sci_tech Техника и вооружение 2005 10

Научно-популярный журнал (согласно титульным данным). Историческое и военно-техническое обозрение.

ru
Fiction Book Designer, Fiction Book Investigator, FictionBook Editor Release 2.6.6 16.08.2012 FBD-30FD6A-259E-AF4C-7D85-D1EC-EA08-AA5A17 1.0 Техника и вооружение 2005 10 2005

Техника и вооружение 2005 10

ТЕХНИКА И ВООРУЖЕНИЕ вчера, сегодня, завтра

Научно-популярный журнал

На 1-й, 2–2 и 4-й стр. обложки фото С.Суворова

На заставке: самоходная пусковая установка берегового комплекса «Бал».

Справа — ракета «Уран» (ЗМ-24Э).

«Уран» белеет одинокий

Ростислав Ангельский

Сравнивая второй Международный военно-морской салон (МВМС), прошедший в Санкт-Петербурге с 28 июня по 3 июля 2005 г., с первым, двухгодичной давности, не удается отметить особо впечатляющие свидетельства возрождения отечественного ВПК. Более того, создалось впечатление, что по ряду показателей МВМС-2005 уступает своему предшественнику. Конечно, некоторые факторы носят случайный характер, например преждевременный уход крупнейшего из представленных кораблей эсминца пр.956 «Настойчивый». Явно поубавилось и число участвующих в салоне организаций, а оставшиеся не утруждали себя развертыванием представи тельных экспозиций. Так, в отличие от первого МВМС, неоткрытой площадке демонстрировалась единственная ракета — выставлявшаяся еще на первом «Мосаэрошоу» Х-35Э, она же ЗМ-24Э, правда, на этот раз она стояла рядом с натурной самоходной пусковой установкой берегового комплекса «Бал».

Видимо, не случайно примерно треть площади наиболее протяженного павильона № 5 выделили под историческую экспозицию. Можно связать это с 60-летием Победы, поболее вероятным представляется превышение предложения над спросом на рынке площадей для экспозиций.

Не лучшей традицией МВМС становится пренебрежительное отношение его организаторов к отечественной прессе. Вновь журналистов загрузили в автобус и отвезли к знаменитому артиллерийскому полигону Ржевка. Ворота КПП гостеприимно распахнулись перед зарубежными гостями, а наши сограждане вновь очутились в положении лапотных персонажей некрасовского «Парадного подъезда»…

Но не будем о грустном…

Звездой салона, несомненно, стала дизель- электрическая подводная лодка «Санкт-Петербург» пр.677. Ее ждали еще на первом салоне, но традиционный для последних десятилетий «сдвиг сроков вправо» коснулся не только основных этапов постройки, но и презентации новой субмарины. Взорам «неопределенного круга лиц» предстал первый отечественный корабль четвертого поколения.

Понятие «поколение» определялось не только сроками реализации правительственных программ кораблестроения (обычно десятилетних), но и тенденцией к упорядочению процесса совершенствования военно-морской техники. Как известно, лучшее — враг хорошего. Еще академик А.Н. Крылов в своих блестяще написанных воспоминаниях сетовал на то, что в стремлении использовать все технические новинки судостроители XIX века затягивали сроки постройки кораблей. В результате в строй вступал броненосный фрегат с новейшим якорным устройством, но уже безнадежно устаревший и по основным характеристикам, и по общему тактическому замыслу. Как правило, под очередное поколение советских кораблей создавались новые унифицированные образцы оружия, электроники, энергетических установок и других систем, применявшихся на нескольких проектах кораблей различных классов.

Напомним, что первые корабли второго поколения вступили в строй в 1967 г., менее чем через десятилетие после первого. Третье поколение было доведено до принятия в состав флота еще лет через пятнадцать, в начале 1980-х гг. А интервал с вводом в строй четвертого поколения увеличился почти до четверти века. В этом проявилось и усложнение новой техники: увеличились сроки создания новых поколений самолетов, ракет, танков, другой военной техники, и не только в нашей стране с ее политическими и экономическими катаклизмами.

Показательно, что впервые дизельная лодка опередила атомоходы нового поколения, хотя многоцелевой «Северодвинск» и стратегический «Юрий Долгорукий» заложили раньше «Санкт- Петербурга». Но это более сложная и дорогая техника.

С созданием первых по-настоящему подводных лодок-атомоходов в конце 1950-х гг. дизель-электрические «ныряющие» субмарины естественно были оттеснены на периферию отечественного военного кораблестроения. Даже относившиеся к кораблям второго поколения подводные лодки пр.641Б представляли собой всего лишь основательно «исправленное и дополненное переиздание» послевоенного первенца — пр.611. Внешне эти субмарины с изящными удлиненными корпусами выглядели приплывшими из первой половины XX века, явным анахронизмом по сравнению со своими зарубежными сверстницами, оптимизированными для подводного хода и в уменьшенном масштабе воспроизводившими новейшие атомоходы тех лет.

ПЛ пр.877 «Варшавянка».

Выпускное устройство буксируемой антенны на подводной лодке пр.677. Деревянные рейки — для предотвращения повреждений.

Строительство «дизелюг» на отечественных заводах велось в многократно меньшем количестве по сравнению с атомными лодками, и то большей частью на экспорт. Но к концу 1960-х гг. резко изменилась ситуация в экспортных поставках военно-морской техники. Перестали сказываться последствия послевоенной дешевой распродажи корабельного «секонд-хенда», сопровождавшей неизбежное многокра тное демобилизационное сокращение крупнейших флотов. Развивающиеся страны перестали следовать чеховскому завету «лопай, что дают» и не собирались коллекционировать раритеты кораблестроения вместо строительства боеспособного флота. Даже наши верные союзники по Варшавскому Договору уже не млели от восторг а, получив от «старшего брата» настоящую подводную лодку. Не случайно проект 877 первой действительно современной отечественной подводной лодки назвали «Варшавянка». Замысел ее начал складываться еще в 1950-е гг., но реализация задержалась как из-за утраты актуальности строительства новых дизель-электрических лодок (за несколько лет на флот поступило около трех сотен субмарин послевоенных проектов), так и вследствие затруднений в отработке комплектующих, в частности, новых мощных дизелей.

Помимо задач строительства кораблей на экспорт возрождение интереса к «дизелюгам» в конце 1970-х гг. определялось пересмотром приоритетности отдельных тактико-технических характеристик лодок. Скрытность стала превалировать над скоростью и глубиной погружения. При движении под электродвигателями традиционные субмарины по уровню шумности были предпочтительнее в сравнении с атомоходами, неизбежно погромыхивающими шестернями своих турбозубчатых агрегатов. Помимо тесных для атомоходов закрытых морей преимущественной зоной применения дизельных лодок третьего поколения рассматривались подходы к отечественным военно-морским базам, даже в мирное время ставшие опасными д\я навигации из-за обилия «толкущихся» в них иностранных субмарин. Приблизились к родным берегам и районы боевой службы советских стратегических ракетоносцев: стараниями уральских конструкторов новое ракетное оружие при необходимости обеспечивало его применение даже от причалов пунктов постоянного базирования.

В этих районах за счет поддержки всех средств отечественного флота и авиации можно было скомпенсировать органические недостатки дизель-электрических лодок: малую подводную автономность и дальность плавания. По уровню шума новые подводные корабли пр.877 заслужили у натовских специалистов весьма лестное прозвище «черная дыра». Их акустическое поле сопоставимо с естественными шумами океана. «Варшавянка» обнаруживала другие малошумные ПЛ на дальностях, в 2–5 раз больших, чем те, на которых сама раскрывала свое присутствие.

Для этого на лодках пр.877 был реализован комплекс всех освоенных к тому времени мероприятий по снижению шума. Впервые в отечественном флоте на дизельной лодке использовалась одновальная энергоустановка. Да и дизельной ее можно было назвать только с некоторой натяжкой: на лодке был установлен только дизель-генератор, так что и при надводном ходе винт приводился вдвижение электродвигателем. Устройство быстрого заряжания позволяло в сжатые сроки дважды перезарядить каждый из шести торпедных аппаратов. Пара аппаратов была оборудована для применения телеуправляемых торпед Наряду с другими мероприятиями это позволило на 35 % сократить экипаж, доводя его до 52 чел. При этом каждому офицеру и матросу предоставлялось персональное спальное место. Лодка комплектовалась вполне современной для тех лет' гидроакустикой, средствами навигации и боевого управления.

«Варшавянку» удалось разработан, и построить в сжатые сроки. Тактико-техническое задание было выдано 21 мая 1976 г., а 30 декабря 1980 г. головная лодка Завода им. Ленинского комсомола в Комсомольске-на-Амуре вступила в строй. Через четыре года свою головную лодку пр.877 сдал и расположенный под г. Горьким завод «Красное Сормово». В следующем году по пр.877Э на этом предприятии были закончены первые экспортные заказы: «Дельфин» для Румынии и «Орел» для Польши. Последним и ограничились поставки «Варшавянки» в страны Варшавского Договора. В условиях стремительно меняющейся политико-экономической обстановки наряду с традиционными появились и новые заказчики. В 1985 г. на «Адмиралтейских верфях» построили «Синдгош» — первую лодку для ВМС Индии, традиционно закупавшей корабли советских проектов. В последующие пять лет индусы закупили еще девять лодок. Кроме того, на Неве собрали три лодки для Ирана. «Красное Сормово» во второй половине 1980-х гг. изготовило две лодки для Алжира, а затем приступило к строительству кораблей для Китая. С 1997 г. третий и четвертый корабли для этого заказчика готовились по усовершенствованному проекту.

В ряде случаев иностранные заказчики имели возможность выбора между советскими и западноевропейскими проектами. Успешная конкуренция была возможна лишь при условии непрерывного совершенствования проекта. «Варшавянка» была модернизирована по пр.636. За счет удлинения на 1,2 м и роста водоизмещения с 2300 до 2350 м3 удалось установить в 1,5 раза более мощный дизель-генератор, вдвое снизить число оборотов винта, увеличив скорость подводного хода с 17 до 20, а также нарастить дальность плавания под дизель-генератором на перископной глубине с 6000 до 7500 миль. Четыре десятка образцов систем и агрегатов было заменено на новые, менее шумные. В результате с учетом совершенствования движителя шумность удалось снизить втрое. Аналогичная модификация для российского флота сохранила обозначение 877.

Следующим этапом совершенствования стало оснащение лодок разработанным МКБ «Новатор» комплексом Club-S с ракетами, запускаемыми через торпедные аппараты, а также новейшим инерциальным комплексом. Повысилась и степень автоматизации. Для Индии по такому откорректированному проекту в 2000 г. была построена последняя заказанная ею лодка и прошли капитальный ремонт в России в 2000–2002 it. еще три ранее поставленных корабля.

Для Китая ракетное оружие стало устанавливаться на восьми лодках пр.636, вступающих в сгрой с 2004 г.

Несмотря на то что большинство «Варшавянок» строилось для иностранных заказчиков, 23 лодок пополнило и отечественный флот. На одной из них испытывался водометный движитель. Другая сыграла главную роль в известном художественном фильме «72 метра».

В мае 2005 г. на воду была спущена юбилейная пятидесятая «Варшавянка».

Однако все эти перечисленные новшества внедрялись на проекте, головной корабль которого вступил в строй четверть века назад и был отмечен Государственной премией еще в 1984 г. С конца 1970-х гг. началась разработка новой дизель-электрической лодки пр.677. Достигнутый технический прогресс позволил сохранить ходовые качества и огневую мощь «Варшавянки» при почти в 1,5 раза меньшем водоизмещении и намного лучшей скрытности.

При определенном сходстве силуэтов с пр.877 новая лодка выполнена по совершенно иной конструктивной схеме. Это первая однокорпусная лодка нашего флота после ранних вариантов довоенных «Малюток» XII серии. Подобная конструктивная схема, уже много десятилетий господствующая в зарубежном кораблестроении, способствует снижению шумности, но создает некоторые сложности в обеспечении традиционного для нашего флота требования по надводной непотопляемости при затоплении одного из отсеков, в особенности с учетом сокращения числа отсеков с шести до пяти. Кроме того, межкорпусное пространство традиционно использовалось нашими конструкторами для размещения баллонов и других элементов системы воздуха высокого давления, вспомогательных механизмов и ряда прочих систем. С отказом от двухкорпусной схемы проектанты оказались в положении дачевладельцев, лишившихся сарая: что-то надо пристроить в доме, т. е. в прочном корпусе, что- то запихнуть на чердак, в данном случае под надстройку, прикрывающую сверху прочный корпус почти по всей его длине. Наличие зазора между надстройкой и корпусом при отсутствии отверстий традиционных шпигатов и клапанов вентиляции-одно из наиболее заметных отличий «Лады» от «Варшавянки». Другое более чем заметное новшество — размещение горизонтальных рулей на рубке, так как это ранее было принято в нашем флоте только на стратегических ракетоносцах.

Кроме того, впервые на неатомной лодке над верхним килем разместилось выпускное устройство буксируемой антенны. Увы, вода скрыла от глаз нижнюю часть носовой оконечности с принципиально новой, как бы облегающей поверхность легкого корпуса квазикомфорной антенной, объединившей в себе три антенны гидроакустической станции. В состав гидроакустических средств также входят антенны станций подводной связи, обнаружения акустических сигналов, определения начала кавитации винта, миноискания, измерения дистанции. Среди других новинок в части средств сбора информации — выдвижные устройства непроникающего типа. Лодка оснащена новым малогабаритным инерциальным навигационным комплексом. Основные средства индикации комплексной автоматизированной системы управления сгруппированы на рабочем месте командира корабля. Сосредоточенной работе корабельного боевого расчета способствует впервые реализованная компоновка с исключением сквозного прохода через главный командный пункт лодки.

Переход на однокорпусную схему повысил важность надежного исполнения прочного корпуса (легкий корпус уже не мог сыграть роль деформируемого демпфера при возможных авариях). В конструкции прочного корпуса использована новая сталь, разработанная коллективом ученых во главе с академиком А.В. Грениным.

Продольный разрез подводной лодки «Амур-1650» — экспортного варианта «Лады».

Дизель-электрическая подводная лодка «Санкт-Петербург» пр.677.

Модель модификации подводной лодки «Амур-1650» с ракетами «БраМос».

Снижению шумности способствует применение всережимного главного гребного электродвигателя вентильного типа с постоянными магнитами. Судя по опубликованным характеристикам экспортного варианта — «Амура-1650», подводная скорость достигает 21 узла, дальность плавания с экономической скоростью — 650 миль, а при работе дизель-генератора на перископной глубине — 6000 миль. Экипаж сокращен до 35 чел. На «Санкт-Петербурге» достигнут невиданный для дизель-электрических лодок уровень бытового комфорта экипажа, размещенного в жилых помещениях в центре корабля. Исключение выброса за борт бытовых отходов и продуктов жизнедеятельности экипажа отвечает современным требованиям по экологии и способствует обеспечению скрытности.

Конструкторами «Рубина» проработан вариант «Лады» с электрохимическими генераторами, обеспечивающими длительное подводное плавание. В еще большей мере боевые возможности расширятся в случае создания на базе пр.677 малой атомной подводной лодки водоизмещением около 2500 т путем замены отсека энергетической установки. Разумеется, и ходовые качества, и ряд других боевых свойств такого малого атомохода будут уступать более чем втрое большей по водоизмещению лодке пр.971. Кроме того, сложившаяся за полвека практика атомного подводного судостроения характеризуется четким делением «сфер влияния» между конструкторскими организациями. Ответственность за проектирование ракетоносцев нес «Рубин», а многоцелевых подводных лодок — СПБМ «Малахит» и его предшественники. Единственным исключением стал печально известный «Комсомолец».

Создание «Санкт-Петербурга» не только прокладывает дорогу атомоходам четвертого поколения для отечественного флота. Это способствует и успеху экспортного проекта «Амур-1650». Известно, что лодка для иностранного заказчика была заложена на тех же «Адмиралтейских верфях» одновременно с головным кораблем для российского флота. Тем не менее большинство зарубежных партнеров стремится закупать образцы, уже освоенные российской армией и флотом. В этом случае есть определенная гарантия от неприятных сюрпризов, имевших место, например, при сдаче Индии в целом замечательных фрегатов пр.11356.

В этом плане приобретает дополнительную значимость завершение в этом году строительства на стапеле петербургской «Северной верфи» корвета «Стерегущий» пр.20380 для российского флота, который должен проторить дорогу и для экспортной модификации пр.20382. По ней была представлена достаточно подробная информация, содержащаяся, в частности, в довольно эффектном компьютерном фильме.

Приведен состав основных радиоэлектронных средств корабля, включающих РЛС «Фуркс», способную обнаруживать воздушные цели на удалении до 110 км, РЛС целеуказания по надводным целям «Монумент-Э» с дальностью применения в пассивном режиме до 500 км, гидроакустическую станцию «Виньетка», предназначенную для обнаружения подводных лодок на дистанции до 15–20 км в пассивном режиме и до 60 км в активном (при благоприятных гидрологических условиях). Основным противокорабельным оружием являются восемь ракет «Уран-Э» в счетверенных контейнерных установках, расположенных в траверсных направлениях на открытой сверху платформе позади ходового мостика и мачты. Бортовое ограждение платформы обеспечивает снижение отражающей способности корабля в радиолокационном диапазоне. При пусках ракет в нижней части бортового ограждения вскрываются люки, обеспечивающие свободное истечение струй двигателей ракет.

Артиллерийское вооружение — одноствольная 100-мм автоматическая установка А-190Э — предназначено для поражения надводных и береговых объектов на дальностях до 21,5 км, а также воздушных целей. Противовоздушная оборона обеспечивается зенитным ракетно-артиллерийским комплексом ближнего рубежа «Каштан- М», двумя шестиствольными автоматами АК-630М и восемью зенитными комплексами «Игла».

Для борьбы с подводными лодками корвет оснащен двумя счетверенными торпедными аппаратами «Пакет-Э», обеспечивающими применение 324-мм торпед с дальностью до 8 км. На корабле предусмотрено базирование вертолета Ка-28 с разнообразными противолодочными средствами.

Корвет отвечает требованиям технологии «Стелс» как в части архитектурных решений с наклонным расположением основных поверхностей, так и в части использования радиопоглощающих покрытий.

Корабль водоизмещением 2000 т способен развивать скорость до 26 узлов, а дальпость плавания экономическим ходом 14 узлов составляет 3500 миль.

В соответствии с пожеланиями заказчиков возможны варианты в области вооружения, в частности, замена комплекса «Уран-Э» на «Яхонт» — российскую модификацию «БраМоса», оснащение вертикальными пусковыми установками с противолодочными ракетами «Медведка-ВЭ».

«Стерегущий», по- видимому, станет первым вступившим в строй отечественного флота надводным кораблем нового проекта, разработка которого завершена после распада СССР.

Из более крупных надводных кораблей обращал на себя внимание представленный на стенде Северного ПКБ макет эсминца водоизмещением 9000 т. Архитектурный облик этого корабля отвечает требованиям технологии «Стелс», так же как корвет пр.20380 и строившиеся для Индии фрегаты пр. 11356. В то же время по общей компоновке (с четырьмя попарно сгруппированными трубами, размещением в оконечностях по одному зенитного ракетному комплексу семейства «Кинжал») он смотрится как развитие больших противолодочных кораблей (ВПК) пр.1155 в их последней модификации — пр.11551 «Адмирал Чабаненко». Существенным отличием является замена установленных по бортам надстройки восьми наклонных пусковых установок противокорабельных ракет на размещенные перед мостиком 16 подпалубных установок для вертикального пуска ракет. Судя по всему, эти корабли могут прийти на смену эсминцам пр.956 и БПК пр.1155, которые в 2010-е гг. превысят четвертьвековой срок службы.

Зеленодольское КБ представило макет модификации сторожевого корабля пр.1154 (проект «Корсар») с вооружением, усиленным противокорабельными ракетами с традиционным для нашего флота размещением по бортам надстройки.

Самым крупным из демонстрировавшихся в макетах кораблей явился бывший тяжелый авианесущий крейсер «Адмирал Горшков» (первоначально — «Баку»), проходящий переоборудование в авианосец «Вихрамадитья» но подписанному 1,5 года назад договору с Индией. Судя по плакату, представленному Невским ПКБ, из имевшихся 2500 помещений неизменным остаются только 850, 700 подлежат переоборудованию, а 950 создаются практически заново. С корабля демонтируется 780 т конструкций, при этом вновь устанавливается 8500 т, что приводит к увеличению стандартного водоизмещения почти на четверть.

Модель модернизированного сторожевого корабля пр. 1154 с усиленным противокорабельным ракетным вооружением.

Как в натуре на акватории, так и в виде макетов в павильонах можно было увидеть большое число патрульных кораблей и катеров. В числе стоявших в гавани относительно новых изделий можно отметить патрульный корабль пр.14310 «Мираж», катера пр.18623 «Мустанг» и пр. 121150 «Мангуст». Патрульный корабль «Ямалец» пр. 10412 «Светляк» навивал мысли не о прогрессе, а скорее о деградации отечественной погранохраны. Основным его отличием от предшественников стала замена 76-мм автомата на 30-мм установку.

В облает корабельного вооружения наиболее выигрышно был представлен российско-индийский проект «БраМос». Испытания ракетного комплекса завершены, он принят на вооружение индийского флота и поступил в серийное производство. В ходе испытаний проведено 10 пусков, включая четыре с опытового переоборудованного корабля пр.61МЭ и по три с нештатной стационарной и с самоходной береговых пусковых установок. Помимо тщательно выполненного детально проработанного натурного маке та в экспозиции была представлена модель, демонстрирующая возможные направления модернизации построенных еще в СССР и давно переданных индийскому флоту эсминцев пр.61МЭ. На модели второго корабля пр.61МЭ, подготавливаемого в настоящее время к вступлению в строй уже в качестве вполне полноценной боевой единицы, взамен кормовой пусковой установки зенитного комплекса «Волна» смонтированы установки для вертикального пуска восьми ракет «БраМос».

Помимо перевооружаемых ветеранов флота комплекс «БраМос» должен поступи ть и на вооружение новейших и наиболее крупных кораблей индийской постройки-эсминцев пр. 15А. Перспективы использования комплекса демонстрировал и разработанный при участии «Рубина» проект дизель-электрической лодки, отличающейся от «Амура-1560» вертикальными пусковыми установками, слегка возвышающимися за обтекателем выдвижных устройств, ч то придает этой лодке сходство с классическими стратегическими ракетоносцами.

С принятием на вооружение «БраМос» должен стать основной дальней противокорабельной ракетой индийского флота, хотя и ракеты семейства Club-S, видимо, еще долго будут оставаться главным вооружением фрегатов пр.11356 и подводных лодок пр.877ЭКМ.

В части зенитного ракетного вооружения новинкой для отечественных выставок стал комплекс «Штиль-М» с подпалубными пусковыми установками для вертикального старта ракет 9М317ЭМ. Для сокращения поперечных габаритов в целях увеличения числа ракет в объеме, выделенном под пусковые установки, размеры крыльев существенно уменьшены по сравнению с предшественницей — ракетой 9M317Э. При этом заявленные основные летно-тактические характеристики остались неизменными, но применение вертикального пуска позволило почти на порядок повысить скорострельность по сравнению с уже реализованными неплохими показателями комплекса «Штиль». Создание данной установки еще раз убеждает, что выход на магистральный путь развития техники — неизбежность и чем раньше он будет совершен, тем лучше. Тем более что именно паша страна стала пионером в освоении вертикального пуска корабельных зенитных ракет.

Среди более скромных зенитных ракетных средств в натурном масштабе представлена турельная пусковая установка «Гибка» с четырьмя ракетами типа «Игла». В отличие от аналогичных счетверенных установок — предназначенной для Сухопутных войск установки группового пуска «Джигит» и созданной еще в 1960-е тт. тумбовой установки МТУ-4С — наведение «Гибки» осуществляется не вручную находящимся непосредственно у установки и открытым всем ветрам и осколкам матросом, а дистанционно, с помощью телевизионного прицела. Оператор способен распознать на экране и взять на сопровождение самолет на удалении 12–15 км, крыла тую раке ту — на дальности до 8 км. Обеспечивается поступление целеуказания от средств общекорабельного контура ПВО, Время реакции комплекса 8 с, переброска пусковой установки в пределах сектора ±150" осуществляется со скоростью 45 град/с. Представленный образец оснащен двумя спаренными пусковыми модулями с ракетами, тю возможно разместить на установке и четыре модуля.

Модель эсминца водоизмещением 9000 т, представленная на стенде Северного ПКБ.

Модель второго эсминца пр.61МЭ для индийского флота.

Другое средство ПВО ближнего рубежа, зенитный ракетно-артиллерийский комплекс «Каштан-М», был представлен на МВМС в макетном исполнении. По сравнению с исходным образцом средства наведения дополнены тепловизионным каналом слежения за целью. Пушечное вооружение модернизировано с увеличением длины стволов и, соответственно, начальной скорости снарядов. В результате обеспечивается эффективное применение подкалиберных снарядов, предназначенных для непосредственного поражения боевых частей атакующих корабль крылатых ракет. Дальность пуска ракет возросла с 8 до 10 км без существенных доработок и наращивания двигательной установки, а в основном за счет увеличения времени работы систем изделия. Как и па исходном «Каштане», ракеты, предназначенные для корабельного комплекса, дополнительно комплектуются отсутствующим в ракетах для сухопутной «Тунгуски» радиоответчиком канала слежения за ракетой.

Впервые на территории России демонстрировалась новая разработка все того же тульского КБП — комплекс «Гермес». В качестве основных целей для него рассматриваются танки противника, что несколько неожиданно для комплекса с максимальной дальностью до 100 км. Ведь даже обычная для современных противотанковых комплексов максимальная дальность 4–6 км крайне редко реализуется на практике: мешают складки местности, леса, строения. Даже при применении с вертолетов реальная дальность пуска ограничена прозрачностью атмосферы и практически составляет около 10 км!

Но, с другой стороны, известно, что оборона предоставляет дополнительные возможности сражающимся. Принято считать, что для наступления требуется как минимум трехкратное превосходство в силах над обороняющимися, но не по всему фронту, а лишь на участке нанесения удара. У атакующей стороны есть и свое преимущество — инициатива, возможность выбора места и времени для наступления. Незнающая направления главного удара противника обороняющаяся сторона вынуждена «размазывать» свои силы и средства по всем возможным участкам возможной атаки противника. Это относится и к традиционным противотанковым ракетам с их ограниченной дальностью действия. Кроме того, обычные противотанковые комплексы, применяемые в условиях прямой видимости, легко уязвимы к огню противника.

Пусковая установка комплекса «Гермес» может размещаться на удалении до 20 км от линии боевого соприкосновения. Непосредственно перед противником должны находиться обеспечивающие лазерную подсветку цели машина управления или выносной комплекс «Малахит». На начальном и среднем участках траектории ракета управляется радиокомандной или инерциальной системой. При подлете к цели включается полуактивная система наведения, аналогичная реализованной в комплексе с управляемым артиллерийским снарядом «Китолов».

