adv_geo Татьяна Сальвони Италия. Любовь, шопинг и dolce vita!

Италия — антипод любой суровой реальности, даже если суровая реальность нагрянула в саму Италию. Это страна, где еще две тысячи лет назад безоговорочно победила одна-единственная национальная идея — сладкая, красивая жизнь. Древние благородные римляне пили вина, разлегшись на кушетках, и философствовали с гетерами об устройстве Вселенной, простой люд вкушал хлеба и зрелищ на площадях. Сменялись правительства, времена и нравы. И только эта идея не менялась. Лишь находила новые формы воплощения.

Но как там на самом деле? Каковы две разных Италии — север и юг? Сколько стоит жизнь на Апеннинах? Как русскому стать итальянцем? Как устроен итальянский социум? И какова она — любовь по-итальянски?

ru ru
FictionBook Editor Release 2.6.6, AlReader2 21.03.2013 6BB9F68F-C61E-43AF-869A-8FEBC278ED22 1.2

v 1.2 — структурирование документа и применение скриптов — AVaRus


Татьяна Сальвони

Италия. Любовь, шопинг и dolce vita!

A Roberto Salvoni e al nostro Alejandro, con amore e gratitudine

Моим родителям, с нежностью

Введение

Dolce vita как национальная идея

Я никогда не собиралась переезжать жить в Италию. У меня все хорошо было в Москве — карьера, друзья и личная жизнь. Но Италия накрыла меня сама, уверенно пригласила на танец и закружила, закружила и… А точнее, дело было так.

Несколько лет назад мы сидели с подругой и коллегой Раисой Мурашкиной и грустно обсуждали нежданно нагрянувший кризис. Он серьезно ударил по нашим кошелькам, снизились гонорары, первый раз за всю историю нам не выплатили 13-ю зарплату.

— Но ничего, переживем! — бодро сказала Раиса. — Завтра уже все поменяется.

— Конечно! — подыграла я нарочито оптимистично. — Еще будем однажды ужинать где-нибудь в Италии, сидя на террасе, пить нежное вино, смотреть, как садится горячее итальянское солнце, и обсуждать, какие красивые вещи мы сегодня купили.

На улице было темно и холодно, шел серый московский снег с дождем, пессимизм финансовых проблем был разлит в воздухе, и об этом говорили все, будущее казалось тревожным. А нарисованная мной картинка выглядела сюрреалистичной и невозможной. Поэтому мы с подругой посмеялись и забыли. Тот год был тяжелый, и я, и она очень много работали. Но он закончился, а вместе с ним и проблемы.

Прошло время. И вдруг однажды мы обнаруживаем, что сидим на террасе итальянского ресторана, в виноградники садится веселое итальянское солнце, а мы обсуждаем наши покупки из аутлетов.

— Слушай, а помнишь тот декабрьский вечер? Точно! И ведь эта шутка реализовалась в жизнь до мелочей!

Само собой сложилось, что однажды я приехала на свадьбу моей подруги Нелли Марголит в Италию, познакомилась с Роберто и стремительно вышла за него замуж. Сейчас нашему сыну Саше второй год. Мы живем в городке под Миланом, затерянном среди полей. Это не туристический город, а самый настоящий, живой и классически итальянский, где даже на английском мало кто говорит. Раиса приехала ко мне в гости. И нарисованный когда-то пазл сложился сам собой. Конечно, это не было заветной мечтой. В принципе, купить билет и провести отпуск в Европе любая из нас всегда могла бы себе позволить. Просто тогда, в тот хмурый вечер, итальянский образ нарисовался как полный антипод суровой реальности.

И это так и есть. Ведь Италия — антипод любой суровой реальности, даже если суровая реальность нагрянула в саму Италию. Это страна, где еще две тысячи лет назад безоговорочно победила одна-единственная национальная идея — сладкая, красивая жизнь. Древние благородные римляне пили вина, разлегшись на кушетках, и философствовали с гетерами об устройстве Вселенной, простой люд вкушал хлеба и зрелищ на площадях. Художники, поэты и портные были всегда самыми уважаемыми людьми. Сменялись правительства, времена и нравы. И только эта идея не менялась. Лишь находила новые формы воплощения. Может быть, это самая эффективная стратегия для выживания нации? Ведь итальянцы — чуть ли не единственные из всех народов — живут на своей земле уже которое тысячелетие, они даже внешне похожи на древнеримские скульптуры.

«Дольче вита» проскальзывает в любом движении жизни итальянца. Это то, от чего отталкиваются их мысли и поступки, их главная мотивация. Поэтому, когда приезжаешь в Италию, выходишь из самолета и сразу же, немедленно, расслабляешься. Зеркальные нейроны на наших лицах тут же реагируют на реальность вокруг. Вежливые, спокойные синьоры, непринужденный юмор, легкость бытия. Здесь все расслабляет и настраивает на игривый лад.

Зеленые холмы, виноградные и оливковые поля, озера, морские побережья и Альпийская гряда с шапками снега на горизонте… Итальянские пейзажи требуют от прилежного туриста постоянно готовой к съемке камеры. Эти виды многие века вдохновляли классиков искусства со всего мира, они специально приезжали в Италию творить шедевры.

Древние руины, уютные столики уличных кафе и причудливо оформленные витрины. В каждом проявлении Италии чувствуется вкус, бездна вкуса. Это невероятно вкусная страна! Во всем. Поэтому о ней в основном пишут кулинарные книги. И знаете, эта книга в некотором смысле тоже кулинарная. Только в ней я расскажу о том, как в Италии готовится блюдо под названием «жизнь».

Добро пожаловать к столу!

Благодарности

Благодарю Нелли Марголит за взмах волшебной палочкой, Владимира Гориккера за вдохновение, русских «итальянцев» Галину Солдатову, Жанну Блинкову и Сергея (Карло) за чудесные истории любви к Италии, русско-итальянскую компанию Trade & Consulting sas за разъяснение тонкостей иммиграционного права, социальную сеть «Италия по-русски» за дополнительные краски в палитре восприятия Италии и за то, что помогла отразить реальность более объективно. А также моих итальянских друзей поблагодарю на их языке, а то они не поймут.

Un sentito ringraziamento ai miei amici italiani: Marchese Luca Pinelli Gentile, Paola Ravelli, don Fabio, Michele e Anna Bisceglia, Luigi Bisceglia, Adele Rossini, Fulvia Teodora Biloni, Fabio e Monica Facchetti, Francesco Iorio, Stefano Benedetti e tutte le persone, che indirettamente mi hanno aiutato.

Глава 1

Вива, Италия!

Два полюса — Север и Юг

Небольшое историческое вступление

Когда-то Рим был столицей мира. Историей Древнего Рима по-прежнему мучают российских школьников. А сводится она к захватническим войнам и насаждению римского права. Но при этом сама Италия, как полноценная страна, очень молодая. Ей всего-то 150 лет. Отмечали праздник в 2011 году, и это был первый раз, когда в честь Италии сделали всеобщий выходной. До объединения Апеннинский «сапожок» был совершенно разрознен и служил всемирной ареной политических и военных событий. Пожалуй, ни в одной стране столько не воевали. При этом, кстати, умудрившись оставить в сохранности многие памятники древности. Первая Пуническая война, Вторая Пуническая война, Спартак, Цезарь, Нерон, Парфянские войны… Галлы теснили этрусков, лигуры — римлян, реты, венеты, либики, инсубры, ценоманы, анамары, бойи, лингоны и сеноны… О, мамма мия, одно только перечисление всех племен и народов, живших некогда на территории современной Италии, может занять полкниги. Эти племена без конца оттяпывали друг у дружки клочки земли. Сегодня этот холм принадлежит одним, бац, завтра он уже у других. Племен было много, места мало, а у соседа холм завсегда красивше. В результате войн некоторые народности были навеки стерты с лица земли. Само название страны, кстати, предположительно, пошло от маленького племени италов, которые то ли растворились в других народах, то ли исчезли вовсе. Еще есть мнение, что был некий царь Итал. По третьей версии, весь полуостров изначально назывался Этрурия из-за огромного и воинственного племени этрусков. Но так как у древней грамматики было лишь одно простое правило «что слышу, то пишу», а букву «р» не все выговаривали, то и превратилась Этрурия в Италию.

В средние века солнечный зеленый полуостров, омываемый пятью морями, — несомненно, лакомый кусочек — стал предметом споров между крупными соседями. Разными регионами Италии поочередно владели Австрия, Франция, Испания, Германия, арабы…

К началу XIX века Венеция и Ломбардия были австрийскими, весь юг — испанским. В центре — Папская область. Остальные итальянские провинции и княжества играли роль разменной монеты в играх иностранных политиков. Может, поэтому само население и поныне к политике настолько индифферентно, что аж зависть берет. Впрочем, об отношениях местного населения с политикой речь пойдет позже. А сейчас — последний исторический аккорд.

В конце XIX столетия генерал Гарибальди объединил разрозненные области в одну страну. Видному писателю и политику того времени Фердинандо Мартини приписывают слова: «Италия создана, теперь предстоит создать итальянцев». Удалось ли это в полной мере — вопрос очень спорный. Скорее всего, нет.

На данный момент, по статистике, на территории страны проживает 60 миллионов жителей, из них 7,5–8 процентов — представители других народов — румыны, пакистанцы, албанцы и так далее. Из Восточной Европы пальму первенства держат украинские эмигранты (174,129 в 2010 году), вторыми по численности идут молдаване, чья численность около 100 тысяч, русских граждан насчитывалось в 2010 году 30 500. Но каждый год процент славянской миграции стабильно растет с показателями 6–7 %.

Призрак кампанилизма

Сегодня Италия делится на регионы, а те, соответственно, на провинции. Одна из самых очаровательных особенностей местных жителей — коренных итальянцев — такое явление как campanilismo. Это ироничное подтрунивание над жителями соседней области (провинции). Существует вот такой стишок, который отражает суть кампанилизма. На итальянском звучит так (умеющие читать на языке могут насладиться):

Veneziani gran signori Padovani gran dottori, Vicentini mangia gatti, Veronesi tutti matti, Udinesi castellani, col cognome di Friulani, Trevigiani pan e trippe, Rovigotti vino e fumo, i Cremaschi sciocchi, i Bresciani infidi: e ce ne sono di peggio…. i Bergamaschi senza….Dio! E Belluno? Povero Belluno, sei proprio di nessuno!

А вот дословный перевод:

Венецианцы — настоящие господа, Падованцы — великие доктора, Жители Виченцы (Венето) едят кошек, Веронцы все сумасшедшие, Удинесцы сидят в замках И поголовно носят фамилию Фриулли, Тревиджани (Тревизо) едят только хлеб и овощной суп, Ровиготты пьют и курят, Кремаски — дураки, Брешанцы просто предатели. Есть ли кто-то еще хуже? Бергамасцы — атеисты! А Беллунцы? О, бедные беллунцы! Вы вообще никто.

И это не просто местный фольклор. Это явление постоянно сопровождает обычную бытовую жизнь. Каждый гражданин Италии, преимущественно, думает о себе как об уроженце конкретной провинции. Он изначально пьемонтезец или лигуриец и только потом — итальянец. А точнее, нет. В первую очередь, к примеру, флорентиец, во вторую — тосканец, и только в третью — итальянец. Ощущение своей обособленности, обусловленной именно местом рождения, настолько велико, что создается впечатление, будто страну в одно целое объединили не 150 лет назад, а позавчера. И она как была цветным лоскутным одеялом, так и осталась.

Веками регионы Италии хоть и меняли «владельцев», но по сути-то были сами по себе, отдельными мини-государствами, в которых ревностно сохранялись традиции и местный уклад. Поэтому даже в самой крошечной итальянской деревне можно с удивлением обнаружить у местных проявления синдрома столичного жителя — снобизм, связанный с географическим положением, и снисходительность, мол, вам, конечно, не повезло родиться и жить именно в этой местности, как мне.

Сами итальянцы любят пошутить на тему кампанилизма. У них вообще с самоиронией все отлично. Хотя начнешь слушать местных, и в какой-то момент может сложиться впечатление, что они всерьез верят во все, что рассказывают о соседях.

— Ну, в Бергамо одна деревенщина, в основном! — говорил мне один брешанец.

— Ха, у нас говорят, что один бергамасок стоит семи брешан! — говорил житель Бергамо. — И мы самые хитрые.

Причем, что умиляет, именно так о себе и соседях говорили их отцы, деды, прадеды и так далее. Кстати, противостояние Бергамо и Бреши — это итальянская классика. Казалось бы, должно давно просто стать анекдотом и оживать лишь на футбольном поле. Между этими городами меньше часа езды на машине. Природа и все остальное — одинаковое. Тем не менее житель провинции Бреша, желающий, к примеру, купить новый дом, ни за что не переедет в провинцию Бергамо, даже если там будет более выгодная цена. И наоборот.

На Юге, для примера, также конкурируют между собой Калабрия и Апулия. Калабрийцы по-доброму считают апулийцев злыми, а те в ответ про калабрийцев говорят, что они самые медленные и ленивые люди на свете.

Впрочем, само противостояние Севера и Юга Италии иногда выходит за рамки юмора, хотя и рождает самые смешные образцы песен, комедий и анекдотов в стиле кампанилизма. Оно вошло даже в политику!

Хотим отделиться!

Для человека со стороны трения между тосканцем и умберцем точно не будут сильно различимы. Но разделение Италии на северную и южную нельзя не заметить. Можно сказать, что в глобальном смысле существует не одна, а две Италии и два вида итальянцев — северные и южные. На севере южан называют словом «теру», производное от «terra» — земля, так как на юге много земледельцев, и южане очень держаться за свою землю, свой уклад и близких. И про южан на севере ходит поговорка — «теру, как собака, однажды обязательно укусит». При этом само словечко носит несколько вульгарный и даже обидный оттенок, особенно если произнести с особым ударением.

Южане же с едким подтекстом обзывают северных соседей «полентонэ», так как в предместьях Альп есть традиционное блюдо — кукурузная каша, которая называется полента. Ее обычно подают на воскресном или праздничном ужине, нарезанную деревянным ножом на дольки и политую мясным соусом.

По сути, это два очень разных типа итальянцев. Северные более спокойные, трудолюбивые, энергичные, законопослушные, честные и даже немного пресные, вежливые донельзя и двуличные.

Южные — более темпераментные, много жестикулирующие, громко разговаривающие, любящие приукрасить реальность, эмоциональные, радушные, хитрые, но от них вроде знаешь, чего ожидать.

Существенные различия между южными и северными итальянцами подтверждены объективными данными. В 90-х годах проводилось масштабное европейское исследование (Linssen and Hagendoorn, 1994), в котором выясняли роль влияния климата на национальный характер. Было подтверждено, что температура — значимый фактор. Более высокая температура местности повышает экстравертность жителей.

От юга к северу климат страны постепенно меняется от теплого средиземноморского до субтропического, континентального и альпийского.

Так, в результате обнаружилось, что южане выглядят, как типичные представители бедных и жарких стран мира, имеют большие показатели доверия, альтруизма и добродушия, хотя и менее склонны к порядку, более импульсивны, ленивы, ищут удовольствий и выгоды. И имеют склонность решать вопросы неформально. А северяне деловиты, прилежны и холодны. Они открыты новым ценностям, но меньше склонны к фантазиям и чувствам, им менее свойственны альтруизм и добродушие. «Поскольку такие черты характера способствуют накоплению богатства, — говорят авторы исследования, — неудивительно, что экономическая ситуация на Севере Италии заметно лучше».

Итальянская киноиндустрия с удовольствием использует сюжет «встретились южанин и северянин», доводя стереотипные образы до абсурда и комического эффекта.

Юг Италии — это сказочно красивые места и волшебная кухня. Есть тут могут часами, поэтому еда должна соответствовать. Попав на «каблук» или «нос» «сапога», влюбляешься навсегда. И в природу, и в невероятно музыкальное, темпераментное, удивительно органичное в своей легкой помешанности население. Но только от созерцания морских видов дом не купишь, семью не прокормишь. На протяжении последних десятилетий внутренняя миграция с Юга на Север происходит перманентно. Один из самых типичных сценариев переезда: южные итальянцы приезжают, открывают морской ресторан или пиццерию, называют ее, недолго думая, «Прекрасный Неаполь» (одно из самых распространенных названий) и живут, изредка навещая каждое лето родню «внизу». Впрочем, как раз северным итальянцам этот сценарий нравится. Они с удовольствием ходят в заведения южан поесть и отдают должное им в искусстве кухни. Самые вкусные рестораны на Севере — это те, которые держат южане.

Но слегка раздражает северян то, что южане норовят устроиться на работу в госорганы, куда, по идее, в принципе может попасть только местный гражданин Италии, а «иностранцев» не берут. Так вот, из-за наплыва южан и уроженцам Северной Италии, собственно, на северной территории часто отказывают в местах на госслужбе. Почта, полиция, коммуна (мэрия) и другие госучреждения — везде слышен характерный говор. И все бы ничего, но постепенно в коммунах (мэриях) и прочих общественных местах поселяются беспорядок с оформлением документов, очереди, хаос, решение вопросов в обход других по знакомству и прочие «прелести», которые губят Юг…

Еще на Севере любят рассказывать о южной мафии, с которой пока ничего не могут поделать государственные органы. Раньше она пронизывала и сам Север, но за последние восемь-десять лет удалось таким образом перестроить все, что исчезли даже взятки полицейским на дорогах.

Самая большая претензия северян в том, что Юг очень мало платит налогов в казну. Рассказывают, что представители национальной телерадиокорпорации RAI (да и в принципе фискальные органы) опасаются ходить в южные края с проверками. Если северный житель пару лет не будет платить телевизионный налог (на сегодня он составляет 112 евро в год), к нему придут обязательно домой, и коли окажется, что в доме есть телевизор, то еще и пени начислят за прошедшее время, пока человек не платил.

— А на юге проверяющего и застрелить могут! — рассказывают и делают большие глаза северные жители.

В знакомой итальянской семье северный парень женился на южанке и перевез ее к себе в городок под Миланом. Пришел счет за ТВ, и она устроила скандал, когда тот собрался идти оплатить его.

— Да не платит никто этот налог, у нас ко всем приходят квитки, их в мусор выбрасывают!

И тут случилось показательное выступление у соседа, тоже переселенца с Юга, который все восемь лет, что живет на Севере, не платил RAI. Пришли с проверкой, увидели три телевизора и начислили такой штраф, что девушка сама побежала на почту.

— Это тебе не бедный мафиозный Юг! — позлорадствовала северная свекровь ей в ответ. Чуть не подрались (об итальянских свекровях будет отдельная баллада).

Насчет того, насколько сильно распространены мафиозные группировки «внизу», оценить сложно. Но в новостях действительно периодически говорят о том, как была обезглавлена очередная ОПГ. А иногда мафия оставляет о себе страшные послания. В мае 2012 года в Бриндизи случались несчастье: был взорван вход в школу, которая носит имя Джованни Фальконе, известного борца с мафией. В эти дни вся Италия как раз вспоминала 20-ю годовщину со дня его гибели. 20 лет назад его бронированная машина, где он ехал с женой, и кортеж полицейских были взорваны мощнейшей бомбой, унесшей также жизни нескольких обычных водителей. Мафия напомнила о себе, погубив жизнь одной 16-летней девушки и ранив пятерых подростков. На телевидении в этот вечер один из телеведущих развлекательной программы не выдержал и очень эмоционально выругался, назвав мафиозный стиль жизни и их ценности словом «дерьмо». Не побоялся же!

На форуме сайта «Италия по-русски» одна наша соотечественница рассказывала такую историю (цитирую дословно):

«Я в Калабрии своими глазами видела, как вымогали деньги у хозяина ресторана. Пришло целое семейство — бесплатно поели, потом семейство пошло гулять, не заплатив, а глава семейства остался «поговорить» с хозяином ресторана. Итог беседы: 400 евро в месяц, иначе сожгут все. Хозяин сходил в полицию — там руками разводят. До этого у хозяина ресторана была лодка, на которой он катал туристов, а жена готовила им сказочные обеды. Лодку мафия отобрала. Младшую дочку похитил собственный бойфренд, который, как оказалось, состоял в той самой шайке-лейке, которая прибрала к рукам лодку. Вот пока хозяева не согласились расстаться с лодкой, дочку им не отдавали. С дочкой я разговаривала, хорошая девочка, очень тихая и милая, только теперь не в себе…»

Другая женщина в красках делилась, как пошла в римский супермаркет, а туда залетели двое с пистолетами, приставили их к головам кассиров, забрали выручку и скрылись. Буднично и привычно, а она чуть сознания от страха не лишилась, только радовалась, что маленькую дочку с собой не взяла.

Не в ладах с законом и порядком — это, может быть, по-настоящему единственный страшный недостаток Юга Италии.

Кстати, завораживает то, как русские иммигранты лихо бросаются грудью на амбразуру в защите «теру» от «полентоне» и наоборот. Ругаются на форумах и в реальной жизни, если встретятся и вдруг зайдет разговор об этом. Рядовым итальянцам такой накал страстей и не снился. Они в принципе стараются избегать любых споров и вражды, все переводят в шутку. И в жизни южанин может иметь лучшего друга северянина, ведь, в конечном счете, главное — это личность человека, а не то, откуда он родом. Так серьезно, как русские, к вопросу разобщенности и противоборства итальянских полюсов относятся только политики. Набирает обороты (а чаще просто подливает масла в огонь) националистическая партия «Лига Севера», которая борется за то, чтобы отделиться от Юга и от Рима как столицы и установить свои границы. Говорит, мы, мол, сейчас рабы Рима. А мы хотим быть свободны. Но главным образом (и это их основной козырь) они настаивают на том, что не хотят кормить южан северными налогами.

Впрочем, итальянская политика — это увлекательная тема и о ней, как и обещала, — на десерт.

На скольких языках говорят итальянцы

Диалект звучит гордо

Официальный язык в Италии, разумеется, итальянский. Но тот итальянский, которому учат иностранцев на курсах, на котором говорят на итальянском телевидении, и тот, на каком разговаривает население — совершенно разные языки. В Италии из-за ее долгой территориальной раздробленности в каждом регионе — свой диалект. Причем точное количество диалектов подсчитать трудно. Говорят, что два десятка, по количеству регионов. Но только в Лигурии, к примеру, насчитывается 13 разных диалектов. В Эмилии-Романии — 8. И так далее. И это не просто разница в ударениях или «оканье» с «аканьем», как у нас. Это отдельные языки, ответвившиеся некогда от немецкого, французского, испанского, греческого, норманнского. Колыбель официального итальянского языка — тосканский диалект Флоренции, так как на нем создано наибольшее количество произведений классической итальянской литературы. При этом многие самые душевные песни звучат по-неаполитански.

Надо отметить еще одну общую особенность жителей Апеннинского полуострова. Они в массе своей, а уж старшее поколение и подавно, очень тяжело учат иностранные языки. Найти человека, который поймет простые английские выражения, на территории Италии крайне сложно. Разве что в центре крупных городов, в туристических местах и в Венеции — единственное место, где превосходный английский в ходу так же, как и официальный итальянский. В большинстве же случаев жители и нормальный-то итальянский не знают, говорят на диалекте и в ус не дуют. То, что среднестатистический северянин не в состоянии уразуметь речь среднестатистического южанина — это еще как-то можно принять. Одни веками были под испанцами, другие — под австрийцами. Но то, что сицилиец точно так же не сможет хорошо понять, к примеру, жителя Бари, это уже смешно. И ладно бы престарелые синьоры. По статистике, 24 % молодых итальянцев не говорят на официальном итальянском. Притом, что он настолько мелодичен и логичен, что, проживая на территории Италии, через два года начинаешь мурлыкать на нем даже со своими соотечественниками. Слова входят в память как нож в масло. Ведь в итальянском действует главное правило — закон гармоничного звучания. Поэтому запоминается на ура. Плюс он очень сочный, очень точный. На нем шутить — одно удовольствие. А в русский когда-то перешло столько слов из латыни, что удивляешься, сколько знакомых слов, казалось бы, чисто русских, можно обнаружить в итальянском.

За распространение официального итальянского спасибо телевизору, он по-настоящему и объединяет Италию. Так что это вполне можно назвать прогрессом в невероятно консервативной и неповоротливой к изменениям итальянской провинции.

Сами носители диалектов относятся к своим наречиям очень серьезно и стараются сохранить в первозданном виде. Это, безусловно, добавляет штрихов к шуткам жанра кампанилизмо: передразнивают говор друг друга и хохочут.

Контексты и подтексты мата

Брань в Италии — это целое искусство, как опера. Итальянская ругань не так вульгарна, как русская. Хотя когда начинаешь поначалу переводить со словарем некоторые «музыкальные» фразы, услышанные где-нибудь на площади Рима от уличного актера в костюме древнего этруска, то хватаешься за голову, какой трехэтажный «эпитет» выходит. Но постепенно понимаешь, что русский перевод просто не способен передать все нюансы и смыслы.

Главное отличие итальянского мата от русского в том, что его цель — с юмором, иронией выплеснуть собственный пар и художественно самовыразиться, а не обидеть или задеть ни в коем случае, как в русском. И схожие смыслы — не что иное, как просто условность. Некоторые туристы, кстати, специально едут на знаменитые пьяццы, чтобы послушать уличных актеров.

Брань делится на «бруто пароли» (плохие слова) и «бестемии» (богохульство). Бестемии — это конструкции, в которых упоминаются Бог и Мадонна. Их употребление чревато тем, что после смерти попадешь в ад. И поэтому после каждой бестемии надо срочно бежать в церковь исповедоваться.

Бруто пароли слышны повсюду и составляют основные конструкции, которые способны привести в настоящий восторг как неподготовленного иностранца, так и рядового итальянского юзера. Они как бы даже разрешены и не считаются грехом. Итальянский мат не так категоричен в употреблении, как наш. Мужчин он даже украшает, а женщинам не очень к лицу, хотя зависит от ситуации. Многие скетчи в фильмах и юмористических передачах построены на бруто паролях. А какие только образы не вплетаются в контекст! Однажды во время блистательного уличного «конферанса» задетого за живое итальянца, говорящего по телефону, я с удивлением услышала историю про верблюда, который два года жил в пустыне, не имея контактов с самками и поэтому… Причем каким-то образом личная трагедия верблюда имела отношение к его глупому начальнику, к пробкам, налогам и массе других вещей. И все это чудо экспрессии создавалось в реальном времени, и, кажется, он сам был увлечен столь неординарным выплескиванием эмоций. Закончив тираду, расхохотался, повторил эхом самые удачные словесные находки, положил трубку и, насвистывая, оседлал «Веспу» и укатил.

Определенно, мат в Италии — не просто мат, а способ психотерапии.

Вот основные составляющие слова. «Катцо» — мужской половой орган, «фига» — женский. А остальные составляющие в основном переводятся как «проститутка». Вот они: путана, проститута, вакка (она же корова), троя (она же свиноматка), порка (она же свинья). Самое распространенное выражение «порка да ке ла троя импестата», которое произносится в случае выражения особого неудовольствия или крайнего удивления с неповторимой экспрессией (что на Юге, что на Севере), по смыслу вроде как «проститутка проститутковая повсюду». Но смысл в данном случае лишь условность, вы понимаете.

При этом бранные слова легко превращаются в комплименты. Вслед красивой девушке летят выражения «ке вакка», «ке фига», «ке фигетта», все это означает лишь восторг и является высшей формой признания женской неотразимости. «Ке фиго» относится к мужчинам, которые сегодня особенно отлично выглядят. Итальянские мужчины делают комплименты не только женщинам, но и своим друзьям. Ведь у многих парней гардероб побольше женского.

Слово «катцо» — одно из самых употребляемых. Причем в словаре вы найдете самый вульгарный перевод, но на деле это восклицание услышите в любом фильме, передаче, интервью известной персоны. В диалектах есть свои варианты этого возгласа, но они, что удивительно, сходятся по звучанию. Смягченный вариант специально для употребления пожилыми синьорами — «каволо», что в принципе переводится как капуста, но с известной долей экспрессии этот эвфемизм — завуалированное «катцо».

Еще одно из самых употребляемых неприличных выражений, которое по смыслу означает русское «выносить мозг», — «спаки кольени» или «спаки балли» в вульгарном варианте и «ромпи скатолы» в деловом вежливом. Переводится как «разбивать яйца» (мужские). Мол, это разбивает мне и так далее.

Ну и, конечно, куда же без известного всему миру «ваффанкуло» — иди в задницу! Итальянцам так нравится посылать друг друга в шутку и всерьез, что они коллекционируют перевод этого выражения в разных языках мира. Это, пожалуй, единственная фраза, которую они учат с удовольствием. Так-то их трудно заставить выучить и пару русских слов. Как-то наш знакомый в ресторане на дружеском ужине, узнав, что я из России, немедленно прицепился с просьбой написать, как эта фраза звучит на русском. Прочел, потренировался в произношении и тут же позвонил своему отцу, ведя с ним шутливый диалог и периодически вставляя русскую фразу. Положил трубку и давай покатываться со смеху вместе с другими, которые перед этим, затаив дыхание, внимали мизансцене. Устроил себе и всем развлечение буквально на ровном месте. Причем к отцу у него трепетнейшее, нежнейшее отношение.

Жесты и мимика

Жестикуляцию итальянцев можно отнести к разряду еще одного отдельного неофициального языка этой страны. Говорят, если итальянцу связать руки, он не сможет говорить. По моему же наблюдению, сумеют, только шутить и браниться будут еще темпераментней, смешней и музыкальней.

По мере продвижения от севера к югу жестикулируют все изящнее и размашистее. Причем, о ужас туриста, в каждой местности могут использоваться свои жесты. Впрочем, телевидение вносит определенный вклад, распространяя и унифицируя язык жестов.

Многие жесты являются синонимами бруто паролей, и их используют, когда произнести слова вслух сложно или невежливо. Но чаще преподносят все в комплексе, создавая неповторимую картину итальянской экспрессивности и эмоциональности.

Эта жестикуляция удивительно заразна. Стоит немного пожить и пообщаться с местным населением, как, даже вернувшись на родину, поневоле машешь руками, как житель Пиренейского полуострова. Знакомый радиодиджей после длинного отпуска в Италии рассказывал, что первое время постоянно сшибал микрофон, зато его бруто пароли, вставленные в русскую речь, заметно оживили эфиры.

Скопление маленьких, но гордых деревень

Замаскированные микрорайоны

Большая часть населения Италии живет в маленьких городках. Любой из них, который считается здесь важным, по российским меркам — деревушка. Но это очень старые деревушки, по 300–700 лет. У нас за это время поселения такого размера превратились в города-миллионники. Здесь же, хоть и постоянно ведется строительство, рождаются дети и прибывают новые иммигранты, количество населения в каждом отдельно взятом населенном пункте растет крайне медленно. А то и падает. Загадка!

Такие городки очень изысканны и невероятно кинематографичны. В центре каждого высится старинная башня и церковь. Мощеные узкие улочки, как правило, расположены довольно витиевато. В принципе, это система «круг в круге», а от центральной площади расходятся лучи других улочек. Но тоже очень неравномерно. Поэтому заблудиться в трех соснах — пяти зданиях XVII века — проще пареной репы. Когда я поселилась в нашем городке, то на протяжении первого года периодически плутала. Хотя казалось, что знаю уже каждый камень.

Почти любой городок прорезывают насквозь или огибают узкие каналы. К ним можно увидеть через каждые метров пять-десять древние ступени-спуски с двумя плитами на уровне воды, одной прямой и другой немного наклоненной. Когда-то, не так уж давно, пару поколений назад, на эти камни приходили полоскать белье хозяйки. Вода в каналы поступает с гор. И весной они переполнены, весело бурлят и счищают все, что нападало вниз за зиму. В январе бывает, что вода местами вообще исчезает.

Впрочем, называть эти городочки деревнями не очень справедливо. Хоть население каждого можно пересчитать по пальцам — 5 тысяч, 10 тысяч (а 18 тысяч уже считается совсем крупным городком) — но по сути они давно превратились в благоустроенные современные микрорайоны, разделенные между собой зеленой живописной «подушкой» полей и виноградников. Едешь 15 минут на машине, уже три города проехал и не заметил. И у каждого городка по-прежнему свой мэр и своя мэрия (коммуна).

И вроде было бы логично их объединить, с одной стороны. А с другой, сразу исчезнет колорит обособленности. И потом, итальянцы как-то болезненно относятся к идее объединения. Они до сих пор не все до конца пережили объединение Италии в одну страну, чего уж говорить о деревеньках. К тому же, принцип кампанилизма работает и в этом случае. Старожил любого городка с удовольствием расскажет, что в соседнем (1 км расстояния) живут уже совсем другие люди, у них, мол, совершенно иной менталитет. Разумеется, хуже, чем в этом. И свое произношение. Нет, не диалект, просто немного другое произношение у того, кто живет по московским меркам в двух станциях метро от тебя!!!

В каждом итальянском населенном пункте есть свои местные традиционные праздники, на которые приезжают жители других городков, магазины устраивают дни открытых дверей и скидок, выкладывают весь товар из закромов наружу. Во многих городках существует традиция проводить осенью дни хлеба (самые знаменитые Савильяно, Сеньгалья, Альтомонте), дни вина, дни сыра. Или вот, к примеру, в Альпах маленький городок Баголино, возле элитного горнолыжного курорта Мадонна ди Кампильо. И только там производят настоящий сыр багос, который стоит от 40 евро за кило. И только там можно купить настоящий, выдержанный 3 года или 5 лет. Хотя в супермаркетах и на рынках предлагают багос, божась, что он настоящий. При этом цены совсем зашкаливают — 50–70 евро. Но вкус совсем иной. Баголинцы производят немного багоса, и почти весь произведенный сбывают в собственном городке. Итальянцу не «в лом» сесть за руль и проехать пару сотен километров, чтобы купить вино в каком-нибудь замке или сыр именно этого городка.

Табаккерия — душа итальянского населенного пункта

Утро в итальянской деревне начинается с того, что открываешь цветные грильи (ставни). А вечером закрываешь. Классическая расцветка — зеленые, шоколадные, пронзительно-синие или красные. В прозрачном голубом небе разносится колокольный звон с городской башни, поют птицы, врывается запах цветов и цветущих деревьев. Поздней осенью и зимой открывать грильи не столь приятно, потому что очень влажно, а вместо аромата цветов — запах дождя и сырости. Что тоже бодрит, безусловно. В некоторых итальянских домах сейчас стали устанавливать электрические грильи, наподобие наружных жалюзи, которые открываются и закрываются вверх выключателем. Это, конечно, делает жизнь удобнее, но немного лишает ее очарования старинного ритуала.

В семь утра любой городочек уже бурлит. По улицам бегут озабоченные люди, несутся табунами велосипеды, которые чудом не сталкиваются на узких мощеных улочках с автомобилями.

Редкий житель городка работает в нем же. Как правило, многие едут на работу на фабрики, которые вынесены в промышленную зону, в соседние городки или крупные города. Без машины здесь никуда, в поле нет метро. Привычка ездить везде за рулем нередко становится причиной такой картины: итальянский человек садится в неповоротливый мерседес и едет кривыми узкими улочками в булочную, что за углом, паркуется с аварийкой, перекрывает движение, но никого это не удивляет. Кроме русских переселенцев, конечно, которые тут же вспоминают знаменитую фразу из фильма «Бриллиантовая рука».

Машина — это спасение, поскольку итальянские автобусы и поезда — особая, больная тема. Электрички вроде бы ходят по расписанию, но, видимо, каждому машинисту и водителю автобуса выдается собственная версия. Поезда и автобусы отменяются, переносятся, опаздывают на 10 минут или полчаса либо уходят раньше. У них своя логика, которую начинаешь понимать, только когда долго пользуешься этой транспортной системой. Билеты на поезд можно купить в кассе или в табаккерии заранее, а перед посадкой обязательно прокомпостировать, ведь они действительны два месяца. И без отметки компостера с пассажира сдерут огромный штраф — от 40 евро минимум. Прогресс медленно, но верно доходит и до Италии, билеты можно купить и по Интернету. Но в основном постоянные пользователи поездов закупают билеты заранее в табаккерии. Ах, эта табаккерия…

Без нее жизнь итальянского городка представить невозможно. Где обмениваются последними сплетнями? Где спускают состояния в лото и автоматах? Где не стоило бы покупать кучу всякой ненужной всячины, но ты ее почему-то приобретаешь? В табаккерии можно положить деньги на телефон, оплатить коммунальные платежи, перевести некую сумму на благотворительность, ну и, конечно, купить сигареты (только там их и продают, ну и в крупных сетевых супермаркетах, которые вынесены за город). Удивительное место! Нужно что-то узнать — в табаккерию. Это информационный центр любой глуши. И самое прибыльное дело. Поэтому лицензия на то, чтобы открыть табаккерию стоит 100–120 тысяч евро минимум. И деньги оправдываются очень быстро. Я знаю лишь одного хозяина табаккерии, который получил ее в наследство от отца (с приличным вдобавок счетом в банке) и разорился. А все потому, что сначала его жена подсела на автоматы, которые стоят в его же табаккерии. А затем он сам и двое их детей-подростков. Автоматы принадлежат государству и прибыль от них идет в казну. Так вот в собственной табаккерии хозяин спустил все свое состояние, всю прибыль и влез в долги. Теперь по ночам подрабатывает в пекарне, чтобы было на что кормить семью.

Кроме табаккерии в любом самом крошечном городке обязательно наличествуют церковь, бар, детский центр (ораторио) и футбольное поле. Крупным и важным городок считается, если в нем разместились железнодорожная станция, госпиталь и школа. Цены на недвижимость в этом городке сразу резко идут вверх. По внешнему виду и количеству населения городки могут не отличаться, находиться в 2 км друг от друга. Но квадратные метры стоят уже совсем по-другому.

А вообще ехать «проселочными дорогами» очень приятно. Холмы, виноградники, поля со скрученным в идеальные рулоны сеном, озера и горы со снежными шапками на горизонте… А если вдруг встретится стадо упитанных пушистых баранов — это, согласно местной примете, непременно к удаче и к деньгам.

Большой город по-итальянски

Италия в сознании самих итальянцев делится на большую — это крупные города, и маленькую — городки и деревни. Основная часть населения живет в «маленькой» Италии, наслаждаясь ее провинциальным очарованием. Здесь настолько все децентрализовано, что человеку с российской психологией «столица и регионы» сначала довольно сложно к этому привыкнуть. Когда я уехала из Москвы жить в свое Подмиланье, мои подруги недоумевали, мол, ты оставила столицу, чтобы уехать в итальянскую деревню? И мне сложно объяснить, что тут каждый шесток в чем-нибудь столица и каждый сверчок знает себе цену. Причем большие города местное население не жалует. Пробки, смог, куча народу, высоченные дома и туристы — не-ет, это не дольче вита, это ад какой-то!

Конечно, в Риме, Милане, Палермо, Флоренции и так далее появилось некоторое количество итальянцев, которые поездили по миру, говорят на нескольких языках и уже давно стали космополитами. Они не делают различий по месту рождения и им не свойственно делиться на неаполитанцев, пизанцев или бергамасков. Различия сохраняются только разве что в еде. Интересно пойти в сардинский рыбный ресторан, в неаполитанскую пиццерию, в тосканскую остерию. Но, в принципе, жители крупных итальянских городов не сказать, что особенно любят свои города. Ценят, может быть, да. Но живут там по необходимости. А для выездов на каникулы или уикенд покупают квартиру или дом на озере, либо просто в обычном городке в 60–70 км от города. Например, недавно соседнюю с нами квартиру купила семья миланцев. Жена, кстати, непростая женщина, внучка Муссолини. Приезжают на выходные. На соседней улице в большом родовом особняке живет режиссер с первого телеканала RAI-1, приезжает также, когда может, в свое поместье, летает из Рима постоянно. А ведь у нас городок не больше 20 тысяч жителей. Считается очень немаленьким по местным меркам! Из таких городков, которые можно обойти пешком за полчаса, состоит Италия.

По-настоящему крупных городов здесь немного, они всем известны наперечет. У каждого свое удивительное лицо и неповторимый стиль. Каждый с замашками столицы мира. Я не буду даже пытаться конкурировать с туристическими путеводителями, это невозможно. Попробую лишь передать свои впечатления и самое важное, что необходимо знать о них.

Рим

Город на семи холмах, много сотен лет назад превращенный в огромную выставку под открытым небом, куда каждый день едут сотни посетителей со всех точек земного шара. Многометровые статуи и фонтаны в самых неожиданных местах: идешь, идешь, и вдруг из-за поворота выглядывает черный конь в несколько тонн, гарцующий на крыше. Лепнина зданий, древние стадионы, почти не изменившиеся за две тысячи лет, кипарисы и развалины… Место, где постоянно ведутся археологические раскопки. Город с особой энергетикой и атмосферой. Но вот только итальянцы из других регионов сюда приезжают лишь в одном случае: чтобы стать знаменитым телеведущим или добиться успеха на политическом поприще. Для успеха и карьеры в остальных сферах лучше обосноваться в других городах. А культурные ценности других мест, кроме своей родной деревушки, им глубоко по барабану. Так что большинство итальянцев видели Рим лишь по телевизору в выпуске новостей.

Вечным городом его назвали еще в третьем веке нашей эры. Тогда он имел грандиозное влияние в мире. Сегодня оно померкло, но никто не отнимет у Рима его великую историю. Каждый камень в этом городе может рассказать свою легенду. Что ни кофейня, обязательно «мохнатый» год открытия и… соответственно, завышенные цены. Здесь умеют продавать историю, ведь кроме нее у Рима мало что осталось. В сувенирных лавках, заполонивших центральные улицы, все продаваемое произведено в Китае. В магазинах одежды висят вещи, сшитые на севере Италии, в других странах или в том же Китае. Этот сказочно красивый город — образец безалаберности. В дорогом отеле может не работать кран и два дня постояльца будут кормить обещаниями, мол, починим. Интернет с перебоями — тоже нормально. Неприятным открытием после жизни в Подмиланье было то, что чтобы по-настоящему вкусно поесть, пришлось провести собственное расследование, расспрашивая коренных римлян. В выбранных поначалу наугад заведениях кормили ужасно, хоть и с римским пафосом. Что ж, сказывается тлетворное влияние нескончаемого потока туристов. И из-за них же город заполняют толпы довольно агрессивных чернокожих продавцов фальшивых модных сумок, кошельков и всякой ерунды, цыгане-попрошайки, разнообразные джентльмены удачи со всего света. Как и все остальные крупные города Италии, Рим далеко не самое безопасное место. Кроме того, неудобств добавляет то, что именно здесь проводятся все политические митинги несогласных, буянят студенты, бузят профсоюзы, а под шумок мародеры бьют витрины. Из-за этих хоть и нечасто, но стихийно возникающих событий, перекрывают движение и проходы. Так что планировать что-либо в Риме сложно, город непредсказуемый. Но не влюбиться в него при всех его недостатках невозможно. Ведь он Вечный! Негры с подделками схлынут, митинги рассеются, а музей под открытым небом останется. И немало еще увидит и переживет.

Неаполь

«В Неаполе плачешь дважды — когда приезжаешь и когда уезжаешь», — говорят о нем неаполитанцы. Он воплощает своим характером и темпераментом самые трафаретные представления об Италии: шумный, бесцеремонный, колоритный… Этот город не оставляет равнодушным. Тут царят преступность, мафия, бедность, мародерство, но именно здесь появились на свет самые красивые, пронзительные песни, и их исполняют по всей стране только на неаполитанском диалекте. Как известно, там, где бедность, всегда кипят страсти, из которых нередко рождаются шедевры. А еще Неаполь — родина пиццы «Маргариты» и спагетти с томатным соусом.

Но сегодня на весь мир он, впрочем, знаменит своим вечным мусорным кризисом. (Экономическим тут никого не испугаешь, бедность на грани нищеты в Неаполе — это вполне нормально уже которое столетие.) Посреди античных узких улиц горы мусора растут, а куда их девать — непонятно. Это какая-то загадка века. Ведь и коммунальные службы есть, и деньги им выделяются, но мусор пока лежит на своих местах. По большому счету, правит в Неаполе не правительство, а каморра — мафиозная организация. Трехмиллионный город пронизан коррупцией и беспределом. Вероятно, в этом вся проблема. Туда хорошо ехать туристом, но жить там — боже упаси. Есть знакомый, у него за полгода украли два мотоцикла. А уж мелкие потери он даже не считает. Ну а что, если больше трети населения имели проблемы с законом и судимости, а 20 % горожан не умеют читать, писать и никогда не учились в школе. Неаполь — идеальное место действия какого-нибудь остросюжетного детектива с вкраплениями мелодрамы, комедии и трагедии. Эти жанры пляшут на мощеных улицах свои безумные танцы каждый день в самых ярких мизансценах, какие только может придумать жизнь. Времена и эпохи сливаются здесь в удивительный неповторимый коктейль и делают Неаполь самым живым и экспрессивным городом на земле.

Сами итальянцы относятся к нему со смешанными чувствами. Один неаполитанец рассказывал, что их с неохотой берут на работу, а если и возьмут, то постоянно ждут подвоха. Однажды в одной компании, где он служил, он увидел, что напротив его имени в списке рабочих было в скобочках указано — Неаполь. Но я знала и других неаполитанцев, которые прекрасно устроились на Севере и работают по самым разным специальностям. Один — известный кардиолог, другой — университетский преподаватель. И в общем, никакой дискриминации не чувствуют.

Это с очень давних времен туристическое место. Известная поговорка «Увидеть Париж и умереть» на самом деле изначально звучала «Посмотри Неаполь и можешь умирать». Потом уже ее заимствовали, применяя и к другим городам.

Неаполитанская подземка — это настоящий музей современного искусства. Наверху тоже есть на что посмотреть. Город настолько уникален, что исторический центр Неаполя включен в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Здесь родилось и выросло немалое количество великих людей. Монахи и монахини, ставшие святыми, врачи, философы, композиторы, актеры, политики и писатели. Сплошные гуманитарии, в общем. Из знаменитостей нашего времени в Неаполе появились на свет тенор Энрико Карузо, актриса Софи Лорен, актер Тото, художник Давид Мауро…

Милан

К нему почему-то так и просятся эпитеты — серый, величественный и печальный город, по полгода укутанный в туманы. Хотя уж чего-чего, а повода для печали именно в Милане нет. Он высится, как модный подиум в центре Ломбардии, крупного и богатого региона. И по нему шагают модели, модельеры, политики всех мастей, светские львы и львицы, известные актеры и актрисы. Милан можно считать полноценной второй столицей Италии. А в миланском метро, по-моему, самые стильные пассажиры в мире. Когда я вошла в него первый раз, то поняла, что теперь не надо листать глянцевые журналы, все последние коллекции можно рассмотреть на соседях. Особенно нового человека удивляют на улицах модные эмансипированные бабуси в джинсовых мини-юбках или кокетливых шортиках, худые, загорелые, издалека эту пожилую синьору даже можно принять за молодую красотку. Впрочем, они и смотрят на окружающих именно так, будто по-прежнему молоды, а до этого прожили бурную жизнь топ-модели. Энергичные и наглые, на светофорах так и норовят обогнать остальных.

Это индустриальный город, здесь не много выдающихся достопримечательностей. И громоздкий величественный собор Дуомо из серого камня всем своим видом полностью отражает дух этого города. Но туристам в Милане красоты и античность не больно-то нужны. Сюда едут на шопинг, а главные места паломничества — витрины дорогих бутиков.

Миланцы особое значение придают стилю своих жилищ. Квартиры у них похожи на музеи современного искусства с удивляющей мебелью и неожиданным сочетанием цвета стен и интерьерных решений. Это настоящие фанаты усовершенствования своего жилья. Но вот миланские дома, в которых расположены эти квартиры, совсем далеки от последних достижений дизайнерской мысли. Блеклые, громоздкие, неудобные. Как будто неповоротливые амбалы, которых неожиданно попросили подняться на подиум в конце показа, и они стоят там, застыв в одной позе, внутренне сгорая от стыда и натянув на лицо резиновые улыбки. Так вот, у этих миланских домов-амбалов необыкновенно богатый и художественный внутренний мир. А снаружи, на миланских балконах, даже цветы выглядят строгими и немного сердитыми. И кстати, вежливость по-милански — это тоже особое явление. Она хмурая и минимальная, если с улыбкой, то ровно настолько, насколько необходимо. Милан не очень улыбчивый город, попахивающий циничностью и голым расчетом. Он как воплощение мрачной стороны загадочной итальянской души. Зато как они, миланцы, оттаивают и перевоплощаются, выезжая в Подмиланье, где у многих есть квартира или вилла на озере. Они превращаются в самых приветливых и милых людей на свете, но при этом нисколько не болтливых.

Флоренция

Фиренце — так звучит название этого сказочного города на итальянском. Это не просто самый старинный крупный город Италии. Это колыбель классического итальянского языка и столица высокой моды. Здесь изумительная природа. Лучшее, что есть в пейзажах Севера и Юга, соединяется на флорентийских просторах. Высоченные кипарисы, которым по несколько сотен лет. Их когда-то высаживали итальянские крестьяне, причем не абы как, а с учетом различных показателей: как падают лучи солнца, идет линия горизонта, как они изменят рельеф и пейзаж, когда вырастут. Но самый главный критерий — украшать местность, превращая ее в райскую картинку. Когда попадаешь во Флоренцию, хочется фотографировать без конца, куда ни кинь взгляд. Это такое царство красоты и стиля, что начинаешь верить: если рай на земле и существует, то он здесь.

Основная достопримечательность Фиренце, помимо Старого Моста, — сами флорентийцы. Все итальянцы немного снобы, но флорентийцы — воплощение снобизма. А также, как они сами о себе говорят, хитрости, коварства и при этом воспитанности, хороших манер и умения произвести самое лучшее впечатление. Они больше всех остальных итальянцев хотят отличаться от других итальянцев. У них есть свой стиль в одежде, неяркий, сдержанный и дорогой. Сами они себя называют итальянскими англичанами. И они в самом деле чем-то на них похожи не только в одежде, но и характером. Впрочем, отличительные качества флорентийца — предприимчивость, креативность и невероятное чувство вкуса. Если уж оно было в крови крестьян, что высаживали кипарисы…

И совершенно логично, что во Флоренции находятся все головные офисы итальянских домов моды, там одеваются самые высокие гости со всего света. Флорентийцы любят англичан, а англичане любят флорентийцев. Говорят, даже английская королева только там и покупает наряды.

Венеция

О Венеции так много известно в мире, что она представляет собой неотъемлемую часть мозаики традиционных представлений об Италии. Но в реальности это небольшой город, где на данный момент всего чуть больше 50 тысяч жителей. Правда, еще 50–60 тысяч туристов приезжают каждый день, чтобы вдохнуть воздуха этих уникальных мест.

Туристы — и награда, и бич Венеции. Они невероятно пополняют бюджет города и карманы держателей лавок и отелей. И гондольеров, их во все времена всегда было одинаковое количество — 425 человек. И стать гондольером может только коренной венецианец, причем надо будет дождаться, пока освободится место. Это закрытая каста вечно недовольных, ругающихся и отпускающих сальные шуточки мастеров своего дела. Потому что «водить» гондолу — особое искусство, которому надо учиться полгода в спецшколе. Гондольеры заламывают цену и хамят туристам, но их услугами не перестают пользоваться. Говорят, это денежная профессия, за один сезон можно заработать на квартиру. А квартиры в Венеции недешевы.

В Венеции все болтают на английском свободно, в отличие от остальной Италии. Этот город всегда был на пересечении торговых путей, поэтому в крови у венецианца способность к языкам и торговле.

Главное событие года — венецианский карнавал. Целую неделю венецианцы облачаются в совершенно невероятные наряды и костюмы прошлых столетий и чинно разгуливают с веерами и в масках по узким улочкам, мостикам, пьют спуманте в кофейнях и позируют туристам. Это у них отдельное развлечение.

— Мы стали чем-то вроде Диснейленда! — позже сокрушаются они, но при этом делают все для привлечения внимания туристов.

Жить в Венеции дорого, ведь даже продукты на рынке в среднем в полтора раза дороже, чем по Италии. Плюс постоянные расходы на поддержание дома, который медленно, но верно уходит под воду. Венецианские палаццо очень старые, им по несколько сотен лет. Нового строительства почти не ведется, старый фонд бы отремонтировать. Последние сто лет Венеция стремительно уходит под воду, по сравнению с тем, как она погружалась раньше, конечно. Поэтому венецианцы говорят, что они — исчезающий вид. Даже проводили похороны Венеции и теперь вроде как доживают последние дни. Спокойненько, размеренно, а иногда с огоньком и карнавалами.

Красиво стареющая Европа: слагаемые очарования

Произносишь устоявшееся словосочетание «старушка Европа», и однозначно в представлении всплывает итальянская картинка. Деревянные старые ставни с цветочными горшками, из которых вьются затейливые ростки по перекладинам, рядом художественно облупившаяся штукатурка… Только диву даешься, ну как эта рухлядь может выглядеть так красиво и на каком добром слове держится? Гуляешь по итальянским городкам, вымощенным каменной брусчаткой еще задолго до основания Италии, трогаешь пахнущие временем камни бывших замков. И можешь быть уверенным — так этот городок выглядел и сто, и двести, и тысячу лет назад. Как же итальянцам удается не только сохранять старину в первозданном виде, но и гармонично встраивать в нее новоделы, включая бутики и рестораны? Не теряя при этом ни доли комфорта! Ведь все, кто хоть раз путешествовал по Италии, знают, как невероятно удобно жить в этих небольших городках.

Прежний вид сохраняется не только из-за альтруизма и особого отношения людей к своим пенатам. На государственном уровне это один из приоритетов. Во-первых, запрещено сносить старые дома. Их можно только реконструировать. Их отдают на откуп строительной компании, которая внутри дома делает современные квартиры с современными материалами и стилем, но должна вернуть дому прежний фасад, цвет и даже копировать текстуру старинных материалов. Стены красят специально в яркие приятные глазу цвета, с рисунками под старину. Любые наружные изменения согласовываются до мелочей. Причем это не всегда удобно. Наша семья живет в таком доме, которому, в теории, 500 лет. Но он полностью перестроен внутри и во дворе. К примеру, используя сложнейшую технику, из-под него выгребли землю и сделали подземные гаражи с лифтом для машин. Остались прежними только основные наружные стены с гербом, включая старые вековые ставни. Их просто отреставрировали, покрасили и повесили снова. Ставни перекашивает в дождливую погоду, но снять их и поменять мы не имеем права. На внешней стороне должны быть только они. Во внутренний двор у нас выходят балкон и другие окна. На них висят современные, красивые и прочные ставни. Но пол на балконе не выложен плиткой, что было бы логично, раз уж все отреставрировали. Нет, он забетонирован под цвет и шершаво-грубую текстуру, которая была здесь веками.

— Давай положим плитку или специальный настил! — говорила я мужу.

— Нельзя, — отвечал он. — Я уже при покупке квартиры пытался договориться на этот счет.

Здесь вообще очень любят древность, при этом ухоженную. На некоторых реконструированных зданиях можно видеть красиво оголенный кусок внутренней каменной кладки. Мол, смотрите, какой старинный дом.

Или вот, к примеру, на каналах те самые ступеньки, ведущие к воде, и склоненные под определенным углом бетонные плиты. Тоже подчеркнуто старые и также подчеркнуто ухоженные, а проросшая рядом травка добавляет необходимой изысканной небрежности в эту картину. Сто лет назад на эти мостки женщины ходили стирать и полоскать белье. Там даже в некоторых плитах можно разглядеть ямку для мыла и ребристость терки. От каждого дома, что стоит у канала, спускается отдельный выход к мосткам. Казалось бы, ну давно у всех стиральные машины, и эта вся конструкция только занимает место в саду и делает края канала неровными и странными. Но нет, все тщательно сохраняется как было, выходы на мостки просто закрыты, а реконструируется это все так, чтобы не видоизменить ни в коем случае.

Во-вторых, есть негласное правило при оформлении балкона и окон быть в контексте с остальным кондоминиумом. Допустим, распространены в Италии полосатые тенты от дождя и солнца. Если хочешь установить тент на свой балкон, то только той конструкции и цвета, что у твоих соседей. Дом должен создавать ощущение единого целого, иначе на него не очень приятно будет смотреть. Впрочем, это касается не только тента. Но и окон, балконной ограды и так далее. В Италии человек не смог бы застеклить балкон лишь потому, что ему вздумалось и это удобнее. Либо у всего дома будут застекленные в едином стиле балконы, либо нет.

Выделиться из толпы соседей можно лишь цветочным оформлением. Что здесь и делают изо всех сил. Это настоящая цветочно-горшковая мания. Если на балконе нет горшков с цветами или деревцами, значит, или квартира нежилая, или для этого есть какие-то другие серьезные обоснования. Некоторые, кому некогда ухаживать за цветами, а хочется зелени и уюта, а также укрыться от любопытных глаз, покупают искусственные листья и устанавливают на ограду балкона, будто она заросла.

Кроме этого есть в каждом городе свои нюансы. Например, в Риме с 30 сентября 2012 года вступил в силу запрет на прием пищи на улице в исторической части Вечного города. Чтобы было легче (и дешевле, думаю) поддерживать порядок в местах, представляющих культурную и историческую ценность. А кто не удержится и решит перекусить на ходу бутербродом, заплатит штраф от 25 до 500 евро.

Главные итальянские ценности

Опрос, проведенный центром по изучению инвестиций в социальную сферу Censis, выяснил основные жизненные ценности жителей Апеннин. На первом месте у итальянцев находится семья (65 %), далее — желание иметь высокое качество жизни (25 %), религиозные традиции (21 %) и любовь к прекрасному (20 %). А вот как воплощение этих ценностей выглядит в обычной жизни.

Воскресенье, семь утра. По мощеным улочкам уже спешат красиво наряженные донны в завитушках и представительные радостные синьоры в костюмах. Воскресную мессу пропускать нежелательно. Если кто пропустил раннюю, то придет на 10-часовую, предобеденную. Церковь и религия — одна из цементирующих ценностей итальянского общества. В приватной беседе итальянец может пожаловаться, что, мол, священники стали другие, не то, что раньше. Однажды мимо проехал на велосипеде молодой священник с сигаретой в зубах, так его еще полчаса обсуждали на углу. Мол, ай-яй-яй, разве так можно? Но это не отменяет походов в церковь, исповеди, причастия и чтения молитв. При том, что особенно глубокую веру, с пониманием сути христианского учения, вы вряд ли встретите. Церковь — это место встречи горожан друг с другом, основа всех основных праздников, ведь светских в Италии очень мало. А всеобщий выходной устраивают только по поводу католических торжеств — Рождества Христова, Рождества и Успения Богородицы, Пасхи и так далее. В церкви проводятся концерты, там поет в хоре твой ребенок, твой дядя играет в оркестре, и в прошлый раз читала Евангелие твоя кузина.

Церковью поддерживается важная составляющая итальянской жизни — семья. Все главные семейные праздники по сути, получается, тоже связаны с религией. Бракосочетание, крещение, первое причастие и так далее. Здесь все ориентировано на семью. Хоть итальянцы сегодня не спешат вступать в брак, так как относятся к этому вопросу очень серьезно. Долго выбирают, ведь это на всю жизнь, куда торопиться? Тем более, что надо как следует нагуляться. Свадьба для итальянца — это ватерлиния между одной жизнью и другой. И одно из важнейших событий в жизни. К нему готовятся долго и тщательно. Став мужем и женой, чинно ходят везде вместе, выгуливают малыша и всячески демонстрируют крепкие семейные узы. О любовницах и любовниках, по большому счету, даже и шутить не очень принято.

