опорных катков с индивидуальной торсионной подвеской, первый и последний узлы подвески снабжены гидравлическими амортизаторами. Поддерживающих роликов нет. Ведущее колесо переднего расположения, со съемными зубчатыми венцами. Гусеница двухгребневая, ширина трака гусеницы 315 мм, шаг трака 111 мм.

Машина оборудована фильтровентиляционной установкой, системой обогрева обитаемых отделений и быстродействующим ППО.

Выпущен был и разведывательный вариант машины БРМ-23 с экипажем из пяти человек, дополнительным оборудованием разведки и связи, уменьшенным числом амбразур в корпусе.

Тактико-технические характеристики
БМП-23 БМП-30
Боевая масса, т 15,2 15,3
Экипаж, чел. 3 3
Десант, чел. 7 7
Длина по корпусу, м 7 7,127
Ширина, м 3,05 2,85-3,0
Высота, м 2,53 2,115 (по крыше башни)
Клиренс, м 0.4 0.4
Вооружение
пушка 23-мм автоматическая 30-мм автоматическая
пулеметы 1х7,62-мм ПКТ 1x7,62мм ПКТ
ПТРК ПУ ПТУР 9М14М «Малютка» ПУ ПТУР 9М113 «Конкурс»
Боекомплект 450 выстрелов. 600 выстрелов.
2000 патронов. 4 ПТУР 2000 патронов, 4 ПТУР
Двигатель:
марка ЯМЗ-238Н ЯМЗ-238Н
тип Дизельный, Дизельный.
V- образный 8-цилиндровый, жидкостного охлаждения V-образный 8-цилиндровый, жидкостного охлаждения
мощность, л.с. 302-315 302
Емкость топливных баков, л 500-560
Трансмиссия Механическая Механическая
Подвеска Торсионная Торсионная
Гусеница Металлическая с РМШ Металлическая с РМШ
Максимальная скорость хода, км/ч 61,5 по суше, 4.5 на плаву 61,5 по суше. 4,5 на плаву
Запас хода по шоссе по топливу, км 550-600 550-600
Удельное давление на грунт, кг/см² 0,5 0,5
Преодолеваемый псдъем, град 35 35
Высота преодолеваемой стенки, м 0.8
Ширина 2.5 2,5
преодолеваемого рва. м
Глубина брода Плавает Плавает

В 1990-е гг. на базе БМП-23А была создана БМП-30 с башней, в целом аналогичной советской БМП-2. Производство новой БМП освоил тот же завод АО «Бета» в г. Червен Бряг, приватизированный в 1999 г. (хотя вопрос с оплатой лицензий России уже коммерческим предприятием толком не решен).

Двухместная башня вооружена автоматической 30-мм пушкой 2А42 советского образца с высоким темпом стрельбы и спаренным с ней 7,62-мм пулеметом. В боекомплект пушки входят выстрелы с бронебойно-трассирующими и осколочно-фугасными выстрелами (патронами). Углы вертикального наведения установки вооружения до + 74", имеется стабилизатор вооружения 2Э36-1. Командир и наводчик- оператор располагают перископическими прицелами-приборами наблюдения БПК-1-42 и приборами ночного видения. Для стрельбы по воздушным целям служит прицел 1ПЗ-З. На крыше башне смонтирована пусковая установка ПТРК 9М111 «Фагот» с дальностью стрельбы до 2000 м или 9М113 «Конкурс» с максимальной дальностью стрельбы до 4000 м. Укладка выстрелов к пушке и патронов к пулемету, снаряженных в ленты, выполнена на вращающемся полике боевого отделения. Укладки ПТУР выполнены под башней (одна ПТУР) и на правом борту корпуса (три ПТУР). Башня имеет силовые приводы наведения. Для стрельбы из оружия десанта служат девять бортовых установок с шаровыми опорами и перископическими приборами наблюдения.

По бортам башни установлены блоки по три дымовых гранатомета системы 902В «Туча», управляемой наводчиком-оператором. В остальном машина аналогична БМП-23. Она оснащена ТДА, радиостанцией Р-123М, танковым переговорным устройством (у экипажа), автоматическим ППО, системой ПАЗ.

На 2003 г. в сухопутных войсках Болгарии имелось 214 БМП. В рамках «Программы развития оборонной промышленности на период до 2010 года» предложена разработка новой БМП-2000.

ПОЛЬША

Боевые машины пехоты BVVP-1 и BWP-1M

Советская БМП-1, производившаяся в Польше по лицензии, получила обозначение BWP-1 (Bojowy Woz Piechoty-1, прямой перевод БМП-1). На 2000 г. сухопутные войска Республики Польша насчитывали более 1400 БМП, однако около половины этих машин уже выработали свой ресурс еще к концу 1990-х гг. На 2004 г. имелось уже 1248 БМП и 33 БРМ-1 на их базе.

В 1990-е гг. в Польше появился ряд вариантов модернизации BYVP-1 для ее приближения к стандартам НАТО. К работам привлекались и зарубежные фирмы. В частности, испытывались BWP-1 с башнями «Деко» (Deco) и BWP-1M с башней «Шарпшутер» (Sharpshooter): обе вооружались 25-мм пушками.

С участием шведских специалистов была разработана BWP-40. Неудивительно, что эта БМП получила основное вооружение и элементы системы управления огнем, аналогичные шведской CV-90. На корпус BWP-1 установили двухместную башню с 40-мм автоматической пушкой «Бофорс» с магазинным питанием. В состав СУО входят перископические комбинированные прицелы командира и наводчика, тепловизионный прицел, электронный баллистический вычислитель. Стабилизатора вооружения нет. Имеется термодымовая аппаратура.

Новая башня потребовала значительно большей ширины погона, а размеры подбашенной части боевого отделения заставили сократить число перевозимых в корпусе десантников до шести человек. Соответственно «лишние» передние амбразуры в бортах корпуса (.для ручных пулеметов) заварили, оставив для оружия десанта семь установок. Однако тонкобронный корпус легкой BWP-1 оказался недостаточно жестким, чтобы выдерживать отдачу пушки таком мощности, и при стрельбах были замечены деформации его крыши и внутренних деталей.

Сообщалось, однако, что несколько машин BWP-40 поступили на вооружение 12-й механизированной дивизии совместного германо-датско-польского армейского корпуса.

Аналогичный комплекс вооружения получила и опытная польская БМП BW040, представленная в 1998 г. Эта БМП выполнена на шасси советского МТ-ЛБ (также выпускался по лицензии в ПНР) и рассчитана, скорее, на зарубежные заказы, ведь этими бронированными тягачами располагают многие страны.

С другой стороны, в 2002 г. министерство обороны Польши объявило конкурс на разработку колесной ББМ и по результатам отобрало в качестве базы машину AMV разработки финской фирмы «Патри уиклз» с 30-мм автоматической пушкой. Она может служить своеобразной «колесной БМП» для сил быстрого реагирования.

Тактико-технические характеристики BWP-40

Боевая масса, т 15,4

Экипаж, чел. 3

Десант, чел. 6

Длина, м 6.735(с пушкой вперед)

Ширина, м 2.94

Высота, м 2,57

Клиренс, м 0.37

Вооружение:

пушка 40-мм автоматическая

пулеметы 1x7.62 ПКТ

Двигатель: марка УТД-20 тип Дизельный. V-образный 6 цилиндровый мощность, л. с 300

Емкость топливных баков, л 440

Трансмиссия Механическая

Подвеска Торсионная

Гусеница Металлическая с РМШ

Максимальная скорость хода по шоссе, км/ч 65

Запас хода по шоссе по топливу, км 350

Преодолеваемый подъем 31°

Ширина преодолеваемого рва. м 2,5

Высота стенки, м 0.7

Один из вариантов модернизации польских BWP-1 предусматривает установку двухместной башни Е8 производства немецкой компании Rheinmetall Landsysteme (слева); усовершенствованная базовая башня BWP-1 (лицензионный вариант советской БМП-1).

Новая польская БМП BWP-2000.

Боевая машина пехоты BWP-2000

В конце 1990-х гг. в Польше разработали новую БМП BWP-2000, взяв в качестве базы опять же советскую машину — многоцелевой гусеничный транспортер-тягач МТ-С промежуточного класса по массе. Получившаяся БМП относится уже к «тяжелым».

BWP-2000 имеет классическую схему компоновки с передним расположением МТО (справа) и отделения управления (слева), боевого отделения в средней и десантного — в кормовой части корпуса. В отделении управления, разделенным с МТО перегородкой, находится механик-водитель. Командир машины и наводчик размещаются в двухместной вращающейся башне и имеют отдельные люки в крыше башни. Восемь полностью экипированных десантников сидят в десантном отделении, имеющем для посадки и высадки откидывающуюся кормовую аппарель с электромеханическим приводом.

Комплекс вооружения выбрали итальянский. На БМП смонтирована башня итальянской компании «ОТО-Бреда», ранее в опытном порядке ставившаяся на итальянскую БМП VCC-80 В башне спаренно установлены 60-мм автоматическая пушка Т60/70А и 7,62-мм пулемет. Начальная скорость снаряда HVMSW60 составляет 1630 м/с, что позволяет ему пробивать гомогенную броню толщиной до 240 мм.

Пушка снабжена эжектором. По бортам башни находятся две бронированные пусковые установки ПТУР «Тоу». Новая СУО включает стабилизатор вооружения. перископический прибор наблюдения командира с панорамным обзором, комбинированный прицел с тепловизионным ночным каналом.

Однако БМП может быть вооружена и другой артсистемой — предложены варианты установки автоматических пушек калибром 40. 35, 25 и 23 мм. В варианте машины огневой поддержки или «истребителя танков» машина может быть вооружена и 105-мм пушкой. Соответственно комплексу вооружения (и типа башни, разумеется) масса BWP-2000 может составлять от 25 до 29 т.

Корпус БМП с наклонными лобовыми бронелистами и прямыми бортами сварен из стальной брони, обеспечивающей защиту от пуль и легких осколков, но предполагается использование дополнительной брони. Для постановки дымовых завес служат гранатометы системы 902В «Туча», установленные на башне двумя (руинами по четыре, и термодымовая аппаратура.