Ракета выполнена по баллистической схеме, впервые реализованной в «Тунгуске» и ставшей своего рода визитной карточкой тульского КБП. Ее можно назвать двухступенчатой без двигателя на второй ступени или одноступенчатой с отделяемой двига тельной установкой. Так или иначе, после сброса громоздкой отработавшей двигательной установки диаметром 210 мм оставшаяся часть — маршевая ступень ракеты диаметром 130 мм — летит к цели с минимальными потерями скорости на аэродинамическое сопротивление. При низковысотном полете максимальная дальность составляет 20 км, а при использовании оптимальных, близких к баллист ическим траекторий, — до 100 км.

Стартовый вес ракеты 130 кг, из которых 28 кг приходится на осколочно-фугасную боевую часть. Ракета находится в транспортно-пусковом контейнере длиной 3,5 м.

Пусковая установка с 24 ракетами в контейнерах, системой наведения с передатчиком радиокоманд, вычислительными средствами, средствами отображения размещается на трехосном грузовике семейства КамАЗ. Помимо пусковых установок комплекс включает боевые машины, машины управления, командно-штабную машину, транспортно-заряжающие машины, машины технического обслуживания.

Судя по рекламному буклету тульского КБП, машина управления выполнена на шасси боевой разведывательной машины «Рысь» и комплектуется стабилизированной дневно-ночной оптико-электронной системой с двухканальным лазерным целеуказателем и автоматом сопровождения цели, а также РЛС обнаружения целей. Последняя применяется, в основном, при решении задач контрбатарейной борьбы, для засечки выстрелов орудий противника, расположенных на удалении до 20 км от линии боевого соприкосновения. Кроме того, на машине устанавливаются вычислительные средства, пульты и другое оборудование. В качестве средства наблюдения — носителя устройств подсветки целей — предусматривается применение дистанционно пилотируемых летательных аппаратов, что и обеспечит применение комплекса на дальностях до 100 км.

Натурный макет ракеты «БраМос» и ее ТПК.

Турельная пусковая установка «Гибка» с ракетами «Игла».

Дистанционно наводимая палубная 55-мм гранатометная установка ДП-65.

Самоходная пусковая установка комплекса «Гермес».

Таким образом, в сравнении с традиционными противотанковыми комплексами «Гермес» предусматривает размещение в непосредственной близости от линии боевого соприкосновения и рассредоточение по фронту только средств разведки и целеуказания, в то время как собственно огневые средства располагаются в глубине боевых порядков своих войск и, обладая большими возможностями маневра огнем, способны оперативно реагировать на фактические действия противника. С другой стороны, за счет использования ракетного принципа разгона в сравнении с артиллерийскими управляемыми снарядами типа «Краснополь» или «Китолов» боевые средства «Гермеса» ycтанавливаются на более легких транспортных средствах, обладающих существенно лучшей мобильностью.

Демонстрировался и морской вариант этого комплекса. На стенде КБП был показан чуть ли не прогулочный катер с двумя пусковыми установками, в то время как в нашем флоте 152-мм артиллерией, как известно, оснащались только вполне солидные крейсеры типа «Свердлов», давно отправленные на переплавку.

Среди других впервые представленных на территории России образцов управляемого оружия отметим также ФАБ-500МПК-62. Она создана на базе свободно падающей бомбы ФАБ-500М-62 (длиной 2,47 м при диаметре 0,4 м) путем оснащения ее модулем планирования и коррекции. В состав модуля входит раскрываемое крыло размахом около 2 м, отличающееся обратным сужением (корневая хорда меньше концевой). При переоснащении вес бомбы возрос с 497 до 540 кг. Применение на дальностях отб до 16 км по точечным целям и до 40 км по площадным объектам обеспечивается с высот от 200 до 16000 м при скорости полета носи теля 900-1100 км/ч. Поражающие свойства — зона сплошного поражения радиусом 31–54 м (15 м при действии но легкобронированным целям) — остались на уровне базового образца.

В компьютерном фильме о сверхскоростной торпеде «Шквал-Э» она характеризуется как практически неуязвимое средство поражения надводных кораблей. При этом подчеркивается, что к настоящему времени создано множество высокоэффективных средств борьбы с противокорабельными ракетами при практическом отсутствии возможности средств защиты от сверхскоростных торпед. Достаточная точность на заявленных дальностях применения обеспечивается все той же сверхвысокой (200 км/ч) скоростью торпеды. Наряду с установкой торпеды «Шквал-Э» на катерах и подводных лодках в фильме демонстрировались и более оригинальные схемы: например, размещение в поворотных стационарных установках, погружающихся под воду в опасной ситуации.

Среди противолодочных средств была впервые представлена авиационная корректируемая бомба «Загон» (СЭВ) с активной гидроакустической системой наведения. Бомба массой 94 кг при диаметре 212 мм не оснащается двигательной установкой и движется под водой, опускаясь за счет силы тяжести, со скоростью до 16,2 м/с. За счет органов управления она может не только вертикально погружаться, но и планировать под углом до 60°. По сравнению с неуправляемой противолодочной авиабомбой вероятность поражения лодки возрастает в 1,6 раза на глубинах до 200 м и в 7 раз на глубинах до 600 м.

Кроме собственно кораблей и их оружия на МВМС выставлялось множество других морских систем, включая радиолокационные, оптические, гидроакустические средства освещения обстановки, корабельная энергетика, оснащение подводных диверсантов и средств борьбы с ними.

К последним относится 10-ствольная дистанционно наводимая палубная 55-мм гранатометная установка ДП-65, предназначенная для поражения на дальностях до 500 м плывущих на глубинах до 50 м боевых пловцов. При отсутствии на корабле подобных мощных средств предусматривается использовать ручные противодиверсионные двуствольные гранатометы ДП-64 с дальностью стрельбы до 400 м. Для гранатомета разработана 45-мм фугасная граната ФГ-45 и сигнальная СГ-45, служащая для обозначения вероятного местонахождения подводного диверсанта.

Машина управления комплекса «Гермес».

Ракета комплекса «Гермес» и ее ТПК.

Управляемая бомба ФАБ-500МПК-62.

Комплекс «Штиль-М» с ЗУР 9М317ЭМ вертикального старта.

Среди гидроакустических средств демонстрировалась буксируемая протяженная антенна, за счет больших линейных размеров обеспечивающая эффективный прием низкочастотных сигналов. Отметим, что начиная с атомоходов пр.671РТМ выпускные устройства для этих антенн в виде довольно крупных обтекаемых гондол размещались сверху вертикального киля отечественных лодок. Этот хорошо заметный новый элемент корабельной архитектуры стал предметом домыслов западных экспертов. Они сочли его вспомогательной малошумной движительной установкой, использующей магнитогидродинамический принцип для создания тяги. Соответствующая статья была опубликована командором Королевского флота Роем Корлетом в Janes Naval Review за 1986 г.

Комплекс Д-2: наш ответ агрессору

Развитие идеи вооружения подводных лодок баллистическими ракетами Часть V* (окончание)

Павел Качур

* См. ТиВ № 4,5,7,8/2004 г., № 3–8/2005 г.

Ракета Р-13 (4К50, SS-N-4 Sark)

После удачно сданного ВМФ комплекса баллистических ракет Д-1 с ракетой Р-11ФМ коллектив С.П. Королева продолжил работы по новым ракетам, специально разрабатываемым для подводных лодок. Тем более что еще постановлением от 19 июля 1955 г. наряду с разработкой техпроекта Р-11ФМ, оснащенной тактическим специальным боеприпасом (СБП), ОКБ-I НИИ-88 обязывалось представить результаты эскизной проработки новой морской раке ты с таким же зарядом, рассчитанной на дальность 400 км.

Начало разработки определялось постановлением правительства от 25 августа 1955 г., а основной целью стало существенное увеличение дальности пуска баллистической ракеты подводных лодок но сравнению с Р-11ФМ, с тем чтобы можно было поразить цели в глубине территории противника. Задача увеличения дальности решалась как увеличением массы и габаритов ракеты, так и повышением ее массоэнергетического совершенства. Имея положительный начальный опыт, С.П. Королев предусмотрел для новой ракеты схему надводного старта, аналогичную Р-11ФМ.

Создание новой ракеты для подводных лодок поручили тогда еще молодому конструктору В.П. Макееву, не так давно пришедшему в ОКБ-1. У него имелись все задатки крупного и талантливого руководителя, и когда правительство решило поручить СКБ-385 проектирование баллистических ракет для подводных лодок, С.П. Королев рекомендовал его кандидатуру на должность главного конструктора.

Стоит немного рассказа ть об истории этого КБ. Помня о значительных потерях промышленного потенциала в европейской части страны в период войны, советское правительство приняло в 1946 г. решение о создании одного из центров ракетостроения на Урале. 16 декабря 1947 г. министр вооружения Д.Ф. Устинов издал приказ об организации специального конструкторского бюро по ракетам дальнего действия при заводе № 66 на площадях бывшего завода № 385. При заводе сформировали СКБ-385, которому и поручили отработать технологию серийного производства баллистических ракет Р-1 и Р-2 на заводе № 66. В 1949 г. по решению Совета Министров СССР СКБ-385 выделилось из состава завода № 66 и стало самостоятельной организацией. В феврале 1953 г. на СКБ-385 правительственным решением была возложена задача освоения серийного производства ракет Р-11. Именно тогда состоялось назначение главным конструктором СКБ В.П. Макеева. В августе 1955 г. СКБ-385 поручили работу по первой отечественной морской баллистической ракете Р-11ФМ. А 31 августа 1956 г. постановлением СМ СССР проектирование ракеты для подводной лодки проекта 629 передали из перегруженного ОКБ-1 в СКБ-385. Впоследствии коллектив этого конструкторского бюро стал основным разработчиком баллистических ракет морского базирования.

При создании БРПА Р-13 в максимальной степени использовались отработанные на Р-11ФМ конструктивно- схемные, компоновочные и структурные решения как непосредственно по БРПА, так и по корабельным системам комплекса.

Ракета Р-13 конструкции СКБ-385, оснащенная мощной боеголовкой, стала первой морской БР. специально разработанной для подводной лодки. ТТЗ на комплекс с ракетой было выполнено полностью, а но максимальной дальности стрельбы существенно превышено: вместо заданной величины 450 км обеспечивалась дальность стрельбы 600 км.

Основные характеристики ракеты Р-13 (4К50, SS-N-4 Sark) комплекса Д-2

Стартовая масса ракеты, кг 13745

Габаритные размеры, м:

— длина ракеты 11,835

— диаметр 1.3

— размах стабилизаторов 1,91

Масса компонентов ракетного топлива

(азотная кислота АК-20И,

смесь ТГ-02), кг 10006

Тип двигательной установки ЖРД

Тяга ДУ на земле, кгс 25720

Тип системы управления Инерциальная

Максимальная дальность стрельбы, км 650

Точность стрельбы (КВО), км 4,0

Тип амортизации БР Рычажно-пружинная

Вид предстартовой подготовки Ручная

Условия боевого применения БРЛА по:

— широте места старта 60 Ю.Ш. — 75 С.Ш.

— глубине старта Надводный старт

— скорости хода ПЛАРБ, узлы До 15

— волнению моря, баллы 5

Время предстартовой подготовки, мин 60

Интервал старта, с 240

Тип подводной лодки (проект) 629, 658

Количество ракет на лодке 3

Конструкция ракеты

Ограничения габаритов ракеты Р-13 (диаметр 1,3 м, длина не более 12 м), большая масса боевого блока (около 1600 кг), необходимость обеспечения требуемой прочности при глубинном бомбометании и качке подводной лодки при старте, а также широкий температурный диапазон хранения заправленной ракеты (от-40 до +50°C) без дренажа и слива топлива при заданной дальности стрельбы потребовали изыскания новых компоновочных и конструктивных решений.

Р-13 представляла собой одноступенчатую ракету с моноблочной отделяемой головной частью, снаряженной мощным термоядерным зарядом. Хотя ракета Р-13 являлась своего рода «исправленным и дополненным изданием» Р-11 ФМ, ее схема имела и свои особенности. Основными из них являлись: отделяемая головная часть с боевым блоком, пятикамерная схема двигателя (одна центральная и четыре рулевых), турбонасосная система подачи топлива в двигатель, расположение бака окислителя перед баком горючего, а также отсутствие газовых рулей.

Конструктивно ракета состояла из головной части, межступенного, топливного и хвостового отсеков. Жидкостный ракетный двигатель (ЖРД) располагался в хвостовом отсеке. Головная часть и хвостовой отсек снабжались пластинчатыми стабилизаторами. Топливный отсек образовывали баки, выполненные несущими. Баки окислителя и горючего представляли собой единую сварную конструкцию из высокопрочной жарокислостойкой стали. На баках ракеты устанавливалась специальная арматура, которая обеспечивала заправку ракеты компонентами топлива, их слив и наддув баков.

Компоновочная схема ракеты Р-13 и ее внешний вид.

Хвостовой отсек с двигательной установкой ракеты Р-13.

Корпус ракеты Р-13 с топливным отсеком.

Траектория полета ракеты Р-13.

Головная часть

Ко времени разработки Р-13 стремительное совершенствование ядерного оружия позволило применять на ракете новый заряд, на порядок более мощный в сравнении с установленным на Р-11ФМ, но близкий по весу. Отделяемая в полете моноблочная головная часть (ГЧ) с термоядерным зарядом позволяла наносить удары по площадным целям.

С середины 1950-х гг. в качестве дублера арзамасского КБ-11 в так называемом «Челябинске-70» был создан НИИ-1011. Новая организация стремилась как можно скорее и лучше зарекомендовать себя и смело шла на рискованные технические решения.

Перед разработчиками этого блока встала сложнейшая задача — вписать термоядерный заряд больших габаритов, созданный для межконтинентальной ракеты, в малогабаритную ракету подводной лодки, обеспечив при этом приемлемые эксплуатационные параметры и заданную дальность стрельбы. За решение задачи взялись молодые ядерщики и ракетчики, во главе которых стояли К.И.Щелкин и В.П. Макеев. Основная заслуга в создании этого уникального даже но меркам сегодняшнего дня боевого блока принадлежит К.И. Щелкину, принявшему решение о серьезной переработке конструкции уже испытанного боеприпаса под условия размещения в морской ракете. В полете ГЧ отделялась в расчетное время с помощью порохового толкателя, установленного на переднем днище бака окислителя. Команда на отделение ГЧ в поле те подавалась системой управления по достижении заданной дальности стрельбы.

Ракетный двигатель

На Р-13 был применен выполненный но открытой схеме пятикамерный ЖРД С2713 тягой 25,7 т с неподвижной маршевой центральной и четырьмя рулевыми поворотными камерами. Такое решение позволило обеспечить необходимые морской ракете значительные управляющие силы, отказаться от ранее применявшихся графитовых рулей, создающих потери энергетики двигателя. Наряду с этим представилась возможность обеспечить двухступенчатое выключение двигателя, резко уменьшить разброс импульса последействия (путем реализации необходимого для повышения точности пусков снижения ускорения перед отделением ГЧ) и осуществить надежное отделение боевого блока во всем диапазоне дальностей стрельбы.

Компоненты топлив: самовоспламеняющиеся при взаимном контакте окислитель — раствор четырехокиси азота в концентрированной азотной кислоте АК-27И и горючее — смесь ксилидина и триэтиламина ТГ-02 (или «тонка»). Применение триэтиламинксилидина с азотной кислотой обеспечивало надежный запуск двигателя и повышало его энергетику.

Окислитель заправлялся в бак ракеты на базе, перед выходом подводной лодки на боевую службу, а горючее — уже в море из цистерн лодки непосредственно в ходе предстартовой подготовки. Сделано эго было д\я повышения безопасности ракет.

С целью существенного улучшения параметров ракеты сточки зрения возможности создания системы управления бак окислителя разделялся промежуточным днищем на полубаки. Расход окисли теля осуществлялся вначале из нижнего, а затем из верхнего полубака. Это решение обеспечивало снижение коэффициента опрокидывающего момента более чем в два раза.

Применение турбонасосного агрегата дало возможность многократно уменьшить давление наддува баков и радикально снизить их массу в сравнении с вытеснительной подачей топлива, как па сухопутных ракетах. Для наддува баков использовался газ, поступавший с выхода турбонасосного агрегата. Это позволило отказаться от сжатого воздуха. Турбонасосный агрегат работал на основных компонентах топлива, а не на применявшейся в сухопутных ракетах перекиси водорода, уже хорошо знакомой морякам по рискованной эксплуатации подводных лодок с «вальтеровскими» турбинами.

Система управления

Для отработки начальных возмущений при старте с подводной лодки и вывода ракеты на заданную траекторию полета, стабилизации и программного управления ракетой, определения момента отделения головной части служила инерциальная система управления. Она обеспечивала точность стрельбы (КВО) 4 км, что давало возможность поражения площадных целей (в первую очередь крупных городов, находящихся на побережье противника, а также военно-морских баз). Для специалистов НИИ-592 работа над системой управления ракеты Р-13 с-гала этапной, определившей многие конструкторские и технологические принципы. Тогда сформировались структура и технология разработки системы управления морской баллистической ракеты как единство трех составляющих: бортовой, корабельной и контрольно-испытательной аппаратуры системы управления.

Поскольку Р-13 стартовала из подводной лодки, находящейся в надводном положении, при волнении моря до трех баллов, т. е. в условиях качки, то одной из важных теоретических проблем стал выбор момента старта. Управление полетом осуществлялось качающимися рулевыми камерными двигателями.

Гироскопические приборы системы управления размещались (как и у БРПА Р-11ФМ) в промежутке между баками в районе центра тяжести ракеты, что создавало лучшие условия их работы. Сохранились и принципы ориентации и наведения осей гироскопов и введения необходимой установки в интегратор продольных ускорений.

Конструкция ракеты и ее система управления обеспечивали возможность выполнения следующих основных операций при нахождении на подводной лодке:

— контроль состояния и поддержание ракеты в боевой готовности во время патрулирования;

— предстартовую проверку и подготовку боевой аппаратуры ракеты и ее двигательной установки, а также проверку работоспособности аппаратуры боевого блока;

— пуск раке ты с верхнего среза шахты из надводного положения лодки.

Перечисленные операции производились дистанционно со специальных пультов, размещенных на подводной лодке. Ракета не требовала для обслуживания доступа личного состава в течение всего автономного плавания.

Одной из сложных задач, возникших при разработке ракеты Р-13, являлось обеспечение безударного выхода ракеты из пускового устройства в условиях качки и орбитального движения подводной лодки. Обеспечение безударного выхода ракеты достигалось:

— выбором соответствующей программы раскрытия корсетного устройства удержания ракеты;

— оптимальным режимом движения ракеты в корсетном устройстве за счет введения ступенчатого выхода двигателя на режим;

— применением прибора «учредитель старта», обеспечивающего необходимую комбинацию параметров в момент старта.

Конструкция ракеты и пусковой установки позволяла производить старт ракеты с верхнего среза шахты в надводном положении лодки при скорости хода до 15 узлов, но любому курсовому углу и при волнении моря до пяти баллов.

Скорость ракеты в момент выключения двигателя при стрельбе на максимальную дальность достигала 2050 м/с, наивысшая точка траектории — 145 км, время полета — 7 мин 5 с. Скорость встречи боевой част и с целью составляла 700 м/с.

Изготавливалась Р-13 на машиностроительном заводе № 66. Эта ракета (как и Р-11 ФМ) относится к выдающимся научно-техническим достижениям своего времени. При ее создании реализовались этапные, характерные для всего отечественного ракетостроения решения, такие как использование несущих баков и высококипящих компонентов топлива, переход от газовых рулей к качающимся рулевым камерам сгорания и от газогенераторной вытеснительной к турбонасосной системе подачи топлива, применение связанных оболочек камер сгорания и отделяемой боеголовки. В то же время стрельба с подвижного, качающегося основания и сопряжение ракетной системы управления с навигационным комплексом подводной лодки стали первым решением специфических задач морского ракетостроения.

Вместе с тем, хотя длина Р-13 была больше длины «Полариса А-1» при почти одинаковом диаметре, дальность полета советской ракеты оказалась гораздо меньше, чем у американской — 650 км против 2200 км.

Подъемно-стыковочный агрегат ПС-31.

Типовой комплекс баллистических ракет подводных лодок

Если первый отечественный морской ракетный комплекс Д-1 создавался но принципу «побыстрее слепить из того, что было», то состав корабельного боевого ракетного комплекса Д-2 складывался продуманно й целенаправленно.

В состав Д-2 входили подводные лодки с пусковыми установками шахтного типа, ракетный комплекс с баллистическими ракетами и комплекс агрегатов наземного оборудования.

Ракетный комплекс помимо баллистических ракет включал: ракетно-стартовые системы, корабельную аппаратуру системы управления, корабельную цифровую вычислительную систему, систему охлаждения и подачи теплоносителя (для обеспечения термостатирования ракет), систему прицеливания, корабельные системы повседневного и предстартового обслуживания, корабельную аппаратуру системы документирования, кодированное блокирующее устройство (для исключения несанкционированного старта ракет), систему аварийного подрыва ракет и др.

ГСКБ (ныне КБТМ) впервые разработало в полном объеме комплекс наземного оборудования (КНО) 4К55. Он предназначался для подготовки боевых и телеметрических вариантов ракет, выдачи незаправленных (или частично заправленных) БРПА на плавбазы и плавпогрузчики, установки их на пусковые устройства в шахтах подводных лодок, замены головного отсека в шахтах подводных лодок. В состав комплекса входило транспортное, подъемно-стыковочное и вспомогательное оборудование, а также агрегаты, специально разработанные д\я ракет и выпускаемые промышленностью серийно. Понятие «наземная эксплуатация морской ракеты» охватывала комплекс разнообразных мероприятий, в результате выполнения которых ракета приводилась в готовность к поступлению на подводную лодку. Впоследствии при создании очередных комплексов морского ракетного вооружения многие из них стали «стандартными».

Агрегаты комплекса наземного оборудования обеспечивали выполнение следующих основных работ:

— транспортировку на ангароскладских тележках ПР-34 ракет в пределах технической позиции и изотермических агрегатов ПР-42 и ПР-43 в транспортных контейнерах по шоссейным дорогам;

— доставку по воздушным путям сообщения без ограничения дальности, скорости и высоты полета;

— погрузку (выгрузку) подготовленных ракет на подводные лодки с кантованием одним или двумя кранами;

— установку ракеты на уровень верхнего среза шахты подводных лодок погрузочно-стыковочными агрегатами ПС-31 и пр.

Кроме того, в состав комплекса входили учебно-тренировочные средства для обучения и тренировки личного состава ВМФ, обслуживающего комплекс, морской транспорт (для межбазовой транспортировки ракет и выдачи их на подводные лодки).

Поскольку в комплексе Д-2 ракета Р-13 поступала на подводную лодку с заправленным баком окислителя (использовался автозаправщик 3AK-32A), то операция по установке ракет Р-13 на пусковой стол, поднятый на уровень верхнего среза шахты подводной лодки, представляла определенные трудности. Решалась она двумя путями. Один из них — применение двух стреловых кранов для кантования в вертикальное положение и установки ракеты на пусковой стол. Для этого варианта ГСКБ разработало комплект специальных траверс. Такой способ оказался применим и обеспечивал относительную безопасность работ, когда подводная лодка и ракета не испытывали перемещения от воздействия ветра и волн.

Другой способ должен был в большей степени исключить зависимость от сложных гидрометеорологических условий и обеспечить безопасный процесс выдачи ракеты на лодку. Для этого ГСКБ разработало уникальный по назначению конструкции и характеристикам подъемно-стыковочный агрегат ПС-31. ПС-31, являясь совершено новым типом агрегатов наземного оборудования, транспортировал раке ту с технической позиции на причал, стыковался с подводной лодкой, отслеживал (вместе с ракетой) ее перемещения в любом направлении, переводил ракету в вертикальное положение и устанавливал на пусковой стол.

Автозаправщик окислителем 3AK-32A.

Заправка ракеты Р-13 на береговой базе.

Вариант крановой погрузки ракеты Р-13 на подводную лодку.

Макет баллистической ракеты Р-13 перед погрузкой в шахту во время испытаний комплекса Д-2.

Отработка комплекса

Отработка системы вооружения Д-2 включала в себя: наземную экспериментальную отработку элементов бортовой и корабельной систем управления, агрегатов ракеты и других составных частей ракетного комплекса, летно-конструкторские испытания ракеты с неподвижного и качающегося стендов в условиях полигона с задачами, идентичными задачам при аналогичных испытаниях ракетного комплекса Д-1, а также совместные летные испытания с подводной лодки проекта 629.

На Николаевском судостроительном заводе им. Носенко были изготовлены опы тные образцы агрегатов ПС-31. Там же они были отработаны на созданном ГСКБ специальном качающемся стенде, имитирующем перемещение подводной лодки.

Летные испытания Р-13 начались с более чем годичным опозданием. Не хватало мощности производства завода № 385, а завод № 66 1* был перегружен выпуском другой продукции. Поэтому в 1958 г. этот завод передали для выпуска изделий СКБ-385, а значи тельную часть плана его серийной продукции перепоручили другом предприятиям. Сказался и недостаток опыта; в отличие от других КБ, почти весь коллектив СКБ-385 состоял из молодых специалистов. Сам B.П. Макеев резко выделялся своей молодостью среди еще не старых в те годы друг их главных конструкторов советских ракет, хотя уже и поработал у C.П. Королева в качестве ведущего конструктора Р-11. Для устранения допущенных ошибок потребовалось участие специалистов королевского ОКБ-1.

Несмотря на это, а скорее, благодаря этому СКБ-385 завершило разработку Р-13 столь успешно, что при сдаче на вооружение по постановлению ЦК КПСС и СМ СССР от 13 октября 1960 г. заданная максимальная дальность была превышена на 30 %, а объем испытаний удалось сократить на восемь пусков по сравнению с планом.

Ракета Р-13 проходила летные испытания с июня 1959 г. по март 1960 г. На полигоне Капустин Яр с неподвижного стенда и со специального комплекса СМ-49, имитировавшего подводную лодку в море, провели 19 пусков (15 успешных).