Сохранение традиций — третья по степени важности ценность итальянцев. Может, поэтому, кстати, это тот редкий древний народ, который сохранил свои земли и по-прежнему живет там, где жили их предки сотни и тысячи лет назад. Они легко могут сказать: «У нас так не принято», — и даже не задумываться, а хорошо ли то, как принято у них. Посмеиваются над всем чужестранным. Верят, что все самое лучшее уже есть в Италии. И с трудом перенимают что-либо новое. При этом очень вежливы. Если им рассказываешь о чьем-то передовом опыте, они кивают, говорят, мол, да, да, а сами — в одно ухо влетело, в другое вылетело. Их волнует только то, что происходит здесь и сейчас в их собственном городке с теми, кого они знают. И главный страх — как бы чего не случилось нового. К нововведениям итальянцы относятся очень настороженно. Из нового хороши лишь новые коллекции, новые приобретения в дом или в гардероб, а все остальное пусть остается по-старому.

Быть модно и стильно одетым — тоже следует отнести к ценности. Не обязательно быть красивым и иметь формы Аполлона или Афродиты. Лишь бы костюмчик сидел. А умение подчеркнуть достоинства и спрятать недостатки тоже циркулирует в итальянских венах. Для многих жителей Апеннин дом является просто одной огромной гардеробной, где итальянец наряжается и отправляется в свет и на прогулку. У любого простого итальянского парня одежды в шкафу в три-четыре раза больше, чем у любой простой российской девушки. «Все напоказ» — жизненный девиз. С первой зарплаты многие юнцы покупают себе прежде всего дизайнерский браслет, дорогие часы или какую-то уникальную модную шмотку. В любой выходной или праздничный день смотреть на гуляющую публику — невероятное наслаждение. Они же не просто гуляют, они себя де-мон-стри-ру-ют. И в их ансамбле подобрано друг к другу абсолютно все до мелочей. Некоторые даже боятся совершать слишком резкие движения и двигаются плавно, размеренно, чтобы не помять дорогую кофточку.

Желание вкусно поесть вроде бы не совсем вписывается в категорию «ценности». Но у итальянцев еще как вписывается. Еде и процессу принятия пищи уделяется огромное внимание. Иногда можно подумать, будто у этих людей кроме еды нет ничего важнее на свете. Обед и ужин проходит по определенному сценарию, рецепты блюд и новое вино обсуждают с таким интересом и знанием дела, будто это профессиональное собрание шеф-поваров и дегустаторов, а не обычных граждан. Разбираться в том, какой продукт к какому подходит и что нужно за чем есть — святая обязанность любого итальянца. Как что подать, как сервировать… В общем, неудивительно, что Италия ассоциируется во всем мире с понятием «вкусно и плотно поесть». Да что там, у них есть отдельный этап после принятия пищи, которому уделяется много внимания и для которого нет даже перевода в русском языке — дижерире. Грубо говоря, срыгивание воздуха после еды, что означает: еда в желудке улеглась, хорошо пошла, была легкой и приятной. И целое искусство есть так, чтобы потом легко прошло дижерире. По-этому во время ужина пьют либо просекко (газированное вино), либо минеральную воду (есть даже одна, которая называется что-то типа «Помощь желудку в пищеварении»), а чтобы процесс дижерире удался окончательно, трапезу заканчивают маленькой чашкой крепкого кофе, либо чего-то очень крепкого спиртного: рюмкой лимончелло, граппы, рома, коньяка или фруктовой водки…

Добродушный снобизм, или Немного о характере жителей Апеннин

Хитрый Синьор Помидор

О себе любимых они наговорили бы на десять томов. А вот двумя словами обозначить характер жителя Апеннин можно, пожалуй, так — добродушный снобизм. Все они немного нарциссы с чувством превосходства, но так и быть, снисходительны к остальному населению планеты.

Среди итальянцев ценятся такие качества, как хитрость (парадокс: каждая провинция считает себя самой хитрой), юмор (непринужденно шутят даже на похоронах) и умение блестяще владеть каким-то ремеслом на уровне искусства. Кем бы ни работал итальянец, он обязательно в чем-то окажется асом, лучшим в своей деревне. И неважно, кем и в чем. Подметальщиком или сыроваром, или у него на балконе самые красивые цветы. В чем-то ты должен быть «браво», иначе за что же самого себя уважать?

Еще одно важное качество итальянского характера — стремление быть гранд-синьором. Каждый потомок крестьянина ведет себя как отпрыск королевских кровей. В одной пекарне хозяин, который прежде разрешал хлебопекам брать столько хлеба, сколько хотят, бесплатно, в один день вдруг сказал, что не может больше себя объедать и будет продавать им хлеб по себестоимости. Что сказали хлебопеки? Они оскорбились! И сказали:

— Мы настоящие синьоры и лучше будем покупать втридорога в булочной, чем покупать у тебя хлеб, испеченный нашими руками. Это унизительно!

И хозяин отказался от этой затеи, почувствовал себя неловко и устроил своим работникам примирительный ужин в ресторане, где лучшая морская кухня.

Они кажутся простыми и веселыми — ведь демонстрировать веселье и отпускать удачные шутки — это один из элементов базовой комплектации итальянского характера. Каждый третий тут мог бы посоперничать с любым нашим юмористом. Но за простотой и веселостью стоит бездна рефлексии и страданий. Когда узнаешь их ближе, вдруг осознаешь, насколько это веселый, настолько же и страдающий народ.

Чистота — залог уважения

Средний итальянец всю жизнь колеблется между предприимчивостью, желанием заработать и желанием не напрягаться да вообще ничего не делать.

При этом на Юге, видимо, из-за жары побеждает второе. А предприимчивость нередко граничит с преступными наклонностями. Но, в принципе, там масса безработных, молодежь слоняется по улицам и ищет развлечений. На Севере склоняются в сторону честной предприимчивости, каждый второй хочет открыть или открывает свой бар, кафе, магазин, дизайнерскую мастерскую, агентство недвижимости или автошколу. При этом мечтая об отпуске, чтобы просто валяться в гамаке.

При первом взгляде итальянцы производят впечатление несколько ленивой нации, на самом деле большинство из них встают на рассвете и за весь день спокойно не присядут даже. Если не работа, то дела по дому. То, что в средней итальянской семье называется обычной ежедневной уборкой, в российской семье зовется генеральной. Чистоплотность высоко ценится здесь, хотя по некоторым городам, особенно на Юге, этого не скажешь. И, тем не менее, столько, сколько стирают, гладят и моют полы в итальянском доме, мало где еще можно встретить. Итальянские хозяйки — одни из лучших в мире. Искусство аккуратно складывать вещи как в бутике и сохранять их первоначальный вид много-много лет вызывает неподдельное восхищение. И изводит русских жен. Ведь для итальянца это нормально. А достичь такого уровня хозяйственного мастерства можно только, если у тебя предыдущие три поколения по женской линии были асами быта.

Ток-шоу в режиме онлайн

Язык — самая накачанная мышца в теле итальянца. Они говорят столько, сколько не снилось Андрею Малахову и Тине Канделаки. Везде, всегда, в любое время дня и иногда ночи итальянцы ведут оживленные диалоги. Если итальянец молчит, значит, у него серьезные проблемы, он не выспался, падает без сил от усталости и три дня не ел. Впрочем, в любом из этих случаев итальянец начнет это обсуждать. Помнится, как-то мы проходили через итальянскую таможню, мне тогда только выдали вид на жительство, и я приготовилась показывать кучу документов, ведь в паспорте старая виза, а наличие ВНЖ в самом паспорте никак не отражается. Но таможенник очень хотел есть. Он громко обсуждал с другим таможенником через перегородку, как сильно у него сводит желудок, как он мечтает вонзить вилку в сочный бифштекс, а потом заесть это салатом. Он не посмотрел мой паспорт, взял в руки, быстро поставил штамп и, даже не глядя на меня, продолжая рассуждать о предстоящем обеде, выдал документ обратно и нажал кнопку пропуска. Вся очередь хохотала над таможенником и говорила, что после его рассказа у всех стало сводить желудки и захотелось в ресторан.

Итальянцы умеют говорить ни о чем так увлекательно, что слушаешь их речь, как музыку. Они прирожденные ток-шоумены, поэтому когда русский человек, к тому же не понимающий по-итальянски, попадает в ресторан, где сидят куча итальянцев, он может растеряться от того, как бурно протекает общение. Русский процессор зависает. Знакомые, незнакомые и только что познакомившиеся цепляются языками и болтают без умолку, пересыпая речь шутками-прибаутками.

Исследовательская компания Eta Meta Research однажды проводила мониторинг: о чем же говорят в основном итальянцы? И оказалось, что большую часть времени они тратят на сплетни, чтобы перемыть друг другу косточки. Согласно результатам исследования, средний итальянец говорит без умолку минимум пять часов. Причем это не зависит от пола. Итальянские мужчины не уступают женщинам, просто их общение протекает с большим весельем, юмором и кратно меньшей злобностью. Итальянские же женщины в разговорах более колкие на язык.

Первое место в рейтинге сплетен занимает работа. Обожают обсуждать свое начальство и коллег, их деловую и личную жизнь — 38 %, 35 % времени уходит на обсуждение общих тем — спорт, еда, политика, поведение мигрантов и криминальные случаи из газеты. Знаменитости волнуют итальянцев куда меньше — 17 %. И лишь в 10 % случаев говорят о родственниках.

Вообще-то итальянцы сплетничают везде, где найдет нелегкая: на углу аптеки, в супермаркете, встретились у входа в квартиру с соседом и зависли на 15 минут. Сколько раз наблюдала картину: едет одно итальянское лицо неважно какого пола из точки А на автомобиле, а другое из точки Б едет ему навстречу на велосипеде. О! Салюто! Какие люди! Остановились среди дороги и ну лясы точить. Сзади бибикают, кричат. А этим хоть бы хны. Однажды видела, как велосипедист ехал рядом с окошком авто и трепался с водителем. Но, согласно исследованиям агентства, чаще всего все же предпочитают сплетничать в офисах или барах. На третьем месте парикмахерские. Опросники не учитывали, правда, время, которое итальянцы тратят на разговоры по телефону. Италия — один из лидеров по количеству продаж телефонов, так что реальность еще болтливее.

Из-за их любви поговорить приходится везде ждать подолгу своей очереди, даже если перед тобой всего одна синьора. А то и никого нет. Захожу в аптеку за лекарством, выходит доктор, и я минут 10 жду, пока он обсудит с синьорой, которая зашла за мной, как он похудел и теперь стал совершенно прекрасен.

— Ах, ну что вы! Вы всегда исключительно очаровательны, синьор! Я вас ни на какого другого аптекаря на променяю! — осыпает его комплиментами пенсионерка, а он в ответ ее. А я вот после этой сцены, решила, что точно променяю, как только найду менее болтливого аптекаря, какой бы «фашинанте» не была его седая уложенная шевелюра.

Госучреждения, коммуны, магазины, рестораны или прием к доктору… Честно говоря, жизнь в Италии — это ежедневная тренировка терпения и смирения. Я лично, признаюсь, пару раз не выдерживала, взрывалась и устраивала синьорам выволочку за трату моего времени. Они хоть и возмущались, мол, смотри какая нервная иностранка, но тут же сворачивали дискурс и прощались с визави.

Почему Мade in Italy — знак высокого качества

В даосизме, китайском учении, есть принцип, мол, главное, найти и понять свое дао, свой путь. Если твое дао — рубка мяса, то ты должен стремиться рубить мясо лучше всех в мире, постичь дао мяса и дао рубки. Итальянцы ничего не знают про даосизм, по крайней мере, большинство. Но когда смотришь на них в деле, кажется, что живут они согласно принципам даосизма. Портной стремится шить так, чтобы оставить о себе память как о лучшем портном на пару ближайших веков. Хозяйка обычной остерии каждый день лепит равиоли как в последний раз, и для нее важно, чтобы про нее говорили: она делает лучшие равиоли в городе. Итальянцы уверены, что лучшая реклама — из уст в уста, а не в газете или ТВ.

В основе желания хорошо и качественно делать свое дело лежит потребность в самоуважении. Даже менеджер с фабрики лакокрасочных материалов станет со страстным огнем в глазах рассказывать о продукции своей фабрики, будто о своем ребенке, которым он гордится.

Итальянцы знают, что человек хорошо может делать только что-то одно. И поэтому у них все этапы создания продуктов или вещей очень дифференцированы. Вот, к примеру, решаешь сделать ремонт дома. В России ты зовешь бригаду или пару рабочих, и они выполняют все работы: ломают стены, строят стены, кладут плитку и клеят обои. В Италии ты сначала нанимаешь того, кто будет ломать стены и делать перепланировку. Это обязательно будет самый лучший ломальщик стен, не меньше. Потом нанимаешь того, что будет возводить новые стены и штукатурить. На отделочные работы — класть плитку, красить стены и так далее — третий работник. Хотя, как известно, именно римский император Юлий Цезарь когда-то прославился тем, что мог делать хорошо несколько дел одновременно. Но в Италии к его лаврам никто не стремится. Все делают степенно, размеренно, концентрируясь на одном процессе. Дело не терпит суеты. Хотя на самом деле в Италии производится и масса ширпотреба, в том числе на манер китайского, но и его качество в среднем все равно выше, чем тот же ширпотреб, сделанный в другой стране.

Градация и оттенки качества — это особая наука, которой итальянцы учатся с младых ногтей. Они помешаны на том, чтобы создавать шедевры. Вероятно, потому что с рождения живут в окружении старины и красоты, а сделать что-то хорошо — самый легкий путь к бессмертию твоего имени.

— Мой прадед шил такие брюки! К нему приезжали из соседних провинций! — говорит наш друг семьи Мауро. — А недавно я встретил человека, который говорит, что знал моего прадеда, когда был совсем маленьким, и что в его семье все мужчины носили только его брюки. И до сих пор носят!

При этом лишний раз не преминут посокрушаться о том, что современные люди ничего не понимают, ни в чем не разбираются, кругом не имеют вкуса, не чувствуют истинного качества и ценности вещей, вина, еды! Мало настоящих ценителей осталось. Это ж какой простор почесать языком лишний раз, проявить остроумие и показаться истинным синьором, у которого-то точно есть вкус.

Итальянское качество — это звучит гордо. Иногда в рекламе можно услышать такой аргумент, мол, сделано в Италии, итальянцами для итальянцев. Все равно, что показать козырный туз. Ну снобы-эгоцентристы, что с ними же поделать!

Центр модной мировой индустрии

Италия соперничает с Францией за это звание. И, на мой взгляд, побеждает. Впрочем, конечно, я человек не объективный. Но мне кажется, что делать настоящий шопинг означает ехать в Милан и его окрестности (или в Пьемонт), где расположены все аутлеты, стоки и спатчи самых модных мировых марок. Портновское искусство в Италии по важности всегда стояло в одном ряду с оперой, футболом и хорошим ужином. Как для русского важна душа, так для итальянца важна красивая одежда. Неудивительно, что здесь появляются и расцветают самые стильные и совершенные модные бренды. Современным миром сегодня правят они — глянцевые императоры швейных машинок. Одеждой с их именем на подоле самоутверждаются и поднимают себе настроение, их ремесло считают настоящим искусством, а мысли по поводу устройства мира цитируют, как когда-то цитировали великих философов. Дизайнеры сегодня — новые философы современности. Ведь это от итальянцев пошло — не просто шить одежду, а в каждую коллекцию вкладывать какой-то смысл, идею, художественное наполнение. В Италии все есть поэзия. А настоящая поэзия — гармония формы и содержания. Красивая одежда должна иметь идею, только тогда она становится трендом сезона. Даже если и не догадываешься о ней.

Но не столько даже дизайнерская одежда делает Италию центром моды. Обувь — вот что тут лучше всего! Только здесь еще остались ремесленники, которые делают обувь на заказ специально по вашим меркам. Она стоит около 1000–2000 евро, но это вещь на всю жизнь, которая с годами становится только лучше и удобнее. А у некоторых брендов, например, Феррагамо, есть своя собственная таблица размеров. Не только по длине ноги, но и по ширине. Особенно разнообразна женская обувь! Просто рай какой-то, причем эти каблуки всех форм, высоты и расцветок обязательно будут стильными, элегантными и удобными. Это самое главное в итальянской обуви — удобство. И затем уже неземная красота.

При этом итальянцы — люди экономные. Даже очень богатые ищут, как бы сэкономить, и по-настоящему торгуются в дорогущих бутиках. Начало сезона скидок — 6 января зимние и 6 июля летние — всегда ознаменовывается празднествами, народными гуляниями, спецрепортажами в новостях и общим радостным ажиотажем.

Помимо месяцев скидок, здесь уважают рынки. Сходить на рынок — это все равно, что съездить на охоту. Челночники со своим товаром колесят по городкам, где в каждом три раза в неделю устраивают меркато (базар). Кто-то рассказывал, что на рынке одного городка встретил палатку, где продавали шубы по цене от 300 евро. У ее хозяина вместо офиса — грузовик. Зато есть контакт с пошивочным цехом, где перешивают и обновляют старые шубы. Он скупает их оптом и продает. На многих рынках можно встретить брендовые вещи из старых коллекций по бросовым ценам. Особенно знаменит такими находками миланский рынок. Официально в аутлетах (куда попадают вещи из старых коллекций), если вещь не продалась, спустя два года ее должны уничтожить. Чтобы не терять лицо бренда. Но (помните, что хитрость — это одна из уважаемых качеств итальянца?) ответственный за сжигание может продать налево товар, и он попадает на рынок. Реальных Гуччи-Мяуччи-Прада и так далее на рынках немного, вероятно, 15–20 %. Остальное — подделки. Но они есть. И кстати, рынок пестрит ценами 5–10–15 евро. Но ходить туда за одеждой нужно только в межсезонье. Потому что в период скидок по-настоящему в качественных магазинах те же цены 5–10–15. А вот на рынке сезона скидок не существует. Это частники, им нужно продать товар.

И кстати, про подделки. Раньше мастерами фальшивок были подпольщики из Неаполя. Но китайцы сейчас страшно демпингуют. И конечно, качество у них ниже. А вот про качество подпольных фабрик из Неаполя рассказывают, что некоторые их поддельные сумки почти не уступают своим прототипам, ну разве что кожа похуже и дешевле. Ну не могут итальянцы делать плохо. Даже если грубо подделывают что-либо, все равно это у них будет сделано хорошо. Жаль, что нельзя интересоваться на рынке — мол, откуда подделка, от китайцев или от неаполитанцев.

Вялотекущий технический прогресс

— Все эти технологические придумки — какое-то нечеловеческое творчество, не живое! — сказал как-то в интервью русской съемочной группе Первого канала итальянский режиссер Франко Дзефирелли.

В этой фразе выражается настроение большинства итальянцев. Им легко создать что-то красивое, стильное и вкусное, но им трудно понять, к примеру, простейшие функции мобильного телефона. Мой русский друг в Москве, режиссер Владимир Гориккер, в свои 86 лет освоил компьютер и скайп, пользуется мобильным телефоном. А моей итальянской соседке по дому Сесилии 65 лет, я семь раз показывала ей, как читать СМСки в телефоне, и она каждый раз просила показать заново спустя сутки. Так и не запомнила. Вздыхает и говорит, что это невероятно сложно. А уж ответ написать для этой пожилой синьоры — немыслимая задача. Да что там! Ее сын, который ходит с айфоном, даже не знает, какие там есть программы. Я однажды стала показывать ему возможности айфона, он был в шоке, спрашивает, откуда, мол, ты все это знаешь.

— Так зачем же ты купил айфон последней модели, если используешь его только как телефон? — спрашиваю я.

— Но это же модно и красиво! — говорит он и покупает новую «одежку» для своего телефона с разноцветными стразами. У нас такие могут себе позволить только чересчур гламурные девушки и господа нетрадиционной ориентации, хотя даже для них это слишком вычурно. А здесь совершенно нормально ориентированный красавец-мачо.

В Италии, конечно, можно встретить технически подкованных людей и многие IT-новинки. Но их ассортимент меньше, чем в любой другой стране. Кстати, одно из неприятных открытий для меня было, когда я узнала, что даже близко нет таких удобных автоматов, как в России на каждом углу, где можно положить деньги на телефон, на интернет-счет, оплатить коммунальные услуги и так далее. Здесь все это делается по старинке: либо в табаккерии, либо стоя в очереди на почте. Только почтамт тут чуть более симпатичнее российского — все в желтых тонах и с фотообоями — леса-горы-виноградные поля, в основном сотрудники более вежливые, но ждать нужно долго-долго. Отправление простого письма превращается в историю на полдня, а ведь у них и обед длится куда дольше — аж три часа. И кстати, в среднем стоимость почтовых услуг выше. Очереди в Италии в принципе — вещь обычная. Но хоть в этом вопросе технический прогресс отметился. Даже в рыбном отделе в супермаркете стоит автомат, на котором отрываешь номерок очереди на обслуживание и ждешь, пока он загорится на табло. Так же и на почте, и в санитарной службе, и в госпитале, и полиции, почти везде.

В остальном прогресс течет на итальянских просторах очень медленно. И есть места, куда так и не «дотекает». По-прежнему далеко не везде можно расплатиться кредитками, а Интернет через wi-fi в кафе, ресторанах, отелях легко может отсутствовать. Причем, если он и есть, то за отдельную, довольно высокую плату. И не факт, что удастся войти в сеть или его качество позволит вообще открыть хоть один сайт. Как-то в центре Рима мы жили в очень приличном отеле, но за три дня так и не смогли воспользоваться нашим оплаченным Интернетом. Он был ужасно медленный и страницы грузил по часу, а потом срывался! Ох! И никто ничего не собирался возмещать. Это, говорят, ваш «макбук» с вирусами! И вот как им было объяснить, что преимущество системы «макинтош» именно в том, что там не может быть вирусов!!!

В смысле технических новинок большинство итальянцев — дикие, отсталые люди. По-настоящему только сейчас некоторые продвинутые слои общества начинают открывать для себя социальные сети, Фейсбук, форумы, интернет-шопинг и иже с ними. Но оформление сайтов многих гостиниц и магазинов, если у них, конечно, дошли руки до этого, оставляет желать лучшего.

Думаю, это связано с тем, что в итальянском обществе очень сильны архаические пережитки, желание жить замкнутыми маленькими сообществами, сохранять традиции. Да и учиться чему-то новому не принято особо.

— Вся эта техника, эти компьютеры — они так ускорили жизнь! Столько стресса стало! — как-то с неповторимым своим очарованием обсуждали за столом тему прогресса в жизни знакомые итальянцы. Никуда при этом не спешили, рядом с каждым лежали последние модели самых модных айфонов-телефонов, кто-то даже с ноутбуком, другой с планшетником. — Техника покорежила нам всю жизнь, нарушила все устои… — разглагольствовали они, играя друг для друга спектакли и соревнуясь в остроумии.

В одной итальянской газете однажды была статья о том, что социальные сети лишают людей реального общения, мол, итальянцы становятся более замкнутыми. Но поверить в эту байку может только тот, кто не знает их потребности в общении. В Фейсбуке я как-то нажала кнопку «мне нравится» знакомому итальянцу, что выложил какую-то веселую песенку. Через час он мне позвонил, чтобы сказать спасибо за то, что мне понравилась песня, а заодно рассказал историю этой певицы, этой песни, на каком сайте он ее скачал и еще кучу чего-то. В общем, теперь я жму «мне нравится» у итальянских друзей куда осмотрительней. По-моему, Фейсбук и иже с ним лишь добавляет итальянцам красок в палитру общения. И не только не ограничивает, а напротив, создает еще одно место, вроде кафетерия, табаккерии или ораторио для общения.

Итальянцы впускают технику в свою жизнь очень осторожно. Она должна отвечать двум критериям — мода и красота. Что-то даже очень облегчающее жизнь, но некрасивое, не примут.

Может быть, поэтому именно в Италии гигантскими темпами развивается разработка технологии и производство солнечных батарей. Это и экономия, и красота, и экологично, а сама идея использовать энергию солнца для жизни абсолютно в итальянском стиле!

В поисках рая

Приключения Итальянца в России

Дольче вита не терпит утомительных мыслей о денежных проблемах. Высокие налоги, высокая стоимость жизни и вообще недовольство страной (есть и такое настроение среди некоторых итальянцев, в принципе свойственное всем мужчинам среднего возраста в любой точке земного шара) в тяжелые периоды в жизни страны порождают волны миграции. В 30–40-е ехали за лучшей долей в Америку, в 60–70-е была волна миграции в Аргентину. А сейчас в какую теплую страну ни приедешь, включая Египет, там обязательно встретишь живущих и работающих, к примеру, аниматорами или поварами-официантами при отелях итальянцев. А сколько переехали навсегда жить в Москву! Один знакомый местный владелец ресторанчика чуть в российской столице не остался. Оказался он на русской земле волею работодателя — одного известного московского адвоката-генерала-депутата (сохраню его имя в тайне). Тот хотел иметь повара-метрдотеля из Италии, вот ему и нашли нашего знакомого, предложили тому очень хорошие гонорары, привезли… Первое, что поразило итальянца и о чем он всем потом рассказывал, как страшно ему стало, мол, куда я попал: после встречи в аэропорту его посадили в автомобиль и повезли по встречной полосе. Объезжали пробку. Правительственный автомобиль ведь.

Еле живого от поездки по «встречке» итальянца представили толстому человеку средних лет. И дальше началась веселая жизнь. Предугадать, когда хозяин будет завтракать, обедать или ужинать, было невозможно. За час до ужина он мог выйти из кабинета и сказать: сегодня мы принимаем гостей — 16 персон. Итальянец делал страшные глаза, лопотал ругательства на диалекте, которые не понимал даже переводчик, начинал метаться, готовить деликатесы, повторяя: это невозможно, невозможно! А был случай, как-то в 3.00 ночи его будит переводчик по телефону, мол, поднимитесь к синьору. Тот вскакивает, прибегает весь взъерошенный, а хозяин строго смотрит на него, а потом ка-ак закричит: «Почему в холодильнике нет черешни? Ты не купил черешню, а я хочу черешню». В обязанности итальянца входило делать покупки в супермаркете. И он отправился с переводчиком в круглосуточный супермаркет за черешней.

— Это сумасшедший город, сумасшедшие люди! — веселясь, рассказывал он нам за столом. И весь стол из 30 итальянских граждан смотрел на него с восхищением, как на Одиссея, вернувшегося из путешествия между Сциллой и Харибдой.

Но особенно его поразило количество красивых женщин и девушек, сменявшихся в квартире адвоката, когда его то ли пятая, то ли шестая жена была в очередном затяжном отпуске на морях.

— Хотя, кажется, недавно он развелся и собрался жениться снова! — добавляет смельчак.

Он отмечал, что такая жизнь хоть и безумная, но в ней был свой особый драйв, по которому он немного скучает. Впрочем, в свое время он попросту сбежал из Москвы, не выдержав нагрузок неопределенности. А заработал отлично, кстати. Вот такой каламбурчик — русские едут на заработки в Италию, а некоторые итальянцы, оказывается, в Россию.

Эмиграция наполовину

Но еще чаще они отправляются на поиск более сладкого места, где можно воплотить мечту о рае на Земле. Их не останавливают проблемы третьих стран. Лишь бы было тепло, красиво и вкусно. А в третьих странах есть свои налоговые и лицензионные прелести, которые восхищают их, зажатых в местных социальных тисках.

Да, 65 % коренного населения признаются, что никогда бы никуда не переехали жить. Это не удивительно. Сколько из них вообще никуда дальше своей деревни не выезжали! Моя свекровь за всю жизнь была только раз во Флоренции на романтическом уикенде с мужем, несколько раз в горах (что в 80 км езды), в Лигурии на море (200 км), а вершиной ее путешествий была поездка в Монте-Карло. Все! И это много для среднестатистической пожилой синьоры.

Зато остальные 35 % рвут с удовольствием куда угодно, только появится возможность. Молодежь мыслит шире. Сегодня, к примеру, согласно официальной статистике, 300–400 итальянцев ежегодно уезжают навсегда жить в Австралию. А вот скрытая «миграция наполовину» в статистике не отражается. Сейчас особенно распространено купить (тайно от итальянского правительства, желательно, чтоб не платить в казну 20 % от стоимости, как налог за второй дом) квартиру в Бразилии или виллу где-нибудь на острове Капо Верде, сохранив при этом жилье в Италии и периодически возвращаясь повидать близких и друзей. У нашего друга семьи Гвидо в городке остался наследный дворец, а он сам уже больше половины своей жизни живет в Мексике в джунглях. И даже роды жены принимал на собственноручно сделанном деревянном столе. Такие странные метаморфозы сознания бывают у цивилизованных европейцев.

Современное поколение легко и даже с радостью перевоплощается в образ жизни дикарей. Более того, как-то нездорово наслаждается тем, что не надо наряжаться для соседей, напрягаться из-за чистоты в доме и красивого стильного интерьера, накрывать стол с приборами и соблюдать традиции. Поэтому они обожают страны Латинской Америки. Но полностью переезжают туда лишь совсем отчаянные. И в кризис поток эмигрантов увеличился. Еще в списках предпочитаемых мест переселения итальянцев Аргентина, Таиланд, Бали, Китай, Индия, Коста-Рика, Перу…

— Бывали случаи, когда молодожены ехали в свадебное путешествие: пляж, белый песок, Карибское море, — рассказывает Роберто, владелец турагентства, — а по окончании решали остаться жить там. Приезжали, продавали дом или сдавали в долгосрочную аренду и баста. Меняли цивилизацию на сладкую жизнь под пальмами.

Наш друг работал в одной крупной компании и всегда мечтал уехать жить в Бразилию, но все время откладывал. У него стало слегка пошаливать сердце, он пошел к врачу, и тот сказал, что во всем виноват стресс, надо больше отдыхать. Но он пропустил это мимо ушей. И вот однажды мы ужинали все вместе, и тут посреди ужина один парень говорит, что должен срочно ехать в госпиталь, так как ему очень плохо. И, мол, неловко, скузи, я все оплачу и прошу меня простить, но поеду срочно в госпиталь. А там оказалось, что у него настоящий инфаркт, и человек при смерти. И все дело тоже в стрессе! Так этот приятель тут же вспомнил, что ему сказал доктор, написал сразу же заявление об уходе, продал квартиру и уехал с семьей в Бразилию. Сказал, что хватит ждать инфаркта, жизнь коротка, и надо наслаждаться каждым днем. Пишет иногда письма о том, как ему там здорово живется. Открыл маленькую пиццерию.

И по-прежнему за удачей и финансовым успехом едут в Америку. Чтобы потом вернуться в Италию на коне и продолжить набирать обороты. К Америке у итальянцев вообще особое отношение. Большое уважение и огромный интерес. А потом она все-таки так далеко, большая, загадочная, сказочная Америка.

Глава 2

Сколько стоит жизнь на Апеннинах

Налоги и прочие отчисления

Кто больше получает, тот больше платит

Жизнь в Италии стоит недешево. Работающее население делится на тех, кто работает на кого-то — депенденти, или наемные рабочие (их, по подсчетам, около 70 % населения), и тех, кто работает на себя — коммерсанты. Но налогообложение у них одинаковое. Просто за подчиненных платит компания или хозяин. Коммерсанты сами вносят свои налоги два раза в год.

— И два раза в год я слышу бестемии (нецензурную брань)! — смеется Паола Равелли, коммерчиалиста, рассказывая мне в интервью об итальянском налогообложении. Это что-то типа частного бухгалтера, который есть у каждого коммерсанта. Здесь не нанимают бухгалтеров отдельно, это дорого. А просто обращаются в бухгалтерскую фирму, которая и ведет все твои дела. И ты платишь им 1200 евро в год.

Итак, вот какие налоги платят итальянцы.

Согласно статье 53 Итальянской конституции чем больше зарабатываешь, тем больше процент налогов:

доход до 15 000 евро в год — 23 % налогов,

от 15 000 до 28 000 — 27 % нужно отдать казне,

от 28 000 до 55 000 — уже аж 38 %,

от 55 000 до 75 000 — 41 %,

больше 75 000 — 43 %.

Помимо этого есть еще на каждом уровне доходов определенные выплаты:

3400 евро, если доход от 15 000 до 28 000,

6960 — если от 28 000 до 55 000,

17 220 — если доход от 55 000 до 75 000,

25 420, если годовой доход выше 75 000.

Так они, видимо, борются с роскошью. Зато человек, у которого совокупный доход равен или ниже 7500 евро в год, платит налогов не выше 185 евро 92 чентезимов за год.

Помимо налоговых отчислений частники выплачивают так называемый IVA (НДС). Это 21 % надбавки на стоимость любого товара, который попадает в казну. В марте те, кто занимается продажами, от суммы продаж должны выплатить государству 21 % этой самой «ивы». А до июня они предоставляют своему коммерчиалисту чеки, талоны и прочие бумажки, показывающие их траты, и тогда государство в июне должно вернуть «иву», то есть 21 % от того, что они потребили. Та еще арифметика! Некоторые умудряются сравнять «ивы», для этого регистрируют непрямых родственников как своих подчиненных, регистрируют их крупные расходы как будто деловые… В общем, идут на самые разные хитрости, только чтобы меньше заплатить.

Каждый год кладутся деньги на пенсионный счет, высчитываемый коммерчиалистом из расчета доходов, но это минимум 1000 евро.

Раз в год также приходит в дом налог на телевидение — 112 евро.

Налог на автомобиль рассчитывается от мощности двигателя — 2,55 евро за киловатт. К примеру, автомобиль 75 л.с. равен 55 киловатт мощности, значит, владелец платит 140 евро в год. Но это минимум. Плюс страховка на автомобиль в среднем от 780 до 930 евро.

Первый налог на квартиру выплачивается при покупке. Если это первая квартира, то 4 %, если вторая — 20 % от стоимости. С апреля 2012 года новое правительство Монти вернуло imu — ежегодный налог на недвижимость. Берлускони его когда-то отменил. Платить его нужно три раза в год, и там очень сложная система расчетов. Платить должна в финале мэрия правительству, и некоторые совестливые мэры изыскивают способы гасить этот налог за счет городского бюджета, а не кармана своих жителей.

Если человек много путешествует по миру и имеет действующий загранпаспорт, то должен каждый год наклеивать в него налоговую марку за 40 евро.

В сумме получается, что средний гражданин должен отдать только за то, что живет и трудится в этой стране, примерно 60 % своего дохода, в Италии самые высокие налоги в Европе. Понятно, что это абсурдно. Поэтому итальянцы ищут максимально простые схемы уходов от налога, а фискальные органы мучительно соображают, как их раскрыть.

Как налоговая прессует своих граждан

Итальянцы никогда не любили платить налоги. До объединения в одну страну это означало платить чужому правителю, а после объединения вроде бы стали платить в свою казну. Но что это меняет? Ведь ты по-прежнему должен отдать доход из своего кармана. Впрочем, пока налоги были разумными, население платило их вполне исправно. Но в какой-то момент в начале XX века правительство решило, что недополучает и всегда будет недополучать, ведь население хитрое, поэтому нужно добавить налогов. Мол, мало вы нам что-то платите, господа. Налоги были раздроблены на мелкие выплаты, налог на то, на се, чуть ли не на воздух. И получалось, что надо расставаться с внушительной суммой каждый месяц. Независимые итальянцы окончательно невзлюбили свое правительство.

Оно периодически выпускает социальную рекламу, в которой рассказывает, зачем нужно платить налоги. Мол, это наши больницы, детские сады, школы и так далее. Это еще больше обозляет некоторых граждан, ведь все равно во всех этих местах нужно хоть за что-то, да заплатить.

Невыплата налогов карается довольно жестко — огромные штрафы и тюремное заключение. Фискальные органы шерстят, как могут. И даже социальный авторитет ничего не значит. Однажды ненадолго посадили в тюрьму великую итальянскую актрису Софи Лорен за неуплату налогов. Хотя мне кажется, что это была просто устрашающая «рекламная» акция. Зато пример идеального налогоплательщика подает Сильвио Берлускони, один из самых богатых людей в мире, который официально платит в казну полтора миллиона евро налогов.

Налоги — это то, из-за чего итальянцы недолюбливают технический прогресс.

— Ваши компьютеры испортили нам всю жизнь! — высказался один. — Теперь все знают даже, сколько раз ты сходил в туалет.

С 2012 года в помощь фискальным органам была запущена программа Spesometro, или расходометр. На каждого человека в стране заведен свой ИНН — codice fiscale. И все твои доходы и расходы отражаются под твоим ИНН. И как только у кого-то обнаруживается несоответствие расходов и доходов, его имя появляется в списке претендентов на проверку. К нему приходит наряд, проверяет его счета, компьютер, допрашивает. И все это жестко и без лирики.

Раньше проверки устраивались выборочно. Пальцем в небо, а кому сегодня не повезло, проверим-ка его. А также по доносам. Однажды один парень по имени Лоренцо покупал квартиру через агентство недвижимости и решил не платить владельцу проценты за услугу. Позвонил в налоговую и сказал, что есть подозрение, этот синьор, владелец агентства, укрывает налоги. В 8 утра в дом ворвался наряд вооруженных людей, конфисковали компьютер, напугали детей, затем обыскали офис. И заставили подготовить огромный отчет, который занял больше 100 страниц. Ничего не нашли, но нервов потрепали будь здоров.

Лоренцо теперь ходит улыбается в лицо этому синьору и в ус не дует. А тот с ним побаивается связываться.

Уход от налогов — национальный вид спорта

Самый простой способ уходить от налогов — не выписывать счет-фактуру. Приходишь к дантисту, он тебе говорит «С фактурой за работу счет будет 3000 евро. А без фактуры — 2500». Причем с введением программы контроля расходов покупателям тоже стало выгоднее скрывать свои покупки. И, конечно, люди соглашаются. Восемь лет назад на большей части Италии почти удалось победить «черную» бухгалтерию. С кризисом и новыми налогами, которые придумывает новое правительство, она снова становится распространенной мерой сохранить немного денег себе.

Еще опытные коммерсанты вносят все что можно в список своих расходов, по документам у них получается куча подчиненных, техники и так далее. И личный доход как бы распыляется. Вот два моих знакомых коммерсанта. Один в год получил 28 тысяч евро дохода, а другой 120 тысяч. Но оба выплатили по 5 тысяч налогов. Потому что тот, у кого больший доход, имеет и больше опыта в укрывании налогов. Знает тонкости, нюансы и не боится рисковать. И не особенно рассчитывает на своего коммерчиалиста. Когда ему последний раз звонил его бухгалтер со словами, что он должен выплатить что-то вроде 20 тысяч, он ответил довольно грубо, я буду платить 5 тысяч и не больше, чао!

От коммерчиалиста тоже многое зависит. Некоторые бухгалтерские фирмы считают формально, по таблице, и получается огромная сумма. А если бухгалтер ориентирован на то, чтобы помочь клиенту, скажем так, сэкономить средства, то он изыскивает лазейки и говорит, что нужно сделать в этом году, к примеру, поменять машину или еще что-то, чтобы потом заплатить меньше налогов.

Деньги, полученные вчерную, нуждаются в «отмывании». И если для крупных компаний, которые сотрудничают с офшорными фирмами, правительство нашло способ контроля — просто заставляет платить дополнительные 27 % налогов от прибыли. То для мелких пока еще ничего не придумали. А может, еще не в курсе, как «моют» деньги простые итальянцы. Нужно-то иногда всего тысячу-другую евро в месяц. И на местах придумали такую схему-свежачок. Дело в том, что в случае выигрыша в автомате человек не платит подоходный налог. Он зарегистрирован как игрок, и ему дается справка, сколько он выиграл в случае чего. Владельцы табаккерий, где стоят эти автоматы, стали предлагать из-под полы своим клиентам такую услугу: я тебя регистрирую как игрока и выдаю справку, что ты выиграл 1000 евро. И каждый владелец для себя определяет, сколько он хочет за эту справку, какой процент от суммы. Обычно 1–2 %.

Еще можно не класть на счет в банке и тратить осторожно, чтобы в спезометре не отражалось. Главное, показывать достаточную сумму для погашения, к примеру, кредита на квартиру, машину и прочих официальных трат.

Первый дом и… баста!

Правительство делает все, чтобы было не выгодно иметь больше одной квартиры. И за покупку второй «казы» ты уже должен внести 20 % от стоимости в казну. И потом каждый год платить огромные налоги с недвижимости. Распространенный в России бизнес на сдаче квартир в аренду здесь очень мало развит. Ведь с прибыли, полученной от аренды, тоже надо платить налог. Плюс налог на недвижимость, плюс коммунальные расходы. Еще должен останешься. В туристических центрах, где можно сдавать втридорога на сутки или неделю, имеет смысл. А в обычных городках люди стремятся иметь один, но хороший, добротный дом.

Более того, и до первой-то квартиры надо как следует потрудиться. Лишь 30 % молодых людей имеют свое жилье и часто благодаря накоплениям родителей. Есть кондоминиумы, где строят квартиры, которые продают по сильно сниженной цене с условием, что это первый дом. Огромное количество молодежи живет вместе с родителями. И это играет на руку развитию синдрома «маменькиных сынков». Дом для итальянца — главная ценность. Поэтому когда он есть, его облагораживают постоянно, драят, чистят и показывают гостям как драгоценность.

Уровень жизни — объективно и субъективно

Согласно данным статистики института ISAE, за 2011 год 74 % итальянского населения чувствуют себя бедными. Думаю, что результаты за 2012 будут еще плачевнее. Сменилось правительство, по-настоящему грянул кризис, некоторые секторы экономики, к примеру, продажа недвижимости, просто легли. Весной 2012 года по стране прокатилась серия самоубийств на экономической почве, около 300. На эту тему даже задавали вопрос премьер-министру Монти, мол, как вы на это реагируете. Он ответил так, что итальянцы сморщились и стали считать его самым бессердечным человеком на свете: «А знаете, какой процент самоубийств в Греции? Еще больше! И ничего».

Хотя понятно, что порог бедности — субъективное понятие. Сравнить считающего себя бедным из Калабрии и считающего себя бедным из Ломбардии — просто небо и земля. Но в Калабрии бедность в порядке вещей, а в Ломбардии быть бедным стыдно.

Для итальянца бедность означает неспособность утолить свои основные потребности, вести тот образ жизни, который соответствует его представлениям о нем.

Сколько ж получают эти бедные? Согласно исследованию, в котором приняли участие 24 тысячи домохозяйств, чувствуют себя таковыми одинокие люди, которые зарабатывают меньше 1300 евро в месяц, а из семейных пар те, кто имеет совокупный доход менее 1800 евро в месяц на семью. В основном на недостаток средств к существованию жалуются жители итальянского Юга, съемщики, а не собственники квартир, а также те, кто работают по ограниченному во времени контракту.

Но те, кто проводили исследование, подчеркивают, что прибедняться — это, мол, нормально для итальянцев.

Личные представления о бедности нельзя путать со статистическими данными о ней, говорится в документе.

В 2005 году официально установленный прожиточный минимум в Италии составлял 936 евро для семьи из двух человек и 468 евро на одного человека. Такую сумму зарабатывают 11 % жителей Апеннин, и лишь они признаются бедными официально.

По последним данным, 15 % семей находится в тяжелых экономических условиях. Это означает вот что: одна семья из трех не в состоянии оплачивать непредвиденные расходы, одна из двух не может позволить себе даже недельный отпуск вдали от дома. И есть те, кто заявляет, что у них как минимум один раз в год не было даже денег на покупку продуктов питания, таких около 5,7 %.

Кто-то из голливудских звезд, побывав в Италии, сказал, что это бедная страна, где живут очень богатые люди. Каждый день сотни туристов швыряют деньги на ветер, роскошные парусники бороздят морские просторы, на распродажах стоят очереди из прилетевших с другой точки земли покупателей… Конечно, средний итальянец, глядя на это, будет чувствовать себя бедным. Он должен быть богаче, раз его страна такая привлекательная!

Налоги идут на то, чтобы платить пенсии и держать на плаву социальную систему. Италия является одной из самых «старых» стран в Европе, где, кроме того, один из самых низких показателей рождаемости. Итальянский дисбаланс в поколениях наиболее высокий в Европе. В ближайшие десятилетия численность активного населения еще уменьшится: предполагается, что к 2031 году его численность составит 37,4 миллиона человек, а к 2051 году — 33,4 миллиона. Здесь, как и в Германии, существует проблема: соотношение нетрудоспособного населения (дети до 14 и те, кто старше 65 лет) к трудоспособному (от 15 до 64 лет), за 10 лет от 48 % увеличилось до 52 % из-за все более возрастающего количества пожилых людей.

Лотереи — национальная болезнь

Первые казино в Европе открылись в Италии и после этого распространились по всему миру. Итальянцы очень азартные люди. Казино-то однажды запретили, оставив лишь четыре крупных игровых центра, причем государственных: в крупных городах — Сан-Ремо, Венеции и маленьких — Кампионе и Сан-Винсент. Но это ж далеко. И итальянцы стали играть на деньги в разные простые игры, которые не требуют даже карт или каких-то других приспособлений, кроме собственных пальцев. Итальянцев гоняла полиция, за игру на деньги можно было угодить за решетку.

Правительство решило использовать в своих интересах азартность своих граждан. Поэтому для тех, кто не ездит в казино, существуют мунициапальные лотереи и игровые автоматы в табаккериях и некоторых барах.

Это страшная болезнь. Более того, даже поощряется и рекламируется, мол, всё нормально. В табаккериях постоянно вывешивают имена выигравших счастливчиков с цифрами. На одну игру надо не так уж вроде и много — 30–40 евро. Особенно под ударом пожилые синьоры на пенсии, которым нечем заняться.

До марта 2012 года розыгрыш лотерей был раз в неделю. И в месяц у такой синьоры от пенсии уходило 120 евро. А ведь это же целый ритуал — усесться перед телевизором в назначенный час и сверять цифры, которые объявляют потом и в новостях, и в дополнительно бегущей строке под фильмами и программами. Обсудить затем со своей соседкой, помечтать о выигрыше. Понадеяться, что не в этот раз, так в следующий. А с марта 2012-го розыгрыши стали проводиться три раза в неделю. То есть, бац, и у синьоры на безобидное развлечение стала уходить вся пенсия. В знакомой семье переполошились, когда бабуся стала просить денег на оплату коммунальных услуг у своих детей. И узнали, что все ее деньги — а она получает свою пенсию и пенсию умершего мужа около 1100 евро — уходят на лотерею. Незаметно так вроде.

— Мама, но зачем ты играешь в лотерею? — с отчаянием вопрошали дети.

— Я хочу выиграть для вас, мои дорогие! — отвечала она.

— Так ты клади каждые два дня в копилку по 30–40 евро и в конце года, вот увидишь, выиграешь не меньше 6 тысяч евро. А еще лучше посчитай, сколько денег ты спустила на лотерею за последние 20 лет.

Дети злятся, и их можно понять. Ведь когда сын этой женщины пошел к священнику за советом, что же делать, тот ответил: но лотерея — это ведь не грех.

Вот автоматы — это почти грех. Игра стоит 1 евро. Точнее, раз нажать на кнопку «однорукого бандита». Но если уж ты сел поиграть, одним нажатием точно не ограничится. Итальянцы спускают состояния в эти автоматы, не замечая. И что удивительно, в кризис количество игроков увеличилось, спускают последнее, и некоторые потом — бац — и под поезд бросаются.

Итальянские зарплаты: кто сколько получает

Сухая статистика

Вот что сообщает Итальянский институт статистики о ситуации на рынке труда в целом.

— Валовой доход за час работы равен 18,41 евро и представляет собой 73 % от затрат на рабочую силу.

— Сектора экономики, где зарплата выше . В скобках указана средняя зарплата в год в этом секторе. В финансовой и страховой деятельности (52 677 евро), производстве кокса и переработке нефтепродуктов (45 568 евро) и поставке электрической энергии, газа, пара и кондиционирования воздуха (44 967 евро).

— А в этих секторах более низкие доходы. Организация проживания и питания (16 304 евро), аренды жилья, туристические агентства и услуги поддержки бизнеса (17 192 евро), текстиль и одежда, кожаные изделия и аксессуары (21 813 евро). В среднем по стране частники получают меньше, чем общественные работники на 11,6 %. Общественный сектор — это государственное управление и оборона, страхование, социальное обеспечение. В среднем за час работы (ну как общая температура по больнице) итальянец получает 25,18 евро. На северо-западе этот доход на 5,9 % выше, в центре страны на 1,7 %. На северо-востоке доходы занятости ниже на 3,1 %, на островах Сардиния и Сицилия ниже на 4,2 %, на Юге час работы стоит аж на 8,3 % меньше, чем в среднем.

Кого не хватает Италии

Если вы разговоритесь в экономическом русле с любым итальянцем средних лет, он начнет вам жаловаться на то, что нет работы и жуткие налоги. При этом работы, конечно, полно, просто среднему итальянцу по разным причинам не престижно, или это не те деньги, чтобы тратить свое драгоценное время.

Вот список: медицинские сестры, косметологи, парикмахеры, квалифицированные плотники и строители, сварщики, специалисты по маркетингу, инженеры, бухгалтеры, кузнецы. Менее проблематично найти бармена и официантов.

Предприятия тоже испытывают дефицит квалифицированных кадров, в основном по таким профессиям, как установщики окон и дверей, пекари, кондитеры, повара, портные, плотники.

Согласно ежегодному докладу Excelsior 2011, подготовленному Итальянским союзом торговых палат (Unioncamere) совместно с министерством труда, более 100 тысяч вакансий: крупные компании (со штатом свыше 100 человек) в первую очередь нуждаются в инженерах, менеджерах, экспертах по маркетингу, математиках и физиках, бухгалтерах и банковских специалистах, медсестрах и фельдшерах, поварах и персонале в сфере ресторанного бизнеса, водителях, монтажниках и ремонтниках оборудования, а также сварщиках и квалифицированных рабочих.

Рабочая лирика

В Италии самые низкие по Европе зарплаты у населения и самые высокие у чиновников. Это вызывает страшную волну негатива, особенно в последнее время. Вот примерный уровень зарплат для понимания: начинается от 400 евро за неквалифицированный труд, 600–700 получает секретарь, 800–1000 — пекарь, 1200–1500 — инструктор по вождению, средняя пенсия 500 евро, зарплата топ-менеджера мебельной фабрики, директора по продажам — 15 000 евро, а рабочий этой фабрики получает 1200–1600 евро. Но самое удивительное, что из рабочих специальностей самые высокооплачиваемые — это сантехники! Вызов мастера встанет в копеечку. Минимум с 1000 евро начинается разговор с итальянским сантехником за любую работу. И поэтому, кстати, неисправный текущий унитаз или неисправная ванна в очень стильном отеле — это вполне нормально.

Строители тоже берут недешево. Просто сломать стены — 1500–2000, поштукатурить и наклеить плитку примерно так же. И это будут разные рабочие. Тот, кто ломает стены, штукатурить не умеет. А красят уже третьи. Цена договорная, но вот моей знакомой стенку покрасили за 1000 евро.

Многие итальянцы, чтобы прокормить семью и позволить себе немного дольче виты, постоянно изыскивают способы подрабатывать. К примеру, в таверне (так называется подвальное помещение в доме, которое тоже обычно жилое) устраивают салон красоты, парикмахерскую, швейную мастерскую или еще что-нибудь такое, что можно делать на дому. Клиенты — твои же соседи, итальянцы не стесняются зазывать тех, кого знают сто лет. И вот уже все пожилые дамы в городке ходят в одинаковых буклях, потому что встречаются в таверне одной предприимчивой синьоры, платят ей в два-три раза дешевле, чем в салоне, заодно обсуждают последние сплетни. И здесь главное, чтобы никто не донес фискальным органам.

Кто имеет право на пособие по безработице

12 % населения, согласно статистике, относятся к безработным. Более 2 миллионов молодых итальянцев нигде не только работают, но и не учатся. Этот показатель является рекордным среди европейских стран. Возраст незанятой молодежи колеблется от 15 до 29 лет, и преимущественно это мужчины. Такие результаты приведены в ежегодном докладе Центрального статистического бюро (ИСТАТ). В результате экономического кризиса число безработных и ничем не занятых молодых людей увеличилось: прирост 126 тысяч человек. Большая часть безработных — около 1 миллиона человек — проживает на юге Италии. Среди незанятых есть даже выпускники высших учебных заведений (21 %) и средних специальных (20,2 %). Большинство молодых продолжают жить с родителями в связи с экономическими проблемами. По сравнению с 1983 годом число молодых людей 30–34 лет, которые продолжают оставаться в семье, на сегодняшний день утроилось.

Безработные в Италии получают пособие по безработице. Так же, как и любой гражданин Италии (коренной итальянец или иностранец, получивший итальянское гражданство), на пособие имеют право легальные иммигранты без итальянского гражданства. Если во многих странах сельскохозяйственные работники не получают пособие, то в Италии все пособия делятся на два вида: сельскохозяйственные (agricola) и несельскохозяйственные (non agricola). Но далеко не каждый безработный может претендовать на пособие.

Итальянец или иммигрант с ВНЖ имеет право на пособие по безработице, если:

● работал по контракту, который был заключен на определенный срок или по бессрочному трудовому договору;

● проработал не менее двух лет на территории Италии и у него имеются оплаченные отчислениями в соцслужбу (контрибуты) 52 недели за этот срок работы;

● уволен по инициативе работодателя.

Не имеет право на пособие по безработице, если:

● был до потери места нанят на выполнение сезонной работы;

● стаж составляет менее двух лет;

● нет действующего вида на жительство;

● уволился сам.

Чтобы получить пособие, нужно зарегистрировать себя в местном центре занятости. Там оформят документ, который будет подтверждать, что с сегодняшнего дня человек готов быть нанятым на работу. И далее с этой справкой безработный идет в отделение Патроната, где подает заявку о просьбе предоставить пособие. Ее нужно подать в течение двух месяцев после увольнения, иначе рассматривать не станут. Если безработный моложе 50 лет, то пособие положено выплачивать в течение 8 месяцев, если, конечно, за это время он не найдет работу. Если же больше 50-ти, то пособие будет выплачиваться в течение 12 месяцев. После того, как оформится на новом месте работы, пособие по безработице не выплачивается.

Размер пособия зависит от предыдущей зарплаты — 60 % от нее платят первые полгода, затем 40 % еще 2 месяца. Иностранцу платят пособие только первые шесть месяцев и лишь 40 % от размера зарплаты.

История о том, как семье булочника привалило богатство и что он с ним сделал

Фабио — пекарь. Он делает хлеб и всю жизнь делал хлеб. Он знает несколько десятков видов хлеба и первым делом в любом ресторане пробует местный хлеб. Он руководит также другими пекарями, и поэтому его зарплата в месяц составляет 3000 евро. Его жена работает менеджером на фабрике шурупов и мелких металлических деталей. И получает 1200 евро. В общем, не бедствуют, и проблемы с налогами их не касаются, все платят их работодатели.

Они живут на окраине, среди полей и чистого воздуха. В одно окно у них видать горы и холмы, а в другое — поля и городскую башню с часами вдалеке.

Однажды поблизости от их дома было решено проложить большую автотрассу. До сих пор там была только узкая асфальтированная деревенская дорога. За то, что теперь Фабио и его семья будут испытывать неудобства в виде автотрассы под боком, которая перекроет им прекрасный вид на Альпы, дорожная компания выплатила им среднюю стоимость жилья в этом районе — 250 тысяч евро. Вот что бы вы сделали на месте Фабио, которому привалило богатство? Не то, чтобы очень много, всего-то примерно миллион рублей. Но и не мало, уж точно.

Первым делом Фабио пошел в автосалон и купил себе новенькую белую «Ауди А5» кабриолет за 65 тысяч евро. Затем они всей семьей поехали отдыхать на Тенерифе. Туда можно съездить и за дешево, если захотеть, а можно по самым высоким расценкам. Так вот, семья съездила по второму варианту за 5000. Далее — гардероб. Надо пояснить, что данный герой — человек очень простой, он считал одежду Дольче Габбана, да и прочие марки тоже — одеждой для гомосексуалистов, которых, конечно, презирал и часто отпускал гомофобские шуточки. Так вот, наш Фабио первым делом накупил СЕБЕ дизайнерской одежды и обуви, самой что ни на есть Дольче Габбаны.

В Интернете и вообще в компьютере, по его недавнему мнению, проводят больше 5 минут люди, которым нечем заняться в жизни. Социальные сети так вообще пристанище сумасшедших. После того, как на счету появились лишние средства, и Фабио почувствовал себя обеспеченным, то тут же завел аккаунт в Фейсбуке, хотя это ему ничего не стоило, но, видимо, деньги придали смелости. Или сделали немного сумасшедшим. Жена получила в подарок роскошное бриллиантовое колье. Ну и, конечно, дети тоже не были обижены, особенно любимая маленькая дочурка, которая и раньше была наряжена, как принцесса, а теперь совсем стало глаз не отвести. А в августе они поехали в своем открытом кабриолете в Верону слушать оперу на ежегодном оперном фестивале. Оставшаяся часть денег все же осела на банковском счете для будущего детей, ну и вообще, чтобы было. После воплощения всех безумств дольче виты в жизнь семья стала возвращаться в прежнее привычное русло. Спустя полгода он заговорил, что «Ауди» хочет продать, потому что ужасно неудобно и требует много расходов на содержание.

На Севере и на Юге разное отношение к деньгам. Все-таки у северян есть какая-то привычка к ним, поэтому если в руки попадают большие суммы, то они часть пустят на сбычу давно лелеемых мечт, но часть обязательно останется на то, чтобы расти дальше. Южане не имеют привычки к большим деньгам, это их роднит с большей частью населения бывшего СССР. Они страстно желают денег, ищут их, а когда те попадают им в руки, то довольно скоро улетучиваются.

Деньги в принципе для итальянцев больной вопрос. Очень больной. Но при этом они довольно щедры и способны шутить на эти темы легко и непринужденно.

Глава 3

Центр итальянской Вселенной — дом

Устройство дома

Дом для итальянской семьи — самая важная часть жизни. Все свободное время, которое есть и которого нет, тратится на обустройство, улучшение, наведение порядка. Итальянцы больше всего на свете любят показывать свое жилище. Это почти ритуальный момент, если вы приглашены в гости и до этого еще ни разу в доме не были. Вас проведут торжественно по всем комнатам, расскажут, где и что, откуда была привезена эта картина и вон та статуя, а затем доложат о своих планах, что еще хочется сделать, чтоб жизнь стала медом.

Любое итальянское жилище, каким бы ни был метраж, поделено условно на зоны. Две основные — дневная и ночная. Дневная зона — это кухня и зала, куда вы попадаете сразу от входной двери. У итальянцев нет даже понятия «прихожая». Разуваться идут в хозяйственную или гардеробную через всю квартиру. Иногда кухня и зала совмещаются.

Зала — часто самая нарядная часть дома. Стоит красивый диван, старинная или просто дорогая красивая мебель, вазы с цветами, роскошный ковер на полу, зеркала, картины, необыкновенные торшеры. Раньше, когда не было телевизоров, зала использовалась исключительно как место приема гостей, и члены семьи этой комнатой почти не пользовались. Это лицо дома. Оно всегда надраено и блестит. Ведь зайти может кто угодно каждую минуту, сосед, курьер или друг семьи. И должен видеть, какие прекрасные люди тут живут. Сейчас часто в залах стоят телевизоры, хоть что-то человеческое появилось в них. Хотя по-прежнему большинство виденных мной похожи на музеи.

Ночная зона — это остальная часть дома, где расположены спальни и кабинет. Уже при строительстве ее отделяют от дневной зоны дверью и коридором, который называется атриум. Это как другая квартира, по сути. Поэтому в итальянском доме часто два санузла — один для гостей в районе залы, а другой в ночной зоне, для хозяев. И санузел для гостей может быть отделан по последнему модному слову, а санузел для хозяев быть простецким и просто удобным.

Даже в маленьких квартирах обычно есть хозяйственная комната. Там стоит стиральная машина, можно поставить гладильный стол, разместить всякие швабры-инструменты-порошки и прочую химию. В квартирах она расположена в ночной зоне. В больших домах это отдельная огромная комната в подвале (или таверне), со встроенным душем, туалетом и сушкой для белья.