В МТО установлен дизельный двигатель S-12K (модификация советского В-12) мощностью 700 л.с. Ходовая часть шестиопорная. Сдвоенные обрезиненные опорные катки имеют торс ионную подвеску. Ведущие колеса переднего расположения. Верхние ветви гусениц прикрыты кожухами.

Тактико- технические характеристики BWP-2000

Боевая масса, т 25,0-29,0

Экипаж, чел 3

Десант, чел 8

Длина, м 7300(с пушкой вперед). 6.81 м (по корпусу)

Ширина, м 3.25

Высота по крыше башни, м 2,513

Вооружение:

пушка 60-мм

пулеметы 1x7.62

ПТРК 2xPBGM-71 «Toy»(TOW)

Боекомплект 32 выстрела калибра 60 мм.

2 000 патронов калибра 7,62 мм,

4 ПТУР марка S- 12К

Двигатель: тип Дизельный, V-образный 12-цилиндровый мощность, л.с. 700

Максимальная скорость хода по шоссе, км/ч 70

Запас хода по шоссе по топливу, км 500

Преодолеваемый подьем 31°

Ширина преодолеваемого рва. м 2,5

Высота стенки. м 0.6

РУМЫНИЯ

Боевые машины пехоты MLI-84 и MLI-84M

В Румынии также производилась по лицензии советская БМП-1. Однако едва освоив производство советского образца, румыны внесли в него ряд изменений. создав, таким образом, собственную модификацию. Она получила обозначение MLI-84.

Главным отличием стало дополнение комплекса вооружения БМП-1 еще и 12,7-мм пулеметом ДШКМ. Пулемет смонтирован на турельной установке на крыше десантного отделения у левого борта. Огонь из него может вести стрелок из числа десантников, для чего ему нужно высунуться в верхний люк. Таким образом, румыны, подобно немцам и швейцарцам, снабдили БМП дополнительной пулеметной точкой, правда, в более простом варианте. Использование для этого крупнокалиберного пулемета, видимо, связано со стремлением поражать противника в укрытиях и вести борьбу с воздушными целями. Боекомплект пулемета составляет 500 патронов. Остальное вооружение и боекомплект румынской машины соответствуют БМП-1.

Углы вертикального наведения пушки и спаренного пулемета от -4 до +30°. Для стрельбы из оружия десанта имеется девять установок (из них две для ручных пулеметов). Для постановки дымовой завесы БМП оборудована термодымовой аппаратурой.

Внешние отличия MLI-84 от БМП-1 кроме установки ДШКМ — гладкий верхний лобовой лист бронекорпуса, иная форма подфарников, опорные катки большей толщины. По массе и размерам MLI-84 несколько превышает БМП-1.

На начало 2004 г. в вооруженных силах Румынии насчитывалось 177 БМП MLI-84. На шасси БМП была создана СУ М89 (аналог советской 2С1 «Гвоздика») со 122-мм гаубицей Д-32 советской разработки в башне кругового вращения и экипажем из пяти человек. В боекомплект СУ входят 122-мм выстрелы раздельного заряжания с кумулятивными, осколочно-фугасными, дымовыми, практическими снарядами.

Одновременное модернизацией основных боевых и средних (ТР-85) танков и объявлением о разработке нового основного боевого танка (с участием германской компании «Краусс-Маффей») было намечено и обновление парка легких бронемашин- модернизация БМП MLI-84 и организация производства колесного (8x8) БТР RIN-94.

Была представлена ML1-84M с новым комплексом вооружения. На корпус БМП установили боевой модуль OWS-25 разработки израильской фирмы «Рафаэль». Модуль включает 25-мм автоматическую пушку с ленточным питанием, спаренный с ней 7,62-мм пулемет (справа от пушки), спаренную пусковую установку (слева от пушки) ПТУР типа 9М14-2 «Малютка-2» с тандемной боевой частью и полуавтоматическим наведением по проводам. Все вооружение вынесено за пределы обитаемого отделения и имеет приводы дистанционного управления. Модуль обслуживается одним наводчиком-оператором, рабочее место которого оборудовано прицелом-прибором наблюдения и наведения с дневным и ночным каналами. По бортам корпуса смонтированы дымовые гранатометы (по три на борт), сохранена и термодымовая аппаратура.

Тактико- технические характеристики
MLI-84 MLI-84M
Боевая масса, т 16,6 16,6
Экипаж, мел. 2 2
Десант, чел. 9 9
Длина, м 7,32 7.32
Ширина, м 3,15 3,15
Высота по крыше корпуса, м 1.57 157
Клиренс, м 0.37 0.37
Вооружение:
пушка 73 мм 2А28 «Гром» 25-мм
автоматическая
пулеметы 1x12,7-мм ДШКМ. 1х7.62-мм ПКТ 1х 12,7-ммДШКМ, 1x7,62-мм
ПУПТРК 1х9М14М «Малютка» 2х 9М14-2 «Малютка-2»
Боекомплект 40 выстрелов. 500 патронов калибра 12.7 мм. 2000 патронов калибра 7,62 мм. 4 ПТУР
Двигатель:
тип Дизельный, Дизельный.
V-образный 6-цилиндровый V-образный 6-цллиндровый
мощность, л.с. 360 360
Трансмиссия Механическая Механическая
Подвеска Торсионная Торсионная
Максимальная скорость хода, км/ч 70 по суше. 8 на плаву 70 по суше. 8 на плаву
Запас хода по шоссе по топливу, км 500 500
Преодолеваемый подъем, град 35 35
Ширина преодолеваемого рва. м 2.5 2.5
Высота стенки, м 0.7 0,7
Глубина брода Плавает Плавает
«Горная боевая машина» MLVM

Оригинальной румынской бронемашиной стала так называемая «горная боевая машина» MLVM. Хотя она представляет собой легкий бронетранспортер, приспособленный для действий на резкопересеченной местности, стоит вкратце рассмотреть здесь и ее.

Схема компоновки машины напоминает БМП-1 или MLI-84: МТО расположено в передней части корпуса справа, слева от него размещается механик-водитель. за ним в корпусе — командир машины. Над их местами в крыше выполнены люки и установлены перископические приборы наблюдения. В средней части корпуса находится одноместная башня, в кормовой — десантное отделение с двустворчатой дверью в кормовом листе.

В башне спаренно установлены 14,5-мм и 7.62-мм пулеметы. Прицел смонтирован в специальном приливе с левого борта башни. В корпусе имеются установки для оружия десанта. Корпус с наклонной установкой бронелистов и коническая башня сварены из стальной брони и обеспечивают противопульное бронирование.

Ходовая часть включает на один борт шесть одинарных обрезиненных опорных катков и три поддерживающих ролика. Ведущие колеса переднего расположения. Гусеница двухгребневая. Невысокое удельное давление на грунт повышает проходимость машины, сравнительно небольшая д\ина опорной поверхности — поворотливость. В кормовых дверях установлены топливные баки. Машина оборудована системой ПАЗ, быстродействующим ППО.

На базе MLVM выполнены 120-мм самоходный миномет, транспортная бронированная машина для снабжения войск на передовой.

Тактико-технические характеристики MLVM

Боевая масса, т 9,8

Экипаж, чел 2

Десант, чел

Длина, м 5.85

Ширина, м 2,87

Высота по крыше башни, м 1,95

Клиренс, м 0,38

Вооружение:

пулеметы 1х 14.5-мм КПВТ,

1x7,62-мм ПКТ

Боекомплект 500патронов калибра 14.5 мм.

2000калибра 7,62 мм

Двигатель тип Дизельный мощность, л с 153

Емкость топливных баков, л 480

Удельное давление на грунт, кг/см7 0.47

Максимальная скорость хода, км/ч 48

Запас хода по шоссе по топливу, км 680-740

Преодолеваемый подьем 35°

Ширина преодолеваемого рва. м 1,5

Высота стенки, м 0,6

Глубина брода, м 0,6

Чехословацкая боевая машина пехоты BVP-1, выпускавшаяся по советской лицензии.

Самоходная система разминирования SVO.

ЧЕХОСЛОВАКИЯ/ЧЕХИЯ

БМП BVP-1 и машины на ее базе

Чехословакия наряду с Польшей закупила лицензию на производство БМП -1 вскоре после ее появления в Советской Армии. Боевая машина, освоенная в 1970–1975 гг. (с активным участием советских специалистов, конечно) в производстве и поставлявшаяся в чехословацкую армию под обозначением BVP-I, практически не отличалась от БМП-1. С 1986 г. на этом шасси выпускалась собственная БРЭМ VPV.

В 1990-е гг… согласно договору об обычных вооружениях в Европе, Чехословакия должна была сократить число своих БМП. Чтобы не отправлять исправные БМП в переплавку, их переоборудовали в специальные машины. в том числе бронетранспортеры, разведывательные и другие машины. Так был создан гусеничный бронетранспортер ОТ-90: на стандартные корпуса BVP-1 ставили башни, снятые с колесных бронетранспортеров ОТ-64 (польское обозначение SKOT) с 14,5-мм пулеметом КПВТ испаренным с ним 7.62-мм пулеметом. Уже на базе ОТ-90 создали БРМ VP-90, машину снабжения DP-90. санитарно-эвакуационную машину ОТ-90 ZDR (высота 1.8 м. рассчитана на одного раненого на носилках и четырех сидячих или на шестерых сидячих). Кроме того, на шасси BVP-1 выполнили КШМ ZV-90, миноукладчик MU-90 (без башни), самоходную звуковещательную станцию BVP-1B Boure III.

После распада Чехословакии на два «независимых государства» произошел раздел в<юружения и военной техники. Так, на 2000 г. Чехия имела 804 БМП-1 и БМП-2 (BVP-I и BVP-2) и 440 БТР ОТ-64 и 01–90, Словакия |>асполагала 476 БМП и 207 БТР ОТ-90. На 2004 г., согласно официальным данным. за Чехией числилось 880 БМП. за Словакией — 404 БМП и 120 БТР (из них 113 ОТ-90 и семь ОТ-64).