С целью экспериментальной проверки живучести ракет при взрывах глубинных бомб на различных дистанциях от корпуса лодки на СМП в 1959 г. по чертежам ЦКБ-16 был изготовлен натурный ракетный отсек корабля РО-629. БТЩ «Борис Сафонов» проекта 254 переоборудовали под корабль обеспечения испытаний. Главным конструктором проекта переоборудования была М.П. Ремпель. Обширные натурные испытания отсека с установленными в нем ракетами на взрывостойкость осуществлялись неконтактными взрывами глубинных бомб, мин и шнуровых зарядов, имитирующих по ударной волне атомные подводные взрывы. Всего провели шесть испытаний, которые выполнили специалисты ЦНИИВК, ЦНИИ-45, ЦКБ-16, ЦКБ-34 и других заинтересованных организаций. Результаты подтвердили правильность расчетов и конструктивных решений но прочному корпусу и узлам крепления ракетных шахт и показали полную безопасность ракет при взрывах глубинных бомб на заданных ТТЗ дистанциях. Тем не менее были выработаны рекомендации по путям повышения взрывобезопасности ракет (например, предлагалось хранить ракеты на подводных лодках заправленными только окислителем, а горючее хранить в цистернах лодки).

К испытаниям ракеты Р-13 привлекалась лодка проекта 629. С ноября 1959 г. по август 1960 г. с борта подводной лодки Б-92, входившей в состав Северного флота, выполнили 13 запусков (11 успешных). Стрельба проводилась из района острова Кильдин но боевому полю, расположенному восточнее горла Белого моря.

Оправдали надежды конструкторов и носители ракетного оружия — подводные лодки проектов 629 и 658. Так, в ходе испытаний подводной лодки проекта 658 К-19 при 80 % мощности реактора была достигнута подводная скорость 23.8 узла, что в пересчете на 100 %-ную мощность обеспечивало полный ход в 25.9 узла. В процессе государственных испытаний подводной лодки К-19 проекта 658 была осуществлена стрельба тремя ракетами Р-13. в том числе одной телеметрической ракетой из кормовой ПУ и двумя боевыми ракетами (в инертном снаряжении) из передней и средних шахт. Старт всех трех ракет прошел нормально. При этом корабельные системы обеспечили правильную подготовку и старт ракет.

При пуске двух ракет в боевом варианте была определена фактическая скорострельность. При этом получены следующие результаты: время от момента начала открытия крышки первой шахты до старта первой ракеты 1 мин 45 с; время от старта первой ракеты до старта второй ракеты 3 мин 31 г, время старта двух ракет (от момента начала открытия крышки первой шахты до закрытия крышки второй шахты) 6 мин 45 с.

В ходе испытаний К-19 из-за отсутствия 40-см торпед на флоте отстрел проводился торпедами-болванками МГТА-2 на глубинах 30 и 140 м.

1* Завод № 66 выпускал стрелковое и авиационное пушечное вооружение.

Подводная лодка пр.658У (КС).

Полумодель АПЛ проекта 658. Хорошо видны четыре стойки-захвата и кабель-мачта.

Ядерные испытания

В процессе отработки и принятия на вооружение ракеты Р-13 в 1959–1960 it. пуски ракет с подводных лодок Б-121, К-107 и К-88 производились с головными частями в телеметрическом исполнении и в комплектации с обычным ВВ. Штатная комплектация ракеты Р-13 предусматривала оснащение ее специальной головной частью (СГЧ).

В мае-августе 1960 г. проводились испытания боеголовки ракеты на безопасность погружения подводной лодки с разгерметизированной ракетной шахтой, что считалось реальной ситуацией. Ввиду опасности эксперимента с боевой частью он проводился не на подводной лодке, а с помощью вспомогательных плавсредств. Для погружения боеголовки использовался плотик с дистанционно управляемой вьюшкой. Боеголовка опускалась на предельную глубину погружения подводной лодки — 300 м, затем поднималась и обследовалась.

Ракета поступила на вооружение в 1960 г. по результатам пусков с телеметрической головной частью, однако необходимо было испытать ее с ЯБП. Эти испытания были запланированы на осень 1961 г. Для этой цели командование Северного флота выделило подводную лодку К-102 (командир — капитан 2 ранга Г.И. Каймак, командир БЧ-2 — старший лейтенант В.Н. Архипов).

Программа испытаний предусматривала раздельные пуски двух ракет. Первый — «пристрелочный», следующий- с ЯБП.

В сопровождении эсминца, на котором находился председатель Государственной комиссии по испытаниям адмирал-инженер Н.В. Исаченков, К-102 вышла в центральный район Баренцева моря. Старшим на борту лодки был командир 140-й ОБПА капитан 1 ранга С.С. Хомчик, от штаба флота присутствовал капитан 2 ранга Г.П. Лазуренко.

В середине октября, несмотря на штормовую облачную погоду, осуществили пуск первой ракеты. Через некоторое время получили РДО: ГЧ пришла на боевое поле с существенным отклонением по дальности и по направлению от заданной точки прицеливания. При такой же погоде произвели пуск второй ракеты, теперь с Я БП. Регистрирующая аппаратура полигона зафиксировала мощный взрыв в точке боевого поля с координатами, незначительно отличавшимися от места предыдущего взрыва, что еще раз подтвердило надежность Р-13 и стабильность ее траектории.

Как свидетельствовал непосредственный участник испытаний корабельного ядерного оружия вице-адмирал в отставке Е.И. Шитиков, «…Р-13 явилась важным этапом в развитии морского ракетного оружия как первая высокоэффективная БР для наших подлодок. После снятия с вооружения комплекса Д-2 одну из списанных ракет Р-13 установили на постамент на причале в Североморске как памятник создателям и испытателям корабельною ракетною оружия стратегического назначения».

После окончания основных летных испытаний начались эксплуатационные испытания ракетного комплекса, закончившиеся стрельбой ракеты с боеголовкой с обычным ВВ. Весной 1963 г. повторили аналогичные испытания, но теперь подводная лодка находилась в тропических широтах.

Военно-техническое сотрудничество с КНР

Можно сказать, что 1950-е it. в нашей стране проходили под девизом «Сталин и Мао — дружба навек!» Советский Союз был завален светлыми хлопчатобумажными плащами, такими же брюками, яркими полотенцами, термосами и массой другой продукции легкой промышленности КНР. Китайские студенты, курсанты, слушатели, аспиранты и адъюнкты учились буквально во всех высших учебных заведениях Советского Союза.

Дружба оказалась столь прочной, что в феврале 1959 г-., еще до сдачи головного корабля проекта 629, в ЦКБ-16 пришло указание: «Срочно подготовить комплект документации (включая ведомости заказа материалов, оборудования и вооружения) для обеспечения строительства подводных лодок проекта 629 в КНР».

Дело в том, что приказом председателя Госкомитета по судостроению от 31 января 1959 г., изданным на основании постановления Совета Министров СССР от 9 января 1959 г., ЦКБ-16 назначалось головной организацией по разработке техдокументации в экспортном исполнении. Со ссылкой на постановление правительства специалисты бюро выдали всем контрагентам задания на корректировку и изготовление в срочном порядке специальных подлинников (калек) документации по всем комплектующим изделиям. При этом, поскольку межгосударственным соглашением предусматривалось строительство в КНР подводных лодок по проекту 629 с ракетами Р-11ФМ, в передаваемой документации не должно было содержаться никаких упоминаний о Р-13.

Через восемь месяцев, в сентябре, комплект документации отравили из Москвы в КНР. Чуть больше месяца спустя пришло новое указание: «Командировать ведущих специалистов для оказания китайским товарищам технической помощи в организации подготовки к постройке и освоении документации».

В конце декабря 1959 г. специалисты многих предприятий (ЦКБ-16, КБ «Связьморпроект», ГСПИ-2 «Союзпроектверфь», ЦНИИТС и др.) прибыли в Пекин в распоряжение старшего советника Посольства СССР по судостроению Б.Г. Чиликина. После представления и инструктажа специалисты выехали по месту работы в Шанхай, где находился китайский ЦНИИ судостроения, отрабатывавший полученную документацию. Там ее переводили на китайский язык и готовили к передаче на завод.

Шанхайский институт размещался в центральном районе города в здании бывшего американского колледжа. С его сотрудниками, в основном молодыми людьми, не имевшими никакого опыта работы с проектной документацией и совершенно не знакомыми с конструкцией подводной лодки, одновременно с передачей чертежей проводили учебные ознакомительные занятия но каждой специальности. Процесс протекал очень интенсивно: рабочий день китайских сотрудников, как правило, заканчивался поздно вечером. Особенно большая нагрузка легла на китайских переводчиков. Очень часто в связи с попытками заменить или придумать для китайского языка специальные термины возникали серьезные затруднения. Например, никак не могли перевести, казалось бы, известный термин «предел текучести». Было много неувязок и с документацией, ведь готовили ее в «пожарном порядке».

Как сообщили в институте, постройка подводной лодки должна начаться осенью 1960 г. на Бохайском ССЗ. Рассчитана она на два года. Весной 1960 г. состоялась совместная с руководством института поездка на Бохайский завод. Он представлял собой группу строений барачного типа, в которых располагалась администрация и складские помещения, а в нескольких километрах в стороне находились та кие же здания общежитий. Все остальное — большая строительная площадка (под здание основного цеха судостроительного завода — эллинга — только забивались сваи).

Интересный штрих: для ускорения работ на собрании рабочих приняли решение забивать сваи на глубину не 15 м, как было предусмотрено проектом ГСПИ-2, а на девять (!), а чтобы стены не упали, поручить «инженерам из проектного института разработать мероприятия, не увеличивающие трудоемкость строительства». Таков был энтузиазм рабочих масс, дух и стиль работ в стране Мао в период «Большого скачка».

После рассмотрения доклада специалистов ГСПИ-2 о ходе работ на Бохайском заводе строительство подводных лодок проекта 629 было поручено судостроительному заводу в г. Даляне (бывший Дальний), куда в начале лета 1960 г. и перевели группу советских специалистов.

Завод в Даляне (бывшее совместное советско-китайское предприятие) только что построил свой первый сухогруз. После прибытия па завод работа с документацией продолжилась, начались подготовительные процессы: разбит плаз, начата сборка постелей для изготовления секций легкого корпуса и гибки шпангоутов прочного корпуса.

Представители судостроительного завода им. Ленинского комсомола проверили и под твердили полную комплектность поставок оборудования. Все необходимое оборудование и материалы для головной китайской лодки-ракетоносца были обеспечены заводом за счет разукомплектования подводной лодки зав. № 134. Из-за этого срок ее сдачи с 1960 г. был перенесен на декабрь следующего года, и, соответственно, сдвинулись сроки сдачи последующих кораблей серии. Вместе с тем есть сведения, что на заводе № 199 строились подводные лодки проекта 629 для КНР. Первый корпус был отбуксирован в Китай без ракет, второй корпус отправлен секциями, а третья лодка поставлялась отдельными частями для сборки в Шанхае.

Работы в Даляне шли с не меньшей интенсивностью и энтузиазмом, чем в Бохае. Ничто не предвещало изменений в отношениях СССР и КНР, когда вдруг, без объяснения причин, всех советских специалистов в начале августа 1960 г. отозвали на Родину…

В свое время английский журнал Jane's Fighting Ships приводил информацию о вводе в строй китайской лодки с тремя баллистическими ракетами в 1964 г. Возможно, китайским товарищам удалось все же завершить начатое дело.

ДЭПЛ проекта 629.

Комплекс Д-2 на вооружении ВМФ

К началу 1960 г. Северный флот получил пять ракетных лодок проекта 629, а Тихоокеанский флот-две. Постановлением Совета Министров СССР от 13 октября 1961 г. комплекс Д-2 с баллистической ракетой Р-13 был принят на вооружение ВМФ. До поступления на вооружение ракет Р-13 три лодки, сданные к тому времени, несли по три Р-11 ФМ. Всего же построили 22 подводные лодки проекта 629.

Два первых подводных корабля проекта 658 в 1960–1961 гг. вступили в состав Северного флота и были направлены на базу Западная Лица, где вместе с торпедными АПЛ проекта 627А образовали бригаду. В январе 1962 г. на основе этой бригады была развернута 1-я флотилия подводных лодок, состоящая из двух дивизий. В 1964 г. дивизия атомных ракетоносцев была переведена в Гаджиево (губа Сайда, база Ягельная) и вошла в состав эскадры, впоследствии преобразованной в З-ю флотилию атомных подводных лодок.

6 июля 1961 г. Северный флот пополнился ПЛАРБ К-33, 12 августа 1962 г. — К-55, 28 декабря 1962 г. — К-40, 15 июня 1963 г. — К-16, 19 декабря 1963 г. — К-145. 12 февраля 1964 г. — К-149 и 30 июня 1964 г. — К-176. Таким образом, в течение шести лет была успешно реализована широкомасштабная, уникальная для отечественного оборонного комплекса программа строительства серии из восьми атомных ракетоносцев, несущих в общей сложности 24 баллистические ракеты с мощными термоядерными боевыми частями.

В 1963 и 1968 гг. лодки К-178 и К-55 перевели на ТОФ, где они несли боевую службу в составе дивизии атомных подводных лодок, базирующейся на Камчатке.

Условия обитаемости на первых советских ракетных атомоходах в целом незначительно отличались от условий на крупных дизель-электрических подводных лодках послевоенной постройки. Впрочем, каждый член экипажа ПЛАРБ проекта 658 имел свое собственное спальное место (чем не могли похвастаться американские подводники, служащие на АПА 3-го поколения типа «Лос-Анджелес»), а содержание провизионных камер советских атомоходов в 1960-1970-е гг. в значительной мере компенсировало бытовые неудобства. Моряки в изобилии снабжались превосходным молдавским «каберне», икрой (как красной, так и черной) и другими деликатесами, которыми мог похвастаться далеко не каждый столичный ресторан 1970-х гг. Однако в 1980-е гг. это «гастрономическое изобилие» стало постепенно уступать место более скромному рациону, соответствующему изменившемуся отношению «руководителей партии и правительства» к защитникам подводных рубежей Отчизны. Впрочем, альтернативой дефицитному «каберне» всегда оставалось проверенное военно- морское «шило».

Появление в составе советского флота первых атомных ракетоносцев, разумеется, не осталось незамеченным д\я американской разведки. Для борьбы с советскими подводными лодками американцы и их союзники начали создавать системы контроля за их передвижением. В соответствии с программой «Цезарь», осуществление которой началось в конце 1950-х гг., ВМС США разместили на континентальном шельфе вдоль восточного побережья своего континента, на Гавайских островах и подводных возвышенностях мирового океана сеть гидрофонов-обнаружителей. Впоследствии ее значительно расширили и модернизировали, что позволило успешно решать задачи слежения за подводными объектами.

В 1960-е гг, была развернута система СОСУС, задачей которой стало обнаружение советских подлодок в Атлантике. Для предотвращения их прорыва из Баренцева моря в Северную Атлантику был создан противолодочный барьер. Между Гренландией, Исландией и Шетлендскими островами установили сеть гидрофонов. Это пространство постоянно контролировалось противолодочной авиацией и подводными лодками США и стран НАТО.

Внедрение в жизнь новых теоретических разработок позволило значительно расширить арсенал средств обнаружения субмарин. Противолодочные силы получили на вооружение магнитометры, а также устройства, реагирующие на изменение температуры воды при прохождении подводного объекта с большой массой. Кроме того, для поиска подводных лодок постоянно используются специальные поисковые группы надводных кораблей и авиации.

Эффективность противолодочных сил США и НАТО реально проверялась в период Карибского кризиса. Все шесть советских дизельных ракетных лодок проекта 629, вышедших к берегам Америки, были обнаружены, и за ними установили непрерывное наблюдение. Не трудно догадаться, что в случае начала боевых действий их участь оказалась бы незавидной.

АПЛ К-19 после буксировки в базу.

АПЛ K-19. Ограждение рубки.

Служба отечественных ракетных атомоходов комплекса Д-2 не обходилась без ЧП. В июле 1961 г. флот проводил учения «Полярный круг», в которых участвовал подводный крейсер К-19 под командованием капитана 2 ранга Н.В. Затеева. Ракетоносец следовал в заданный район Северной Атлантики, где он должен был произвести ракетный пуск по боевому полю, всплыв из-под арктического льда. Все шло штатно. Но 4 июля в 4 ч 15 мин вахтенный офицер сообщил о резком падении давления охлаждающей жидкости в первом контуре одного из атомных реакторов левого борта. Из-за заклинивания главного и вспомогательного циркуляционных насосов лопнул трубопровод, и бидистиллат — охлаждающая радиоактивная жидкость — стал вытекать. Это могло привести к разогреву реактора, а дальше и к взрыву. В течение предельно короткого срока — за два часа — экипажу удалось смонтировать нештатную систему аварийного охлаждения реактора и ликвидировать угрозу взрыва.

Однако в борьбе за жизнь корабля получили тяжелые дозы облучения и погибли 14 членов экипажа. Подошедшим дизель-электрическим подводным лодкам и надводным кораблям удалось эвакуировать людей и отбуксировать атомоход в Западную Лицу. В ходе ремонта, проведенного в 1962–1964 гг., у лодки заменили оба атомных реактора.

Трагедия К-19 послужила хорошим уроком для создателей ядерных энергетических установок: на всех действующих и проектируемых реакторах, аналогичных установленным на К-19, были смонтированы штатные системы аварийной водяной проливки.

После аварии 1961 г. ПЛАРБ К-19 получила у моряков зловещее прозвище «Хиросима» и репутацию «несчастливого» корабля, которую в дальнейшем весьма активно оправдывала. 15 ноября 1969 г. К-19 столкнулась в Баренцевом море (на траверзе мыса Териберский) с американской АПЛ SSN-615 «Гэтоу» (тип «Трешер»), пытавшейся осуществлять скрытное слежение за советским атомоходом. Оба корабля получили повреждения. 24 февраля 1972 г. северо- восточнее Ньюфаундленда на борту «Хиросимы» вспыхнул пожар, унесший жизни 28 человек. Очередной ремонт «невезучей» лодки было решено превратит!» в эксперимент по определению мобилизационных возможностей судоремонтной промышленности: СРЗ «Звездочка» (г. Северодвинск) удалось завершить работы менее чем за пять месяцев. Отремонтированную К-19 принимал прежний экипаж, недавно переживший катастрофу и для перехода в Гаджиево «разбавленный» моряками с других однотипных кораблей.

Возвращение К-19 в Гаджиево вновь ознаменовалось чрезвычайным происшествием: при входе в губу Сайда на борту корабля вспыхнул сильный пожар: от работы дизеля воспламенились сверхнормативные запасы ГСМ и краски, вывезенные с судоремонтного завода и припрятанные в ограждении рубки. Действиями экипажа пожар был ликвидирован, жертв не было. Наблюдая дымящийся атомоход, окруженный пожарными судами и буксирами, моряки на гаджиевских пирсах понимающе переглядывались: «Хиросима» вернулась…» Неприятности с К-19 продолжались и в дальнейшем.

Служба других лодок проекта 658 проходила более спокойно. В 1963 г. ракетоносец К-115 (капитан 1 ранга А.П. Михайловский) выполнил переход с Северного флота на Тихий океан, пройдя подо льдами 1600 миль за шесть суток. В 1968 г. подледный переход на ТОФ совершил К-55 (капитан 2 ранга Ю.В. Перегудов). Особенностью этого перехода являлось наличие на борту лодки штатного ядерного оружия.

К-55 на судоремонтном заводе в Большом Камне (Приморье) в 1970-е гг. была переоборудована в торпедную АПЛ проекта 658Т. В 1977 г. ее модернизировали по проекту 658У (КС) — корабль связи. При этом торпедное вооружение было сохранено, однако торпедный боекомплект уменьшен.

Практически одновременно с К-55 и на том же предприятии К-178 была трансформирована в торпедную АПЛ проекта 658Т. В 1977 г. ее переоборудовали по проекту 658У (КС).

В 1969–1970 it. К-145 была модернизирована по проекту 701, превратившись фактически в новый корабль. На ней смонтировали шесть пусковых установок 4С-75-1.

К-129 погибла во время боевого патрулирования 8 марта 1968 г., как полагают, из-за столкновения с американской атомной подводной лодкой «Суордфиш», следившей за советской субмариной. США провели уникальную операцию но подъему нашей подводной лодки с помощью специально построенного корабля Glomar Explorer.

Ракеты Р-13 состояли на вооружении подводных лодок проектов 629 и 658 до 1973 т. и уступили место более совершенным представителям своего класса. Этот период стал этапным в истории БР ВМФ.

За это время провели 311 пусков этих ракет, из которых 225 признали успешными. 38 пусков оказались неудачными из-за отказов систем ракеты и стартового оборудования, а еще 38 — в результате ошибок личного состава. Причины 10 неудачных пусков так и не установили.

Вместо заключения

В ноябре 1959 г. первая американская ПЛАРБ «Джордж Вашингтон» с 16 ракетами «Поларис А-1» на борту начала боевое патрулирование в Норвежском море. Пуск ракет подводная лодка могла производить из подводного положения, что обеспечивало ей достаточную скрытность от противолодочных сил ВМФ СССР, а дальность стрельбы ракет была такова, что под прицелом находились Москва и другие крупные города европейской част и СССР.

В 1960 г., когда на боевом дежурстве еще не было ни одной МБР наземного базирования, в ответ на ядерные угрозы США Советскому Союзу ВМФ в срочном порядке построил 23 ракетоносца проекта 629, каждый из которых был вооружен тремя БР, и организовал их боевое дежурство в море у побережья США.

Создание первых атомных подводных ракетоносцев в сочетании с введением в строй дизель-электрических ракетных подводных лодок проекта 629 позволило в короткий срок заложить основы подводной составляющей стратегической ядерной триады страны, создать хотя и не полноценный, но все же противовес американским ПЛАРБ, а также вынудить потенциального противника начать реализацию дорогостоящей комплексной программы совершенствования своих противолодочных сил.

Вместе с тем ракетоносцы проекта 629 были дизельными, т. е. малоавтономными, ракеты Р-13 могли стартовать лишь с верхнего среза ракетной шахты подводной лодки, находящейся только в надводном положении. Недостаточной была и дальность стрельбы, что, безусловно, ограничивало возможности стратегического оружия и снижало боевой потенциал его носителя. Все это не в полной степени отвечало требованиям ядерного сдерживания и не могло служить адекватным ответом на появление у вероятного противника ПЛАРБ. Поэтому следующим необходимым и естественным шагом развития морских БР стало освоение подводного старта, увеличение дальности стрельбы, сокращение времени предстартовой подготовки и пуска ракет.

Литература

1. Кутовой Е.М, Серебров П.М, Колпаков 8.П Баллистические ракеты подводных лодок «Тайфун» 1999 № 1. с. 22–29.

2. Сакович М. А. Славное десятилетие морского ракетостроении. «Тайфун», 2000, № 5, с. 10–20.

3. Кузин В.П., Никольский В.И. Военно-Морской Флот СССР 1945–1991 ИМО. Санкт-Петербург. 1996

4. Подводный флот, № 5.

5. Жарков В и Подводная лодка проекта 629 «Тайфун». 2002, № 3

6. Советская атомная программа (под ред Е.А Негина). Н Новгород — Арзамас-16. 1995

7. Куликов В. Авиация и ядерное испытание М., 1998.

8. Ракетно-космическая корпорация «Энергия» М… 1996.

9. Морской сборник. № 8 1994

10. Баллистические ракеты подводных лодок России (под ред, И.И. Величко/ Миасс, 1997

11. Пяткин В.А. Генеральный конструктор. Миасс, 1998.

12. История отечественного судостроения Том V. Судостроение в послевоенный период 1946–1991 гг. СПб. 1996, C.142–144

13. Российская наука — Военно-морскому флоту (под ред ДА. Саркисова) М. 1997

14. Военно-исторический журнал, 1998. № 2. с, 38-44

15. Техника и оружие, № 2 1996.

16. Запольский А. А Стратегическим ракетоносцам быть! СПб. 1998

17. Подводные лодки России Атомные, первое поколение Том IV, часть 1 СПб 1996

18. Шитиков Е. В интересах флота: Новая Земля. Морской сборник. 1994.№ 9, с. 13–15.

19. Апанасенко В Марухадзе РА Морские ракетно-ядерные системы вооружения (прошлое, настоящее, будущее) М,2003

20. Жарков В И. Рождение морского стратегического щита России. Судостроение, 1998, №l. с. 120–129.

21. Коршунов Ю.Л. Кутовой В.М Баллистические ракеты отечественного флота. СПб. 2002

22. Стратегическое ядерное вооружение России (под ред. П. Л Подвига). М., 1998

23. Петров A.M.. Асеев Д.А., Васильев Е.М. Оружие российского флота. СПб, 1996

24. Широкорад А.Б. Оружие отечественного флота. 1945–2000 Минск-Москва 2001.

25. Костев Г Морские стратегические. Морской сборник. 1994. № 10, с. 6–13

26. Пусковая установка СМ-60 ракетного комплекса Д-2. «Бастион». 2000. № 2. с. 47–48

27. Величко И.И. Возмездие неотвратимо. Вестник Российской академии наук. 1996. т. 66, № 11, с. 1017–1021.

28. Жарков В.И. Создание первых подводных лодок с баллистическими ракетами Гангут 1998. № 14. с. 104- 119

29. Широкорад А.Б Советские подводные лодки послевоенной постройки. М. 1997

30. Бережной С.С Атомные подводные лодки ВМФ СССР и России «Наваль» коллекция 2001

31. Гагин В В Советские атомные подводные лодки. Воронеж. 1995

32. Гагин В.В. Советские дизель-электрические подводные лодки послевоенной постройки. Воронеж, 1996.

33. Дуняшин А.Б. Где встречаются шесть океанов… Екатеринбург. 2002

Его величество авианосец

Атомный многоцелевой авианосец «Энтерпрайз» (CVN-65 Enterprise)

Владимир Щербаков

В статье использованы фото ВМС и ВВС США

Продолжение.

Начало см. в «ТиВ» № 9-12/2004 г., № 2–6,8/2005 г.

«Смерть «Аль-Каиде»

11 сентября 2001 г., в «черный день» для Америки, АВМА «Энтерпрайз», только что закончивший выполнение задач в рамках операции Southern Watch, направлялся из Персидского залива к берегам Южной Африки. Вдруг по всем телевизионным каналам стали транслировать кадры, потрясшие своей чудовищностью не только Америку, но и весь мир: захваченные террористами самолеты врезались в нью-йоркские небоскребы и в здание Пентагона, унося тысячи человеческих жизней. Учитывая сложившуюся ситуацию, «Энтерпрайзу» и его корабельной группе было приказано вернуться в район Персидского залива и оставаться там до особых распоряжений.

Примечательным является то, что, пораженные до глубины души увиденным по каналу CNN зрелищем второй атаки самолета-бомбы на башни Всемирного торгового центра, адмирал (старший похода и командир авианосной группы) и командир «Энтерирайза» единодушно приняли решение лечь на обратный курс (корабль к тому времени уже возвращался в родную базу после выполнения задач боевой службы) в район Аравийского моря и Персидского залива до официального приказа вышестоящего командования, который поступил лишь некоторое время спустя. Вещь, надо сказать, довольно редкая, даже небывалая, для вооруженных сил США и уж тем более для американских военно-морских сил. Позднее начальник морских операций (командующий) ВМС США адмирал Верн Кларк во время выступления в программе Ларри Кинга на канале CNN (CNN's Larry King Live) 1З декабря 2001 г. даже привел этот случай в качестве примера самопожертвования американских моряков и их высокого патриотизма (от себя добавлю — еще и неслыханной недисциплинированности).