Итальянцы очень любят свои дома. Но при этом не прочь их поменять, пока не найдут идеальный. У застройщиков даже распространена такая схема под названием «пермута». Довольно удобная, хотя все зависит от конкретных условий, конечно. Если вам приглянулась виллочка или апартаменты в новой постройке, вы оформляете с застройщиком договор, по которому старая квартира переходит в его собственность, а ее стоимость засчитывается в цену нового жилья. Застройщик, конечно, за вашу квартиру предлагает сниженную цену, но зато можно сэкономить время на продаже и переоформлении документов. А с комиссионными агентству и гонорарами нотариусов то на то и выходит. Нотариусы в Италии особенно дороги. Просто оформить квартиру в собственность стоит минимум от 4 тысяч евро. Вступить в права законного наследования около 8–10 тысяч. С такими расценками и наследства не захочется.

Вилла, виллетта скьера, апартаменты, кашина… Каким было бы ваше жилище, стань вы итальянцем?

Апартаменты

В Италии существует несколько типов жилья.

Апартаменты (или квартира ). Она может располагаться: а) в очень старом доме, которому несколько веков; б) в доме постройки ХХ века; в) в современном кондоминиуме и г) в закрытой резиденции. А теперь расскажу подробнее о каждом и в чем разница.

Квартира моей свекрови Фульвии-Теодоры Билони находится как раз в историческом центре города, в доме, которому 400 лет. Но бывают и старше, таких домов в центре итальянских городочков сотни. Когда-то это были резиденции вельмож и дворян, лицевую сторону таких домов до сих пор украшают фамильные гербы. Дом Фульвии расположен буквой П, вход во двор через широкую арку. По краям ее по-прежнему висят раскрытые древние деревянные ворота, им точно больше ста лет, не меньше. Их смысл чисто декоративный. Внутри арки обычные современные ворота из металлических прутьев, которые открываются дистанционным пультом. Особенность таких домом в том, что все лестницы, ведущие ко входу в квартиры, располагаются снаружи, и получается, что входная дверь в апартаменты находится на собственном балконе. Балконы опоясывают весь двор четырехэтажного здания. Законом запрещено менять что-либо в облике таких кондоминиумов. Делая ремонт, нужно полностью сохранять внешний вид, как было. Стены в этих домах очень толстые, комнаты в квартирах расположены друг за другом, и не проходными получаются только крайние. У Фульвии это кухня и спальня. А зала, кабинет и бывшая спальня сына переходят друг в друга, как во дворце. Впрочем, это же и есть бывший дворец, который разделили на квартиры, чего ж удивляться? В стену каждой комнаты встроен камин. Когда-то ведь отопление было только такое. Сейчас камины замурованы, но в любой момент стену можно реконструировать и восстановить старинный способ обогрева. Система вентиляции там построена на века. И стены такие толстые, что держат тепло очень долго. А летом сохраняют прохладу так, что, зайдя с жаркого полуденного солнца в гости на полчаса, можно через какое-то время слегка замерзнуть. Причем эти квартиры в таких старинных домах, да еще в центре города стоят совсем недорого — за 80–100 тысяч евро можно купить трехкомнатную квартиру с арочными потолками. Но подвох в том, что коммунальные платежи и расходы на ремонт самого дома (их оплачивают жители) могут быть колоссальными. В Италии нет и в помине ЖКХ, на которое можно наехать и писать кляузы, чтоб починили. Здесь каждый дом сам себе все чинит. И если крыша провалилась, скажи спасибо соседу, который зажал 10 тысяч евро на ее последнюю реконструкцию.

Второй тип кондоминиумов с апартаментами — это дома, которым 30–50 лет. Во второй половине ХХ века из соображений моды и практичности одно время строили достаточно стильные бетонные четырех-пятиэтажки с мраморными лестницами и почему-то без лифтов. В некоторых позже лифты установили, но в основном эти коробки, напоминающие с виду улучшенный вариант наших хрущоб, так и стоят, как памятник выносливости тем, кто живет на верхних этажах. Но для этой выносливости, впрочем, есть серьезные обоснования. Дело в том, что установка лифта в любом случае ложится финансовым грузом на плечи жильцов. Ясно, что каждый здравомыслящий человек предпочтет бесплатный фитнес дорогущей установке лифта. Уж что-что, а деньги здесь считать умеют. Мои знакомые — семья Марини с двумя детьми 5 и 2 лет — живут как раз в таком доме, на пятом этаже. Детские коляски на входе они спускают вниз в подвальчик, там целая подземная стоянка колясок и велосипедов. А потом с детьми поднимаются наверх. Спуск детей по утрам в детский сад — целая процедура. Но ничего, живут, добры и веселы. Только не знаю, зачем хозяин дома в своем кабинете поставил беговую дорожку, мало ему, видать, нагрузок. Зато пятой точке хозяйки дома обзавидуешься — никакого целлюлита! Она в день эту лестницу пробегает раз десять, как минимум, туда-обратно: детей отвезти-привезти, на работу, в магазин, на прогулку выйти… И ведь не меняют квартиру, живут. А вот некоторые соседи, правда, у них уже несколько раз поменялись.

Если на виллу не хватает, а душа требует перемен, то глава семьи чешет в затылке и идет смотреть квартиры побольше в современных сверкающих кондоминиумах, а свою выставляет на продажу. Качество и сервис строящихся квартир постоянно растет. Уже в порядке вещей лифт, который привезет тебя из подземного гаража сразу в твою залу, встроенные в стены пылесосы, теплые полы, солнечные батареи на крыше дома, которые позволяют экономить электроэнергию. Многие итальянцы именно из-за этих технических наворотов в новостройках затевают переезды. Но не такие приманки увеличивают цены, а материалы, которые использовал застройщик. Двое наших друзей купили квартиры похожего метража и примерно равной удаленности от центра. И описание примерно одинаковое. Но у одного цена была почти в полтора раза выше. Потому что стены в его доме были толще, более качественные, дорогие окна, двери и отделочные материалы, устройство всего и вся продуманнее.

Не знаю, застройщики какой страны на самом деле первыми решили строить резиденции, но сдается мне, что именно итальянские. Очень уж это похоже на них. И сладкую жизнь устроить, и при этом не шибко переплачивать. Строится красиво переплетенная композиция виллочек, вилл и трехэтажных кондоминиумов с квартирами, внутри резиденции часто строят бассейн и спорткомплекс с тренажерами только для жителей, везде сажают цветы и зелень, огораживают всю эту красоту высоким забором. К виллам и кондоминиумам есть отдельные входы, но в принципе существует и общий вход, красивый и помпезный. Под землей — продуманная система гаражей и таверн. В резиденциях квартиры стоят дороже. При наличии дополнительного сервиса вроде спорткомплекса надо доплатить его стоимость, разделенную поровну по количеству жилищ. Например, недавно мы смотрели квартиру в одной резиденции «Le Brasile», сделанную в бразильском стиле, за тренажеры-бассейн нужно до-платить 20 тысяч евро. Зато удобно: и в жару, и в снегопад спустился в стеклянном лифте вниз, в стеклянный зал, и культурно занялся спортом, никаких клубных карт не надо. Летом чуть не с порога можно нырять в бассейн. Конечно, за жизнь в резиденции надо платить отдельные коммунальные — обслуживание территории, чистка бассейна, садовники, лампочки и так далее. Если есть только бассейн и ничего лишнего, то может быть не больше 50 евро в год. А вот в одной роскошной резиденции на озере Гарда в Манерба, где шесть бассейнов с водопадами, круглосуточная охрана и невероятная красота, квартиры стоят от 360 тысяч евро, а проживание в них (так называемые кондоминиальные) 500 евро в месяц.

Виллы и виллетты

Любая итальянская семья мечтает жить в вилле «сингола», что означает — отдельно стоящая, окруженная садиком. Это двухэтажный дом с подвалом, который на самом деле можно считать полноценным подземным этажом. Все итальянские виллы имеют одинаковую структуру.

Внизу гараж, таверна с кухней, простенькой милой залой, хозяйственной комнатой и иногда кабинетом. Многие итальянцы подрабатывают на дому портными, парикмахерами или еще кем-нибудь и свои рабочие комнаты устраивают в «таверне».

Первый этаж (который здесь называют приземленным или нулевым) — парадная часть дома для приема гостей. Это полностью дневная зона. Помпезная зала, роскошная кухня, гостевой санузел и выход в садик. Если на первом этаже вместилась лишняя комната, то, скорее всего, из нее сделают кабинет, чем спальню. Ночная зона полностью находится наверху, там все спальни, гардеробная и широченный балкон или терраса в идеале.

Виллы бывают и одноэтажные, но они распространены очень мало.

Тем, кому на виллу не хватает, покупают виллетту «скьера». Это явление, видимо, пришло из Штатов, похоже на их таунхаусы, когда у домов общие боковые стены, а спереди и сзади каждой виллеты есть даже несколько квадратных метров земли. Только эти таунхаусы, конечно, с итальянскими прибабахами в архитектуре. Они сейчас довольно популярны, ведь по сути это почти полноценная вилла, с таверной, подземным гаражом, дневным и ночным этажами, но при этом стоит намного дешевле. Причудливыми цепочками виллетт «скьера» застраивают все окраины нынешних городков. И особенно ценятся головные виллетты, у них, как правило, больший сад за счет свободного пространства сбоку, и сосед лишь один. Поэтому цена за нее на пару десятков тысяч евро дороже.

Кашина: добро пожаловать на веселую ферму

А знаете ли вы, что слово «дача» итальянского происхождения? Я была в свое время очень удивлена, когда узнала, что дачей здесь называют сельскохозяйственную местность вне города, а «уомо ди дача», что переводится дословно вроде «дачный житель», на самом деле звучит немного обидно, как наш русский термин «деревенщина».

Сейчас «дачники» строят себе вполне современные виллы. Но когда-то крестьяне и фермеры жили в кашинах — таких интересных прямоугольных постройках с широкой террасой, смотрящей в сторону поля. На заземленном этаже находились животные, а на втором (по-итальянски — первом) — люди. Многие кашины сегодня либо снесены, либо наполовину развалены и живописно покрыты плющом. Создается впечатление, что только ради эстетики наследники этого имущества ничего с ними не делают. Но есть и такие кашины, что отреставрированы и превращены в полноценные кондоминиумы. В них устраивают несколько разных входов и живут несколько семей. Прелесть проживания в кашине состоит в том, что ты по-прежнему окружен полями и виноградниками, где-то на горизонте обязательно видишь горы, терраса просто огромная. А минус — стены-то, как правило, совсем старые, а чинить пол или прореху на крыше встанет в копеечку.

Терраса или сад?

Ну хотя бы балкончик! Если в квартире нет балкончика, на котором можно повтыкать горшков с цветами и поставить дизайнерский плетеный стульчик, чтобы раз в неделю выйти и посидеть 20 минут на солнцепеке — она считается неполноценной. Все, так жить нельзя, ну совершенно же никаких условий! Итальянцы умудряются на балкончиках выращивать небольшие урожаи помидоров, базилика и клубники. А какие деревья они выращивают в горшках, если судьба одарила их террасой!

Здесь обожают террасы. Так называются «балконы», которые могут достигать 100 квадратных метров в размере. Ведется настоящее соперничество между садом, то есть таким же по размеру участком земли, и террасой. В чем ее особая притягательность? А видимо, в том, что это тоже часть квартиры, только под открытым воздухом. На ней так же, как и в саду, можно установить небольшой бассейн, красивую специально сделанную для открытых пространств мебель, повесить гамак, а газон при этом стричь не надо. И не видит тебя никто, ведь итальянские террасы по контуру огорожены высоченными кустами в горшках. А терраса при этом расположена на высоте как минимум одного этажа, но и этого достаточно.

Большая терраса — абсолютное воплощение идеи дольче виты. Существует целый террасочный стиль в дизайне мебели. В многочисленных мебельных супермаркетах (сделанных по той же системе, что и ИКЕА, но производства Италии, поэтому в них все, безусловно, более стильное, изысканное и чуть более дорогое) примерно половина кассы делается за счет мебели для террасы и сада. Итальянец ни за что не будет держать на балконе старые вещи или какие-нибудь удочки. Для этого ведь в доме есть кантина — комнатка-кладовая для хранения всего и вся возле гаража или в самом гараже. Даже самый крошечный балкончик любой житель Апеннин способен превратить в уютное и прелестное местечко.

Ну а уж коли есть, где развернуться, да если с террасы открывается вид на собственный садик с идеально стриженным газоном, жизнь точно удалась.

Прием гостей

Такого словосочетания как «итальянское гостеприимство», по большому счету, не существует. Настоящие хлебосольство и уют домашних вечеров в кругу друзей итальянцам прививают их русские (украинские и молдавские) жены. Здесь не очень-то принято часто приглашать в дом посторонних и скакать вокруг них с тарелками. Шумными компаниями итальянцы чаще всего предпочитают выбираться в рестораны, а друзей и родню зовут в гости только по конкретному случаю. Просто так, потому что выходные, звать кого-то и ходить в гости не в обычае.

Ведь это же надо готовить на шесть персон, потом мыть за ними, удивлять, развлекать и так далее — ну разве это укладывается в концепцию сладкой жизни? Скорее распространен краткий визит в дом друзей на аперитив, который при этом заранее согласован. Чтобы поприветствовать друг друга, перекинуться парой сплетен, выпить бокал спуманте, съесть шоколадку (обычно этот набор чаще всего предлагают случайно зашедшим гостям), пошутить и ехать дальше по своим делам.

Но вот если кто-то приехал издалека, или праздник (день рождения, крестины и так далее) решили устроить дома, или нужно укрепить рабоче-дружеские связи — о, тогда милости просим!

Прием гостей построен по традиционному сценарию. Это буквально целая церемония.

Вот, к примеру, семья Франко, к которому мы иногда ходим на ужины. Он живет в большом доме за городом — перестроенной кашине, доставшейся ему от отца. Поля он продал, оставив себе вокруг дома лишь участок 10 соток, которого хватает, чтобы выращивать ягоды, фрукты, овощи и играть с детьми.

Все семейство торжественно встречает нас в условленный час у ворот и провожает под навес, где уже накрыт стол. Причем без стульев. Открыто спуманте, легкие закуски — пиццетини, оливки, чипсы. Минут десять-пятнадцать все весело общаются, обсуждают, кто как доехал и последние новости. Когда было приглашено больше народа на день рождения Франко, то период аперитива затянулся на полтора часа, пока все приглашенные не перезнакомились и не нашли общих приятелей или даже родственников.

На аперитив пьют не только спуманте. Еще пиво или коктейли. Мне лично нравится коктейль на основе «Биттера», это крепкий алкогольный сироп с особым привкусом, смешанный в пропорции 1/3 со спрайтом или другой сладкой газировкой. Кстати, напитки здесь смешивают очень изощренно и неожиданно. Для меня было открытием, что если в пропорции 50 на 50 пиво смешать со спрайтом, получается что-то удивительное! К пицце идет особенно хорошо, даже без аперитива.

После того, как желудки «раздразнились», гостей приглашают за стол в столовую. И начинается бесконечный, шумный, полный гастрономических открытий итальянский ужин.

Самое раннее он может закончиться часов в 11 вечера. Причем это реально будет только ужин. Без танцев и распития спиртных напитков по-русски. Будет распитие спиртных напитков по-итальянски, то есть четыре разных типа алкоголя в течение вечера. Но при этом вы встаете из-за стола просто веселые, сытые, но без тяжести и абсолютно счастливые.

Когда друзей приглашают на пиццу, тогда звено с аперитивом выпадает. Это часто практикуется на Юге и семьях выходцев с Юга, которые перебрались на Север. Пиццу обычно готовит хозяйка дома, но в последнее время молодые стали просто заказывать пиццы в специальных пиццериях на вынос. Это удобно — ни готовить, ни мыть тарелки не надо, только коробки из-под пицц потом выбросить.

А вот какой кодекс гостя существует. В нем мало пунктов, но соблюдать их важно. А не то подумают, что вы невоспитанный человек, и обязательно прополощут косточки.

Входя в дом, любой гость при этом вопросительно произносит слово «пермессо», мол, «можно войти?» Хотя его уже давно пригласили и дверь даже открыли. Нет, спросить все равно надо. Это правила хорошего тона. Их надо соблюдать всегда, как бы глупы они ни казались. Допустим, вы отчетливо видите, где находится туалет, но, решив помыть руки, нужно спросить, можете ли вы пойти в туалет в этом доме, и попросить показать вам, где находится «баньо». Когда вам показывают квартиру, при входе в каждую комнату следует произносить слово «пермессо», вопросительным тоном, конечно. При этом уже можно быть хоть на середине комнаты, это неважно.

Вообще же зайти в гости так просто, как это принято в России, здесь нельзя. Даже самых близких родственников нужно заранее предупредить, позвонить, мол, могу ли я прийти повидаться и не будешь ли ты занят.

Хотя, конечно, все зависит от конкретных людей и отношений. У нас есть друзья — семья Бишелья, Микеле и Анна. Мой муж Роберто дружит с их сыном Луиджи со школы. Вот к ним в дверь можно позвонить в любую минуту, и если они дома, то всегда будут рады видеть и предложить прохладительные напитки. Плюс, вероятно, играет роль тот факт, что они потомки переселенцев с Юга, где отношения между людьми проще, меньше условностей и больше душевности.

Сколько стоит жилье в Италии и где лучше покупать

Жилья, выставленного на продажу в Италии, — невероятное количество! Особенно после декабря 2011 года, когда сменился глава правительства. Был шалун Берлускони, а теперь невозмутимый Монти. А рынок недвижимости встал. Сотни роскошных вилл, виллетт и резиденций заморожены, часть оказалась недостроена. К лету 2012-го цены снизились, появилась какая-то иллюзия движения. И тем не менее на итальянском рынке недвижимости сейчас очень много самых разных предложений.

С января 2012 года в некоторых регионах были введены правила, что прежде чем выставлять квартиру на продажу, владелец квартиры или застройщик должен получить энергетический сертификат, оценить ее так называемый энергетический класс или уровень. Самый высокий — А. И дальше уже по нисходящей: В, С и так далее. Имеется в виду не только техническая навороченность жилья, но и экономичность. Традиционно итальянцы имеют горячую воду и отопление благодаря газовым колонкам. А вот те, у кого дом оборудован солнечными батареями, очень серьезно экономят на газе. Имеет значение для вывода о классе энергетики дома также качество и толщина окон, стен, дверей. На вторичном рынке самые распространенные классы G, F, а на рынке новостроек — B и C. Кстати, оформление этой бумаги стоит 250 евро. А без нее даже нельзя предложить квартиру для сдачи, не говоря уже о продаже. И действует она 10 лет.

Перед покупкой жилья в Италии нужно помнить о том, что купить недвижимость легко, а вот продать — сложно. И до кризиса так было, а уж как он нагрянул, и подавно. Сколько русских попались на удочку, мол, домик в Италии, последнее предложение, уникально низкая цена, а после, решив продать, обнаружили, что это почти невозможно. А таких домиков — пруд пруди.

Недвижимость на Апеннинах стоит не дорого и не дешево. Все зависит от уровня городка, к которому относится. Может быть кардинальная разница, когда расстояние от домов не превышает пары километров, даже если все остальные параметры совпадают. Но один, к примеру, находится формально в городе Кьяри, где есть госпиталь, железнодорожная станция, библиотека и прочие общественные сервисы. И поэтому вилла сингола средней руки здесь стоит 400–500 тысяч евро. А другая такая же, а то и красивее, в соседнем Кастельковати — 250–300 тысяч. Ведь здесь кроме церкви, заправки и школы с детским садом да футбольным полем практически ничего нет. Даже койко-место в доме престарелых в Кастельковати стоит в полтора раза дешевле, чем койко-место в доме престарелых города Кьяри. Основную разницу в сумме на дом составляет цена земли. Трехкомнатная квартира в Кьяри (или любом другом престижном городке на Севере) будет стоить от 90 тысяч (в античном кондоминиуме, который требует больших вложений перманентно плюс коммунальные платежи около 1000–1500 евро в год) до 200 тысяч в современном кондоминиуме класса В или С (коммунальные платежи около 450–700 евро в год). За класс А, конечно, придется выложить на 20–30 тысяч больше.

Самая дорогая недвижимость расположена в туристических местах — на озерах и на море. Там бывает, что цена доходит до 8 тысяч евро за квадратный метр. Плюс, конечно, есть мода на конкретное место. К примеру, Форте-дей-Марми, где любят селиться русские олигархи, Портофино, Палермо, Лигурия, несколько мест на озере Гарда — Мальчезина, Дезенцано, озере Комо… На море или на озерах приличные предложения начинаются от 350 тысяч евро. На юге недвижимость стоит дешевле, но только не с видом на море, конечно. В южных провинциях можно купить квартиру и за 30–40 тысяч евро.

Лучше всего покупать уже построенное под ключ жилье. Потому что недостроенное рискует оставаться недостроенным неизвестно сколько лет, ведь итальянские застройщики строят по мере прибывания средств от покупателей. А если проданы лишь пара квартир или виллетт, то как на эти деньги закончить строительство всего комплекса? Хотя многие из них часто делают так: кто заплатил, ту квартиру или виллу заканчивают раньше и сдают. Но жить среди стройки как-то тоже не очень впечатляет. Как правило, в уже готовых резиденциях и кондоминиумах обязательно есть пара-тройка предложений. И если это последние предложения, то на них еще можно попросить дополнительную скидку. В психологии итальянцев «остатки» всегда стоят дешевле.

Если покупать на вторичном рынке, то важно не лопухнуться, погнавшись за низкой ценой. Старые дома требуют постоянных затрат. А коммунальные платежи в них намного выше, чем в новых.

Однозначно скажу, что для человека, который собирается не постоянно жить в Италии, а, к примеру, только приезжать на лето, виллетта, вилла подходят больше для покупки. Закрыл дом на ключ, уехал на полгода, вернулся и никому ничего не должен. А обладая апартаментами в кондоминиуме, по возвращении ты имеешь счет за мытье лестниц, уборку территории, новые ворота в общий гараж, обслуживание лифта и прочее, прочее. Никого не волнует, что ты всем этим добром не пользовался. Пока у тебя в этом доме есть квартира, ты обязан оплачивать услуги. В старых домах, хоть они могут быть и сказочно красивы, в год может набегать до двух тысяч евро, в современных около 50 евро. Но это без проживания, пользования горячей водой, отоплением, электричеством…

Глава 4

Италия по-русски

«Русские все скупили», или Что здесь думают о россиянах

О русских итальянцы знают мало или не знают ничего. Среднестатистический итальянец считает русскими всех жителей Восточной Европы, включая румын, молдаван, поляков и, уж конечно, украинцев. При этом почему-то Сибирь у них в сознании стоит отдельно. Мол, это Россия, но какая-то другая. По их мнению, в России холодно, голодно, ничего нет и очень денежно. Как эти противоречивые стереотипы уживаются вместе, загадка.

В новостях к началу скидок постоянно рассказывают, что приехало столько-то русских и они устроили очередь в какую-нибудь Дольче Габбану. Берут интервью у русских, которых спрашивают: «Сколько вы планируете потратить?» И ответы заставляют некоторых итальянцев не спать ночами. Семь тысяч евро, 15, 20 и больше. Ну что, у некоторых наших соотечественников действительно есть деньги.

Реальность впечатляет. По данным статистического отдела Банка Италии (UIC), за 2011 год российские туристы потратили на Апеннинах 891 млн евро, что примерно на 10 % больше, чем за 2010 год. И потоки туристов из России растут. Да так, что на них делают ставку. Итальянцы, которые и английский-то не учат, в некоторых местах переходят на русский. Вот несколько примеров из новостных лент.

— Мэрия города и власти региона Тоскана решили выделить 130 тысяч евро на установку указателей на русском языке. Многие местные магазины и рестораны нанимают продавщиц и официанток, для которых родной язык — русский. А в книжных лавках теперь можно увидеть газеты на русском языке.

Мэр тосканского города Монтекатини Джузеппе Белланди в прессе сказал следующее: «Они могут многое себе позволить и ценят возможность лечения минеральными водами. Российских туристов с каждым годом становится все больше, и нужно предоставить им качественный сервис».

— Власти города Бари в Апулии решили, что в регионе появится специальная туристическая полиция, работники которой говорят на русском и английском языках. Они будут находиться в самых важных туристических зонах города, раздавать прибывшим туристам мультимедийные путеводители по Бари и помогать путешественникам решать все вопросы по мере возможности. Городскому бюджету это нововведение обойдется в 100 тысяч евро.

— Жители, сдающие дома в аренду на лето, стали чаще учить русский язык. Меньше всего проблем у желающих снять дом в Италии в Лигурии, на Сардинии и в Кампании: там большая часть арендодателей разговаривают хотя бы на двух иностранных языках. А вот в регионах Эмилия-Романья и Марке на иностранных языках говорят всего 36 % итальянцев.

Итальянцы знают, что для русских самое главное — это шопинг. И что в России много красивых женщин. Для них Россия — страна грез. Холодная и прекрасная, загадочная страна, где много грусти, водка и Путин.

Чтобы посудачить о русских, есть обязательно в загашнике история о том, как некая русская увезла ребенка от итальянского отца. Однажды я пала жертвой одной очень болтливой синьоры из Бреши, владелицы ресторанчика, куда мы заглянули пообедать на мою голову. Пожилая тетка с буклями на голове, с красным от постоянного нахождения на кухне лицом, щурила глаза и, злобно зыркая на меня, рассказывала, в какую ловушку угодил знакомый соседа ее внучатого племянника. Мол, увезла, эта русская женщина, сыночка в свою Украину. Нехорошая какая!

— Но это же не только твой, но и его ребенок, — тыкала она пальцем в моего мужа и как будто была на суде в защиту всех итальянцев, от которых русские (украинские, молдавские и другие) жены увезли детей. Она говорила так горячо и много, приводила столько аргументов против, будто именно я сию секунду собираюсь увезти Алехандро от его папы в Россию. Ох, темпераменту этих людей можно позавидовать!

А однажды мой муж вернулся с работы взволнованный: «Да откуда же у вас, у русских, столько денег? В Манерба дель Гарда все скупили русские!» Манерба — это дорогое место на озере Гарда, где стоимость квартир от 6000 евро за метр. Он ездил туда по делам и узнал такую новость. И это случилось как раз в то время, когда по всей Италии продажи недвижимости встали намертво.

Про русских еще знают, что у нас был Сталин. И некоторые итальянцы считают его сверхчеловеком и суперличностью. Ох, вот чего точно многим из них не хватает, так это глубины познаний. Даже образованные люди могут нести такую чушь с уверенным лицом, что диву даешься. Могут рассказывать, как Сталин сплотил страну, победил фашизм, держал все в порядке. Они больше всего на свете уважают порядок. А какой ценой — это нюансы. Ведь в современной итальянской голове даже не может возникнуть мысль, как можно тронуть чью-то частную собственность, кого-то убить, покалечить. Им эти вещи кажутся недопустимыми, даже представить не могут, что это бывает в реальности. Поэтому верят в свою идеальную картинку и впаривают ее тебе, приехавшей оттуда.

Стереотипы о русских черпают и в голливудских фильмах.

— Вы, русские, бестии фероче! — говорил мне один. — Драгонболы!

Это значит, этакие крепкие дикие люди, варвары с кучей мускулов, грубые, жесткие, хмурые и пьяные. И с кучей денег!

— Ты не пьешь водку? — удивляется он. — Странно, все русские пьют!

— А скольких русских ты знаешь, милый мой? — улыбаюсь я.

Не знает никого, кроме меня. Нас-то здесь реально не так уж и много. Поэтому, если вам кто-нибудь будет заливать байки про то, как модно здесь жениться на русских, не верьте. Эта мода стала появляться только недавно.

Каких русских здесь больше всего

По некоторым данным, из русскоязычного населения в Италии лишь 7,5 % из России, остальные из бывших республик СССР. Больше всего «наших» из Украины и Молдавии. В 2010 году насчитывалось официально 175 тысяч украинцев и около 100 тысяч молдаван. Число русских колеблется в пределах 31 тысячи человек. Сколько неофициальных переселенцев, сказать трудно. Совсем мало белорусов — около пяти тысяч человек, литовцев чуть больше трех тысяч и латвийцев полторы тысячи. Есть и из Казахстана, я однажды встретила настоящую казашку в обувном бутике в Децензано, курортном городке на Гарде. Она сказала, что переехала сюда из-за итальянских мужчин, мол, лучше них нет никого. И поэтому она живет в Италии уже несколько лет и планирует однажды выйти замуж за итальянца. Далеко не красавица, а в Италии себя чувствует королевой мира, ведь ее внешность для местных — экзотика.

Большая часть русских иммигрантов женского пола. Они делятся на тех, кто вышел замуж за итальянца, и тех, кто приехал сюда работать уборщицами, нянями, сиделками и компаньонками для итальянских пенсионерок. Мужчин намного меньше, но есть, конечно. Это все рабочие иммигранты, и лишь малая часть «идейные», мол, ради красот переехал жить сюда.

Продаю Италию: как русские иммигранты делают бизнес

Основной бизнес русских иммигрантов в Италии строится на двух китах: туризме и шопинге. По сути, смысл бизнеса в том, чтобы продавать бывшим соотечественникам Италию в впечатлениях, одежде, обуви и флаконах. Надо заметить, что эта страна вообще способствует развитию нарциссизма и эгоцентризма. Вот стоит кому-нибудь приехать, пожить год и уже кажется, будто лучше, чем он, Италию не знает никто. И чем дальше, тем больше становишься «итальянцем». Одна дама, которая когда-то уехала из Саратова ухаживать за пожилой итальянской синьорой, повыносила за ней пару лет горшки, а теперь иногда приезжает погостить в родной город, и пальцы веером, чуть ли не Моника Белуччи собственной персоной. Приходит она однажды в саратовский итальянский ресторанчик и начинает на весь зал смеяться и издеваться над тем, как неправильно здесь готовят.

— А вот у нас в Италии… — распаляется в приступе самоутверждения.

Русские (и околорусские) влюбляются в новую родину с необыкновенной страстью. Ведь кроме повышения самооценки «я живу в Италии», она дает возможность заработать. Конечно, если нет предпринимательской жилки, ничего не поможет. Но если есть хотя бы намек, только держитесь!

Туристический бизнес — это значит быть гидом у тургрупп, продвигать регионы для российских туристов и организовывать разные турпрограммы. Есть также русские такси, которые возят русских туристов по Италии. Но чаще туризм идет об руку, а то и является просто побочным приятным дополнением к главному — ШОПИНГУ .

Шопинг есть трех видов. Элитный, для среднего класса и коммерческий.

Элитный шопинг — это работа имиджмейкером и сопровождающим у богатой клиентки из России. Так, обеспеченная россиянка находит русскую имиджмейкершу, по счастливому стечению обстоятельств проживающую в Милане. И едет к ней на шопинг, та ей уже подобрала вещи в бутиках и подготовила захватывающую лекцию о модных тенденциях. Такую жизнерадостную картинку мне живописала одна знакомая иммигрантка из Милана. Хвасталась, что ее услуги стоят 5000 евро.

Тем же самым занимаются немногочисленные шоперы. Это человек со вкусом и, возможно, специальным образованием, который встречает и возит приехавшего из России клиента по магазинам и помогает подобрать одежду. Услуги элитных шоперов стоят от 500 до 2000 евро. Обычных — от 300.

Более бюджетная и распространенная картина выглядит так. Приезжают из России девушки-женщины и целенаправленно едут в аутлеты. Они год копили средства. А доехать до этих медвежьих углов (торговые центры в Италии, в принципе, большей частью вынесены за города и находятся в полях) могут либо итальянцы, либо русские, которые этим специально занимаются. В машину грузятся от 9 до 15 человек, машина стоит в день от 400 евро на всех плюс бензин. Ее ведет русский водитель, который знает, куда точно везти эту толпу. Может быть гид, которому надо платить дополнительно.

Коммерческий шопинг выглядит совсем цинично. Клиенты приезжают за товаром. И их нужно отвезти туда, где майки всемирно известных брендов будут по 10 евро, трусы три штуки по пять и так далее. Это спатчи, склады непроданных вещей. Хотя в разгар скидок такие цены можно встретить и в аутлетах.

И есть те, кто живет уже давно в Италии и просто возит чемоданами одежду в Москву, сбывая через знакомых или даже в свои магазинчики за цену в 10–20 раз дороже. Моя подруга-модница в Москве постоянно покупала вещи у одной такой русской «итальянки» напрямую из Италии за 10–12 тысяч рублей платье, которые я потом увидела в Италии собственными глазами за 10 евро (примерно 400 рублей). Но даже по сильно завышенной цене итальянские вещи очень востребованы, и количество «челночников» постоянно растет. Везут не только одежду и обувь, но и косметику. Мне рассказывали, что один салон в Москве работает так: хозяйка живет в Италии и привозит просто в чемодане итальянские очень качественные кремы и маски, которые даже с наценкой фармачии (аптеки) стоят в пределах 15–25 евро. А в салоне она их продает за 100, а при использовании в процедурах на каждую каплю отдельная наценка. И клиентки довольны! Кожа-то свежеет. Ну да, ведь качество и вправду отличное.

Как пройти Российскую таможню после Итальянского шопинга

Российская таможня просекла этот вид маленького, но очень выгодного бизнеса и с 1 июля 2010 года тихой сапой приняла закон, что можно ввозить вещей максимум на полторы тысячи евро и весом до 50 кг. Всё, что больше, облагается пошлиной 30 %. И рейсы из Италии, особенно из Милана, трясут довольно тщательно. Одна дама рассказывала, как везла из турпоездки по Италии часы мужу в подарок и ценник на них случайно оставила не распродажный. Провела 3 часа на таможне, пока не оплатила пошлину почти 300 евро. Другой пришлось за свой шопинг (лично для себя) заплатить дополнительно в Москве, таможенники усмотрели в количестве купленных ею вещей корыстный интерес.

— Есть корысть — хочу нравиться себе и мужчинам! — зло острила она. Но остроты остались без внимания.

Советы, как можно избежать проверки выплат высоких пошлин за любовь к красивым, хорошим вещам по нормальной цене:

1) лучше лететь рейсами с пересадкой. И ты прилетаешь уже не из Милана или Рима, а из Франкфурта, Праги, Молдовы и так далее. Твои чемоданы тогда однозначно менее интересны;

2) лучше выбирать аэропортом прилета «Домодедово», чем «Шереметьево», там более человечные таможенники, по отзывам;

3) не выставлять в ручную кладь напоказ фирменные пакеты из магазинов, лучше их вообще убрать, чтобы не тревожить посторонним фантазии. Одна девушка рассказывала, что ей с трудом удалось убедить таможенщицу, что пять пар туфель у нее в пакете стоят по 30–40 евро, а не по тысяче. «И вы мне будете доказывать, что это недорогие туфли?!» — кричала на нее таможенница. Наверное, позавидовала: такая красивая обувь на нее смотрела. Хотя на распродаже даже фирменные туфли уровня «Гэсс» или «Балдинини» можно купить за эти деньги. А средняя нормальная цена — 100–120 евро, никаких тебе тысяч. Девушка была счастлива, что сохранила чеки и оформленный такс-фри;

4) убрать бирки и ценники. Говорят, что иногда таможня может решить делать экспертизу на стоимость, но сложно представить себе такой случай. Экспертиза тоже стоит денег;

5) выждать минут 20–25, прежде, чем идти на таможню. У таможенников уже будет работа, и на вас обратят меньше внимания.

Кем еще работают русские

Спустя пару лет жизни в Италии хочешь — не хочешь, а на итальянском заговоришь. Поэтому русский человек всегда может подрабатывать переводчиком. Мне встречались объявления: требуется красивая русская девушка, в совершенстве владеющая русским и итальянским, для работы в одном из самых дорогих отелей мира в зоне Франчакорта.

Когда проводятся научные конференции, где присутствуют русские ученые, тоже ищут переводчиков. День работы стоит 500 евро. Неплохо, да?! Конечно, нужно не только понимать специальную лексику, но и отвечать на уровне, уметь переводить ответы русских ученых.

Есть варианты работать в итальянской компании, в секторе, ориентирующемся на русский рынок. Моя знакомая всю жизнь не могла найти нормальную работу. Вышла замуж за итальянца, прожила с ним полтора года и развелась. Но благодаря этому нашла очень хорошую работу в офисе итальянской компании в Москве. Теперь живет на две страны.

Помимо этого Италию продают напрямую — полно русских, которые организовали агентства недвижимости, ориентированные именно на Россию, продают итальянские квартиры и дома русским клиентам.

Переехавшие сюда юристы открывают конторы, помогающие с оформлением документов, вида на жительство и так далее. Зарабатывают на тех, кто уже переехал или собирается переехать.

В общем, с отечеством большинство русских никаких корней не рвет. Россия даже становится любимее, ведь теперь ей всегда можно продать свою вторую родину и не бедствовать.

Особенности итальянской бюрократии

«Медленно, о-очень медленно» — это второе имя итальянской бюрократии. Если кто-то недоволен российскими чиновниками, надо срочно попробовать пройти через итальянских. И враз окажется, что отчизна не так уж плоха. Причем на Юге все движется еще медленнее, чем на Севере. Мне, к примеру, однажды выдали одну справку спустя месяц после того, как истек ее срок годности. И когда, расписываясь за получение, я увидела эту несуразицу, сначала даже не смогла поверить. Спросила, а что же делать? И мне вежливый парень в окошке невозмутимо ответил: «Подавать документы заново!» В общем, быть чиновниками итальянцам явно противопоказано. Это парадокс, ведь когда-то именно на этой территории зародилась юстиция, знаменитое римское право, логика как наука и так далее. Сейчас бюрократические процессы протекают на территории Италии абсолютно без всякой логики. Новое правительство Монти провело ревизию и выяснило, что штат необходимых государственных служащих в Италии превышен на 24 000 единиц. И они должны быть сокращены. Около 11 000 ненужных мест занято в министерствах и общественных учреждениях (из них в министерствах — 5600) и еще 13 000 — в территориальных организациях. Около 8000 чиновников, занимающих эти места, имеют пенсионный возраст.

Насчет пенсионеров. Дело в том, что чиновники в Италии делятся на тех, кто сидит за зарплату, и на волонтеров. Волонтеры занимают места, где нет никакой ответственности, кроме как распределять потоки людей. Например, в службе миграции. Это веселые бодрые старички. Им не платят ничего, положена лишь страховка на время пребывания в офисе. Так вот, они, конечно, очень остроумны, но и неторопливы. Они приходят сюда развлекаться, поболтать с другими стильно одетыми старичками, отпускают остроты между собой громко и вслух насчет смешных посетителей.

— О, какой у того тюрбан на голове! Целый замок! Ха-ха! — и владелец тюрбана улыбается в ответ. Хоть ответственности у них почти нет, но они могут поспособствовать, чтобы тебя приняли поскорее.

Они с горем пополам освоили компьютер, то и дело зовут кого-нибудь более продвинутого помочь.

Кстати, я уже упоминала про техническую непродвинутость итальянцев. Она порождает и всякие курьезные случаи. Например, одна синьора 114-ти лет по имени Ферида Хика, иммигрантка из Албании, живущая в Италии с 1992 года (она, на минуточку, самая старая жительница в Европе и четвертая в мире), вынуждена была ждать документы два года. Лишь потому, что компьютер комиссариата Фолиньо не признавал ее даты рождения — 1897 год.

Еще одна особенность в том, что сами бюрократы много чего не знают. Куда идти, какие документы нужны. Может выясниться, что не хватает какого-то документа, когда вроде бы все уже приняли. При этом чиновник часто не хочет демонстрировать свою неосведомленность и говорит, что ему кажется, с таким уверенным видом, что веришь. Так же, как в Неаполе, если вы спросите дорогу, вас пошлют в обратном направлении, только чтоб не показывать, что не знают, где это место. Это вообще свойственная итальянцам в той или иной мере черта — делать уверенный вид знатока и нести то, что вздумается, а не то, что знаешь на самом деле.

Из приятного в общении с бюрократами — само общение. Они в любом случае будут вежливы, милы, обаятельны.

На пути к гражданству Италии

Легалы и нелегалы

Для законного проживания на территории Италии существует не так уж много вариантов. С 2008 года здесь ужесточены окончательно правила пребывания иностранцев, однако иммигрантская политика Италии считается по-прежнему одной из самых мягких в Европе.

Сегодня, по данным консульства России в Милане, большую часть легальных иммигрантов составляют молодые женщины, выходящие замуж за итальянцев. Но количество удручающих романтических историй с вовлечением в них детей и рукоприкладством так возросло, что консульство даже разместило у себя на сайте предупреждающее официальное письмо для потенциальных невест с перечислением всех «ужасов» в случае, если любовь окажется короткой.

Зато это самый легкий способ получить вид на жительство. Остальные — сложнее. И требуют больших финансовых затрат. Сразу скажу, что покупка жилья в Италии не дает НИКАКОГО права на получения вида на жительство. Только на пребывание в качестве туриста в течение 180 дней в году (три месяца в полугодие).

Параллельно с легальным потоком иммигрантов существует нелегальный, когда люди ради того, чтобы выбраться из того болота, которое видят на родине (в российской глубинке, на Украине, в Белоруссии или Молдове), добровольно платят каким-то шарашкиным конторам деньги за якобы трудоустройство (сиделками или нянями, по сути, дармовыми), въезжают по короткой туристической визе и заранее предполагают, что останутся жить нелегально. Как правило, все нелегалы знают или догадываются, что их ждет. Но верят в «авось», удачу, истории «а вот тетя моей свояченицы…», а особенно «продвинутые» в то, что достаточно лишь однажды подать заявку на легализацию и при первой же амнистии можно получить вид на жительство.

Площадь в самом центре Рима одно время была превращена в воскресную нелегальную украинскую биржу труда. Мадонна дей Монти, дом 3 — этот адрес известен всем украинцам, когда-либо пытавшим счастья в Италии. Сейчас там совсем не так людно, как раньше. Липовые туристы приезжали (и поныне приезжают) на автобусах, отстают от группы и идут в дом, принадлежащий украинской папской коллегии священномученика Иосафата, там же находится и небольшая греко-католическая церквушка. Здесь и молятся, и обмениваются новостями, и ищут новую работу, занимаются посредническими и разными другими услугами для своих же. Украинки и россиянки из глубинки потеснили албанок, полек и румынок. Ведь наши берут меньше — 600–700 евро для них манна небесная, о своих правах ничего не знают, безропотно сносят капризы синьоров. Кому-то везет, и они выходят замуж, а кому-то попадаются хорошие щедрые хозяева, помогающие легализоваться.

Ведь, во-первых, для легализации необходим именно итальянский работодатель, который готов показать, что у него работает этот иностранец, и в дальнейшем платить за него налоги. Во-вторых, существуют квоты (ограниченное число человек в год) на легализацию. В-третьих, надо ждать. Иногда долго. И за это время, если такого работника без документов, разрешающих нахождение на территории, поймают, он должен выехать из страны. В 2011 году вышел довольно жесткий закон о депортации нелегалов. Нелегал может добровольно покинуть страну в течение срока от недели до 30 дней, при этом обязан показать, что имеет средства к проживанию, и каждый день отмечаться в полиции. Если он не выполнит какое-то из обязательств, то подлежит немедленной депортации со штрафом от 3000 до 18 000 евро.

Правда, по этому закону теперь перестали ставить постоянный запрет на посещение страны в будущем. Максимум запрещают въезд от 3 до 5 лет. Навсегда запрещают въезжать в солнечную Итальянскую республику, только если преступил закон и признан социально опасным.

С одной стороны, с незаконной иммиграцией вроде как борются последние пару лет особенно активно, а в реальности почти ни у кого не проверяют паспорта. Очень высокая психологическая лояльность у итальянцев к иммигрантам, даже нелегальным.

На Третьей конференции по вопросам иммиграции, где присутствовали иммигранты, профсоюзные лидеры и представители правительства, настойчиво говорили о необходимости пересмотра всей системы итальянского законодательства в области иммиграции, ставшей структурной особенностью Италии.

— Больше нельзя считать иммиграцию чрезвычайным явлением, — сказала Вера Ламоника, секретарь Итальянской Конфедерации Труда, — так как это — конструктивное явление, и оно является ресурсом для нашей страны, учитывая демографическую обстановку, выполняемую иммигрантами работу и их вклад в финансирование социального обеспечения, в который они вкладывают больше, чем получают. Необходимо проработать вопросы гражданства для иммигрантов, начиная с признания их права голосовать на местных выборах.

Так что все еще может поменяться. В любом случае на данный момент, чтобы быть пойманным здесь, надо как следует постараться. Никто не проверяет документы у прохожих. И обнаружить нелегала можно лишь при пересечении границы или на выезде из страны в аэропорту. В этом случае, кстати, никаких санкций в отношении нелегала не последует. По крайней мере, в теории и согласно букве этого закона. Ведь он же вроде как добровольно уезжает.

Если же нелегала нашли, выдали билет и потребовали покинуть страну в течение недели, а он злостно нарушил предписание и не покинул Италию, в случае повторного задержания выписывают штраф от 10 000 до 20 000 евро.

Но, кстати, летом 2012 года был одобрен закон, согласно которому тем нелегалам, которые «сдадут» своих работодателей и обвинят в том, что те незаконно используют их труд, будут выдавать вид на жительство.

Закон разработан в соответствии с Директивой ЕС 2009/52/Се о санкциях по отношению к работодателям, использующим нелегальный наемный труд.

Иностранный работник, заявивший на своего работодателя, использующего его нелегальный труд, получает вид на жительство сроком на шесть месяцев с возможностью дальнейшего продления на год и более. Меры наказания по отношению к работодателю усиливаются, если у него работают более трех нелегалов, если они несовершеннолетние, если находятся в условиях повышенной эксплуатации. В настоящее время разрабатываются детали нового законодательства.

В случае обвинения работником-нелегалом своего работодателя санкции для нарушителей-работодателей (согласно статье 3 Директивы ЕС) предусматривают тюремное заключение на срок от шести месяцев до трех лет и штраф в 5000 евро за каждого нелегального работника. И возможна процедура «действенного раскаяния» для самих работодателей, наказание ограничится штрафом в 1000 евро за каждого нелегального работника.

Вид на жительство с видом на Альпы

Долгосрочная годовая виза с правом пребывать на территории Италии по три месяца каждые полгода, она же туристическая, с начала 2012 года выдается визовым центром Италии по запросу туриста гораздо легче, чем раньше. Туристов привечают, особенно если в документах на визу будет не бронь отеля, а приглашение от гражданина Италии. Впрочем, и отель сойдет, если турист уже бывал тут и ни в чем греховном не был замечен. Домой возвращался в срок, к примеру, а денег на счету у него достаточно.

Визу получить довольно легко самостоятельно. Из документов нужны — бронь авиабилетов, бронь отеля, финансовая гарантия (подойдет и распечатанный из банкомата чек с ксерокопией карточки, на день пребывания в Италии должно приходиться минимум 50 евро), заполненная анкета, паспорт, фото. Более подробно все можно узнать на сайте визового центра, там же нужно записаться на прием в удобное время. Когда явитесь, оплатить услуги визового центра (1100 рублей) и медстраховку. Девушки в окошке вежливы и услужливы. Если все в порядке, примут документы в тот же день, и через три-пять дней вы получите паспорт с шенгенской визой.

А вот если захотите остаться на больший срок, то туристическая виза на месте НЕ продлевается. Только в случае брака, беременности или болезни, ровно на период беременности и болезни.

Хоть на Юге тепло, море, низкие цены на жилье и вкусная еда, но селиться иммигранты из России стремятся все же ближе к горной альпийской гряде на Севере. Не из-за романтических шапок снега на верхушках, конечно, а из-за порядка и денежности мест. Институт статистики Италии периодически публикует интерактивную карту, где проживают «наши», помечая эти места красными светящимися точками. Так вот, самые «красные» зоны — Флоренция и Ломбардия. Ну и Рим с окрестностями, конечно.

В каких случаях дается вид на жительство (permesso di soggiorno) и длительные визы типа С и D?

1. Беременность или внезапная болезнь, требующая нахождения на территории Италии — выдается точно сроком, указанным в медицинских документах.

2. Брак с итальянским гражданином — выдается на пять лет. При этом после двух лет брака и проживания на территории Италии можно подавать документы на оформление гражданства. Если в браке есть ребенок, срок сокращается вдвое.

3. Рабочая виза — зависит от рабочих нюансов — сезонности, финансовых документов работодателя и так далее. Выдается от полугода до двух лет.

4. Выбранное место жительства. Обычно на два года, затем продлевается. Она не дает права работать на территории Италии, при этом нужно показать очень высокий пассивный доход. На счету должно быть не меньше 18 000 евро, плюс могут потребовать показать движение по счетам за последние полгода. При наличии иждивенцев на каждого должно приходиться еще по 9000 евро. Причем иметь жилье в собственности необязательно, достаточно договора аренды.

5. Бизнес-иммиграция. Виза выдается на два года, затем продлевается. Нужно показать от 10 000 до 50 000 евро на счету, которые вы хотите вложить в развитие своего бизнеса на территории Италии. Из европейских стран Италия считается наиболее демократичной для этого вида иммиграции, но это все равно один из самых сложных типов виз. Надо будет еще доказать итальянскому консульству пользу и целесообразность бизнеса, свою бизнес-состоятельность, хотя, по идее, богатым людям везде рады. Как правило, большинство бизнес-иммигрантов обращаются в специальные агентства, которые уже знают все подводные камни. Стоимость их услуг от 9000 и до 18 000 евро, причем цена не гарантирует качества. У хороших бизнес-консультантов весь путь занимает от 3 до 5 месяцев (к примеру, есть такой юрист Валерия Пиффари, хорошо известная русским «итальянцам» по форумам, где она бескорыстно много лет дает ценнейшие советы соотечественникам, нередко помогает в сложных ситуациях нелегалам и в принципе человек удивительного здравомыслия. Пишет она хорошо и доходчиво, а многие другие агентства по иммиграции беззастенчиво «заимствуют» у нее тексты с сайта и выдают за свои. Только и успевает синьора пополнять «Музей плагиата» на своем сайте).

6. Учебная виза — выдается на время учебы. Официально студенческие потоки формируются через Институт Итальянской культуры в Москве, на сайте которого есть все программы, стажировки и вообще масса полезных сведений для молодых целеустремленных «авантюристов». Также есть частные агентства, которые устраивают стажировки в частных вузах, но в этом случае стипендию студенту не дают.

Во всех случаях, кроме брачной иммиграции, прожив пять лет на территории Италии, можно подавать документы на получение ПМЖ.

Как получить разрешение на работу и какие профессии в цене

Рынок труда в Италии на данный момент (2012 год) далеко не самый процветающий. Кризис, смена Кабинета Министров и общей экономической политики наложили свои отпечатки, возможно, через пару-тройку лет все поменяется. А на данный момент даже условие для получения долгосрочной визы «Для поиска работы» отменено. Чтобы получить рабочую визу типа D, которая дает право жить и работать здесь, предполагается, что нужно для начала дистанционно найти работодателя, который готов выслать приглашение. Ежегодно публикуются квоты на профессии, в которых нуждается страна. Больше указанного количества работников принимать в год нельзя. А по туристической визе работать нельзя.

Но при этом иностранцы каждый год прибывают в Италию, именно чтобы работать. Больше всего в Италии выходцев из Румынии — 1,2 млн, 600 тысяч албанцев, свыше 500 тысяч марокканцев, затем китайцы, филиппинцы, тунисцы, молдаване, украинцы и русские. Количество легально работающих иностранцев за последний год увеличилось на 10 %, в основном, это помощники по дому и няни для пожилых. Занятость иностранцев в цифрах выглядит так: в сфере обслуживания — 40 %, на производстве и в строительстве — 57 %, в сельском хозяйстве — 5 %. Наибольшее количество иммигрантов работает официантами, продавцами, посудомойщиками, помощниками поваров, рабочими, строителями, разнорабочими, домработницами, нянями для детей и пожилых. Лишь 2,4 % иностранцев заняты интеллектуальной работой, а 1,7 % — в медицине.

Мне кажется, что со знанием языка и хорошим резюме можно устроиться и самостоятельно. На Севере огромное количество фабрик, которые имеют представителей в России. И еще больше тех, кто хочет выходить на «дикий» российский рынок. Как-то я была свидетелем неформальной беседы двух коммерческих директоров крупных фабрик лакокрасочной промышленности. И один другому говорил, что объемы продаж тех, кто смог выйти и раскрутиться в России, просто громадные. А это значит, что им могут требоваться сотрудники со знанием русского.

Можно ли туда попасть на работу? Если есть знание итальянского и английского, то надо создать свое резюме в европейском формате и вперед — рассылать по «азьендам» своего профиля. Все крупные фабрики имеют сайты и раздел «Вакансии». И в отличие от русской практики, обычно всегда отвечают соискателям, подошел, не подошел ли.

Вакансии и крупных производителей, и попроще — а страна, по сути, состоит из мелких предпринимателей и фамильных хозяйств — можно найти на итальянских сайтах по трудоустройству, есть специальные сайты с вакансиями для иностранцев «lavoro stranieri». Правда, сами итальянцы, чуть что, жалуются на отсутствие работы, но при этом в новостях периодически показывают картинки: нужны ночные мойщики автобусов, зарплата от 800 евро в месяц. Ни одного итальянца, набраны сплошь иностранцы. Или сезонные рабочие. Идет уборка винограда, и фабрика, и компания, зная, что в Италии набирать эту группу будет до морковкина заговенья, сразу заранее оформляет рабочие визы 40–50 румынам, молдаванам или русским. (На оформление этих документов нужно около 3–4 месяцев.) И платят этим сезонным рабочим от 800 до 1200 евро в месяц.

По женской части масштабно и вполне официально востребованы русские няни, сиделки, уборщицы. Частное лицо может выступить в роли работодателя. А здесь в массе своей предпочитают все оформлять официально. Впрочем, 40 % от зарплаты своего работника хозяин должен перечислять в качестве налога государству, поэтому находятся желающие сэкономить, рисковые люди, и не страшны им фискальные органы. Находят других рисковых, готовых продаться в «рабство» ради заработка 400–500 евро в месяц.

Про рабство — это может оказаться и не шуткой. Некоторые нечистоплотные агентства везут людей якобы на сезонные работы, а на деле продают в рабство какому-нибудь живущему в горах реально дикому фермеру, на которого работать нужно много, а получать только еду. Таких историй рассказано немало теми, кому удалось сбежать.

А женщиной-нелегалкой, нанятой для ухода за домом, можно манипулировать как угодно. Она же опасается офицера полиции еще больше. А зря! Потому что главный совет, который может дать опытный иммигрант начинающему, — не бояться обращаться за помощью в официальные органы. Там не звери работают. Помогают, входят в ситуацию.

Один из наиболее простых способов для не самых обеспеченных, но талантливых-целеустремленных-молодых — это приехать учиться в итальянский вуз и параллельно найти работу по своей специальности и официально. Учебная виза дает право работать 20 часов в неделю. А затем уже можно оформить рабочую визу по запросу от работодателя.

Еще можно купить готовый бизнес. Цена какой-нибудь траттории зависит от ее прибыльности. И обычно стоит столько, сколько приносит в год. Но правда, есть свои нюансы. Без вида на жительство бизнесом заниматься нельзя, только совместно с итальянским напарником. Поэтому, если уж позволяют средства, лучше оформить визу в качестве бизнес-иммигранта, и это дает те же права, что и любому итальянцу.

Устроить ребенка на обучение

Любой иностранец, легально находящийся на территории страны, может отдать своего малыша в сад и школу. Насколько быстро примут, зависит от места. В одном придется постоять в очереди и лучше подать документы заранее — за три-шесть месяцев. А в другом примут сразу. Зависит от количества желающих. Бывают крошечные коммуны (населенные пункты), где на 10 учителей приходится немногим больше учеников.

Самое сложное — отдать ребенка в «зило нидо», или ясли. Дело в том, что итальянские мамочки по здешнему трудовому кодексу должны выходить на работу через два месяца после родов, хоть и на укороченный рабочий день. Грудное вскармливание увеличивает срок сидения дома, но тем не менее большинство итальянских мам (на Севере точно) отдают малыша в ясли. Чтобы приняли без очереди, родителям нужно предоставить документы, что оба работают.

Есть несколько типов ясель. Коммунальные, частные и домашние. Стоимость и условия разные, причем зависит от конкретных ясель. Отдать туда малыша до года стоит примерно 450 евро в месяц. За малышей второго года жизни платят уже в районе 280–300. Чем старше ребенок становится, тем дешевле его содержание в детсаде. На третьем году малыш стоит родителям уже 130–140 евро в месяц. Впрочем, цены очень сильно зависят от местности и количества мест в заведении. В некоторых римских «зило нидо» содержание стоит от 500 евро в месяц.

А с трех лет любой ребенок имеет право бесплатно ходить в старший сад, родители платят только за еду — 1 евро в день. Ее готовят в одной огромной столовой и развозят по всем садикам. Разница между коммунальным и обычным садом не только в том, что за частный сад придется платить, но и в том, что коммунальный сад закрывается в 16 часов дня, а в частном малыша можно забрать в шесть вечера. А за дополнительное сидение с ребенком надо доплачивать и договариваться заранее.

В итальянскую школу имеют право ходить даже дети нелегалов, потому что в Италии обучение гарантировано всем.

Школы бывают государственные (бесплатные) и частные, где оплата зависит от дохода родителей. Частные обычно находятся при католических монастырях или церквях.

Записываться в школу лучше заранее, в январе — феврале, чтобы пойти в сентябре. Но в принципе, если места есть, то можно влиться и в любой период года. Из документов ребенка необходимы:

— табель за последний год обучения (переведенный на итальянский язык). Если его нет, то под личную ответственность родители должны написать, какой класс закончил ребенок на родине;

— справка о прививках (переведенная на итальянский язык), требуют не во всех школах, но если потребовали, а ее нет, то надо обратиться в ASL (санитарную службу) по месту прописки;

— копию свидетельства о рождении (переведенного на итальянский язык с апостилем), это обязательный документ.

Иностранного ребенка из-за незнания итальянского могут отправить в класс ниже, но тут зависит от сговорчивости родителя. Если родитель отказывается, никто «насильничать» не будет. В продвинутых школах (обычно в регионах, где много иностранцев) проводят экспресс-курсы итальянского для детей.

При поступлении в школу платится налог 35 евро. До 14 лет учебники бесплатно выдает государство, школьные принадлежности покупают родители. Стоимость учебников в старшей школе (после 14 лет) зависит от школы. Также родители оплачивают пользование школьным автобусом и питание. Родители с низким доходом — только некоторую часть. Другие расходы на добровольной основе по благотворительным акциям, выручка от которых идет на нужды школы. Календари, полотенца, ярмарка детских рукоделий и так далее.

В последние годы, особенно на Севере, в местах скопления русских переселенцев открылось много русских субботних школ и садиков. Они, конечно, частные, цены в них разные, но они дают в дополнение знание русского языка, культуры, истории в лучших традициях российского образования. А подбор кадров в них действительно на высшем уровне — есть из кого выбирать.

Снимаем квартиру — итальянская прописка в кармане

Квартиру в Италии снять легко. Просто прогуливаешься по понравившемуся району и видишь вывеску «affitto» с номером телефона.

А вот оформление аренды — вещь серьезная. Долгосрочный контракт заключается минимум на шесть месяцев, с обязательной предоплатой за два месяца. На основании этого контракта можно идти в коммуну (мэрию) и оформлять резиденцию (прописку). И после этого можно обращаться к семейным докторам бесплатно, получать направления на анализы и так далее.