Чешские специалисты, опираясь на достаточно высокий уровень своей военной промышленности, предложили ряд вариантов модернизации БМП-1 как с целью доведения до стандартов НАТО собственных машин и машин своих соседей — новых членов НАТО, так и для модернизации БМП-1 в странах. ранее относимых к «третьему миру». Пример тому — BVP-1MB с 30-мм автоматический пушкой в низкопрофильной башне. Кроме того, в Чехии на шасси БМП-1 (BVP-1) были разработаны следующие образцы:

— командно-штабная машина VIP (1993 г.) для низшего звена управления. Корпус БМП увеличен в средней части для размещения рабочих мест офицеров управления и дополнительной) оборудования:

— машина артиллерийской разведки «Снежка» (Snezka). Блок оптических приборов смонтирован на складной гидравлической стреле, установленной на переделанном корпусе БМП-1 и обеспечивающей высоту подъема блока над землей до 10 м. «Снежка» вооружена пулеметом для самообороны. Предлагается также монтаж на стреле пусковых установок ПТУР;

— машина передовых наблюдателей (представлена на выставке IDET-99 в Брно) с блоком аппаратуры разведки и наблюдения на подъемной штанге для системы управления артиллерии ASPRO, сопрягаемой с системами управления НАТО. Высота подъема штанги до 4, 3 м, дальность обнаружения типовых целей телекамерой днем до 10 км, ИК-прибором ночного видения до 6 км. дальность работы лазерного дальномера до 10 км. Экипаж состоит из трех человек;

— БРМ BP/V;

— КШМ OT-R5;

— машина связи МРР-40Р;

— ЗСУ BVP-1 STROP;

— самоходная система разминирования SVO;

— санитарно-эвакуационная машина.

Кроме того, В Чехии в 1990-е гг. был создан проект «колесной БМП» «Зубр» на шасси 6x6 или 8x8 с 25-мм автоматической пушкой в башне.

120-мм самоходный миномет PRAM-S на удлиненном на один каток шасси базовой БМП-1.

СЛОВАКИЯ

Большинство словацких машин BVP-1 подлежало снятию с вооружения или переоборудованию в машины другого назначения. Так, в Словакии на шасси БМП-1 (ВVP-1) разработали:

— БРМ DP-90;

— 120-мм самоходный миномет PRAM-S на удлиненном на один каток шасси;

— машину передовых артиллерийских наблюдателей DPK-90;

— БРЭМ DTP-90;

— самоходную установку разминирования с 24 направляющими для реактивных зарядов разминирования (каждый заряд создает в минном поле проход длиной до 100 и шириной до 5 м);

— бронированную санитарно-эвакуационную машину AMB-S (ZDR). При высоте по корпусу 2,05 м машина вмещает пятерых раненых на носилках или девятерых сидячих.

ЮГОСЛАВИЯ

Боевые машины пехоты BVP М80 и М80А

В Югославии, старавшейся, по возможности, оснащать свои сухопутные войска вооружением и техникой собственного производства и при этом сохранять определенную экономическую и политическую независимость, последовательно строилось несколько моделей БМП. Армия СФРЮ, видимо, под влиянием советской БМП-1 (в Югославии обозначалась BVP-1) и французской АМХ-10Р выбрала концепцию легкой БМП.

Модель М-980 появилась в начале 1970-х гг. явно не без участия французских специалистов (была использована силовая установка, аналогичная французской АМХ- ЮР) и с использованием некоторых элементов выпускавшегося в СФРЮ с 1965 г. плавающего гусеничного бронетранспортера М60. Впервые югославская БМП была представлена публике в мае 1975 г., впоследствии переименована в М80. Модернизация М80 дала вариант BVP М80А. впервые показанный публике в 1980 г. Эта модель БМП широко применялась в гражданской войне в Югославии, но производство ее из-за той же войны и прекратилось.

Схема компоновки BVP М80 и М80А аналогична схеме советской БМП-1: механик-водитель и командир сидят один за другим впереди слева, силовой блок расположен справа от них. одноместная башня размещена в средней части корпуса, а десантное отделение — в кормовой. Десантники сидят по трое спиной друг к другу. Посадка и высадка производятся через две двери в кормовом листе, кроме того, имеются два больших люка в крыше десантного отделения. Механик-водитель и командир располагают своими люками в крыше корпуса.

В башне установлены 20-мм автоматическая пушка М55 (пушка HS804 «Ис:- пано-Сюиза». производившаяся в Югославии по лицензии) и спаренный с ней 7.62-мм пулемет ПКТ. Углы вертикального наведения установки вооружения от-5 до + 75°. Пушка рассчитана на борьбу с наземными легкобронированными и с воздушными (как утверждается, на дальностях до 1500 м) целями. В задней части на крыше башни справа смонтирована сдвоенная пусковая установка ПТУР «Малютка» с максимальной дальностью стрельбы 3000 м, также выпускавшаяся в Югославии. Перезаряжание пусковой установки осуществляется вручную через люк в крыше башни. Комбинированный прицел с дневным и пассивным (бесподстветным) ночным каналами смонтирован в левой части башни. Его головка может поворачиваться в вертикальной плоскости, что позволяет использовать прицел в качестве зенитного. Прибор наведения ПТУР имеет кратность усиления 6х. В бортах десантного отделения смонтировано по три установки для оружия десанта с перископическими приборами наблюдения, системой отсоса пороховых газов и гильзоуловителями, еще по одной установке находится в кормовых дверях. Корпус с наклонной установкой броневых листов и коническая башня БМП сварены из листов стальной брони и обеспечивают противопульную и противоосколочную защиту.

В МТО машины BVP М80А установлен четырехтактный 10-цилиндровый дизельный двигатель 10V003 FAMOS с непосредственным впрыском топлива, развивающий мощность 315 л.с. (232 кВт) при 2500 об/мин (на М80 ставился дизель с турбонамувом «Савием» HS-115-2 мощностью 260 л. с). сблокированный с простой неавтоматической механической трансмиссией, включающей главный фрикцион, коробку передач и планетарные механизмы поворота. Также в один блок собраны элементы системы охлаждения двигателя и воздухоочиститель. Доступ в МТО осуществляется через два люка: в верхнем лобовом и в правом бортовом бронелистах корпуса.

Ходовая часть включает на борт пять одинарных обрезиненных опорных катков с индивидуальной торсионной подвеской и два поддерживающих ролика. Первый и последний узлы подвески снабжены гидравлическими амортизаторами. Ведущее колесо переднего расположения. Ширина трака гусеницы 300 мм. Машина преодолевает водные преграды вплавь без подготовки, двигаясь по воде со скоростью до 7,8 км/ч за счет перематывания гусениц, верхние ветви которых прикрыты гидродинамическими кожухами с гидродинамическими решетками в корме. Перед входом в воду поднимается волноотражающий щиток на верхнем лобовом листе корпуса и включается насос для откачки воды.

Штатное оборудование включает радиостанцию с выводом штыревой антенны в корме корпуса у левого борта. автоматическое ППО, систему ПАЗ. приборы ночного видения. Машина оборудована также ТДА и может ставить дымовые завесы за счет впрыскивания дизельного топлива в выпускной тракт двигателя (с правого борта корпуса).

На шасси БМП М80 и М80А строились ЗСУ М80А SPA со спаренной 30-мм автоматической пушкой и новой СУО, самоходный ПТРК M80LT (М80А LT). самоходный ЗРК SAVAc пусковыми установками ЗУР «Стрела-10М». КШМ М80А КВ батальонного звена и М80А КС ротного звена с дополнительными средствами связи, санитарно-эвакуационная машина М80А SN. а также БМП BVP М80АК с 30-мм пушкой. М80 LT несет на корпусе низкопрофильную башенку с двумя строенными пусковыми установками ПТУР типа «Малютка», защищенными сетчатым ограждением. Санитарно-эвакуационная М80А SN массой 14 т при высоте 1.8 м перевозит четырех раненых на носилках и двух сидячих или восьмерых сидячих.

«Государственные образования», появившиеся на месте распавшейся в результате гражданской войны (поддерживаемой из-за рубежа) и прямой агрессии НАТО Югославии, унаследовали и ее боевую технику. На 2000 г. в Союзной Республики Югославия имелось 568 БМП BVP М80 и М80А. в Хорватии — 109. На начало 2004 г. оставшиеся от Югославии Сербия и Черногория располагали 557 БМП, националистическая Хорватия — 104, Босния и Герцеговина — 35. Словения — 29. Македония — 10.

Тактико-технические характеристики
BVP М80 BVP М80А
Боевая масса, т 13.6 14
Экипаж, чел. 3 3
Десант, чел. 7 7
Длина, м 6.4 6.42
Ширина, м 2.9 2.995
Высота, м 2,3 (по крыше башни) 2.67
Клиренс, м 0.4 0.4
Вооружение:
пушка 20-мм М55 20-мм М55
пулеметы 1х7.62-мм ПКТ 1 х7.62-мм ПКТ
ПТРК 2 ПУ ПТРК «Малютка» 2 ПУ ПТРК «Малютка»
Боекомплект 400 выстрелов. 2250 патронов. 4 ПТУР 1400 выстрелов. 2000 патронов.
4 ПТУР
Двигатель:
марка HS 115-2 FGAMOS 10V003
тип Дизельный, 8-цилиндровый V-образный, жидкостного охлаждения Дизельный,10-цилиндровый V-образный, жидкостного охлаждения
мощность, л.с. 260 315
Емкость топливных баков, л - 510
Трансмиссия Неавтоматическая механическая
Гусеница Металлическая с РМШ
Удельное давление 0,64 0,67
на грунт, кг/см;
Максимальная скорость хода, км/ч 60 по суше, 7,5 на плаву 64 по суше, 7,8 на плаву
Запас хода по шоссе
по топливу, км 500 500
Преодолеваемый подъем, град 35 35
Ширина рва. м 2.2 2.4
Высота стенки, м 0.8 0.8
Глубина брода (без подготовки) Плавает Плавает

BVPM80.

BVPM80A.

Литература

1 Армейский сборник 2004 // № 2

2 Зарубежное военное обозрение 1995 // № 5. 1997 // №№ 5, 7 2000 // №№ 1,9 12; 2003 // №№ 3.4; 2004//№№ 1.2.5.

3 Foss С Modern Tanks. Glasgow, HarperCollins Publishers, 1985.

4 Jane's Tank Recognition Guide by C.Foss. Glasgow. HarperCollins Publishers. 1985

5 Przegled Wojsk Ladowych 1993//№ 6.

6 Strelecka Revue 1999//№ 10

7 Tracked amp; Wheeled Light Armoured Vehicles. International Defence Reviw 1986//N?8

8 Материалы фирм-производителей

Его величество авианосец. Атомный многоцелевой авианосец «Знтерпрайз» (CYN-65 Enterprise)

Владимир Щербаков

Продолжение.