В указанном районе авианосец оставался несколько недель, выполняя задачи уже в рамках операции Enduring Freedom.

Как уже известно, «решительный ответный удар» американцы готовили довольно долго, тщательно и в обстановке строжайшей секретности. В районе Персидского залива и Аравийского моря были сосредоточены мощные силы ВМС США, насчитывавшие на разных этапах операции до трех авианосных многоцелевых групп. Кроме героя нашего рассказа в данном регионе находились АВМА «Карл Винсон» и «Теодор Рузвельт». Дополнительно к ним был отправлен и постоянно базирующийся на ВМБ Йокосука (Япония) авианосец «Китти Хок». Интересно, что последний вышел в море порожним, без самолетов. Согласно данным американских источников, такой шаг был предпринято целью обеспечения возможности приема значительного количества транспортно-десантных вертолетов с подразделениями сил специального назначения на борту.

Матросы из экипажа «Энтерпрайза» проверяют готовность УР AGM-65 «Мейверик» (Maverick) перед подвеской их на самолеты. Операция Enduring Freedom, 18 октября 2001 г.

Матрос-сигнальщик практикуется на сигнальном мостике «Энтерпрайза» в отработке сигналов боевой тревоги (General Quarters Drill). Средиземное море, 9 октября 2003 г.

На этом снимке видны родственники и друзья, встречающие моряков из экипажа АВМА «Теодор Рузвельт». В качестве «встречающего» на этот раз выступает АВМА «Энтерпрайз», предоставивший для радостной толпы свою палубу и подготовивший торжественную церемонию встречи. ВМБ Норфолк, 29 мая 2003 г.

Командир АВМА «Энтерпрайз» кэптен Эрик С. Нидлингер дает интервью американским журналистам на пирсе ВМБ Норфолк, штат Виргиния, после возвращения его корабля с широкомасштабного учения Summer Pulse 2004. Данное мероприятие стало первым широкомасштабным учением американского флота в рамках утвержденного недавно принципиально нового по задачам «Плана ответных действий флота» (Fleet Response Plan или FRP). 23 июля 2004 г.

Для экипажа «Энтерпрайза» весь период между 11 сентября и началом активной фазы аититеррористической операции прошел в напряженных тренировках. По решению командира корабля было даже проведено учение по использованию средств защиты от химического оружия — довольно, надо сказать, редкая вещь на авианосцах «дяди Сэма».

За несколько дней до начала бомбардировок «Энтерпрайз» был переведен в «ночной режим»: самолеты авиакрыла начали интенсивно проводить полеты в темное время суток.

Воскресным утром 7 октября 2001 г. командование ВМС СШАдало разрешение небольшой группе представителей средств массовой информации освещать происходящие события с борта АВМА «Энтерпрайз». Вскоре журналистов, которые находились в Бахрейне, где расположена штаб-квартира 5-го флота (оперативного) ВМС Соединенных Штатов, перебросили на авианосец. Прибыв на корабль во второй половине дня, репортеры через несколько часов стали свидетелями начала американского возмездия.

Небезынтересным будет отметить, что одним из ограничений, наложенных командованием «Энтерпрайза», был запретна упоминание в репортажах каких-либо фамилий (причем не только офицерского состава, но и рядовых моряков). Даже осуществлявший командование данной АМГ контр-адмирал не рискнул предать гласности свою фамилию, опасаясь, что это может создать угрозу жизням ого родных и близких, оставшихся в Норфолке (д\я сравнения вспомните о наших телевизионных репортажах на чему контртеррористической операции в Чечне и Дагестане!. Американские СМИ особо отметили эти факты, указав, что даже но время прошедшей войны в Персидском заливе старшие офицеры ВС США не проявляли такую осторожность. Вот что может сделать враг, который не виден!

Итак. 7 октября 2001 г. в 22 ч 20 мин по местному времени с «Энтерпрайза» начали подниматься в воздух самолеты, целью которых был Афганистан. Корреспондент газеты The New York Times Дуглас Джил (Douglas Jehl) так описывал в своем репортаже с борта авианосца это действие: «…Самолеты, в том числе и пара нагруженных под завязку F-I4, взлетели и вскоре исчезли в ночном небе. С находившегося поблизости крейсера УРО, должно быть. «Филиппайн Си» (Philippine Sea, CG-58), ввысь ушли крылатые ракеты «Томахок» (Tomahawk)… Среди большой группы моряков авианосца, наблюдавших за взлетом самолетов, … оказался молодой матрос из Бронкса по имени Нельсон. Одна из его родственниц работала в здании Всемирного торгового центра. Однако во время теракта ее еще не было в офисе. «Так что мы оказались среди счастливчиков, — сказал моряк и добавил: — Я ждал этого момента очень долго. Чем скорее мы разбомбим их, тем быстрее отправимся домой…» Три часа и десять минут спустя на авианосец стали возвращаться участвовавшие в налете самолеты… Потерь не было».

Самолеты базировавшегося на «Энтерпрайзе» 8-го корабельного авиакрыла начиная с 7 октября наносили ракетно-бомбовые удары по базам террористов из «Аль-Каиды» и военным объектам талибов в Афганистане, совершив за первые три недели около 700 самолето-вылетов и сбросив на врага десятки тонн боеприпасов.

В конце октября авианосец отправился обратно домой в ВМБ Норфолк, куда он прибыл 10 ноября 2001 г. Интересно, что «Энтерпрайз» стал героем двухчасовой популярной телепрограммы «Доброе утро, Америка!» (Good Morning America) телекомпании ABC Television Network. Съемочная группа программы побывала на его борту в последние дни похода.

Надо сказать, что начатая после сентябрьских терактов в Вашингтоне и Нью-Йорке военно-политическим руководством Соединенных Штатов «война против терроризма» (war on terror) достигла достаточно широкого размаха, «переплюнув» но вложенным в нее средствам «Бурю в пустыне» и многие другие операции США в период после Второй мировой войны. И военно-морские силы приняли и продолжают принимать в ней активное участие.

Так, начальник морских операций ВМС США адмирал Верн Кларк (Vern Clark), выступая 6 ноября 2001 г. перед журналистами на борту линкора «Висконсин» (USS Wisconsin, ВВ-64), отметил, что передовое присутствие в регионе более чем 30 тыс. моряков и двух дюжин кораблей достаточно сильно «ощущается» на земле Афганистана. Ракетно-бомбовые удары авиации АВМА «Карл Винсон» (USS Carl Vinson, CVN-70), «Теодор Рузвельт» (USS Theodore Roosevelt, CVN-71) и «Энтерпрайз» при поддержке боевой группы АВМ «Китти Хок» (USS Kitty Hawk, CV-63) и передовой амфибийной группы морской пехоты на УДК «Пелелью» (USS Peleliu, LHA-5) продемонстрировали террористам всю мощь американских ВМС и Корпуса морской пехоты. «Мы владеем днем, и мы владеем ночью», — заявил адмирал.

Он также отметил, что командирам и всему личному составу военно-морских сил, равно как и морским пехотинцам, пришлось на этот раз не только проводить традиционные для этих видов ВС операции, но и учиться действовать в совершенно новых условиях, которые становятся реальностью современной войны.

АВМА «Энтерпрайз» и корабли его группы направляются на очередную боевую службу в Средиземное море. Атлантический океан, 21 сентября 2003 г.

Старшина-боцман проводит подготовку к заправке топливом транспортного самолета С-2 «Грейхаунд» (Greyhound), приписанного к 40-й транспортной аэ «Роухайдс» (VRC-40 Rawhides). АВМА «Энтерпрайз», Атлантический океан, 31 августа 2003 г.

ПЛА «Альбукерке» (USS Albuquerque, SSN 706) типа «Лос-Анджелес», включенная в состав авианосной боевой группы «Энтерпрайза», отрабатывает задачи в надводном положении. Группа в полном составе проводит учения (Comprehensive Training Unit Exercise, или COMPTUEX) перед отправкой на боевую службу в Средиземку. Атлантический океан, 22 сентября 2003 г.

Матросы «Энтерпрайза» разгружают коробки с почтой, доставленные на борт авианосца вертолетом СН-53 «Си Стальон» из состава 14-й авиаэскадрильи вертолетов-тральщиков «Вэнгардс» (НМ-14 Vanguards). Атлантический океан, 1 октября 2003 г.

Продолжение следует

Способ стрельбы из автоматического оружия

Павел Родионов

Проблема «автоматического рассеивания» попаданий при стрельбе заинтересовала заказчиков и разработчиков стрелкового оружия почти полтора века назад, с началом распространения первых образцов скорострельного оружия — так называемых «рукояточных картечниц». Поскольку стреляющий вынужден был большую часть своих сил расходовать на приведение в действие механизмов оружия, рассеивание попаданий по фронту и в глубину при стрельбе по групповой и протяженной цели требовало отдельного механизма. Подобный механизм имелся, например, в картечнице Гатлинга-Барановского («скорострельной пушке обр. 1873 г.»), состоявшей на вооружении русской армии.

Появление автоматического станкового оружия позволило управлять рассеиванием вручную: большинство пулеметных станков имело специальные переставляемые ограничители, определявшие возможную зону рассеивания попаданий. Однако не была отвергнута и возможность «автоматического рассеивания». Так, германский станок Lafette 34 к единому пулемету MG.34 имел механизм автоматического рассеивания, работавший за счет отдачи самого оружия и определявший рассеивание в глубину. Со временем от подобных устройств отказались.

Автор публикуемой статьи предлагает более общее решение управляемого рассеивания в автоматическом оружии.

В обычной практике предпочтение отдают оружию, которое имеет высокие точностные характеристики. Эго происходит из-за того, что задачей является поражение точечных объектов, таких как живая сила, а прицеливание производится непосредственно в объект поражения. Не умаляя достоинств и необходимости высокоточного автоматического оружия, в настоящей статье предлагается применение автоматического оружия с регулируемым рассеиванием попаданий по заданным параметрам. Использование такого оружия позволяет перейти от стрельбы непосредственно поточечным объектам к стрельбе по площадям, на которых располагаются объекты поражения.

Заметим, что так называемые точечные объекты поражения все же имеют свою площадь. Допустим, что объекты поражения, имеющие площадь S1 = 0,5 м2, располагаются на определенной площади S, имеющей прямоугольную форму. Величина S1 выбрана как площадь единицы живой силы. Полагаем, что рассеивание попаданий по площади S1 случайно и подчиняется равномерному закону распределения. Вероятность попадания в объект поражения с площадью S1, при одном выстреле можно определить как S1/S. Тогда при независимых выстрелах вероятность попадания РN1, хотя бы одного выстрела из произведенных N выстрелов определяется по формуле:

РN1= 1 — (1 — S1/S)N.

Как показывают расчеты, если число выстрелов N, произведенных по площади, на которой располагаются поражаемые объекты, соответствует размеру этой площади в м2, то вероятность поражения составит 0,4. Если число выстрелов удвоить, вероятность поражения составит 0,64. если N увеличить в пять раз, вероятность поражения составит 0,92.

Величины поражаемых площадей достаточно внушительны, поэтому применение рассеивания представляется целесообразным. По аналогии с ковровым бомбометанием реализуется ковровый огонь из автоматического оружия. Исходя из тактических соображений, данных о расположении объектов поражения и скорострельности выбирается необходимая вероятность и конкретная площадь поражения. Выше мы говорили о равномерном законе распределения попаданий, однако в случае необходимости могут быть выбраны и другие законы распределения.

Ковровый огонь может быть применен со стационарной позиции, бронемашины, танка, вертолета и т. д. Рассмотрим некоторые примеры применения автоматического оружия с использованием рассеивания. Допустим, три взвода противника располагаются каждый на площади 600 м2, т. е. в квадрате -25 х 25 м. При скорострельности 10 выстрелов в секунду один из взводов понесет 40 % потерь за одну минуту. Все три взвода понесут такие потери за три минуты. При скорострельности 20 выстрелов в секунду за то же время потери составят 64 % и при скорострельности 50 выстрелов в секунду — 92 %.

Другой показательный пример — применение высокоскоросгного автоматического оружия на борту вертолета. Когда с вертолета ведут огонь из автомата или ручного пулемета, бросается в глаза огромное несоответствие применяемой техники и крайне низкого эффекта. Имея на борту вертолета автоматическое оружие со скорострельностью 18 тыс. выстр/мин, можно поражать полосу шириной 10 м со скоростью 21,6 км/ч с вероятностью поражения живой силы Р=0,92, со скоростью 54 км/ч с вероятностью поражения Р=0,64 и со скоростью 108 км/ч с вероятностью поражения Р=0,4. Полоса поражения может быть в К раз шире, при этом скорость поражения будет в К раз ниже. Естественно, увеличение количества стволов автоматического оружия существенно улучшит эти показатели.

В способы применения автоматического оружия с рассеиванием можно внести ряд дополнений. Управляя стволом с помощью вычислительной техники, можно вести стрельбу по площадям, определяемым их координатами с заданной вероятностью поражения и автоматически вычисляемым временем поражения. Для нахождения координат расположения активной живой силы противника предлагается использовать звуко-, свето- и теплолокаторы. Информация, получаемая от этих устройств, анализируется с помощью вычислительной техники автоматически или с участием оператора. В результате выбираются наиболее эффективные варианты поражения. Подобные установки могут быть полезными для постоянно охраняемых объектов, например блокпостов. При этом реакция на нападение будет практически мгновенной.

В случае, когда живая сила противника наблюдается визуально, возможны ручной и комбинированный режимы управления стрельбой. С помощью вычислительной и оптической техники в окуляре прицела вместо обычного перекрестия изображается эллипс или прямоугольник с регулируемыми вручную размерами. Стрелок вручную выбирает фигуру, которая максимально накрывает живую силу противника или ее часть. Необходимое число выстрелов для заданной вероятности поражения может определяться автоматически.

В окуляре прицела стрелком выбирается зона обстрела С.

По заданной вероятности поражения автоматически или стрелком выбирается количество выстрелов.

Для реализации рассеивания с заданными параметрам можно применить управляемые вибраторы, устанавливаемые непосредственно на стволе существующего автоматического оружия. Рассеивание может реализоваться по одной координатной оси с переносом огня или но двум координатным осям. Если площади поражения слишком велики и рассеивания недостаточно, может быть произведен перенос огня. Способов реализации рассеивания может существовать достаточно много, однако выбор эффективных и простых может быть сделан эмпирически при реализации конструкторских разработок путем статистических проверок закона распределения фактических попаданий.

Статьи подготовлена по материалам патента РФ № 2249779 и международной заявки на изобретение PCT/RU2004/000385.

И з письма в редакцию

Статья о самозарядной винтовке Токарева, опубликованная в «ТиВ» № 6/2005 г., вызвала интерес у наших читателей. Здесь мы публикуем с небольшими сокращениями письмо инженера-технолога ОАО «Иммаш» П.А. Шестакова.

Уважаемая редакция!

С интересом прочитал статью «Самозарядная винтовка Токарева». Я согласен с выводами о причинах трудной судьбы СВТ и хочу предложить своеобразное доказательство этих выводов.

В начале 1980-х гг. я был молодым специалистом и работал инженером-технологом в Ижевском научно-исследовательском технологическом институте (ИНИТИ) Министерства оборонной промышленности, ныне НИТИ — Прогресс». В нашем отделении работал Валентин Петрович Кавер-Камзолов. В годы Великой Отечественной войны он был заместителем главного конструктора Ижевского машиностроительного завода. затем в 50-е гг. XX века был главным инженером Вятско-Полянского машиностроительного завода, впоследствии был назначен начальником отделения ИНИТИ. В. П. Кавер-Камзолов несколько раз упомянут в мемуарах Д. Ф. Устинова.

Иногда Валентин Петрович рассказывал какую-либо историю из своей жизни. Одну из них я и хочу пересказать.

В военные годы В.П. Кавер-Камзолов в составе заводских бригад часто выезжал на фронт для ремонта и доработки различных образцов оружия Ижмашзавода. Однажды в начале войны он попал на аэродром под Ленинградом. На аэродроме внимание Валентина Петровича привлек часовой, охранявший какой-то обьект. Часовой был вооружен винтовкой СВТ, а Валентин Петрович, 8 свое время принимавший участие в организации производства этого образца оружия, хорошо знал его достоинства и недостатки. Он подошел к солдату и спросил: — Как работает автоматика винтовки?» Часовой удивился и задал встречный вопрос: «Какая автоматика?" Тогда Валентин Петрович попросил у него винтовку и внимательно осмотрел ее. Оружие было давно не чищено, детали ржавые и грязные. Оказалось, этот солдат не знал устройства СВТ, не умел разбирать и собирать ее, не знал, как ее чистить, никогда не стрелял из нее. В случае необходимости вести огонь из самозарядной винтовки он собирался как из «берданки», заряжая по одному патрону.

Признаюсь, тогда я не поверил этой истории, так как не забыл занятий на военной кафедре: согласно «Уставу гарнизонной и караульной службы», часовой на посту не только не имеет права отдавать свое оружие, но и вообще подпускать кого-либо близко к себе.

Но сейчас я почти не сомневаюсь в правдивости этой истории. По «непарадным» воспоминаниям ветеранов, на фронт, особенно в начале войны, попадали «рядовые, необученные», не умеющие ни стрелять, ни ухаживать за оружием, ни окапываться, не знающие уставы и т. д. Соответственно на таком же уровне подготовки были и командиры таких солдат. Конечно, таким бойцам было сложно освоить даже «трехлинейку», не говоря об СВТ.

Амфибийные машины Франции

Алексей Степанов

В начало XX века, а точнее, в 1907 г., в Париже на Сене был продемонстрирован плавающий автомобиль, который вошел в воду, проплыл небольшое расстояние, а затем вышел на берег. Газеты сообщили об этом как о необычном собы тии, так как автомобили только начали появляться на улицах городов Франции, а здесь изумленные зрители увидели, что они могут не только двигаться по земле, но и перемещаться но воде, правда, с небольшой скоростью.

Данных по этому амфибийному автомобилю немного. Известно только, что он имел колесную формулу 4x2 и оснащался двигателем мощностью 14,7 кВт. Корпус лодочного типа. Колеса были выполнены в виде сплошных дисков с узкой беговой частью, поэтому вход в воду и особенно выход из нее производились на ровной твердой береговой части водного участ ка. Любопытно, что эта амфибия рекламировалась как средство для туристических поездок по суше и воде.

Затем в течение многих лет не встречалось информации о работах по созданию амфибийных машин во Франции. Но можно предположить, что французские специалисты тщательно изучали все сведения о разработках в США, Великобритании, Германии и в СССР. В этих странах в 1920-1930-е гг. было спроектировано и построено мелкими сериями несколько десятков разнообразных по конструкции амфибий военного назначения.

Колесно-гусеничный плавающий 10-тонный танк фирмы «Шнейдер-Лоран».

Плавающий автомобиль, предназначенный для туристических поездок. Франция, 1907 г.

В частности, в эти годы в ряде европейских стран активно разрабатывались колесно-гусеничные бронированные машины. Считалось, что комбинация колесного и гусеничного движителя позволит обеспечить им, с одной стороны, высокую проходимость за счет использования гусениц на труднопроходимой местности и, с другой стороны, высокие максимальные скорости движения по дорогам на колесах.

Отражением этого увлечения стал созданный в 1928 г. французской фирмой «Шнейдер-Лоран» колесно-гусеничный плавающий танк массой 10 т. Особенностью компоновки двух типов сухопутных движителей (колесного и гусеничного) являлось то, что колеса танка размещались с внешней стороны его корпуса и гусениц, а не между гycеницами, как у других машин. Такое расположение колес несколько увеличивало колею танка при движении па колесах, что способствовало, в свою очередь, его устойчивости при движении.

Перевод танка с колесного хода на гусеничный занимал не более 3 мин без выхода экипажа из машины. В рабочем положении колес (на грунте) высота танка и величина дорожного просвета возрастали на 350 мм (при движении на колесах дорожный просвет под средней частью днища был около 0,7 м). При движении на гусеницах величина дорожного просвета не превышала 350 мм, и при этом в контакте с грунтом, видимо, находились и колеса, и гусеницы, что увеличивало сопротивление движению. В то же время это позволяло подводить мощность двигателя к обоим движителям одновременно, если в этом была необходимость. Передние колеса были управляемыми и имели более широкую колею, чем задние.

Экипаж танка состоял из трех человек, вооружение включало 37-мм пушку и один пулемет. Корпус танка образовывали небольшие по площади листы, которые имели сравнительно большие углы наклона. Но такая «лоскутная» конструкция значительно увеличивала длину сварных швов и снижала бронестойкость корпуса. Максимальная толщина брони корпуса не превышала 15 мм.

Мощность 8-цилиндрового V-образного двигателя составляла 76,3 кВт, что обеспечивало танку небольшую удельную мощность 7,63 кВт/т. Такая величина удельной мощности позволяла двигаться по дорогам на колесном ходу с максимальной скоростью 45 км/ч, а на гусеницах со скоростью 30 км/ч. Запас хода по топливу 320 км.

Скорость движения по воде за счет работы кормового гребного винта диаметром около 400 мм не превышала 16 км/ч, а управление машиной при движении по воде обеспечивалось изменением положения двух рулей, расположенных за гребным винтом, и управляемых колес. Достаточно высокая для амфибий того времени скорость движения по воде (если она была достигнута) обуславливалась уменьшением сопротивления воды за счет нахождения колес в нишах корпуса, почти трехкратным превышением длины машины над ее шириной (L/B = 2,73) и не очень высокой энергетической нагруженностыо гребного винта, у которого отношение эффективной мощности двигателя к площади диска гребного винта составляло 586 кВт/м2. Относительная скорость танка на воде (число Фруда по водоизмещению) была равна 0,967.

Преодолеваемые препятствия: ров шириной 2,5 м, вертикальная стенка высотой 0,6 м, угол подъема на сухом грунте 30°, толщина сваливаемого дерева 0,5 м.

Габаритные размеры этого легкого плавающего танка: длина 6000 мм, ширина 2200 мм и высота 2450 мм.

Точное количество изготовленных образцов неизвестно, но, видимо, построили всего несколько опытных образцов для проведения разносторонних испытаний.

В годы, предшествовавшие Второй мировой войне, во время самой войны и в течение нескольких десятилетий после ее окончания амфибийными машинами во Франции не занимались. Но опыт эксплуатации зарубежных конструкций во время Второй мировой войны и в послевоенные годы показал, ч то на ряде театров военных действий применение таких машин, особенно бронированных, целесообразно и их эксплуатация вполне оправданна.

Одной из первых французских послевоенных бронированных амфибий стал колесный 4x4 БТР «Панар» М3, разработанный на базе ле! Кой колесной бронированной машины AML-60. AML-60 была создана фирмой «Панар» но заданию министерства оборони Франции в 1959–1960 гг. Она предназначалась для ведения разведки, охранения и борьбы с воздушными десантами противника и послужила базой для военных машин различного назначения.

Схема моторно- трансмиссионного блока машин 4x4 фирмы «Панар».

Боевые разведывательные машины AML.

Бронетранспортер «Панар» М2.

Следует также отметить, что фирма «Панар» является во Франции одной из ведущих по разработке и изготовлению для армии колесных бронированных машин оригинальных конструкций, а также машин высокой проходимости различного типа и назначения. Базовая модель AML-60 имела боевую массу 5,5 т и вооружалась 60-мм минометом и двумя спаренными с ним 7,5-мм пулеметами, установленными во вращающейся башне небольшого размера.

Сварной корпус изготовлен из стальных катаных броневых листов толщиной 10–15 мм. В плане корпус имел несимметричную ромбовидную форму с целью увеличения углов наклона броневых листов, что обеспечивало защиту от пуль и небольших осколков. В передней части корпуса по продольной оси симметрии находилось место механика-водителя, остальные два члена экипажа (командир и наводчик) размещались в башне. В кормовом моторно-трансмиссионном отделении устанавливался 4-цилиндровый карбюраторный двигатель воздушного охлаждения 4HD фирмы «Панар» мощностью 66.2 кВт, обеспечивающий удельную мощность машины 12,0 кВт/т.

Трансмиссия включает сцепление центробежного типа, механическую 6-ступенчатую коробку передач и колесные редукторы. Привод на все четыре колеса постоянный, т. е. все колеса являются ведущими и не могут отключаться от двигателя. Передние колеса управляемые. Если машина выполняется плавающей, то привод на гребной винт осуществляется от дополнительного редуктора, установленного за главной передачей заднего моста. Но близкое расположение гребного винта относительно корпуса не обеспечивает оптимальных значений сил тяги винта и, следовательно, требуемой скорости движения по воде.

Подвеска всех колес независимая с упругими элементами в виде спиральных пружин и гидравлических амортизаторов. Шины колес подключены к системе регулирования давления воздуха для компенсации утечек воздуха из них и повышения проходимости машины за счет увеличения площади контакта шин с грунтом и уменьшения, как следствие этого, удельного давления колес на грунт. Для преодоления небольших канав и рвов имеются два переносных профильных жестких колейных мостика, которые крепятся к корпусу в его передней части.

Размеры и форма корпуса не обеспечивали необходимой плавучести AML-60, поэтому для преодоления водных преград вплавь со скоростью менее 6,0 км/ч за счет вращения колес машина должна быть дооборудована специальным комплектом.

На базе основной модели фирма «Панар» разработала шесть модификаций, которые отличались в основном вооружением. В частности, в башне варианта AML-90 устанавливалась 90-мм пушка с эффективной дальностью стрельбы до 1,5 км и спаренный с ней пулемет калибра 7.62 мм.

Габаритные размеры этой машины: длина по корпусу 3790 мм, длина по корпусу с пушкой вперед 5110 мм, ширина 1970 мм, высота 2070 мм.

AML-90 развивала максимальную скорость движения по шоссе 90 км/ч и имела запас хода по топливу 600 км.

Бронемашины серии AML в различных вариантах выпускались во Франции и по лицензии в ЮАР. Всего было изготовлено около 6000 единиц.

Параллельно с AML фирма «Панар» разработала опытный образец бронетранспортера «Панар» М2. Эта плавающая машина высокой проходимости с колесной формулой 8x8 предназначалась для транспортировки 12–18 чел. Полная боевая масса составляла 12 т, мина — 6300 мм, ширина — 2500 мм. Двигатель мощностью 184 кВт обеспечивал бронетранспортеру приличную удельную мощность в 15,33 кВт/т, высокую проходимость и движение с максимальной скоростью по дорогам 90 км/ч при средней скорости 50–60 км/ч. Запас хода по топливу достигал 1000 км.