Контракт может быть составлен устрашающе, но в реальности закон в Италии всегда на стороне квартиросъемщика. Еще и поэтому сдача жилья далеко не самый популярный способ получения дохода. Полицию для выселения неплательщика хозяин имеет право вызвать только после года неуплаты. До этого он может обратиться в суд и ходить грозить адвокатом (адвокат причем тоже стоит денег) и затем может суд выиграть, но ищи-свищи ветра в поле, своих бывших квартиросъемщиков. А чаще итальянские хозяева в принципе не идут в суд, зная об издержках. Пытаются решить вопрос мирно.

Во время сдачи квартиры хозяин не имеет права ни входить в нее, ни ремонтировать, ничего — без согласования с квартиросъемщиком. Ведет себя иначе — видимо, рассчитывает на ваше незнание законов, языка и так далее.

Цены за «аффитто» в Италии волшебные. Очаровательные квартирки и роскошные студии, трехкомнатные апартаменты с террасами и с видами можно снять практически за смешные по московским меркам цифры.

В крупном населенном пункте — от 400–500 евро в месяц. В городке средней руки от 200–250. В Милане знакомый сдавал свою дизайнерскую студию в стильно алых тонах за 600 евро. Долго искал квартиросъемщиков. Есть и за 1000–1500, но это уже будут квартиры мечты. Впрочем, в Риме, конечно, рынок недвижимости иной, нежели в других городах. И стоимость в среднем чуть выше. Но и рядом не стоит с московским ажиотажем. Хозяева сами ищут квартиросъемщиков с распростертыми объятиями по агентствам и сайтам.

От 1200 евро стоят квартиры в краткосрочную аренду на берегу моря в летний период.

А вообще часто дерут цены вверх наши соотечественники, которые сдают в аренду своим же и диктуют свои условия, пользуясь незнанием языка и местных особенностей.

Гражданство Италии

Из России желающему стать гражданином Италии важно привезти два документа. Свидетельство о рождении нового образца с апостилем, полученное в ЗАГСе по месту рождения и легализованное в консульстве Италии в России. Это самое сложное, особенно если гражданин России родился в каком-нибудь медвежьем углу или в бывшей союзной республике. Справка о несудимости — второй документ, который нужно привезти с родины, он действителен лишь 6 месяцев с момента легализации в консульстве Италии в России. Эти два документа сложнее, чем остальные пять, восемь или десять, которые нужно оформлять на территории Италии. Но дальше уже зависит от личной ситуации.

Как Италия разрешает двойное гражданство у своих граждан, так и Россия (часть 1 статьи 62 Конституции РФ).

Гражданство Италии могут получить иностранцы, которые:

— находились легально на территории Италии не менее 10 лет;

— не нарушали итальянского законодательства;

— не имели судимостей в родной стране;

— хотят дальше проживать в Италии.

Присвоение итальянского гражданства иностранцам, состоящим в браке с гражданами Италии:

1) нужно состоять в браке с гражданином Италии и быть прописанным (иметь резиденцию) в Италии как минимум 2 года с момента заключения брака;

2) если супруги проживают за границей, запрос на гражданство может подаваться после трех лет с момента заключения брака.

Данные сроки сокращаются наполовину, если в браке супругами были рождены или усыновлены дети.

К моменту принятия указа о присвоении гражданства супруги не должны жить раздельно или быть в разводе.

По прописке можно приобрести гражданство после 10 лет проживания на территории страны. После проживания в течение пяти лет с временным видом на жительство можно получить ПМЖ — постоянное место жительства. А еще через пяти лет после получения ПМЖ подавать документы на гражданство. Срок ожидания права на получение гражданства может быть сокращен в следующих случаях:

— три года официального проживания для иностранцев, родившихся на территории Италии;

— четыре года официального проживания для граждан стран, входящих в Европейский союз;

— пять лет для лиц без гражданства, беженцев и совершеннолетних иностранцев, усыновленных гражданами Италии;

— не требуется никакого периода проживания для иностранцев, которые состояли на государственной службе Италии сроком не менее пяти лет, даже за ее пределами.

Документы могут рассматриваться довольно долго, по два-три года, а то пять лет ждут некоторые. Домой однажды могут прийти «vigili», чтобы проверить предоставленную в документах информацию: действительно ли вы здесь проживаете, в самом ли деле вы замужем за итальянцем (женаты на итальянке), правда ли, что у вас любовь и вы вместе ужинаете, к примеру. С 2011 года ужесточилась борьба с фиктивными браками.

Когда на прошение о гражданстве будет дан положительный ответ, просителя вызывают для вручения постановления о присвоении итальянского гражданства, а затем для присяги Конституции Итальянской Республики.

Иногда в гражданстве могут и отказать. Но это в случае, если человек не имеет права на получение гражданства, либо был осужден по серьезным статьям. Тогда об этом извещают письменно.

Гражданства могут лишить, если станет известно, что документы подложные или какая-то предоставленная информация неверна.

Несовершеннолетние дети получают гражданство немного проще. Если один из родителей является гражданином Италии, то дети автоматически получают гражданство Италии. Если ни один из родителей не является гражданином, а ребенок родился на территории страны, то ему нужно три года официально прожить в Италии. И лишь в случае, если оба родителя — иностранцы, и ребенок родился в другой стране, то он проходит всю процедуру вместе с родителями. При усыновлении ребенок приобретает гражданство Италии с момента усыновления.

Местные парадоксы индустрии красоты: в стране прекрасного не умеют делать маникюр. И не только

Уж чего не ожидаешь от проживания в Италии — так это недостатка в услугах по созданию красоты. В Москве то и дело слышишь, мол, европейский маникюр, итальянское наращивание волос, итальянская стрижка, итальянское окрашивание и так далее. Только сами итальянцы, видимо, не в курсе. В обычном городке найдется множество парикмахеров, но мало кто из них реально делает хорошие стрижки, это как повезет с мастером.

А особенно шокирует русских женщин, когда узнают, что местные синьоры здесь не моют голову каждый день дома. Они моют и укладывают волосы раз или два в неделю в парикмахерской (или у частного мастера на дому), а остальное время ходят хоть и уложенные, но с грязной головой! Это такая традиция, видимо, оставшаяся еще со времен королев и вельмож с белыми напудренными париками. Не все, конечно, ее соблюдают, но большинство. И точно не моют голову каждый день, а во время душа надевают шапочки.

Думаю, поэтому у них особая система укладки, на века, что называется. Моя подруга Нелли, которая у себя в Питере привыкла к легкой укладке феном, была в шоке. В итальянских салонах ее везде начесывали и заливали тонной лака. И она никак не могла объяснить ни на каком языке, чего хочет от парукьеры. Та кивала головой, говорила, мол, все капито, понятно, и делала, как считает нужным. Я не знаю, по этой ли причине у пожилых синьор, если вглядеться в их тщательную укладку, волосы на макушке словно общипанные? И эти залысины и прогалины парикмахерша тщательно маскирует начесанными кудельками.

Стоимость услуг итальянских стилистов приличная. Поход в салон как минимум обойдется в 30–50 евро. Это просто немного постричься, оформить, так сказать, свою растительность на голове в нечто достойное. Покраска с укладкой и вовсе выльется в 60–100 евро. Обычная, без всяких там изысков, о которых можно наслушаться в Москве. Частные берут дешевле, ведь налоги не платят: от 15 евро и до 35 за покраску с укладкой.

Российские стилисты, съездив в Италию на курсы и стажировку к итальянским мастерам, на родине повышают стоимость своих услуг и важничают. Только где эти мастера? В рядовой итальянской глубинке, да и в крупных городах их надо искать днем с огнем.

Живя в России, я еженедельно делала маникюр. А мой первый поход к маникюрше в Италии провалился с треском. То есть он состоялся, но можно считать, что это был провал. Сначала меня уложили на кушетку. По виду почти операционную. Затем начался легкий массаж рук. Потом кончики подпилили, кутикулу отодвинули. Все! А дальше мастер попросила выбрать лак. Я выбрала. Она покрасила мне на каждой руке середину ногтя и спросила, нравится ли мне. Я еще не поняла на тот момент, что процедура окончена, а «кошачьи глаза» на ногтях — это и есть маникюр по-итальянски.

— Ну-у, гм-м… — говорю.

— 15 евро, — отвечает она.

Спасибо за кушетку. А мне потом объясняли, что это модно и стильно — такой недокрашенный вид рук. Наращивание ногтей тут вообще делают крайне редко. И некоторые девушки из наших краев ищут своих мастеров, родных. Кстати, на то же самое мне жаловалась знакомая бразильянка. У них также красе ногтей придают особое значение. И ей пришлось искать свою бразильскую мастерицу в Италии.

Потом я опробовала еще несколько салонов и наконец в соседнем городке нашла тот, в котором мастер — как ни странно, итальянка — делала классический обрезной, с горячей водой, морской солью и так далее. Возможно, это дело привычки. Но факты таковы: многие итальянки сами не ходят в салон, а делают маникюр на дому.

Российская индустрия красоты вообще даст сто очков вперед итальянской. К примеру, я так и не смогла объяснить мастеру в Италии, что хочу покрасить брови краской, а не просто сделать форму. Она мне твердила как заведенная, что брови не красят.

И вот еще нюанс. То, что в Италии называют массажем и в салоне стоит от 25 евро, в России назовут предварительным поглаживанием и после процедуры спросят: «А когда начнется сам массаж, собственно?» О такой распространенной в России вещи, как массаж для новорожденных, чтобы они лучше развивались и были здоровее, здесь не имеют понятия, и объяснению это не подлежит. Для взрослых существует медицинский массаж спины, его делает только доктор-остеопат, и к индустрии красоты это не имеет никакого отношения.

Как-то мы поехали на выставку красоты и здоровья. Я думала, ну вот, наконец-то узнаю все о красоте и здоровье в Италии. Не тут-то было! Четыре этажа в огромном роскошном особняке оккупировали всевозможные йоги, шиатцу-массажисты, дыхательные техники и какое-то неимоверное количество «учителей», продвигающих лечение на расстоянии вытянутой руки. Они рисовали по «ауре» пластмассовой указкой загадочные знаки, даже не касаясь клиента руками, и рассказывали, что подействует лишь в том случае, если человек верит и откроет свое сердце новому. Вдохновенно с итальянским красноречием гнали обычную лохотронскую муру. И кстати, в основном «восточные» секреты долголетия представляли очень убедительные и артистичные выходцы с итальянского Юга. Кроме того, в большом ассортименте были представлены излучатели разного рода лечебных лучей, ортопедические волшебные стельки, благодаря которым якобы печень встает на место, и начинают расти волосы на лысине, чудесные превращатели воды в другую воду, более полезную (притом, что воду из итальянского крана можно пить без страха), суперудобные для осанки стулья, необыкновенные матрасы и так далее. Но реально ничего действительно стоящего ни про здоровье, ни про красоту я так и не узнала. Только на выходе мы встретили задвинутый в угол стенд с ухаживающей косметикой на основе оливкового масла из Тосканы.

— У нас без чудес и волшебства, просто хорошие крема, бальзамы и шампуни, — пошутил представитель на стенде.

Купила крем для лица. И правда. Без чудес, просто хороший крем. Надо отдать должное, что индустрия красоты для самостоятельного ухода — омолаживающие маски, ухаживающие и оздоравливающие волосы краски для волос, всякие пилинги, эмульсии, сыворотки и концентраты красоты — в местных хербостериях (травяных магазинах) представлена просто в огромном количестве, цены божеские, а качество итальянское в лучшем смысле слова.

Только никаких косметологических новинок, ни некого необыкновенного наращивания волос по-итальянски, ни тайных методик окрашивания, ни демонстрации новых стрижек — ничего этого не было на выставке и в помине. Вероятно, где-то в ограниченном узком кругу для избранных есть что-то подобное. Но в широких массах салонная красота по-итальянски — это лишь жесткая укладка на неделю, а остальное, синьора, уж лучше сама-сама.

Если ты — красивая и женщина, стать «звездой» — не проблема. Русские «звезды» Апеннин

Чтобы сделать звездную карьеру в Италии, достаточно быть женщиной, а еще лучше красивой и высокой женщиной. А уж если молодой, то можно даже не знать итальянского. Например, Наталья Стефаненко, довольно популярная итальянская телеведущая, родом из маленького городка под Екатеринбургом, свои первые шаги на итальянском телевидении начинала, почти не зная языка. В 21 год она выиграла конкурс красоты в Москве и отправилась покорять Милан как модель. А он покорился ей в первый же год. Уже больше 15 лет она живет на Апеннинах. В России, кстати, Наталья тоже работала на ТВ, в программе «Снимите это немедленно». Голубоглазая блондинка, классический славянский типаж. Вот что она сама рассказывала о себе в интервью русскому варианту журнала «Хелло»:

— Мне повезло по-крупному три раза в жизни. Первый, когда я выиграла конкурс красоты. Второй, когда режиссер Пятого канала итальянского телевидения предложил работу мне, русской девочке, не знавшей ни слова по-итальянски. Нужно было составить пару популярному ведущему-мужчине, просто подыгрывать ему, улыбаясь и кивая. 17 программ подряд! Я так не могла. И стала усиленно учить язык: день и ночь, день и ночь, до головных болей. В какой-то момент мои работодатели даже напряглись: «Зачем ты учишь? Мы все равно тебе заплатим. Не волнуйся!» Но я не сдавалась и к концу программы говорила достаточно сносно. Вообще первый год в Италии был очень тяжелым. Я плакала чуть ли не каждый день. Все изменилось, когда я встретила Луку.

Русско-итальянский роман быстро привел к свадьбе, сейчас они воспитывают дочку Сашу. И в каждом интервью она рассказывает, как сильно любит мужа. А вот как она отзывается об итальянцах в целом:

— Первое время меня очень нервировало, что здесь люди могут смотреть на тебя в упор. В России так не принято, нам сразу кажется, что что-то не так: может, пятно какое, может, пуговицу застегнуть забыла или испачкалась? А итальянцам просто интересно, чего это ты там надел: ремень, часы, юбка. Но я к этому привыкла. Нет ничего такого, что я бы не любила в Италии. Наверное, это моя страна. Хотя больше всего я все равно люблю Россию: у меня в Москве сестра, родители… И потом Россия дала мне такую закалку, что теперь в любой стране будет легко.

Модельный бизнес — самый прямой путь для красивых русских девушек в «звезды» европейского уровня. В Милан едут самые смелые и безбашенные. Стоит тебе однажды вдохновить своей внешностью какого-то именитого дизайнера — и завтра твое лицо растиражируют в рекламе духов или белья по всему миру. Немало стройных ног шагнуло с миланского подиума в свет голливудских прожекторов. Сегодня мода — это огромная индустрия, спрут, который запустил свои щупальца во все самые амбициозные сферы социальной жизни. Кино, телевидение, музыка — вход со стороны модельного бизнеса как минимум обеспечивает твоей персоне дополнительный интерес. И если есть еще что-то, хоть немного таланта и настойчивости — до гонораров и славы рукой подать.

Но прелесть покорения итальянского подиума в том, что на само покорение можно и не тратить силы, изворотливость ума и так далее. Красивых и необычных женщин здесь ищут сами агентства. Одна из известных российских моделей — Элеонора Платонова. Приехала туристкой в Милан, пошла на модный показ. А к ней через какое-то время подошел вежливый седовласый синьор и по-простому предложил стать моделью. Она и стала. В интервью журналистам она рассказывала, как на следующий день пришла в агентство, и ей сразу предложили заключить контракт и условия, которые поначалу показались невероятными. В контракт входило проживание в отеле, подготовка портфолио, участие в показах молодых модельеров, съемки для рекламы и продвижение на рынке, сначала на три месяца, потом, если все будет удачно, на полгода. Стилисты стали искать ее образ. Обучили походке, сделали портфолио. Агентство оплачивало все это…

— Я работала каждый день и страшно уставала. Показы — это, как правило, на целый день — сначала репетиция, потом make up и уже потом сам показ. Съемки — тоже целый день, около 10 часов. Итальянские фотографы работают очень быстро: я за каждый съемочный день в среднем теряю около 1,5–2 кг. Кастинги, строгие диеты, лишние калории, которые можно съесть на приемах, менеджер, строго наблюдающий за всеми моделями. Проблемы с кожей от не всегда качественных баз под make up, проблемы с волосами. Лечебные процедуры, косметологи. Обязательное присутствие на некоторых вечеринках. Но особенно неожиданными для меня оказались темпы работы, совершенно сумасшедшие. Были трудности с языком. Итальянцы говорят на английском очень своеобразно — не всегда понятно. А на съемках их речь превращается в кашу с итальянскими выражениями. Они очень импульсивны и вспыльчивы. Многие девушки не выдерживали ни темпов работы, ни их вспыльчивости. Я поняла: с ними надо дружить, дать им почувствовать себя частью их семьи, показать им свою беззащитность, вызвав у них некоторое чувство «отцовской» ответственности. И тогда они становятся очень внимательными, начинают опекать и заботиться. Несколько уходит известная европейская отстраненность, когда каждый делает то, что считает нужным. Русских девушек очень любят за их восприимчивость, чувствительность, внимание, способность понять и сделать то, что необходимо.

Самое интересное — сколько же зарабатывает в среднем модель в Милане? Вот как отвечала на этот вопрос Элеонора.

— Это зависит прежде всего от раскрученности модели, от работы менеджера, от ее специфики. И между моделями цены за работу не принято обсуждать — это даже записано в контракте. Допустим, пять девушек участвуют в одном показе из одного агентства, но деньги за показ они могут получить разные: от 200 до 700 евро. Это зависит от контракта, отношений с агентством, пристрастий модельера… Также и со съемками. За первый свой съемочный день, который я работала для рекламы косметики, я получила 500 евро, сейчас за то же самое мне выплачивают 1,5–2 тысячи. Два года работы, известность на рынке, востребованность имиджа на рынке парфюмерии и косметики, способность к различным эмоциям в одном образе это называется «палитра эмоций» — артистизм или его отсутствие под задачу, удобство работы с моделью, то есть личные черты характера, послушность, некапризность, ненадменность и так далее, умение быстро и комфортно наладить совместную работу с незнакомыми людьми — в сущности, искусство нравиться и влияет на гонорар модели.

Другая модель русского происхождения, 24-летняя Ксения Чумичева, которая переехала в 6 лет с родителями из Магнитогорска в Швейцарию и в 2006 году даже получила титул «вице-мисс Швейцария», прославилась благодаря роману с итальянским гонщиком «Формулы-1» Фернандо Алонсо. В прессе писали, что ради нее он развелся с женой. Сейчас она делает первые шаги на итальянском телевидении, ведет передачу об экономике, у нее есть еще и высшее экономическое образование, помимо красоты и знания пяти языков.

Одна из самых востребованных маленьких моделей в Италии — русская девочка Кристина Пименова пяти лет. Ее привела в три года на съемочную площадку ее мама, Гликерия, жена футболиста Руслана Пименова. И за два года девочка довольно сильно преуспела.

Кроме русских моделей благодаря итальянскому варианту шоу «Танцы со звездами» широко прославились и три русские профессиональные танцовщицы. Победила молодая пара, в которой танцевала 21-летняя Анастасия Кузьмина и 22-летний итальянский актер Андрес Гил, снявшийся в сериале для подростков. Немногим ранее из конкурса выбыли другие две русско-итальянские пары — актер Серджио Ассизи, он выступал с российской танцовщицей Екатериной Вагановой, многократной чемпионкой России, Украины и Италии, и футболист Бобо Вьери с Натальей Титовой. Кстати, Наталью уже давно знают в Италии по этому шоу. Несколько лет назад именно на нем она познакомилась с итальянским пловцом Розолино Массимилиано и вышла за него замуж.

Стать «звездой» в Италии проще, чем в России. Нужные контакты завязываются легче, и люди помогают друг другу даже иногда с энтузиазмом. Общество более открытое, ведь массово не стремятся в «звезды». Так что целеустремленность поощряется очень щедро.

Три истории русской любви к Италии. Рассказывают иммигранты

Эти истории рассказали в конкурсе «Моя эмиграция» на сайте «Италия по-русски». Самом посещаемом среди тех, кто переехал в Италию, планирует переехать или просто любит эту страну. Каждая из них — готовый сценарий для остросюжетного фильма. Печатается с разрешения авторов и с сохранением стиля.

Прошвырнувшийся Немо

«Ты там никому не нужен», — сказал мне отец, когда я решил прошвырнуться за пределы СССР. Дома меня устраивало почти всё, кроме холодного климата и постоянного чувства, что я большая золотая рыбка, находящаяся в маленьком аквариуме — стеклянном шаре. Я постоянно тыкался носом в стекло, ограничивающее меня от внешнего мира. Объездив по работе и самостоятельно большую часть нашей не объёмной родины, я постоянно упирался в стекло, которое было принято называть «железным занавесом». Причем, чтобы попасть в приграничные зоны, я должен был проходить собеседование в КГБ (даже если меня посылала моя родина туда работать на нее, любимую), куда бы я ни ехал — в Карпаты на границу с Румынией, в Среднюю Азию на границу с Афганистаном, на Дальний Восток на границу с Китаем и Северной Кореей… Меня это страшно бесило, что моя судьба была предрешена кем-то сверху. Не «Им», так как я атеист, а членом какого-то политбюро. Мне страшно не хотелось быть золотой рыбкой, и не потому, что я был любопытный, я просто хотел жить, как мне хочется, без ведущих меня по жизни лидеров, и иметь свободу перемещения, так как уже тогда не считал себя хуже любого другого жителя нашей планеты. Я не хотел быть рыбкой в аквариуме, я хотел быть Немо, с возможностью плыть, куда мне захочется.

Это и побудило меня двинуться в путь в 1990 году, когда Горбачев решил выдать всем загранпаспорта.

— Прошвырнуться? — переспросил отец, который уже тогда побывал во многих странах у «врагов» — в США, Канаде, Западной Германии…

— Да, — ответил я, — но, может, и не вернусь.

Он промолчал, хотя его глаза повторяли «Ты там никому не нужен», я улыбнулся, подумав: «Знаю, буду надеяться только на себя».

Случай подвернулся быстро, мой старый друг тайком перебежал границу из Югославии в Италию, туда и обратно. И знал «заветную тропу» к свободе! За такое тогда могли и посадить, поэтому мы, собрав секретное собрание, решили «рвать когти» с крепко обнимающей нас родины.

Нам были необходимы деньги, так как наши «деревянные» за пределами аквариума никому не нужны. Я попросил отца не привозить мне видеомагнитофоны и другие подарки, мне нужна была валюта. Подготовка длилась полтора месяца, мы пошли на курсы итальянского, я собрал «на путешествие» золото у мамы, тети и бабушки. Получилось 115 граммов золота, отец дал мне 500 долларов и 700 немецких марок. Друг попросил нарисовать нам всем водительские права у знакомого наркомана-фальцовщика, объяснив, что без машины там тяжело.

На «деревянные» мы купили билеты на поезд от Киева до самой западной точки Югославии Сежаны (Villa Opicina с итальянской стороны). Самое главное, что нам было известно, что в Италии вышел закон Мартелли — первая в истории амнистия по переписи всех нелегальных иммигрантов! — давали всем документы на два года, с возможностью продления, если ты устроился на работу (главное было доказать, что ты въехал в Италию до 1 января 1990 года). Мы провезли с собой еще и фотоаппараты, командирские часы и другие сувениры, два огромных топаза весом в 3 кг каждый, валюту и золото прятали сами в вагонах и туалетах. Вздох облегчения, когда поезд въехал в Венгрию, я ликовал и мысленно прощался с СССР. И был уверен, что никто туда меня больше ничем не заманит.

Я был Немо, который умудрился вынырнуть из аквариума. Меня ждал по-настоящему океан впечатлений. Только новые впечатления мне дают тот адреналин, который так нужен для опьянения жизнью. Я не хотел прописанного мне сценария моей жизни — школа, университет, женитьба, кандидат наук, доктор наук, дача, внуки, смерть (в аквариуме, плавая вверх брюхом, пока кто-то сачком не выбросит тебя в мусорное ведро).

В Будапеште уже сновали перекупщики на рынках, где я надеялся продать мое золото и въехать в Италию с десетью штуками баксов (что для советского человека были неплохие деньги для начала). Меня сразу повязали мадьярские менты в гражданке, так как у меня не было опыта торгаша и я верил, что человек имеет право продать свою вещь в «нормальном обществе». Забрав паспорт, привели в отделение, составили документ, украв половину золотых колец, цепочек и валюты — ну чем не Совок! Паспорт не отдавали 2 недели, мы тусовались по Будапешту, гуляли, плавали, экономили деньги «на Италию», пришлось продать весь товар, прихваченный для Италии, фотоаппараты, часы и другой хлам, жили на вокзале в поездах в отстойнике. Через 2 недели я «признал мою вину», подписав все бумажки, и мне отдали паспорт, оставив себе все остальное.

Мы приехали в Югославию на самую границу с Италией, у меня в сумке были ласты, трубка и маска — я мечтал понырять в Средиземном море. Моего друга до этого поймали югославские пограничники при переходе границы, и ему пришлось просидеть у них 24 часа, но он выучил расписание обхода вспаханной полосы. Наша четверка выпила последний кофе в приграничном баре, покурили и… пошли. Сразу за баром была тропа, протоптанная югославскими контрабандистами сигарет. Пропустив вперед на метров 200 контрабандистов, мы углубились за ними в лесок. Шли очень тихо, за плечами болталась моя сумка с ластами, и моя мечта придавала мне смелости, а молодость — безбашенности. Контрабандистов повязал наряд на наших глазах.

Мы залегли. За сто метров от нас была вспаханная полоса (которой давно нет). Наряд с «калашниковыми» и собакой двигался, иногда освещая фонариками кусты в 20 метрах от полосы. Кроме того, огромный прожектор на пограничной вышке шарил метров на 500 с периодичностью в 30 секунд. В тот момент мне показалось, что я бы мог и умереть в «борьбе за свободу» от югославской пули, но я отгонял совковые мысли и думал, что новую и свободную жизнь надо начинать с совсем другими идеями.

Мы ползли вчетвером в одном направлении с перерывом в 30 секунд, залегая, когда прожектор разрезал темноту над нашими головами. Последний этап — вспаханная полоса шириной в 20 метров, надо было быстро перебежать ее, и мне показалось, что я ее перепрыгнул.

Необычайное чувство свободы захлестнуло меня на итальянской территории, я понял, что забуду о Совке, совковой Венгрии и Югославии — я теперь у «врагов». Потом проезжавший мимо итальянец подбросил нас на вокзал в Триест, ему и в голову не пришло, что мы только что перебежали границу. Купив билеты на поезд и выпив настоящий эспрессо, к утру мы были в Риме. В Риме в «Толстовском фонде» у поляка, который работал там, мы купили справки, что встали на учет в этот фонд в сентябре 1989 года — это являлось нашим документом для квестуры в Риме.

Начальная иммиграция — это всегда тяжело. Я думал уехать в Канаду, так как об Италии знал только стереотипы: маленькие певучие мафиози, пицца, мандалина, жесты… В Украинской Католической церкви мы рассказали, что хотим жить в Канаде, и спросили, может ли нам помочь украинско-канадская община. Нас приняли с распростертыми объятиями, так как беженцев из СССР еще в Италии не было. Я был неверующим и не был украинцем, но мне помогли заполнить заявление на украинском друзья. Через месяц мне пришел вызов сразу из двух мест — из Альберты и из Торонто, так как я был молодой, с дипломом и уже напечатавший пару научных статей. В Канаде и Австралии предлагали научную работу и гражданство через 4 года.

Мы пошли на курсы языка и изучения Канады при канадском посольстве. В те времена я спокойно говорил по-английски, и это было легко. Нам рассказывали о Канаде, ее географии, политике, обычаях, показывали фильмы… Глядя, как канадцы чистят лобовые стекла своих машин перед поездкой на работу, я почувствовал, что не очень хочу опять в холод и социальное обеспечение — жизнь канадцев мне показалась настолько грустной в сравнении с «разгильдяйской» Италией, что я задумался. Посол проводил собеседование по-английски, я вольно щебетал и рассказывал, как хочу работать в стране зоологом, где уделяют много сил на охрану природы и отстегивают деньги на ее изучение.

Мне дали визу на постоянный въезд в Канаду по программе научной иммиграции с рабочим местом (в университете в Торонто хорошо знали фамилию моего отца, где он издал несколько книг и статей). Я не чувствовал себя счастливым. Просоленная, жаркая, кофейная Италия полностью поглотила меня, мне не хотелось уезжать.

Мои фальшивые права я успел сдать в ПРА еще до того, как развалился Совок, мне выдали итальянские права. Как-то зайдя в посольство СССР за какой-то справкой, бывший консул Агоян начал орать на меня, что за фальшивки приносят ему (из ПРА в посольство переслали мои права с подписью, что выдали итальянские), разрывая на кусочки права, нарисованные наркоманом.

— Я отправлю вас домой, и там с вами разберутся, как надо! На каком основании вы здесь находитесь?

Не показывая мое «пермессо» (вид на жительство), я ответил, что Италия — это замечательная страна, у меня есть все документы, итальянские права и в «поддержке» Совковой родины я не нуждаюсь и никогда не нуждался, даже когда служил на Дальнем Востоке на границе с Китаем.

Я был очень спокоен, так как до этого выдурил (сославшись, что я турист) у секретарши нужный мне документ. Я понимал, что это мое последнее общение с ним и мне лично больше ничего не надо. Как и им никогда от меня лично ничего не было надо, кроме того, чтобы я маршировал, когда им вздумается, и всю жизнь бился золотыми губами о стекло «моего идеального мира — построенного, начиная с Ленина — лично для меня». Уже позже, читая книгу о КГБ одного американского политолога, в конце был список рассекреченных агентов КГБ в посольствах всех стран, я нашел фамилию Агояна, консула в Риме. Причем династия отца и сына. Я разговаривал с сыном, который улетучился вместе с распадом Совка.

Конечно, жизнь иммигранта не проходит без проблем, вернее, она состоит из одних проблем и первые 5 лет, если ты находишься в стране один (мои друзья вернулись домой), надо действительно надеяться только на себя. Самое главное, я считаю, — это документы, они дают тебе много прав. А голосовать — не самое главное, особенно в Италии. Второе — язык. Умея разговаривать, можно найти работу, общение, пару и просто не чувствовать себя «чужим». Третье — деньги. Конечно, вам никто не даст деньги просто так, если вы знаете язык и имеете документы. Деньги нужны для жизни, и это ни для кого не секрет, но живя в стране и будучи наблюдательным, можно научиться зарабатывать деньги, необходимые для жизни. Могут подвернуться разные случаи, когда кто-то заметит, что вы умеете делать кое-что лучше других, или у вас есть смекалка и вы откроете маленькое дело или большое, если у кого-то смекалки много.

Я начал с периодических работ в саду, сыпля моими ботаническими знаниями, я быстро научился ухаживать за садом, умея рисовать и будучи креативным, делал мои первые каменные сады. Потом работа на стройке — это совсем не мое, хотя многому учит. Я иногда рисовал русский наив в надежде продать, но так и не мог, правда, и не ходил по галереям. Хозяин моей стройки узнал, что я рисую, купил сразу все мои картины за огромные тогда для меня деньги — 3000 долларов, и развесил у себя на вилле. Мне продлили документы еще на два года, так как я работал легально.

Как-то его сын попросил у меня фотоаппарат «Зенит». Я взял его «на продажу» у евреев, торговавших русским товаром, заработав за полчаса в два раза больше, чем за два дня на стройке. Я понял, чем капитализм лучше, чем социализм. Мы с другом начали продавать русский товар, скупая его у русских туристов в портах Неаполя и Чивитавекьи. Рим стал тесен, и мы начали ездить в Тоскану — исконно «красный» регион, где при слове «русский» тебя хотели обнимать и целовать. Постепенно я перебрался в Тоскану, мы с другом ездили по всей Италии, продавали матрешки и фотоаппараты с командирскими часами. Через пару лет я заехал к моему бывшему работодателю с трудовой книжкой, чтобы еще раз продлить документы, подарив ему часы-хронограф, черной икры и другого товара.

Во Флоренции мне продлили «пермессо» на неопределенное время, я ликовал! Я мог всегда находиться в Италии, даже не работая. Через полгода женился, взялся за голову, не общался с другими девочками (близко). Мы с другом и его женой открыли магазин антикварной мебели, научились отлично реставрировать, скупать на аукционах антиквариат, реставрировать и продавать, мебель, картины, рамы, стекло, фарфор, часы и так далее. За это время я уговорил мою жену продать квартиру и купить дом с землей под Флоренцией. Начитавшись книг по устройству садов, я работал в магазине во Флоренции, а по вечерам и в свободное время делал сад, выкопал пруд, сделал оросительную систему, завел двух догов и ездил на выставки собак. Казалось, жизнь шла своим чередом и «всё как у людей».

Но я опять загрустил, понимая, что «простая» жизнь не для меня. А как же мои путешествия, а как моя мечта? Как-то жена моего друга говорит мне, почему ты еще не попросил гражданство, ты же уже 5 лет женат на итальянке! И потащила меня сдавать документы.

Однажды моя жена взревновала меня к компьютеру, хотя поводов я не давал все эти годы, пару слов, я поднялся и сказал, что я ухожу, она, конечно, не поверила. Мы должны были ехать в Колумбию, но я поехал в Киев к родителям первый раз за 8 лет. Она тоже хотела в Киев, познакомиться с моими родителями, но я отказал, и она уехала в Колумбию. Я вернулся из Киева и нашел корешок из коммуны, что мне дали гражданство, пошел, получил паспорт и ушел, сняв квартиру во Флоренции.

Я жил с невестой моего друга, так как ей тяжело было одной платить за отличную квартиру. Мы с другом купили зоомагазин и салон для собак в хорошем районе Флоренции — всё шло как по маслу. Я тусовался каждый вечер, сам не готовил, постоянно с друзьями и опять чувствовал себя окрыленным и свободным. Попадались женщины разных национальностей. Жизнь в 35 была просто замечательной и точно такой, как я хотел. Главное было отбиваться от итальянок и других, которые хотели жить вместе и «что-то создавать».

Я слетал в Венесуэлу, потратив кучу денег, но был так счастлив, что нырял в Атлантическом океане в стаях коралловых рыб, прошел школу дайвинга, фотографировал птичек, наблюдал за колибри, ловил бабочек, гонял на 4-литровом джипе вдоль моря. Мечты стали осуществляться. Прожил там 3 недели с канадкой (как хорошо, что я не уехал в Канаду) и неделю с немкой (к которой ездил погостить в Германию и которая приезжала ко мне во Флоренцию).

Жизнь текла своим чередом и мне очень нравилась. Я начал каждый год ездить хотя бы раз в год на месяц к родителям, летом к моей сестре на море на Адриатику (которой я 20 лет назад сделал вызов). Проявляя пленку, как-то выиграл поездку «платишь за одного, едете вдвоем», я выбрал девочку-итальянку, клиентку моего магазина, она отдала мне полцены поездки, и мы рванули на Занзибар в октябре.

С ней, что-то мне подсказывало, не надо иметь дело «очень близко», а мы жили в одном бунгало. Поэтому я на месте нашел себе миланку Соню, чем был доволен, так как она не могла достать меня в Италии, работая на Занзибаре.

Проявив фото, решил отдать их моей попутчице, проезжая мимо ее квартиры. Там были еще несколько студенток-психологов, и там я познакомился с Моникой.

Она была в порванных джинсах, обвернутых парео, и потертом свитере, но ее глаза светились огнем, и рот раскрывался от моих «рассказов о жизни». В первый вечер я решил уйти «побежденным», но уже на следующий вечер я заманил ее ко мне домой (жил уже давно сам и снимал довольно большую квартиру) показать мою коллекцию бабочек и живую полутораметровую игуану, которую я назвал Ноэлин в честь канадки с Венесуэлы.

Когда Моника зашла в квартиру, она удивилась, что у меня действительно висела коллекция бабочек на стене (пойманных мной). Моника прожила у меня неделю и пригласила к себе. Она снимала квартиру в центре, и там неудобно было с парковкой. Через месяц она переехала ко мне на квартиру с вещами. Она говорила, что поссорилась с родителями и уже год живет, снимая квартиру, одна. Мы запрограммировали наше первое путешествие в Мексику после 4-х месяцев сожительства. Я ни разу не спрашивал ее о родителях и отношениях с ними, так как был уверен (и до сих пор), что больше не женюсь.

Мне было все равно, я нашел мою струю в жизни и чувствовал себя отлично, я просто довольствовался тем, что делал, и жил так, как мне нравится. Две мои бабушки умерли, оставив мне две квартиры в Киеве, которые после ремонта мне давали небольшой доход. Мне не нужна была квартира, семья, дети, беготня, работа — дом, я просто понял, что я хочу делать, и это совсем необязательно делать, как делают все. Мне было просто хорошо от мысли, что я наконец, не кривя душой, понял себя, а на мнение остальных я просто плюю, и мне не стыдно было признаться в этом. Я могу показаться слегка циничным, но просто я понял, что мне нравится в этой жизни — надо иметь немного эгоизма (в моем случае) и ни в чем себе не отказывать, уметь сказать «нет».

Перед поездкой в Мексику родители Моники вдруг захотели увидеть «этого русского», который тащит их дочь в джунгли. Её отец только спросил: «Говорит ли он по-итальянски?» и «Работает ли он?». Мы приехали на виллу к родителям. В 4-х км от центра города вилла имела 3 гектара парка, 2 бассейна, теннисный корт и была просто огромна. Я успокоил себя, подумав, что я видел и даже ночевал в виллах покруче, но мысль «что теперь все будут думать, что я торчу с ней из-за денег» меня уже не покидала (лучше бы она была бедной сиротой).

Встреча прошла быстро и безболезненно, отец даже вызвался отвезти нас в аэропорт рано утром, но я сказал, что мы возьмем такси. За все четыре месяца она упорно пыталась платить за себя в ресторанах или барах, но я всегда отказывался и платил сам, благо в те времена были в карманах деньги постоянно. Мы сняли машину в Мексике и проехали весь Юкотан, Белиз и север Гватемалы. Поездка была интересной, я снимал животных, она — свои любимые пирамиды Майя, мы отдыхали и на острове Мухерес, попивая «маргариту». Моника открыла мне глаза на многое, что я игнорировал в жизни и моем совковом воспитании. Я в свою очередь тоже помог ей открыть глаза на многое и повзрослеть, расстаться с максимализмом, помириться с родителями (она моложе меня на 10 лет).

Мы начали путешествовать, она подарила мне первую «зеркалку» «Никон Д100» и всячески поддерживала мое стремление к фотографии. После поездки с ней на Мадагаскар я начал снимать людей, жанровые сценки, и понял, что мне это интересно. Так вместе мы развивались и развиваемся до сих пор, сознавая, что нас вдвоем не держат никакие бюрократические узы, только желание быть вместе. Я прекрасно понимаю, что завтра может быть все по-другому, каждый может пойти своей дорогой. Полтора года назад умерла ее мать, а три месяца назад — ее отец. Конечно, это был сильный удар для нее. Я надеюсь, что помог ей смягчить его. Тяжело, когда внезапно ты понимаешь, что остался один и теперь надо надеяться только на себя. Я это понял, когда перепрыгнул вспаханную полосу в Югославии. Слова моего отца «ты там никому не нужен» — это истина, могу ее поправить — «мы никому не нужны», разве что очень близким людям.

Главное пожелание людям, которым сейчас тяжело, или которые становятся на зыбкую тропу иммиграции — надейся на себя и пытайся сделать себя лучше, не для других, а для себя.

Сергей

Душевный стриптиз

Я живу в Италии без малого 6 лет, переехав сюда к мужу-итальянцу, и, в отличие от многих моих соотечественниц — не побоюсь ложной скромности — вполне четко себе представляла трудности, с которыми я столкнусь на чужбине.

Во-первых, возраст. Хм! Не будем о грустном, но учиться заново и тем более строить карьеру с нуля поздно.

Во-вторых, язык. Полтора года с частным преподавателем в Москве дали словарный запас и основы грамматики для общения на бытовом уровне. Что хорошо для работы только в качестве поломойки или сиделки.

В-третьих (и ЭТО самое главное), в Москве оставалась моя любимая единственная дочка, разлука с которой меня убивала больше всего.

В-четвертых, причитания подруг и близких: «ЧТО ты там будешь делать?!», — на что мой мудрый взрослый ребенок резонно заметил: «…а здесь ты что делаешь?»

Было страшно, но я уехала. И первое время в самом деле я просыпалась по утрам с мыслью «Где я и что вообще тут делаю». Даже плакала. Потом это прошло. Наступили будни. Через месяц после моего приезда мой муж (он полицейский) попал в страшную аварию, последствия которой мы «пожинаем» до сих пор. Но, как говорится — и в горе, и в радости…

Помощи было ждать неоткуда. Конечно, друзья, родные и близкие поддерживали меня по мере возможности, но «нянькаться» со мной, как это делал в самом начале моего пребывания в Италии мой муж, водя меня везде за руку, — этого никто, конечно, не стал. Ладно, магазины, аптеки и парикмахерская, хотя и там объясняться на пальцах, вызывая раздражение, было невмоготу. Я элементарно стеснялась.

Потом пришла здоровая злость и обида. На себя. Я нахожусь в том прекрасном возрасте, когда не принято обижаться и злиться на других, только на себя. Не можешь объясниться в парикмахерской? Чудесно — ходи лохматая. Не умеешь купить билет на электричку — оставайся ночевать в госпитале под дверью. Стесняешься продавщицы за прилавком магазина? Ходи голодная.

А еще — и самое главное — как воздух необходимо было получить вид на жительство и прописку. А госконторы по работе с иностранцами — это тебе не продавщица в магазине. Недостает бумажки — пошла вон. Не церемонятся. Срок действия моей иммиграционной визы заканчивался, и я медленно превращалась в нелегалку. А без прописки я не могла записаться в автошколу, так как мои русские водительские права в Италии недействительны, а возить мужа по госпиталям-лабораториям и физиотерапевтистам на общественном транспорте было равносильно смерти.

Я обошлась без помощи. И когда мой муж говорил: «Я попросил того-то пойти с тобой туда-то и сказать то-то и то-то», — я отвечала: «Не надо, я уже ЭТО сделала…» И многому научилась — общаться с незнакомыми людьми, острить в разговоре, ругаться с сантехником, делать мужу уколы в живот, водить машину по узким извилистым улочкам и огрызаться на реплики «баба за рулем…», звонить по телефону в справочную без страха, что меня не поймут… Могу даже материться по-итальянски, но не делаю этого — меня это унижает. И свой бизнес я открыла (не идти же в поломойки, хотя — если приспичит, не погнушаюсь). Пусть пока со скрипом, набиванием шишек и синяков, но он идет…

Когда я общаюсь с друзьями, оставшимися дома, мне каждый раз задают один и тот же вопрос: «Возвращаться не собираешься?» Отвечаю, что в ближайшие годы нет, а там видно будет; однозначного ответа не существует, хотя скорее нет, чем да.

Я очень люблю эту страну, не воображаемую, а настоящую Италию, с удручающими зимними счетами за отопление, с дурацкими очередями при регистрации в муниципалитете, с забастовками общественного транспорта, с предрождественским сумасшествием в магазинах, с воскресеньями, когда кроме церкви все остальное закрыто, с Альпами на горизонте, с моими чистыми круглый год туфлями, с туринскими зимними туманами, с бескрайним морем, с открытыми в 6 утра барами, где капучино с шоколадным сердечком на молочной пенке, с билетами на автостраде, с улыбающимися продавцами и непонятным мне до сих пор режимом работы магазинов.

Люблю улицу Гарибальди в рождественских огнях, собачников, с которыми встречаюсь, гуляя в моем районе, шум утреннего города за окнами, чистый подъезд и вид из моего окна. Мне нравится отношение итальянцев к истории страны, как к истории своей собственной семьи, и их привязанность к традициям. Юмор. Их непринужденность какая-то, ну, почти «невыразимая легкость бытия».

Продавщица в магазине не будет вам рассказывать, что ей мало платят. Она будет шутить и называть вас cara mia (милочка). Полицейский, если вы заблудились и спросили дорогу, сядет в машину и двинется в нужном направлении, пока вы за ним не выедете на нужную дорогу. Почтальон поинтересуется, где лучше оставлять посылку. Парикмахер подарит приятную мелочь на Новый год, а от массажистки на день рождения вы получите письмо с приглашением на бесплатный массаж, хотя это их деньги, конкретно из их кармана.

Утром собираюсь за покупками и ищу ключи от машины, чтобы ехать в магазин. С ужасом вспоминаю, что вчера вечером оставила их в дверце машины, потому как руки были полные пакетов всяких… Бросаюсь к окну — машина на месте, на стекле белеет записка. На записке номер квартиры и фамилия человека, который «прибрал» ключи и который с улыбкой мне их возвращает… Гоню прочь мысль, чем бы обернулась моя забывчивость в Москве. По дороге за покупками заехала заправить машину. Пожаловалась, что стеклоомыватель не работает, видимо, засорился. Поскольку времени не было, сказала, что заеду через час. Через час мне все почистили и всучили какую-то накопительную карточку, от которой я отбивалась, на что «король бензоколонки» сказал: «Тебе что, жалко? Пусть будет…»

В супермаркете проходит акция помощи неимущим — при входе молоденькие ребята-волонтеры всем раздают фирменные пакеты, куда наряду с собственными покупками приобреталось что-нибудь для людей, которые не могут себе этого позволить: консервы, фрукты, детское питание и прочее. Поражает, что каждый, почти каждый покупатель у кассы держал этот пакетик, наполненный чем-нибудь!

После этого поехала за разливным вином «кьянти». Главный «наливайщик», по своей инициативе посчитав пункты в моей накопительной карточке, сообщил, что с удовольствием выдаст мне «совершенно даром» литр оливкового масла. Я не отказалась. Помог донести все до машины. На обратном пути заехала в кондитерскую. Любимых пирожных уже не было, и хозяйка, чтобы меня утешить и одновременно убедить, что я ничего не потеряла, подробно описала каждый из находящихся в холодильнике тортов-мороженых. Наконец я выбрала, она понесла его упаковывать, приговаривая: только обязательно держать в морозилке! Глядя на торт в упакованном виде, я поняла, что мне надо бы освободить всю морозилку для этого.

— А нельзя ли подержать у вас до вечера? — спросила.

— Конечно, можно! Без проблем! Заберете перед ужином, cara mia!

От своего соседа этажом ниже я постоянно прячусь. Он задает невинный вопрос:

— Хочешь ли немного зелени с моего огорода?

— Да, — обреченно говорю я, — спасибо.

Через два часа около моей двери две огромные картонные коробки. Помимо пучка шпината размером с куст там находятся: два кочана брокколи, несчетное количество фасоли, огромный цикорий и два гигантских фенхеля. Блюда из почти экзотических овощей мне, выросшей на просторах среднерусской равнины, не под силу. Начинаю перебирать, мыть, варить в трех кастрюлях, замораживать… Сосед лукавит — он рассчитывает на мою ответную благодарность в виде русских пирожков с капустой или фаршированных блинчиков.

Возвращаясь сейчас домой, заметила «подмигивания» встречных автомобилей: одного, второго… Что это, водительская солидарность, как в России? На всякий случай сбавила скорость до 55-ти и не зря: через 500 метров стоял полицейский с радаром. Какие мы одинаковые!

У меня иногда спрашивают итальянцы: «Чего тебе не хватает — из того, что есть у тебя на родине, и чего хотелось бы иметь?» Само собой разумеется, что родных, близких и друзей, но речь не о них; меня спрашивают о другом, материальном.

Мой список вышел таким.

Скучаю без кухонных посиделок долгими зимними вечерами с друзьями, поездок на дачу на шашлыки, походов в лес за грибами; без черного хлебушка, селедки под «шубой», квашеной капустки и соленых огурчиков; без снега на Новый год и горьковато-смолянистого запаха вербных веточек на Пасху; не хватает театра, русского классического балета и книг; выставок в Доме Кино и музее Востока; прогулок по Измайловскому вернисажу, где бесцельно бродишь, покупая что-нибудь милое, но абсолютно ненужное; коллективного обсуждения среди коллег новинок в дефицитной тогда еще «Бурда-моден» и последующих связанных или сшитых собственными руками «похвастушек».

Не хватает родных парков и улиц, первого летнего дождя над Москвой и прохлады метро… Хотя это, наверное, уже из области ностальгии по прошедшей юности, и эта ностальгия не имеет ничего общего с географией.

Галина

Моя эмиграция

Как бы юбилей отметила: ровно 10 лет назад я оказалась в Италии! С тех пор прошлое, да и, наверное, настоящее делится на две части — до переезда в Италию и после.

Почему именно Италия? Не знаю, просто в то время легче было визу открыть. Ехала в никуда, от отчаяния. С мужем бывшим не ладилось, были в разводе уже год, но продолжали жить вместе: не было смелости просто хлопнуть дверью и уйти, чего-то боялась. Чего? До сих пор не пойму. Пыталась к маме уезжать, приезжал и уговаривал обратно вернуться. Возвращалась. И так до бесконечности. Впрочем, не хочу говорить ничего хорошего и ничего плохого о моем бывшем муже, бог ему судья.

Я в то время работала кассиром в больнице. Одна женщина мне рассказала, что ездила отдыхать в Грецию и видела много наших соотечественниц, работающих кто в ресторанах, кто сиделками и т. п. Не знаю, правду она мне рассказала или нет, но мне в голову закралась «блестящая» мысль… После очередного моего отъезда к родителям решилась уехать совсем из страны. Собрала деньги, документы и пошла в турагентство. Сказала, что отдыхать поеду. Было дело в январе-месяце, отправляют меня на десять дней в Альпы. До Альп я не доехала и осталась в Бреше.

Почему именно в Бреше? В аэропорту, пока ждала отправления, познакомилась с семейной парой: она — русская, он — итальянец. Вот она мне и подсказала, что в основном там наши собираются.

Сейчас вспоминаю все эти события и думаю про себя, как вообще я решилась на все это? Попросите меня сейчас пойти на такой шаг — не отважилась бы. С уверенностью говорю, наверное, все-таки возраст. Как можно вот так оставить все и поехать?.. КУДА? Ну, убежав от одних проблем, вскоре получаешь другие, то бишь работу искать надо, деньги рано или поздно закончатся.

Нашла с трудом, но нашла. О поисках работы надо писать отдельную историю, чего только не предлагали. Да и насмотрелась я, товарищи, на всякие ужастики. Расскажу вкратце: работу, естественно, надо было покупать у наших же. Я, дура наивная, думала, что все-таки земляки помогут. Куда там! Это еще тот бизнес! «Ничего страшного, что у тебя денег нет, первый месяц отработаешь — отдашь» (500 долларов, зарплата в среднем от 700 до 800 долларов доходила).

Устроилась я к одной бабке, платила она мало — 1 миллион (тогда лиры были), и эта же бабуля нашла мне подработку — по утрам на велике ездила полы в баре мыла. Ничего зарабатывала, почти 2 миллиона выходило. Вроде тут начинаю потихоньку устраиваться, узнаю от мамы, что бывший муж дочь к себе забрал. Собираю деньги, прямиком лечу в Сибирь (там живет красавец).

— Дочь, — спрашиваю, — зачем забрал?

— Ты, — говорит, — богатая, в Италии работаешь, квартиру мне побольше купишь вот и дочь заберешь.

Поверьте, любой ответ ожидала услышать, но только не такой. Вот так, живешь с человеком, а потом узнаешь, на что он способен. Ну что ж, хочешь денег — хорошо, дочь мне отдай и получишь деньги. Вот такой торг нехороший. Залезла в долги тогда по уши, потихоньку рассчиталась.

Возвращаюсь опять в Италию (таким же образом), нахожу работу и, как говорится, вперед и с песней. В 2002 году выходит амнистия для нелегалов, вот я и вошла в эту группу «счастливчиков». Естественно, от бабули я ушла.

Так как говорить по-итальянски мало-мальски умела, познакомилась с людьми, начала работать на фабрике, а в конце недели подрабатывала в баре. Вот там я и познакомилась с моим будущим мужем. Сказать, красавец — нет, богат — нет, но что-то было в нем. Наверное, доверие внушал… Кстати, сегодня, 28 мая — 8 лет как мы знакомы, надо же… Первым делом перевез он меня в Верону, так как сам оттуда. Золотых гор не обещал, но сказал: «Нормальную жизнь тебе обеспечу, если ты мне поможешь». Открыли мы тогда вместе свое дело, на рынке стали торговать, мне нравилось. Склады, где закупался товар, он знал, так как вся его семья этим бизнесом занимается и по сей день. И начали потихоньку, лицензию оформили на мое имя, мне надо было пермессо (вид на жительство) продлевать, а без работы не продлевали. Пожениться тогда не могли, так как надо было ему закончить предыдущий развод.

В январе (почти после полугода нашего знакомства) отправил меня за дочерью. Привезла. Радости сколько было, а сколько вопросов Юлька (дочь так зовут) задавала, пока я ей визу оформляла, смешная такая. Прилетаем мы в Милан. Ждет он нас в аэропорту, выходим. Юлька за меня прячется, исподлобья смотрит. Он понять не может — почему она не улыбается? Как волчонок была, всех сторонилась, потихоньку оттаяла… Сейчас ей уже 16 лет. Муж мой ей заменил, в полном смысле этого слова, отца. Никак не могли ей пермессо сделать. Папаня документы не хотел подписывать да опять денег хотел. Честно, если бы была одна, без мужа, может быть, опять бы заплатила. Но в этот раз нет — я подала на него на алименты, и через год, что вы думаете? Звонит: приезжай, говорит, все подпишу, только забери иск. Вот так.

Бизнес пришлось закрыть, не получалось с торговлей. Китайцы. Этим, думаю, все сказано. Я устроилась на работу на фабрику, а муж стал заниматься грузоперевозками. Наконец-то мы поженились. Свадьбу скромную делали, расписались в коммуне, пообедали в ресторане, все прошло хорошо. Ну, думаю, вроде налаживаться все стало.

В ноябре 2010-го, в субботу, умирает мой муж. Инфаркт. Вот так пошел после обеда отдохнуть и больше не проснулся…

Сейчас мы с дочерью вдвоем живем — она в школу ходит, а я на работу. Так и проходят наши дни. Буду надеяться на лучшее, жизнь продолжается. И с хорошими, и с плохими периодами в жизни надо уживаться. Рассказ получился больше не об иммиграции, а обо мне.

Спросите меня жалею ли я, что я приехала в Италию, отвечу — нет. Есть и белые полосы, есть и черные полосы. Как во всем мире — не зависит от страны, где ты живешь, каждый подбирает себе окружение, какое он сам хочет.

Анна

Глава 5

Мужчина и женщина

Аморе — самое часто употребляемое слово

— Димми, аморе! — слышу я от мясника в лавке. Это переводится: «Говори мне, любимая». А некоторые еще добавляют: «Димми тутто, аморе!» Если переводить буквально: «Скажи мне все, любовь моя!» Но это просто принятая вежливость, ничего личного. Никакими реальными амурами и не пахнет.

— Чао, белла! — скажет незнакомая синьора на улице, проезжая мимо на велосипеде, которая просто видела тебя пару раз в супермаркете. Переводится «привет, красавица!». И ты с русской непривычки к любезностям таешь и оборачиваешься в поисках зеркала, убедиться, что хорошо сегодня выглядишь. А им без разницы, действительно ли ты хороша или у тебя гнездо на голове, а в руке пакет с мусором. При этом и мужчин называют красавцами, даже если у красавца пивное брюшко. Белла (женский род) и белло (мужской род) — это распространенное обращение ко всем молодым начиная с 17–18 лет и примерно до лет пятидесяти. Зато потом дети начинают с юмористическим подтекстом называть «белла» своих состарившихся мам и бабуль.

Аморе и белло — самые употребляемые слова в итальянском языке. Я не помню момента, когда мой муж признался мне в любви. Потому что он чуть ли не сразу начал в быту обращаться ко мне «аморе мио маджико», мол, «волшебная моя любовь». Чуть что, «волшебная моя любовь, где мой телефон, не видела?» На заре мексиканских и бразильских сериалов советские люди были невероятно удивлены тем, что сериальные супруги, даже плетя друг против друга по сюжету интриги или изменяя, обращались неизменно «дорогой» и «дорогая». Советские граждане называли это «телячьими нежностями» и… таяли. Сегодня уже многие российские семьи переняли эту привычку. Мой суровый папа только так маму и зовет — «дорогая». Но, думаю, итальянский вариант вряд ли когда сможет прижиться в чисто русской семье, даже если они переедут в Италию. Уж слишком слащаво переводится. А вот, кстати, на итальянском звучит очень даже гармонично. Для нас такое открытое и голое выражение чувств экзотика. Для них — рядовое явление. Красоту и любовь здесь буквально воспевают. Прислушайтесь к итальянским песням. Если некоторые хиты перевести на русский, то можно и покраснеть от стыда. Они воспевают чувственную любовь, где в припеве невероятно красиво поется что-нибудь типа «займемся любовью, давай еще раз займемся любовью, снова и снова, это наслаждение выше нас» и так далее. Причем на итальянском языке какое-нибудь выражение звучит красиво, возвышенно, трепетно-чувственно, а переводишь на русский — грубовато и даже пошло. Загадка! Я пыталась понять, как же так получается? И у меня есть такие предположения. Во-первых, это потому, что у них нет внутренних ограничений на тему секса, о нем говорят легко и радостно, а во-вторых, главное правило итальянского языка — правило гармонии. Звуки должны чередоваться правильно, и все слова так созданы, что как их ни поставь, получается красивое для уха звучание речи. И это влияет на смысл слов, к тому же облагороженных внутренней пружинящей свободой выражения.

Особенно мелодичны старые песни. При том, что в Италии сексуальная революция до сих пор еще не допобедила. А уж 40–50 лет назад большинство супругов познавали радости секса исключительно после свадьбы. Видимо, строгие нравы компенсировались песнями. Сегодня итальянцы и итальянки более раскрепощены. Но по-прежнему тем не менее, чем ближе к Югу, тем более консервативный и дремучий уклад.

Страна восторженных женихов и маменькиных сынков

Два типа итальянских мужчин

Про итальянских мужчин существует, наверное, самое большое количество стереотипов. И к ним меньше всего претензий от женщин. К примеру, американская писательница Мари Форлео как-то писала, что своим мужем она мечтала видеть именно итальянского мужчину. Даже та, кто никогда не общалась с ними, с ходу назовет привлекательные черты мачо с Апеннин: страстность, галантность, вкус, щедрость, восторженность, любовь к детям, романтичность, маскулинность… И Голливуд в свое время очень постарался, рисуя образы честолюбивых влюбленных итальянских мафиози, набриолиненных, одетых с иголочки. И сами итальянцы, скажем прямо, умеют пустить пыль в глаза. Особенно на первом этапе ухаживаний. Больше всего российских женщин подкупает в итальянских мужчинах такое сочетание, как напор одновременно с невероятным уважением и откровенным восхищением. Итальянским доннам это привычно, их так просто не взять на отточенную актерскую игру полов. А вот российские красавицы способны сдаться сразу. Правда, итальянский мужчина решит, что быстрая победа случилась лишь благодаря ему, что это он великолепно сыграл свою партию, а не дама легкодоступна. В массе своей страна католическая, религиозная, мужчины привыкли кружить вокруг своих женщин сложносочиненные брачные танцы. Он всячески демонстрирует, что хоть сейчас готов к длительной постельной эквилибристике да на всю оставшуюся, что ты — смысл его существования, что он понятия не имеет, как жил раньше до тебя! Он заставляет тебя верить, что все годы только тебя и ждал, заваливает комплиментами так, что голова кружится. Всю квартиру уставляет твоими фотографиями в серебряных рамках. При этом, пока не получит явный сигнал «можно», и пальцем не тронет. Он, конечно, предполагает, что есть какой-то процент того, что сегодня вечером после ужина у вас все случится, но реально на это и не рассчитывает. Итальянский мужчина готов носиться с женщиной, как с хрустальной вазой. Их ухаживания — такой спектакль, что только ради столь захватывающего зрелища нужно как следует помариновать парня. Потому что когда женщина отдается чуть ли не сразу, то некоторым просто срывает «дыхалку». Ведь для итальянского мужчины предварительная серия под названием «Ухаживание» — это забег на длинную дистанцию, он готов к этому, он в ней самоутверждается, раскрывается и имеет в запасе кучу домашних заготовок для обольщения красавицы. Лишь бы красавица не подвела и была не слишком доступна. Подарки, сюрпризы, романтичные сцены и прогулки, поездки — он кладет к твоим ногам весь мир.