Начало см. в «ТиВ» № 9-12/2004 г., № 2, 3/2005 г.

В статье использованы фото ВМС и ВВС США

Жизнь продолжается

Через некоторое время после прекращения боевых действий, вступившего в силу 27 января 1973 г., атомоход прибыл на судоверфь «Пугет саунд» в Бремертоне. штат Вашингтон (Puget Sound Naval Shipyard, Bremerton, Wash). Там корабль прошел модернизацию для обеспечения базирования на нем новейших в то время истребителей Р-14Л «Томк. эт» (Tomcat). 18 марта 1974 г. на палубу «Энтерпрайза» были совершены первые посадка и взлет нового самолета. А в сентябре того же года корабль, отправившийся на свою седьмую боевую службу в воды Тихого океана, стал первым американским авианосцем, несущим новые истребители.

9 февраля 1975 г. авианосец, приняв призыв о помощи со стороны государства Маврикии в западной части Индийского океана, сильно пострадавшего от тайфуна Cervaise. направился в Порт-Луи. куда и прибыл 12-го числа того же месяца. Экипаж корабля провел около 10 тыс. человеко-часов, помогая местному населению в восстановительных работах.

19 апреля 1975 г. «Энтерпраиз» совместно с авианосцами «Мидуэй». «Корал Си», «Хэнкок» и десантным вертолетоносцем «Окинава» (Okinawa, LPH-3) уже находился в водах Южно-Китайского моря, неподалеку от вьетнамского побережья, в связи со значительным ухудшением отношений между Ханоем и Сайгоном. Чуть позже, 29 апреля, в течение трех часов американцы провели операцию Frequent Wind, основной целью которой была эвакуация американских граждан из столицы Южного Вьетнама. Город был уже со всех сторон окружен, и эвакуация вертолетами была единственной возможностью спастись. Самолеты обеспечивали прикрытие транспортных вертолетов. Всего, по официальным данным, было вывезено около 900 американских граждан. Последний вертолет взлетел с территории посольства США в 19 ч 52 мин, унося на борту охрану — морских пехотинцев. За время операции авиация «Энтерпрайза» совершила 95 вылетов.

Модель авианосца «Энтерпрайз», выполненная Стефаном У. Хеннингером (Stephen W. Henninger) и хранящаяся в Музее авиации и космонавтики Смитсоновского института в г. Вашингтон (The Smithsonian Institute Air and Space Museum Washington O.C.).

Носовая оконечность «Энтерпрайза». Здесь заканчивает свою работу катапульта авианосца и самолет отправляется в самостоятельный полет.

В июле 1975 г. обозначение авианосца было изменено с CVA(N) (атомный ударный авианосец) на CVN (атомный многоцелевой авианосец), а через несколько месяцев. 29 октября, на борту корабля произошла небольшая по масштабам авария — на одном из «Томкэтов» из состава 124-й истребительной авиаэскадрильи (VF-124) загорелся двигатель. В результате самолет был потерян.

В 1976 г. авианосец совершил свой восьмой дальний поход в западную часть Тихого океана, во время которого он 27 февраля был направлен вместе со своей группой в воды восточного побережья Африки. Причиной послужили осложнения в отношениях между Соединенными Штатами и Угандой. В этом плавании «Томкэты» снова отличились не лучшим образом: 19 декабря 1976 г. истребитель F-14 из состава 2-й истребительной авиаэскадрильи (VF-2) потерпел аварию при посадке на палубу авианосца.

Сверху вниз: атомный авианосец «Энтерпрайз», атомный авианосец «Джордж Вашингтон» быстроходный транспорт снабжения «Сапплай» и судно снабжения боеприпасами «Маунт Бейкер». 12 июля 1996 г. Западная часть Средиземного моря.

Морской буксир «Кри» (Сгее) ВМС США, подвергшийся по ошибке бомбовому удару «Корсаров» с авианосца «Энтерпрайз» во время учений в 1978 г.

«Кри» заводят в базу. Сегодня у буксира был тяжелый день — бомбы со своих самолетов едва не утопили его.

Трагедия с буксиром «Кри»

В начале 1978 г. с морским буксиром ВМС США «Кри» (Сгее, АТ-84) произошло чрезвычайное происшествие, только по счастливой случайности не закончившееся трагедией. Самое деятельное «участие» в этом событии приняла авиагруппа «Энтерпрайза».

Согласно плану проводившихся в 85 милях к юго-западу от Сан-Диего учений. летчики палубной авиации должны были провести боевое бомбометание по специально выделен ному для этого старому судну, которое вел на буксире вышеупомянутый «Кри» под командой лейтенанта Ричарда А. Мерроу (Lt. Richard A. Merrow). Самолеты с авианосца «Рейнджер» (Ranger, CV-61) отработали удачно и поразили мишень, а вот «Корсары» с «Энтерпрайза» по ошибке нанесли бомбовый удар по буксиру (хотя тот и находился ни много ни мало, а в восьми милях от судна-мишени).

Первый штурмовик лег на боевой курс и сбросил на «цель» три 500-фунтовые авиабомбы. Остальные самолеты не успели сбросить свой смертоносный груз только благодаря быстрым и решительным действиям старшего уорент-офицера Дениэла Баррса (Chief Warrant Officer Daniel Barrs), который успел предупредить по радио остальных пилотов о совершенной ошибке в опознавании цели.

Итак, на буксир упали три бомбы. Первая попала в район левого борта ближе к носу всего лишь в 10 футах (чуть более трех метров) от ватерлинии, но не взорвалась. Вторая угодила в корпус судна в районе мачты, прошила буксир практически насквозь и взорвалась ниже уровня ватерлинии, нанеся серьезные повреждения «Кри» (в том числе был поврежден его киль). Судьба третьей бомбы точно не известна. По одним данным, она упала в район полубака, пробила две палубы и … не взорвалась. По другим, — бомба все-таки взорвалась, но вне корпуса буксира.

Воистину, чудо из чудес! Видимо, кто-то из экипажа «Кри» имел всесильного ангела-покровителя. На судне не погиб ни один из находившихся на нем 79 человек! Никто даже не получил ранения. Однако страху они натерпелись порядочного. Поэтому не удивительно, что когда с «Энтерпрайза» отправили на буксир команду для обезвреживания не взорвавшихся авиабомб, экипаж последнего готов был буквально растерзать их на кусочки. В итоге моряки отказались идти на «Кри» без вооруженной охраны. Пришлось тянуть поврежденное судно в док и уже там разряжать боеприпасы.

Решив скрыть данный инцидент, флотское командование на время расследования оставило атомоход в море. Однако широкая молва все-таки сделала свое дело. Да и экипаж буксира особенно не молчал. Вскоре все местные газеты в Сан-Диего и в близлежащих районах пестрели заметками на данную тему. Более того, происшествию был даже посвящен отдельный сюжет в теленовосгях. Обычно далеко идущие последствия событий, описанных выше, трудно предсказать. Так произошло и на этот раз.

Во-первых, согласно воспоминаниям очевидцев тех событий, наказали … кого бы вы думали? Уверен, что большинство из читателей даже и с трех раз не угадает. Так вот. наказали специалиста по вооружению с авианосца «Энтерпрайз». который оснащал в тот день «Корсары» авиабомбами. Причина увольнения проста — снаряженные им бомбы не сработали. Вот так-то. Интересно, что было бы в том случае, если бы все бомбы взорвались, и буксир вместе с экипажем пошел бы ко дну. Видимо, следуя такой логике, упомянутого оружейника следовало наградить медалью Конгресса или что-то в этом роде.

Ну а во-вторых, эта история получила неожиданное продолжение несколько позже. Когда «Энтерпрайз» совершил заход в ВМБ Субик-Бей на Филиппинах, на берегу произошло несколько крупных потасовок между матросами с атомохода и с ошвартованного там же морского буксира ВМС США «Ют» (Ute.).

F-14B «Томкэт» из состава 32-й истребительной аз (VFA-32) 3-го корабельного авиакрыла получает сигнал к взлету. 1 декабря 1998 г. Персидский залив. Операция Southern Watch.

Истребитель F-14A «Томкэт» из состава 211-й истребительной авиаэскадрильи совершает взлет с палубы АВМА «Энтерпрайз». на очереди — пара самолетов F/A-18C «Хорнет». Ноябрь 2003 г.

Вы спросите, в чем тут дело? А в действительности-то разгадка проста. Дело в том, что для исправления полученных повреждений «Кри» был поставлен на длительное время в док. В результате он не смог сменить в районе передового базирования другой буксир, которым был. как можно догадаться, «Юг». Естественно, что экипажу последнего это не особенно понравилось, и моряки решили «разобраться» со своими обидчиками — матросами с «Энтерпрайза». Таким образом, единственными ранениями, полученными в результате происшествия с буксиром «Кри», стали синяки, полученные в вышеупомянутых драках. Можно еще сказать, что все участники описанных событий хорошо отделались. По крайней мере, могло быть и хуже.

Статья, посвященная чрезвычайному происшествию с буксиром «Кри».

АВМА «Энтерпрайз» у пирса в ВМБ Норфолк, штат Виргиния.

Спальное место одного из моряков авианосца в 86-местном кубрике. Кстати говоря, на авианосце есть и 200-местные кубрики.

Одна из жилых кают на авианосце «Энтерпрайз».

Обладая, видимо, массой свободного времени и хорошим чувством юмора, моряки — Энтерпрайза- выпускали в свет вот такие вот шедевры.

Это дверь в одно из помещений электриков.

Дверь в каюту (вроде бы, не жилую) начальника пожарной команды.

А вот это уже дверь в жилой кубрик специалистов по вооружению — дом для 86 моряков.

За этой дверью работает палубная команда специалистов по вооружению.

Так выглядела дверь в помещение воздушных стрелков. Вскоре эту картину закрасили.