Особенностями конструкции этой машины было применение независимой подвески всех колес, упругих элементов подвески в виде гидропневматических рессор, системы изменения величины дорожного просвета в пределах от 190 до 420 мм и возможность поднимать вверх колеса передней и задней осей для совершения поворотов на месте за счет разной скорости вращения колес бортов. Для повышения проходимости машина снабжалась лебедкой. БТР мог входить в воду без подготовки и двигаться по воде за счет вращения всех колес с небольшой скоростью (4–6 км/ч) в зависимости от глубины водоема.

Броневой корпус сварен из стальных броневых листов, толщина некоторых из них достигала 20 мм. На крыше корпуса могла быть установлена башня с 20-мм пушкой и спаренным с ней пулеметом.

В конце 1960-х гг. фирма «Панар» представила колесный 4x4 бронетранспортер М3, который являлся вариантом боевой разведывательной машины A ML и отличался от нее в основном конструкцией броневого корпуса. Первые опытные образцы появились в 1969 г., а серийное производство началось в 1971 г.

Боевая масса машины с колесной формулой 4x4 6,1 т. Кроме двух членов экипажа в ней располагаются 10 десантников со своим вооружением, которое на первых модификациях дополнялось двумя пулеметами калибрам 7,62 мм. Пулеметы монтировались на крыше десантного отделения. На образцах более поздних выпусков эти пулеметы устанавливались в одноместной башне кругового вращения на крыше десантного отделения.

Броневой корпус был изготовлен из катаных стальных броневых листов толщиной до 12 мм. Лобовые листы установлены под большими углами наклона для повышения бронестойкости. Конструкция корпуса отличалась наличием многих люков и дверей, что затрудняло герметизацию корпуса при движении по воде. Для посадки и спешивания десантников используются бортовые двери и дверь в кормовом листе корпуса, Для стрельбы из личного оружия в верхней части каждого борта выполнено по три больших люка-амбразуры.

Механик-водитель размещается в передней части корпуса по продольной оси машины. Моторный отсек для двигателя мощностью 66,2 кВт и его систем расположен в кормовой части корпуса. Механическая трансмиссия и ходовая часть не отличаются от базовой БРМ AML.

При движении по шоссе БТР М3 может развивать максимальную скорость 100 км/ч. При движении по спокойной глубокой воде скорость движения не превышает 4 км/ч, так как обеспечивается только вращением всех четырех колес. Машина преодолевает подъемы до 30", вертикальную стенку до 0,3 м и ров шириной 0,8 м. что не обеспечивает ей высокой проходимости на пересеченной местности с часто встречающимися естественными препятствиями.

Габаритные размеры БТР М3: длина по корпусу 4450 мм, ширина 2400 мм, высота 2480 мм. Удельная мощность машины 10,85 кВт/т, число Фруда по водоизмещению 0,26.

Бронетранспортер использовался во французской армии и поставлялся в 35 стран. Общее количество изготовленных экземпляров не превышает 1200.

Ведущая французская фирма по производству тяжелых грузовых автомобилей «Берлие» в 1968 г. изготовила опытный образец колесного плавающего БТР «Берлие» BL12. Одной из главных задач при его разработке было максимально упростить конструкцию. Именно поэтому при колесной формуле 4x4 в ходовой части использовались обычные автомобильные неразрезные мосты.

Полная боевая масса БТР BL12 составляла 11,5 т при следующих габаритах: длина 5990 мм, ширина 2440 мм и высота 2060 мм. Внутренние объемы простого по конструкции броневого корпуса позволяют разместить в нем 12 чел., включая водителя. Корпус сварен из стальных броневых листов и обеспечивает противопульную защиту. На каждом борту и в корме имеются двери, а на крыше расположены три люка. В бортах и кормовой двери выполнены амбразуры, закрываемые пуленепробиваемыми стеклами. На крыше машины в передней и кормовой частях установлены две турели для оружия. Двигатель мощностью 125 кВт обеспечивает БТР удельную мощность 10,88 кВт/т. Максимальная скорость движения но шоссе достигает 80 км/ч, запас хода по топливу — 750 км.

BL12 обладает плавучестью и оснащен двумя кормовыми малогабаритными водометными движителями, которые обеспечивают ему перемещение по глубокой спокойной воде с максимальной скоростью 5–7 км/ч. Бронетранспортер преодолевает водные преграды без предварительной подготовки. Относительная скорость (число Фруда по водоизмещению) равна 0,295-0,44.

Плавающий бронеавтомобиль BL12.

Гусеничная плавающая машина «АНФРЕК» для обеспечения переправ.

BL12 предназначался для транспортировки пехотного отделения, разведки, доставки грузов, эвакуации раненых, а также мог использоваться как база для размещения зенитных и противотанковых средств. Бронетранспортер проходил войсковые испытания, но дальнейшая его судьба неизвестна.

Д\я инженерных частей также был разработан опытный образец гусеничной плавающей машины «АНФРЕК». Она служила для инженерной подготовки мест входа и выхода из воды на берегах труднодоступных водных преград и, в частности, для транспортировки разведывательных саперных подразделений.

Характерной особенностью конструкции транспортера является его дополнительное оборудование — выдвижная двухзвенная стрела, оснащенная четырехзубным анкером с гидравлическим приводом. В транспортном положении стрела укладывается вдоль корпуса машины. Поэтому кабина управления состоит из двух отдельных закрытых секций, размещенных в передней части корпуса по его бортам.

Для обеспечения работ по оборудованию мест входа и выхода из воды на берегах водных преград в кормовой части корпуса имеется скрепер, а в нише носовой части корпуса — лебедка для самовытаскивания и оказания помощи другим застрявшим машинам. Движение по воде обеспечивается одним кормовым водометным движителем. Данных по мощностным, скоростным и габаритным параметрам этого транспортера в печати не приводилось.

Продолжение следует

Кубинка. День танкиста. 9 сентября 2005 г

Фоторепортаж В. Щербакова

Занятия на танках Т-64Б-1. Подготовка механиков-водителей в 44-ом гвардейском учебном танковом полку им. Сухэ-Батора. Московский военный округ, лето 2005 г.

Загадка боя в проливе Хамбели

Николай Митюков

Автор выражает глубокую прнзнательность Леониду Башкирову (Киев) и капитану 3 ранга Хуану Родригесу (Лима) за помощь в подготовке рукописи и предоставленные материалы.

Разногласия между Перу и Эквадором уходят своими корнями к началу XIX в., когда бывшие испанские колонии в Южной Америке добились независимости. Из-за того что границы между новыми независимыми государствами совпадали с бывшими административными границами вице-королевств, бывшие братские народы с оружием в руках незамедлительно стали перекраивать карту в соответствии с национальными особенностями и потребностями.

Еще будучи в составе испанской империи, вице-королевства Перу и Великая Колумбия имели на границе спорную провинцию Майянас, неоднократно передававшуюся чуда и обратно. В итоге в 1802 г. провинцию передали под управление перуанцам, так что при обретении обоими государствами независимости яблоко раздора было налицо. Уже в 1828 г. перуанцы, отстаивая свои права на спорные территории, потерпели жестокое поражение от колумбийской армии под командованием маршала Сукре. Но проблемы при этом только обострились, поскольку уже в 1829–1830 гг. Великая Колумбия распалась на собственно Колумбию, Эквадор и Венесуэлу.

Новообразованное государство Эквадор, озабоченное стабилизацией собственных границ, незамедлительно подписало с Перу договор, по которому провинция Майянас делилась пополам. Тем не менее вскоре Перу оспорило это соглашение, претендуя на всю провинцию целиком. Значение этого куска земли, сплошь покрытого джунглями, заключалось в том, что он включал в себя верховья Амазонки, и таким образом контролировавшее его государство получало доступ к Атлантическому океану через территорию Бразилии.

В последующие сто лет эквадоро-перуанские отношения вылились в бесконечные споры, переговоры, арбитражи, пограничные разборки и инциденты. Подписывались многочисленные договоры, которые не ратифицировались. Дважды, в 1858 и 1882 гг., на границах происходили вооруженные конфликты.

В 1936 г. представители обоих государств встретились в Вашингтоне, чтобы в очередной раз попытаться решить вопрос о спорных территориях, но снова, проведя более года во взаимных упреках и нареканиях, делегации ни с чем разъехались по домам. Обстановка стала накаляться. В июне 1941 г. на границе в очередной раз произошла серия вооруженных инцидентов, в которых перуанцы, как водится, обвиняли эквадорцев, а те, в свою очередь, перуанцев. Поскольку из-за полыхающей Второй мировой войны все внимание великих государств оказалось отвлеченным от проблем далеких джунглей, перуанские военные решили использовать сложившуюся обстановку, тем более что Эквадор в очередной раз находился в обстановке политической нестабильности и его президент Карлос Арройро дель Рио, опасаясь вооруженного выступления оппозиции, сосредоточил большую часть армии у столицы страны Кито. И, таким образом, на юге общая группировка эквадорских войск не превышала, по разным данным, 1800–3000 человек.

5 июля 1941 г. перуанская «Группа Север» под командованием генерала Элоя Уреты общей численностью более 13 тыс. человек при поддержке танкового батальона, довольно значительного количества артиллерии и авиации вторглась в южную эквадорскую провинцию Эль-Оро и начала продвижение к Гуаякилю.

В результате форменного «блицкрига» менее чем за месяц перуанцы заняли значительную часть южного Эквадора. 31 июля, впервые в Америке применив воздушный десант, они захватили стратегически важный Пуэрто-Боливар. Впрочем, особого героизма в этой акции не было, поскольку еще 26 июля Эквадор объявил о прекращении огня.

Одновременно перуанцы захватили спорные территории в Амазонии. Хотя 31 июля при международном посредничестве стороны заключили перемирие, отдельные стычки продолжались вплоть до октября.

Кампания стоила перуанцам всего 107 убитых. Потерн побежденных, как водится, никто не считал, но эксперты обычно оценивают их в 400–500 человек убитыми.

29 января 1942 г. в Рио-де-Жанейро представители Эквадора и Перу подписали так называемый «протокол Рио». В обмен на вывод перуанских войск из страны Эквадор отказался от более чем 200 тыс. км2 спорной территории, потеряв, таким образом, почти 40 % своей площади и доступ к Амазонскому бассейну.

К началу эквадоро-перуанской войны 1941 г. главные силы флота Перу на Тихом океане состояли из крейсеров «Альмиранте Грау» и «Коронель Бологнези», эсминцев «Альмиранте Вильяр» и «Альмиранте Гуиссе», четырех подводных лодок типа R и ряда вспомогательных кораблей. Военно-морские силы Эквадора, насчитывающие несколько вспомогательных судов и наспех вооруженных пароходов, достойного отпора своим оппонентам оказать просто не могли.

Хотя перуанский флот своими действиями и оказал посильную поддержку приморскому флангу армии, судьба кампании целиком решалась на суше. А на море все действия свелись к блокаде эквадорского побережья. Произошла всего одна встреча, достойная того, чтобы рассказать о ней подробнее.

Озабоченное отсутствием серьезных сил для противостояния перуанской агрессии в провинции Эль Оро, эквадорское командование принимает решение спешно перебросить туда подкрепления. Поскольку единственный возможный путь быстрой доставки пополнений лежал только по морю, 23 июля морское командование получает приказ обеспечить перевозку войск из Гуаякиля в Пуэрто-Боливар. При подавляющем превосходстве перуанских сил на море самое разумное решение состояло в ночной проводке, и ночью 24 июля в море вышли три войсковых транспорта под охраной канонерской лодки «Абдон Кальдерон». В шесть утра следующего дня конвой был на месте. Разгрузка тех небольших сил. что смогли разместиться на этих трех пароходиках, продолжалась приблизительно четыре часа, пока в 10–25 (время дано по бортовому журналу «Калвдерона» и рапорту его командира) над портом не появилась эскадрилья перуанских самолетов. Эквадорские данные отмечают, что целью налета были портовые сооружения и «Кальдерон», в это время пришвартованный к молу (в это трудно поверить, поскольку пароходы с войсками были гораздо более важной целью, чем какая-то старинная канонерка). Но, тем не менее, чтобы обеспечить себе свободу маневра под перуанскими бомбами, а также защитить гражданское население и постройки порта от случайных попаданий, якобы предназначавшихся «Кальдерону», командир эквадорского корабля капитан 2 ранга Рафаэль Моран Бальберде принимает решение уйти из порта. Уже в море, неожиданно д\я себя, в 11–15 на удалении 6 миль сигнальщики канонерской лодки обнаружили неизвестный корабль.

Тем временем в результате авиационной разведки Пуэрто-Боливар, главком перуанского флота получил данные, что там находится эквадорский конвой с пополнением и снаряжением. Незамедлительно начальнику Северной группы поручалось организовать его перехват, который для этой цели отрядил Находящийся в море эсминец «Альмиранте Вильяр». Еще 23-го числа командир эсминца капи тан 2 ранга Эрнандо де Тудела-и-Лаваль получил задание выйти для разведки и патрулирования к государственной границе в районе Пуэрто-Писарро, так что корабль как нельзя лучше подходил для этой задачи.

Согласно записи в бортовом журнале (время взято по бортовому журналу «Альмиранте Вильяра» и рапортудеТуделы), «Альмиранте Вильяр» покинул Пуэрто-Писсаро в 07–29 этого дня и на скорости 14 узлов направился на север. В 10–55 он вошел в эквадорские территориальные воды, и на борту сыграли боевую тревогу. В 11–03 был обнаружен корабль, пересекавший пролив Хамбели с юга на север. Наблюдение затрудняла сильная рефракция, так что невозможно было определить ни тип, ни национальную принадлежность обнаруженного судна, которое, кроме того, не несло национального флага. «Альмиранте Вильяр» увеличил скорость и сблизился на 6000 м. Судно вскоре идентифицировали как эквадорское, и, как позже узнали перуанцы, это и был «Абдон Кальдерон». После обнаружения «Альмиранте Вильяра», который эквадорцы спутали с более сильным «Альмиранте Гуиссе», канонерка повернула на 180°, подняла эквадорский боевой флаг и на всех парах стала отходить к берегу, к устью Хамбели.

В 11–19 «Альмиранте Вильяр» произвел предупредительный выстрел и совершил маневр, чтобы ввести в действие артиллерию правого борта. Но, прежде чем маневр закончился, эсминец открыл огонь на поражение из 102- мм орудий № 1 и № 2. Судя по рапорту командира «Альмиранте Вильяра» де Туделы, противник ответил лишь в 11–30 (но рапорт Морана гласит, что эквадорцы ответили в 11–20, т. е. получается, что оба корабля начали бой одновременно). Скорость эсминца составляла 20 узлов, и он уже довольно близко подошел к берегу. В этом месте глубины были небольшие, так как берет представлял собой низменные речные заливные участки, и вероятность сесть на мель была очень велика. Поэтому командир приказал прекратить сближение и повернуть на 90° влево, чтобы дать но неприятелю полный бортовой залп. В это время перуанские сигнальщики отметили попадание в носовую часть противника, «сопровождающееся выбросом больших клубов густого черного дыма» (может, именно тогда и вышло из строя орудие «Кальдерона»?). Однако, судя но рапорту командира «Кальдерона», ближайшие снаряды противника падали в 20 м от корабля. Так что, по всей вероятности, перуанцы были введены в заблуждение поднятым со дна илом, тем более что глубины в этом месте небольшие.

Между тем эквадорцы продолжали отход, и во избежание посадки на мель «Альмиранте Вильяр» должен 61.1л выполнить поворот на 180°, продолжая огонь левым бортом. Находясь на этом курсе, перуанские сигнальщики отметили еще одно «попадание» в противника, пока тот не скрылся в зарослях мангрового леса. Но «Альмиранте Вильяр» продолжал обстрел, используя теперь в качестве ориентира высокий столб черного дыма, валивший из трубы «Кальдерона», который явно показывал, что противник старается уйти от погони. В 11–40 де Тудела отдал приказ прекратить огонь. Командир принял решение выйти из боя, поскольку цель не была настолько ценной, чтобы подвергать опасности сесть на мель вверенный ему корабль.

Перуанский эсминец «Альмиранте Гуиссе». 1934 г.

Немного погодя был дан рапорт на «Коронель Бологнези», ив 11–50 получен ответ- приказ возвращаться к Пуэрто-Писарро, что и было выполнено. Эсминец присоединился к крейсеру. Оба корабля находились перед Пуэрто- Писарро до 15–00.

Военно-морские силы Перу достаточно подробно проанализировали и изучили этот инцидент. В рапорте командира «Альмиранте Вильяра» отмечается: «Работа веет экипажа корабля во время акции была превосходна. Наши командиры, офицеры и матросы в течение всего боя действовали с большим воодушевлением, демонстрируя подогнем противника свой высокий патриотический дух и дисциплину, четко выполняя все отданные приказы. Я как командир корабля счастлив был иметь под своим командованием столь превосходный экипаж». Но на самом деле, по перуанской версии, ничего по-настоящему героического в этом бою не было и влияпня на ход конфликта он совершенно не оказал. Результаты можно, скорее всего, охарактеризовать как «сухая ничья». Ни один из противников не получил повреждений. «Альмиранте Вильяр» продолжил выполнение своих задач. «Кальдерону» пришлось использовать форсированный режим своих машин, что, судя по рапорту его командира, привело к «неполадкам в котлах», вынужденных работать с большей нагрузкой. После боя канонерка была поставлена в ремонт, на который, согласно данным перуанской разведки, была запрошена сумма в 9985 сукре, но эквадорская сторона это не подтверждает.

И, тем не менее, как это водится, этот же инцидент, исход которого был совершенно очевиден, получил диаметрально противоположную интерпретацию в лагере противника. Очевидно, таким путем начинали формироваться эквадорские военно-морские традиции. Суть альтернативной эквадорской версии, весьма подробно освещенной в многочисленных статьях эквадорских военно-морских историков, сводится к следующему: жестокая перестрелка нанесла страшные повреждения «Альмиранте Вильяру».

В 11–15, когда «Абдон Кальдерон» шел курсом на север и находился примерно в трех милях от маяка Хамбели, по левому борту был обнаружен корабль, идущий сходящимся курсом, Вда-леке виднелись дымы кораблей поддержки. Замеченный корабль увеличил ход и начал совершать маневрирование с явными признаками перерезать курс эквадорцам. Когда корабль сблизился, в нем опознали перуанский эсминец «Альмиранте Гуиссе», и в 11–25 капитан 2 ранга Моран приказал сыграть боевую тревогу. Одновременно противник выполнил поворот на правый борт, выходя на параллельный курс, и в 11–30 открыл огонь носовым орудием. Как только командир эквадорской канонерки увидел вспышку выстрела на неприятельском эсминце, он приказал открыть ответный огонь.

Наша справка

Almirante Villar 1915 г.

Водоизмещение: 1300 т.

Размерения: 96.07 х 12 81 х 3,66 м.

Вооружение 4 х 102/60 мм ор. (дальнобойность 10000 м), 3 х65 мм, 2 х 20-мм зен., 9 ТА.

Силовая установка: турбина 32000 л.с… 30 уз.

Экипаж /142 чел.

Наименование. Мануэль Вильяр Оливера (Manuel Villar Olivers) (1809–1889). Перуанский военно-морской офицер, морской министр, контр-адмирал (1881). По окончании в 1827 г. Центральной Морской школы становится гардемарином. Во время колумбийско-перуанской войны служил под началом адмирала Гуиссе на фрегате «Президент». С 1840-х командует: баркой «Лименья», корветом «Юнгай», пароходами «Апуримак» и «Хамарра». Во время войны с Испанией — главнокомандующий объединенной чилийско-перуанской эскадры во время сражения у Абтао. Один из авторов обновления военно-морского устава. Во время войны с Чили — командир батареи Санта Роза в порту Кальяо. Эсминец «Альмиранте Вильяр» — первый из трех кораблей перуанского флота, носивших это имя.

Карьера: заложен на Пугиловском заводе как эсминец Российского императорского флота «Капитан Кинсберген», но уже в ходе строительства переименован в «Капитан 1 ранга Миклухо-Маклай». 12декабря 1917 г. условно сдан флоту. В 1918 г. переименован в «Спартак». 26 декабря 1918 г. сдался английской эскадре и передан в распоряжение эстонцев. 2 января 1919 г. вошел в состав эстонского флота под названием «Вамбола». В 1933 г. продан Перу и переименован в «Альмиранте Вильяр». Принял участие в эквадоро-перуанской кампании 1941 г… во Второй мировой войне 1942–1945 гг., восстании в октябре 1948 г. 15 сентября 1954 г. исключен из списков флота.

Abdon Calderon 1884 г

Водоизмещение: 300 т.

Размерения: 39,36 х 4,88 х 2,74 м.

Вооружение: 2 х 75/40 мм ор. (дальнобойность 4000 м), 2 х 20-мм. 1х 47-мм зен.

Силовая установка: машины 1500 л.с., 8 уз.

Экипаж: 60 чел.

Наименование: Абдон Кальдерон (Abdon Calderon) (1804–1822). Офицер эквадорской армии, лейтенант Героически погиб в сражении у Пичинчи (1822).

Карьера: построен в 1884 г. в Глазго (Шотландия) как пароход «Chayhum» (по другим данным, «Chalhuin») для чилийской пароходной компании «Adon Grenlich de Valparaiso». 18 сентября 1885 г. приобретен правительством Эквадора и применялся сначала как транспорт, потом как военный транспорт, и после вооружения вошел в состав ВМС как канонерская лодка «Cotopaxi». В 1938 г. переименован в «Abdon Calderon». Принял участие в эквадоро-перуанской войне 1941 г. Находился в строю до 1961 г., после чего передан в распоряжение «Парка национального флота» в Гуаякиле и до настоящего времени используется как корабль-музей.

Схватка была абсолютно неравной, поскольку эквадорская канонерка была вооружена лишь парой 76-мм орудий и двумя 20-мм зенитками. В дополнение ко всем несчастьям после первого же выстрела кормовое 76-мм орудие вышло из строя. Тем не менее за недолгое время боя эквадорцы смогли поразить своего грозного противника 25 раз. Несколько 20-мм снарядов взорвалось в надстройке, но наибольший вред нанесли четыре попадания 76-мм орудия.

Первое из них попало в предпоследнее орудие, полностью выведя его из строя и ранив девять человек расчета. Вторая бомба взорвалась на кормовом мостике, свалив бизань-мачту и повредив зенитное орудие. При этом из-за падения мачты два матроса получили смертельные ранения и был поврежден торпедный аппарат. Еще один снаряд попал в левый борт на уровне ватерлинии прямо в торпедный погреб и вывел из строя воздушный баллон одной из торпед. К сожалению, снаряд не взорвался, а его взрыв наверняка вызвал бы детонацию торпедных зарядов и привел бы если не к гибели, то к тяжелым повреждениям перуанского эсминца. Четвертое попадание, по-видимому, вызвало пожар или же перебило паропровод, поскольку после него эсминец окутался клубами густого дыма.

В 11–36 тяжело поврежденный эсминец противника вышел из боя. Эквадорцы тем временем были вынуждены укрыться в устье Хамбели, поскольку к месту боя подошли крейсер «Альмиранте Грау» и миноносец «Теньеите Родригес», взявшие на буксир своего тяжело поврежденного собрата и доставившие его в Кальяо. В 11–45 эквадорцы прекратили огонь.

По окончании боя «Абдон Кальдерон» вернулся в Пуэрто-Боливар и в 12–11 бросил там якорь. Но передышка была недолгой, поскольку уже в 13–42 над портом появились неприятельские самолеты, по которым в течение примерно 15 минут стреляли зенитчики канонерки. В ожидании последующих налетов «Абдон Кальдерон» крейсировал перед портом до четырех вечера.

Таким образом, одно и то же событие описывается обеими сторонами абсолютно по-разному, хотя в эквадорской точке зрения наблюдается определенная нестыковка. Во-первых, по участвовавшим в ней перуанским кораблям. Официальные эквадорские источники очень быстро подкорректировали жертву неравного боя («Альмиранте Вильяр» вместо «Альмиранте Гуиссе»), но вот по остальным участникам вышла явная промашка. Так, «Альмиранте Гpay», судя по перуанской документа (и и, в это время находился в сухом доке в Кальяо, заканчивая обработку своей подводной части, а «Теньетте Родригес» имел честь быть в Икитосе уже семь лет как исключенным из списков флота. Он использовался как топливная баржа в Амазонии! Дополнительную настороженность вызывает и тот факт, что практически сразу после боя «Калцдерон» перевооружили: вместо орудий системы Бреда на него установили крупповские. Но ведь если пушки «Калцдерона» обеспечили 30 % попаданий, то зачем их менять?

Несмотря на явную нелепость, эквадорская версия оказалась нa удивление живучей, причем настолько, что спустя десятилетия после безрезультатной стычки она вполне успешно перекочевала через Атлантику и прочно обосновалась в исследованиях военно-морских историков Старого Света. Более того, в свое время она просочилась благодаря польским публикациям, дружно принявшим на веру именно эквадорское видение «неравного боя», на просторы еще целого Союза. История о тяжело поврежденном «Альмиранте Вильяре» стала мучительной загадкой для многих отечественных историков-любителей, ведь не только очевидная и вполне оправданная гордость за лучшие эскадренные миноносцы российского флота, но и элементарные логические выводы не позволяли допустить подобного исхода боя! В принципе, эквадорская трактовка в качестве истины в последней инстанции бытует и поныне, время от времени всплывая в различных изданиях.

Чтобы окончательно расставить все точки над i, попытаемся разобраться, а была ли хотя бы какая-нибудь вероятность эквадорской трактовки боя.

Встреча двух кораблей, когда их бою никто и ничто не мешает, довольно уникальна. В этой ситуации каждая из сторон может рассчитывать только на свои силы. Попытаемся разобраться, что же собой представляла артиллерия противоборствующих сторон.

Перед нами пушки, почти ровесники. 102-мм русское орудие с длиной ствола 60 калибров и 76-мм орудие Бреда с длиной ствола 40 калибров. Результаты проведенного баллистического расчета представлены на рис. 1. При расчетах коэффициент формы по отношению к закону сопротивления Сиаччи принимался для русской пушки равным 0,7, для итальянской 0,8. На всех дальностях стрельбы русское орудие имеет более настильную траекторию. Однако зависимость становится более показательной, если пересчитать углы падения в вероятности поражения (рис. 2). При их расчете полагалось, что оба корабля идут параллельными курсами по траверзу друг друга, условия моря и погода идеальные (впрочем, так и было на самом деле).

Рис. 1. Зависимость угла падения снаряда от дальности.

Рис. 2. Вероятность попадания в противника в зависимости от дальности.

Во время боя дистанция изменялась от 6000 до 3000 м. На всех этих дистанциях за счет более настильной траектории перуанцы имеют вероятности поражения выше в 2,3–2,5 раза. Если учесть, что орудий в бортовом залпе они также имеют в два раза больше (а при условии, что одно эквадорское орудие не стреляло, то и в четыре раза), то получается, что на каждое эквадорское попадание они должны были ответить пятью (или десятью).