Ради любимой женщины они идут на такие ухищрения, что диву даешься. Проезжаем мы как-то с мужем один ресторан в Омэ, зона Франчакорты. И он мне рассказывает, что его владелец однажды безумно влюбился в одну красивую бразильянку. Но она уже была помолвлена с другим итальянцем. Правда, она никогда не была в Италии, жених сам к ней периодически летал. И тогда влюбленный ресторатор придумывает «коварный» план: покупает ей билет в Италию, чтобы она неожиданно нагрянула в дом своего парня. Тот, конечно, по сценарию должен разозлиться и приревновать: как это? Она не только явилась как снег на голову, но и еще за счет другого мужчины! Дальше они должны поругаться, разбежаться, и красивая бразильянка, не зная ничего в Италии, в расстроенных чувствах, после этого должна упасть в руки спасителя — его, конечно. Он уже придумал, как обставить эту сцену и что делать дальше, куда ее везти и чем поразить девичье воображение, что сказать и как надеть на пальчик колечко. Но его план не сработал. Девушка с чемоданом явилась под окна своего жениха, позвонила в дверь, вышла его мать.

— Мне Марио! Я Романа.

Мать пошла его будить, потому что парень задремал после обильного воскресного обеда. Выглядывает растрепанный в окно и видит свою темнокожую красавицу!

— О, а ты что здесь делаешь! — обрадовался несказанно. А бразильянка простодушно рассказала ему, что ей купил билет один итальянец. И то ли Марио догадался о коварном плане ресторатора, то ли поверил в его добросердечие, но он немедленно позвонил благодетелю и со всем итальянским красноречием поблагодарил от души за такой подарок. Ресторатор кусал локти и жалел о потраченной впустую тысяче евро.

В мозгу многих, очень многих итальянских мужчин момент секса — это тумблер, который переключает отношения в режим семейных отношений, а это уже совсем другой градус, менее романтичный и без подвигов. В некоторых городках до сих пор жених и невеста по-настоящему сближаются только после свадьбы, а до этого ходят за ручку лет семь. И есть, конечно, молодые, которые начинают познавать первые радости секса в 13–14 лет. О таких случаях иногда сообщают в новостях по радио, и это считается чем-то вопиющим.

Итальянцев можно разделить (условно, конечно) на два типа, а точнее, два состояния — Казанова и Синьор . А некоторым удается совмещать оба и быть синьором Казановой. Синьор — это женатый мужчина, глава семейства, у которого есть синьора, он спокоен и вальяжен, вежливо улыбчив и отпускает добрые, буржуазные шуточки в кругу других синьоров, а на красивых синьорин смотрит без всякого подтекста. Все, кто еще не женат, это Казановы . У них жизненное кредо такое — казаться плейбоем. Да и женатый без жены под боком считает своим долгом изобразить озабоченного мотылька! На словах это просто половые гиганты, хотя в массе своей итальянцы верные мужья, про измены и любовниц говорят крайне мало, и часто это ограничивается лишь шутками.

— Ой, а познакомь меня со своими подругами из России! — сколько раз, уж не сосчитать, шутя, просили меня итальянские мужчины самых разных возрастов и степени женатости, но так убедительно, что я верила: им нужна подруга жизни. Но нет, это они мне конкретно демонстрировали свою самцовость.

Итальянские мужчины никогда не спешили быстро жениться, а уж сегодня и подавно. Развею миф о том, что они немедля ведут любимых под венец. Они очень быстро делают предложение о браке. Красиво и с выдумкой. С кольцом. Но предложение совсем не значит, что вы поженитесь. Нет, вы просто становитесь официальными «фиданцатами», то есть помолвленными, женихом и невестой. Сделать предложение — это в прошлом часть традиции, а сегодня часто одна из уловок, чтобы скорее перейти на постельную стадию отношений. Поэтому тут вообще фиданцатами начинают представляться сразу после завязки истории. А вот фиданцатиться потом могут лет по десять. Более того, как только встает реальный вопрос о свадьбе, мужчина может решить, что ему еще рано создавать настоящую семью, и разрывает отношения. У среднего 35-летнего холостого мужчины в Италии, как правило, было три или четыре серьезных истории длительностью по пять-шесть лет. И заканчивались именно тогда, когда невеста начинала спрашивать, мол, а свадьба когда.

Российские, украинские и молдавские девушки, что переезжают в Италию замуж, везучие по той причине, что им для жизни здесь нужен вид на жительство. А ВНЖ они могут получить только после заключения официального брака. Поэтому на наших девушках, с Восточной Европы, женятся довольно скоро. А вот знакомая полячка, которая как бы вышла замуж за итальянца и родила ему уже двух детей, так до сих пор не расписана с ним. Ей же виза не нужна, Польша в составе Евросоюза.

Но те девушки, которые переехали сами в свое время в Италию и не имеют проблем с документами, встречая здесь своего мужчину, так же, как и итальянки, ждут свадьбы годами. Мужчин-холостяков, по статистике, в возрасте до 44 лет в Италии почти в два раза больше, чем женщин: 9 % против 5,4 %. И из них почти трое из четырех (73,4 %) никогда не состояли в браке против 26,5 % разведенных и 0,1 % вдовцов.

Романтики с большой дороги

Итальянские мужчины всячески демонстрируют серьезный настрой на семью всегда, даже если относятся к тем, кто прочно и навсегда застряли в образе Казановы. Это настоящие любовные мошенники, которые тоже делают предложения, выводят влюбленные рулады, но для них женщины, в особенности славянские, превратились в своего рода хобби.

У моего мужа есть друг, Эрнесто, 57 лет, но выглядит очень достойно, на вид ему максимум 45. Это относительно благородный тип бабника. Каждый раз влюбляется по-настоящему, как в первый и последний, и ведет себя соответственно. Но запала хватает ровно на период ухаживания и максимум полгода после. Он хорошо зарабатывает, продает шины. Когда-то, лет 30 назад, он охмурял самых красивых и ухоженных итальянок в округе. Но на них приходилось так или иначе жениться, ведь были их родители, которые общались с его родней, общие друзья, строгие нравы, ох, такой геморрой! Три раза был женат. От первого брака даже есть дочь. А вот второй и третий были очень скоротечны и никому не запомнились, включая самих брачующихся. Были еще несколько романов в промежутках, где удалось соскочить. Но после этого Эрнесто сказал, мол, хватит итальянок! Баста! И обратил свой взор на экзотику — бразильянок, кубинок и прочих латиноамериканок. Как в том анекдоте: у меня есть лишь одна большая, светлая любовь — матросы. Он купил виллу на карибском берегу и собирался туда переехать, к веселым латиноамериканским девчонкам. Но однажды повстречал на своем пути еще более веселую хохлушку и забыл дорогу на пляж с белым песком. Уже лет 10 как он подсел на дам с Восточной Европы. Кого у него только не было: и русские, и украинки, и белоруски, и молдаванки, и даже казашки! Причем амуры совершенно очаровательно совмещаются с путешествиями, новыми впечатлениями. Он говорит, что наши женщины самые необыкновенные, что если у тебя была хоть одна русская девушка, ты ее никогда не сможешь забыть. Понятно, что русскими по итальянской традиции он называет дам из всех стран, имевших отношение к СССР. Одну-то он точно забыть не может. Ирину он привез из маленького городка под Санкт-Петербургом, красивую, златовласую, длинноногую, с миндалевидным разрезом глаз. Он сразу поселил ее у себя в квартире, подарил красный «Мини Купер»-кабриолет и, кажется, начал впервые в жизни подумывать о том, чтобы остепениться, что это по-настоящему. Она стала говорить, что хотела бы перевезти сюда своего брата и маму, что ей скучно, он отвечал, давай подождем осени, зимы, весны… А весной однажды вечером он пришел домой, а ее нет. «Мини Купер» стоит на стоянке, из вещей забрала только самое необходимое. Ни записки, ничего. На телефон не отвечает, в русском городке ее тоже нет.

— Думаю, что ее украла русская мафия! — говорит Эрнесто.

Он очень страдал, полгода лечил душевную рану. Разбитое сердце смогла склеить только невероятно красивая метиска — наполовину казашка, наполовину русская — из одного ночного клуба. Танцовщица недолго кружила его по ресторанам. На третье свидание позвала к себе домой. А он вернулся из суточной командировки как раз, не спал 25 часов, но сорвался и поехал к ней.

— Это был мой худший секс в жизни! — простодушно рассказывает он и смеется. Больше он метиску не видел, но к жизни воскрес и начал опять охоту на своих любимых восточноевропеек.

Но Эрнесто просто любит женщин. И его можно упрекнуть лишь в их количестве. Зато каждой он делает очень дорогие подарки, устраивает настоящую сказку, возит в путешествия и на шопинг и на момент романа хранит верность.

Но в Италии распространен более подлый вид бабников-пустозвонов. Их коварство состоит в том, что они хотят только получать и ничего не давать взамен. Они просекли, что восточноевропейские леди хороши собой, но с самооценкой у них не всегда порядок. И достаточно грубой лести, чтобы получить от них все! И любовь, и заботу, и даже деньги. Что можно вешать какие угодно спагетти на уши, и сколько угодно — верят. Старая русская классика: «Ах, обмануть меня нетрудно, я сам обманываться рад!»

Один итальянец часто летал на Украину. Подзаработает денег и летит! С гарной дивчиной он уже списался по Интернету и приезжает к ней как бы в гости. И даже на гостиницу не тратится, сразу к ней домой. Просек эту фишку украинского гостеприимства и пользовался вовсю. Сразу ее в постель, девушка его везде водит, все ему показывает, он три блаженных дня отрывается на обедах и ужинах у ее родных, знакомых и так далее, пока те смотрят на живого итальянца, он вовсю играет в жениха. А потом улетает, некоторых еще и на деньги разводил, мол, дорога стоила дорого, потерял кошелек или еще что-нибудь придумывал. Мол, отдам потом, любимая, когда ты ко мне в Италию приедешь, я тебе покажу море, мы поедем в Рим, Милан, Венецию, Портофино… А нас там такая пицца, такие равиоли… А дальше пропадал. Но тут однажды влюбился, и девушка строгих нравов попалась, и вообще как-то закрутило его, что, в общем, женился парень. Два месяца ходил, изображал синьора, но вредные привычки так легко не исчезают. Нашел по Интернету очередную красотулю в Молдавии и на выходные поехал к ней. А жена меж тем беременна. И понятно, что этот экземпляр не остановится. Он слишком себя любит, а семью завел, наверное, еще и потому, что уже вроде как 39, надо и потомство оставить. Очень прагматичный подход.

Конечно, виноваты в этом и сами наши девушки, которые легко сдаются, готовы терпеть даже роль любовницы, верят на слово, закрывают глаза на очевидные доказательства того, что их просто используют. А «горячие любовники» из Калабрии, Сицилии, Неаполя почти задаром устраивают себе красивую жизнь. Впрочем, чтобы вляпаться в такое чудо, надо постараться. В основном же они очень хорошие мужья.

Итальянский муж — дорогой подарок судьбы

На своих мужчин итальянки не жалуются. И замуж за иностранцев не собираются. Потому что в массе своей итальянский муж — действительно нередко подарок судьбы. Но их недостатки вытекают из их же достоинств и наоборот. Итальянец умеет выражать чувства, он страстен и пылок. И поэтому невероятно ревнив. Особенно южный. Он может просто сходить с ума от мысли, что его избранница где-то там далеко, и возле нее другие мужчины. И его ревность — показатель, что он действительно влюблен. Если он играет в любовь, то ему «фрега ньенте», то есть без разницы, есть там еще кто-то рядом или нет с ней. Уси-пусничает на автомате и все. По этому симптому, кстати, можно даже распознать любовного мошенника.

Во-вторых, итальянский муж не транжирит почем зря, экономит и знает цену деньгам. Но часто бывает, что в итальянской семье бюджет раздельный. С тех пор, как женщины стали работать, а законы при разводе по-прежнему большей частью на стороне слабого пола (хотя об этом в отдельной главе), у каждого свой кошелек. И каждый вкладывается, как может. На сегодняшний день, обыкновенно, супруги заключают контракт на раздельное владение имуществом, что на кого записано, то тому и принадлежит. При всей щедрости на этапе ухаживания в виде мужа итальянец нередко оказывается не просто экономным, а прижимистым, денег неработающей, недавно родившей русской жене дает очень мало, и нередки случаи, когда отправляет работать. Хотя работу найти довольно сложно. И он может отправить жену с высшим образованием мыть полы у соседней старухи, лишь бы несла в дом копейку. Безусловно, зависит и от того, как себя поставит женщина. Есть такие славянки, которые, выходя замуж за обеспеченных итальянцев, ставят условие, что сначала он записывает на ее имя дом и открывает счет в банке с определенной суммой. Кому это по силам, так и делает. Тратить деньги на любимую женщину, если они у тебя есть — это трата, о которой только можно мечтать. Но если перед обычным парнем со средним доходом (в две-три тысячи евро в месяц) поставить невыполнимые условия, он не будет торговаться, а закатает губу и попрощается с дамой сердца, чего бы ему это ни стоило. Они уважают деньги и требования, уважают, когда женщина знает себе цену. Даже хорошо бы изначально поставить какое-нибудь условие. Но надо уметь это делать с достоинством и особым классом. Не очень опытные в этом деле россиянки грешат тем, что начинают глупо разводить итальянского мужчину. Он может купить вам билеты, подарит кольцо и бриллиантовый кулон. Все, что впишется в его бюджет, итальянец сделает ради любви. И даже самый прижимистый итальянец или не много зарабатывающий хоть раз в год делает своей синьоре грандиозные подарки. Он может продать свое фамильное золото, только чтобы подарить на день рождения любимой жене что-то сногсшибательное. Но разводку они чувствуют сразу, им это неприятно и противно. Тут как бы самой не попасться на удочку, потому что среди этих парней есть виртуозные мастера разводить на жалость и на материнский инстинкт, при этом сохраняя достойный и вполне мужественный вид! Недаром ведь самые дорогие жиголо в мире — итальянцы. Для многих из них женитьба — способ устроиться в жизни. Знакомая русская гид-экскурсовод в Риме вышла замуж за дизайнера-архитектора, временно не работающего, но постоянно как бы в поиске работы. Она приносит в дом зарплату, содержит и его, и себя, и вообще все расходы на ней. Но есть несколько «но». Первое: это очень некрасивая горбоносая дама за 50. В России у нее поклонников не было. Второе «но»: она входит вечером, уставшая, как собака, в дом и видит поющего, танцующего и радующегося ей надушенного мужчину, который снимает с нее туфли, целует пальчики и, мурлыкая о ее неземной красоте, сообщает, что ужин готов. Наливает вино в бокалы, щебечет на своем тилимилитрямском, рисует ее портреты, всячески показывает, как она его возбуждает. И, в общем, она чувствует себя любимой и желанной женщиной настолько, что готова и дальше пахать, как мужик. И другого ей не надо.

А еще, в-третьих, большая часть итальянских мужчин очень чистоплотна. Мамы приучили их всегда все класть на место. Полка и шкаф итальянца по тому, как ровно там уложены футболки и висят рубашки, может конкурировать с каким-нибудь бутиком. Квартира итальянского холостяка сияет чистотой, как в операционной. То, что мужчины способны раскидывать по углам грязные носки, бросать мокрые полотенца на пол и оставлять на письменном столе крошки, бутылки из-под пива и немытые чашки, жена среднестатистического итальянца сочтет фантастикой. А они, кроме того, и помогают, сами что-то делают по дому. Но помимо помощи итальянцы часто изводят русских жен своим чистоплюйством. Потому что все должно быть идеально чисто! Ведь у его мамы почти операционная, почему же у нас соринка на полу, а статуэтка дизайнерской розовой лягушки с цветком на голове стоит криво? Совсем недавно, лет 40 назад, женщины должны были заниматься только бытом, даже если работали, но, по сути, существовали на правах домашних рабынь. Они обглаживали, обстирывали мужа, готовили, драили каждый день квартиру и соревновались меж собой, у кого полы чище, а муж самый набриолиненный. Многие итальянцы и сегодня требуют того же от своих жен. Придираются к каждому пятнышку на кухне, при этом, безусловно, сами, чуть что, хватаются за тряпку и пылесос. Впрочем, сначала бразильянки, а теперь и славянки потихоньку впрыскивают инъекции легкого творческого беспорядка в жизнь синьоров. Хорошо это или плохо — не знаю, но то, что русско-итальянские дома становятся больше похожи на жилые помещения, а не мертвые голливудские декорации, это точно.

В-четвертых, он готовит хорошо. Очень хорошо. В крови любого мачо умение что-то скулинарить. Но и жена должна быть отличной поварихой. Впрочем, может быть, с его мамой лучше и не вступать в конкуренцию. Я вначале что-то пыталась доказать, что смогу, научусь готовить ризотто, как Фуфи, к примеру. Потом плюнула и стала готовить, как хочу я, а то и вовсе наши, русские блюда. И однажды услышала удивленное от мужа: «А ты готовишь лучше моей мамы! Это мексиканское блюдо волшебно!» — сказал он. Я запекла в духовке овощи, как делала моя русская мама, и блюдо было совсем не мексиканским, но он же увидел там сладкий перец. Вот я смеялась! У них к русской кухне (и часто вообще к любой другой, кроме итальянской) отношение очень снисходительное и осторожное, типа, едят там несчастные люди какую-то гадость.

В-пятых, у итальянцев, говоря языком психологии, повышенный и обостренный эмоциональный фон. Основное состояние среднего жителя Апеннин в любое время — это аллегрия, этакая веселость и готовность к шуточкам-прибауточкам. Даже если все плохо, денег нет, кризис, дядя при смерти, машину угнали и камень в почках. Итальянец будет на все эти темы шутить. Если будет ругаться, то он будет очень смешно ругаться. Если он хочет плакать от того, что ему больно или он растроган, он пустит слезу. По статистике, итальянцы-мужчины — самая плачущая нация в мире. Эмоции — это прекрасно. Но оборотная сторона в том, что он так же легко вспыхивает, если что не так. Встречаются и довольно спокойные непрошибаемые синьоры, но большинство — кровь горячая, бурлит, дверью хлоп, руками машет, матерится и обзывается. Я как-то видела, как на улице ссорились итальянский муж с женой. Это напоминало брачные танцы богомолов — они скакали вокруг друг друга в радиусе трех или пяти метров, махали всеми конечностями и хватали друг друга за руки, кричали, показывали миллион жестов и никого вокруг не видели.

— Я сейчас позову карабинеров! — угрожала дама. Спустя 10 минут эти синьоры уже обнимались и целовались. Это отличительное качество ссор с итальянцем — отходчивость. Это с русским мужем можно три дня дуться, итальянский уже через час не выдержит и начнет щебетать, как будто ничего не было. Вспыхнули, выпустили пар, и опять хиханьки-хаханьки.

И как вишенка на этот сладкий пирог под названием «итальянский муж» — это идеальный компаньон для походов по магазинам. Многие мужчины на шопинг и разглядывание витрин, примерку вещей и прочие, казалось бы, чисто женские радости тратят намного больше времени, чем женщины. Он сам везет жену в торговый центр на прогулку и первым заметит самое подходящее ей платье, терпеливо ждет у примерочной, заглянет сто раз, чтобы отпустить шаловливый комплимент. А то и вовсе в соседней кабинке будет мерить десятые джинсы.

Почему синьорины не спешат в синьоры. Итальянские женщины

Принцессы-лягушки

— Что, не любят нас итальянки? — наивно спросила меня знакомая, когда я приезжала погостить в Москву. Наивно, потому что итальянки в массе своей даже не думают о «конкурентках». Ни с Восточной Европы, ни с любой другой стороны. И не знают, что мы существуем. С детства итальянской девочке внушают, что она самая принцессная из всех принцесс. Что она самая красивая, самая сладкая, самая-самая уникальная, и мужчины должны очень постараться ради ее внимания.

Их воспитывают для того, чтобы они стали хорошей женой, хозяйкой, матерью. Но замуж они не спешат.

— Не верь тому, что говорит тебе парень! — учит любимую дочку итальянский папочка. — Смотри только на конкретные поступки и то, сколько он на тебя тратит.

Так что местные синьорины очень тщательно выбирают. Ведь мужчина, за которого они решат выйти замуж, согласно их внутренней установке, счастливец и везунчик. Поэтому они не очень-то доступны. А про выражение лиц у итальянок сами итальянцы говорят «merda sotto naso», в мягком переводе — «дрянь под носом». Как будто все вокруг — и люди, и вещи и события — не стоят даже кончика ногтя этой принчипессы.

А ведь назвать большую часть итальянских женщин красавицами довольно сложно. И это странно, ведь именно итальянские актрисы воплощают на экране эталоны женской красоты. На итальянском телевидении просто цветник какой-то, полуголых красавиц они суют в любую программу — от самой веселой до самой серьезной. Политика, футбол, ток-шоу об отношениях полов, кулинарная передача, интеллектуальная игра — неважно, даешь сексуальную красотку! Но понимать в красоте и отбирать действительно лучших для работы в кино — это одно. На экране — невероятные женщины! И совсем другие в реальности. По улицам итальянских городков ходят далеко не фотомодели. Увидите действительно симпатичную девушку, скорее всего, это из наших краев. Редко встречается по-настоящему красивая итальянка. Большинство же, извините за прямоту, просто страшные по нашим, российским, меркам. Профиль слегка лошадиный (на Севере) или глаза навыкате (на Юге), у многих почему-то проблемы с зубами, или неровные, или выросшие в несколько рядов, осанка часто неправильная, непропорциональные фигуры с жирком на боках. При этом все поголовно считают себя Мисс Совершенство! Ох, нашим бы женщинам хоть бы толику такой уверенности в себе, как у итальянок. Причем молодые итальянские девушки в первую очередь думают о том, чтобы им было удобно. Не красятся, не наряжаются. Уверенность в своей неотразимости, впитанная с младых ногтей, превращается в юности в мешковатую одежду, подчеркнуто асексуальный городской стиль, комфортные балетки или кроссовки. По итальянской логике, это мужчины должны всегда стремиться выглядеть неотразимо, из штанов выпрыгивать. Поэтому на улицах видишь массу роскошных и одетых по последнему писку моды и стиля мужчин. И не понимаешь, куда прячутся Орнеллы Мути с Мониками Белуччи. Местные девушки считают, что их красит молодость. На выход в свет она, конечно, оденется великолепно, идеально подберет и сумочку, и туфли, и аксессуары. Но в обычный день, когда едет на своем велосипеде, лучше быстренько поздороваться с ней и не вглядываться.

Донна в расцвете лет

Впрочем, именно итальянские женщины известны во всем мире как самые накрашенные, самые ярко одетые и влюбленные в нарочитую бижутерию. Просто к ним этот этап приходит с возрастом. В какой-то момент девушка или зрелая уже женщина (у всех свой индивидуальный час Х) вдруг начинает обращать внимание только на свою внешность. И начинается! Тогда она становится не просто ухоженной, а чересчур ухоженной. С каждым годом итальянская синьора становится все прекраснее и ярче. А самые стильные женщины в Италии — пенсионерки. Постоянно делают укладку, маникюр, педикюр, там брошка, здесь жемчужные сережки, пиджачок, элегантная юбка, платочек на шее повязан небрежно-очаровательно, сумочка по сезону, тщательный макияж и так далее. У пенсионерок ведь довольно бурная светская жизнь. Вот самый минимум: они ходят постоянно на все мессы, где их видят другие, они общаются на рынке, который случается три раза в неделю, еще синьоры ежевечерне постоянно гуляют друг с другом, встречаются на лавочках и обсуждают массу важных событий и сплетен, каждый день или через день ходят помогать в дом престарелых и ездят с другими пенсионерами в турпоездки, которые организует союз пенсионеров.

Когда у итальянской женщины наступает этап расцвета ее женственности и ухаживания за собой, то она уже не может остановиться. Итальянцы же максималисты-перфекционисты. Так что, по данным исследования компании Trend Monitor, Италия занимает третье место в мире после Южной Кореи и Греции по количеству операций, относящихся к эстетической хирургии. А чаще всего итальянки делают себе грудь. И хотя в 2011–2012 грянул кризис, в семьях резко снизились доходы, а расходы выросли, на количестве операций по грудным имплантантам это никак не сказалось.

В современной Италии говорят, что женщины становятся карьеристками. И им теперь не до семьи.

— Нет больше женщин, как раньше! — шутят мужчины.

Но на самом деле это пока лишь слабая тенденция. Итальянские донны по-прежнему ориентированы на семью. Карьерой у них называется просто по-настоящему работать. Наша соседка по дому, Мари, все время называла свою дочь карьеристкой, мол, из-за работы ей пришлось отлучить ребенка от груди. И я видела ее дочь — всегда приезжала важная и снисходительно улыбающаяся, мол, добрый день, соседи, так и быть. А потом я встретила ее в супремаркете в белом халате, она выкладывает товар на полках. То есть обычный мерчандайзер, ничего сверхкарьерного. А на данный момент в Италии самый высокий по Евросоюзу процент неработающих женщин в возрасте от 15-ти до 64-х — 48,9 %. Средний показатель по Европе — 35,7 %. Думаю, что большая часть домохозяек приходится на южные регионы, где и для мужчин-то работы немного. А южанки в принципе о серьезной работе как нормальном женском занятии не мыслят. Дом, дети, муж, еда — вот женские занятия для итальянки с Юга.

Карьеристка в настоящем смысле этого слова в Италии — это девушка творческих специальностей: актриса, фотомодель, телеведущая или певица. В бизнесе их крайне мало. Но после замужества и рождения детей у них карьера только идет в гору. Консервативные семейные ценности слишком популярны. И именно итальянские женщины стоят на страже нравственности. Если какая-нибудь итальянская дамочка начинает вести непристойный образ жизни, очень быстро получит ответную реакцию общества. Например, одна девушка из Баньоло, Лаура Маджи, стала вмиг популярной из-за реакции окрестных женщин на ее стиль жизни. Она устроилась работать барменом в обычное кафе. И стала одеваться чересчур откровенно. Нет, она не ходила с голой грудью. Просто подавала бокалы с пивом и мыла посуду с очень глубоким декольте и в мини, а иногда наряжалась в платья из секс-шопов, откровенные, провоцирующие, но все равно ничего уж такого особенного. В Саратове или в Самаре в жаркое лето и не так ходят. Хохотала с клиентами, флиртовала, как могла. Окрестные мужчины на аперитив старались прийти именно в этот бар. А благопристойные донны выступили с манифестом прекратить данное безобразие! Написали петицию в газету, и новость попала даже на центральные каналы. Лауру прославили на всю Италию, и теперь она знаменитость. В бар теперь едут еще больше клиентов. На своей страничке в Фейсбуке она постоянно выкладывает свои фото с рабочего места, вот она в розовом облегающем, вот в белом полупрозрачном, вот в черном с высоким разрезом… Ей все мужчины пишут, что она беллиссима, божественна и необыкновенно удивительна. Комплиментами они сыплют даже там, где можно было бы и промолчать. Ведь в реальности Лаура далеко не красавица. Так вот наслушаешься новостей, где рассказывают, что одна невероятная фотомодель в полуголом виде мешает коктейли, а посмотришь на фото и не понимаешь: где повод для популярности, скузи? Где повод для общественного возмущения вообще? Тем более она же не занимается проституцией, не танцует стриптиз на стойке.

Но просто зрелые синьоры следят за нравственностью. И им плевать, если так себя будет вести иммигрантка. Но итальянка не может и не должна нарушать общественные правила, иначе как минимум обмоют косточки на всех углах.

Почему мужчины итальянкам предпочитают иностранок

Постоянный контроль со стороны общества — это тяжелый крест коренной итальянки. Это нелегко, чувствовать себя под неусыпным наблюдением маминых подруг, папиных друзей, теть, дядь, кузенов и соседок троюродной бабушки. Все и всё про всех знают. Поэтому итальянская женщина с виду — само совершенство и вежливость, не подкопаешься. А что внутри — не догадаешься.

— Еще пять лет назад мы про иностранок думали, что они сплошь проститутки! — как-то разоткровенничался подсевший к нашему столику на празднике города 38-летний Франческо. — А сейчас многие мои друзья начинают думать так про итальянских женщин. А семьи создают с иностранками. Вы, иностранки, оказывается, честнее и душевнее!

Франческо развелся с первой женой и платит алименты на дочку 700 евро в месяц, а квартиру, которую он когда-то по глупости оформил на жену, она забрала себе, продала и даже не собиралась с ним делиться.

— У нас говорят про итальянок: «Закончились деньги, закончилась любовь!» — продолжал он. — А иностранки готовы тебе помогать и поддерживать. И сейчас я встречаюсь с полькой.

— Я для себя решил, что никогда не буду иметь отношения с итальянкой после третьего романа! — рассказал его друг Маурицио. — И даже мне нравилась одна, в магазине спорттоваров, и я ей нравился. Достаточно было пригласить ее вечером сходить куда-нибудь. Но только мысль о том, что это будет опять роман с итальянкой, что начнется все та же самая история с ее и моими родителями, прогулки вдоль озера, посиделки жестко во вторник, четверг и субботу с ее семьей в гостиной, посмотрели телевизор, в десять вечера со всеми попрощался и поехал домой. И заранее известно, что ожидать, как она будет себя вести, к чему клонить, и о чем пошутит ее отец, который знает всех твоих родственников по всем линиям. Ну уж нет, я езжу два раза в год в Бразилию, на Кубу или в Мексику. И там встречаю потрясающих девушек, с которыми все необыкновенно и непредсказуемо. И думаю, в следующий раз надо съездить в Россию. Давно мечтаю увидеть Кремль и Красную площадь. Кстати, у тебя есть подруги?

Впрочем, итальянки не в курсе этих настроений. Им поклонников хватает, хотя по статистике женщин на 2 % больше, чем мужчин. Но у женщин и средняя продолжительности жизни на 6–8 лет выше, так что каково реальное соотношение мужчин и женщин среднего возраста — неизвестно. Внешне создается впечатление, что молодых и, главное, холостых мужчин (до сорока) все же значительно больше.

Есть вот какие преимущества у славянских женщин перед итальянками.

— Стремятся подстроиться под мужчину, у россиянок более патриархальное мышление, мужчина — глава семьи и хозяин, русская женщина с мужем чувствует себя одним целым и в русско-итальянских семьях часто бюджет общий. В то время как итальянка может получить богатое наследство от одинокого дяди и тратить деньги на себя, на свои нужды, путешествия, дорогие наряды, а ее муж будет продолжать выплачивать кредит за их общую квартиру и жить по своим средствам.

— Итальянки более эгоистичны и эгоцентричны, понимать мужа не все стремятся. Больше думают о своих интересах и плевали они на мужа и его проблемы. Россиянки показывают больше эмпатии и нежности.

— Родители и кучи родственников у россиянки далеко, по-итальянски не говорят, значит, и головной боли меньше. И кстати, защитить при случае ее некому. Эта причина с двойным дном.

— Россиянка ничего не знает в Италии, она более зависима от мужа и крепче за него держится. Он себя чувствует сильнее и умнее в принципе, открывает ей новый мир.

— Славянки в целом красивее, но менее уверенны в себе, нет такого апломба, получается, как бриллиант со скидкой.

— Жена из России — это что-то новенькое, экзотика! Если мужчина не решается поменять свою жизнь кардинально, уехать жить куда-то в другую страну, то жена-иностранка может внести в нее разнообразие.

— И совсем не романтическая причина: на некоторые экземпляры как на мужчин среди местных дам никто не позарился, а на голодную иностранку он смог произвести впечатление тем, что из обеспеченной страны. Это мужчины, которые далеко не блещут фигурой, красотой и стилем. Поэтому они едут в бедные страны и привозят невесту оттуда. Чаще, конечно, встречаются африканские чернокожие леди в этом случае. Грубо говоря, старый и толстый страшный хмырь привозит себе молодую губастую негритянку, и они рожают двух или трех красивых детей. Но иногда удается и славянку подцепить. И если каждый в этом браке удовлетворяет свои основные потребности, то его нельзя назвать несчастным.

— Иностранку всегда можно отправить восвояси, если не сложится. И не пересекаться с ней в супермаркете или у знакомых, как с итальянкой из своего городка.

Создание семьи: чем позже, тем лучше

Еще пара десятков лет назад средний возраст женихов и невест был в районе 24–26 лет. Но в последние годы они стремительно взрослеют. Дело в том, что к свадьбе в принципе на Апеннинах отношение очень трепетное, хочется навсегда, на всю жизнь и по-настоящему. А не облизываться тайком на каких-нибудь «трой» (троя — женщина легкого поведения, разг. ) на обочинах. До свадьбы трои занимают главное и почетное место в личной жизни холостого парня на выданье. Он как минимум ходит на них смотреть в стрип-клуб.

Свадьба — важное событие в жизни итальянца, чуть ли не самое-самое важное. К нему готовятся задолго до того, как встретят суженую и суженого. Но современная тенденция у молодых — нагуляться как следует. И у женщин, и у мужчин. И вступать в брак, когда уже реально созрел. Да потом и развод — дело нервное, дорогое. Уж лучше встретить человека, с которым действительно хочется идти по жизни. Количество свадеб каждый год сокращается. Если в 1991 году было больше 300 тысяч за год, то в 2010, к примеру, зарегистрировано лишь 217 тысяч. Из них около 15 % — это свадьбы с иностранками.

Впрочем, многие не откладывают создание семьи, а создают, только неофициально. Входит в моду гражданский союз, когда двое живут нерасписанными, заводят детей, работают и смотрятся, как нормальные семьи. Хотя их все равно воспринимают как не совсем нормальных. Всегда подчеркивают в разговорах, мол, она ему не жена, она его компания, типа подруга жизни.

— А что, зачем мне тратить на свадьбу кучу денег, если можно жить просто так! — говорят сторонники гражданских браков. — К тому же, женщины больше уважают мужей, когда не расписаны.

В отличие от русских гражданских мужей, которые считают себя холостыми, пока штампа в паспорте нет, итальянский будет всегда указывать, что он женат. Это итальянка скорее будет считать себя свободной.

Помимо этого есть треть пар, которые собираются сыграть свадьбу, но когда будет возможность. Молодые люди встречаются 7–10 лет, потом начинают вместе жить и через какое-то время под нажимом родителей устраивают праздничный ужин.

И откладывают на попозже не только создание семьи, но и более важные вещи. Согласно данным Eurostat, в Италии стало на 5,3 % больше женщин, которые собираются завести первого ребенка лишь после сорока лет. Врачи по итальянскому ТВ бьют тревогу, рассказывают с экрана, что в 23 года каждая овуляция в 26 случаях может закончиться беременностью, а после 39 — только в 10, в 43 года шанс стать мамой — 7 из 100. Рождение детей почему-то у итальянок действительно дело нелегкое. То и дело постоянно слышу истории в окружении: то случился выкидыш на раннем сроке, то не получается уже который год забеременеть, и чуть ли не у всех итальянских знакомых на сносях перманентные проблемы с вынашиванием…

Свадьба или венчание?

В ожидании матримонии

Любовные отношения в итальянской традиции всегда начинались с помолвки. Сначала молодые несколько раз вместе выходили куда-нибудь, через какое-то время представляли друг друга своим родителям, а потом решали пожениться и заключали помолвку, то есть становились фиданцатами — женихом и невестой. Но это в русской традиции брак помолвленные заключали спустя год. Итальянские влюбленные полвека назад в среднем выжидали минимум по 3–4 года, а то и по 6–7 лет. Сейчас официально уже никаких помолвок почти не заключают. Фиданцатами называют друг друга чуть ли не с первого дня знакомства, даже если и не планируют жениться.

— У меня в Бразилии была фиданцата! — рассказывает один итальянец другому. Просто жил с девушкой неделю, понимаешь.

Раньше помолвленные почти не занимались любовью до свадьбы, очень мало кто позволял себе лишнее. Брачная ночь действительно была первой ночью влюбленных. Но с годами помолвка стала означать разрешение на близкие отношения, при этом длительность помолвки увеличивалась. Сейчас не редкость пары, которые вместе уже десять лет и еще не знают, когда будут играть свадьбу. Ситуация доходит до абсурда. Одна знакомая пара уже создала совместный бизнес, спустя девять лет после помолвки они наконец поженились, поехали в свадебное путешествие, вернулись и подали на развод. Сейчас их бизнес процветает, хотя оба уже давно в браке с другими людьми. Но за первые годы они так сроднились, что их отношения уже напоминают братско-сестринские.

Свадьба, или матримония — событие, к которому готовятся очень тщательно. Можно расписаться в мэрии (коммуне) либо венчаться в церкви. И то и другое — официально. Но для того, чтобы просто расписаться в коммуне, достаточно подать заявление за 11 дней до даты, хотя молодожены к свадьбе начинают готовиться как минимум за год. Расписывают в рабочие дни. В обычной обстановке бесплатно. В торжественном зале с украшениями и музыкой — 200 евро. По атмосфере это действо напоминает подписание контракта, с зачитыванием кусков из Конституции. И длится минут десять от силы.

Чтобы обвенчаться в церкви, нужно подавать документы за пару месяцев, причем церковная канцелярия более дотошная и щепетильная. Помимо кучи документов с молодыми ведет беседу священник, просит подписать документы о том, что они осознают ответственность, они должны заполнить анкету, в которой есть вопросы, вступаете ли вы в брак по любви или по расчету. Или вас заставляет кто-то? Надо раскрыть душу в этой анкете и написать всю правду! Венчание, конечно, более красивая церемония, более возвышенная, пафосная и длительная — около часа минимум. Большинство тех итальянцев, кто решают жениться официально, устраивают венчание. Религиозный брак намного сложнее расторгнуть, но ведь и женятся вроде как на всю жизнь.

Свадьба по-итальянски

Это больше разговоров, расходов и ажиотажа, чем реального веселья, к которому привычны россияне. Ни тамады, ни цыган, ни игр, ни особых танцев до упаду, ни витиеватых тостов, ни тем более криков «горько!» на итальянской свадьбе вы не встретите. Матримония, во-первых, длится всего один вечер. Это просто торжественный ужин. Днем церемония, после которой молодых обсыпают рисом, лепестками роз и монетками, потом аперитив в доме жениха, затем ужин в ресторане. Все неторопливо, красиво, вальяжно. С толком, чувством, расстановкой. Для русских это даже скучноватое мероприятие. А вот свадьба Нелли и Луиджи, на которой я познакомилась со своим супругом Роберто, была довольно насыщенной. Видимо, потому что невеста русская. Свадьба проводилась в старинном замке на холме в Лонато, роскошной местности неподалеку от озера Гарда и сказочного туристического городка, поселка миллионеров и дорогих девушек-стриптизерш Дезенцано. Это была гражданская роспись. Чиновник из мэрии приехал в замок, с лентой в цветах итальянского флага наперевес и почему-то украинским переводчиком, говорящим с акцентом.

У итальянской свадьбы строгий протокол. Первый этап — роспись, второй — фотографирование на лужайке. Затем у гостей свободное время. Они ходили по замку, беседовали, некоторые заглянули даже на рыцарскую выставку внутри. И вот настало время аперитива на другой лужайке. Аперитив — это мелкие и очень вкусные самые разнообразные и диковинные закуски, которые выставлены в гигантском количестве на общем столе. На аперитив молодожены всегда стремятся удивить гостей и заказывают у шеф-повара что-то необычное, чего многие еще не пробовали. Играет музыка, все пьют спуманте и общаются. Еды столько, что реально уже можно наесться. Но это только начало. Потому что, дорогие читатели, итальянская свадьба, по сути, это торжество желудка, спектакль с представлением из трех-четырех-шести и более перемен блюд. Аперитив плавно перетекает в этап «ужин», все садятся на круглые столы, и начинается! Не просто ужин, а гала-ужин!

Итальянцы так любят поесть, что тамада им не нужен, шутками они себя сами развлекают, и основное сопровождение — музыкальное. Как правило, музыка живая, и нередко сначала поет приглашенный певец, а через какое-то время к микрофону выходят гости. Главное развлечение на итальянской свадьбе — это караоке, но поют они в самом деле очень хорошо.

На этой конкретной свадьбе гости еще и много танцевали. Наверное, потому что была весомая часть русских. Поэтому и синьоры решили не ударить в грязь лицом. А вот мой будущий супруг первый раз в своей жизни здесь танцевал. Потому что танец был единственным способом общаться со мной. Я на итальянском знала лишь два слова «ассолютаменто джусто» (совершенно верно), постоянно произносила, смеясь, только эту фразу. И общение, надо сказать, со всеми итальянцами получалось довольно оживленным. Роберто плохо говорил на английском, зато от волнения вставлял испанские слова. В надежде, вдруг я говорю на испанском, которым он владеет в совершенстве. В общем, он пригласил меня на танец и, когда получил ответ «si», растерялся и, как рассказывал потом, по пути на танцплощадку внутренне начал молиться. До этого никогда не танцевал ни в паре, ни вообще. Что ж, то ли это молитва подействовала, то ли искусство танца у них в крови. Но вел он мастерски.

Этап торжественного разрезания свадебного торта молодожены совместили с грандиозным салютом. Ахнули даже много чего повидавшие в жизни синьоры. И, казалось бы, после этого самое время пуститься в настоящий пляс и угар! Но не тут-то было. Когда гости съели торт и другие сладости, с вином опять же, никакого чая, господа! — наступает этап «Дижестионе», то есть приносят либо кружечку крепкого кофе, либо рюмку очень крепкого напитка — граппу или лимончелло. Посидели пять минут и по машинам, по домам. Гости начинают расходиться и перед тем, как уйти, получают от молодоженов в подарок бомбоньеры. Это нечто особенное, что должно напоминать гостям о прекрасной матримонии этих двух влюбленных голубков. Бомбоньерами могут быть статуэтки, вазочки, оригинальные композиции искусственных цветов со стеклянными украшениями. Это всегда повод выделиться. Бомбоньеры дарятся в красивой коробочке, перевязанной шелковым бантом с вшитыми в него конфетами, чтоб молодоженам сладко жилось. Но это в классической постановке. Бывает, молодожены дарят гостям вино или оливковое масло. А на одной свадьбе молодые вручали каждому гостю милую открытку, на которой написали, что 15 евро, которые они должны были потратить на бомбоньеру для него, были отправлены в помощь голодающим детям Африки. О, это произвело фурор! Пришел на свадьбу и автоматически поучаствовал в благотворительности, какая красота!

Отдельно надо сказать о традиции вручать подарки. Их дарят заранее, до свадьбы. Приносит на дом курьер. А также есть обычай слать домой к молодоженам роскошные живые композиции в горшках. Белые орхидеи, лилии, розы. Все это повязано ажурными бантами, с прикрепленными пожеланиями любви и счастья.

Дарят, как правило, дорогую посуду и украшения. Но в наше прагматичное время все чаще говорят, что вам нужно, то и подарим. Ведь молодожены часто уже давно живут вместе, и посуда может быть им не нужна. И тогда можно сказать гостям, мол, нам ничего не надо, и они в массе своей автоматически понимают, что речь идет о подарке деньгами. У итальянцев принято дарить что-то одно: либо деньги, либо подарок. А после свадьбы, на следующий день, молодожены отбывают в свадебное путешествие к морю, белому песку и новому этапу своей жизни — семейному.

Дети — цветы жизни

В Италии детей любят. Обожают беременных, которых просто заваливают кучей вопросов и комплиментов. Ах, ке бель панчонэ, только и слышит беременная. Переводится — какой красивый животик. Попробуй услышь подобное замечание в московском метро! Новорожденных малышей сразу наряжают в разноцветные костюмчики и начинают таскать везде, где только можно. Вокруг коляски перманентно собирается восторженная толпа с возгласами, ах, ке белль пататоне, ке белло бамбино, танти комплименти, аугури! Это классический набор слов в адрес родителей малыша как минимум до года, дословный перевод: какая чудесная картошечка, красивый ребенок, мои комплименты, поздравляю! Детей называют ласково «потата» — картошечка, картофелинка. И некоторых русских мам это поначалу даже шокирует.

— Она обозвала мою маленькую дочку картошкой! Кошмар! — негодовала одна знакомая. Она еще не знала, что скоро сама начнет ее так называть. Потому что это наиболее распространенное ласковое слово в адрес детей.

Когда в доме рождается малыш, то на дверь вешают розовую или голубую шелковую композицию в виде огромного цветка. И все дополнительно родителей поздравляют, радуются. Но при этом рождаемость в Италии одна из самых низких в Европе. Масса семей не могут никак забеременеть. Или откладывают этот момент, а там становится и вовсе поздно. Поэтому в этой стране самый мягкий иммиграционный климат по сравнению с другими странами ЕС. Пополнение населения происходит больше за счет «понаехавших», чем естественным образом.

Одним из популярных способов решить проблему отсутствия детей является усыновление. В 2011 году гражданами Италии было усыновлено/удочерено 4022 ребенка из 57 стран мира, что на 108 меньше, чем в 2010 году. Это связывают с кризисом, но при этом отмечают, что прогнозировали худшую ситуацию, планировалось снижение как минимум на 10 %. Такие данные обнародовала Комиссия по международному усыновлению. На первом месте в качестве страны происхождения усыновленных детей находится Россия: в 2011 году 781 российский ребенок обрел семью на Апеннинах, что на 74 больше, чем в предыдущем году. Затем следуют Колумбия (554 человека), Бразилия (304), Украина (297), Эфиопия (296) и так далее.

В среднем в современной итальянской семье два ребенка. Три — уже редкость.

Усыновленных детей принимаются наряжать и всячески баловать. Италия — это детский рай. Все торговые центры созданы для пар с детьми — там масса детских комнат и развлечений. Игрушки на любой вкус, именно в Италии находятся мировые гиганты — производители товаров для детей. С детьми можно гулять, есть о чем щебетать и чему умиляться. К детям здесь долго готовятся, зато как обзаводятся, только о них и все разговоры.

Когда детей отбирают?

В Италии не действует ювенальная юстиция. Тем более так масштабно, как во Франции или в Америке. Но случаются и такие истории, когда органы опеки забирают детей из семьи. Например, печальная история произошла в итальянском городе Тренто, где у одной женщины сразу же после родов отняли ребенка из-за того, что она зарабатывает лишь 500 евро в месяц. Когда суд по делам несовершеннолетних начал процесс о передаче малыша на усыновление, это вызвало немало споров и дискуссий в Италии. Молодая итальянская мама, несмотря на предложения прервать беременность, решила оставить ребенка и выносить его до конца, а в связи с тем, что ее экономическое положение не позволило бы ухаживать надлежащим образом за младенцем, она попросила совместную опеку. Судья сразу же после родов принял решение забрать ребенка у матери. Притом, что это женщина, у которой нет проблем ни с наркотиками, ни с алкоголем. Представитель судебной власти предложил провести экспертизу на предмет родительской пригодности женщины, которая к тому временем окончательно потеряла возможность кормить грудью своего малыша. Психолог Джузеппе Распадори, который подал жалобу на этот вопиющий случай, дал комментарий СМИ:

— Методы по разлучению ребенка с матерью, применяемые судом по делам несовершеннолетних под предлогом родительской непригодности, являются научным злоупотреблением. Это настоящее издевательство, поскольку молодая женщина, у которой было отнято право быть матерью сразу же после родов, в таком случае увидит своего малыша только через восемь месяцев, пропустив такой важный период начальной стадии привязанности и грудного вскармливания. Неужели все это можно назвать защитой несовершеннолетних? Экономические проблемы не могут влиять на способность женщины быть хорошей матерью.

Но это случай из ряда вон. В принципе, власти не вмешиваются так уж бесцеремонно во внутреннюю жизнь семей, только в крайних случаях, о которых тут же докладывают в новостях. К примеру, однажды рассказывали, как трехлетняя девочка осталась дома одна, проснулась, умылась и пошла сама в детский сад. Профпригодность ее родителей тут же была поставлена под вопрос. Есть закон, согласно которому дети до 18 лет (и недееспособные старики) не могут оставаться одни.

Про все случаи родительской безответственности рассказывают в новостях. И потом дружно обсуждают за ужином вопиющее безобразие и нерадивость папаш и мамаш. Самый страшный случай был в декабре 2011-го, когда папаша «забыл» маленькую дочку в машине, под солнцепеком, и она задохнулась. Вся Италия горевала над малышкой, и папу привлекли к судебной ответственности. Другой случай безответственности произошел с 36-летней женщиной, которая оставила в автомобиле почти на два часа своих детей, двух близнецов по 11 месяцев. А сама отправилась в близлежащий бар для того, чтобы развлечься в видеопокер. Случай произошел недалеко от Рима, в Тиволи. Причем она взяла с собой в бар старшую двухлетнюю дочь, а малышей оставила в машине, приоткрыв слегка окна. Одна из прохожих обратила внимание на плачущих детей, которые уже были красные и вспотевшие, вызвала карабинеров. Полицейские были шокированы, узнав, что это уже второй случай за один месяц, когда женщина оставляет детей в машине, чтобы поиграть в видеопокер: первая жалоба на нее была зарегистрирована 3 июня 2012 года в Риме. На этот раз в свое оправдание итальянка заявила, что «все было под контролем, поскольку она часто выходила из бара, чтобы посмотреть на них». Однако свидетели происшествия утверждали иное. Осмотр медиков показал, что с близнецами все в порядке, а вот их мама теперь обвиняется в заведомом оставлении без помощи лиц, находящихся в опасном для жизни или здоровья состоянии. Дети временно были переданы в семейный детский дом в ожидании решения суда по делам несовершеннолетних.

Вообще, конечно, суды по детям в Италии — это загадочная субстанция. У одной ребенка отбирают, потому что она получает меньше 500 евро в месяц, а другим бедным, наоборот, помогают. Суд небольшого городка Тольмеццо (Фриули-Венеция-Джулия) присудил итальянке алименты в размере 150 тысяч евро на содержание шестого малыша, которые должна выплачивать больница в Сан-Даниэле-дель-Фриули, где женщина рожала последнего ребенка. В 2004 году дама после рождения пятого ребенка решила прибегнуть к хирургической стерилизации, чтобы больше не иметь детей. Медики этой больницы провели ей операцию по перевязке маточных труб. Однако женщина забеременела снова. Мать уже пятерых детей решила оставить все же и шестого ребенка, потому что аборт — это страшный грех. Но одновременно подала в суд жалобу на санитарную службу. И вот через четыре года юридических баталий было принято решение, в соответствии с которым больница должна содержать шестого ребенка многодетной матери до достижения им экономической независимости.

Мамочка — либо превозносят, либо ни в грош не ставят

«Чем отличается итальянская мама от бультерьера? Тем, что бультерьер рано или поздно ослабит хватку, мама — никогда!» — шутят про итальянских мам. Но сами итальянцы радостно находятся под маминым каблуком чуть ли не до собственной пенсии. И не видят в этом ничего зазорного. С одной стороны, есть экономическая причина того, что молодежь долго живет с родителями. По данным исследования Bankitalia, почти 60 % итальянцев в возрасте от 18 до 34 лет продолжают жить с родителями, а в возрастной группе до 24-х лет этот показатель достигает 90 %.

Но феномен «маменькиных сынков», являющихся достаточно взрослыми людьми, на Апеннинах давно уже превратился в эпидемию. Треть вполне зрелых людей продолжают жить со своими родителями и не имеют своего дома, еще треть имеют собственное жилье, которое им купили родители или они получили в наследство, но продолжают часто ночевать в родительском доме. Лишь оставшаяся треть молодежи довольно самостоятельна, это зачастую те итальянцы, которые рано покинули отчий дом и уехали за границу или в столицы за успехом. Но вообще ситуация в отношениях с мамами абсурдна. Причем именно связь мамочка-сыночек. Даже те итальянцы, что живут отдельно, остаются под родительской опекой. В одной компании я как-то пообщалась с привлекательным мужчиной, 49 лет. Историк, доктор наук, работает в университете. Он был очень удивлен, когда узнал, что в нашей семье мы встаем в девять утра.

— Надо вставать в семь! — затрепетал он. — У нас в Италии так. Ведь самый свежий хлеб, молоко и сыр привозят рано утром. Моя мама всегда так делает и до сих пор встает рано, потому что надо сходить на мессу и купить продукты. Хотя папы уже давно нет с нами, а я живу отдельно.

Но это он только на словах живет отдельно. По любому вопросу доктор звонит своей маме, она убирает в его квартире, забирает из бельевого ящика грязные вещи и приносит уже чистые, наглаженные и раскладывает по местам. Когда ему что-то нужно найти в собственном доме, он звонит маме и спрашивает, мол, а где у меня макароны. Он до сих пор не женат, но в активном поиске дамы сердца, которая будет похожа на маму.

Я обрисовала портрет не какого-то выдающегося субъекта, а вполне вписывающегося в классические рамки итальянского парня на выданье. Ну, условно, парня, конечно. Хотя эти ребята, пока не женились, числят себя юнцами. Согласно статистике, 48 % итальянских мужчин в возрасте от 18 до 39 лет предпочитают жить со своими родителями.

Не редкость, когда 40-летний холостяк едет на отдых с мамой, без конца выполняет ее поручения, а она возлежит на шезлонге и трещит по телефону.

Итальянские мамаши, особенно те, кто остаются без мужа, подсознательно не хотят отпускать своих сыновей во взрослую жизнь. И закармливают, замучивают своей заботой. А взамен требуют внимания и полного подчинения. К мамам здесь особое трепетное отношение, но имеет и оборотную сторону. Потому что однажды это ужасно достает. Однажды любой маменькин сынок вырастает и хочет личного пространства. Мамы бесцеремонно лезут в личную жизнь своих «мальчиков». И надо отдать им должное, что мальчики, если что, чаще все же встают на сторону жен. Хотя, безусловно, многое зависит от манипулятивных талантов и степени одиночества мамаши. С некоторыми лучше никогда не связываться.

Есть и другой тип итальянских мам — добрые, ласковые и безропотные, кухонные рабыни, словно женщины из недалекого прошлого, когда в ходу была поговорка «встал с утра, дай три пинка жене и считай, что день удался». Этих и свои собственные дети в грош не ставят. Как обычно, кто громче и стервознее, тех и уважают больше.

Но новыми красками итальянская мама начинает играть, когда становится свекровью. Это и смех, и грех, и опера с комедией положений.

Чем итальянская свекровь отличается от русской

Когда итальянец женится, его мама счастливо смотрит на невестку, вежливо улыбается и… не считает за человека, у которого есть право голоса вообще. Как если бы в дом взяли милую собачку или кошечку. Итальянская мама уже давно забыла, как она когда-то была молодой. А главой семьи и самой важной женщиной в жизни сына по-прежнему считает себя. Причем, когда невестка русская, это еще удобнее. Ведь она может не понимать, что о ней говорит свекровь, можно чувствовать себя свободной! Впрочем, лучше дать слово самим русским невесткам. Вот какими впечатлениями они делятся с «коллегами»:

— Особенно меня бесило, как она про меня гадости говорила на диалекте, думая, что я не говорю по-итальянски, а я даже диалект разбираю, в Лечче он схож с португальским языком, который я отлично понимаю.

— Моя нормальная, во всем помогает, приветливая, но есть три вещи, которые мне лично ну очень мешают в ее адекватном восприятии! Первая: и я, и муж двести раз ее просили не разговаривать со мной на этом гадком бергамасском диалекте. Я ничего не понимаю, это раз, и два — это жутко мешает мне учить разговорный итальянский. Нет, блин, болбочет и болбочет! Вторая: ну просто невозможно слушать, как она, прочитав за всю жизнь какую-то книжонку дочки русских эмигрантов, пытается с глубокомысленным видом рассуждать о России, СССР, перестройке и, что хуже всего, о блокаде Ленинграда!!! В Италии вообще особенно невежественны женщины где-то после сорока и до бесконечности! Их в молодости учили, как плошки с чашками по дому красиво расставлять и кости всему живому перемывать, а книги хорошие мимо прошли! И третье: раньше все время ужинали у его родителей, сейчас мне эта вся родня до чертиков надоела. Его отец только и делает, что пытается вывести меня из себя, а свекровь постоянно разговаривает с набитым ртом, успев только зажать пищу между губами и… начинает тараторить. Да и не чувствуешь себя независимой. Решила, что все, хватит! Ужинаем у себя дома, вдвоем. Все было бы хорошо. Но не успеваю я войти в квартиру после работы, как его мама уже что-то тащит нам на ужин, мол, сынок бедненький ничего не ест.

— Моя же постоянно занимается обустройством нашей квартиры: занавески нужно поменять, потому что они с новой мебелью не катят, или покрывало, а то еще и бывает, что она говорит: нужно бы белье постельное сменить/постирать. Я все это и так делаю вовремя, но без лишних слов. Просто беру и делаю! Мать его опережает меня своими советами и указаниями на пару часов, и получается так, что я делаю это все только после того, как «мама сказала». Ужасно противно!

— А моя вечно говорит обо мне в лицо моему мужу что-нибудь в третьем лице, хотя я тут рядом стою. Нет, повернется ко мне спиной и «она, она, она». Не так уж и сложно назвать по имени.

Все вышесказанные замечания — это обычные, нормальные претензии к итальянской свекрови. Могу подтвердить, как обладательница личной итальянской свекрови. Я зову ее Фуфи, так же, как и мой муж. Здесь часто зовут мам по-домашнему, сокращенному имени. Причем и мне имя сократили на свой лад. Была Татьяной, стала Татти. Так вот: моя Фуфи тоже на своем брешанском диалекте постоянно болобочет, хотя может говорить на нормальном итальянском. Однажды это даже вывело из себя Роберто. Когда она, чтобы что-то мне рассказать, начала говорить ему на брешанском, чтобы он мне перевел на итальянский. Абсурд! Кроме того, совершенно нормально было поначалу проснуться утром в собственной семейной квартире от того, что к нам в дом притащилась Фуфи, открыла дверь своим ключом и стала будить, мол, хватит спать, восемь утра уже, я вам такая добрая бриошей принесла. И ей в голову не приходило, что это наша личная территория, что мы молодые люди, которые недавно поженились, и она попросту может не вовремя прийти. И ей неинтересно, во сколько кто лег спать. Согласно логике синьоры, ты, как оловянный солдатик, должна вскочить и немедля начать шуршать по хозяйству. И чтобы, видимо, подать пример, Фуфи брала веник или пылесос и принималась за самое главное женское занятие. Бесцеремонно, в восемь утра, пока мы еще в постели… Пока однажды муж ее особенно жестко не «послал». Ну жестко, конечно, в итальянском стиле:

— Мама, оставь нас в покое, дай поспать.

Фуфи обижалась, уходила, хлопая дверью. Через час уже звонила как ни в чем не бывало.

Но через какое-то время перевоспиталась, слава богу, перестала каждое утро заглядывать и смотреть, как там ее дети.

А если разобраться, лезть во все дела в любое время дня и ночи — это нарушение всех мыслимых и немыслимых личных границ своего взрослого уже ребенка. Просто неуважение. Так вот итальянские свекрови грешат этим особенно часто. Итальянки тоже воюют со свекровями, причем у них все гораздо кровопролитнее. Наши русские жены смиряются или просто закрывают глаза на какие-то вещи. А итальянские, с их манией величия, вступают в бой.