«Энтерпрайз» меняет облик

После своей девятой боевой службы, проведенной опять- таки в западной части Тихого океана, «Энтерпрайз» 15 января 1979 г. прибыл в Бремертон на судоверфь «Пугет саунд» для проведения, как первоначально планировалось, тридцатимесячного капитального ремонта и модернизации. На деле же работы завершились только в марте 1982 г.

На авианосце демонтировали старые РАС со стабилизированными антеннами AN/SPS-32/33 и средства РЭБ. надстройка была перемонтирована и «остров» приобрел форму, мало отличающуюся от надстроек остальных атомных авианосцев. Впрочем, его кубическая форма все равно остается заметной и по сей день. Вместо старой РАС в верхней часги «острова» были установлены новые РАС ОВЦ типов AN/SPS-48C (в настоящее время заменена на более новую модификацию AN/SPS-48E) и AN/SPS-49c антеннами вращающегося типа. Первая расположена над мостиками и обращена вперед, а вторая расположена у основания мачты на задней (кормовой) стороне надстройки.

Вооружение корабля также претерпело изменения Имевшиеся две ПУ Мк 25 ЗРК «Си Спарроу» были сняты. На спонсоне левого борта установили восьми контейнерную ПУ Мк 29 того же комплекса «Си Спарроу», а на спонсоне правого борта разместили только две шестиствольные ПУ Мк 36 комплекса

РЭБ RBOC (Rapid Bloom Offboard Chaff system). Кроме того, впереди по правому борту корабля был сооружен еще один спонсон. на котором установили одну ПУ Мк 29 и 12,7-мм крупнокалиберный пулемет «Браунинг». Позднее на корабле смонтировали третью восьми контейнерную ПУ ЗРК «Си Спарроу».

Две РЛС (два антенных поста) системы управления огнем (СУО) носовой ПУ ЗРК правого борта были установлены в верхней части надстройки, на переднем правом ее углу. Антенные посты кормовой ПУ ЗРК расположили в специальных гнездах друг над другом в верхней части надстройки, на левом кормовом ее углу.

Гнезда, в которых расположены антенны РЛС СУО, имеют своеобразную конструкцию. По краю площадки расположен специальный защитный экран, придающий всей конструкции чашеобразную форму. Экран предназначен д\я предохранения антенн от теплового излучения снизу (от газодинамических струй самолетов и т. д.) и для защиты находящегося на палубе персонала от вредного излучения радиолокационных станций.

Дополнительно к зенитным ракетным комплексам на авианосце появились три 20-мм зенитных артиллерийских комплекса (ЗАК) «Фаланкс» (Phalanx CIWS) Мк 15: по одному на носовом спонсоне левого борта, на надстройке с правой ее стороны и на корме.

Кроме новых ПУ ЗРК и ЗАК в ходе модернизации на «Энтерпрайзе» разместили шесть шестиствольных ПУ Мк 36 комплекса РЭБ RBOC: по две ПУ на носовом спонсоне левого борта (рядом с ЗАК «Фа\анкс»), на кормовом спонсоне левого борта и на площадке в верхней части надстройки, с правой ее стороны.

Вид на одну из катапульт «Энтерпрайза». Прямо перед нами самолет ДРЛО Е-2А «Хокай-.

Западная часть Тихого океана, 1967–1968 гг.

Молодняк прибыл!

Работа на полетной палубе не прекращается даже в сумерки. Тонкинскии залив, 1967–1968 гг.

Внутренние конструкции и системы атомохода также претерпели существенные изменения. Были практически полностью заменены элементы ЭУ, переоборудованы кубрики и каюты, а также камбуз и сопутствующие помещения.

Тем не менее даже после такой масштабной «переделки» внешний облик «Энтерпрайза» остался легко узнаваемым и не похожим на остальные американские авианосцы.

Свои десятый, одиннадцатый и двенадцатый по счету походы (БС) в воды западной части акватории Тихого океана корабль совершил в 1982. 1984 и 1986 гг. соответственно. Причем во время последнего он не только осуществил очередное свое кругосветное плавание, но и ста\ первым из атомных авианосцев, совершивших проход Суэцким каналом.

28 апреля 1986 г. «Энтерпрайз» проследовал из Красного моря в Средиземное (авианосец прошел Суэцкий канал за 12 часов, начав движение в 3 часа ночи, и впервые за последние 22 года оказался в водах Средиземного моря) и сменил на «боевом посту» авианосец «Корал Си», находившийся в районе побережья Ливни вместе с АВ «Америка». Самолеты последних в рамках операции El Dorado Canyon осуществляли нанесение ракетно-бомбовых ударов по объектам на ливийской территории после того, как 24 марта ливийцы предприняли попытку нанести ракетный улар по кораблям ВМС США в заливе Сидра (Gulf of Sidra).

Кругосветка закончилась для авианосца с прибытием в Аламеду.

Продолжение следует

Развитие идеи вооружения подводных лодок баллистическими ракетами Часть IV* (продолжение)

Павел Константинов

Комплекс «Поларис А-1» образец для подражания?

См. ТиВ № 4.5.7.8/2004 г… № 3/2005 г.

Баллистическая ракета «Поларис А-1».

«Поларис А-1» — первая американская подводная ракета

При создании баллистической ракеты основными проблемами стали выбор и разработка двигателя, системы управления и системы запуска ракете погруженной подводной лодки. При определении типа двигателей обеих ступеней баллистических ракет «Поларис» американские специалисты фирмы «Аэроджет Дженерал» остановили свой выбор на ракетном двигателе на твердом топливе (РДТТ). При этом они руководствовались следующими двумя основными положениями: во-первых, РДТТ имеют более простую, легкую и дешевую конструкцию; во-вторых, они постоянно готовы к немедленному использованию, более просты в обслуживании, а безопасность их выше, чем у ЖРД что, учитывая условия эксплуатации на подводных лодках, представлялось особенно важным. Вместе с тем учитывались и присущие РДТТ недостатки, например меньший удельный импульс, чем у ЖРД Поскольку баллистическая ракета, запущенная из-под воды с борта подводной лодки, не связана с ней, то система управления полетом должна быть автономной. Система запуска ракеты должна находиться в состоянии постоянной боеготовности, а ее работа — безопасной для подводной лодки.

В 1957 г., после успешного запуска в СССР первого искусственного спутника Земли, появилось решение сократить сроки разработки системы «Поларис» и принять ее на вооружение раньше намеченного срока (1963 г.). Чтобы ускорить создание ракеты и не задерживать развитие атомного подводного флота заданные тактико-технические требования были снижены, в частности, дальность стрельбы ракеты стартовой массы 12.8 т уменьшили с 1500 до 1200 миль (2200 км). В связи с невысокой точностью (КВО составляло более I км) эти ракеты с одной ядерной боевой головкой с тротиловым эквивалентом 500 кт предназначались для нанесения ударов по крупным площадным целям — стратегическим объектам, расположенным на побережье и в ближайших районах территории вероятного противника. Так появилось «временное оружие» — первая модификация твердотопливной баллистической ракеты стратегической системы «Поларис» — «Поларис А-1» (UGM-27A).

Сравнительные схемы БР «Юпитер» (слева) и «Поларис».

Схемы РДТТ первой и второй ступеней.

«Поларис А-1» — двухступенчатая баллистическая ракета подводных лодок (БРПА) с последовательным расположением маршевых ступеней. Головной разработчик ракеты — фирма «Локхид». Первоначально планировалось, что эта ракета, разрабатываемая по заказу ВМФ. сможет запускаться с подводных лодок, палуб кораблей и, возможно, с наземных пусковых установок. Предполагалось создать вариант баллистической ракеты «Поларис», предназначенный для запуска с мобильных пусковых установок, базирование которых намечалось на территории стран-участниц НАТО. Однако позже известный конструктор ракет В. фон Браун, оценив возможности этой ракеты, заявил, что она не может использоваться с подобных установок, поскольку не рассчитана на ударные нагрузки и возможный широкий диапазон изменения темпера туры при эксплуатации в полевых условиях. При проектировании ракеты основное внимание уделялось повышению удельного импульса двигателей, а не температурной и ударной стойкости, поскольку на подводных лодках ракета должна храниться в контролируемых условиях.

Ракета состояла из твердотопливного двигателя первой ступени, соединительного отсека, твердотопливного двигателя второй ступени, переходного отсека и головной части.

РДТТ обеих ступеней БР «Поларис А-1» состоят из корпуса двигателя с передним и задним днищами (фактически — камеры сгорания), соплового блока из четырех неподвижных сопл, органов управления, воспламенителя и топливного заряда в камере сгорания.

Изготовление и снаряжение корпусов РДТТ первой и второй ступеней осуществлялось на заводе фирмы «Аэроджет Дженерал» в г. Сакраменто (шт. Калифорния). Для корпусов применялась ванадиевая низколегированная листовая сталь AMS-256, содержащая не более 0,015 % серы и фосфора, с пределом текучести 154 кг/мм 2 (по другим данным, листовая катаная сталь 6434). Корпус двигателя изготавливался путем сварки листов. Основной проблемой при таком способе являлось предотвращение деформации корпуса при сварке и термообработке. Поэтому после сварки корпуса РДТТ подвергались термической обработке и гидростатическим испытаниям. Предпринимались попытки изготовления корпусов методом центробежного литья. Несколько таких корпусов были применены на ракетах, прошедших летные испытания. Предполагалось также изготовление днищ (толщина 10±0,05 мм) корпусов методом взрывной штамповки.

В связи с тем что стенки камеры сгорания, представлявшие собой тонкостенную стальную цилиндрическую оболочку, не охлаждались, корпуса изнутри грунтовались и покрывались слоем теплоизоляции — специальным тефлоновым покрытием из материалов с малой теплопроводностью («бронирование»).

Существенным фактором, влияющим на создание РДТТ для баллистических ракет подводных лодок, явилась отработка процесса заливки крупных ракетных двигателей смесевым твердым топливом. Основная сложность заключалась в обеспечении равной плотности заданной конфигурации мощного топливного заряда, отвечающей установленным требованиям. В противном случае в топливе могли возникнут!* раковины. трещины и другие дефекты, которые привели бы к нерасчетным явлениям режима горения (взрывам). В качестве топлива использовали полиуретан с присадкой алюминия (горючее) и перхлорат аммония (окислитель). Присадка аммония применялась для увеличения стабильности горения топлива и повышения удельного импульса до 245–250 кгс/кг. За период разработки ракеты «Поларис А-1» с 1958 по 1960 г. удельный импульс топлива для ракеты был повышен на 15 %.