Вопрос второй: могли ли перуанцы получить хотя бы одно попадание? Судя по рапорту перуанского командира, за 20 минут боя они выпустили 41 снаряд, что при вероятности попадания от 0,04 (на 6000 м) до 0,14 (на 3000 м) должно было бы гарантировать от одного до пяти попаданий. При расчетах характеристики рассеяния были приняты как для 1910-х гг. (года принятия на вооружение обеих артсистем). Отсюда можно сделать вывод что за восемь лет, прошедших с момента приобретения эсминца в Эстонии, перуанцы толком освоите материальную часть так и не смогли. Вероятно, причина этого кроется в недостатке снарядов. поскольку, как отмечается в рапорте де Туделы, во время боя использовались снаряды из партии, закупленной в Эстонии вместе с эсминцами (в рапорте они названы снарядами партии 1933 т.). А ведь еще поданным советской разведки было известно, что эстонцы испытывают жестокий дефицит снарядов для своей артиллерии!

И, наконец, вопрос третий: если принять на веру якобы имевшие место четыре попадания в перуанский эсминец, сколько же понадобилось времени для подобного расстрела? Предположим, что расстрел производится с дальности 3000 м. Вероятность попадания составляет 0,055, и таким образом получается, что надо выстрелить около 72 раз. Даже если эквадорцы бы дава-ли по два выстрела в минуту, им бы пришлось стрелять около 40 минут!

Автор далек от утверждения истин в последней инстанции, и эквадорское видение этого боя также нельзя сбрасывать со счетов, однако, как явствует из проведенного исследования, его вероятность намного ниже, чем по перуанской версии.

Литература и источники

1. Rodriguez J. Los destructores «Almirante Guise» у «Almirante Villar» comprados a Estonia en 193311 Revista de Marina. — Noviembre-Diciembre. — 1994. — № 6. — P. 25–33.

2. Tudela-y-Laval H. Parte del Combate deJambeli 25 Julio 1941 //№ 0.200-17 (secreto).

3. Valdizan J. Jambeli: breve estudio historico // Revista de Marina. — Enero-Abril. — 1985. — Vol. 374. — № 1. — P. 6–26.

4. Митюков H.B. Имитационное моделирование военно-исторических ситуаций // Тр. электронной заочной конф. — Ижевск: Изд-во УдГУ, 2000. — С. 53–56.

5. Барабанов М. Вооруженный конфликт между Перу и Эквадором // Экспорт Вооружений. — 2002. — № 5. — С. 47–56.

6. El heroico David ecuatoriano de siempre trente al poderoso Goliat peruano. Combate naval de Jambeli, ano 1941 //

http://antiperuano.8k.com/menunacionalistaecuador.htm.

Творцы отечественной бронетанковой техники

Петр Кириченко

Листая блокнот

Что может быть скучнее старой потрепанной записной книжки? Невзрачный блокнот, сухая, преимущественно служебная информация: аббревиатуры наименований учреждений, фамилии, телефоны, адреса. Записи сделаны разными чернилами, некоторые наспех, небрежно. Никакого сюжета, никакой смысловой связи.

Проходят годы, меняются места службы, круг общения, старая информация становится ненужной, а с ней и старые блокноты. Одни из них еще хранятся какое-то время, так, на всякий случай, другие выбрасываются.

И вот на семьдесят пятом году жизни я был уволен с последнего места службы, носящего довольно громоздкое название, — Главное автобронетанковое управление Министерства обороны Российской Федерации. Это управление было создано после распада СССР. Оно включало в себя бывшее Главное бронетанковое управление Министерства обороны СССР, где я до отставки с действительной военной службы занимал достаточно ответственную должность, и Главное автомобильное управление прежнего министерства.

Теперь мне 81 год, я пенсионер, круг моего делового общения сузился. Большая часть сведений, заполнивших мою последнюю записную книжку, мне уже не понадобится. Но перед тем как ее выбросить, я по привычке перелистываю страницы и просматриваю заново, нет ли каких-либо записей, которые могут еще пригодиться.

И тут вдруг меня охватывает странное чувство. Каждая из записей неожиданно приобретает какой-то особый смысл, рождает во мне целый рой мыслей, воспоминаний, обрывков давно пережитых событий и впечатлений. Одни из них очень яркие и конкретные, другие- почти неуловимые и мимолетные. В моей памяти возникают живые лица. В их числе люди, оставившие заметный след в развитии нашей бронетанковой техники. Многие из них широко известны, некоторые даже причислены к лику великих людей эпохи. Другие менее известны, но представляются мне не менее, а порой даже более заслуженными. А какие это интересные люди! Какие колоритные фигуры! Какие яркие характеры! Возникает желание закрепить память о них на бумаге или в компьютере, сохранить от полного забвения. Verba wolant, scripla manent. Слова улетают, написанное остается. И, может быть, эти лица, или хотя бы некоторые из них, вызовут интерес у тех читателей журнала, кому любопытны живые свидетельства о примечательных людях, фактах и событиях уходящей эпохи, имеющих отношение к созданию современного вооружения и техники.

Я никогда не вел дневников, о чем теперь очень жалею. Мои записки на это не претендуют. Это не дневник и не мемуары. В них нет ни хронологической, ни смысловой последовательности. Эго случайные реминисценции, хаотичные отголоски пережитого, вызванные к жизни упоминанием в записной книжке той или иной знакомой мне фамилии или наименования известного мне учреждения.

Итак, открываю блокнот наугад.

Буква Е:

Егоров Б.Г. Барнаул, 65-26-94

Что означает эта запись?

Борис Григорьевич Егоров — человек, практически неизвестный широкой общественности.

Это досадно и несправедливо. Его заслуги в создании многих видов военной и гражданской техники, известной всему миру, трудно переоценить. Достаточно сказать, что разработанные им двигатели внутреннего сгорания, превосходящие по своим параметрам многие отечественные и зарубежные аналоги, используются в таких массовых образцах бронетанковой техники, как боевые машины пехоты БМП-1, БМП-2, БМП-3, боевые машины десанта БМД-1, БМД-2, бронетранспортеры десанта БТР-Д. Уже одно это перечисление говорит о той выдающейся роли, какую сыграл Борис Григорьевич в повышении могущества наших сухопутных и воздушно-десантных войск. Если к этому добавить использование созданных им двигателей в многоосных автомобильных шасси мощных ракетных комплексов, в пограничных катерах «Аист», в катерах на подводных крыльях «Невка», в морских катерах «Алмаз», в дизель-генераторных установках атомохода «Ленин», на Белоярской АЭС им. И.В. Курчатова и на многих других объектах, то масштаб деятельности Б.Г. Егорова в сфере обороны и народного хозяйства нашей страны становится вполне очевидным.

И не только нашей страны. Выпуск разработанных им двигателей освоен на Украине, на предприятиях бывшей Чехословакии, в Польше и Китае, где их создатель известен, пожалуй, даже больше, чем на родине.

Наряду с реализованными работами Б.Г. Егорова остался и еще невостребованный задел. Так, с участием Бориса Григорьевича были созданы первые в мире образцы газодизелей, способных работать как на газожидкостном, гак и на дизельном процессе с переходом одного в другой без остановки двигателя. Это направление до сего времени не получило заслуженной оценки и должного практического использования.

Осмелюсь предположи ть, что после всего сказанного у читателя возник вполне законный интерес к этому незаурядному человеку. Каков он был в жизни? В работе? В общении с людьми? Наконец, как он выглядел внешне?

Начну с последнего.

По своему внешнему облику Борис Григорьевич был столь же неординарен, как и по своему внутреннему содержанию.

Его внешность можно представить себе, если вообразить стандартную человеческую фигуру, слепленную из пластилина, а затем подвергнутую сильному давлению сверху. Невысокий рост, непропорционально широкое туловище на коротких чуть изогнутых ногах. Голова, как бы сплющенная сверху и практически лишенная шеи. Лысина, окаймленная редкими рыжеватыми волосами. И довершало этот странный портрет огромное серо-голубое бельмо на одном глазу.

Самое удивительное, что при такой далеко не идеальной внешности он был обаятельнейшей личностью. Веселое, слегка ироничное выражение лица, быстрый народный говорок, неожиданность и парадоксальность умозаключений сразу же выдавали его острый ум, независимость суждений и оригинальность мышления.

Особенно интересен он был в полемике со своими техническими оппонентами. Свою аргументацию он высказывал увлеченно, подтверждал ее тут же с ловкостью фокусника извлекаемыми из карманов расчетными материалами и экспериментальными графиками, которые у него всегда оказывались под рукой. Спорить с ним было опасно. Услышав недостаточно обоснованный довод оппонента, он багровел, от чего бельмо на его глазу казалось внезапно побелевшим. На его лице появлялась какая-то мефистофельская улыбка. Сверля оппонента пронзительным взглядом своего единственного глаза, он обрушивал на него шквал язвительных и саркастичных контраргументов. Его остроумные доводы были настолько логичны, неопровержимы и победоносны, что от аргументов его противника не оставалось камня на камне, а сам оппонент представал перед аудиторией в жалком, смешном и беспомощном виде.

Кстати, его экспериментальные графики были интересны еще и тем, что ему принадлежит приоритет в моторостроительной отрасли по освоению торсиографирования и осциллографирования быстропротекающих процессов в двигателях внутреннего сгорания. Он сам разработал и первым применил некоторые типы датчиков для исследования и визуализации рабочих процессов.

Большой интерес представляли и его расчеты. Подготовленная им расчетная группа считалась одной из наиболее квалифицированных в сфере разработки и использования эффективной методики расчета крутильных колебаний. Им впервые была предложена оригинальная по своей комплексности методика расчета характеристик разрабатываемых двигателей в тесной увязке со всеми объектовыми системами силовой установки. Эта методика позволяла проектировать двигатель не под промежуточные стендовые характеристики, а под реальные конечные характеристики силовой установки объекта в целом.

Еще в довоенные годы, будучи молодым конструктором-дизелистом на Сталинградском тракторном заводе, осваивавшем выпуск двигателей В-2 для танков Т-34, он, по воспоминаниям свидетелей, отличался умением быстро находить оптимальные варианты технических решений.

В первые годы Великой Отечественной войны оборудование заводов, выпускавших двигатели В-2, было эвакуировано из Харькова и Сталинграда в Барнаул. Здесь было начато строительство Барнаульского моторостроительного завода № 77 («Трансмаш»). Освоение массового выпуска этих двигателей на новом месте потребовало привлечения высококвалифицированного инженерного персонала в новые производственные цеха строящегося предприятия. Борис Григорьевич был переведен мастером в сборочный цех этого завода.

В ходе освоения производства двигателей В-2 в новых условиях неизбежно возникали многочисленные сложные технические проблемы. Военная обстановка требовала их быстрого решения. И здесь как никогда пригодилась способность Бориса Григорьевича находить кратчайшие пути к решению самых сложных технических задач.

Сейчас это кажется невероятным, но после разгрузки в августе 1942 г. первых эшелонов с оборудованием в Барнауле уже через четыре месяца был отпразднован день рождения нового завода, изготовлен и запущен первый серийный двигатель В-2. Всего за годы войны завод выпустил более 10 тыс. танковых двигателей. Это была существенная доля общего выпуска двигателей В-2 всей нашей промышленностью. Такие темпы и объемы освоения производства танковых двигателей оказались недоступными для нашего противника, пользовавшегося услугами всей промышленности покоренных им европейских стран.

В книге «Воспоминания солдата» бывшего начальника генерального штаба сухопутных войск и генерал-инспектора бронетанковых войск вермахта Гейнца Гудериана содержится по этому поводу весьма откровенное признание:

«Как уже упоминалось, в ноябре 1941 г. видные конструкторы, промышленники и офицеры управления вооружения приезжали в мою танковую армию для ознакомления с русским танком Т-34, превосходящим наши боевые машины; непосредственно на месте они хотели уяснить себе и наметить исходя из полученного опыта ведения боевых действий меры, которые помогли бы нам снова добиться технического превосходства над русскими. Предложения офицеров-фронтовиков выпускать точно такие же танки, как Т-34, для выправления в наикратчайший срок чрезвычайно неблагоприятною положения германских бронетанковых сил не встретили у конструкторов никакой поддержки. Конструкторов смущало, между прочим, не отвращение к подражанию, а невозможность выпуска с требуемой быстротой важнейших деталей Т-34, особенно алюминиевого дизельного мотора».

Борис Григорьевич Егоров.

Когда война подходила к концу и появилась возможность подумать о проблемах дальнейшего научно-технического прогресса в нашем двигателестроении, Борис Григорьевич вернулся в конструкторский отдел. Здесь по- настоящему раскрылся его творческий талант.

Меня судьба с ним свела в середине 1960-х гг., когда нашими танкостроителями создавались первые в мире боевые машины пехоты. Как представитель управления по производству и заказам бронетанковой техники (УПЗ БТТ) Главного бронетанкового управления (ГБТУ) Министерства обороны СССР я был включен в состав комиссии по государственным испытаниям опытных образцов этих машин. Разработчиком машин было ОКБ Челябинского тракторного завода под руководством главного конструктора Павла Павловича Исакова. Для этих машин Б.Г. Егоровым, возглавившим в ноябре 1958 г. ОКБ по дизелям завода «Трансмаш», был специально разработан новый дизельный двигатель УТД-20. Этот шестицилиндровый V-образный двигатель мощностью 220 кВт (300 л.с.) выгодно отличался от своих предшественников по многим параметрам, в первую очередь по удельной мощности, габаритам, массе, экономичности.

Драматизм этой ситуации состоял в том, что в качестве конкурента челябинской БМП выступала аналогичная машина, созданная ОКБ Сталинградского тракторного завода. Она разрабатывалась на базе серийных сборочных единиц уже давно выпускавшихся этим заводом плавающих бронетранспортеров БТР-50ПК. В качестве двигателя этой машины предусматривалось использование серийного дизельного двигателя В-6М мощностью 205 кВт (280 л.с.). Этот двигатель был ранее создан Барнаульским заводом «Трансмаш» для плавающих танков и гусеничных бронетранспортеров с использованием деталей и сборочных единиц двигателя В-2, проверенного временем и войной.

Сторонником челябинского варианта БМП выступал Научно-танковый комитет Управления начальника танковых войск (НТК УНТВ), по техническому заданию и под контролем которого велись опытно-конструкторские работы по созданию этих машин. Аргументами в пользу челябинских БМП были новые прогрессивные технические решения, заложенные в их конструкции и обеспечивающие определенное превосходство над конкурентом по ряду тактико-технических показателей: средней скорости движения на суше, уровню противопульной защиты, запасу хода, сроку службы гусениц и некоторым другим.

Сторонниками сталинградского варианта были руководители ГБТУ и подчиненною ему УПЗ БТТ. Аргументом в пользу сталинградского варианта БМП была преемственность его конструкции, резко сокращавшая сроки и стоимость организации серийного производства БМП, их войскового ремонта и снабжения запасными частями. Упрощалось также обучение войск. Кроме того, явным преимуществом сталинградских машин было существенное превосходство их водоходных качеств благодаря более высокому запасу плавучести и наличию водометных движителей.

Разделились мнения не только военных, но и руководителей промышленности. Вопрос о выборе варианта БМП для принятия на вооружение Советской Армии должен был окончательно решиться по результатам государственных испытаний. Оба варианта БМП должны были испытываться параллельно по единой программе.

Обстановка сложилась чрезвычайно острая и нервозная. Столкновение интересов могущественных ведомств приводило к нешуточным конфликтам внутри комиссии по государственным испытаниям. Люди ссорились, дело доходило до личных оскорблений и взаимных обвинений.

В этих условиях Борис Григорьевич вел себя великолепно. Во время совершения длительных маршей он был весел, распевал неаполитанские песни |у него оказался очень мелодичный тенор и отличный слух), шутливо подначивал своих соперников, с юмором рассказывал о недавно сделанной ему сложной хирургической операции, смакуя звучное латинское название этой операции. В то же время он не оставлял без внимания ни одного дефекта, выявленного в его двигателях в ходе испытаний. Он поразительно быстро принимал необходимые технические решения и успевал тут же передавать их в Барнаул. Здесь его подчиненные, воспитанные в духе военного времени, срочно изготавливали и испытывали доработанные узлы и детали. И уже к моменту подведения итогов текущего этапа испытаний на столе государственной комиссии лежали согласованные с военпредами барнаульские акты, как правило, подтверждавшие эффективность выполненных доработок.

Мое положение было весьма щекотливым. Тактико-технические преимущества челябинского варианта БМП (за исключением водоходных качеств) и двигателя УТД-20 становились для меня все более очевидными. Однако, отдавая им предпочтение, я вступал в оппозицию собственному служебному начальству. Кроме того, в конструкции ряда сборочных единиц челябинских БМП, в том числе двигателей УТД-20, не прошедших доводку в серийном производстве и, следовательно, довольно сырых, то и дело выявлялись отдельные недостатки, дававшие дополнительные козыри оппонентам. К тому же, меня связывали личные дружеские отношения с конструкторами и производственниками Сталинградского тракторного завода, сложившиеся в годы моей службы в военном представительстве на этом заводе и укрепившиеся в период моей службы в УПЗ БТТ. Наконец, бронетранспортеры БТР-50ПК, на базе которых разрабатывался сталинградский вариант БМП, создавались и доводились в серийном производстве на СТЗ с моим непосредственным участием и поэтому были мне почти родными. Признавая преимущества челябинской БМП и двигателя УТД-20, я чувствовал себя чуть ли не предателем. Тем не менее в комиссии я постарался занять предельно объективную позицию.

Челябинский вариант БМП с двигателем УТД-20, доработанный по результатам испытаний, был принят на вооружение Советской Армии, получив наименование БМП-1.

Это была первая в мире боевая машина такого класса. Ее превосходство над всеми существующими бронетранспортерами того времени было безоговорочно признано зарубежными военными специалистами. БМП-1 и ее последующая модификация БМП-2 стали массовыми, производились в СССР и ЧССР и были приняты на вооружение многих стран Европы, Азии и Африки. Сегодня, из какой бы горячей точки мира ни велась телепередача, на экране можно увидеть эти красивые машины, стремительно проносящиеся перед телекамерами.

Опытная БМП «объект 914" разработки ОКБ Сталинградского тракторного завода.

Первая в мире серийная боевая машина пехоты БМП-1 разработки ОКБ Челябинского тракторного завода.

В дальнейшем, в годы моей службы в Научно-техническом комитете Главного бронетанкового управления (НТК ГБТУ), преобразованного из НТК УНТВ, мне вновь довелось тесно сотрудничать с Борисом Григорьевичем. Предметом нашего сотрудничества было участие в работе по созданию нового поколения боевых машин пехоты — будущих БМП-3. Для них Борис Григорьевич разработал новый двигатель - десятицилиндровый дизель УТД-29 мощностью 368 кВт (500 л.с.).

Не обошлось без конкуренции и на этот раз. Но если раньше двигатель Б.Г. Егорова конкурировал с устаревшим серийным двигателем В-6М, то теперь в качестве соперника выступал совершенно новый двигатель 2В-06, разработанный моторным КБ Челябинского тракторного завода под руководством Владимира Ивановича Бутова. В новом челябинском двигателе были реализованы многие последние достижения отечественного дизелестроения, в том числе форсирование мощности двигателя за счет наддува и промежуточною охлаждения всасываемого воздуха.

И здесь Борис Григорьевич вновь удивил многих, в том числе и меня. Некоторые технические решения, принятые им для двигателя УТД-29, в начале показались не только не прогрессивными, а, наоборот, на редкость консервативными. Так, Борис Григорьевич категорически отказался от введения приводного нагнетателя либо турбокомпрессора для наддува двигателя с целью повышения его мощности. И, тем не менее, он твердо заявил, что в своем двигателе намерен получить даже более высокие характеристики, чем у двигателя 2В-06 и других современных аналогов. На недоуменные вопросы о том, за счет чего он собирается их получить, он довольно лихо отвечал: «За счет ума и образования!»

И действительно, заявленные им показатели двигателя были достигнуты. Боевая машина пехоты БМП-3 с двигателем УТД-29 прошла все положенные виды испытаний. Программа государственных испытаний была для двигателя очень суровой. Она включала в себя эксплуатацию БМП в особо жарких и пыльных условиях среднеазиатских пустынь, в условиях кислородного голодания в высокогорных районах Закавказья, при низких отрицательных температурах в районах Зауралья и Сибири, в условиях высокой влажности воздуха при вождении машин на плаву, в том числе в соленой морской воде. Проверялась работа двигателей не только на обычном дизельном топливе, но и на альтернативных видах топлива — автомобильном бензине и авиационном керосине. Все эти виды испытаний машина и ее двигатель выдержали успешно.

И хотя в этот раз в местах проведения испытаний сам Борис Григорьевич не присутствовал из-за ухудшения здоровья, замещавший его в комиссии представитель барнаульского завода Виктор Сергеевич Рубаненко работал столь же оперативно и эффективно. Мне показалось, что он не только воспринял стиль работы Егорова, но перенял многие его манеры, характерные обороты речи и даже его чувство юмора. Благодаря четкой работе барнаульцев в комиссии и на заводе отдельные недостатки двигателя, выявленные при испытаниях, были устранены непосредственно в ходе испытаний.

По положительным результатам испытаний государственная комиссия, в работе которой мне довелось участвовать в качестве заместителя ее председателя, рекомендовала БМП-3 с двигателем УТД-29 к принятию на вооружение.

Само принятие на вооружение состоялось уже после моего увольнения из кадров Вооруженных Сил. Сведения об этой машине и ее мировом рейтинге уже неоднократно публиковались в отечественной и зарубежной печати, в том числе и на страницах журнала «Техника и вооружение».

С тех пор с Борисом Григорьевичем Егоровым я больше не встречался. Но на память об этом талантливейшем и обаятельнейшем человеке у меня осталась фотография, подаренная им еще во время испытаний первой в мире боевой машины пехоты. Не желая бы ть банальным, он предпочел подарить мне не свою личную фотографию, а фотоснимок довольно сложного по конструкции туннельного блок-картера двигателя УТД-20. В то же время автограф, с ходу написанный им на обороте фотоснимка размашистым почерком, был составлен в традиционных, принятых в подобных случаях комплиментарных, весьма лестных для меня выражениях.

А несколько лет тому назад до меня дошла печальная весть. Герой Социалистического Труда, Лауреат Государственных премий, кавалер многих орденов, создатель нового семейства современных дизельных двигателей военного и гражданского назначения, Борис Григорьевич Егоров ушел из жизни.

Вот какой рой воспоминании породила в моей душе всего лишь одна из кратких записей в старом карманном блокноте.

БМП-3 с двигателем УТД-29.

Туннельный блок-картер двигателя УТД-20 и автограф Б.Г. Егорова.

Продолжение следует

Сомнительный «Бизнес»

Сергей Суворов, кандидат военных наук

Свободная, не зависимая от цензуры пресса — это, конечно прекрасно. Но все же, как мне кажется, журналисты должны освещать события объективно и, самое главное, правдиво, опираясь на факты или мнения специалистов. К сожалению, в нашей стране понятие «свободная пресса» некоторыми изданиями подменяется другими определениями. Например, выдать сенсацию там, где ее и не было. А самое печальное, что зачастую понятия чести и патриотизма у некоторых представителей СМИ подменены количеством получаемых денежных знаков.

В газете «Бизнес» за 15 июня в разделе «Большие деньги» была опубликована статья «Сомнительная броня», в которой автор Владимир Степанов со ссылкой на «компетентных специалистов» убеждает читателей, что в России создана абсолютно не нужная и слишком дорогая боевая машина поддержки танков — БМПТ. В подтверждение этого приведены слова господина Михаила Барабанова, научного редактора журнала «Экспорт вооружений», и господина Руслана Пухова, директора Центра анализа стратегий и технологий. Судя по занимаемым ими должностям, они и должны быть теми самыми компетентными специалистами, и не вина автора, что он взял за основу их высказывания. Но так ли это на самом деле? Зная предмет разговора не понаслышке и ознакомившись с приведенными в статье высказываниями, приходишь к выводу, что эти люди весьма далеки от вое! той техники, а их познания в военном деле близки к уровню выпускника курса молодого бойца.

О «компетентности» г-на Барабанова в военных вопросах говорит, например, следующая фраза: «Место сего «концепт-кара» в ор/ттруктуре бронетанковых частей вообще до сих пор непонятно. Теоретически они должны вводиться то ли в состав танковых взводов, то ли танковых рот…» Разве можно считать человека экспертом в военном деле, если он делает такие заявления? Какая разница, в роте они будут или во взводе? Эго же примерно то же самое, что в Москве или на Тверской.

А вот мнение генерал-полковника Сергея Маева, в прошлом начальника Главного автобронетанкового управления МО РФ, а ныне первого заместителя директора Федеральной службы по оборонному заказу, автором и господами Барабановым и Пуховым почему-то ставится под сомнение. Генерал Сергей Маев — танкист с более чем 40-летним стажем и лучше кого бы то ни было знает, какая бронетанковая техника нужна нашим Вооруженным Силам. Он ведь не институт культуры оканчивал, а танковое училище, и потом еще две военные академии (Бронетанковых войск и Генерального штаба). За его плечами Афганистан и Кавказ, и там он не проверяющим был, а воевал в полном смысле этого слова. Хотел бы попросить господ журналистов, видевших бронетехнику по телевизору и в журналах, быть несколько поскромнее.

Поскольку мне с БМПТ пришлось познакомиться не заочно, немного проясню ситуацию и выведу читателей из заблуждения. Если бы сии «специалисты» и автор статьи «Сомнительная броня» читали хотя бы журналы «Военный парад» или «Мир оружия», не говорю уже про тот, в котором напечатаны эти строки, они бы не стали бросаться заявлениями о бесперспективности этой машины.

То, что непонятно для господина Барабанова, вовсе не означает, что машина нашей армии не нужна. Танковая рота (для тех, кто не знает) — это подразделение, состоящее из танковых взводов. Поэтому без разницы, куда войдут БМПТ, в состав взводов или в состав роты, все равно это будет танковая рота. А командир той самой танковой роты определяет экипажам БМПТ задачу и их место в боевом порядке, «сообразуясь с обстановкой», как гласит Боевой устав. А то, что научному редактору журнала неясна концепция боевого применения БМПТ, вполне логично. Далеко не каждому обязаны докладывать о разработке того или иного образца военной техники и вооружения и о концепции его боевого использования.

А дальше измышления господина Барабанова просто лишены всякой логики. Он заявляет, что БМПТ является «узкоспециализированной машиной». Все же стоит иногда почитать узкоспециализированную литературу, о которой я уже упоминал. Там ведь давно все было написано: что за образец, для чего предназначен, какой комплекс вооружения несет. БМПТ — далеко не узконаправленная машина, она способна бороться с пехотой, бронированными машинами (с танками, БМП и др.), вертолетами и прочей вражеской техникой. А как вам нравится выражение: «машина оснащается облегченным комплексом противопехотного и «противобункерного» вооружения»? Это две 30-мм автоматические пушки 2А42 и четыре пусковых ПТРК большой дальности «Атака-Т» с дальностью стрельбы 6 км — облегченное вооружение? И еще имеются две независимые установки 30-мм автоматических гранатометов АГ-17Д. Самое легкое оружие БМПТ — пулемет ПКТМ, он весит 10,5 кг без патронов.