Но плюс у итальянских свекровей в другом: они часто учитывают претензии к ним. Пусть не с первого раза, но постепенно. Ведь в каждой из них живет девочка с комплексом отличницы и хочет быть самой лучшей свекровью. Еще у них реально можно научиться много чему полезному — готовить, ухаживать за вещами (у них и через полвека вещи как новые, это настоящее искусство, в самом деле!), искусно манипулировать мужчинами на примере того, как она общается с сыном и своим мужем.

— Я так устала! — приговаривает итальянская мама всегда. — Я перемыла всю квартиру, перестирала, пересушила, перегладила…

Когда она начинает со вздохами перечислять, что она сделала по хозяйству, кажется, будто ни на секунду не присела. Они действительно постоянно драят свои музеи, но не то, чтобы напрягаются. Скорее напрягают домашних, чтобы те все клали на место и убирали за собой. Но как простое перечисление того, что ты сделала, и сетование на то, как устала, повышает твой авторитет в глазах мужа и детей, вы себе не представляете! Это то, чего российским женщинам, привыкшим молча совершать подвиги, спасать коней и горящие избы, не хватает.

— Ах, что-то я себя плохо чувствую, — сама прилегла и начала оглашать список приказов и поручений домашним.

Заставить бегать всех вокруг себя — идея фикс многих свекровей.

— Ах, милая, сделай мне вежливое одолжение, — с милой улыбкой обращается она к невестке, а затем просит сделать то, что и сама в силах.

Впрочем, относиться к ним в любом случае следует с любовью и юмором. Потому что от любви они тают, а войны с невесткой ни одну свекровь не красят. Не дай бог, что соседки скажут!

Что особенно шокирует русских жен

Разница культур

Мы привыкли думать, что за границей все лучше. А уж в Италии тем более должны быть все поголовно воспитанные и высококультурные. Еще бы, страна с такой древней историей, где самые красивые песни, одежда, музыка, картины. И вот приезжает русская девушка в Италию и с удивлением обнаруживает, что местные синьоры не знают даже половины того, что она знала и читала уже в подростковом возрасте. Книг в итальянском доме раз-два и обчелся. И то половина будут кулинарные, а вторая половина — религиозные. Высшее образование здесь получает лишь около 30 % населения. Некоторые из этих людей — настоящие сливки человеческого общества. Потому что итальянец, если чем-то занимается, то делает это очень хорошо. И если он выбирает интеллектуальную профессию, его познаниям можно будет позавидовать.

Но для основной массы населения при всей их любопытности и желании везде сунуть нос глубокие и широкие знания — совсем не цель жизни. Они стремятся разбираться только в чем-то одном. Вот он печет хлеб, он разбирается до мельчайших нюансов в хлебопечении, делает или продает вино, может часами очень красиво рассказывать о типах вина и виноделии. Но все, что за рамками его профессии или интересов в жизни, даже слушать не будет. Из вежливости послушает минуту, наденет на лицо маску «как интересно» и даже не запомнит ни слова из твоего рассказа.

Шокирует, когда узнаешь, что они не знают голливудских актеров первой величины, собственных классиков литературы и исторических дат.

— Представляешь, — говорит мне как-то муж, когда мы пошли с ним на выставку, — этот синьор рассказывает, что Рафаэль умер, потому что ему изменяла любовница!

— А ты был не в курсе? — удивляюсь я. И рассказываю ему более подробно историю жизни Рафаэля, какие есть гипотезы его смерти и так далее. Я в школе писала когда-то реферат на эту тему.

— Откуда ты все это знаешь? — дико удивился он. Пришлось сослаться на два высших.

«Книга — лучшее место для заначки в итальянском доме!» — пошутила как-то одна приятельница.

Шокирует, что в стране, где одна из самых богатых культур в мире, невежество возведено в абсолют. Но это не мешает им считать себя чуть ли не самыми умными людьми на Земле.

Вот, к примеру, многим здесь кажется, что за пределами Италии готовить не умеют. Одна знакомая, которая вышла замуж за итальянца в свои 48 лет, то есть уже в довольно зрелом возрасте, была поражена, когда сестра мужа начала ее учить резать лук и помидоры. Сейчас я тебе покажу, как это делается.

— Дорогая коньята (так называется сестра мужа по-итальянски), — ответила знакомая, — не волнуйся, я умею, в России есть и лук, и помидоры. И не поверишь, там тоже готовят.

Еще шокирует строгость жизненного уклада. Обедать и ужинать садятся строго по часам, минута в минуту. На Севере, к примеру, обедают в 12, на Юге — в 13. Конечно, у каждой семьи есть свое время, плюс-минус полчаса. Но его соблюдают маниакально. Выдрессировали так своих домочадцев итальянские мамы и жены. Даже если не хочешь есть, должен сесть за стол. Зато если приспичило перекусить в промежутке — удивляются и с большим глазами спрашивают, мол, кто ест в такое время? Когда я только переехала в Италию, первое время хлебнула всех «прелестей». Ужинать мы должны были каждый день ходить к «нашей» маме Фуфе, она живет на соседней улице. Роберто заканчивал работу и ехал сразу к ней. А я должна была прийти к ней из нашей квартиры. И если я не оказывалась на пороге ее дома в 19.30, она уже звонила на мобильный. Как будто сидела с секундомером! Я всегда знала, что ровно в 19.30 позвонит телефон, и строгий голос свекрови тоном, не терпящим возражений, задаст один и тот же вопрос:

— Как так может быть, что ты еще не здесь?!

Будто опоздать на три минуты недопустимо, кастрюли сбегут. Меня это забавляло, хотя иногда, честное слово, нервировало. К примеру, я пишу статью (а я по-прежнему работаю для своей газеты «Комсомольская правда» дистанционно), и мне не до ужина, есть я не хочу, а вдохновение — штука капризная. И вообще хотелось бы стать наконец нормальной женой, самой встречать мужа дома с ужином, а не тащиться, как будто бедные студенты, кушать к маме. Обоим за тридцать, взрослые люди. Конечно, однажды я поставила ультиматум, что мне все эти двухчасовые посиделки по вечерам в гостях у говорящей на диалекте Фуфи поднадоели. Иногда можно прийти в гости к родителям, но постоянно — это уж перебор. И оказалось, что у мужа это настроение созрело уже очень давно. Он с радостью объявил маме, что теперь мы будем ужинать у себя. Просто раньше не решался пойти против устоявшихся годами правил, это не в итальянских традициях. Да и какой смысл отказываться от готовых вкусных ужинов, когда живешь один?

Сама непосредственность

Но с культурными различиями еще как-то можно смириться. А вот непосредственность итальянцев в физиологическом смысле приводит поначалу в ступор.

— Однажды захожу в баньо (совмещенный санузел. — Авт .), муж чистит зубы, — рассказывает одна русская, недавно переехавшая в Италию. — А его мама сидит на унитазе и делает свои дела. И дверь открыта, спокойные такие, еще обсуждают что-то. Я в полном стрессе вылетаю оттуда, меня буквально затрясло. Когда они оба оттуда вышли, я их спрашиваю: «По-вашему, это нормально вообще?» Я всегда дверь на ключ закрываю, мне стыдно, это же интимные вещи. У них глаза по пять копеек. А что, мол, такого? Но это же никакого уважения ни ко мне, ни к собственному сыну. Свекр тоже не понял, в чем моя претензия. Глазами луп-луп вся семейка, ну дикие люди!

Но границы интимности в итальянской семье очень размыты. Подтрунить над тем, как кто-то из членов семьи пустил газы, еще и посмеяться над этим — нормально. Громко через двор, с балкона на балкон, обшутить с соседками белье невестки — в порядке вещей. Как и масса других моментов вроде начать обсуждать за столом с близкими подробности своего пищеварения и туалета, прилюдно сморкаться и прочее, прочее. Что в России совершенно личное, и с доктором-то некоторые стесняются говорить на эти темы. А простые итальянцы настолько просты и непосредственны, как дети. В каждой семье, конечно, принято по-разному, есть и более воспитанные, в нашем понимании. Но то, что по российским меркам попираются элементарные нормы поведения в обществе — шокирует дико.

— Из женского пола на ужине была только я и одна моя приятельница итальянка, — рассказывала на русском форуме наша соотечественница. — А остальные мужчины. В середине ужина она заявила на весь стол, что поест побольше красного мяса, так как у нее менструация. И захохотала! А я чуть не упала!!!

— У меня в консерватории учительница английского языка (итальянка около 50 лет) дает упражнения для перевода, — написала другая. — И после чего громко говорит: «Ну а я иду делать пи-пи!» Потом возвращается и говорит, так, я «пи-пи» сделала, теперь проверим, что вы перевели… На каждом уроке! Поэтому я просто придумала ей прозвище «пипилла». И после этого меня ее фраза не раздражает, а забавляет.

Впрочем, к этим особенностям своих новых итальянских родственников можно относиться только с юмором и терпением. Они поддаются дрессировке, если что. И если говоришь мужу, что для тебя это ненормально, и не надо так делать, то через какое-то время он подстраивается под твои нормы. Что ж говорить, даже толстокожая моя Фуфи выучила несколько русских слов. И говорит со мной на нормальном итальянском теперь. И в дом без предупреждения с утра не приходит. И если мы должны прийти на обед или на ужин, радуется, что в принципе пришли, а уж опоздали или нет — уже неважно.

Я до нее долго, но спокойно и мягко, с улыбкой доводила мысль о том, что теперь не только она главная женщина в семье, но и я тоже. Доходило как до верблюда, но дошло.

Как любовь к путанам уживается с семейными ценностями

Физиологичность итальянцев проявляется еще и в том, что им очень нравится образ продажной женщины. В итальянском языке куча слов, которые обозначают древнейшую профессию. К путанам испытывают целую гамму чувств: их жалеют, ими интересуются, про них рассказывают занимательные душещипательные истории. Во всем мире эта профессия вызывает любопытство, но в Италии особенно острое.

— Представляешь, одна девушка-албанка родила ребенка, а когда ему исполнилось три месяца, у нее его выкрали ее знакомые албанцы и заставили стать проституткой, если хочет видеть малыша, — пересказывают горожане друг другу в подробностях историю из газеты. — И она расплакалась перед одним из клиентов, рассказала все, тот не стал с ней спать, а отправился в полицию, и этих албанцев схватили! Девушка и ребенок спасены!

Мужчины в этой истории сразу примеряют роль спасителя на себя и сознаются, что это слишком смело.

— А потом эти албанцы выйдут из тюрьмы и куда они первым делом отправятся? К тому, кто сдал полиции! Так что мужчине дополнительный респект!

Путаны стоят вдоль дорог, и их всегда с любопытством разглядывают. Они очень красиво наряжены, как с картинки, сидят в своих машинах или стоят, призывно облокотившись на капот. Им даже завидуют.

— Если бы я был женщиной, то стал бы путаной, — шутит один знакомый. — Представляешь, они за день получают 300 евро как минимум. Одно сплошное удовольствие, и никаких налогов.

Полицейские не ловят путан. Они ловят их клиентов. Некоторые женщины работают наживкой в итальянской полиции. По крайней мере, ходят такие слухи. Поэтому только самые смелые ходят к уличным девушкам. И только к тем, про кого точно знают, что эта дама работает по профессии. А главное, что это точно дама, а не транссексуал. В Италии огромное количество бразильских переделанных в женщин парней, которые приехали на заработки. Однажды в декабре был сильный туман, холодина, дождь стеной, мы ехали вдоль дороги. Зябко, влажность невероятная. Хотелось поскорее домой, к камину и глинтвейну. И вдруг фары высветили на обочине кругового движения точеную женскую фигуру с красивой грудью, в откровенном леопардовом купальнике, раскрытой шубе и с огромным зонтом. На высоченных каблуках. Это был транссексуал, уж не знаю, под каким наркотиком он работал в такую погоду. Как на трезвую голову осуществлять этот экспириенс, я себе не представляю.

Падшие женщины здесь пользуются симпатией и любовью. И притом, что итальянцы очень верные семьянины, среди них есть и те, кто ходят иногда к путанам. И это не считается изменой. Хотя чаще всего, конечно, холостые мужчины — основные потребители их услуг. Проституток никто почти не осуждает, к ним просто особое отношение. На них могут жениться, и прошлое этой девушки никого не будет волновать. Она же теперь стала синьорой. А ее занятие не из самых уважаемых, конечно, но это не значит, что она сама недостойна уважения. Она вообще страдалица, вот что! Пожалеть ее надо.

Думаю, что такое трепетное отношение к путанам идет еще с древних веков, когда женщины делились на две категории. Одна — замужние честные синьоры, которые рожали детей, занимались домом и не умели читать. И вторая — гетеры, которые украшали мужские вечеринки своей красотой, были образованными, умели шутить, отдавались мужчинам за большие деньги и дары, служили им музами-психологами и были предметом мужского обожания, а не осуждения.

Налево — редко, но публично

Сайт ashleymadison.com провел опрос среди 250 тысяч итальянцев в возрасте от 30 до 50 лет, состоящих в браке или имеющих стабильные отношения. Почти 67 % респондентов ответили, что не считают измену «разрушительной». Около 34 % итальянцев отметили также, что измена помогла бы им понять ценность отношений со своей второй половинкой. Впрочем, для 28 % респондентов измена — это показатель кризиса. А вот 21 % участников опроса признались, что поход «налево» встряхнул их от повседневной рутины. И 17 % интрижка на стороне помогла возродить страсть на «холодном» брачном ложе.

Вывод: все во имя семьи, даже измены. Постоянных любовниц в таком количестве, как их заводят в России, нет. И быть не может. Иначе итальянские донны уже устроили бы революцию. Конечно, есть среди итальянских мужчин фарфаллоне, или легкомысленные мотыльки, пустозвоны и злостные изменщики. Но они, как правило, недолго живут в браке. В основном же мужчины налево не ходят и любовниц не заводят. Не потому, что другие женщины им не нравятся. А потому, что это чревато головной болью и проблемами. А этого они в жизни не любят больше всего. Все эти конфликты, вранье — ой, нет! В массе своей они прозрачные и очень честные, сами все рассказывают, даже то, что не надо. Если мужчина идет налево, об этом знает вся округа. Потому что так можно что-то доказать жене или показать, какой ты «казанова».

Это только те итальянцы, кто хлебнул России и российской реальности, могут не удержаться и однажды завести русскую любовницу. И как все мужчины мира, начать рассказывать, что скоро он разведется, женится и так далее. Но в итальянских традициях нет такой опции — развестись ради другой истории. Если уж один раз развелся, в следующий раз не скоро решится идти под венец. Они очень сильно не любят разводы. И до последнего сражаются за брак, даже если чувства давно угасли. Причем чаще сражаются мужчины, а не женщины. Итальянки, если уж решились идти налево, значит, внутренне поставили крест на отношениях и готовы к разводу.

Бьет, значит, проблемы с деньгами

Итальянские мужья в массе своей мягкие и, даже если ругаются, то, прокричавшись, тут же мирятся. И руку на женщину поднять — это ненормально. Но есть мужчины, которые бьют своих жен. И основной причиной является отсутствие работы, сокращение в период экономического кризиса и невыносимо высокие налоги. В тот момент, когда я писала эту книгу, вся Италия обсуждала дикий случай, как мужчина из Бреши ударил жену, а потом на глазах у нее выбросил из окна их малышей полутора лет и шести месяцев и выпрыгнул сам. Потому что считал, что жизнь невыносима.

— Невозможность или нежелание справиться со сложившейся ситуацией выводит из себя мужчин, которые в порыве ярости избивают женщин, — говорят итальянские психологи.

За помощью обращаются три из пяти женщин, которые подвергаются домашнему насилию.

Из тех, кто обратились за помощью в правоохранительные органы, 61 % приходится на итальянок, 39 % — на иностранок, жен из стран Латинской Америки, Восточной Европы и Африки. У 62,3 % побитых есть уже один или несколько детей, лишь 26 % постоянно работают. В Италии существует центр оказания помощи таким женщинам. Его помощь состоит из двух частей: непосредственное оказание медицинской и психологической помощи и консультация юристов. При разводе бумажка о том, что она обращалась в этот центр и просила защиты от мужа-изверга, сильно склонит суд на ее сторону. Отмечают, что 41,5 % обратившихся продолжают терпеть и добровольно возвращаются к прежнему семейному быту.

Если русская или украинская женщина попадает в такую историю, то не знает, что делать. Некоторые берут детей в охапку и бегут в свою страну. А так делать нельзя. Дом оставлять не надо. Надо методично писать заявления карабинерам и ходить в центр оказания помощи женщинам.

В 2011 году был один случай: украинка устала от побоев, забрала двоих детей и выехала на родину. А муж поднял скандал, ее нашли, детей забрали, а ей запретили въезд в Италию. И она сейчас рвет волосы на голове под посольством.

Суд в Италии всегда на стороне слабых, даже если это иностранка. Главное, не бояться ничего и отстаивать свои права.

Цена развода

Развод в Италии — мероприятие не из быстрых и дешевых. Сначала супруги подают на сепарационе — раздельное проживание. И три года должны жить раздельно. Если за это время они не помирились, то потом их разводят. Как минимум, половина сепарационистов опять сходятся и не разводятся. Чем обеспеченнее была семья, тем дороже выходит развод. От 3–4 тысяч евро с налогами и расходами на судебные издержки. Но когда есть, что делить, то может вылиться в сумму в десятки раз больше. Несмотря на это, количество разводов каждый год растет, а желающих создать семью падает. Точнее, желающих зарегистрировать отношения официально.

Согласно данным Istat, в 1995 году на 1000 браков было 158 сепарационе (заявлений на раздельное проживание) и 80 состоявшихся разводов. В 2010-м на каждую тысячу браков уже 307 живущих раздельно супругов и 182 состоявшихся развода. За 15 лет — рост 10 %. В среднем разводящиеся супруги прожили вместе 15–18 лет, и средний возраст разводящихся 42 года для женщин и 45 для мужчин. В 56,2 % случаев квартира остается жене. Из 350 замужних/женатых 7 итальянок и 6 итальянцев к 45 годам разводятся и создают новую семью. Основная причина разводов — супруги устают друг от друга.

Но главный предмет спора супругов — не экономический, а детский вопрос. С кем будут жить дети, кто и как будет участвовать в их воспитании. 8 февраля 2006 года в Италии вышел закон, который сенатор Эмануэла Байо Досси назвала «самой важной реформой в семейном праве после реформы 1975 года». Смысл закона — принцип «наличия обоих родителей» в жизни ребенка. Развод не должен никак сказаться на ребенке, он должен иметь право на обоих родителей как на их внимание, так и на совместное проживание с ними, несмотря на их развод. Этот закон изменил статью 155 Гражданского кодекса. Теперь по закону даже при прекращении сожительства между супругами ребенок имеет право на продолжение полноценных отношений с каждым из родителей, на заботу, воспитание и обучение, а также на право сохранять хорошие отношения с родственниками каждого из родителей… Родительское авторитетное мнение должно быть у каждого из родителей, и решения о наибольшем интересе для детей должны приниматься супругами совместно, принимая во внимание способности, талант и увлечения детей. В случае, если родители не могут договориться, решение принимает судья.

Каждый из родителей содержит детей пропорционально своему доходу. В отдельных случаях судья может назначить выплату алиментов одному из супругов, в пропорции к доходу и участию в содержании ребенка другим супругом, принимая во внимание текущие нужды ребенка, уровень жизни ребенка до развода родителей, время пребывания с каждым из родителей, финансовое положение каждого из родителей, финансовый эквивалент домашних дел и заботы от каждого родителя.

В случае, если информация о финансовом положении вызывает сомнения, судья выдает мандат налоговой полиции для выяснения истинных доходов и имущества родителя, даже если оно приобретено на других лиц.

Судья может присудить детей только одному из супругов, если сочтет, что проживание с другим из родителей не в интересах ребенка. Также каждый из супругов может в любой момент запросить эксклюзивное право на воспитание детей, если второй родитель нарушает какие-то условия.

Перед принятием даже временного решения, согласно той же 155 статье, судья принимает во внимание различные доказательства сторон. В том числе он может выслушать ребенка, если ему уже исполнилось 12 лет, либо, если ребенок младше, но может рассудительно обосновать свое мнение.

Маме-иностранке при разводе сложнее, чем итальянке. И для того, чтобы ребенка оставили с ней, важны следующие моменты.

1. Наличие у мамы итальянского гражданства. Судьи не хотят, чтобы маленький гражданин Италии ехал жить в страну третьего мира, какими считаются Россия и страны СНГ. Это однозначно в представлении судей идет во вред ребенку. И существует пусть и минимальная угроза, что мама самовольно лишит отца возможности участвовать в воспитании ребенка, уехав с малышом в СНГ.

2. Наличие у мамы дохода. Постоянная работа и хороший доход являются определяющими в том, с кем оставят ребенка, с матерью или отцом. При определении места жительства ребенка суд также учитывает «уровень жизни ребенка до развода родителей». Если ребенок жил в большом папином доме и на папины деньги, то, скорее всего, суд определит, что в интересах ребенка продолжать жить при папе.

3. Важно также наличие у мамы собственных родственников, легально проживающих в Италии, которые будут заниматься с ребенком, пока мама зарабатывает деньги. Опять-таки, исходя из интересов ребенка, даже если у родителей равные возможности, останется вопрос «С кем ребенок будет проводить свободное от учебы время?». Если, оставшись с мамой, ребенку придется после школы заниматься на продленных занятиях в школе, пока мама не вернется с работы, а у папы дома его бы ждала заботливая родная бабушка, ребенка отдадут папе.

4. Наличие у мамы постоянного жилья. Не обязательно собственного, можно и арендованного. Главное, не хуже, чем до развода, чтоб не ухудшились условия проживания для ребенка. А вот пользование общим домом суд оставляет тому из супругов, с кем останутся дети, исходя из интересов детей.

Глава 6

Этапы жизни в социуме

Беременность и рождение ребенка

Сделать аборт — громадная проблема

— Я беременна! — сообщает молодая женщина мужу, а тот транслирует всем знакомым, друзьям и родным, как только высветятся две полоски на тесте.

— Поздравляем, аугури! А кого хотите, мальчика или девочку? Уже ходили к врачу, что сказал врач? О, бабушка, наверное, счастлива? — масса этих и других риторических вопросов сыплется на будущих родителей со всех сторон. Эмбрион еще к матке не прикрепился, а его уже ждут.

Католическая церковь воспитала в гражданах Италии самое трепетное отношение к беременности. Но у этого есть и обратная сторона. Во-первых, многие итальянские женщины, как уже написала выше, откладывают материнство на все более поздние сроки из-за повышенного чувства ответственности. Во-вторых, итальянские гинекологи по закону могут отказаться проводить аборт, если это противоречит их нравственным ценностям. И 71 % докторов отказываются. Более того, в медицинских институтах многие преподаватели отказываются обучать будущих гинекологов делать аборт. «Из-за необходимости учимся друг у друга, эмпирическим методом», — признавался как-то в интервью доктор Сильвано Агатонэ, один из тех немногих — их около 150 по всей Италии — гинекологов, которые соглашаются на проведение этой процедуры. Большинство из них — пожилые люди. А молодая поросль массово пишет отказы. И не только по моральным основаниям, но и просто чтобы не стать специалистом только по этой операции. Поэтому прогнозируют, что лет через пять в Италии просто некому будет делать столь деликатную процедуру.

Вообще аборты были разрешены в Италии в 1978 году. В первом триместре по желанию матери, во втором — только по медицинским показаниям. Что интересно, больных детей, если заранее известно то, что у эмбриона болезнь Дауна или другие серьезные отклонения, спасать не собираются и даже в некоторых клиниках уговаривают мамочку избавиться от плода.

Ежегодно совершается около 115 тысяч абортов, из них только 3 % — это терапевтические аборты по показаниям врачей. С 1981 года итальянское законодательство разрешает абортировать эмбрион вплоть до 8-го месяца беременности, если он угрожает здоровью матери или развивается с отклонениями. Но вот как высказался председатель Союза католических гинекологов доктор Джузеппе Нойа на этот счет: «В вопросе терапевтического аборта есть много недосказанного. Врачи и ученые скрывают перед родителями угрозу постабортной депрессии и других негативных последствий подобной «терапии». В католической клинике Джимелли мы выбрали другой путь». В этой клинике есть специальный хоспис для смертельно больных грудных детей, где родители пребывают вместе с ребенком до самого конца. «Они тоже страдают, но потом в состоянии начать жить снова», — утверждает доктор.

Католическая церковь активно вмешивается в этой вопрос, ведь, по мнению священников, зародыш — это уже жизнь, и аборт считается убийством человека. Только в 2009 году после ожесточенных споров с Ватиканом было наконец официально разрешено применение мифепристона — средства для медикаментозного проведения абортов на ранних сроках. Один из епископов, Элио Сгрецциа, правда, пообещал врачам и пациентам, которые рискнут применять мифепристон, отлучение от церкви. Это гормональный препарат, который вызывает отторжение от стенки матки плодного яйца, провоцируя выкидыш и, соответственно, гибель эмбриона. По сравнению с хирургическим выскабливанием у медикаментозного воздействия есть преимущества, как минимум, он менее травматичен для организма.

Да что там, мифепристон! Просто обычные таблетки «пожарной контрацепции» (их принимают в течение 72 часов после незащищенного полового акта), которые в России, да и во всем мире свободно продают в аптеках, в Италии можно купить лишь по рецепту врача. В итальянской прессе периодически выходят статьи о том, что это беспредел, с наглядными историями женщин, которые мучительно бегали в поисках рецепта от одного врача к другому, а время шло. Ведь некоторые врачи тоже отказываются выписать этот рецепт по моральным соображениям или ссылаются, что не они должны выдавать эту бумажку. Моя знакомая через год после родов столкнулась с этой проблемой. У них с мужем вечером случился форс-мажор, и замаячила угроза беременности. И утром началась одиссея по получению этой таблетки. И когда она, наконец, в полдень с коляской и выписанным с горем пополам рецептом пришла в фармачию, аптекарь ей и говорит на всю фармачию, чтобы слышали все столпившиеся пожилые синьоры: «Ах, какой красивый малыш! И что, ты не хочешь второго такого?! Ты уверена?» Казалось бы, ну какое твое дело, аптекарь? А, между прочим, таблетка продается в количестве одной штуки в упаковке и стоит аж 12 евро.

А при этом иногда здесь случаются истории с совершенно обратным знаком, от которых волосы дыбом становятся — как такое может произойти в столь набожной стране. В 2007 году суд Турина обязал 13-летнюю девушку сделать аборт в связи с тем, что ее родители не хотят рождения внука. Газета La Stampa сообщила, что согласно букве закона несовершеннолетние не могут решать, оставлять им ребенка или нет. Девушка забеременела от своего 15-летнего приятеля и очень хотела родить ребенка. А после принудительного аборта попыталась покончить жизнь самоубийством. Чудовищная история! Но это единичный случай, в остальном же стремятся заставлять женщин рожать.

В качестве альтернативы не желающим быть мамой предлагается доносить младенца, заранее сообщив о своем отказе от него. Родить и отдать врачам. А его уже будут ждать новые мама с папой, которые отчаялись в попытках забеременеть.

И даже не знаю, как оценивать такое положение дел. Все очень спорно и неоднозначно. С одной стороны, на чаше весов свободный выбор женщины и мужчины, а с другой — вера, мораль и не познанные еще до конца законы бытия.

Ведение беременности

Если ты беременна и живешь в России, то надо встать на учет как можно раньше, а затем каждую неделю ходить на анализы, УЗИ, сдавать мочу, взвешиваться, всячески мониториться и вообще жить напряженной жизнью в женской консультации. Я первые месяцы беременности наблюдалась одновременно в Италии и в Москве, летала туда-обратно, так как работала и жила, по сути, на две страны. И контраст от общения с врачами отчетливо бросался в глаза. Я не имела столько анализов и посещений врачебных кабинетов за всю свою 30-летнюю жизнь, сколько за первый триместр в России. Причем это часто было нужно для галочки.

— Где осмотр окулиста? Без справки от окулиста медкарту не выдам!

Без медкарты на работе не выдадут декрет, так что приходилось обходить всех врачей по списку.

В Италии ничего этого нет. Беременна? Идешь на консультацию в госпиталь к гинекологу за 60 евро, тебе делают УЗИ, бесконечно поздравляют, выдают карту беременной и всю программу действий на 9 месяцев. А она минимальна. Большая часть анализов и осмотров проводится бесплатно. А вот скрининги, которые в России обязательны и делаются за счет бюджета, в Италии платные — 120 евро. И только по желанию родителей.

Девять месяцев никто особо о тебе не беспокоится. За это время надо обязательно сделать три УЗИ, на которые записываешься за месяц-полтора вперед. Они бесплатные. Но если и не сделаешь, никаких проблем нет.

В декрет итальянки уходят тоже после седьмого месяца, но в два ребенкиных месяца либо нужно написать заявление на «матернита» — оплачиваемый отпуск по беременности на год, либо выходить на работу. Кстати, если папа работает в государственных органах или на крупной фабрике, то он тоже может взять такой отпуск, называется «патернита». Потом можно еще продлить на год, но уже без оплаты.

После рождения ребенка в течение полугода нужно успеть подать документы на единовременную помощь от государства. Это немного, примерно полторы тысячи евро. И на этом все.

После родов спустя 6 недель — обязательный осмотр у гинеколога, 17 евро, цена снижена. Все следующие визиты — платные. Хотя в санитарной службе ASL есть бесплатные гинекологи на крайний случай, но у них расписание очень плотное. Очередь начинается за пару месяцев, только тогда можно к ним попасть.

Как я стала итальянской мамой

6 мая на 31-м году жизни я родила Алехандро Робертовича. Дедлайн был назначен ровно на наш День Победы, 9 мая, но сын решил послушаться отца. Когда вечером мы укладывались спать, я посетовала, что совсем одурела таскать огромное пузо. Муж погладил его и пошутил, мол, выходи уже, сыночек, мама устала. Маленький деликатно дал мне немного поспать, а потом стартовал…

В четыре утра начались слабые схватки. Я кружила по темной ночной зале и думала, что это тренировочные. В семь они уже стали довольно сильными, я разбудила мужа, и мы поехали в госпиталь.

В Италии нет отдельного роддома, все, что имеет отношение к медицине, находится в одном здании. Роженица, как и все больные, кого кладут в стационар, попадает в родильное отделение через «Скорую помощь». Всех больных оформляют там.

В стационаре на тот момент дежурила врач, которая наблюдала меня всю беременность, но ее дежурство скоро подходило к концу. Здесь ты не можешь договориться как в России, чтобы конкретный врач принимал роды. Тот, кто дежурит, тот и принимает. Так что милую и очень опытную Анну-Марию сменила молодая врач Розина.

Сорок минут я сидела на доплере — аппарате, который прослушивает и фиксирует сердцебиение ребенка. А затем меня переодели в одноразовую длинную зеленую рубашку, на голову надели такой же чепец и отправили ходить и охать туда, где обыкновенно сидят посетители. Не в палату, не в родовую, а в обычный коридор. Сумка с вещами рядом. Тут же встревоженные муж и свекровь и парочка перепуганных «счастливцев», которые, широко раскрыв глаза, спрашивали: «Вы, что ли, рожаете?» Схватки становились сильнее, посетителей с большими глазами прибавлялось, и все это походило на какой-то сюрреализм. Я пошла к Розине, и скоро мы с мужем оказались в родовой.

Затемненное помещение с синими и бирюзовыми стенами, приглушенный свет из разных мест. Словно морские глубины. Тихо играла красивая нежная музыка, и где-то журчали ручьи. Здесь бы романтические вечера по зачатию ребенка проводить, а не роды. В дальнем углу была желтая ванна для родов, но меня никто не спросил, хочу ли я рожать в воде. Я бы, может, и согласилась, потому что еще дома поняла, что теплый душ очень ослабляет боль. Да, кстати, с самого прибытия в стационар мне в вену вставили гибкую иглу, а в родильном отделении «прицепили» к капельнице на колесиках, там висела глюкоза. Не понимаю, зачем, но вся эта конструкция ужасно мешала.

Рожала я, как и все советские люди, на «разделочном» столе. А до этого ведь начиталась, что в цивилизованных странах давно уже принимают роды каким-то более гармоничным способом. Роберто держал меня за руку и морально очень помогал. Присутствие родных на родах в Италии — это нормально. Либо мама, либо муж обязательно рядом. Обычно есть даже несколько желающих присутствовать на родах, поэтому в некоторых больницах ввели ограничение, мол, не более одного родственника. В принципе такого жесткого спора, как брать или не брать мужа на роды, здесь нет. У нас он возник в силу того, что я читала русские форумы беременных, где это одна из самых обсуждаемых тем. Ну а итальянцам только дай пищу для размышлений да чтобы поговорить. Еще до родов Роберто радостно обсудил этот вопрос со всеми вокруг, включая плиточника Лоренцо, делающего нам ремонт в ванной. Кроме него, все были счастливы, что благоверный скоро лично увидит появление на свет своего первенца. И только албанский плиточник стал рассказывать, как его друг сходил на роды с женой и теперь не может воспринимать ее как сексуальную женщину. Но Анна-Мария быстро развеяла все сомнения, сказав, что в ее практике пары, которые рожают вместе, становятся только крепче, и в них больше доверия и чуткости.

В России, когда ребенок рождается, его сразу кладут маме на живот и на грудь. В итальянском варианте кричащего новорожденного сначала отдали в руки педиатра, который понес его мыть, мерить, укутывать и так далее. И только потом моего лапушку принесли ко мне на несколько секунд.

— Знаю, знаю, маленький, — только и смогла я сказать в утешение моему плачущему малышу. Меня в этот момент зашивали и уже до этого вкололи обезболивающее. Все равно было страшно больно.

Потом повезли в палату (двухместную бесплатную, одноместные уже за деньги, от 200 евро в день), а малыша забрали в детскую, где еще около часа он лежал в инкубаторе. Всех детей после рождения на какое-то время кладут в инкубатор, где температура, как в материнском животе — 37 градусов. Затем переодевают в красивые одежки, которые мы принесли заранее — полноценные штанишки, кофточку, и кладут в постельку. Никаких пеленок, распашонок, человеку положены модные штаны, даже если ему всего пара часов.

Несколько тысяч нервных клеток погибли тогда, когда обнаружилось, как сложно научить ребенка кушать. Он у тебя на руках, голодный, маленький, плачет, а состыковаться никак не может. По родильному отделению постоянно шастали специально обученные синьоры, которые помогали мамочкам и малышам слиться в экстазе кормления. Лет 30–40 назад, наоборот, пропагандировали искусственное вскармливание. Очень многие современные итальянцы среднего возраста — искусственники. Сегодня же вовсю идет пропаганда естественного вскармливания. Но как же эти специалистки меня доконали! Шли третьи сутки, а я к тому времени не спала толком. Вообще, сервис в бесплатных государственных клиниках замечательный. Вечером ты выбираешь из меню то, что хочешь есть на следующий день. Еду привозят в красивой посуде на подносах прямо в постель. Но этот сервис уж слишком навязчивый для рожениц. С двух ночи до шести утра с тобой находится малыш. И эти четыре часа через каждые полчаса подходит очередная тетя-специалист и контролирует ваши с малышом успехи, смогли ли вы друг к другу прососаться или все еще нет. Потом малыша надо отвезти в детскую, казалось бы, можно чуть-чуть поспать. Но не тут-то было. В семь утра будят: «Сейчас быстро возьмем анализ и спите дальше». Через полчаса: «Встаньте на пять минут, мы сейчас быстренько поменяем простыни и спите дальше». Еще через полчаса приносят завтрак: «Быстренько поешьте и опять спите». Но сразу после уже привозят малыша. И свежеотдохнувшая тетя в белом халате нависает над вами. Руководит мамой, малыша за головку хватает. Я нервная, ребенок орет. Фу-у! Научились мы в результате сами. Когда нас чудом оставили в покое, мы спокойно в обнимку поспали полчаса, а потом к нам пришел наш папа, и стыковка случилась легко и сама собой.

Родила я в пятницу утром, а в понедельник утром нас уже выписали. Долго здесь не держат, если все благополучно. Задержаться в роддоме на неделю означает, что у мамы и малыша серьезные проблемы.

И кстати, это в России выписка мамы с младенцем — отдельное праздничное мероприятие, к которому готовятся и празднуют. В Италии папа буднично забирает маму с малышом на машине и везет домой без особой помпы.

Чем здешний уход за младенцем отличается от российского

Испытание родней

В России новорожденного первый месяц никому не показывают. Говорят, что сглаза боятся. Но за этим стоят, скорее всего, соображения здравого смысла. В Италии в сглазы не верят и не знают ничего о порчах. А здравый смысл тоже не самое сильное свойство итальянцев. Одно из самых серьезных испытаний маме после родов устраивают родные. Чего я лично никак не ожидала!

Родственники всех уровней откуда ни возьмись начинают идти табунами уже в госпиталь в первый же день. С красиво упакованными коробками печений, конфет, одежек для малыша и цветами. Двери палат для посещения открыты два раза в день. Так вот, за год жизни в Италии я большую часть этих людей ни разу не видела. Помимо родственников в очередь выстраиваются друзья, знакомые, соседи. И все с тобой знакомятся, представляются. Джованни, Умберты, Лоренци, Фабии, Марии и Моники сливаются в один калейдоскоп вежливых лиц.

После прибытия домой они приходят навестить малыша и маму. И всех надо встретить согласно традициям итальянского гостеприимства — предложить выпить «Фанты», конфетами полакомиться и пятнадцать минут по регламенту обменяться любезностями. Ответить на вопросы и… не сорваться. У тебя на руках недельный малыш и куча дел. А все как один гости начинают давать советы. Причем в самой директивной форме и, как на подбор, самые садистские!

— Не приучай к рукам! — без конца стала твердить свекровь Фуфи. — Он должен сразу привыкать к колыбели, иначе намучаешься. Поел, сразу клади в кроватку! Нельзя спать с ним! Не надо нянчиться! Ну и что, если плачет? Пусть лежит и плачет…

— Кормить надо по режиму, раз в три часа! — лезет соседка, выкормившая своих детей смесью, чтобы не портить грудь. — Даже если просит, пусть терпит!

— Что-то я не видел, что дети так подолгу едят! — вставляет пять копеек юный внучатый кузен, который вообще никогда кормящих матерей не видел.

— Надо кутать потеплее! — беспокоится синьора на улице, увидев, что малыш в 30 градусов жары в одном подгузнике и маечке.

— Мне кажется, ты неправильно держишь ребенка! — морщится двоюродная бездетная тетя. — По-моему, детей по-другому надо держать.

Из самых лучших побуждений все вокруг давали свои ЦУ, даже те, кто новорожденных видел лишь по телевизору в рекламе подгузников.

Держать оборону, не будучи итальянкой, было легче. Всегда можно прикинуться, что не понимаешь языка. Это, по сути, был единственный выход.

А ведь кроме акушера-консультанта из ASL (городская санитарная служба), к которой мы с другими мамочками ходили раз в неделю, она отвечает на все вопросы от грудного вскармливания до всех нюансов ухода за малышом, есть еще Интернет, специальные книжки и собственная голова на плечах. Но советчикам на это плевать.

— А у Франчески двое детей! И она говорит… — продолжает какая-нибудь синьора, и остается только улыбаться, качать головой, как японский болванчик, чтоб не ввязываться в дискурсы, и ждать, когда она поскорее откланяется.

Лишь бы костюмчик сидел

Российские ответственные мамочки поголовно озабочены ранним развитием своих деток. И даже те, кто не читает самые последние и новомодные пособия по воспитанию, тем не менее больше всего думают о пользе для малыша — его здоровье, интеллекте и талантах. Многим малышам мамы обязательно устраивают сеансы массажа, закаливания, пальчиковые игры для развития мелкой моторики и так далее. Кардинальное отличие итальянского ухода за младенцами от российского в том, что они об этом не парятся совершенно. Моя знакомая в Италии пыталась найти массажиста для своей крошки. Максимум, что она нашла, это преподавателя для продвинутых мам по обучению особо нежному материнскому поглаживанию за 200 евро в час. В России существует масса поговорок и развивающих игр с детьми в форме устоявшегося фольклора. Поэтому, наверное, мы такая умная нация в среднем. У итальянцев дети растут сами по себе, аналогов сороки-белобоки у них нет, максимум играют в ладушки. (У нас одно время была популярна книга Джанни Родари «Грамматика фантазии. Введение в искусство придумывания историй» — увлекательное пособие для родителей, в котором он пытался научить взрослых играть с детьми. Не знаю, насколько она известна в самой Италии.) При этом магазины игрушек забиты самыми разными играми, и среди них попадаются развива-ющие. Книжки для малышей тоже очень красивые, красочные, картинки подробные и с юмором. В то время как российские, может быть, и менее красочные и подробные, зато там есть что малышу почитать. Итальянцы детей развлекают и наряжают. Моему сыну постоянно дарят наимоднейшие штаны, футболки, курточки и ботинки. У него нарядов больше, чем у меня. А вот, например, мои российские друзья первым делом прислали развивающие интеллект игрушки и книжки с последними самыми эффективными методиками и упражнениями для малышей до года. В Италии таких даже нету. Итальянские мамы не читают так много литературы. Здесь привыкли спрашивать у соседей и родных. Если все серьезно, идут к специалисту. Самим искать информацию совершенно не принято. И когда я узнавала ответы на какие-то вопросы в Интернете, на меня смотрели как на сумасшедшую. Потом мои ответы совпадали с тем, что советовала педиатр, и у моих итальянцев случался когнитивный диссонанс, их систему клинило. «Откуда ты узнала?»

Красота и порядок — это две основные ценности. И даже грудной ползающий ребенок должен соответствовать. К примеру, будничный день, приходят к нам в гости две пожилые синьоры, с жемчугами в ушах и укладкой. Ребенку 11 месяцев, он разбросал игрушки и играет с ними, ползая от одной к другой. Одна из них встает и начинает ходить по квартире и собирать их в ящик, выговаривая ребенку, что он все разбросал. Что забавно, синьора складывает, а пока она идет за следующей игрушкой, малыш вытащил уже следующие две и хохочет.

— Отличная игра! — шучу я над ней. — Приходите к нам, бабуся, почаще.

А бабуся злится и выговаривает ребенку, что надо соблюдать порядок.

Малышей не учат с самого раннего возраста различать цвета, формы, животных и так далее. Как пойдет, все на откуп природе. Главный навык, который стремятся привить сразу ребенку, — на Севере, надо заметить, больше распространено — хорошо себя вести. Они с самого младенчества приучают к словам «нет» и «надо» и создают ограничения. Итальянцы не понимают, что годовалый ребенок «нельзя» не понимает. И они не в курсе, что с точки зрения психологии это даже вредно, а границы, по последним данным, следует устанавливать к трем годам. Что ребенка надо отвлекать, а не дрессировать, как собаку. Но их новомодные педагогические теории не интересуют. Как делали их родители, так будут делать и они. Мне думается, что скрытый невротизм рядовых итальянцев и невидимые ограничения, которые они сами себе создают, рождаются как раз в этот момент. Зато итальянского двух- и трехлетку без опаски можно принимать у себя в доме, не переживая за вазу эпохи Мин. Детки у них послушные и воспитанные, любо-дорого посмотреть.

Помимо этого с грудничкового возраста воспитывается вкус к хорошей одежде, потребность всегда выглядеть красиво. А вместо игрушек-развивалок интеллекта, как в России, итальянцы больше придают значение навыкам жизни в обществе. С полугода начинают учить ребенка слать воздушные поцелуи, ласкать ручкой, обниматься и так далее.

Привычку к интенсивному общению тоже начинают развивать очень рано. Уже двухнедельных малышей таскают наряженными по супермаркетам, с ними гуляют по паркам и озерам, ходят в гости, и везде с малышами общаются. Незнакомые люди немедленно улыбаются, начинают вести диалоги с ребенком, живо реагируют на любую его реакцию, вызывают смех и смеются в ответ. В детях такое поведение всех взрослых вокруг воспитывает те самые качества — открытость и аллегрию (веселость), — что так подкупают в итальянцах. Этого нам в России точно не хватает. Когда моя подруга Нелли, которая живет в нашем городке, со своей двухлетней девочкой Софией приехала в Санкт-Петербург, то увидела, как ребенок сначала был растерян. Она же привыкла со всеми общаться, видеть постоянно улыбки, слышать комплименты. Но люди шли навстречу, стояли рядом, сидели и проходили мимо с каменными лицами, будто не замечали ее.

— Россия — это какая-то ходячая депрессия! — срезюмировала Нелли.

Впрочем, я считаю, что наши страны прекрасно дополняют друг друга. Лишь об одном сожалею, что перед тем, как уехать рожать в Италию, не купила слинг в России. Я-то думала, что этого добра в Италии навалом. А у них даже названия для него нет, не знала, как перевести, когда искала уже после родов в местных аптеках.

Где сидит итальянский доктор Айболит

Сразу после выписки из родильного отделения ребенок приписывается к определенному педиатру. Он, как и семейный доктор общего профиля, принимает у себя в кабинете, и есть расписание обязательных визитов. Уже в роддоме выдается очень удобно сделанный медицинский дневник ребенка. Это все бесплатно, входит в систему государственного страхования и оплачивается из налогов. Педиатр, если надо, дает направления на обследование или анализы, которые делают в отделении педиатрии ближайшего госпиталя, выписывает рецепты и помогает советами. Первый визит с малышом, когда ему неделя от роду, затем надо ходить сначала каждую неделю, потом каждый месяц, потом раз в три месяца, и постепенно время между визитами увеличивается, после 15 месяцев следующий аж в 2 года. Если же что-то случится, болезнь или беспокойство, то можно прийти без записи к педиатру. В тяжелых случаях детей сразу везут в пронто соккорсо.

Наш первый педиатр нам очень не понравился. Это была очень полная невежливая женщина, с ужасно грубой, такой же полной и злой ассистенткой, к тому же их кабинет был довольно далеко от нашего дома и располагался на втором этаже, подниматься следовало по наружной лестнице. Поднять по ней коляску не представлялось возможным, и оставлять ее предполагалось снаружи на улице, где интенсивное движение и риск остаться без коляски вообще. После очередной грубости я пошла в санитарную службу ASL и попросила сменить нам педиатра. И нам предложили ближайшего к нашему дому педиатра синьору Мерлини, которая принимала в кабинете, рядом со своим мужем-доктором. Его очень хорошо знают в городе, очень уважаемая семья врачей, так что мы согласились сразу. Это оказалась самая ласковая и вежливая докторесса на свете. Кабинет располагался в чудесном садике с цветами и липами, а в приемной куча детских игрушек. Так что пока мы ждали приема, то всегда было чем заняться.

Прививки начинают делать с двухмесячного возраста и тоже по графику. Приглашение на следующую прививку приходит по почте, а на некоторые надо записываться самим. Их делают в санитарной службе ASL и отмечают в выданной ранее книжке прививок. Прививки делают бесплатно.

А еще при санитарной службе есть комната «мама и малыш», где также бесплатные педиатр и акушер принимают мамочек с новорожденными раз в неделю в определенный день, помогают наладить лактацию, дают советы по всем проблемам вроде газиков, взвешивают детей. Акушерка может и позвонить, поинтересоваться, как у вас дела с кормлением, и дать совет, что надо делать. Так что по идее после выписки из родильного отделения мама с ребенком не остается наедине, помощники есть. Но об этом нужно знать, потому что никто лишний раз не стремится сообщить об этом, а сами итальянцы и вовсе знают об этой системе, только если лично с ней столкнутся, а так будут разводить руками. Моя подруга, родившая в Италии за несколько лет до меня, жаловалась, что ей некому было помочь совершенно. Были трудности с лактацией на первых порах, и она не знала, к кому обратиться. С итальянским мужем она разговаривала на английском, ее итальянский на тот момент был очень слабый, и муж, конечно же, не знал, что наличествует в социальной системе его страны для поддержки молодых мам. Она переживала, что малыш никак не мог есть, читала русский Интернет в поисках ответов на свои вопросы, когда ребенок надрывался в плаче, и шла на платную консультацию к педиатру в госпиталь. Это единственный путь, который она знала. А педиатр-то думает, что она знает про санитарную службу, просто пришла к нему лично. И ничего ей об этом не рассказывал. А если и говорил что-то, то она не понимала. Поэтому она мне доказывала, что родить ребенка в Италии стоит огромных денег и нервов. Но, оказывается, виновата не Италия, а элементарное незнание реальности.

Итальянское детство: английский начинают учить в три года

Дети идут в сад в три года. Можно и раньше, но это будет стоить дороже. Правда, стоимость определяется доходом родителей. Кто больше получает, тот и больше платит. Такая вот система социальной справедливости. У одних стоит 6 евро, а у других может доходить до 400 евро в месяц, 2–3 евро в день отдельно платят за еду. Садики бывают государственные и частные. Государственные хвалят больше, стоимость много выше, а воспитатели и преподаватели лучше. Потому что в Италии на государственную службу отбирают особенно тщательно.

Дети находятся в саду до 16–16.30 часов дня, потом ребенка надо забрать. За дополнительную плату от 60 евро в год, со справкой с работы и предварительной договоренностью с воспитателем можно продлить пребывание малыша максимум до полседьмого. На лето садики официально закрываются, и у детей «отпуск» до сентября. Но за доплату в 10 евро в день ребенок может продолжать ходить в сад в июле и августе.

В садике дети погружаются в прекрасный мир искусства — музыки, рисования, танцев, песен, игр на свежем воздухе и… английского. Это относительно недавнее нововведение, и оно прекрасно. А то некоторые итальянцы средних лет не до конца свой-то родной классический итальянский в состоянии освоить, все на диалекте шпарят. А уж английский для многих хуже китайской грамоты. Я читала упражнения для итальянцев в одном учебнике английского. Там через раз повторялось предложение в разных вариантах: «Английский язык очень сложный. Ох, ну такой сложный…»

Но особенно поражают воображение учительницы рисования в садиках. Некоторые из них — настоящие художницы. И больше всего внимания уделяется именно созданию детьми «произведений искусства» — картин, скульптур, предметов декора. Поощряется творческая жилка и поиск.

И конечно, очень много музыки, детей учат владеть каким-то простым инструментом.

В Италии нет развивающих детских центров, столь модных в России. Наверное, потому что все то, что делают в российских центрах, у них имеется в обычном детском саду.

Как учат в итальянской школе

В школу итальянские дети идут в пять или шесть лет. Обучение в государственной школе бесплатно. Оно делится на три части: начальное образование — 5 лет, затем выпускной и переход на среднее образование, которое длится три года. Затем экзамены по системе «сдал — не сдал». И дальше, в 14 лет, ребенок выбирает, идти ли ему на высшее среднее образование или закончить свою школьную историю. Второй цикл среднего образования длится 5 лет, и после этого можно поступать в университет.

Детей из школы всегда должны забирать родители или бабушки-дедушки. Сами они по закону не должны уходить из школы в одиночку.

Начальное образование — это общеобразовательные предметы: чтение, письмо, рисование, арифметика, музыка, иностранный. Они являются обязательными. По желанию изучается лишь религия. Дети учатся пять дней, около 30 часов в неделю, поступенчато, и в конце каждой ступени проводится тестирование. Классы в государственных школах довольно большие. Частные дорогие школы (в них система оплаты такая же, как в детском саду, зависит от дохода родителей), которых около 5 % от общего числа, формируют классы поменьше. Программа обучения в частных школах идентична государственной, но им запрещено выдавать свои аттестаты. Их ученики сдают госэкзамены на получение сертификата.

В средней школе изучают итальянский язык, историю, географию, математику, естественные науки, иностранный язык, искусство, музыку. После каждого года проводят тесты, а по окончании всего курса — выпускные экзамены: по итальянскому, математике и иностранному языку письменные, по остальным предметам — устные.

Система высшей средней школы (scuola secon-daria superiore), в принципе, является аналогом наших профессиональных учебных техникумов или лицеев и может быть ориентирована на конкретную отрасль — техническую, культурную и так далее. Либо готовить к поступлению в вуз. Там учатся с 14 до 19 лет. Но половина учеников решает не поступать в высшую среднюю школу. А 30 % итальянцев уже в 14 идут работать сами и обучаются профессии на месте или помогают родителям в семейном бизнесе (баре, мастерской, магазине, пекарне и так далее), который, как правило, наследуют.

Время вне школы ребенок проводит в ораторио — это приходской детский досуговый центр. Заправляют там всем пожилые монахини, которые следят за порядком. Священники устраивают лекции для детей и их родителей. Но в принципе религия там присутствует как фундамент, база. А на ней уже строится собственно досуг, веселый и разнообразный. При каждом ораторио есть футбольное и баскетбольное поля, детская площадка, сцена, залы для танцев, пения, дискотек и всяких кружков. В ораторио по-настоящему весело для детей, посредством игр и развлечений там с младых ногтей приучают к мысли, что религия — это нормальная часть жизни и насущная потребность. Никакого занудства, зато много уважения и радости. Эта структура заменяет пионерию и скаутов очень эффективно. Думаю, если бы наша РПЦ позаимствовала эту идею и организовывала не только воскресные школы с Законом Божьим (его тоже преподают в ораторио), а похожие православные досуговые центры, с дискотеками, футболом, боевыми искусствами и кружками шитья, то это принесло бы намного больше пользы российскому обществу в целом и авторитету РПЦ в частности.

Кому нужно высшее образование

На людей с высшим образованием итальянцы смотрят, как на пришельцев из другого мира, и с особым уважением. Средний итальянец вообще не стремится напрягаться и учиться, много читать, корпеть над заданиями. В 2011 году в университетах было 20,3 % выпускников от общего числа молодых людей до 34 лет, а поступало 41,4 %, лишь половина доучились, но это белая кость нации. Хоть цифры и небольшие, но есть плюс — нет такого громадного конкурса, как в России. В некоторых вузах даже нет вступительных экзаменов, есть запись. Просто записаться можно лишь после получения диплома подготовительного лицея. Они бывают классические, технические, гуманитарные, лингвистические и лицеи искусств. Уже в 14 лет итальянский человек должен понимать, чего он хочет, поступать в соответствующий лицей и после этого в 19–20 лет в университет.

Итальянцы отговариваются, что обучение стоит дорого, что это тяжело, а северяне злобно отшучиваются, что только южные «терони» идут в университеты, чтобы — внимание — ничего не делать. Логика, рожденная именно в этой стране как отдельная наука, у местных жителей загадочная.

В Италии 47 государственных университетов и 9 независимых, имеющих государственную лицензию. В государственных вузах преподают на итальянском, в частных преимущественно на английском языке. Обучение во всех университетах платное, в среднем 700–1000 евро за учебный год, и учебники за свой счет.

В систему высшего образования в Италии входят университеты, технические вузы, университетские колледжи и академии. Высшее образование тоже делится на три этапа, или ступени. Первая C. D. U. (Corsi di Diploma Universitario) длится 3 года и является аналогом бакалавра. Вторая — C. L. (Corsi di Laurea) — длится от 4 до 5 лет, в зависимости от специальности, медицинские, например, изучают 6 лет, а всего получается аж 9! Третья — это соответствует нашему кандидатско-докторскому уровню — Corsi di Dottorato di Ricerca и Corsi di Perfezionamento. Включает в себя не только обучение и практику, но и собственные исследования.

Иностранцы относительно легко могут поступить на учебу в итальянские вузы. Причем, если уже есть диплом российского института, многие предметы перезачитывают. Моя знакомая россиянка Даша приехала в Италию специально на учебу, и больше половины предметов из ее российского диплома просто перенесли в итальянский.

Обучение строится не так, как в наших вузах. Студент сам определяет свою программу. У него есть обязательные дисциплины, которые он должен пройти и сдать, а уж как он решит это все организовать — его дело. Кто-то учится всю неделю по полдня, кто-то решает три дня загрузить по максимуму, а остальные четыре отдыхать. И учиться в вузе на самом деле можно и три года, а можно десять. Зависит от собственного ритма, на второй год никто не оставляет, нет такого понятия.

Высшее образование нужно во всех более или менее квалифицированных специальностях — ну понятно про докторов, адвокатов и психологов. Но помимо этого, чтобы получить место учителя в школах, руководящие должности на фабриках и при желании открыть, к примеру, свою автошколу, нужно иметь диплом бакалавра. Можно быть невероятно талантливым и самообразованным, но отсутствие университетского диплома реально закрывает перед тобой большинство дверей. В Москве, например, у меня есть подруга, которая имеет только школьное образование, но руководит крупным журналом, потому что сама по себе одаренная. В Италии это развитие событий было бы невозможно, ей пришлось бы получать диплом. Есть, впрочем, редкие исключения, к примеру, основатель марки «Биллионер», топ-менеджер «Формулы-1» Флавио Бриаторе, не имея образования, смог стать одним из самых богатых людей мира, или суперпопулярный в мире писатель Фабио Воло, который подрабатывал в пекарне своего дяди, а однажды шутки ради пошел попробоваться диджеем на маленькое местное радио, его взяли, и там через какое-то время уж понеслось: книги и тиражи, теле- и радиошоу, фильмы по его произведениям, актерские работы и, как следствие, квартиры во всех самых стильных городах мира — Милане, Париже, Нью-Йорке, Барселоне… Он вырос в нашем городке, а его тетя Аделия — соседка и ближайшая подруга моей свекрови Фуфи. Иногда он приезжает сюда, так что надеюсь лично с ним познакомиться.

Некоторые итальянцы спохватываются уже в довольно зрелом возрасте, и начинают ходить сначала в вечернюю подготовительную школу для взрослых на два года, а затем поступают на первую ступень. Но это не массовое явление уж точно.

Получение автомобильных прав

Автомобиль в Италии больше, чем просто средство передвижения. Это еще и способ самовыражения. Итальянцы выбирают машину в первую очередь по ее внешним данным, а не по ТТХ. Когда знакомый собрался менять авто, я задала риторический вопрос, мол, какую хочешь. И черноволосый темпераментный мачо ответил, как в российских анекдотах про блондинок: «Хочу белую, с кожаными сиденьями цвета фуксии».

Уже в магазинах игрушек невероятный выбор детских машинок самых разных типов и марок. О машине начинают мечтать с детского сада и заранее представляют, какая будет.

— Папа, когда я вырасту, я куплю красный «Феррари»! — говорит четырехлетняя малышка.

— А у меня будет большой желтый «Ламборгини»! — отзывается ее брат шести лет от роду.

Машина — это часть имиджа и образа во всем мире, но в Италии особенно. Поэтому о получении прав здесь задумываются параллельно с окончанием школы.

За патентом на вождение (так это называется) нужно идти в автошколу. Там выдадут список документов, которые необходимо подготовить. И к ним нужно купить в табаккерии пару налоговых марок. Два месяца, иногда дольше, длится обучение теории и практике. Но если до конца 2011 года можно было учиться и сдавать экзамены на нескольких языках, в частности, русский тоже был включен в список, то с января 2012-го оставили только итальянский.

Сначала сдается теория в Motorizzazione civile, или офисе регистрации транспортных средств. За 30 минут нужно дать ответ на 40 случайно подобранных вопросов: «верно» или «неверно». Разрешается сделать до 5 ошибок. Если ошибок больше, то имеешь право на одну пересдачу. Если и ее завалил, то все документы надо начинать собирать заново, покупать новые налоговые марки и начинать курс обучения в автошколе заново.

Если же теория сдана, то через месяц назначают экзамен по практике вождения.

Впрочем, даже плохо зная язык, теорию сдать не сложно. Я сдавала тогда, когда владела итальянским лишь на бытовом уровне. В автошколе мне выдали диск с очень удобной программой, я делала упражнения дома. Каждый день по часу примерно. Скоро я знала все варианты ответов почти на все вопросы на память. И заодно пополнила свой личный вокабуляр итальянского. Сдала теорию с первого раза. Впрочем, половина итальянцев в моей группе не сдали. Молодо-зелено!