Топливная смесь заливалась в корпус (камеру сгорания) из смесителя непрерывного действия и затем отверждалась. Образовавшиеся шашки имели каналы звездообразной формы с шестью гранями, с постоянной поверхностью горения для обеспечения тяги постоянной величины. Для дефектоскопии топливных зарядов РДТТ ракеты «Поларис А-1» использовалась радиографическая рентгеновская установка, разработанная фирмой «Аэроджет Дженерал» совместно с научно-исследовательскими организациями ВМС. Плотность прилегания топливного заряда к стенкам корпуса двигателя проверялась при помощи ультразвуковой установки. Затем устанавливались сопла и воспламеняющие устройства. Специально для этой ракеты фирма «Конвейр» разработала наружное покрытие корпуса, снижавшее силу аэрогидродинамического трения на 90 %. Собранный РДТТ подвергался окончательной проверке.

Двигатель первой ступени AJP-1F весом 9,98 т развивал тягу 45 т (на уровне моря), при этом заряд топлива был выполнен в виде шашки длиной 2,66 м и диаметром 1,35 м. Он имел четыре сопла с шарнирно укрепленными дефлекторами для управления полетом. Температура в камере сгорания двигателя первой ступени достигала 2700 °C. Давление в камере сгорания составляло 70 кг/см 2, время работы двигателя — 54 с. Двигатель включался электромеханическим приспособлением и мощным запалом, при этом хвостовые крышки сопл, предохраняющие двигатель от попадания воды при подводном ходе ракеты, выталкиваются давлением рабочих газов, выделяющихся в момент включения двигателя. Система включения РДТТ первой ступени блокироваласьтаким образом, что воспламенитель заряда срабатывал только после осуществления всех операций, предшествующих запуску, а ракета достигала расчетной скорости в заданный момент.

Двигатель второй ступени AJP-2F имел тягу 9 т и работал на полиуретане в смеси с сополимером полибутадиена и акриловой кислоты. Давление в камере» сгорания двигателя достигало 35 кгс/кг, время работы двигателя — 70 с. Двигатель второй ступени, разрабатывавшийся совместно фирмами «Аэроджет Дженерал» и «Тиокол», имел топливный заряд диаметром 1,35 м и длиной 1,2 м. РДТТ второй ступени, так же, как и двигатель первой ступени, снабжался четырьмя соплами.

Двигатели соединялись посредством переходного отсека, а к передней части РДТТ второй ступени пристыковывался конический переходник. На заводе фирмы «Локхид» предварительная сборка производилась с использованием макетов двигателей, система наведения устанавливалась в коническом переходном отсеке между второй ступенью и головной частью, а затем ракета проходила проверку. Собранная БР доставлялась на транспортере с завода на базу.

В 1960 г. фирма «Лайон» получила контракт на постройку корпусов РДТТ второй ступени ракеты «Поларис А-1». Она предложила изготавливать корпус камеры и заднее днище как единое целое методом глубокой вытяжки, что позволило обойтись без сварки и механической обработки.

Большую проблему вызвал поиск материалов для сопл РДТТ. особенно в критической их части, способных функционировать без дополнительного охлаждения в течение заданного времени без чрезмерной эрозии и изменения геометрических размеров. В 1960 г. сопла двигателя второй ступени ракеты изготавливались частично из пластмассы с вкладышем из огнеупорного материала в критическом сечении. По сравнению с цельнометаллическими соплами это дало 30 %-ный выигрыш в весе.

Поскольку полет баллистических ракет на активном участке траектории происходил только за счет тяги двигателя, то управление их полетом производилось изменением вектора тяги по величине и направлению. На ракете «Поларис А-1» были применены кольцевые поворотные дефлекторы (джетевейторы), перемещением которых создавалась асимметрия истечения газовой струи из реактивного сопла и, как следствие, соответствующее изменение составляющей реактивной силы, а значит, и изменение положения ракеты в пространстве. Однако отмечалось, что это устройство несколько снижает удельную тягу.

Согласно расчетам, скорость ракеты на подводном участке траектории оказалась настолько велика, что морская вода не могла проникать в сопла. Однако для большей надежности в критическом сечении каждого сопла двигателя первой ступени помещалось графитовое уплотнение, а в закритической части сопла — заглушка из пенопласта, имевшая клапан, стравливающий избыточное давление наддува. При запуске двигателя заглушка выбрасывалась из сопла.

Схемы переходных отсеков.

Схемы дефлекторов.

Включение двигателя первой ступени баллистической ракеты «Поларис А- 1» производилось по сигналу прибора, измеряющего ускорение ракеты, выброшенной сжатым воздухом из пусковой трубы, в тот момент, когда оно становилось равным нулю. Устройством для отсечки тяги РДТТ снабжалась только вторая ступень ракеты. Верньерный движок на второй ступени (тоже на твердом топливе) мог придать дополнительный импульс величиной от 450 до 4500 кгс/кг для корректировки конечной скорости ракеты.

Специальными опытами было установлено. что серийный двигатель ВР «Поларис А-1» нормально срабатывает после 1,5-годичного хранения на складе в специальном контейнере с микроклиматом штатной пусковой шахты подводной лодки.

На ракете «Поларис А-1» применили инерциальную систему управления Мк-1 с программным механизмом и отсечным устройством, разработанную Массачусетским технологическим институтом и изготовленную фирмой «Дженерал Электрик». Система обеспечивала управление полетом ракеты на активном участке траектории и КВО в пределах 3700 м. Ее бортовая аппаратура располагалась в приборном отсеке, который находился в средней части корпуса ракеты. Инерциальный измерительный блок состоял из тиростабилизированной платформы (ГСП) на трехосном карданном подвесе с тремя одностепенными поплавковыми интегрирующими трос копам и 25JRJG «Хониуэлл» и тремя маятниковыми гироакселерометрами 25PJGA «Хониуэлл». На торце блока, на каркасе были смонтированы программный автомат управле1гия полетом, блок вспомогательной электроаппаратуры, состоявший в основном из сервоускорителей и серводвигателей, цифровая счетно-решающая машина, источники питания и другие приборы. Общий вес бортовой аппаратуры наведения ракеты «Поларис А-1» составлял около 90 кг. В предстартовый период система Мк-1 работала совместно с инерциальной корабельной системой Мк-80.

Органами стабилизации и управления в полете служили кольцевые дефлекторы в газовой струе на концах сопл РДТТ с г идроприводами. Они создавали управляющие моменты по осям тангажа, рыскания и крена. Управлялись сервоприводами по сигналам системы наведения.

На предварительных стадиях проектирования комплекса «Поларис» между представителями ВМС и ВВС возникли разногласия по поводу характеристик боевой части. Представители ВВС утверждали, что сравнительно небольшая мощность ядерного боевого заряда ракеты «Поларис» ограничит ее применение. Этот довод парировали представители ВМС, уверяя, что высокая точность ракеты «Поларис» делает ее более подходящей для поражения малых объектов, чем менее точных ракет ВВС, несущих более мощные ядерные заряды.

Отделяющуюся в полете моноблочную головную часть ракеты «Поларис А- 1», состоявшую из оплавляющегося носового конуса и ядерного заряда W-47, разработала фирма «Локхид» в кооперации с другими соисполнителями. Сбрасываемый носовой обтекатель должен был выдерживать температуру до 1100 °C на внешней и до 540Ь С на внутренней поверхности в течение 125 с. Метод изготовления обтекателя предложили специалисты фирм «Локхид Эйркрафт» и «Даймон Мануфактуринг».

Первоначально на специальную оправку накладывались последовательно семь слоев стеклоткани (до наложения каждого последующего слоя предыдущий подвергался специальной обработке). Затем на стеклоткань производилась спиральная намотка ленты из двуокиси кремния (на носок обтекателя) и стекловолокна (на остальную его часть) Ленты перед намоткой пропитывались жаростойкими фенольными слоями. После намотки обтекатель <утверждался в течение одного часа при температуре 150 °C. Вес носового конуса достигал 300 кг. Взрывательное устройство спроектировали на фирме «Реймонд».

Тротиловый эквивалент боевого заряда «Поларис А-1» составлял 0,5 мгт. Среднее вероятное отклонение ракеты «Поларис», по расчетам, не превышало 1,6 км.

Схема носового отсека БР «Поларис» с боевым зарядом.

Модели и прототипы ракеты «Поларис А-1», использовавшиеся для испытаний.

Испытания ракет — «вода, огонь и медные трубы»

В ходе создания ракеты «Поларис», ВМС США предложили программу, в которой предусматривались как этапы отработки баллистической ракеты, запускаемой из- под воды, так и этапы, необходимые для испытаний ее систем гг головного блока. Экспериментальные ракеты были разделены на группы, причем ракеты каждой группы оборудовались специальными приборами, позволявшими исследовать конкретные группы проблем (приборное оборудование, отсечку тяги, аэродинамику, управление в полете в реальных условиях и пр.). Для испытаний бортовых систем были запущены в большом количестве модели ракет в натуральную величину (Polaris mk), по длине близкие к «Поларис А-1», но меньшие по диаметру. Исследовательские запуски планировалось провести с наземных пусковых установок (стеггдов), из-под воды (из специального бассейна), а также с надводного исследовательского корабля гг подводной лодки (в надводном и подводном положении). Для этого провели весьма серьезные подготовительные мероприятия, в том числе было создано наземное и подводное испытательное оборудование, системы контроля подводой, макеты ракет.

Наземные испытания серии Flight Test and Prototype Development Vehicles (FTV) начались на полигоне о. Сан-Клементе (шт. Калифорния). Вначале опыты проводились с ракетой «Стержант», имитировавшей ракету «Поларис» (с яггваря 1957 г. по середину 1958 г.). Летная модель должна была продемонстрировать возможности по достижению РДТТ скорости д\я управления, работоспособность газовых рулей, оценки точности, а также оценки термодинамических характеристик ГЧ. В рамках специальных летных испытаний баллистической ракеты серии FTV осуществили 22 пуска.