Для справки. Ракеты «Атака» могут использоваться с тандемной кумулятивной или осколочно-фугасной (объемно-детонирующей) боевыми частями. Такое разнообразие и обеспечивает машине возможность поражать различные цели: бункеры, танки, вертолеты, группы открыто расположенной пехоты противника и т. п. Никогда ПТРК «Атака» не относился к легкому или «облегченному» противотанковому вооружению.

Кроме того, БМПТ — это первая в мире боевая машина, способная вести огонь одновременно потрем различным целям. Об этом, как ни странно, Михаил Барабанов знает. Но вот считает он неудачным решение, когда два оператора гранатометов ведут «огонь в достаточно узких секторах, и больше ничем не заняты…» Чем это таким еще хотел бы занять операторов господин Барабанов? Может, им позвать командира машины из башни, пока механик-водитель занят, и «пулю» на троих расписать по ходу дела? Да и сектора ведения огня из автоматических гранатометов не такие уж и узкие.

Другой участник разговора о БМПТ — директор Центра анализа стратегий и технологий Руслан Пухов. Его больше беспокоит то, что наша «оборонка» в этом году получит на 100 млрд. рублей больше. Заметьте, рублей, не долларов. Между прочим, бюджет США исчисляется сотнями миллиардов долларов. А у нас получится в пересчете на «зеленую» валюту менее двух, Вычесть зарплату военнослужащим, на новую технику остается всего ничего. На эти деньги можно будет заказать по десятку танков и самолетов, немного автоматов и пулеметов или половину атомной подводной лодки. Кстати, интересно, откуда господин Пухов взял стоимость БМПТ в 3 млн. долл.? Неужели прайс-лист на нашу бронетехнику где- нибудь опубликовали?

Да, согласен, БМПТ дороже Т-90C. Но кому, как ни г-ну Пухову, знать, что цена, за которую продают наши танки за границу, вовсе не та, которую получают заводы, производящие ее по государственному заказу. Это точно так же, как и денежное содержание офицеров: российский лейтенант получает 3500 рублей в месяц, а лейтенант в ОАЭ — 6000 USD. Теперь понятна разница?

Впрочем, г-н Пухов об экономии государственных средств печется. Средства беречь-это хорошо. А вот людей? Их не надо беречь? Видимо, те, кто гибнут в нынешних войнах и конфликтах, его не волнуют. Я не про американцев в Ираке речь веду, я про наших солдат и офицеров, которые в Чечне и других горячих точках головы кладут, отстаивая, между прочим, государственные интересы. А вот «чиновники в погонах», как названы российские генералы в статье, отвечают за подчиненных солдат и офицеров. Но чтобы это понять, надо побывать в шкуре отца-командира, с которого спрашивают за все, а зарплату вовремя не платят и новое оружие не дают, дорого это, видите ли, слишком.

Руслан Пухов предлагает пересмотреть концепцию развития бронетанковых сил, дескать, «все последние конфликты показывают, что тяжелая бронетехника очень уязвима, современные средства ее поражения являются мощными и дешевыми». Что-то знакомое, такое мы уже проходили в конце 1950-х гг.

Тогда тоже один руководитель предлагал прекратить строить танки, боевые корабли и многое другое, мол, ракетами все побьем.

Да нет, время танков еще не прошло. А БМПТ и есть претворение в жизнь новой концепции строительства бронетанковых сил. Кстати, подобной машины пока нет ни у кого. И предназначена она как раз для уничтожения тех самых дешевых и мощных противотанковых средств (ПТС), а уровень ее защищенности даже превышает уровень основных танков. Концепция этой машины сформировалась задолго до первой чеченской войны, а первые образцы были изготовлены еще до ее начала. Но тогда шло разграбление страны, и государственных средств на завершение задуманного на Уралвагонзаводе не хватило.

А теперь хотелось бы остановиться на основных принципах создания любого образца вооружения и военной техники. Прежде чем создавать новую боевую машину, в конструкторское бюро (КБ) при ходит техническое задание (ТЗ). Оно составляется большим коллективом компетентных людей, которые сначала определяют концепцию использования машины, для чего она нужна и т. д., а уже потом КБ что-то создает, отрабатывает техническую документацию и делает макет. Потом макетная комиссия, опытные образцы, заводские испытания, государственные испытания, и только затем Государственная комиссия рекомендует принять образец на вооружение. Такая у нас принята система.

И если боевая машина поступает на вооружение, она, как правило, уже доведена. Хотя доработка будет продолжаться и после этого. Нет предела совершенству. Почитайте в прессе, как многие иностранные автомобильные компании проводят доработки на уже проданных машинах. Так и здесь. Сколько оружие или военная техника будет служить, столько они и будут доводиться до совершенства. Кстати, на той фотографии, что помещена в газете «Бизнес», изображен последний, далеко не первый, вариант БМПТ. Наверняка будут и другие.

Хочу особенно отметить, что на вооружение боевая машина (и любой образец) принимается приказом министра обороны после того, как Государственная комиссия даст заключение. В нее входят десятки грамотных людей (военных, конструкторов, технологов и т. п.). Заключение комиссии представляется министру обороны, который подписывает приказ о принятии на вооружение образца с присвоением ему какого-то определенного индекса, например основной танк Т-90. Выходит так, что автор статьи и господа «специалисты» ставят под сомнение компетентность министра обороны, Генерального директора УКБТМ, многих сотен людей, принявших участие в создании новой машины.

Вот и получается, что газета «Бизнес» публикует не соответствующую действительности статью и пытается убедить читателей в некомпетентности руководства российскими Вооруженными Силами. А что если почитать компетентным людям статьи о бизнесе и финансах в данной газете? Может, и они такие же, как эта? Так что броня сомнительная или все же сомнительная газета «Бизнес»?

ТТХ БМПТ

Боевая масса, т 47

Экипаж, чел. 5

Максимальная скорость движения, км/ч 65

Запас хода, км 550

Мощность двигателя, л. с 1000

Вооружение:

— автоматическая пушка 2х30-мм 2А42

— боекомплект, патр. 900

— пулемет ПКТМ

— боекомплект, патр. 2000

— автоматический гранатомет 2x30мм АГ-17Д

— боекомплект, выстр. 600

— ПТРК 4 ПУ ПТУР «Атака-Т»

Прицел наводчика-оператора :

Комбинированный (оптический/тепловизионный/лазерный дальномерный/лазерный информационный каналы).

Прицел командира Панорамный с оптическим/ телевизионным низкоуровневым /лазерным дальномерным каналами.

Прицелы операторов АГ-17Д Комбинированные» Агат-МР> (дневной/ночной ИК).

Навигационное оборудование GPS.

Возможность управления оружием с места командира Есть

Стабилизатор вооружения В двух плоскостях

Т-90 — гордость отечественного танкостроения

Сергей Суворов

Продолжение. Начало см. в «ТиВ» № 6–8/2005

Защищенность танка

Комплекс средств защиты, установленный на Т-90, надежно защищает его от большинства противотанковых средств (Г1ТС) и обеспечивает машине высокую живучесть на поле боя. Защиту танка обеспечивают:

— комбинированное бронирование и встроенная динамическая защита, а также съемные боковые экраны с элементами динамической защиты (защищают танк от бронебойных подкалиберных и кумулятивных снарядов, ПТУР, реактивных гранат противотанковых гранатометов, самонаводящихся и самоприцеливающихся боевых элементов кассетных авиационных и артиллерийских боеприпасов);

— комплекс оптикоэлектронного подавления «Штора-1» (способен оказать противодействие самым современным противотанковым средствам);

— специальные конструктивные мероприятия (снижают вероятность травмирования экипажа при подрыве танка на мине);

Элементы встроенной динамической защиты башни танка Т-90.

Элементы встроенной динамической защиты корпуса танка Т-90.

— автоматическое быстродействующее противопожарное оборудование с датчиками во всех отделениях танка для быстрого подавления возникающих очагов пожара;

— деформирующая окраска, комплекс других конструктивных и технологических мероприятий (резко снижают вероятность обнаружения тапка);

— герметичный корпус и фильтровентиляционная установка (предотвращают попадание внутрь танка токсичных, бактериологических и радиоактивных веществ);

— подбой и надбой из антирадиоактивного материала (снижает влияние радиации на экипаж).

Существенно дополняет уровень защищенности танка в обороне и районах сосредоточения имеющееся на нем оборудование для самоокапывания. Некоторые из перечисленных средств применялись на машинах и ранее, поэтому остановлюсь только на тех, которые не использовались на танках предыдущих марок.

Встроенная динамическая защита

Встроенная динамическая защита |ВДЗ) способствует значительному повышению противоснарядной стойкости танка. Она прикрывает более 50 % наружной поверхности лобовых деталей корпуса и башни, бортов и крыши танка. ВДЗ обеспечивает снижение бронепробиваемости кумулятивных боеприпасов на 50–60 %, а бронебойно- подкалиберных снарядов на 20 %.

Сочетание комбинированной брони и ВДЗ «снимает» практически все типы наиболее массовых кумулятивных средств, снижает бронепробиваемость кинетических снарядов и повышает живучесть танка па поле боя. Встроенная динамическая защита имеет высокие боевые и эксплуатационные характеристики и обеспечивает:

— безопасность при попадании в нее пуль стрелкового оружия, а также снарядов малокалиберных пушек калибром до 30 мм;

— отсутствие передачи детонации от одной секции к другой;

— отсутствие детонации при воздействии зажигательных средств типа «напалм» и других горючих жидкостей;

— возможность использования в температурном диапазоне от -50 до + 50 °C;

— гарантированный срок эксплуатации не менее 10 лет;

— установку н обслуживание силами экипажа;- безопасность при обслуживании и ремонте машины даже с применением электрогазосварки.

Постановка аэрозольной завесы с помощью системы «Туча-2» танка Т-90.

Вид на правую сторону башни танка Т-90.

Бортовые экраны танка Т-90 с элементами встроенной динамической защиты.

Время установки элементов динамической защиты в секциях на машину силами экипажа составляет 3,5 ч.

Встроенная динамическая защита решает проблему резкого снижения безвозвратных потерь танков при а таке их противотанковыми средствами кумулятивного и кинетического действия.

Комплекс оптико-электронного подавления ТШУ-1 «Штора-1»

Обеспечение более надежной защиты танка от высокоточных противотанковых средств противника осуществляется специально предназначенным для этого комплексом оптико-электронного подавления (КОЭП) «Штора-1». КОЭП служит для защиты танка от поражения ПТУР и создания помех противотанковым средствам с лазерными дальномерами и системами наведения боеприпасов. Комплекс состоит из станции оптико-электронного подавления (СОЭП), системы постановки завес (СПЗ) и системы управления комплексом.

СОЭП обеспечивает защиту танка от ПТУР с полуавтоматической системой наведения типа TOW. НОТ, Milan, Dragon. При одновременном нахождении в поле зрения координатора системы управления ракеты трассера ПТУР и осветителя СОЭП координатор выдает на ракету команды управления, не соответствующие истинному отклонению ракеты от линии визирования, что влечет за собой ее промах.

СОЭП состоит из двух осветителей ОТШУ-1-7, двух модуляторов и пульта управления.

СПЗ предназначена для постановки помех ПТУР, имеющим полуактивную лазерную головку самонаведения, работающую по отраженному от цели лазерному лучу (Maverick, Hellfire), ПТУР и артиллерийским корректируемым снарядам (Copperhead), которые используются с лазерными целеуказателями и дальномерами, а также для маскировки тапка аэрозольной завесой.

СПЗ обеспечивает световую индикацию направления и звуковую сигнализацию об облучении танка лазерными средствами, автоматический отстрел в направлении облучения специальной гранаты, образующей аэрозольное облако, закрывающее танк от противника, ослабляет и частично отражает лазерное излучение, нарушая тем самым работу головок самонаведения и затрудняя работу наводчиков артиллерийских систем, отстрел гранат из заряженных пусковых установок в ручном режиме (в аварийных ситуациях).

В состав СПЗ входят: индикатор лазерного излучения, состоящий из двух головок точного определения направления и двух головок грубого определения направления: система управления, включающая блок управления и пульт управления; система пуска дымовых фанат, состоящая из пульта управления и 12 пусковых установок аэрозольных гранат.

Режимы работы СПЗ — автоматический и полуавтоматический (в последнем режиме решение о постановке дымовой завесы принимает командир). Дальность постановки аэрозольной завесы гранатой ЗД17 50–80 м, размеры дымовой завесы от одной гранаты через 3 с после выстрела составляют 15 м но высоте и 10 м по фронту.

КОЭП ТШУ-1 «Штора-1» имеет встроенные системы контроля и самоконтроля систем.

Оснащение Т-90 комплексом оптико-электронного подавления дает преимущество в танковых дуэлях с противником, атакже значительно снижает эффективность применения им современных противотанковых средств.

Противопожарное оборудование

Противопожарное оборудование (ППО) танка Т-90 представляет собой автоматическую систему двукратного действия. Для тушения очагов возгорания имеются четыре баллона с огнегасящей смесью «хладон 114В2» и «13В1». Десять оптических и пять термодатчиков (в моторно-трансмиссионном отделении) и быстродействующие баллоны обеспечивают обнаружение пожара и выброс 90 % огнетушащего состава за время, не превышающее 150 миллисекунде момента возникновения очага возгорания. Принцип действия системы основан на огнетушащем действии галоидоуглеводородов, т. е. на ингибирующем (тормозящем) эффекте, заключающемся во внесении в зону пламени отрицательного катализатора реакции окисления углеводородов. Система ППО может приводиться в действие автоматически или вручную от кнопок на пультах управления у командира машины или меха ни ка-водителя. Кроме того, машина оснащается двумя ручными углекислотными огнетушителями.

Элементы динамической защиты крыши башни танка Т-90.

Элементы системы ППО танка Т-90.

Осветитель ОТШУ-1 -7 станции оптико-электронного подавления.

Вид на левую сторону башни танка Т-90. Хорошо видны детали оборудование лазерного излучения.

Противоминная стойкость

Специальные конструктивные мероприятия снижают опасность травмирования экипажа при подрыве танка на противотанковых минах. К таким мероприятиям относятся повышение жесткости днища машины, установка в отделении управления пиллерсов, крепление сиденья механика-водителя к крыше корпуса.

Для преодоления минных полей и проделывания в них проходов на танк могут навешиваться колейные ножевые минные тралы КМТ-6М2 или КМТ-8, а также катково-ножевой минный трал КМТ-7. Тралы могут устанавливаться в комплексе с системой электромагнитной защиты, вызывающей нейтрализацию (преждевременный подрыв) мин с радио- и магнитометрическими взрывателями.

Система защиты от ОМП

Система коллективной защиты ЭЭЦ13-1 обеспечивает защиту экипажа и внутреннего оборудования танка от последствий применения противником ОМП посредством герметизации внутреннего объема танка и создания избыточного давления очищенным в фильтровентиляционной установке (ФВУ) воздухом. В состав системы входят: датчик системы — прибор радиационной и химической разведки ГО-27, аппаратура управления исполнительными устройствами, исполнительные устройства, ФВУ. Система ЭЭЦ13-1 может приводиться в действие автоматически или вручную.

Продолжение следует

Ходовая часть танков Подвеска

Василий Чобиток

Продолжение. Начало см. в «ТиВ» № 7.8/2005 г.

Система подрессоривания танка Px.VI Ausf.H «Тигри имела следующие особенности:

— большое число опорных катков большого диаметра (восемь на борт), расположенных в шахматном порядке, уменьшающее нагрузку на каток и позволяющее снизить жесткость подвески (для правого борта с=310 кг/см, что весьма неплохо для танка массой 56 т);

— соосное расположение катков противоположных бортов, которое достигнуто различным направлением балансиров по бортам;

— установка гидравлических телескопических амортизаторов на передних и задних катках, размещенных внутри корпуса.

Цельнокованый балансир установлен в текстолитовых подшипниках скольжения и в осевом направлении закреплен торсионом, который наряду с кручением испытывает нагрузки на растяжение (сжатие).

Смазка для подшипников балансира поступает по трубопроводам, выведенным в боевое отделение.

Направление балансиров левого борта против хода делает подвеску этого борта более жесткой, что снижает долговечность резиновых бандажей катков левого борта (на более поздних модификациях «Тигра» применялась внутренняя амортизация катков).

Подвеска, как и ходовая часть в целом, при такой схеме получается тяжелой и неудобной для ремонта. Рассмотренная конструкция показала себя малонадежной в эксплуатации. Плавность хода «Тигра» при мягкой подвеске и наличии амортизаторов обеспечивалась достаточно высокая, однако на ней отрицательно сказывался небольшой полный ход катков 170 мм.

Подвеска ганка Pz.VI Ausf.H «Тигр».

Подвеска танка Pz.VI Ausf.B «Королевский тигр».

Система подрессоривания танка Рх. VI Ausf.B «Королевский тигр» конструктивно аналогична подвеске «Тигра». Особенностью этой подвески является применение на передних и задних узлах подвески торсионов большего диаметра (d= 63 мм) по сравнению с остальными (d = 60 мм). Это сделано для получения повышенной прочности торсионов, испытывающих наибольшие нагрузки, и лучшей стабилизации корпуса.

У танка Рх. V «Пантера» общая схема подвески аналогична подвеске обоих «Тигров». Принципиально она отличается наличием двух последовательно соединенных торсионов, что позволило еще больше снизить жесткость подвески (с = 115 кг/см), которая у «Пантеры» самая мягкая среди машин такого класса. Как ни странно это звучит, но можно сказать, что система подрессоривания «Пантеры», с одной стороны, обеспечивает чрезмерную плавность хода (Тφ = 1,86 с, что явно является перебором с точки зрения появления у экипажа симптомов «морской болезни»), а с другой — недостаточную, так как удельная потенциальная энергия подвески имеет сравнительно небольшое значение (λ = 260 мм), что приводит к частым ударам балансиров в ограничительные упоры. Последнее частично компенсируется применением упругих ограничителей хода катка-двойных пружин Бельвилля или набора резиновых и металлических пластин. Упоры установлены на передние узлы подвески, подверженные наибольшим нагрузкам, и на узлы подвески с амортизаторами для предохранения их от разрушения. Узлы подвески с упорами имеют усиленные балансиры.

Кроме того, подвеска «Пантеры» обладает следующим и особенностями: — торсионы по краям имеют лыску и крепятся клиновидными болтами, что не позволяет регулировать установку торсионов при сборке и при осадке их во время эксплуатации;

— в торсионах возникают сложные напряжения от кручения и изгиба;

— балансиры удерживаются от осевого смещения торсионами;

— торсионы монтируются через специальный лючок;

— все точки смазки выведены в боевое отделение;

— телескопические амортизаторы одностороннего действия, установленные на вторых, седьмом левом и восьмом правом узлах подвески, размещены внутри корпуса танка.

Принцип действия последовательно соединенных торсионов «Пантеры» состоит в следующем. От балансира на первый торсион передается крутящий момент. Так как у противоположного борта первый торсион жестко связан со вторым посредством поворачивающейся муфты, то первый торсион, закручиваясь, поворачивает и муфту. Муфта, в свою очередь, закручивает второй торсион. Таким образом, торсионы одновременно испытывают деформации кручения и изгиба. Скручивающий момент второго торсиона примерно на 5 % меньше, чем у первого, из- за их изгиба.

Подвеска «Пантеры» слишком громоздка, занимает значительный внутренний объем танка и неудобна при ремонте. Установка трех амортизаторов из четырех не на крайних узлах подвески снижает их эффективность.

Узел подвески легкого танка «Ландсверк» L-100.

Подвеска танка Pz.V «Пантера».

Подвеска плавающего танка ПТ-76.

Узел подвески плавающего танка ПТ-76.

Система подрессоривания легкого танка «Ландсверк» L–I00, так же как и у Pz.V, двухторсионная, но, в отличие от него, торсионы соединены посредством параллелограмма так, что действие изгибающих моментов исключается и торсионы работают только на кручение.

Система подрессоривания «Ландсверка» состоит из четырех узлов подвески на борт с механическими амортизаторами на передних и задних узлах подвески. Катки правого борта смещены вперед относительно катков левого борта. Для минимизации смещения вторые торсионы правого борта сдвинуты вперед по отношению к первым, а левого — назад.

При полном ходе катка 290 мм и динамическом 134 мм «Ландсверк» имел самую мягкую подвеску, которая устанавливалась на серийные танки (с =55 кг/см).

Установка элементов подвески на корпусе Т-72.

Узел подвески танка Т-54.

Система подрессоривания плавающего танка ПТ-76 отличается высокими показателями плавности хода и живучести. При низкой жест-кости (с =90 кг/см) и отвечающем требованиям периоде колебаний (Тφ= 1,05 с) она обладает высокой удельной потенциальной энергией (λ = 453 мм) при полном ходе качка 340 мм.

Подвеска ПТ-76 состоит из шести узлов на борт. На первом, третьем, четвертом и шестом узлах установлены упругие ограничители хода: на первом и шестом — буферные пружины, на третьем и четвертом — резиновые упоры. На первом и шестом узлах подвески имеются гидравлические поршневые амортизаторы двустороннего действия с рычажно-кулачковым приводом.

В качестве рессоры применен торсион диаметром 38 мм, изготовленный из стали 45ХНМФА, обработанный шлифовкой и накаткой роликами под нагрузкой 500 кгс с последующим заневоливанием. При заневоливании торсион за круч и мается на 140°.

Система подрессоривания среднею танка Т-54 сравнительно жесткая (с = 522 кг/см), период колебаний Тφ,=0,86с при полном ходе катка 224 мм. Удельная потенциальная энергия подвески достаточно высокая (λ = 430 мм).

Система подрессоривания Т-54 включает пять узлов подвески, каждый из которых состоит из балансира, торсиона и жесткого ограничительного упора. На первых и пятых узлах подвески, кроме того, установлены гидравлические лопастные амортизаторы. Для смягчения удара балансиров об ограничительные упоры в балансирах установлены резиновые буфера. Балансиры пятых узлов подвески установлены против хода движения танка. Для предотвращения изгиба балансиров первых опорных катков, испытывающих наибольшие нагрузки при ударе об упор, на корпусе танка приварены два ограничителя, которые ограничивают изгиб балансиров в сторону корпуса.

Торсионные валы по материалу и технологии изготовления подобны валам танка ПТ-76. При совершенствовании конструкции танка они подвергались все большему заневоливанию. Это позволило увеличить полные ходы катков со 183 до 224 мм и удельную потенциальную энергию с 294 до 430 мм.

Система подрессоривания танка Т-72 подобна подвеске Т-54, но по сравнению с пей имеет значительно более высокие показатели плавности хода и живучести. За счет увеличения числа узлов подвески до шести на борт и применения энергоемких торсионных валов жесткость была снижена до 310–435 кг/см, а потенциальная энергия подвески составила 0,75 м (без учета амортизаторов А=0,535 м) при статическом ходе катков от 47,5 до 118 мм и динамическом от 204 до 260 мм. Разница в жесткости и величине хода катков разных узлов подвески вызвана тем, что кронштейны установки балансиров по компоновочным соображениям вварены в корпус на разной высоте. Кстати, таким образом увеличивается нелинейность системы подрессоривания, что положительно сказывается на плавности хода: у нелинейных систем подрессоривания всплеск амплитуды колебаний и АЧХ на резонансных частотах меньше, чем у линейных.

Гидравлические лопастные амортизаторы двустороннего действия установлены на первых, вторых и шестых узлах подвески, жесткие ограничительные упоры — на первых, вторых, пятых и шестых. Из своего пятилетнего опыта вождения этих танков хочу отметить, что при такой высокой энергоемкости подвески ее пробои возникают крайне редко, в основном при наезде на крупные препятствия на высокой скорости, поэтому установка жестких упоров на плавности хода практически не сказывается.

Торсионный вал Т-72 — стержень длиной 2310 мм и диаметром 47 мм, выполненный из стали 45ХН2МФАШ. Его технология производства аналогична технологии производства торсионных валов Т-54. При заневоливании применяется двукратная закрутка на 145 и 105°. Стержень торсиона покрывается специальным лаком и обматывается изоляционной лентой, предохраняя его от царапин, которые могут стать причиной последующих усталостных разрушений. Разное число шлицев на головках торсиона (52 и 48) обеспечивает его выставку в танке на угол закрутки с точностью примерно до 0,58°.

Подвеска Т-72 хорошо защищена: кроме того, что торсионы находятся внутри корпуса, наружно расположенные узлы подвески прикрыты от огня стрелкового вооружения катками большого диаметра.

Система подрессоривания танка Т-64 имеет одну из самых высоких характеристик плавности хода среди отечественных танков. За счет балансиров большей длины по сравнению с балансирами Т-72 и торсионов низкой жесткости (сравнительно тонкий сильно заневоленый стержень) достигнуты большие полные ходы катков и мягкость подвески.

Подвеска Т-64 состоит из шести узлов подвески на борт. На первых, вторых и шестых узлах подвески установлены гидравлические телескопические амортизаторы двустороннего действия, а на первых, третьих, пятых и шестых — жесткие упоры (справедливо для Т-64А основных серий).

Торсионные валы левых и правых подвесок расположены соосно. К корпусу машины торсион присоединяется шлицевым соединением средней опоры, которая является общей для торсионов левой и правой подвесок и жестко вварена в днище машины. В первые послевоенные годы считалось, что соосное размещение торсионных валов допустимо только для машин малого веса, а для средних и тяжелых танков, г де жесткость подвески и без того велика, оно неприемлемо. Совершенствование технологии производства торсионных валов позволило изменить положение, и Т-64 с соосным расположением валов продемонстрировал обратное.

По надежности подвеска Т-64 уступает другим современным советским танкам: укороченные торсионы с большим углом закрутки в крайнем верхнем положении катка чаще выходят из строя. В то же время подвеска Т-64 обеспечивает очень высокие удобство обслуживания и ремонтопригодность, о чем уже говорилось в разделе требований по удобству эксплуатации подвесок.

Система подрессоривания танка М46 имеет высокие показатели плавность хода (полный ход катков 345 мм для первых узлов подвески и 300 мм для остальных; жесткость 200 для первых, 425 для шестых и 354 кг/см для остальных узлов подвески; Тφ = 1,2с) и живучесга (λ=530мм).