Практика же сдается при автошколе. Приезжает экзаменатор, который сидит на заднем сидении, рядом с учеником инструктор, который говорит, что делать, куда ехать и какие маневры исполнять. А экзаменатор наблюдает, иногда может попросить продемонстрировать какие-то еще навыки. Есть строгие экзаменаторы, есть добрые. И часто сдача этого экзамена зависит от личных отношений экзаменатора с инструктором. Если они давно знают друг друга, дружат и так далее, то и «валить» его учеников экзаменатор не будет. А если отношения натянутые или официальные, то крайним может оказаться тот, кто сдает на права и платит немалые деньги, в общем-то, за это все.

В среднем получить права в Италии стоит около 800–1000 евро. Это и обучение, и плата за экзамены, и осмотр окулиста, который приходит специально в автошколу. А вот медкомиссию целиком проходить не надо, достаточно справки от семейного терапевта за 50 евро.

Правила вождения от наших почти не отличаются. Разве что в вопросах по теории очень много внимания уделяется здравому смыслу и вниманию к детям, инвалидам и старикам. Из забавного, к примеру, в упражнениях встречались несколько десятков (!) вариантов смешного вопроса про роковой мяч, который катится по дороге. Мол, что надо сделать: резко остановиться, ускориться или продолжать ехать как ни в чем не бывало?

Кстати, о детях. Детское кресло тоже, как и у нас в России, положено ребенку до 12 лет, но есть уточнение: если ребенок находится на заднем сидении, и рядом с ним взрослый, то можно ездить без кресла.

Алкоголь за рулем в Италии — отдельная тема. По закону несколько лет назад в крови могло быть не более 0,8 промилле, сейчас норма 0,5 промилле. То есть бокал вина или 50 грамм чего покрепче себе можно позволить. Но никто в дневное время итальянских водителей не тормозит и трубкой в лицо не тычет. В ночь с пятницы на субботу, бывает, дежурят и просят подышать в трубку. Но в принципе, и редко можно увидеть карабинеров с палочкой. Только если случится авария, и обнаружится, что водитель был пьян, это отягчит последствия. Поэтому итальянцы вполне свободно выпивают в гостях или в ресторане и садятся за руль в легком опьянении. Главное, не лихачить и не попасть в аварию.

Многие дороги здесь, кстати, очень узкие. Нужно немалое мастерство, чтобы вихлять по местным «тропинкам», где помимо прочего еще и двустороннее движение, а проезжая часть вполне может проходить по краю горной гряды или нависать над морем. Так что обычная поездка на машине по Италии — это тот еще выплеск адреналина!

Итальянцы ищут работу

Когда безработица престижнее

Вот как так получается, что в стране безработица достигает рекордного уровня, но при этом в страну постоянно въезжают иммигранты именно для работы? В 2012 году, по данным Istat, было уже более 2 миллионов безработных. Из них 50 % живут на юге страны, 35 % — на севере и 15 % в центральных регионах. Итальянский союз торговых палат забил тревогу и потребовал от правительства принятия мер. Но на рынке труда только официально больше 150 тысяч вакантных мест для граждан Италии, а уж неофициально раз в 10 больше. А в период кризиса обнаружилось, что образованному безработному намного сложнее устроиться на работу. Идти же на низкоквалифицированную гордость мешает. Италии очень нужны узкие специалисты со средним специальным образованием. Вот их не хватает. По степени востребованности на первом месте высококвалифицированные рабочие, затем идут бухгалтера, инженеры, продавцы и администраторы, работники управленческого аппарата, технические специалисты высокой квалификации. Более всего нуждаются в специалистах металлообрабатывающие, машиностроительные и электромеханические предприятия. А 38 % вакансий — это хлебопеки, кондитеры, мороженщики. Продавцов и агентов по продажам в Италии тоже катастрофически не хватает. И конечно, как и следовало ожидать, крайне мало толковых IT-специалистов, компьютерщиков, технического персонала. Помимо этого дефицит младшего и среднего медперсонала, специалистов по маркетингу и логистике, физиотерапевтов, фармацевтов, конструкторов-электронщиков, консультантов по налоговым вопросам, а ремесленным мастерским центральной части недостает столяров, сборщиков замков, настильщиков полов, плиточников. На Юге же крайне мало парикмахеров и косметологов, зато их предостаточно на Севере.

Почти 4 миллиона иностранцев, легально зарегистрированных в Италии, имеют работу. Но большая часть из них ту, на которую итальянцы идти не хотят. Убирать в квартире другого итальянца — ниже их достоинства. Лучше ходить и изображать синьора в поиске, чем мыть пол соседу. И что удивительно, такие настроения более всего распространены на безработном Юге Италии. А ведь сколько россиянок уехали жить в какую-нибудь Калабрию или Апулию, где получают свои как минимум 600 евро в месяц.

Северные граждане менее щепетильны. И чаще берутся даже за несколько работ днем и ночью, чтобы покрывать все свои расходы и налоги. Одна работа у синьора может быть совсем непрестижная и втемную, зато человеку и его семье хватает на вполне приличную красивую жизнь.

Ловись работа, большая и высокооплачиваемая

В 90-е годы безработица в Италии была очень молодой, в основном не могли трудоустроиться итальянцы до 29 лет. Поэтому они сидели на шее у родителей и хандрили. И в обществе говорили не про безработицу, а про безалаберную молодежь. Экономика была относительно стабильна, казалось, что уволить уже работающего человека не могут. Сейчас все изменилось. Консервативная страна мелких ремесленников и частников увидела наяву, что такое хищный оскал настоящего капитализма. Ремесленников вытесняют супер- и гипермаркеты, лишая мелкий бизнес работы, места на фабриках сокращаются, более сильные конкурентоспособные и циничные вытесняют более слабых, безработных старше 35 становится все больше. И говорят, что им сложнее всего найти работу. Конечно, смотря какую работу. Нужна ведь и высокоплачиваемая, и более-менее престижная, чтобы приносила удовольствие.

Пока итальянец ищет такую работу, он становится на биржу труда и получает пособие. Но если ты никогда не работал до этого, то пособие тебе не будут платить. Для получения пособия необходимы два года страхового стажа и выплата страховых взносов в течение 52 недель. Оно выплачивается по прошествии 7 дней с момента увольнения до 180 дней, а у некоторых отраслей срок установлен до 360 дней. Его размеры меньше, чем у других европейских стран — около 20 % предыдущего совокупного дохода в течение последних трех месяцев. Это в среднем от 700 до 900 евро.

Теоретически биржа труда подбирает итальянцу работу, но практически этим он должен заниматься сам. На первом месте по популярности методов поиска работы — спросить соседа, друга, знакомого, дядю: «Нет ли у тебя для меня работы?»

— Алло, бонджорно, мне дал ваш телефон троюродный кузен нашего соседа, он сказал, что вам нужен бармен…

Если разветвленная сеть родных и знакомых не дала результата (что маловероятно!!!), то итальянец идет утром пить кофе в бар и читает газету с объявлениями. Не особо верит в успех, но позвонит по интересному объявлению. Мало того, что может что-то выгореть, так еще и будет что рассказать потом родным и знакомым, в деталях и красках.

Поиск работы по Интернету осуществляют молодые и совсем продвинутые итальянцы. Рассылают резюме по предприятиям и ходят на собеседования.

В 2011 году насчитывалось полтора миллиона итальянцев, которые окончательно отчаялись найти работу мечты. Так писала пресса. Но отчаяние по-итальянски для окружающих выливается в повышенный градус остроумия и шуток, а потом — бац — и под поезд кинулся.

Зато если работа находится, решаются сразу все проблемы! Веселье у него не напускное, а самое настоящее. Итальянцы любят деньги самой нежной и светлой любовью на свете, больше всего шуток у них — о деньгах и работе. Деньги для них — это красивая, сладкая жизнь, разве можно их не любить. А вот отношение к самой работе очень разное. Безалаберность на рабочем месте у выходцев с Юга — нормальная практика. А у северных как раз наоборот — ярко выраженный трудоголизм. Но и те и другие мечтают о том, как выйдут на пенсию, засядут с газеткой на балконе с цветочками и будут отдыхать.

Веселый итальянский пенсионер

В Европе Италию называют страной пенсионеров. По сравнению с остальными у нее самое высокое пенсионное обеспечение — 15,4 % ВВП при среднеевропейском уровне — 11,9 %, в то время как на поддержку демографии, семей, материнства, образования тратится всего 0,8 %. Поэтому в Италии самая низкая рождаемость в Европе — средний показатель 1,26 ребенка на семью.

После 35 лет рабочего стажа человек может уйти на пенсию, а госслужащие уже после 20-летнего страхового стажа. Среди других стран ЕС Италия последние десятилетия обладала наибольшим числом пенсионеров в возрасте до 60 лет. В 2011 году в правительстве решили, что выйти на пенсию можно только после 65. Самые ушлые итальянцы умудряются также оформить себе пенсию по инвалидности. На итальянском ТВ однажды было целое расследование о липовых инвалидах, которые по справкам были слепые, хромые, глухие, а в реальности жили полноценной жизнью. Это минимум 400–500 евро прибавки к ежемесячному доходу.

Каждый год ряды пенсионеров Италии увеличиваются на 50–70 %. Пенсионная система накопительная. Три раза в год гражданин выплачивает от 700–800 евро. Точную сумму рассчитывает либо кадровая служба предприятия, либо личный коммерчиалист. У моего мужа была история, когда его коммерчиалистка ошиблась в расчетах, и ему пришло письмо из социальной страховой службы, что он не доплатил 11 евро за прошлый год, и если он срочно не доплатит, то весь этот год ему не засчитают вообще. Как же шикарно он ругался! Вперемешку с «бестемиями» и многоэтажными образными конструкциями в адрес итальянского правительства закономерно задавался вопросом:

— Я заплатил 3 тысячи евро за год, но мне их не засчитают из-за недостающих 11? Дожили! Фигадакелатрояимпестада! (на одном дыхании с ударением на предпоследний слог)

Размеры пенсии, по последним данным, в Италии таковы: 51 % (8 млн итальянских пенсионеров) получают 450–500 евро в месяц. Это минимальная пенсия. И получающих ее женщин в два раза больше, чем мужчин-минимальщиков. У 20 % пенсия больше 1500 евро, но среди этих «богатеев» лишь 3 % — женщины. В среднем на пенсии мужчины получают 1300 евро в месяц, а женщины — 890 евро. Правда, в этих данных не учитывается, что вдовы имеют право получать пенсию за своих умерших мужей. Раньше они получали 60 % от пенсии мужа, а сейчас эту цифру сократили до 40 %.

Кстати, иностранцы, имеющие вид на жительство, тоже могут получать пенсию, даже не имея стажа в Италии. Минимум 350 евро. Но помимо документов о прописке и ВНЖ нужно иметь справку из собеса в России, где будет указано, какую сумму уже получает гражданин, и если меньше 350 евро, то разницу доплачивает итальянский INPS.

На пенсии у итальянца начинается веселая жизнь. Он вступает в местную ассоциацию пенсионеров, которая постоянно устраивает развлекательные мероприятия и бюджетные поездки в горы, к морю, торжественные ужины. К примеру, пенсионеры всей толпой вместе едут в сентябре по сниженным ценам отдыхать на море, договаривается обо всем ассоциация. Но главное занятие энергичных итальянских пенсионеров — волонтариат. И трудоустроиться помогает тоже ассоциация.

Волонтеры везде — от дома престарелых до пожарных

Каждый день 76-летняя пенсионерка Йол на три часа идет в дом престарелых ухаживать за находящимися там инвалидами, старушками и старичками. Она работает бесплатно, как и масса других пенсионеров. (А ведь за проживание в доме престарелых эти старички или их родственники платят от 1000 евро в месяц, зависит от конкретного заведения.) В Италии очень разветвленная сеть волонтариата. Они везде — в иммигрантской службе ведут прием и исполняют секретарские обязанности бодрые 70-летние синьоры. Vigili, или наблюдающие за порядком в городе и выписывающие штрафы, например, за неправильную парковку — пенсионеры. В большинстве пожарных частей сотрудники — волонтеры, тоже работающие бесплатно, правда, там уж точно не пенсионеры. Медсестры в «Скорой помощи», санитары в больнице, служба спасения 118, гражданская безопасность и разные городские службы… Причем чтобы стать волонтером, недостаточно одного желания. Нужны профессионалы и адекватные люди. Это просто занятость и дополнительная бесплатная нагрузка, но желающих достаточно. Для работы в некоторых службах нужно за свой счет проходить специальные курсы, сдавать дополнительные экзамены, анализы и получать разные справки. Подробно изучается резюме и психологический портрет кандидата. Некоторые работают по одной специальности за деньги и в дополнение имеют волонтерскую нагрузку, как пожарные, к примеру.

А что получает волонтер за свою работу? Какие бонусы, если не денежные?

Во-первых, уважение в обществе. И самоуважение, конечно. Во-вторых, это общение с другими, разговоры, насыщенная общественная жизнь. В-третьих, это самореализация. Каждый занимается тем, что ему нравится. Еще волонтеров всегда поощряют, устраивая для них торжественные ужины, всем вручают грамоты и подарки. В общем, этот институт словно создан для пенсионеров, которым именно это все и необходимо.

Но есть такой вопрос: а насколько эффективно волонтеры справляются со своими обязанностями? Есть, конечно, и рьяные, но сколько волонтеров работают для галочки! А с волонтера спрашивать качества работы как-то неловко. Поэтому они часто нерасторопны, никуда не спешат, с важным лицом оказывают тебе одолжение. Очень сильно зависит от личности человека и его мотивации. Вот, например, наш друг Микеле, который работает волонтером в гражданской обороне, относится к своему делу очень ответственно. И всегда рассказывает о своих последних операциях. Недавно поступило сообщение, что некая дачока решила себя угробить, села в машину, уехала и пропала, оставив прощальную записку родным. И он вместе с группой других волонтеров и полицейских полночи прочесывал местность с фонариками. И если полицейские за каждый час получают дополнительную оплату, то волонтеры делают это от души.

Это огромная экономическая поддержка обществу, с добавлением в нее человечности. И пенсионерам как минимум есть чем заняться, ведь благодаря хорошей медицинской помощи средняя продолжительность жизни в Италии довольно высокая — 78–80 лет.

Скорая помощь: пока дождешься диагноза, уже выздоровеешь, или очерк об итальянской медицине

Лечение по сценарию

Все граждане и легальные иммигранты получают санитарную карту в ASL (санитарной службе), а в момент получения должны выбрать себе семейного терапевта общего профиля. Все лечение в Италии начинается с него. Только он может выдать направление к другим специалистам. Семейный доктор принимает в своем личном кабинете вне госпиталя, сам по себе. Это, по сути, как участковый, только на дом он не ходит, а вот остальные врачи сидят в больнице.

Поход к терапевту бесплатный, но консультация по направлению у любого другого врача стоит 17–18 евро. На прием надо записываться заранее, и не факт, что он состоится в ближайшие две недели. Бывает, что надо ждать месяц и два. В регистратуре госпиталя могут предложить поехать в соседний городок за 30–40 км от вашего, если там подобный специалист имеет «окошко» на две недели раньше.

Если пациент не желает высиживать очередь к семейному терапевту за направлением, потом выжидать месяц-два, а хочет как можно скорее попасть к нужному врачу, то имеет право записаться на платный прием — 70 евро. Но и там тоже очередь в несколько дней.

Если человеку назначают анализы, то почти за все он должен платить по 10–15 евро и больше. Только в тяжелых случаях или при беременности анализы делают бесплатно. Но сдача анализов — это такой стресс! Для начала у пациента куча бумаг, с которыми в семь утра нужно прийти в лабораторию. На каждую наклеивают личный код пациента и выдают пробирки с этим же кодом, потом с ними выстаиваешь очередь туда, где юркие медсестры берут кровь и прочее. Затем ставят дату на бумагах, когда нужно прийти за результатами, примерно через неделю-полторы. Если не хочется вставать с утра пораньше и сидеть в душной лаборатории не меньше часа, есть такая услуга: медсестра приходит в 7 утра к тебе домой и берет все анализы, относит в госпиталь. Это стоит 15 евро.

Пациент приходит за конвертом с результатами анализов в регистратуру и после этого должен идти к врачу, который ему эти анализы назначил. Точнее, записываться на прием. Который неизвестно когда случится. И не факт, что тот конкретный доктор, что понравился в прошлый раз и назначил анализы, тебя примет. К кому запишут, тот и примет.

В разных провинциях, да что там, городках — совершенно разный уровень оказания медицинской помощи. Это поразительно! В одной могут ждать вежливые доктора, все сделают быстро и на высшем уровне, а в другой — сплошная нерасторопность, бардак и психованный медперсонал. В одной будет все оборудование, а УЗИ или какое-то другое аппаратное исследование доктор может сделать прямо в кабинете во время приема, а в другой чего-то не хватает, и запись на то же самое будет за 5–6 месяцев вперед.

И отдельно нужно сказать о стоматологии или дантистах. Они в Италии самые высокооплачиваемые в Европе, но на качество это не всегда влияет. Как обычно, все зависит от личности доктора и того, как он сам относится к пациенту. Тем не менее счет в 600–1000 евро за лечение одного зуба — это нормально. А уж если несколько зубов проблемные, то в 3000 можно не уложиться. В некоторых регионах есть программы, по которым люди с низким доходом могут по сниженным ценам подлечиться у государственных стоматологов. Но к ним и запись на два-три месяца вперед. А экономные итальянцы ездят лечить зубы к нам в Восточную Европу — в Польшу, Румынию, Россию. Даже с учетом билета на самолет иногда выходит дешевле.

Готовые бежать

Pronto soccorso — так называется итальянская система «Скорой помощи» и дословно переводится «готовые бежать». Оказывать помощь, в теории. Но в реальности единственное, на что точно можно рассчитывать, это на то, что вызов амбуланцы по номеру 112 или 118 гарантирует, что она примчится через минуту, с носилками и толпой обученных волонтеров. И отвезет в приемную «пронто соккорсо». При оформлении каждому поступающему присваивают цвет опасности. Белый — ему ничего не угрожает, и он может ждать сколько угодно; зеленый — жизнь вне опасности, так, порезался человек, кровью немного истекает или ребра сломал, ерунда, в общем, тоже может подождать; желтый — если есть возможность принять, надо принять поскорее; красный — ждать не может и срочно нуждается в помощи.

Так вот, ждать в приемной можно долго, и пять, и шесть, а в некоторых местах и десять часов. Всем поступающим вне зависимости от причины обращения сразу же в вену втыкают иглу. На случай, если вдруг придется поставить капельницу. А дальше пациенты с переломами и жуткими болями в боку, с вставленными в вену резиновыми иглами сидят на неудобными пластиковых стульчиках и постанывают от безысходности. Ни домой уйти, ни альтернативы никакой. В малочисленных частных клиниках подобных услуг не оказывают, оснащение там беднее, чем в государственных.

Еще совсем недавно обращение в «Скорую» и помощь любых врачей, кроме стоматологов, было бесплатным. А с июня 2012 года, чтобы, видимо, сократить количество посетителей, которым заняться нечем, кроме как придумывать себе боли в боку, ввели плату — 25 евро. И только если что-то очень серьезное вроде перелома, ожога, порезов или положили в стационар на операцию, то помощь оказывают бесплатно.

Если окажетесь в Италии и нужна будет медицинская помощь, то лучше всего обратиться в пронто соккорсо самого крупного населенного пункта, что есть поблизости. Потому что качество и скорость «готовых бежать» в разных населенных пунктах различна. Например, я имела дело со «Скорой» в нашем городке, когда сломала палец, это было минус 5 часов из жизни на ожидание в коридоре, хотя за помощью пришло максимум десять человек. Когда свекровь попала в пронто соккорсо города Бреши, что в получасе езды от нас, то очередь в 40 человек тамошние врачи оприходовали за 40 минут. В другой раз, придя в пронто соккорсо в нашем городке с приступом аппендицита, я прождала диагноза 6 часов, скрючившись на черном стуле. Мне сделали анализы мочи, крови, пощупали и отправили домой, сказав, что если не пройдет, вернуться.

— Ну это может быть какая-нибудь инфекция, вот, попейте антибиотики! — сказала мне молодая синьорина в белом халате.

Спустя пару часов пришлось, естественно, вернуться, так как боль была уже нестерпимая. И там был уже другой, более опытный врач, который, уделяя мне время урывками в течение четырех часов, наконец, отправил на госпитализацию. И тут мне открылось новое, более прекрасное и бесплатное (!) лицо итальянской медицины.

Госпиталь как санаторий

В стационар кладут в крайнем случае, но лечение, исследования и операции там проводят бесплатно. Лежат недолго, ровно столько, сколько необходимо для экстренного оказания помощи. Сам по себе лежачий режим с таблетками до полного выздоровления человек может соблюдать и дома. В палатах обычно лежат по двое. В очень крупных госпиталях есть трех- и четырехместные палаты. Место больного оборудовано кроватью с ортопедическим матрасом, которая может принимать самое удобное пациенту положение и управляется приделанным к кровати пультом. Можно сидеть, можно полулежать или поднять вверх ноги.

Нахождение в больнице напоминает санаторий. Утром и вечером по два часа — прием гостей. Больной возлежит важный и нарядный, как король, и принимает родственников, знакомых, друзей с красочно перевязанными коробками печений. Почему-то это у них самый распространенный гостинец в больницу. Иногда приходят одновременно по 15–20 человек, причем в обычной обуви и одежде, толпятся, хохочут вокруг постели больного. Целый ритуал, ах, Марио в больнице, давайте сходим его навестим, даже если в обычные дни до него нет никого дела!

В дневное время всех пациентов обходит медсестра, которая озвучивает меню на завтра и принимает заказы: что пациент хочет есть на завтрак, обед и ужин. Кормят восхитительно, как в ресторанах, еду в красивой посуде привозят прямо к кровати и на специальном подносе на колесиках подают пациенту. Есть можно, не вставая с постели. Впрочем, шибко здоровые пациенты в итальянских госпиталях не встречаются. Но вставать иногда все же приходится, даже если у тебя катетеры в самых интересных местах! Каждое утро меняют постель. Кто может встать, ждет в сторонке, пока все перестелят. А для лежачих разработана целая система быстрой смены постели. Пациента вдвоем катают из одной стороны в другую и пока один держит, другой заправляет. Я наблюдала, как споро работают информьеры (медсестры-санитарки), когда лежала после операции аппендицита в одной палате с полностью парализованной после инсульта синьорой 95 лет. Что удивительно, с ней разговаривали не как с «овощем», а как с нормальной, будто ожидая ответа, по-доброму подшучивая и рассказывая о том, какая за окном погода.

Ежедневно с утра берут анализы крови, приходит медсестра со шприцем. Другая информьера каждые три часа заходит мерить температуру и давление.

Врачи очень ответственно работают. Как правило, это уже зрелые люди за сорок, часто красивые, харизматичные, стильно одетые и ласковые в обращении. Впрочем, попадаются разные персонажи. Был один доктор, видимо, с недопережитой жизненной трагедией, это выдавала щетина и острый, колючий взгляд. Когда он во время своего дежурства делал традиционный обход, я пожаловалась на боль. После операции чувствовала себя терминатором, у меня из живота торчали какие-то трубки.

— Женщины должны страдать, — сказал мне щетинистый. — Таково их предназначение по Евангелию.

На что присутствовавшая с ним медсестра вскинулась и попыталась все перевести в шутку. Здесь бросается в глаза, что доктора работают с пациентами очень осторожно, ведь ошибка может очень дорого стоить. Все кардинальные решения принимаются после тщательного обсуждения с коллегами — резать или нет. И тем не менее случаи халатности встречаются.

Сколько стоит медицинская ошибка

Каждый год в Италии регистрируется от 200 до 300 случаев серьезных врачебных ошибок, из-за которых сильно страдает здоровье пациента, а больше половины заканчиваются смертью. А всего же случаев халатности около 90 тысяч!

Некоторые пострадавшие, кто многое потерял и у кого есть деньги на адвокатов, подают в суд и часто выигрывают огромные суммы. Вот пара примеров. В 2001 году во Флоренции при родах в госпитале ASL малышу была нанесена травма головного мозга. Из-за этого начались неврологические проблемы, и ребенок остался инвалидом на всю жизнь. Не дожидаясь суда, служба назначила компенсацию в 1 миллион и 150 тысяч евро родителям.

Из-за ошибки врачей, которые слишком поздно поставили правильный диагноз, 67-летний Марио Перессон оказался в инвалидной коляске. Суд города Тольмеццо (Фриули-Венеция-Джулия) постановил, что поскольку мужчина не может полноценно исполнять супружеский долг, то компенсация положена и его жене: 300 тысяч евро самому пострадавшему за вред здоровью и 30 тысяч евро жене за ущерб, нанесенный ее сексуальной жизни.

Чем ближе к Югу, тем, к сожалению, дело с медицинской помощью обстоит все хуже. Вот на днях сообщили в новостях о «забавной» истории в Перудже, там больные ночью никак не могли дозвониться до медпункта и обратились за помощью к карабинерам. Когда те приехали в госпиталь, оказалось, что все дежурные врачи попросту спят.

А в одной крупной римской клинике был вопиющий случай — больная туберкулезом санитарка заразила 115 новорожденных. Так что все очень неровно в местной медицинской отрасли. Сами итальянцы передают друг другу из уст в уста информацию о том, кто хороший врач, а кто плохой. И если уж иметь дело с итальянским здравоохранением, то лучше заранее узнавать, чье конкретно лицо будет его представлять в вашем случае.

Глава 7

Досуг

Кто заменяет итальянцам семейных психологов и откуда все и всё про всех знают

Пролог. Сильно сокращенная версия классической системы психологической взаимопомощи итальянцев

Действующие лица: Мауро, хозяин бара и Альфонсо, продавец вин.

Обычное будничное утро. В бар входит Альфонсо.

— О, чао!

— Чао! Как дела?

Мауро начинает в веселой и характерной для этих мест манере жаловаться на жизнь. Кризис, клиентов стало меньше, а недавно налоги пришли, аж 12 тысяч! Закрою бар, уеду жить в Бразилию!

— Сейчас, представляешь, еле избавился от одного клиента. Как-то пришел он выпить кофе, и давай мне рассказывать, что с женой скандалы все время. И три часа мне про свою жену трындел! На прощание попросил, если она зайдет, поговорить с ней. А на следующий день приходит его жена. И начинает рассказывать в красках, как она скандалит с ним. И чем он ее достал. Я слушал, слушал, ушла наконец-то. Уф! Ке кольёни! А спустя час он прибегает и спрашивает, ну как, моя жена здесь была, что говорила? Я ему пересказываю, и он опять начинает по новой про нее, про себя…

— Да, все кругом сумасшедшие! — соглашается Альфонсо. — И не говори! Я с женой тоже иногда ссорюсь, но не рассказываю же об этом всему городу. Вот недавно…

И дальше Альфонсо, конечно же, начинает описывать в подробностях, как он ссорился с женой. Мауро кивает, поддакивает, отпускает ответные шуточки и возгласы в жанре «активное слушание» и «парафраз», это профессиональные психологические приемы, но здесь ими владеют поголовно.

В ответ на историю Альфонсо Мауро рассказывает про свою семейную жизнь и как он однажды тоже был на грани развода. В качестве супервизора немедленно выступает новоприбывший клиент, забежавший выпить кофе, добавляет что-то от себя и убегает.

Всего беседа длилась 45 минут, идеальное время хорошей консультации у семейного терапевта. За это время они сменили пять или шесть «супервизоров», все высказали свое авторитетное мнение и дали советы. Расстались довольные друг другом, к тому же Мауро заказал Альфонсо три ящика просекко и ящик граппы, а Альфонсо сделал ему хорошую скидку и оформил подарок от фабрики — модные дизайнерские бокалы.

Итальянцы никогда не поймут русской поговорки «выносить сор из избы». Они любую соринку несут торжественно демонстрировать и обсасывать на всех углах. Групп-анализ у них случается в режиме нон-стоп и часто даже с незнакомыми людьми. Пошел на городской праздник и сам не заметил, как участвуешь в обсуждении чьей-нибудь проблемы. Хочешь не хочешь, про всех все знаешь, а если еще не знаешь, то скоро тебе расскажут. В эту страну можно не засылать разведчиков, достаточно просто пожить пару месяцев, чтобы знать все обо всех и где у кого что происходит.

— Видишь вон того, он владеет баром «Счастливые часы», у него отец умер от инфаркта на любовнице 30 лет назад, а жена от него сбежала, он сейчас с румынкой живет.

— А вон этого старика видишь, худого, который сидит, как птица на ветке, скрючился! Он 30 лет назад получал в неделю пятьсот тысяч евро в сегодняшнем эквиваленте. Еще с тремя своими друзьями нашел лазейку в законе и зарабатывал на продаже сои. За вечер мог потратить 30 тысяч евро, дикие деньги! Если бы не спускал все, мог быть владельцем половины земного шара. А сейчас живет на 200 евро в месяц пенсии. Его брат устраивал договорные матчи. И когда к ним в дом как-то нагрянула полиция, которая искала этого брата, то его наивная мать сказала, вы не того сына ищете, это у другого какие-то темные делишки, вы перепутали. Однако оба промышляли темными делишками!

Слушаешь эти истории и не знаешь, верить или нет. Сначала это дико забавляло и удивляло, как можно все помнить про всех вокруг, а сейчас привыкла и сама еще кучу наводящих вопросов задаю. Сплетничать так заразно.

— А вон та синьора, в красном, сейчас нормальная стала, двое детей, а когда-то зажигала по ночным клубам и на кокаине сидела. А эта, с которой мы только что поздоровались, 20 лет назад свела с ума Луиджи, ну того, который обувью торгует на углу, и они тайком встречались, она на нем технику орального секса отрабатывала. А потом бросила его, и он очень страдал. О, смотри, синьор с бородой! Он в молодости мог бы стать лучшим певцом Италии, у него был грандиозный талант, на RAI ездил петь, а когда начались первые признаки славы и денег, начал кутить, волочиться за женщинами, пить, курить, кокаинить… В общем, так и слил свою карьеру в унитаз.

Равняемся с несостоявшейся «звездой» итальянской эстрады, он бурно приветствует нашего малыша и говорит, что посвятит ему свою новую песню. Проходит уже второй год, песни пока нет, но каждый раз при встрече обещает.

Прихожу в солярий, хозяйка приветствует, слово за слово и я не успеваю отследить, в какой момент она начинает с улыбкой жаловаться, что ее маленький сын капризничает, ругается с ней и ведет себя вообще отвратительно. Не знает, что с ним делать. И она не ведет его к детскому психологу. Она жалуется своим посетителям и выслушивает их аналогичные истории, советы и получает вполне терапевтическую поддержку.

Здесь привыкли практически любую полезную информацию узнавать от соседей, друзей и знакомых знакомых, особенно психологическую. А источник ОБС (одна баба сказала) считается самым авторитетным.

Нет, безусловно, любой профессиональный психолог скажет, что это суррогат психологической помощи. Но она у них существует на уровне хорошего тона и обычной вежливости. Устой, который формировался веками. При этом, конечно, никто глубоко в твои проблемы не вникает и злоупотребление чьим-то вниманием заканчивается тем, что человека начинают просто избегать. Но кто ищет, тому сопереживальщиков всегда можно найти.

К настоящим психологам здесь тоже ходят, хотя их намного меньше, чем в России. И не сказать, что они завалены работой. Ходят в крайнем случае — после смерти близких или развода, когда однозначно не в состоянии пережить самостоятельно ситуацию, а лишние деньги есть. Но чаще предпочитают сами преодолевать стресс. И для итальянца стоимость часа в 50–80 евро — это дорого.

— Ну что я псих, что ли, к психологу ходить?! — веселясь, говорит итальянский человек в состоянии глубокой перманентной депрессии.

Тем более, что некоторые итальянские психологи сами не производят впечатления психически здоровых. Вот у нас есть знакомый, потомственный психоаналитик, у него и мама, и папа доктора психологии. Его зовут Алессандро. И он рассказывает, как иногда ездит со своим любимым плюшевым медведем в машине. Медведь довольно крупный, в рост человека. Он сажает его на переднее сиденье и пристегивает ремнем. Однажды его останавливает полицейский проверять документы и с подозрением косится на медведя.

— Э-э… — не успевает задать вопрос полицейский, как Алессандро его уже перебивает:

— Что-то не так? Если изволите видеть, то медведь пристегнут! Еще есть ко мне какие вопросы?

Полицейский после этого быстро вернул права и отпустил Алессандро. Рассказывал он это все абсолютно серьезно и даже с некоторым негодованием, как это полицейский посмел косо посмотреть на медведя. Любимого, заметим!

Что удивительно: итальянцы — нация веселая, устраивать комические мизансцены в разговорном жанре для них — норма. Комик на комике сидит и комиком погоняет. Тем более странно, что когда итальянский ученый начинает писать какую-то научную работу, то более занудного и дотошного до мелочей текста найти сложно. Если итальянец вошел в образ серьезного умного человека, его никто не сможет остановить. Это будет до того серьезный психолог, что провалиться можно. Так вот, итальянские психологи в массе своей — это самые серьезные и занудные люди. С ними не до шуток. Они проводят симпозиумы, международные конференции, обсуждают глобальные проблемы педофилии и психоанализа, бьют разные тревоги в обществе и всегда, в общем, на нервах.

Они как будто полная противоположность характеру итальянцев, которые стараются как раз меньше всего бить в набат и думать о глобальных проблемах, особенно серьезно. Обычный итальянец способен обшутить любую самую невеселую тему. Но именно итальянские психологи демонстрируют собой, насколько непросты эти простые итальянцы. Они все очень сложные, рефлексирующие, загадочные сами для себя, глубокие и ранимые. Итальянцы немного актеры. Там не просто двойное дно, а десятислойное. Приезжаешь как турист и видишь доброжелательных, гармоничных, жизнерадостных и вежливых людей. А поживешь среди них, постепенно они снимают свои маски, и каждый раз под маской оказывается совсем другая личность. И так они снимают и снимают свои маски, снимают и снимают…

Я живу здесь уже третий год, а все открываю периодически вроде уже давно знакомых людей заново с абсолютно новой стороны. Могу сказать точно, итальянцы сами по себе прирожденные психологи, а жизнь в их обществе очень сильно тренирует навык разбираться в людях с первого взгляда.

Чем занято свободное время среднестатистических синьоров

Сколько у них свободного времени

Когда приезжаешь в Италию в качестве туриста, то кажется, что итальянцы живут размеренно, и у них полно свободного времени. Гуляют, наслаждаются жизнью, и обеденный перерыв длится аж четыре часа. Выйдешь так в час дня прогуляться, а городок — пусто-ой! Никого нет. Только лучи солнца как расплавленное золото заливают мостовую, закрытые двери магазинов, горшки с цветами и черепичные крыши.

Но на самом деле, даже если посмотреть на статистику, то оказывается следующее: большая часть взрослого населения не имеет достаточного количества свободного времени. По последним данным, из 60-миллионного населения страны лишь 8 миллионов — это те, кто имеет либо доход ниже 1000 евро, либо безработные. Остальные очень много работают. В реальности в капиталистическом обществе нормальная работа занимает больше времени, чем 8 часов в день. Все мои знакомые итальянцы (а знакомишься тут каждый день с кем-нибудь), работают ли они на фабриках или имеют частный бизнес, уделяют работе больше заявленного по контракту времени. И чем крупнее должность, тем дольше засиживается человек в офисе. А уж собственное дело — это полная занятость с перерывом на сон. На больших фабриках, в крупных сетевых магазинах, супермаркетах обеденный перерыв так же, как и во всем цивилизованном мире, один час. Но не только в официальных учреждениях строго регламентирован режим. Рабочий, который кладет плитку в доме, ровно в 12.00 оставит все как есть и пойдет на перерыв. И вернется ровно в 13.00.

У бутиков, мелких магазинов, аптек, булочных, мясных или овощных лавок перерыв начинается в 12.30, и снова они откроются в 16.00 или 16.30. Но думаете, их хозяева четыре часа где-то прохлаждаются? Ничего подобного. Они трут, моют и убирают внутри и снаружи, в магазине и в своей квартире, обедают, убирают, моют и трут. Кто-то, конечно, отдыхает часок, чтобы потом с удвоенной силой открыть ставни, двери и приняться за работу.

Но есть отличие: в российском варианте человек может делать несколько дел одновременно. У итальянца все дела идут друг за другом. Он делает только что-то одно. И дела расписаны заранее. Рутинную работу они выполняют спокойно и не торопясь. И кажется, будто их жизнь размеренна, нетороплива и мила. Но на самом деле это грандиозное умение жить по графику и великолепная самоорганизация. Они даже когда спешат, то спешат спокойно. Спешить, даже опаздывать, при этом не торопясь и не суетясь — талант, особенно присущий людям с Юга. Правда, надо справедливости ради отметить, что именно они опаздывают чаще всего. Некоторые на час и два. Но не придают этому значения. Это в порядке вещей. Северные синьоры почти никогда не опаздывают. Лучше организованы, и у них все куда более четко поставлено. Но и больше страдают от скрытой депрессии и загнанности.

Так вот, веду я этот долгий рассказ к тому, что свободное время у синьоров тоже по расписанию. Ты можешь отдохнуть днем в обеденный перерыв, вечером после ужина, в субботу и воскресенье, когда ни один уважающий себя господин не шевельнет даже одной извилиной в сторону работы. Но и в выходные дни есть традиционные занятия, например, обязательные воскресные обеды у родителей или у теть-дядь, с традиционными для этих мест блюдами. А чем же они заняты в свободное время?

Хлеб, шопинг и зрелища

В будничные дни свой досуг итальянцы организуют сами. Как правило, это что-то очень спокойное и расслабляющее. После ужина некоторые (меньшинство) выходят прогуляться, остальные смотрят телевизор или сидят на балконе, бывает, читают газету, но в основном просто возлежат на креслах и тихонько беседуют друг с другом.

Выходные всегда проходят довольно насыщенно. Во-первых, в итальянских городках есть традиция устраивать ежегодно собственные праздники. И каждый выходной обязательно что-нибудь происходит в каком-нибудь городке по соседству. В одном праздник хлеба из века в век в эти дни, в другом выставка домашних животных — чистенькие начищенные коровки, быки, козы и так далее в художественном порядке располагаются на центральной площади, в третьем пекут пиццу под звездами, в четвертом конный праздник и так далее. И есть периоды, особенно богатые на подобные фесты. Например, когда начинаются скидки, первая половина июля — сплошные праздники. Так, в 2012 году у нас в Ломбардии кто-то придумал назвать фесты в честь скидок «Белые ночи». Вдохновились российским Санкт-Петербургом. И вот в центре городов окрестные кафе и бары установили свои белые столы, стулья, стойки и танцовщиц в белом на белых подиумах. Помню, как наш городок на два дня стал огромным ночным клубом. На каждом углу музыка, песни, танцы, аперитивы и веселье до трех утра с открытыми магазинами. Такие же «белые ночи» прокатились по всем городкам в округе.

В сентябре, когда скидки заканчиваются, чтобы сбыть остатки старых коллекций, магазины устраивают еще один праздник «Фуори тутто», что переводится «все наружу». И уже бутики со всеми своими вещами и креативным оформлением улиц превращают городок в один сплошной магазин под открытым небом, тоже с музыкой, аперитивом и танцовщицами.

Горожане гуляют, общаются, что-то покупают, все довольные и нарядные.

Во-вторых, в выходной кто-нибудь из родных или знакомых выходит замуж, женится, венчается или крестит ребенка. Если ты приглашен, разве можно что-то еще планировать?

Если фесты нигде поблизости не проводятся (изредка такое случается) и никто не женится, то в хорошую погоду в выходной итальянская семья едет гулять на озеро или в горы, кто живет у моря, идет на море загорать. Обед, как правило, экономные итальянцы берут с собой. Готовят пасту с соусом и кладут ее в пластиковые коробочки, чтобы потом съесть на пляже. Прогулка среди красот или пассивный шопинг с разглядыванием витрин — два основных вида воскресного отдыха. Иногда они совмещаются. В некоторых городах каждый выходной устраивают блошиные рынки, и туда съезжаются пошататься и купить какую-нибудь ерундовину с окрестных мест.

Другие едут в аутлеты, которые похожи на сказочные дворцы с водопадами, цветами и особой атмосферой потребительского счастья. Многие мужчины в Италии больше, чем женщины, любят эти прогулки, так что семьи по аутлетам бродят совершенно блаженные, с колясками, спящими или кричащими детьми всех возрастов, едят мороженое и никуда не спешат.

По вечерам в свободные от городских праздников выходные в молодежных католических центрах устраивают спектакли с классическими итальянскими угощениями. Эти центры называются ораторио, есть в любой дыре, туда дети до 16 лет ходят заниматься футболом, танцами, пением и на разные кружки, там же священники проводят лекции для молодых родителей, собирающихся крестить малышей, занятия богословия и так далее. Спектакли играют сами горожане совершенно бесплатно. Они не то чтобы высокохудожественные, это просто самодеятельность, но собирает она довольно много зрителей. Это, конечно, люди старше среднего и пенсионного возраста, но и молодежь нет-нет, да заглянет на огонек. В ораторио также устраивают дискотеки и тематические вечера. В общем, не знаешь, куда податься вечером в субботу, иди в ораторио.

Ну и конечно, шумно сидят итальянцы по кофейням на свежем воздухе, мужчины играют в карты или в какие-нибудь еще игры. В некоторых поют караоке и не дают спать соседним домам до двух ночи.

Иногда итальянская семья выбирается послушать оперу. Покупают билеты и едут, красивые и нарядные, например, в Верону. Там каждый год в июле и августе на открытой арене в форме Колизея уже сто лет проводится оперный фестиваль, где поют лучшие голоса мира. В девять вечера начинаются спектакли и заканчиваются в полночь. Билеты дорогие, от 60 евро за место на каменных ступеньках, но раз в год или два выбраться надо.

Неспортивная нация

Местное население при всем желании нельзя назвать спортивной нацией. Потому что спорта как самоцели здесь не существует. Спорт ради здоровья, ради тонуса или похудения — спасибо, нет. Существуют в ассортименте бассейны, фитнес-центры, футбольные поля, турники и теннисные корты. Спортсменов очень уважают, правда, в основном за высокие доходы. Но если увидите итальянца с накаченными бицепсами — перекреститесь. Такие хоть и встречаются, но случайно и слишком контрастируют с реальностью. А реальность такова: занимаются спортом только тогда (и тем видом), когда есть возможность удовлетворить остальные, основные потребности. А именно — пообщаться, самоутвердиться как модная и стильная личность и развлечься. Поэтому в футбол гоняют юнцы, средний класс играет в теннис. Молодежь катается на горных лыжах зимой, а малышей в школах и детских садах учительницы водят на уроки плавания. То есть спорт как бы присутствует. Но настолько невыпукло, что будто его нет. Понятие «здоровый образ жизни» я тоже как-то не слышала в обиходе. Есть либо спокойный веселый образ жизни, либо la vita e dura, то есть тяжелая жизнь. Установка итальянца — избегать тяжелой жизни. И если ее можно как-то облегчить и подсластить, значит, надо облегчать и подслащать. Напрягаться ради мифического здорового образа жизни — еще чего!

Сами итальянцы редко выглядят спортивно. В основном невысокие, а у многих итальянских мужчин фигуры своеобразные, но местами на талии слегка женоподобные. А вот женщины зато довольно коренастые. И не толстые, но и не худые. Но очень многие сутулятся! Правда, молодые женщины сейчас за собой следят лучше и уделяют больше внимания спорту, чем их мамы и уж тем более бабушки. Когда пожилой синьоре говоришь, мол, а пойдемте в бассейн, она смеется, как будто услышала удачную шутку и спрашивает, что она там будет делать.

Зато есть здесь такой вид спорта — рыбная ловля. Но конечно, не ради еды. Отборные морские гады, которые еще утром плескались в бирюзовых волнах, в супермаркете стоят дешевле, чем занятие этим видом спорта. Во-первых — экипировка. Итальянский рыбак может за всю жизнь поймать две рыбы, но у него будет все самое специальное: одежда, снаряжение, приспособления, ведерко и так далее. Во-вторых, чтобы стать рыбаком, надо купить лицензию на рыбную ловлю — около 200–300 евро в год. В-третьих, не везде можно ловить рыбу. И считается, что лучше всего это делать в специально отведенных местах, рыбных хозяйствах, где рыб разводят специально для вылавливания ее рыбаками. Я как-то посетила это сказочное место. Крошечное искусственное озерко, больше похожее на лужу, имеющее отсек с небольшую комнату, в которой кишмя кишат рыбы. А вокруг озерка стоит и сидит на специально сделанных бетонных скамеечках куча рыбаков. Но что удивительно, у одних клюет каждые пять минут, а у других раз в полчаса. Стоимость удовольствия — 11 евро на человека за два часа, и сколько рыбы поймаешь, столько можешь увезти с собой. Вот в этих рыбхозяйствах можно рыбачить и без лицензии. Мы заплатили 22 евро, поймали пять средних рыб (могли бы и покрупнее выпустить нам из загона, блин) и поехали в супермаркет. Еще на 20 евро накупили свежайших устриц, тигровых креветок и так далее.

А еще здесь поголовная мода на велосипеды. Они настолько привычны, что некоторые пройти пять метров пешком не могут, только на велосипеде. Но он лишь выглядит как спортивный инвентарь, на самом же деле почти лишает человека обычного передвижения на своих двоих. Моя свекровь до булочной на соседней улице исключительно едет на «бичи», ходить пешком ноги болят. Но известно же, что велосипед приносит спортивную пользу только при поездке на длительные расстояния в интенсивном режиме. А в том, котором его используют итальянцы, пользы иногда вообще никакой, кроме как для дорожного движения. Пробок меньше.

Три типа ночного досуга

В Италии существует древняя ресторанная культура. И так как здесь ко всему дифференцированный подход, то такого явления, как в России — клуб по интересам, он же дискотека, он же ресторан, место знакомств, легкомысленных и серьезных, и прочая-прочая — здесь не встретишь.

В ночном досуге существуют три типа ночных заведений. Дискотека — обычно днем это бар, куда можно зайти выпить кофе с утра или аперитив перед обедом или ужином, пропустить стаканчик граппы после и посмотреть результаты последнего матча. А ночью он превращается в дискотеку с танцами. Куда некоторые приходят целыми семьями вместе с малыми детьми, научившимися ходить на прошлой неделе. Общаются, выпивают, танцуют, поют караоке и расходятся, довольные, самое позднее в три ночи.

Lap Dance — это бар со стриптизом. Туда ходят наряженные мужчины, вход за плату, причем первый коктейль в некоторых местах получаешь бесплатно, он составляет стоимость входного билета. На всех шестах и без них танцуют полуобнаженные девушки, которые постепенно раздеваются до нижнего белья и после ходят по залу собирают «дань». 80 % танцующих девушек приехали из Румынии, и оставшиеся 20 % в основном из Латинской Америки — Бразилии, Кубы. Украинок, молдаванок и тем более россиянок ничтожно мало. Из-за этого соотношения именно румынки в Италии синоним девушек облегченного поведения. Про русских ничего такого даже не слышали, поэтому наши Наташи считаются очень приличными синьоринами. Это особый мир со своими девушками-звездами, у которых есть свои фанаты-поклонники. Красавицы гастролируют по клубам и делают основную кассу. Очень хорошо зарабатывают. И по этой причине пользуются даже уважением со стороны обычных мужчин. То есть крутить роман с перспективой серьезных отношений со стриптизершей совсем не зазорно. Есть и простые труженицы шеста при каждом клубе. Их основной доход составляют приватные танцы. В отдельном зале за бархатной занавеской она танцует специально для клиента. Удовольствие стоит 50 евро за 10 минут, и девушку нельзя трогать даже пальцем.

Третий тип ночного досуга самый порочный. Называется английским словом Night club. И туда посетители приходят специально за тем, чтобы познакомиться с нимфой на ночь. Девушки работают в клубе, встречают клиентов, болтают за стойкой и раскручивают на напитки. Если девушка понравилась, с ней договариваются о цене, платят часть хозяину и уезжают. Это может стоить около 400 евро: 200 — девушке, 200 — хозяину. Причем проституция в Италии запрещена и преследуется по закону. И наказание ждет не девушек, а клиентов. В полиции даже работают специальные подсадные красавицы. Останавливаться на шоссе возле живописной милашки в мини может быть чревато сроками и штрафами. При этом существуют совершенно спокойно вот такие заведения. Вероятно потому, что доказать, увозишь ты девушку в ночь ради близости за деньги, а не по взаимной симпатии сторон — сложно.

Помню, как однажды знакомых итальянцев, только приехавших в Москву, стали звать в ночной клуб. Они были растеряны и говорили, что не нуждаются в девушках на ночь сегодня.

Не так давно в больших городах — Риме, Милане — и крупных туристических точках стали появляться форматы модных танцевальных клубов а-ля Ибица, куда приезжают всемирно известные ди-джеи. Но и тут делают ограничения, чтобы не превращать в рассадник порока. Мужчины, к примеру, могут войти только с дамой сердца, а девушки — в компании. И в названии такого клуба будет слово «диско» или какой-то другой намек на то, что это приличное заведение.

Кстати, один из самых пафосных клубов такого рода находится на озере Гарда в Дезенцано, называется «Кокобич». Специально для него был завезен песок из Египта, потому что у самого озера дно и берег из крупной гальки. Днем там можно загорать, а вечером зажигать. И встретить самых разных «звезд» ТВ и сцены, известных политиков и просто очень богатых людей.

Страсти по футболу

О том, что Италия чуть ли не синоним футбола, известно всем. Это национальный вид спорта, повод для гордости, споров и разговоров. В реальности не все итальянцы такие уж рьяные болельщики. Многие из них, скорее, готовы изображать «тиффозо» (болельщик на итальянском, словечко невероятно смешное, на мой взгляд) в угоду стереотипам. Но те, кто болеют, доводят свой фанатизм до крайней степени. Заходим в пиццерию, хозяйка которого — страстная тиффоза «Милана». А эта команда сегодня проиграла «Ювентусу». И входит ее сосед, болельщик «Ювентуса», за пиццей. Они начинают вдруг шумно и эмоционально спорить, и среди этих размахиваний руками слышно, что она ему отказывается не только сегодня продать пиццу, а вообще когда-либо продавать пиццу! И смех и грех.

Тиффозничество, назовем это так, здесь передается по наследству. Если мой отец болел за «Наполи», и я буду болеть за «Наполи». А жить можно где-угодно, хоть в Валь-де-Осто среди снегов.

Какая-нибудь семья за столом может час с лишним обсуждать, что в «их» команде появился новый игрок, фантазировать, как он обживется, примет ли его команда и так далее. Настоящие звезды в Италии лишь футболисты и певцы. Остальных можно и не знать.

Болельщики здесь очень позитивные. Если команда выиграла, они веселятся, гудят друг другу на дорогах и размахивают флагами Италии. Если проиграла, тихо расходятся по домам, опустив глаза, и надеются на светлое будущее. Когда был финал Еврокубка-2012, и Италия играла с Испанией, я боялась, что снова всю ночь не будем спать, как в тот вечер, когда итальянская сборная выиграла у немцев. Потому что это было что-то страшное! Они так бурно выражали радость, до четырех утра! Я лично такую шумную фесту с фейерверками, песнями и шампанским устрою, только если выиграю случайно 100 миллионов евро.

Накануне Еврокубка, кстати, премьер Монти «облажался» именно на почве футбола. Был страшный скандал с договорными матчами, полиция начала вести расследование, и к делу были привлечены два десятка футбольных «звезд» первой величины. И премьер-министр не нашел ничего лучше, как предложить отменить вообще игры и участие в Еврокубке на пару-тройку лет, то есть лишить Италию ее гордости — футбола. Это ему точно очков не добавило. Зато отлично пошло в копилку к общему народному раздражению от экономического кризиса, новых налогов и традиционно негативному отношению итальянцев к правительству.

На диване с пивом, слушая оперу

Италия — родина оперного театра. Именно в этих краях на рубеже XVI–XVII веков начали ставить оперные спектакли в том виде, в котором они существуют сегодня, стали появляться первые оперные школы, а первый оперный театр был открыт в Венеции.

Здесь до того почитают оперу, что некоторые итальянцы искренне полагают, что театром в принципе может называться только оперный. А о драматическом искусстве и понятия не имеют.

В начале моей семейной жизни с итальянцем особое впечатление на меня произвела следующая мизансцена. Как-то в субботний осенний вечер мой свежеиспеченный муж включил телевизор. Так-то он его почти не смотрит. Но откуда-то всегда знает, что показывают вечером любопытного. И вот он, повторюсь, включает телевизор, торжественно открывает бутылку пива и удобно устраивается на диване. Картина сюрреалистическая, потому что это традиционная поза русских мужчин, но в Италии я ее не встречала и впервые видела подобную картину с участием Роберто. Я его к тому моменту уже окончательно идеализировала, так что лицезреть проявление хоть чего-то человеческого было неожиданно и даже приятно. Ну, думаю, наверное, футбольный матч. Все мужчины в мире одинаковы! Но нет, это была прямая трансляция из оперного театра, давали «Травиату». И как только начиналась чья-то партия, мой супруг начинал им в голос подпевать. Более того, он знал все слова и ноты наизусть! Думаю, не он один такой.

— А вот эту, эту послушай!!!! — увлеченный, с азартом говорил он мне. — Какая мощь! Какая музыка! Но лучше всех эту партию исполнял…

Роберто не музыковед, не работник сцены, не журналист и вообще никаким образом не причастен к творческой среде, даже университетов не кончал. Он занимается сугубо мужским бизнесом — продает дорогой алкоголь мелким и крупным оптом. Но в тот вечер в промежутках между партиями он устроил мне настоящую оперную лекцию.

Почти у всех итальянцев очень хорошо развит слух, поэтому они так обожают караоке. И запеть неожиданно для итальянцев вполне нормально. Если душа поет, чего ж ее сдерживать? Однажды я прогуливалась с ребенком в обычный будний день, и меня обогнал на велосипеде пенсионер, который весело напевал какую-то арию. Прелестно!

Что еще смотреть по местному телевизору

Не удивительно, что в Италии больше всего по Европе в целом проводят время у телевизора. Потому что итальянское ТВ — это настоящая таблетка от депрессии. Три кита — красота, эмоции и еда.

В какое бы время ни включили телевизор, на одном из каналов обязательно готовят, аж слюнки текут. А в дневное время в будни так вообще постоянно, кулинарные передачи сменяют друг друга по всем центральным каналам. И одновременно с готовкой пищи они поют, танцуют, шутят и соревнуются в руладах. Режиссеры и операторы так правильно снимают процесс готовки, что можно не понимать ни слова, но после недели просмотра фоном этих передач начинаешь чувствовать в себе ростки шеф-повара. А неизвестно откуда взявшаяся кулинарная интуиция подсказывает новейшие решения в процессе готовки банальных блюд.

Кроме этого есть масса увлекательнейших передач, с юморными телеведущими, задача которых показать процесс, к примеру, как делают моцареллу. Или пекут хлеб. Или вялят прошутто. Программы-то в общем документальные и должны быть тоскливыми, а сняты так, что оторваться невозможно. Или вот еще есть одна, посвященная исключительно морской кухне. Ведущая сначала плывет с рыбаками на ловлю каких-нибудь морских гадов, затем в толпе людей вылавливает желающего этих гадов приготовить по своему рецепту. Как она это делает, удовольствие доставляет отдельно. И затем они готовят, отдельно — желающий, и отдельно — шеф-повар из дорогого ресторана. Одно и то же блюдо, но совершенно по-разному! Ведущая все время шутит, ест в камеру, травит байки и хохочет во все 32 зуба. Гипнотизирующее зрелище!

Красота на итальянском ТВ представлена женщинами. Огромное количество девушек, многие просто молчат и улыбаются в камеру, красивые до умопомрачения. Они есть везде, чуть ли не в любой программе, как элемент декора. И многие девушки далеко не итальянки, некоторые даже не говорят на этом языке. Они попали на экран только потому, что очень хороши собой. А говорить им и не надо, без них есть кому.

ТВ, особенно итальянское, немыслимо без ток-шоу. Но здесь оно представляет собой довольно вежливое и веселое мероприятие. Чаще всего почему-то такой типаж ведущих: очень важные, уверенные в себе, зрелые выжженные блондинки с хриплыми прокуренными голосами. Когда они открывают рот, все остальные тут же замолкают. Одна фраза — все хлопают и смеются. Есть и мужчины-ведущие, но они, как правило, ведут передачи, где нужно что-то угадывать. Тоже довольно зрелые, с очень хорошим чувством юмора, мгновенной реакцией и хитрой ухмылкой. Кокетничают с декоративными девушками и выдают гэги как из пулемета.

Шутят на итальянском ТВ очень много. Есть ироническая передача «Стриша нотиция», что означает полоса новостей. В ней просто блестяще обыгрываются и обсмеиваются последние новости недели. На заднем плане постоянно пляшут две фотомодели, по студии носится щенок, хохочет белокурая бывшая модель из Швейцарии, ей около сорока, и у нее есть право голоса, а ведут программу два комика в возрасте.

Вообще же итальянское телевидение максимально разводит на эмоции. Даже официальные выпуски новостей располагают к тому, чтобы заплакать или рассмеяться, как минимум, восхититься немыслимым кроем блузки у ведущей… Цензуры в новостях нет. Вот пример. Даже на каналах, принадлежащих Берлускони, спокойно давали возможность высказаться его политическим оппонентам в период до снятия его с поста премьера. Уж кто-кто, а итальянские политические деятели выражения не выбирают. Припечатают, так припечатают.

А аналог российской программы «Жди меня» представляет собой настоящую мелодраму. Режиссер играет музыкой, светом, сюжетными линиями. К примеру, прежде чем герои встретятся, в соответствующей обстановке вслух актер зачитывает письма одного героя к другому. И то, под какую музыку, как чередуют крупные планы того и другого, выдавливает максимальное количество слез и умиления у зрителя.

Надо отдать должное итальянскому ТВ за каналы для детей. Для малышей — свои передачи, для школьников — свои.

А еще в Италии можно более спокойно смотреть фильмы. Они не прерываются, как в российском варианте, рекламой через каждые пять минут. Когда после двух лет жизни в Италии я приехала в Россию погостить, то первая же попытка насладиться нашей старой комедией по федеральному каналу чуть не свела меня с ума. Сложилось впечатление, что это реклама перебивается иногда кусочками фильма, а не наоборот. Может, поэтому в России так много ходят в кинотеатры? А вот в бесконечно кинематографичной Италии с кинотеатрами ситуация совершенно иная.

Почему мировые кинопремьеры в Италию приходят самыми последними

— Мы теряем кинотеатры и кинозрителя! — несколько раз в интервью классиков итальянского кино слышала я подобную горечь и печаль. Страна, где были показаны первые сеансы братьев Люмьер, на которую пришелся золотой век кинематографа, где творили Феллини, Антониони, Дзефирелли… Киногениев эта земля рождала немало. Италия создана для того, чтобы снимать фильмы. Она могла бы стать абсолютным законодателем мод для фабрик грез во всем мире. Но сегодня переживает не лучшие времена, как минимум, в части кинопроката.

Нет, безусловно, на одну маленькую, по сравнению с Россией, Италию приходится более трех тысяч кинотеатров. У нас во всей России, для сравнения, к концу 2011 года насчитывалось 2245 кинозалов. Но их количество (в России) стремительно растет, к 2015 году планируется его как минимум удвоить. А в Италии кинотеатры один за другим закрываются. Каждый год премьер все больше, а посещаемость падает. За последний год зрителей пришло на 8 % меньше, чем в предыдущем. В центральной газете Неаполя даже была опубликована грустная статья о том, что итальянцы сменили кинозалы на супермаркеты.