Затем в испытаниях наступил этап пусков ракет из специальных пусковых груб, разделенный гга несколько фаз. Вначале ракеты выбрасывались из пусковой трубы наземной установки, размещенной в г. Хантерс-Пойнт (шт. Калифорния), затем — из пусковой трубы на испытательном корабле «Обзервейшн Айленд», а после этого — из пусковой трубы подводной установки.

Пуск прототипа ракеты «Поларис А-1» с наземной установки.

Исследовательское судно «Обзервейшн Айленд» (вверху). Пуск прототипа ракеты «Поларис А-1» с исследовательского судна «Обзервейшн Айленд»(слева внизу). Погрузка прототипа ракеты «Поларис А-1» в пусковую установку исследовательского судна «Обзервейшн Айленд».

Для решения ряда проблем, связанных, например с системой разделения ступеней (разрывные болты) и системой воспламенения топлива в двигателе первой ступени, в I958 г. на полигоне Кейп Канаверал (шт. Флорида) провели экспериментальные запуски с наземных установок 21 макета ракеты. Вход носового конуса ракеты в атмосферу изучался в камере размером 1,2x1,2 м. где создавалось давление, соответствующее высоте 150 км, и температура от -54 до + 538 °C.

Одна из наиболее важных задач испытаний заключалась в том, чтобы определить. как ведет себя ракета с момента старта и до выхода ее из воды, поскольку данных по этому вопросу было явно недостаточно. Для этого сконструировали специальное оборудование: средства искусственного освещения под водой, подводные телевизионные камеры, подводные микрофоны и т. п.

Подводная установка была смонтирована на дне моря близ о. Сан-Клементе, находящегося примерно в 95 км юго- западнее г. Лос-Анджелеса. Ракеты, выбрасывавшиеся из пусковой трубы этой установки, рассчитывались на многократное использование. Для спасения ракет предназначалась специально оборудованная баржа-катамаран (30x30 м), на которой размещалась ферма высотой 58 м со стрелой, тросом и системой блоков. Спасение ракет осуществлялось двумя способами:

1. К носовому конусу находящейся в пусковой трубе ракеты крепился трос, свисающий со стрелы фермы. Специальный механизм обеспечивал автоматическую выборку троса по мере подъема ракеты. Сигналы на запуск ракеты и на включение этого механизма подавались одновременно. Ракета поднималась на высоту примерно 30 м и на тросе медленно опускалась;

2. К стреле фермы на тросе подвешивался нейлоновый «кисет» (раньше назывался сетью). Длина кисета 12 м, диаметр входного отверстия примерно 10 м. К краям входного отверстия крепились тросы. Когда ракета попадала в кисет, он сразу затягивался и захватывал ракету.

Подводные запуски экспериментальных ракет серии АХ (АХ-1. АХ-2 и т. д.), специально созданных фирмой «Локхид» для летных испытаний, проводились с января по сентябрь 1958 г. От запуска к запуску макеты ракет этой серии все более совершенствовались. В первом запуске дальность полета составила 1440 км (вследствие неисправности ракета не достигла цели). Испытывались также ракеты с отделяющейся второй ступенью, снабженной двигателями. В начале августа 1959 г. был произведен запуск ракеты «Поларис» с наземной установки, имитирующей качку корабля. Одной из целей запуска явились летные испытания взрывательного устройства для боевого заряда (устройство было установлено на ракете впервые). Ракета, почти не отличающаяся от боевого варианта, пролетела 2080 км, т. е. на 120 км меньше расчетной дальности боевого варианта (меньшая дальность объяснялась наличием на ракете дополнительной измерительной аппаратуры). На второй ступени ракеты впервые смонтировали облегченный РДТТ фирмы «Аэроджет Дженерал», который был на 45 кг легче прежних вариантов.

В результате этих запусков было установлено, что на подводном участке ракета достаточно устойчива и отпадает необходимость управления ею при помощи килей и стабилизаторов. Не требуется также защиты сопл и газовых рулей от морской воды, система воспламенения топлива функционирует нормально, несмотря на уменьшение внешнего давления по мере подъема ракеты. Прочность конструкции ракеты допускает запуск ее с различных глубин. Из 17 запусков пять оказались успешными, 11 частично успешными и только один полностью неудачный.

Вскоре начались летные испытания ракет серии А1X, имитирующие запуск из пусковых труб подводной лодки. С сентября 1959 г. в течение десяти месяцев (по июль 1960 г.) было осуществлено 30 запусков по программе А1X. Запускались макеты А1Х. представлявшие ракету «Поларис А-1» в натуральную величину (кодовое название макетов — «Дельфин»). Макеты наполнялись водой, выбрасываемая вверх струя снижала скорость макета после его выхода из воды.

В январе 1960 г. испытания стали проводиться с упрощенной системой управления, разработанной к тому времени. В начале февраля 1960 г. состоялся успешный запуск с наземной установки опытного варианта баллистической ракеты «Поларис А-1» на дальность около 1500 км. 25 марта 1960 г. был произведен пуск полностью управляемой баллистической ракеты «Поларис А-1» с наземной установки, имитирующей качку корабля. 27 марта был произведен первый запуск такой ракеты из-под воды, однако вследствие механического повреждения при выходе ракеты из воды включения двигателя первой ступени не произошло.

При пуске 29 марта 1960 г. с корабля «Обзервейшн Айленд» ракета была снабжена новой системой управления, а корабль оснащен инерциальной системой определения положения и системой управления огнем, разработанными для подводной лодки. Ракета запускалась из 9-метровой пусковой установки, размещенной на палубе корабля. Вследствие преждевременного включения двигателя второй ступени ракета пролетела около 1300 км при запланированной дальности 1440 км. Тем не менее запуск посчитали успешным.

Пуск экспериментальной ракеты длиной 8,5 м из корабельной пусковой установки был осуществлен 27 августа с помощью сжатого воздуха. При этом отмечалось, что двигатель первой ступени был включен при достижении ракетой высоты 21 м. До 22 и юля провели 22 успешных пуска, семь частично успешных и два неудачных, а с 21 сентября — 27 успешных, девять частично успешных и два неудачных запуска.

С апреля 1960 г. макеты «Дельфин», имитирующие форму и вес ракеты «Поларис А-1», а также цилиндрические болванки «Сабо» весом 1,1 т запускались с подводной лодки «Джордж Вашингтон». Вместе с болванками из труб выбрасывалось 2,5 т воды. Болванки запускались в надводном и подводном положении с целью тренировки команды.

Выяснилось, что при запусках с погруженной пусковой грубы, имитирующей подводную лодку, двигатель первой ступени начинал работать на высоте 3–9 м над поверхностью воды, а при запусках с наземной установки, воспроизводящей качку корабля, — на высоте 20–30 м. Эксперименты с целью определения наиболее целесообразного момента включения двигателя продолжались еще некоторое время. Был произведен также подводный запуск макета ракеты «Поларис А-1» для определения возможных последствий преждевременного включения двиг ателей первой ступени. Причем при некоторых запусках отмечались неисправности.

Первый успешный пуск ракеты из подводной пусковой установки с глубины 60 м был осуществлен в апреле 1960 г. Ракета вышла из-под воды под углом 15° к вертикали. Через 2с на высоте 4,5 м над поверхностью воды начал работать двигатель первой ступени, и ракета приняла вертикальное положение. Ракета поднялась на высоту 550 м и упала на расстоянии 0.8 км от места выхода из воды.

14 апреля 1960 г. состоялся успешный пуск ракеты с борта подводной лодки, находившейся в надводном положении у берега о. Сан-Клементе, (шт. Калифорния). 18 мая на полигоне Кейп Канаверал из наземной пусковой установки осуществили запуск ракеты «Поларис А-1» для исследования влияния движения в пусковой трубе и выхода из нее на инерциальную систему управления. Ракета с макетом боевой головки преодолела 1600 км. При очередном экспериментальном запуске 23 мая 1960 г. с корабля «Обзервейшн Айленд» ракета «Поларис А-1» пролетела около 1600 км. Целью запуска явилось испытание пускового оборудования.

Пуск прототипа ракеты «Поларис А-1» с подводной лодки в надводном положении.

Характеристики БР «Поларис А-1» UGM-27A
Тип UGM, U (Underwater launched) — запускаемая из подводного положения, G (surface target) — для поражения наземной (надводной) цепи. М (missile) — управляемая ракета
Головная фирма Lockhead Missiles and Space
Габаритные размеры:
— длина, м 8,67
— диаметр, м 1.37
Стартовая масса, т 12.8
Максимальная дальность полета, км 2200
Двигатели, топливо 1 ступень: РДТТ фирмы Aeroiet General, тяга 36.6 т. топливо — полиуретан ♦ перхлорат аммония;
II ступень: РПТТ Фирмы Aeroiet General, тяга 9 т. топливо — полиуретан ♦ перхлорат аммония
Конструкционный материал корпуса Сталь AMS-256, (по другим данным, сталь 6434)
Система наведения Инерциальная (Мк-1) Массачусетского технологического института, фирм General Electric и Hughes Aircraft
Исполнительные органы управления полетом ракеты Дефлекторы газовой струи («джетевейторы») на четырех соплах РДТТ каждой ступени
Головная часть (тротиловый эквивалент боевого заряда. Мт) Фирма Lockhead Missiles and Space (0,5)

Завершалась программа испытаний 20 июля 1960 г. пуском ракеты «Поларис А-1» в районе Кейп Канавера\ (шт. Флорида) с борта атомной подводной ракетной лодки «Джордж Вашингтон», переданной флоту в этом же году. 15 ноября 1960 г. ракетная система «Поларис А-1» поступила на вооружение.

Всего к середине июля 1960 г. было произведено 70 запусков экспериментальных ракет «Поларис А-1». включая макеты. Такое большое число объяснял ось тем, что одновременно на ракете можно установить лишь небольшое количество испытательной аппаратуры, вследствие чего выявление и ликвидация отдельных дефектов производились последовательно. В процессе отработки ракеты радикальных изменений в ее конструкцию вносить не пришлось, поэтому для экспериментальных запусков использовались серийные образцы.

В ходе испытаний ракеты «Поларис А-1» опытным путем были определены сопутствующие условия (параметры волны, ветра, крена корабля и т. п.), при которых обеспечивается надежный и безопасный пуск БР, однако соответствующие цифровые данные этих испытаний не публиковались.