Подвеска состоит из шести узлов на борт. Узлы подвески со вторых по шестые выполнены однотипно, но компоновочным соображениям конструкция первых узлов значительно отличается от остальных. На всех узлах подвески установлены упругие ограничители хода катков — буферные пружины с полной деформацией 65 мм и максимальным усилием до 10т, что придает характеристике подвески оптимальный нелинейный вид и практически исключает жесткие удары. Телескопические гидравлические амортизаторы смонтированы на первых, вторых, пятых и шестых узлах подвески, при этом на первых узлах установлено по два амортизатора.

Торсионные валы диаметром 60 мм на крайних и 58 мм на остальных узлах подвески изготавливаются из специальной стали, отличающейся от стали 45ХНМФА главным образом большим содержанием молибдена. В качестве защитного покрытия поверхности торсиона используется прорезиненная ткань.

Балансир переднего опорного катка двойной и на другом своем конце несет направляющее колесо. Он вращается па неподвижной оси, вваренной в корпус. С торсионным валом балансиры первых узлов подвески соединены через штангу и рычаг.

К недостаткам подвески М46 можно отнести сравнительную сложность конструкции, большое число деталей и узлов, а также наличие множества точек смазки.

Система подрессоривания тапка «Леопард-2» состоит из семи узлов подвески на борт. На всех узлах, кроме четвертых и пятых, установлены фрикционные амортизаторы и гидравлические ограничители хода катка (подрессорники). Полный ход ка тка — 530 мм, динамический — 320 мм.

Применение фрикционных амортизаторов является характерной особенностью подвески этого танка. Амортизаторы «Леопарда-2» установлены на осях балансиров. Неподвижные диски трения амортизатора своими наружными зубьями входя т в соединение со шлицами на кронштейне подвески. Подвижные диски трения внутренними зубьями входят в зацепление со шлицами на оси балансира. Комплект дисков сжимается тарельчатыми пружинами через два кольца. Оба кольца выполнены в виде кулачковых муфт, одно из них входит в зацепление со шлицами на оси балансира, другое — на кронштейне. Зазор между кулачками выбирается в пределах хода катка до 200 мм, чем обеспечивается постоянное сжатие дисков и постоянная сила сопротивления на прямом и обратном ходах 7,5 кН. При большем ходе катка кулачки раздвигают кольца, в результате сила сжатия дисков увеличивается и при ходе катка 550 мм составляет 27,5 кН. Износостойкие диски амортизатора имеют пластмассовое покрытие и работают в масле.

Узел подвески танка Т-64.

Узел подвески второго опорного катка американского среднего танка М46.

Тяжелый танк T-10.

В целом подвеска «Леопарда-2» обеспечивает высокую плавность хода и имеет высокую живучесть. Благодаря применению фрикционных амортизаторов с силой сопротивления, не зависящей отскорости перемещения катка, удалось значительно снизить тряску на высоких скоростях движения.

Недостатками этой подвески являются большая масса амортизаторов (около 100 кг на один амортизатор), а также повышенный нагрев торсионов в районе амортизатора.

Подвеска с пучковым торсионом была применена на последнем советском тяжелом танке Т-10. Система подрессоривания Т-10 состоит из семи узлов подвески на борт. Узел подвески включает балансир и пучковый торсион, состоящий из семи стержней малого диаметра (шесть стержней вокруг одного) с шестигранными головками. Первый, второй и седьмой узлы подвески, кроме того, имеют рычажно-поршневой амортизатор и ограничительный упор с буферной пружиной.

Стержни пучкового торсиона, кроме центрального, испытывающего кручение, работают на кручение и изгиб. Пучковый торсион обладает большей энергоемкостью по сравнению с единичным валом, благодаря чему он выполнен не по всей ширине корпуса и торсионы противоположных катков крепятся в единой центральной опоре, а ка тки расположены соосно.

Подвеска Т-10 обеспечивала ему достаточно высокую плавность хода. Недостатком данной подвески является усложнение конструкции упругого элемента и увеличение его диаметра.

Одной из разновидностей независимой торсионной подвески является трубчато-стержневая. Такая подвеска использовалась в АСУ-57. В ходовой части АСУ-57 катки, как и на Т-64, расположены соосно, однако, в отличие от последнего, применяются два последовательно соединенных торсиона — трубчатый и расположенный внутри него стержневой.

Принцип действия такой подвески заключается в следующем. Один конец стержневого торсиона закреплен шлицевым соединением в балансире, другой конец также через шлицевое соединение связан с трубчатым торсионом, который свободно вращается в подшипнике центральной опоры. Второй конец трубчатого торсиона закреплен в корпусе. Таким образом, торсионы одного борта занимают половину ширины корпуса, а их общая длина приближается к его полной ширине, что позволяет, с одной стороны, сэкономить внутренний объем танка и соосно расположить опорные катки, а с другой — увеличит! динамический ход катка и снизить жесткость подвески.

Недостатком такой схемы является усложнение конструкции и условий обслуживания по сравнению с одноторсионной подвеской.

Система подрессоривания танка М60АЗ конструктивно подобна системе подрессоривания АСУ-57. В ней также используется двухторсионная трубчатостержневая подвеска. В отличие от АСУ-57 трубчатый торсион короче и его конец жестко закреплен не в борту корпуса, а в кронштейне на его днище. Между кронштейном и корпусом установлен еще один короткий трубчатый торсион, играющий роль подрессорника. Он вступает в работу только после определенного перемещения опорного катка вверх, для чего на втором конце трубы на шлицах установлена кулачковая муфта. Между кулачками муфты и кронштейна балансира имеется зазор, после выбора которого и вступает в работу трубчатый торсион-подрессорник, увеличивая тем самым жесткость подвески на больших ходах катков. Кронштейн балансира играет одновременно роль корпуса амортизатора, ротор которого с лопастями установлен на оси балансира.

Установка фрикционного амортизатора на осях балансиров танка "Леопард-2".

Узел подвески с пучковым торсионом тяжелого танка Т-10.

Узел двухторсионной подвески М60АЗ.

Испытания подвески танка «Леопард-1» (подвеска имеет большой динамический ход катка).

Подвеска АСУ-57.

Блок пневматической подвески.

Узел пневматической подвески опытного танка МВТ-70.

Трубчато-стержневая подвеска М60АЗ пришла на смену торсионной стержневой подвеске М60А1, которая не обеспечивала достаточную плавность хода (ограничения по скорости движения на местности начинают возникать при высоте неровностей 80 мм, для сравнения: у танка «Леопард-1» этот показатель составляет 180 мм). Благодаря применению трубчато-стержневой рессоры динамический ход подвески был увеличен с 206 до 358 мм. Средняя скорость по пересеченной местности возросла с 16–20 (М60А1) до 24–28 км/ч (М60АЗ).

Подвеска индийского танка «Арджун».

Узел пневматической подвески легкого танка «Тетрарх».

Узел пневматической подвески БМД-1.

Подвеска, аналогичная подвеске М60АЗ, была применена на танке M1 «Абрамс».

Независимая пневматическая подвеска широкого распространения в танкостроении не получила, хотя имеет ряд преимуществ по сравнению с системами других типов и применяется в автомобиле- и танкостроении достаточно давно.

Преимуществами пневматической подвески являются: высвобождение внутреннего объема танка за счет совмещения пневматической рессоры с гидравлическим амортизатором в одном узле; способность обеспечения переменного клиренса; возможность изменения упругой характеристики подвески в зависимости от профиля пути для обеспечения наибольшей плавности хода гусеничной машины. К недостаткам пневматической подвески относятся большая масса существующих конструкций по сравнению с торсионной подвеской и более высокая стоимость (на 20–25 %).

Англичане, несмотря на свою консервативность в выборе типов подвески, использовавшие на большинстве своих танков блокированные подвески и на некоторых крейсерских свечные пружинные (типа Кристи), в 1930-е гг. одними из первых применили для серийных танков пневматическую подвеску на легком танке Mk VII «Тетрарх» (А17).

Подвеска «Тетрарха» состоит из четырех узлов на борт и напоминает независимую автомобильную подвеску с балансиром параллелограммного типа. В качающемся параллелограмме по диагонали установлена пневматическая рессора, выполненная совместно с гидравлическим амортизатором.

В некоторых источниках подвеску «Тетрарха» ошибочно называют гидропневматической. На самом деле жидкость используется в гидроамортизаторе и для герметизации пневморессоры, она не используется в качестве сжимаемого рабочего тела, как газ. Поэтому тип подвески «Тетрарха» можно определил, как «независимая, пневматическая, с гидравлическими амортизаторами».

Система подрессоривания БМД-1 пневматическая, независимая с регулируемым клиренсом и гидравлическими амортизаторами. Она состоит из пяти узлов подвески на борт, каждый из которых включает пневматическую рессору и гидравлический амортизатор, скомпонованные в одном узле, балансир и ограничитель хода катка — упор с резиновой подушкой.

Пневморессора с амортизатором выполнены в двух цилиндрах. Первый цилиндр поршнем-разделителем разделен на две полости, в одной из которых (под поршнем) находится инертный газ (азот), а во второй — минеральное масло. Объем минерального масла может регулироваться, благодаря чему осуществляется изменение клиренса машины. Во втором цилиндре находится поршень со штоком, который соединяется с балансиром. Полость над поршнем со штоком заполнена минеральным маслом и через каналы соединена с верхней полостью в пневмоцилиндре. Поршень со штоком при перемещении опорного катка вверх вытесняет через каналы масло в пневмоцилиндр, в результате чего поршень-разделитель перемещается вниз и газ сжимается. На обратном ходе катка за счет расширения сжатого газа жидкость перетекает обратно и выталкивает поршень в исходное положение. За счет применения специальных клапанов сопротивление перетеканию жидкости на обратном ходе катка значительно выше, чем на прямом.

Продолжение следует

«Пэтриот» — символ лидера

Владимир Коровин

Окончание. Начало см. в «ТиВ» № 5–8/2005 г.

В 2002 г. началась серия испытаний по программе IOTE (Initial Operational Test and Evaluation), которую планировалось завершить в мае 2002 г., однако первые серийные РАС-3 постоянно преследовали неудачи. Так, 16 февраля 2002 г. при проведении испытания, обозначенного ОТ-3, ракетой РАС-3 была получена неправильная информация о местоположении цели от наземных средст в системы «Пэтриот». В результате перехват цели не состоялся, хотя ракета полностью отработала маневры в соответствии с заложенными в нее данными. Одновременно с этим использовавшиеся в ОТ-3 ракеты РАС-2, модернизированные по программе GEM +, произвели перехват мишени QF-4, выполнявшей постановку помех. При этом первая из стартовавших РАС-2 промахнулась из-за ошибки наземного компьютера РЛС, а вторая ракета попала в цель.

21 марта 2002 т. завершился очередной успешный перехват ракетой РАС-3 ТБР-мишени HERA. Однако при этом первая РАС-3 поразила цель, а вторая ракета не смогла стартовать из-за отказа генератора, находившегося на ПУ. Использовавшаяся в этом же испытании мишень MQM-107 была поражена ракетой РАС-2, причем выбор типа ракеты, запускаемой для перехвата как баллистической, так и аэродинамической цели, был осуществлен средствами системы без вмешательства операторов. В сообщениях об э том испытании отмечалось, что задействованная в качестве баллистической цели мишень HERA Block IIB оснащалась неотделяемой боеголовкой MBRV-Зс балластной нагрузкой и стартовала с комплекса № 96, расположенного на базе Форт Вингейт. Продолжительность полета ТБР-мишени в этом испытании составила 361 с, максимальная высота ее траектории — 114 км, дальность — 318 км.

25 апреля 2002 г. состоялось третье из четырех испытаний по программе ЮТЕ (DT/OT-4), в процессе которого ракеты РАС-3 должны были уничтожить две баллистические цели. Первая из них представляла собой стартовавшую из Форт Вингейт мишень типа Storm II, состоящую из ускорителя типа SR-I9 и маневрирующей боеголовки ТБР «Першинг-2», вторая — мишень РААТ, запущенная одним из комплексов на Уайт-Сэндз. Однако перехват первой мишени не состоялся из-за отказа РАС-3 при старте, а вторая РАС-3 успешно перехватила РААТ, однако при этом боеголовка мишени не была уничтожена.

29 мая 2002 г. систему «Пэтриот» с ракетами РАС-3 впервые испытали па тихоокеанском полигоне на атолле Кваджелейн, В испытании ОТ-2 в качестве мишени использовалась двухступенчатая ракета, созданная на основе модифицированных двигателей МБР «Минитмен» и оснащенная отделяемой головной частью. В процессе испытания первая из ракет РАС-3 выполнила успешный перехват цели, вторая отказала при старте.

По итогам этой серии испытаний министерством обороны США было принято решение о задержке начала полномасштабного серийного производства ракет РАС-3 на один год. Это особенно негативно отразилось на фирме «Локхид-Мартин», которая незадолго до этого, 8 мар та 2002 г., официально заявила об открытии производственной линии по серийному выпуску РАС-3 в г. Камдене, темп которого, как сообщаюсь, будет составлять 20 раке т в месяц при стоимости одной ракеты порядка 2 млн. долл.

Компоновочная схема ЗУР РАС-3.

Пуск РАС-3 и пораженные мишени: ТБР, мишень, имитирующая крылатую ракету, и беспилотный самолет OF-4.

Практически сразу после этого события, 26 марта 2002 т… «Локхид-Мартин» получила очередной контракт на сумму 326,6 млн. долл., в соответствии с которым предусматривалось продолжение начального производства РАС-3. Контрактом определялось изготовление 72 ракет РАС-3, 26 «тренировочных» ракет, шести телеметрических блоков, шести модифицированных ПУ и девяти компьютеров. В целом же общая сумма, полученная фирмой на начальный цикл производства РАС-3 в декабре 1999 г., мае и декабре 2000 г., составила к тому времени 850 млн, долл. Выполнение этой программы должно было завершиться в феврале 2005 г.

26 июня 2002 г. представители фирмы «Локхид-Мартин» сообщили о том, что в конце мая в Камдене были изготовлены первые серийные ракеты РАС-3, причем в штатный контейнер установили две боевые ракеты и два учебных макета.

К концу 2002 г. руководству «Локхид-Мартин» удалось договориться с министерством обороны США о продолжении интенсивного финансирования серийного производства РАС-3, в результате чего 7 декабря 2002 г. фирма получила очередной контракт на сумму 341 млн. долл., которым предусматривалось изготовление 88 ракет РАС-3 и соответствующего оборудования для их обслуживания. Этому способствовало не только устранение выявленных при испытаниях РАС-3 недостатков, но и решение руководства США о начале подготовки очередной военной операции в Персидском заливе. Именно РАС-3 отводилась роль основного средства борьбы с иракскими баллистическими ракетами. Буквально за несколько дней до начала наступления на Ирак, 12 марта 2003 г., «Локхид-Мартин» было дополнительно выделено 100 млн. долл. с целью максимального ускорения производства ракет РАС-3, а также на изготовление до сентября 2003 г. дополнительной партии из 12 ракет. В результате число заказанных на 2003 г. ракет было доведено до 100.

Зимой 2003 т. на Ближнем Востоке находились два варианта ЗРК «Пэтриот»: РАС-2 + (с ракетой GEM +) и РАС-3, перед которыми ставилась задача отражения ударов ТБР, пилотируемых и беспилотных самолетов, а также управляемых ракет. Эти ЗРК обладали значительно более высокими характеристиками по сравнению с использовавшимся в Персидском заливе вариантом РАС-2 десятилетней давности. Однако интенсивность применения «Пэтриотов» в боевых действиях весной 2003 г. оказалась значительно более низкой, чем в 1991 г. Так, по имеющейся информации, различными вариантами ЗРК «Пэтриот» было сбито девять целей, в основном иракских ТБР «Аль-Самуд-2», представлявших собой тактические баллистические ракеты, созданные на основе маршевой двигательной установки ЗУР комплекса С-75 и имевшие дальность действия около 150 км. Две из них были сбиты ракетами РАС-3. В среднем по каждой цели выпускалось по две ракеты. При этом цель, как правило, поражалась первой ракетой.

Одновременное использование новейших вариантов комплекса выявило и ряд ранее не отмечавшихся проблем, в частности, имело место ведение огня по своим самолетам. Одним из наиболее неприятных сюрпризов стало уничтожение ракетами «Пэтриот» английского «Торнадо» GR4 и американского F/A-18C. По информации американских военных, основной причиной этих инцидентов стал наравне с высокой интенсивностью полетов самолетов в обороняемой ЗРК области и ряд обнаруженных недостатков «Патриота». В связи с этим министерством обороны США было выделено 10 млн. долл. на проведение исследований с целью улучшения имеющихся систем опознавания «свой- чужой».

Другим «открытием» для разработчиков и военных стало несколько пропущенных ЗРК «Пэтриот» иракских ракетных ударов по Кувейту, нанесенных по территории э той страны с помощью противокорабельных ракет китайского производства. Как показал анализ этих событий, траектории полета иракских ракет находились вне зоны секторов обстрела «Пэтриота», которые были заданы при развертывании этих ЗРК на местности.

После завершения активной фазы боевых действий в Ираке в июле 2003 г. фирма «Локхид-Мартин» получила очередной 260-млн. контракт. Целыо реализуемой в соответствии с ним программы MSE (Missile Segment Enhancement), продолжительность работ по которой устанавливалась в 51 месяц, является дальнейшее совершенствование ракет РАС-3, в частности, расширение ее зоны поражения. С этой целью предполагается увеличение размеров ракеты, оснащение ее маршевым двигателем двукратного включения, установка более современного оборудования, например системы двусторонней связи с командным пунктом ЗРК «Пэтриот». В соответствии с планами первое испытание варианта ракеты РАС-3 MSE может бы ть осуществлено в сентябре 2006 г.

Интенсивное финансирование работ по РАС-3 продолжилось и в 2004 г. Так, 19 февраля был подписан еще одни контракт стоимостью 505 млн. долл., в соответствии с которым «Локхид-Мартин» должна к апрелю 2006 г. выпустить 159 ракет РАС-3 и ряд элементов, обеспечивающих работу системы «Пэтриот», в том числе шесть комплектов наземного оборудования и девять компьютеров. Как отмечалось, в число заказанных вошли и 22 ракеты для восполнения израсходованного в Ираке боекомплекта РАС-3. В свою очередь, 13 апреля 2004 г. «Локхид-Мартин» выдала контракт фирме «Боинг» на изготовление на предприятии в Хантсвилле с февраля 2005 г. по февраль 2006 г. 159 ГСН для РАС-3 в дополнение к ранее подписанному контракту на 100 ГСН.

Старт ЗУР РАС-3 в ходе испытания DT-5. 2000 г.

Перехват мишени в ходе испытательного пуска ракеты РАС-3 (испытание DT-5). 2000 г.

В дальнейшем в программе производства РАС-3 предполагается участие нетолько американских фирм. Причем ряд потенциальных субподрядчиков начал подготовку к этому заблаговременно. Так, еще в начале 1999 г. «Локхид- Мартин» создала совместное предприятие с немецкой фирмой «Даймлер Крайслер Аэроспейс». Предполагалось, что это объединение в дальнейшем сфокусирует свою деятельность на изготовлении РАС-3 по оффсетным договорам, а также на выполнении окончательной сборки, испытаниях и материально-техническом обслуживании этих ракет с целью обеспечения их будущих поставок в ФРГ или Нидерланды. В 2004 г. к программе изготовления РАС-3 присоединилась Япония.

Одновременно с изготовлением РАС-3 продолжается и выполнение программы ее испытаний. 4 марта 2004 т. двумя ракетами РАС-3 была уничтожена ТБР-мишень РААТ, траектория полета которой имитировала ТБР «Скад». В том же 1-оду 18 ноября было осуществлено наиболее широкомасштабное за все время испытание, названное DT/OT-12. В процессе этого испытания в воздухе одновременно находилось шесть ракет — две ТБР-мишени и четыре РАС-3. В качестве мишеней использовались РААТ и Storm, которые были уничтожены первыми же ракетами РАС-3, а стартовавшие следом ЗУР самоликвидировались. Частью этого испытания также стало использование РЛС новейшего противоракетного комплекса ТНААД, которым сопровождались обе баллистические цели.

Параллельно с изготовлением, испытаниями и совершенствованием ракет РАС-3 варианты новых ракет, предназначенных для использования в составе ЗРК «Пэтриот», предлагаются и фирмой «Рейтеон». Разработка одной из таких ракет, отличавшейся повышенной эффективностью при действии против низколетящих крылатых ракет, осуществлялась по программе РАСМ (Patriot Anti-Cruise Missile). Для этих целей конгресс США в 1996 т. выделил 80 млн. долл. Выполненная тогда же оценка стоимостных показателей по этой ракете показала, что в случае заказа серии из 1000 ракет РАСМ стоимость каждой из них может составить всего 400 тыс. долл., в 4–5 раз меньше, чем ожидаемая стоимость РАС-3.

Очередное испытание ракеты РАС-3 (DT-6) по перехвату ТБР состоялось в октябре 2000 г.

Пуск ракеты GEM+ комплекса «Пэтриот» РАС-2+.

Сборка ракет комплекса «Пэтриот».

ЗУР GEM+ комплекса «Пэтриот» РАС-2+ и ее компоновка.

Среди отличительных особенностей РАСМ выделялась реализация в системе ее наведения как обычного для «Пэтриота» метода наведения TVM, так и самонаведения на конечном участке с помощью активной ГСН.

Испытания РАСМ проводились в июле 1999 г. на полигоне в Уайт-Сэндз. Прямыми попаданиями были уничтожены две воздушные мишени MQM-107. имитировавшие низколетящие крылатые ракеты. Однако армия США отказалась принять РАСМ на вооружение.

Одним из вариантов дальнейшего развития этого направления стала предложенная фирмой «Рейтеон» осенью 2001 т. концепция ракеты Patriot Hit-To- Kill, обладающей увеличенной поражающей способностью. Предусматривалось использование в составе ракеты активной РЛГСН Ku-диапазона (отличной от варианта ГСН, использованного при создании ракеты РАСМ), разгонно- маршевого двигателя ракеты РАС-2, двигательной установки поперечного управления и новой боевой части, а также усовершенствованного программного обеспечения. Указанные нововведения предполагалось реализовать в процессе выполнения программы увеличения срока службы ракет «Пэтриот» (SLEP), что могло позволить этим ЗУР находиться на вооружении до 2028 г.

Использование для этой цели ракеты с размерами, близкими к РАС-2, объяснялось ее большей дальностью действия и высотами поражения целей, а установка активной ГСН — возможностью получения в полете уточненных данных о цели, что позволяло выполнять ее перехват на загоризонтных дальностях.

Рекламируя свое предложение, руководители «Рейтеон» сообщили, что «подобная модернизация ракеты имеет малый уровень технического риска, не приводит к изменению массы и размеров ракеты, не требует модернизации аппаратуры наземного оборудования «Пэтриота» и может быть реализована быстро и успешно, при этом стоимость ракеты будет в четыре раза меньше, чем ракеты РАС-3».

Через два года фирма представила уточненный вариант своей концепции, в соответствии с которым ракета Patriot Hit-To-Kill должна была включать в свой состав двухдиапазонную головку самонаведения, работающую в диапазонах С и Ка. в полуактивном и активном режимах, твердотопливную двигательную установку поперечного управления с четырьмя пропорционально регулируемыми соплами, разработанную «Рейтеон» фокусированную боевую часть массой 45,4 кг, включающую 1270 вольфрамовых стержней общей массой 32 кг, а также маршевую двигательную установку и систему управления, идентичные ракете варианта РАС-2.

Как отмечалось, ряд предлагаемых элементов Patriot Hit-To-Kill уже прошел стадию отработки в наземных условиях. Так, прототипы двигательной установки поперечного управления были успешно испытаны в 1994 г., а расчетные характеристики ракеты, которых предполагалось достичь в результате ее отработки, использовались для выполнения моделирования процессов перехвата различных воздушных целей. Результаты моделирования показали высокий уровень возможной эффективности новой ракеты, а также значительное расширение зоны ее действия.

Еще одно предложение, связанное с модернизацией ракет «Пэтриот», появилось в 2002 г. Оно касалось применения ранних вариантов зенитных ракет MIM-104 в качестве тактических баллистических ракет. В соответствии с выпущенным армией США пресс-релизом, в настоящее время на хранении находится около 1000 ракет М1М-104, которые не могут быть модернизированы по стандарту РАС-2, но могут использоваться для модернизации с целью их последующего применения в качестве ТБР.

Следует отметить, что в период с 1978 по 1983 г. в соответствии с программой создания разведывательно-ударного авиационно-ракетного комплекса «Ассолт Брейкер» в США уже выполнялась разработка варианта ЗУР «Пэтриот», предполагавшегося для использования в качестве ТБР, предназначенной для поражения бронетехники на удалении до 200 км от линии фронта. Этот вариант ракеты планировалось оснастить самонаводящимися элементами, а для его запуска использовать наземные или авиационные пусковые установки. В те годы по этой программе было выполнено десять пусков ракет, получивших обозначение Т-22.

Очередное предложение о «конвертации» ракет «Пэтриот» было обосновано их возможным использованием в этих целях в Южной Корее, где находится несколько ЗРК «Пэтриот», защищающих Сеул, столичный аэропорт и американские войска. Эти объекты относятся к числу наиболее уязвимых к огню северокорейской реактивной артиллерии, особенно 240-мм установок залпового огня.

Данная концепция получила обозначение PPS (Patriot Precision Strike), и в соответствии с ней комплексы «Пэтриот» могут использовать свои РЛС для определения траекторий полета реактивных снарядов, вычисления местоположения стартовых позиций и для наведения ракет «Пэтриот» на наземную цель. Альтернативным вариантом может явиться определение местоположения целей с помощью армейской РЛС ТРО-36/37. Однако в настоящее время концепция PPS в первую очередь рассматривается с точки зрения придания ЗРК «Пэтриот» способности автономных действий по наземным целям.

Компоновка ракеты «Пэтриот» Hlt-To-KIII.

Прямое попадание ракеты РАСМ в мишень.

Испытание прототипа двигателя поперечного управления ракеты Hit-To-Kill.

Секция наведения ракеты Hit-To-Kill.

Литература

1. Patriot kontra Scud. J.Gruszczynski, E.Rybak. 1996.

2. Журналы «Зарубежное военное обозрение».

3. Журналы Flight International.

4. Журналы Aviation Week amp; Space Technology.

5. Журналы Jane's Missiles amp; Rockets.

6. Журналы International Detense Review.

7. Журналы Armada International.

8. Материалы пресс-служб компаний «Рейтеон», «Локхид-Мартин» и «Боинг».

9. Материалы пресс-служб Агентства по ПРО США. ВВС США и армии США.

Музей экипажей и автомобилей

Музей расположен на территории центра военно- патриотического воспитания молодежи ЮВАО. Адрес: Москва, ул. Заречье, владение 3.

Проезд до станции метро Люблино или Волжская, далее пешком до ул. Заречье.

Занятия по преодолению водных преград

2-я гвардейская Таманская мотострелковая дивизия. Июль 2005 г.