За первые семь месяцев 1960 г. осуществляли 27 запусков ракеты «Поларис А-1». В сентябре 1960 г. были проведены четыре запуска ракет «Поларис А-1» с ПЛ «Патрик Генри», три из которых были неудачными. 19 октября с наземной пусковой установки на полигоне Кейп Канаверал была запущена ракета «Поларис А-1» на неполную дальность (1100 км).

Продолжение следует

Авиация специального назначения

Михаил Никольский

Продолжение. Начало см. в «ТиВ» № 7-11/2004 г., N93/2005 г.

Необычные «ганшипы»

Нетипичным сточки зрения размещения вооружения «ганшипом» являлся бомбардировщик В-57, переоборудованный по программе «Тропик Мун». На самолете неподвижно устанавливалась трехствольная 20-мм автоматическая пушка, огонь из которой велся по направлению полета. Под носовой частью фюзеляжа смонтировали аппаратуру телевизионной и инфракрасной систем ночного видения. Всего в вариант B-57G «Пэйв Гэт» переделали три «Канберры». Машины прошли испытания в боевых условиях, и на этом их военная карьера закончилась. Самолеты действовали с авиабазы Убон и были приписаны к 16-й эскадрилье специального назначения.

Весьма необычными «ганшипами» стали два модернизированных по программе «Блэк Спот» самолета С-123. Работы по этой программе начались в 1965 г. ВВС изучали возможность создания самолета, способного самостоятельно отыскивать и поражать наземные цели в темное время суток, а также вести разведку и наводить на обнаруженные цели другие самолеты. Контракт на модернизацию двух транспортных С-123 с фирмой «LTV Е-Системз» был подписан в феврале 1966 г. В удлиненном обтекателе носовой части фюзеляжа находились РЛС от истребителя Г-104 и массивный шаре глазами-окнами аппаратуры И К- и телевизионных систем обзора и лазерного дальномера — целеуказателя. На один из самолетов поставили систему «Блэк Кроу», засекавшую работу системы зажигания автомобилей. В состав навигационных систем обеих машин интегрировали доплеровскую РЛС. Интересной особенностью этих «ганшипов» являлось отсутствие стрелкового вооружения; в задней части грузовой кабины был оборудован бомбоотсек. Команда на сброс бомб вырабатывалась компьютером. Модернизированные самолеты получили в ВВС обозначение AC/NC-123K. Их не зря считают «ганшипами», пусть и необычными по причине отсутствия стрелкового вооружения: на AC/NC-123K удалось отработать бортовой комплекс аппаратуры, без которого невозможно было бы рождение самых мощных «линкоров» на базе «Геркулесов».

Первый модернизированный С-123 был доставлен на авиабазу Эглин в августе 1967 г… второй — в феврале 1968 г. В июле 1968 г. обе машины перебросили за океан, но не во Вьетнам, а в Корею. Предполагалось, что экипажи AC/NC- 123К помогут южнокорейским ВМС обнаруживать морских диверсантов. засылаемых с Севера. В августе-сентябре самолеты совершили 28 вылетов на патрулирование территориальных вод Южной Кореи, но ни одного северокорейского шпиона им обнаружить так и не удалось, зато выявилась ненадежная работа целого ряда систем.

Бомбардировщик В-57, перооборудованный по программе «Тропик Мун».

Один из трех самолетов B-57G «Пэйв Гэт».

Во Вьетнам AC/NC-123K попали в ноябре 1968 г., а первый боевой вылет с авиабазы Фан Ран был совершен 14 ноября. Полеты продолжались до 11 мая 1969 г.; начиная с февраля машины работали с авиабазы Убон совместно с АС-130 из состава 16-й эскадрильи (AC/NC-123 также были приписаны к 16-й эскадрилье). Самолеты летали над участками Тропы, проходящими по территории Лаоса. Усиление ПВО Тропы привело к тому, что с марта 1969 г. все полеты AC/NC-123 совершали только с эскортом или «Фантомов», или штурмовиков А-1. Всего оба необычных «ганшипа» совершили 186 боевых вылетов, уничтожили 415 грузовиков и повредили 273. Экипажи поражали цель в среднем в каждой второй атаке — довольно высокий показатель для ночных охотников того времени. Результаты могли бы быть еще лучше, если бы надежно работала аппаратура. Летчики отмечали, что поиск и поражение цели не представляют особого труда при нормальной работе бортового комплекса, что бывало крайне редко. Практически в каждом полете отказывала какая-нибудь система, а это зачастую выводило из строя весь комплекс.

Летом 1969 г. самолеты прошли ремонт и проверку в США. Вторая их вьетнамская командировка продолжалась с декабря 1969 г. по июнь 1970 г. Командование ВВС оценило программу «Блэк Спот» как успешную, однако продолжать работы по ней не стало. В августе 1971 г. на авиабазе Девис- Монтан с самолетов было снято специальное оборудование, после чего машины в третий раз направили во Вьетнам, но уже в качестве военно-транспортных. Причинами «размодернизации» стали большая эффективность «ганшипов» АС-130 и… процесс «Вьетнамизации» — сворачивания американского военного присутствия в Индокитае.

AC/NC-123K. В удлиненном обтекателе носовой части фюзеляжа видны РЛС и массивный шар с окнами аппаратуры ИК- и телевизионных систем обзора и лазерного дальномера-целеуказателя.

В — ганшипы по программе «Блэк Спот» были переоборудованы два С-123.

Один из «ганшипов» уже в роли военно- транспортного самолета. Специальное оборудование демонтировано.

«Нептун» в роли «ганшипа»

Командование Корпуса морской пехоты США также заинтересовалось опытом боевого применения «ганшипов» и решило попробовать в этом качестве базовый противолодочный самолет Локхид Р-2 «Нептун». Требовалась машина для охоты за перевозками на «речной тропе Хо Ши Мина» — в дельте Меконга. В этом районе действовали катера ВМС США, поддерживаемые с воздуха вертолетами UH-1 и самолетами OV–IO, в ночное время возможности их были крайне ограниченными.

Четыре «Нептуна» модернизировали в вариант «ганшип» SP-2H в 1967 г., однако это была чисто кустарная переделка: в бомболюках под разными углами монтировалось несколько «минитанов». Официально по программе TRIM (Trails and Road Interdiction, Multisensor) четыре самолета построили заново, они получили индекс АР-2Н. Поисковая РЛС и магнитометр не устанавливались, зато в хвостовой части фюзеляжа имелась кормовая стрелковая установка с двумя 20-мм пушками. Стрелок наводил пушки на цель с помощью ночного прицела с электронно- оптическим усилением изображения. В передней части фюзеляжа появилась «борода» сдатчиками инфракрасной и телевизионной систем обзора. На самолеты поставили также РЛС бокового обзора и аппаратуру, способную обрабатывать в реалыюм масштабе времени сигналы от сейсмических, акустических и инфракрасных датчиков, которые американцы щедро разбрасывали на путях сообщения противника. На пилонах иод крыльями подвешивались два пулеметных контейнера SUU-11 А/1 А, две 227-кг фугасные бомбы Мк 82 и две зажигательные бомбы Мк 77. Уже во время боевых действий вооружение всех четырех «I Нептунов» усилили путем установки в бомбоотсеках 40-мм гранатометов ХМ-149 (по одному на каждом самолете).

Все четыре морских «ганшипа» были сведены в 21-м» тяжелую ударную эскадрилью. Эскадрилья базировалась в Кам Рани. Самолеты с 1 сентября 1968 г. но 16 июня 1969 г. совершили более 200 боевых вылетов, главным образом в дельту Меконга. «Нептуны»» также летали на поиск грузовиков в Лаос и Камбоджу на знаменитой Тропе. Несмотря на успешные боевые вылеты, боевую работу АР-2Н оценили невысоко, и больше таких самолетов ВМС не заказывало. В 1969 г. все четыре АР-2Н вернулись в США, где их разоружили и сдали на хранение на базу Девис-Монтан. Один ЛР-2Н передали в авиационный музей в Таксоне, шт. Аризона, где он и находится по сей день.

«Ганшип» SP-2H, переделанный из противолодочного самолета — Нептун».

Наземное обслуживание SP-2H. Обратите внимание, что в этой операции задействован местный гражданский персонал.

Морские «ганшипы» на базе Кам Рань.

С «Нептунами»-«ганшипами» связан занятный казус. Эти самолеты считались одними из самых секретных в ВМС. Информация о них в Штатах была минимальной, а в Кам Рани морские «ганшипы» чистили и драили между вылетами гражданские лица вьетнамской национальности, среди которых были и сочувствующие коммунистам. Воистину — загадочные тонкости работы первых отделов интернациональны!

Еще одной попыткой создания «морского» «ганшипа» стала разработка самолета OV-10D NOGS (Nail Observation GunShip). Две машины переоборудовали из OV-10A путем установки в носовой части турели с ИК-системой обзора передней полусферы и лазерным дальномером-целеуказателем В кормовой части фюзеляжа. снизу, была смонтирована турель кругового обзора с трехствольной пушкой ХМ-197. Об этом эксперименте мы уже рассказывали в «ТиВ» № 11 /2004 г.

На этом опыты с «ганшипами» в авиации флота США закончились.

Морские «ганшипы» никогда не входили в состав авиации специального назначения ВВС. но без их упоминания рассказ о «гаишипах» — «линейных кораблях» спецназа ВВС — был бы неполным.

Продолжение следует

JDEX-2005

Фото В Щербакова

Пакистанский фрегат BABUR.

Индийцы рассчитывают установить свои ПКР «БраМос» на российские ПЛ семейства «Амур

Модель новейшей итальянской ПЛ спецназначения — ответ на нашу «Пиранью».

Санкт Петербургский «Малахит» представил на выставке модели целого семейства своих малых и сверхмалых ПЛ.

Итальянский фрегат GRECALE.

Австралийский бронеавтомобиль BUSHMASTER

Польская мобильная РЛС компании RADWAR.

Такие бронеавтомобили находятся на вооружении эмирской гвардии ВС ОАЭ.

Словацкий автоматический гранатомет RAC-30 компании Technopot

БМП-3 армии ОАЭ.

Турецкая БМП ACV SW с башней российской БМП-3.

Сингапурский двухзвенный гусеничный транспортер Bronco.

Фото С.Суворова