Традиционно бум походов в кино наблюдается только в период Рождества, когда выходит очередная снятая к Новому году комедия положений. Названия у них всех примерно одинаковы, что-то типа «Каникулы в Южной Африке», «Отпуск в Мексике» и в том же духе. Все созданы по беспроигрышному отработанному шаблону — бессмысленные, но дико смешные приключения какой-нибудь парочки престарелых «казанов», с их любовницами или женами, мамами и кузенами, путешествующими по экзотической жаркой стране, обязательно пытающимися разбогатеть (на горизонте маячит чемоданчик с миллионом), все стараются перехитрить друг друга и терпят одно за другим оглушительные фиаско. Эти картины всегда имеют хорошую кассу. А вот летом в кино ходят очень мало.

Доля голливудских премьер в итальянском прокате 48 %. Цифра год от года меняется, в лучшие времена составляла 63 %. Вялый итальянский зритель не ждет их, как манны небесной. Никакой киномании у них нет, есть, чем заняться. Поэтому все мировые премьеры в Италию приходят с опозданием на три-четыре месяца, а то и больше. Так же, кстати, и с телепремьерами популярных по всем мире сериалов — здесь Италия может отставать на годы. Помню, была дико удивлена, когда на RAI начали рекламировать голливудский сериал «Теория лжи», или в оригинале «Lie to Me», где доктор Лайтман читал по мышцам лица и мелким жестам правду. Увлекательнейший продукт, я по нему написала четыре публикации в газету три года назад, по Первому каналу его показали два с половиной года назад, моя коллега уже выпустила книгу по мотивам этого сериала, телеканал FOX его уже закрыл, а в Италию он только-только докатился. Впрочем, никакого ажиотажа, даже хоть немного похожего на тот, что он вызвал в российском обществе, не было. Итальянцы его даже не заметили. Они и так знают, что все врут, и какой смысл эту ложь распознавать? Вот еще, напрягаться…

Средний итальянец способен поразить вас тем, что не только не видел, но даже не слышал о таких нашумевших в свое время и, кажется, известных абсолютно всем голливудских фильмах вроде «Криминального чтива», «Пятого элемента», «Убить Билла», «Матрицы», «Пиратов Карибского моря» и так далее. Они все же больше смотрят свои фильмы, в лидерах проката всегда итальянские картины. Голливудских актеров и нашумевшие фильмы знают только очень продвинутые и любопытные граждане.

На территории этой страны проходит старейший международный кинофестиваль — Венецианский, а также масса других, более мелких, но важных в киномире. Но на рядового зрителя эта суета никак не влияет. Итальянцы живут своей жизнью, и им приятнее пойти вечером в ораторио на любительский спектакль, чем в темный зал, где и с соседом-то не поговорить.

Кстати, насчет поговорить во время сеанса: во Флоренции есть кинотеатр — один из старейших, в котором фильм прерывается каждые 45 минут на паузу для обсуждения. «Одеон», так он называется, расположен в каменном здании XV века Palazzo dello Strozzino, когда-то принадлежавшем семье Строцци, одним из самых богатых и влиятельных аристократов Флоренции. После Первой мировой войны, в 1920 годы, в бывшем дворце под руководством архитектора Марчелло Пиачентини снесли стены 121-й комнаты и создали единое пространство, круглый зал со сценой, над которой поставили экран. Декор интерьера остался прежним: зал украшают гобелены, хрустальные люстры, мраморные колонны и скульптуры эпохи Возрождения. А сеанс в этом кинотеатре стоит около 10 евро.

И на закуску, друзья, еще вот такая совершенно итальянская история!

— Если зритель не идет в кино, то кино идет к зрителю! — как-то сказал итальянский режиссер Франческо Адзини, тоже, кстати, из Флоренции. И создал самый маленький в мире кинотеатр на двух человек. То есть переделал свой автомобиль Alfa Romeo Berlina 1974 года выпуска под кинотеатр на колесах, назвал его cortomobile и ездит на нем по всей Европе. На тот момент, когда о его арт-проекте написали в газетах, он преодолел уже более 120 тыс. км, а на его «сеансах» побывали более 8 тысяч человек. Идея родилась в 2005 году, когда он с другом ехал на киноконкурс. Иметь свой кинотеатр было его голубой мечтой, но позволить себе приобрести огромное помещение он не мог. Поэтому повесил бархатные шторки на окна своего старенького авто, организовал экран на лобовом стекле и в том же году начал показывать короткометражки. Спустя пару лет Адзини приобрел автомобиль Ford Transit 1981 года выпуска, в нем может разместиться шесть зрителей. И стал крутить уже полнометражные фильмы. На своем сайте и в социальных сетях он выкладывает свой маршрут и где будет следующая остановка, а там его уже ждут.

Глава 8

Мировая столица христианства

Ватикан — государство в государстве

Историческая справка

Это удивительная и поразительная вещь: Ватикан не входит в состав Италии, хоть и окружен со всех сторон этой самой Италией. Юридически это совершенно отдельное государство, со своими законами, своей системой. Причем на его территории расположено посольство Италии в Ватикане, которое в данном случае находится в собственной столице. Даже забавно!

Его название пошло от слова vaticinia — место гадания. И на нем было не принято селиться, так как это место считалось святым. В 326 году, когда на территорию Италии пришло христианство, над предполагаемой гробницей Святого Петра была воздвигнута базилика Константина, и с тех пор там начали селиться люди.

В середине VIII века здесь образовалась Папская область. Постепенно она захватила почти всю центральную Италию, но в 1870 году ее территории вошли в состав Итальянского королевства. Сегодняшнюю свою форму Ватикан приобрел 11 февраля 1929 года на основании заключенных правительством Муссолини Латеранских соглашений.

У Ватикана есть своя администрация, свое гражданство (точнее, это называется гражданство Святого Престола), и министерства, и суды. Гражданство Ватикана получают только те, кто служит Святому Престолу. И как только перестает служить, то должен обменять ватиканский паспорт на другой. Как правило, итальянский.

Государственная граница Ватикана составляет 3 километра и 200 метров. Граница совпадает с оборонительной стеной, построенной для предотвращения незаконных пересечений. Перед собором Святого Петра границей является край овальной площади, который обозначен белыми камнями.

Как попасть в армию Папы Римского

У города-государства есть своя армия — знаменитая швейцарская гвардия, основанная в 1506 году. Ежегодно более 100 молодых парней подают заявки на то, чтобы вступить в эту гвардию, но лишь 30 из них — лучшие из лучших — становятся гвардейцами. Чтобы попасть в ватиканский полк, нужно соответствовать следующим требованиям: возраст до 30 лет, рост от 174 см, диплом о высшем образовании (желательно, швейцарский), безупречная репутация, отсутствие каких-либо обязательств на 25 месяцев вперед, правильные черты лица, и конечно, надо быть горячо верующим католиком. В общем, на мой женский взгляд, туда набирают идеальных женихов! Папа каждый год 6 мая встречается со своими гвардейцами и их родителями и чуть ли не каждому жмет руку за хорошую службу.

Сколько в Италии верующих

Италия — католическая страна. 90 % населения крещены. Но реально ходят в церковь как положено намного меньше. В местах с высокой посещаемостью, таких крепких католических традиционных городках — 22–25 % жителей от количества проживающих в них. А в некоторых лишь 10 %. Но и это много, по сравнению с православными приходами, куда в самые крупные праздники добирается только 5 % российского населения.

Всего в Италии 25 тысяч приходов. И это не просто места, где молятся, а центры городской жизни. В каждом городке приход издает свой журнал, где публикуются главные события жизни горожан. На одной странице список тех, кто венчается на этой неделе, на другой — перечислены малыши, которых будут крестить, а вот эпитафии в честь умерших синьоров. Там публикуются душеспасительные полезные статьи, рассказы о прошлом городка и отчеты о поездках, к примеру, по святым местам России делегации из именно этого населенного пункта.

И количество прихожан, конечно же, зависит от конкретного прихода и его священников. Ватикан сегодня часто сетует, что количество настоящих верующих уменьшается, и священники становятся более мягкими, более тактичными и при этом более продвинутыми, чтобы разговаривать со своей паствой.

Быт католического священника

Для интервью дон Фабио, священник из городка Кьяри (60 км от Милана), приглашает меня в один из церковных офисов рядом с центральным храмом. В нем широкий старинный стол на 12 персон и высокий резной античный шкаф с книгами. Рядом есть другой офис, где оформляются все документы — венчание, крещение и так далее. Там стоят компьютеры и принтеры.

Дон Фабио и остальные его коллеги живут этажами выше. Квартиры католическим священникам дает церковь. Они не являются их собственностью, священник живет в ней до тех пор, пока служит в этом приходе. Если его переводят в другой приход, то там ему дадут другую квартиру, куда он переедет со своим скарбом. В принципе, священник может иметь и свое жилье. Но большинство живут при церкви, это и ближе к месту работы, и, в общем-то, почему бы не воспользоваться тем, что тебе положено по статусу.

Зарплату священники получают о-очень разную. Настолько, что дон Фабио затруднился назвать даже среднюю цифру. Одна часть зарплаты — это то, что платит Ватикан, а другая часть идет из доходов прихода.

— Совсем усредненный уровень доходов священнослужителей примерно 700–800 евро в месяц, — говорит дон Фабио. — У кого-то 1000, у кого-то 1200. По-разному, и от разных обстоятельств зависит. И от сана в том числе, и от прихода.

Облик католического священника сильно отличается от православного более осовремененным и даже стильным одеянием. В обычное время они используют напоминающее офисный вариант сочетание брюк и серой или голубой рубашки, только рубашка с характерным для священников стоячим воротничком с белым квадратиком.

Есть священники классические — такие милые, улыбчивые, благостные. И есть несколько молодежные, дерзкие, с татуировками. Но и те и другие стараются все время по-доброму шутить и смотрят на тебя так, что немедленно хочется поделиться сокровенным.

Дон Фабио рассказывает, что мечтал стать священником еще в совсем юном возрасте, его привлекала атмосфера храма, идея служения обществу. Он стал помогать священнослужителям, потом поступил в семинарию и стал «прете». А вот в соседнем городке есть дон Джованни, он до 30 лет куролесил, а потом решил стать священником. Много учился, постился и однажды принял постриг. Но по-прежнему носится на мотоцикле, иногда одевается довольно странно для священника, никогда не догадаешься, что вот этот человек в джинсах и в по-модному рваной рубашке, который ходит в ночные клубы, в рабочее время исповедует пожилых синьор. Один из жителей городка его встретил как-то на дискотеке и негодовал. Мол, хорошо устроился! Налогов не платит, квартиру задаром дали, зарплата капает, жениться — детей поднимать не надо!

Хотя вопрос со священным целибатом, который положен в католичестве, сегодня один из острых. Благочестивый дон Фабио ответил, что, в принципе, у служителя церкви так много обязанностей и занятости, что было бы некогда заниматься семьей. Священник встает в 6 утра и ложится в полночь. Но, с другой стороны, сколько мужчин в мире работают так же много, но при этом у них есть семьи? Остановлюсь более подробно на этой любопытной и даже немного скандальной теме.

Священник, который тайно завел семью

— Церковь теряет свою лучшую часть, остаются только самые ограниченные и бесчувственные! — высказался в интервью журналистам в 2007 году один итальянский священник по имени Санте Сготти. А сделал он такое заявление в связи с тем, что решил обручиться со своей возлюбленной Лаурой, у которой был годовалый малыш. Вроде как не от него. Священник обещал пастве и своему начальству, что не нарушит целибат. Но, мол, никто не может запретить ему любить и быть любимым, при этом их союз будет платоническим. И больше 200 прихожан городка Монтероссо высказались в защиту влюбленного «прете», и лишь 17 во главе с местным епископом выступили против того, чтоб тот продолжал служить в сане.

Эта история всколыхнула давно уже идущие по всему миру прения внутри самой среды католических священников. То там, то сям вспыхивали какие-то «акции протеста» среди своих. То один архиепископ по имени Эммануэль Милинго сначала сам женился, а затем рукоположил в Вашингтоне в пику Ватикану в сан четырех женатых мужчин (от церкви его отлучили, но шуму он наделал), то в Германии провели опрос, и выяснилось, что 87 % опрошенных считают целибат католической церкви не соответствующим духу времени, а в 2008 году бразильские священники собрались и написали письмо Папе Римскому с просьбой отменить целибат.

Из-за этой догмы 150 тысяч священников оставили службу в церкви ради семьи. Это к тому, что сегодня священников намного меньше, чем нужно, и дефицит с каждым годом все больше растет. И одна из причин, что все меньше людей хотят идти в семинарию, — именно эта.

Папа неоднократно говорил, что данное правило священно и не будет подвергнуто пересмотру.

Многие оппоненты Ватикана утверждают, что по этой же причине последние годы увеличилось количество педофилов в ряду священнослужителей. По неофициальным данным, их около 5 %. Причем церковь борется с этим страшным явлением в своих рядах настолько, насколько возможно. Ведь это не только уменьшает число прихожан, ударяет по репутации церкви, но и аукается огромными выплатами жертвам. Впрочем, психиатры утверждают, что целибат и педофилия никак не связаны между собой. Что извращенцы могут оказаться в любой профессиональной среде.

Но тем не менее есть вероятность, что однажды вопрос сдвинется с мертвой точки, и Ватиканом будут созданы какие-то альтернативы. В 2010 году случилось беспрецедентное событие: сорок итальянок обратились к Папе Римскому Бенедикту XVI с обращением, в котором просили его отменить целибат. Это оказались любовницы католических священников и монахов. Они написали, что священнику «необходимо жить среди его братьев-людей, испытывать чувства, любить и быть любимым». Лишь три женщины поставили под письмом свои имена, остальные, как рассказала одна из участниц акции, 42-летняя Стефания Саломоне, предпочли остаться анонимными, ведь тема щекотливая. Женщины написали в своем пронзительном обращении, что на их долю выпадают лишь краткие моменты тайного счастья, которые священнику удается выкроить для них, а в остальное время им приходится разделять со своими мужчинами только сомнения, страхи и неуверенность.

Тайные жены решили выйти на свет после того, как в ответ на обращение Венского кардинала Кристофа Шёнборна к главе Ватикана с просьбой пересмотреть вопрос безбрачия тот возразил довольно резко и жестко. И тогда дамы написали в письме, что целибат — это не установление, дарованное Богом, а «правило, введенное человеком». Они привели примеры женатых священников, живших в первые века христианства, а также семейных священников восточных церквей и женатых англиканских пастырей, которые, даже обращаясь в католицизм, могут сохранить семью.

Подписантка Стефания Саломоне работает офис-менеджером. Ее отношения со священником продлились пять лет, затем закончились по причине несовместимости его службы с личной жизнью. Стефания поведала свою правду: «Католички с детства привыкли смотреть на священнослужителей с уважением, и потому женщина, брошенная возлюбленным-священником, зачастую перестает верить всем мужчинам».

Другая активистка, Антонелла Карисио, рассказала, что имела связь с бразильским священником, но когда об их отношениях узнал другой клирик, ее возлюбленного отправили служить из Рима в Бразилию. На прощание бразилец подарил ей обручальное кольцо. Впрочем, после рассказа девушки журналисты нашли «изгнанника», а он начал отнекиваться, что она была лишь его другом и доверенным лицом, но он «никогда не любил ее».

В газете La Repubblica писали, что, по их информации, некоторым высокопоставленным представителям Конгрегации по духовенству, возглавляемой монсиньором Клаудио Хаммесом, в тайном порядке было поручено изучить вопрос об отмене целибата. И возможно, речь идет об отмене канона через 50 лет.

«Ватикан проявляет крайнюю осторожность в этом вопросе, — писали в La Repubblica, — в данном случае речь идет о настоящей революции, которая может приблизить католиков к миру протестантов, где представители высшего духовенства имеют семьи, а лютеранские женщины-священники воспитывают 4 детей, даже позволяя себе роскошь развода с супругом!»

Конечно, в какой-то момент Ватикан устал от ажиотажа в СМИ, домыслов и предположений. И довольно жестко распространил заявление, что ничего подобного никогда не произойдет.

— Неженатые священники Англиканской церкви, которые желают вступить в полное и видимое общение с Католической церковью, должны принять целибат и его придерживаться, — официально заявил пресс-секретарь Святого престола священник-иезуит Федерико Ломбарди. — Однако для тех англиканских священников, которые уже находятся в браке, Конституция предоставляет возможность быть католическим священником.

Странно другое: католическая церковь с необыкновенным уважением и даже придыханием относится к православию, но почему-то не хочет использовать наш российский опыт в столь тонком вопросе.

Преклонение перед православием

Католические священники, по крайней мере, в Италии, все как один очень трогательно и даже с некоторым подобострастием относятся к православию. Когда я впервые с этим столкнулась, была очень удивлена. Ведь, насколько я помню из моего общения с нашими батюшками на эту тему, складывалось впечатление, что между двумя христианскими конфессиями чуть ли не холодная война идет. К зрелому возрасту я сознательно пришла к вере и часто ходила на службы, исповедь, причастие. И когда в моей жизни случилась эта история с итальянским женихом, то я пришла испросить благословения у своего духовника, отца Александра. Он не то, чтобы меня отговаривал. Но и не одобрял. Рассказал истории трех своих прихожанок, которые вышли замуж в разные заграницы, и не очень-то им сладко там оказалось. Правда, добавил, что у каждого своя судьба. И дал совет хорошенько подумать, ведь наша русская душа может не прижиться там, мол, другие мы.

Для венчания в Италии мне требовался документ из нашего храма, что я крещена, 30 лет назад их не везде выдавали. И когда я пришла в свой старый храм, настоятель, узнав, зачем мне нужно свидетельство о крещении, начал как-то нервно подтрунивать надо мной.

— Вот они, русские красавицы! Выходят потом замуж за католиков, наносят урон православию!

Это было очень странно и грустно слышать. Я меньше всего хотела бы участвовать в какой бы то ни было «войне» конфессий, чтобы моя жизнь была лишь орудием в ней. Своего сына мы крестили в католичестве. Православный священник, который служит в Бреше (в Италии), оценил этот факт резко отрицательно! По его мнению, я должна была спорить до хрипоты с мужем-католиком и отстаивать право крестить сына в православную веру. Ради чего?

Попав в католический храм — я пошла на мессу уже вместе с мужем, когда переехала в Италию, и к тому моменту уже достаточно понимала язык — обнаружила, что большинство основных молитв и ключевые моменты схожи с нашими в православной литургии. Конечно, как дань западной традиции, где удобство и комфорт стоят на первом месте, по-другому организовано пространство для прихожан. И исповедоваться ты идешь не под покрывало или рукав священника на виду у всех, а в специально отведенный «домик», где и священнослужителю удобно. Причем, с одной стороны, такой сверхкомфорт даже немного кажется неуместным. В русской традиции вера сопряжена со страданием и неудобствами. И исповедоваться в некоторых храмах нужно стоя на коленях на мраморном полу, и службу нужно не отсидеть в течение максимум часа, как у католиков, а отстоять два-три часа! И поэтому духовный эффект от участия в православной службе посильнее. Ты выходишь из церкви действительно измененным и даже немного просветленным. Месса в католическом храме — это смягченный, укороченный вариант того же действа, и можно отбыть всю мессу, но такого сильного подъема духа, выходя из храма, не чувствуешь. Католическая традиция снисходительна к слабой человеческой природе. Они избрали путь либерализации, и есть предположение, что ощущают за этим некую вину. Католичество открыто восхищается православием, которое жестко блюдет каноны, не идет на поводу у человеческих слабостей ради привлечения прихожан и так далее. Когда местные священники узнавали, что я православная, смотрели на меня с огромным интересом и даже восторгом.

Вот как оценивает ситуацию в современном католичестве в своем интервью православный настоятель прихода святых жен-мироносиц в Венеции священник Алексий (Ястребов):

— В принципе, большинство итальянцев исповедует себя католиками, ходит по воскресеньям в храмы. Но богослужение, пастырская работа и отношение самих верующих становятся все более и более либеральными. От верующих требуют мало: ни каких-то особых подвигов, ни поста, ни молитв не ждут. Причащают, но очищению перед причастием значения не придают, поэтому не обязательны ни исповедь перед причастием, ни пост. Главное — сам факт причастия, значение которого именно поэтому постепенно нивелируется.

Но у такого подхода католической церкви есть и плюсы: человек любой конфессии вообще может прийти в католический храм и исповедоваться, причаститься, а в православном храме католик не может совершать эти таинства. И записку о молитве за него писать нельзя.

Православные за границей называются ортодоксальными христианами. Поэтому наши иконы пользуются особенной популярностью. В католических храмах можно встретить изображение именно русских икон — Казанской Богоматери, Смоленской, Спаса Нерукотворного.

Но, кроме этого, итальянцы в принципе обожают устраивать вполне светские выставки русских икон, называя их высшей формой искусства. И, к сожалению, не придавая такого значения, как им придают в России. Во время поста или перед большими религиозными праздниками в городок приезжает на несколько дней выставка. И все благочестивые синьоры считают своим долгом сходить и поохать: «Ну как же красиво!», а потом обсудить на лавочках или встретившись в супермаркете: «А вы были, видели? Ой, ну как потрясающе! И все такое старинное, такое золотое!»

Как правило, это чья-то частная коллекция. Русские иконы, вывезенные в смутное время 90-х, вероятно, проданные за гроши на Запад, здесь отреставрированы, сопровождаются собственными паспортами и путешествуют с охраной из одного музея в другой.

За первый год проживания в маленьком, затерянном под Миланом итальянском городке я видела многие уникальнейшие русские иконы, начиная с XIII века, если не еще более ранние. Под многими из них в описании было написано «чудотворные». А однажды была привезена мироточащая икона Богородицы, которая путешествует уже 14 лет исключительно по загранице.

Насколько в реальности религиозны итальянцы?

Еще 30 лет назад никаких сомнений в религиозности итальянцев не было. Главные семейные праздники начинались с венчания, затем крещение, затем первое причастие и так далее. Пропустить утреннюю мессу, а уж тем более воскресную, считалось недопустимым. Сегодня мой собеседник, католический священник храма в городе Кьяри, говорит, что хорошо бы появляться раз в неделю в церкви. Хотя бы. Благочестивому христианину, мол, этого достаточно. «Правда, важна также личная духовная жизнь человека!» — добавляет он. Благочестивых католиков, по оценкам самих священников, тех, кто постоянно ходит на все мессы, участвует в делах церкви и вообще ведет насыщенную духовную жизнь, максимум 25 % от населения Италии. А вот какие данные получили исследователи Туринского центра новых религий Массимо Интровинье и Пьер Луиджи Зоккателли. По их статистике, более 85 % населения продолжают считать себя католиками. 30 % населения утверждают, что регулярно посещают церковь по воскресеньям. А 60 % говорят о большом доверии церкви. И лишь 8 % опрошенных назвали себя атеистами или агностиками, теми, кому нужны весомые научные доказательства.

Но в беседе с исследователями выяснилось следующее: почти все итальянцы считают себя католиками по той же причине, что и итальянцами. Это не призвание, а скорее традиция, эдакая принятая в обществе норма поведения, если хочешь считаться нормальным. В реальности так и есть: на службы, крестные ходы и разные церковные праздники люди ходят не потому, что верят и в этом есть потребность души, а потому что таковы устои жизни. Общественная жизнь любого городка крутится вокруг церковных событий. Они не особенно готовы рассуждать и философствовать о боге и религии. Некоторые относятся даже немного нервно, будто боясь ответить неправильно. А молодые с вызовом отвечают, мол, я верю в Бога, а не в институты вокруг его имени. Кризис веры и поддержания религиозных традиций мало-помалу набирает обороты, и это тревожит Ватикан. Об этом постоянно говорится на телевидении, ведется пропаганда, любые выступления Папы транслируются по всем каналам во всех новостях. А пожилые синьоры дергают своих взрослых детей: идите, идите в церковь!

Впрочем, средний итальянец все же в несколько раз набожнее среднего россиянина, это правда. Никто уже давно и не читает молитву за обедом и ужином, но хотя бы на Пасху, в Рождество и Феррагосто (День Успения Богородицы, 15 августа) обязательно заглянет в храм. Интересно, что среди католиков становятся популярными разные восточные учения — буддизм, йога, конфуцианство и так далее. Как грибы после дождя появляются центры шиатцу-массажа, где под звуки расслабляющей музыки и журчащей воды с клиента, лежащего на циновках, снимают стресс поглаживаниями и благостными улыбками. Итальянцы учатся медитировать, быть спокойными и расслабленными. Кажется, что восточные учения ну совсем никак не сочетаются с живой итальянской натурой, в чем-то даже противоречат, ан нет — они только добавляют им новых красок. У нас есть друг семьи по имени Сиро, по выходным он ездит в горы медитировать и заниматься йогой. В своем доме он все сделал своими руками — картины, шторы, мебель, даже кухню. Сиро всегда спокоен и умиротворен, чаще загадочно молчит, но в уголках губ и в глазах искрится итальянский шебутной огонек. Шутит он редко, но очень смешно. Он считается и сам себя полагает католиком, но верит в Бога по-своему.

Главные праздники, когда вся страна отдыхает, — католические

Рождество и Новый год

Главный католический праздник — это Рождество, 25 декабря. К нему готовиться начинают за месяц как минимум, в домах, в садах, в магазинах, церквях и иногда просто в окнах устраивают презепио — модель древнего Иерусалима с холмами, хижинами, баранами, волами, лебедями и волхвами, а посреди всего этого фигурки святого семейства и младенец Иисус в колыбели. Над презепио вешают летящую звезду и гирлянды. Выглядит это очень красиво, трогательно и очень празднично. Итальянцы по-разному переосмысливают традицию устраивать презепио, и иногда можно встретить удивительно креативные варианты на тему и обыгрывания библейского сюжета. К примеру, владелец магазина велосипедов постоянно устраивает презепио под открытым небом на своей лужайке размером примерно 20–25 кв. метров. И сделано все с невероятной тщательностью и любовью, с использованием разных механизмов, чтобы оживить и подсветить картинку. А на одной улице основных персонажей — святое семейство, а также фигурки животных в яслях — вырезали из белого пенопласта в каком-то очень современном стиле и художественно расставили по всей длине. В соседнем городке видела, как временно на центральной площади появилась инсталляция — три выточенных из дерева, высоких, немного сплющенных «яйца» расположены так, как традиционно располагают в рождественском вертепе Марию, Иисуса и Иосифа. Гармоничность этой композиции передать словами невозможно.

Все заранее друг друга поздравляют, ходят в гости, дарят макароны, конфеты, бутылки с вином и панеттоны, похожие на наши куличи сладкие хлеба. Все, от супермаркетов до простых лавочек, заставлено необычным растением в горшке — пуансетти — его цветок похож на красную звезду. 25-го никто не работает, это день семейного праздничного ужина, как садятся в 20.00, так и празднуют в спокойном благопристойном режиме несколько часов кряду, не вставая. Расходятся уже далеко за полночь. А на следующий день, 26-го, в 12 дня торжественный праздничный обед. И ужин, и обед — это смена нескольких блюд, в основном из рыбы и морепродуктов во всех видах. Еще есть традиционное блюдо — нога ягненка. Впрочем, у каждой семьи имеется какое-то свое коронное рождественское блюдо.

А вот на Новый год уже никакого благочестия не наблюдается. Это праздник полуофициальный, совсем не такой важный и популярный, как у нас в России, никто с ажиотажем не ждет 12 ударов часов. Просто в эту ночь молодежь отправляется в клубы или шумные гости, это повод нарядиться и побезумствовать. 1 января 2012 года в семь утра я проснулась, открыла окно от духоты и услышала пронзительный крик в прозрачном, загорающемся рассветной розовой дымкой небе с ажиотажем «Бон анно!» (Хорошего года! — Авт.) Не знаю, существует ли на самом деле эта примета — вот так приветствовать наступивший год, или нет, но я последовала немедленно примеру незнакомца. Провопила вслед за ним из окна про отличный год! (И сейчас, спустя полгода, пишу эту книгу, что, по-моему, очень неплохо.) Больше я не слышала выкриков, но может быть, они были позже, ведь все спали после танцев.

Чтобы привлечь удачу, на празднование Нового года по традиции нужно надеть красное белье. Поэтому в декабре витрины многих магазинов украшены висящими в разных углах красными трусами и манекенами в красных чулках.

Чтобы было много денег, на новогоднем столе обязательно стоят икра, которую нужно есть ложками, и чечевица.

Еще говорят, что в прошлые времена считалось: заканчивается старый год, а с ним старая жизнь, и поэтому все надо начинать с чистого листа. Из окон выбрасывали все старое, включая диваны. Сейчас никто так не делает, и уж точно вряд ли можно увидеть летящий из окна диван. К тому же итальянская мебель совсем не из дешевых.

С 24-го декабря до 2 января в Италии почти никто не работает. Кто-то, пользуясь случаем, уезжает отдыхать на море и захватывает первую неделю января.

Но в принципе, новогодние торжества в Италии в два раза короче, чем в России.

Пасха

По размаху празднования Пасха может даже затмить собой Рождество. Празднуется тоже в два приема — сначала ужин, потом семейный обед. Только вместо панеттонов дарят друг другу и едят на десерт коломбы или полена. Это опять же очень вкусная выпечка в форме голубя или полена, залитая шоколадом. А также огромные шоколадные яйца с сюрпризами внутри. Через неделю после Пасхи наступает Паскветта, это понедельник, выходной день. На эти три дня, как правило, принято выезжать в горы или на море всей семьей. По радио перед Паскветтой всем задают вопрос: а куда поедете, где будете гулять? Правда, последние годы торговые центры все больше замещают традиционные прогулки на свежем горном воздухе.

Пасха — это целый комплекс представлений, приуроченных к ней событий, городки превращаются в наряженные и заполненные передвижными аттракционами парки.

Церковь проводит крестные ходы, в которых участвуют все горожане. Царят всеобщее оживление и ажиотаж! Определенно, если хочется вдохнуть концентрированного воздуха Италии, то приезжать нужно на Пасху.

Феррагосто

15 августа — День Успения Богородицы, или Вознесение. В этот день закрываются все магазины, фабрики и офисы. Горожане отправляются на прогулку в горы, к морю или еще куда-нибудь, проводят день для себя. Но вообще, традиционно август — это сезон отпусков, и эта дата как бы заключительная. Если до 14 августа еще можно найти работающий магазинчик, лавку или портного, то с 15-го — всё! Приходите осенью. Первые две недели августа — самые горячие в турфирмах, цены бешеные, а туры раскупаются со скоростью света. Зато после 20-го наступает спад. Кто хотел, уже уехал. Самое время брать билеты и путевки!

Конечно, часть магазинов — в основном сетевые крупные марки — работают весь август. Но итальянцев в августе в Италии мало.

Детские семейные торжества

В католическом календаре довольно много праздников для детей и с их непосредственным участием.

13 декабря — День Санта-Лючии. Тем деткам, которые хорошо себя вели, слепая святая на ослике ночью привозит подарки. Это очень забавно и трогательно обыгрывается. От кровати ребенка к подаркам ведут выложенные цепочкой шоколадки и конфеты. Это вроде как следы ослика. С вечера малыш должен приготовить сено и водичку для него. И сразу отправиться спать и ни в коем случае не выходить из комнаты, потому что если увидишь слепую, то тоже можешь ослепнуть. В общем, там те еще страшилки.

— Я так боялся в детстве эту святую, что всю ночь не спал! — рассказывал мой муж. — Однажды не утерпел и под утро осторожно, осторожно вышел из комнаты и пошел в зал, а там ослик уже разбросал все сено, разлил воду, кругом было полно шоколадок и лежали подарки. Я побежал к родителям, разбудил их и начал рассказывать, что сделал ослик. А они делали огромные глаза и удивлялись: «Ну надо же, какой проказник этот ослик!»

В общем, праздник необычайно милый.

Следующий праздник — Бефания — 6 января, день доброй ведьмы. По преданию, в эту ночь добрая ведьма спускается на своей метле в дом через трубу и оставляет подарочки детям в их носочках. Послушным и хорошим — конфеты, свечи, сладости, а непослушным — черные угольки, что делаются из крашеного сахара. В Риме 6 января проходит крещенская однодневная ярмарка, на которой продают сладости и сувениры, в центре города разбивается праздничный лагерь. А в Венеции устраивается костюмированное лодочное шествие по городским каналам.

19 марта на Сан-Джузеппе празднуют День Отца, а на второе воскресенье мая — День Матери. Родители делают подарки друг другу, вручая их с помощью своих малышей. Эти дни отмечаются очень широко и шумно. Магазины устраивают акции и распродажи, снова семейные ужины, обеды и прогулки по горам да вдоль озер или морей.

Глава 9

Еда — вторая религия

Режим — строго по часам

Я почти на все сто уверена, что фраза «Война войной, а обед по расписанию» была придумана итальянцами. Они могут заболтаться со случайным человеком и опоздать на встречу, но поесть не опаздывают никогда. Еда — это основа быта, хорда итальянского режима жизни, на которую нанизывается уже все остальное. В 12.00 дня на Севере и в 13.00 на Юге улицы больших и малых городов словно вымирают. Зато изо всех окон несется душистый аромат, от которого начинает кружиться голова и хочется немедленно напроситься в гости. Жаль, что у них не принято так, как в российских городах: пришел к друзьям, обязательно спросят: «Кушать хочешь?» и накормят. Не-ет, итальянцы свой стол охраняют как зеницу ока, и никого за него не пустят без отдельного приглашения. Если в дверь кто-то позвонит, когда вся семья обедает или ужинает, то на лицах домочадцев тут же отразится страшное недоумение, смешанное с негодованием: кому это приспичило побеспокоить синьоров в святой час приема пищи!!!

После обеда по традиции принято отдыхать, убрать немного в доме, полить цветочки на террасе, посмотреть телевизор, выпить рюмочку граппы или лимончеллы и, может быть, сидя на кресле, полчасика вздремнуть. Но это былое. Нынешние, с их ускорившимся темпом жизни, кучей новых налогов и проблем, требуют перемен. Только итальянцы не ждут перемен. Песня Виктора Цоя здесь точно не пользовалась бы популярностью. Тут тоскуют и хотят вернуть прежние времена, нерасторопные и завораживающие своей неспешностью.

Увы, те, кто работает в офисах, крупных компаниях, супермаркетах и сетевых магазинах, имеют и вовсе укороченный обеденный перерыв — час-полтора. Хотя один знакомый ювелир из Калабрии рассказывал, что на Юге есть места, где сотрудники начинают работать пораньше, с 8–9.00, но в два дня уходят домой на обед и после в офис уже не возвращаются, потому что нет смысла. После обеда у всех отдых, а после отдыха надо готовиться к ужину, какие уж там дела могут быть. Вероятно, еще и поэтому на Юге экономическая ситуация настолько хуже, чем на Севере, где во второй половине дня трудятся аки пчелки.

Ужин начинается с аперитива. Это тоже святое дело. В 17.00 открываются все бары, кафе и ресторанчики, которые были закрыты с трех дня на обед, — это отдельный анекдот, конечно, для русского человека, у которого время на еду наступает в своем режиме. И вот приходит он в три дня в тратторию, а она, понимаете, закрыта, на обед.

Аперитив можно устроить и дома, но это же не то. В баре он стоит 3–5 евро, за это получаешь бокал традиционного коктейля со льдом — спритц, биттер, пирло. Они могут быть как алкогольные, так и нет (рецепты будут чуть дальше). К ним накрывается общий стол для всех, с разными легкими закусками — чипсы, пиццетини, всякие необычные мини-котлетки и жареные кусочки сыра, стуццекини, просто оливки, оливки в тесте и так далее. В каждом баре свой ассортимент. Итальянцы обычно съедают по пять-десять этих необыкновенно вкусных штучек, запивают аперитивом, все это время болтая без умолку с другими заглянувшими на аперитив. А потом отправляются на ужин.

Во многих семьях ужин по-прежнему строго начинается в 19.00. И длится почти два часа на Севере и до полуночи на Юге.

Так вот, режим дня делится так же лексически. До 12-ти дня принято здороваться «Бон Джорно», мол, добрый день. А после обеда уже начинается «Бон Помериджо», а после пяти — «Буона сера» — добрый вечер.

Молодые итальянцы, особенно энергичные и современные городские космополиты, признаются в беседе, что их напрягает этот момент: ровно минута в минуту ты должен быть за столом, особенно если обедаешь или ужинаешь у родителей. Сами они могут быстро перекусить панино — это такой бутерброд наподобие бифштекса, выпить колы и скакать дальше по делам. На индустриальном Севере такое явление среди работающей молодежи до сорока уже перестает быть редкостью. Хотя, конечно, большинство итальянцев свято чтут время обеда и ужина.

И надо признать, что в этом есть свое удобство. Сначала я никак не могла привыкнуть, в России мы и в принципе позже обедаем, а уж в Москве так и вовсе у каждого свой индивидуальный час обеда и ужина, который каждый день меняется. Но спустя год как-то сама стала в полдень обедать, даже если была дома одна с ребенком. С жестким режимом жизнь становится более регулярной, размеренной и предсказуемо спокойной. И многие проблемы, кстати, отступают. Это похоже на отработанную веками психотерапевтическую технику — в определенный час поесть и поговорить. Может случиться что угодно — кризис, землетрясение, повышение по службе или грандиозная ссора с фиданцатой, но в час дня ты сядешь за стол и расскажешь об этом своим домочадцам. А ровно в семь вечера гарантированно насладишься, к примеру, пастой с базиликом, искристым просекко, и неприятности отойдут на задний план, а завтра, глядишь, и разрешаться сами собой.

Завтрак — не отходя от стойки бара

Наша семейная жизнь с Роберто только-только начиналась. И вот однажды воскресным утром я проснулась и решила порадовать своего итальянца.

— А сейчас, — говорю тоном доброй волшебницы, — я встану, пойду на кухню и приготовлю тебе омлет по-французски (это который с зеленью, овощами и сыром — потрясающе вкусно!).

Я ожидала, что мой благоверный обрадуется. А он вдруг подскочил как ошпаренный с воплем:

— Ты с ума сошла! Омлет на завтрак? Да кто же ест омлет с утра?

— Э-э… Французы, немцы, русские, американцы… Многие вполне себе нормальные люди едят омлет с утра, — веселилась я.

— Нет, вы все извращенцы! — сказал он, а через 20 минут мы уже были в кафе.

Так я узнала, что в Италии регламентирован и завтрак. В будни эта сцена выглядит следующим образом: заходит итальянец в кафе, встает к барной стойке, просит капучино или кофе и бриош (сладкая булочка вроде круассана, только с начинкой из крема, шоколада или варенья). Пока готовят кофе, он, так и не отходя от стойки, сначала съедает бриош, потом выпивает свой капучино, кладет на стойку два евро и, сказав всем «чао-чао» и «сальве» (вроде нашего «привет-пока»), выходит. Итальянский завтрак — самый скоростной завтрак на свете. И кстати, кроме как на завтрак, капучино больше за день не пьют. Некоторые уже с утра могут выпить обычного кофе, которое подают в чашках с наперсток, причем там будет ровно половина чашечки, на один глоток. Но он очень крепкий, его выпивают залпом, затем стакан холодной воды и — хорошо!

В субботу и воскресенье завтрак — это уже другая история. В будни завтракают в восемь утра, а вот в выходные чуть позже, в девять-десять. Никто не торопится, поэтому можно усесться за столик, заказать все то же самое, но в ожидании заказа почитать газеты, иногда поглядывая на входную дверь, кто войдет. А входят все твои знакомые, друзья, родственники. С каждым надо поговорить, пошутить, обсудить последние сплетни, кто-то подсядет к тебе за столик. Завтрак образца выходного дня может длиться по получасу. Потом традиционный променад по городу, свежий воздух, городской базарчик или прогулка по торговому центру, а там наступает время предобеденного аперитива.

Что едят на обед и ужин

Спагетти во всем мире считаются символом итальянской кухни. Но как бы не так! Скажу крамолу, но на самом деле итальянской кухни не существует. Точнее, существует традиционная кухня каждого даже не региона, а провинции или большого города, что там едят изо дня в день. По-моему, как минимум, через каждые 50 километров итальянской площади меняется традиционная еда. И она так сильно различается, что отдельно о каждой написаны массы книг. Кухня Тосканы и кухня Милана — это две абсолютно разные кухни. В нашем районе Бреша, к примеру, традиционные блюда — это равиоли с начинкой из мяса, сыра и поджаренного молотого хлеба со специями и жареное на гриле мясо, ребрышки, сырые колбасы в натуральной оболочке. А вот в Кремоне во все блюда кладут тыкву, Модена — родина тортеллини и жареных в масле ньекко, таких необычных хлебцев, которые едят, макая в специальный мясной соус. Перечислять можно бесконечно! Сами итальянцы, если едут в гости к друзьям в соседнюю провинцию, то обязательно пробуют самую традиционную кухню этой местности.

Разнообразие итальянской кухне придает то, что некоторые блюда все-таки мигрируют вместе с их носителями по всей Италии. В ресторане можно заказать спагетти по-неаполитански, даже если он находится глубоко на Севере. Пицца тоже разошлась по всей Италии из южных регионов. Но тем не менее северная синьора, которая готовит лучшее ризотто на этой улице, почти никогда не сможет приготовить настоящую пиццу. Кухня своего региона у них в крови. И знаете, мне кажется, что только российско-украинским женщинам удается ассимилировать все итальянские рецепты, внести в них что-то свое и создавать новые кулинарные шедевры. Это отмечают многие итальянские мужья. А когда я только начинала свою жизнь в качестве итальянской хозяйки, муж пытался контролировать каждый мой шаг на кухне. Итальянцам же вообще кажется, что только они умеют готовить, тут с подозрением относятся ко всему, что прибыло из-за границы. У них якобы все самое лучшее, вкусное и красивое, а за пределами Италии об этих понятиях и слыхом не слыхивали. Ох уж эта итальянская спесивость! Сами от нее страдают, но чуть что, корчат кислые рожи заранее.

В общем, однажды мне этот контроль окончательно надоел. И когда Роберто в очередной вечер, как инквизитор, спросил меня, какую экологическую катастрофу я затеяла к сегодняшнему ужину (явно намереваясь тут же броситься на кухню и самому встать к плите), я ответила, что сие секрет и мое женское дело. Нет, я не против, чтобы он иногда готовил, он прекрасно это делает, как и положено представителям этой нации, но все же кухня — женское царство. Он, бедняга, так напрягался, елозил в ожидании. Наконец, подаю на стол. Уж не помню точно, что я наколдовала в тот роковой вечер. Но вот он осторожно пробует, а потом вдруг радуется, все съедает вместе с добавкой и спрашивает, где я раздобыла рецепт этого волшебного африканского (!) блюда. После этого случая он перестал трепетать как испуганный мотылек — «что там, что там на ужин», расслабился. А однажды вполне буднично вдруг сказал:

— Ну ты, конечно, готовишь лучше, чем Фуфи (моя свекровь).

Вау! Я была тронута до глубины души. Потому что мне казалось, что подобные слова невозможно было бы услышать никогда от итальянского мужчины.

Но это превосходство, в общем-то, заключается лишь в разнообразии. Среднестатистическая итальянская синьора всегда готовит одно и то же, то, что в традиции этого района. Это, безусловно, вкусно, но даже мне через полгода воскресных ужинов у свекрови стало тошно от одного вида поленты (особым образом сваренная кукурузная каша) с мясной подливой и тонко нарезанной нежнейшей говядиной, тушившейся несколько часов на очень медленном огне в овощном рагу. А поначалу она была любимым моим блюдом.

Впрочем, многое, конечно, зависит от самого итальянца. Тех, кто спешит открывать новые горизонты, страны и вкусы, здесь намного меньше, чем тех, кто уверен: кроме итальянской еды есть ничего остального нельзя. И однажды был случай с моей знакомой украинкой в Риме, которая завела амуры с итальянцем. Как-то она пригласила его в гости к себе, наготовила с десяток своих лучших блюд, накрыла на стол. А когда он пришел, сел, оглядел все это богатство и брезгливо сморщившись, произнес: «Нет, я ничего этого есть не буду!», встал и пошел на кухню варить себе макароны. Как она ему на голову их не надела, я не знаю. В общем, с этим ухажером отношения тут же завершились. Надо, кстати, отметить, что подобное снобское и неуважительное поведение демонстрируют люди особенно низкого происхождения. В Италии чем ниже интеллектуальный и социальный статус человека, тем он больше изображает из себя синьора, как говорят в России, через губу не переплюнешь. А вот состоявшийся как личность итальянец, с более высоким интеллектуальным и социальным уровнем, и проще, легче в общении, а вежливость и уважение — его естественное состояние.

Но вернемся к еде.

Сценарий итальянского застолья

Кухни всех провинций и регионов объединяет ритуал принятия пищи. В отличие от российской традиции, итальянцы не ставят на стол все блюда. Накрыть стол означает красиво разложить приборы и расставить посуду, стаканы, салфетки. И только когда все садятся за стол, подаются первые блюда.

Для начала я расскажу классический сценарий застолья, как должно быть в идеале, и какой ритуал стремятся соблюдать в итальянских семьях.

Первыми на стол ставятся антипасти. Это холодные закуски — овощи, мясные нарезки, разные соленья. Антипасти призваны разогреть аппетит. И с ними обычно пьют белое, слегка газированное вино, которое называется просекко. Оно очень освежает, очень легкое и нежное. Когда этап антипасти заканчивается, меняют тарелки с мелких на глубокие.

Пасти — это основное горячее блюдо, точнее, в классическом варианте их два, а то и три. Те самые блюда, которые многим хорошо известны как символы итальянской кухни, все они содержат тесто, то есть пасту. Это или равиоли, или спагетти, или другие виды макаронных изделий, или какие-то блюда с особыми типами хлебцев и соусов, а далее как кульминация может быть жареный кусок мяса или рыбы. Пасти сопровождаются уже другим вином, в зависимости от блюд, конечно. Либо белым, либо красным, но не газированным.

После надо немного отдохнуть. И помочь желудку, поэтому наступает сырный этап. Тарелки снова меняют и подают большое красивое блюдо, на котором разложено несколько видов сыров и специальный нож. Оно путешествует по кругу, каждый отрезает себе кусочек того сыра, который хочет и сколько хочет, и кладет на тарелку. Сырная эпопея может сопровождаться другим типом вина, специально под какой-то определенный сыр. Впрочем в Италии сырам придают меньше значения, как во Франции. Гораздо большего внимания удостоен следующий этап — сладости.

Десерты — сильная сторона итальянской кухни. На Апеннинах живут поголовные сладкоежки. И даже в самом бедном доме всегда есть что-нибудь на десерт. Но российского человека удивит, что к десерту — торту, печеньям, конфетам или кремообразной субстанции не подают никакого чая или кофе. Десерт происходит сам по себе как самостоятельное явление. Максимум — вода. И после него — десертное — сладкое и крепкое вино либо спуманте. Это этап особого наслаждения жизнью.

Заключительный аккорд застолья — помощь желудку. Желудку помогают либо чашечка крепчайшего кофе, либо рюмка 40-градусной граппы или лимончеллы. Это как финальная жирная точка застолья за абсолютно пустым столом.

Если говорить о крупных и важных мероприятиях вроде свадьбы, больших праздников, приема важных гостей, то подобный ритуал соблюдается практически полностью. За столом в этом случае они могут проводить как минимум до 5–6 часов. В обычное же время осилить такое количество еды нельзя. Да и нет смысла. Но в основных моментах его стараются соблюдать. И бывает, что за все время пьют только один тип вина, например, просекко. Конечно, случаются у итальянцев упрощенные застолья с пиццей и пивом, но и здесь жесткая последовательность всегда сохраняется. Эта церемониальность очаровательна и заразительна. И удобно: на столе никогда нет лишней посуды. Все красиво и последовательно. Думаю, что в простые итальянские дома эти традиции пришли из аристократических семей. Есть у итальянцев одно глубинное, неискоренимое свойство в любой части Италии, о котором я уже упоминала, — желание быть и казаться грансиньором, даже если все поколения твоих предков были сплошь крестьянами. И простые итальянцы постепенно, пытаясь уподобиться аристократам, переняли их стиль жизни и манеры.

Вода, кругом вода

Главный спутник итальянского застолья — вода. Первое, что у тебя спрашивают в ресторане: «Какую воду будете пить?» Воду на стол подают в бутылках и она бывает трех видов: без газа, слабогазированная и сильногазированная.

Если сказать итальянцу, что, с точки зрения здорового питания, диетологи советуют пить воду незадолго до еды и не запивать ничего во время оной, они могут поднять на смех. Потому что им кажется, что о правильном пищеварении в этом мире все известно только им. И вполне возможно, что это так. Воды они пьют много, а в супермаркете огромное количество марок «самой чистой, самой здоровой и самой помогающей пищеварению» минералки. Одна марка воды так и называется «Помощь желудку».

Чай итальянцы почти не пьют. Только на ночь некий ромашковый раствор, который они называют чаем. Найти здесь в магазине техники чайник — проблема. Среди трех рядов кофеварок всех сортов будет стоять один-одинешенек пластиковый уродец производства Китая.

Когда я только приехала в Италию, то была поражена тем, что и купить обычный черный или зеленый чай негде. Те редкие чаи, которые мне попадались, были не чаем, а какой-то пылью. Сейчас то ли мода появляется, то ли славянские иммигранты формируют спрос, однако стал появляться выбор чаев. А ведь вообще-то в Италии чай считается напитком… аристократов. Их еще называют нобили. В недавние времена у нобилей была традиция — в пять вечера садиться за стол на лужайке пить чай в красивых кружках на крахмальных салфетках, любоваться природой вокруг и игрой солнечных зайчиков. Мне почему-то жаль, что она не закрепилась.

Вино, спуманте, просекко, граппа… Ода итальянскому алкоголю

Мои винные истории

— Нет! Этого не может быть! — я не верила своим глазам. Я стояла перед винными полками супермаркета и завороженно смотрела на ценник спуманте «Асти Мартини», который в Москве часто покупала на праздники. От 15–20 евро я платила за эту бутылку в столице своей родины. А здесь значилась скромная цифра 2 евро 50 чентезимов. Я позвала Роберто и попросила ущипнуть меня и подтвердить, что это мне не снится, не показалось и что я все правильно поняла.

— И чему ты удивляешься? — не понял он. — Это даже дорого для такого вина. Если ты мне решишь подарить эту бутылку, я его вылью в унитаз. Даже ноги мыть не буду таким вином.

— Ну вы и зажрались, синьоры, в своих Италиях!

Муж у меня, конечно, тот еще сноб в отношении вина. Он им торгует, поэтому разбирается очень хорошо. Вот уже третий год чуть ли не каждый вечер он устраивает мне дегустацию с мини-лекцией о новом вине одной из фабрик, с которыми работает. И вина все не кончаются и не кончаются. И, что удивительно, никогда не повторяются! Неподалеку от нас находится как раз та самая провинция Асти, специализирующаяся на производстве мускатного сладкого спуманте. Мне нравится его вкус. И многим итальянцам очень нравится, сладкое мускатное — одно из самых популярных спуманте на Новый год. И потом, далеко не все итальянцы так уж разборчивы и категоричны, как Роберто. Несколько раз мы с ним были на ежегодной международной выставке VinItaly в Вероне, только из Италии там участвует 7 тысяч фабрик. Однажды я хитростью завела его в отсек мускатных вин, где продегустировала самые-самые лучшие в этом сегменте. Эх, какое же богатство оттенков и вкусов! После определенного количества продегустированных вин уже начинаешь ощущать и глубину вкуса, и нюансы, и оттенки запаха… Хочешь не хочешь, а становишься зажравшимся снобом.

— Н-да-а… — со смирением смотрел на меня Роберто, как на безнадежно больную. — Н-да-а…

И вот в один прекрасный день:

— Так и быть! Я открою тебе новую вселенную! — заговорщицки усмехнулся он. И открыл.

В конце ужина на столе оказалась простая узкая зеленая бутылка без наклеек. На ней просто висела небольшая бумажная бирка с цифрами. Сплошные загадки!

— Сейчас ты его попробуешь, а потом расскажу.

И в высокий узкий бокал на низкой ножке полилось что-то нежное, необыкновенное и ароматное, как сладкие духи. Впечатлившись таинственной атмосферой, я пробовала осторожно-осторожно, пока не забыла, что надо дышать. Это было не вино, а божественный нектар. Я уверена, именно его пьют в раю. И именно из таких узких безымянных зеленых бутылок.

— Это называется фраголино.

— Клубничное вино! — обрадовалась я, решив, что так легко разгадала секрет этого напитка.

— Нет. Клубничное ты найдешь в супермаркете эконом-класса за два евро. А это настоящее фраголино. Его делают из особого сорта винограда, очень мелкого и сладкого, который так и называется. Но оно не производится в Италии официально, так как этот виноград запрещено выращивать для производства вина. Его производят нелегально, и надо знать, где покупать.

Ух ты! Это же настоящий винный детектив!

— Но почему оно запрещено, это же сказочное вино!

— Не знаю, возможно, потому что слишком хорошее, и чтобы не создавать конкуренцию. Потому что это вино вне конкуренции.

Это точно! В одной подпольной частной фабрике его производят только из любви к продукту и только ради таких ценителей. Маленькая зеленая бутылка без этикетки стоит 22 евро. И оно того стоит!!! Этому вину не делают рекламу, а тайное знание, где купить, передают из уст в уста. (Очень надеюсь, что ни один сотрудник итальянских фискальных органов не будет читать эту книгу.)

Сердце же итальянского спуманте — это зона Франчакорты, где больше 200 фабрик производят только игристое вино спуманте. А вот газированное легкое просекко производят только в регионе Венето.

— А сегодня что будем пить на ужин? — спрашивает муж.

— Шампанское Serre, оно мне очень понравилось, очень…

— Так, — строго сдвинул Роберто свои итальянские брови. — Если ты еще раз назовешь спуманте шампанским, я сдам тебя полиции! Объясняю последний раз — шампанское делают только во Франции, в Шампани.

— Ну, хорошо! — смеясь, поправляюсь. — Спуманте Serre!

— Вообще-то то, что тебе понравилось, просекко, а не спуманте.

О боги! А бутылка у него, как у настоящего шампа… ой, спуманте!

Так чем же тип одного вина отличается от другого? Вот очень краткое руководство для пользователя винами Италии.

Основные типы вин

К любой бутылке вина, которая попадется вам в руки, даже из обычного супермаркета, можно приложить историческую справку его появления на нескольких страницах. Но есть базовые вещи, которые необходимо знать об итальянском вине.

Если очень просто, то оно делится на газированное и негазированное.

Вино с пузырьками — это просекко и спуманте.

Просекко — белое, легкое, нежное, быстрого брожения, когда его разливают по бутылкам, то процесс брожения останавливается и выпить его нужно в течение четырех-пяти месяцев. Затем это уже не то. Кстати, то, что в российских магазинах продают под видом спуманте, часто на самом деле просекко. На сегодняшний день просекко — самое популярное вино, его часто пьют на аперитив. Но не только само по себе, используют и в приготовлении коктейлей. В некоторые бары оно поступает даже не в бутылках, а в более крупной таре, как пиво. Очень освежает, с простым, ароматным вкусом, без претензий, но то, что надо. А главное, очень дешевое — за 2–3 евро бутылка в супермаркете, а в Россию с фабрик по оптовым ценам уходят по цене и вовсе меньше евро, чтобы потом оказаться на московском прилавке с ценой в 15–25 раз выше. Просекко, может быть трех видов по интенсивности газации — просекко спуманте (сильногазированное), просекко фриццанте (среднегазированное) и просекко джентиле (слабогазированное).

Из других сортов винограда тоже делают газированные вина типа просекко, однако это уже совсем другой тип. Оно может быть очень сладким, если его делают из сушеного винограда. Красное жентиле ди Тальоло из Пьемонта мне лично нравится необыкновенно.

Спуманте — кровный родственник французского шампанского, которое итальянцы уважают и ценят. Хотя некоторые фабрики Франчакорты производят вина, которые ничем не уступают знаменитым марочным винам Шампани, а по цене гораздо привлекательней. А вот с итальянским мускатным из региона Асти в принципе нигде в мире не могут конкурировать ни по вкусу, ни по ценам. Спуманте имеет более глубокий и сложный вкус, чем просекко. И может быть не только белым, а еще розовым и красным. Его выдерживают в бочках дольше — 2 года, и оно продолжает процесс ферментации в бутылке, что и является коренным отличием от просекко. И конечно, его можно не пить в ближайшие же месяцы, а подержать столько времени в своем домашнем баре, сколько нужно.

Спокойные вина, кроме того, что бывают белые и красные, еще подразделяются на сухие и десертные. Точнее, подразделений у них намного, намного больше, с кучей названий и важнейших отличий — по сортам винограда, по методу выдержки, по форме бочки… Но разбирать все эти тонкости лучше, вооружившись бокалом, самим вином и красноречивым итальянским лектором-энтузиастом. Только тогда можно понять и почувствовать, в чем же разница. Сухие вина стоят намного дешевле десертных, и в них ниже градус. Десертные делаются из подсушенного винограда, поэтому его нужно намного больше, чтобы приготовить тот же объем продукта. А сок из этого винограда более густой, в нем больше натурального сахара, и сам вкус более концентрированный и ароматный, а градусов больше.

Граппа — по сути разновидность итальянского коньяка. Крепкий напиток больше 40 %, который пьется в конце обеда или ужина для улучшения пищеварения. Бывает и сладким, и сухим, и каким угодно. Я не знаю, сколько сортов граппы существует, мне же лично нравится десертная Bonollo, настоенная на меду и липе. Граппа стоит довольно прилично. Хорошая от 16 евро и до 25–30 за бутылку. Есть белая граппа, самая простая, которую продают в полуторалитровых бутылках за 9 евро, так как добавляют в кофе, а не пьют саму по себе. У каждого есть свой любимый сорт граппы. Впрочем, некоторые предпочитают лимончелло, нечто из разряда ликеров — водка, настоенная на лимоне с сахаром, подается сильно охлажденной в конце трапезы, состоящей из морских гадов. Из граппы, кстати, тоже делают ликеры — яблочный, шоколадный, сливочный и так далее.

Система продажи алкоголя в Италии довольно причудливая. Фабрики выпускают одну линию масс-маркет для розничных магазинов. Качество масс-маркета, как правило, не самое высокое, ведь главное — это более низкая оптовая цена, значит, должно быть меньше затрат на производство. Линия масс-маркета есть далеко не у всех фабрик. Вторая — линия для баров, ресторанов, кафе, энотек. Эти вина продают собственные торговые представители фабрики напрямую владельцам заведений. Местность поделена на зоны, в каждой есть свой продавец, который работает со всеми ресторанами-энотеками в этих краях, принимает заказы и отправляет на фабрику. И есть еще третий тип производства — для своих клиентов, которые приезжают лично к тебе за вином. Но кроме как в магазинчике при производстве это вино больше нигде нельзя найти — ни в супермаркете, ни в ночном клубе. Конечно, среди клиентов могут быть и владельцы своих ресторанов, которые закупают вино для своих гостей, но это их личный выбор.

Топ-тройка лучших коктейлей

Аперитив как явление зародился в Турине более двух веков назад. Все началось с вермута, который изобрел и начал первым изготавливать в 1786 году Антонио Бенедетто Карпано. Это были ароматизированные вина с настоем трав и специй. А затем его стали мешать с просекко. Его пили аристократы перед обедом, ужином и в промежутках. И с тех пор один из символов Турина и Пьемонта — вермут и запотевшие ледяные стаканы с розовым или оранжевым искрящимся напитком.

Сегодня коктейли для аперитива — это отдельная и важная статья дохода в итальянских барах. Создается впечатление, что их делают легким движением из всего, что попалось под руку. Смешали 50 на 50 просекко с апельсиновым соком или кока-колу с ромом, и готов напиток под пиццетини. Но на самом деле это целое искусство. На алкогольных фабриках выпускаются специальные ликеры для приготовления аперитивов — биттер, аперол, кампари, бакарди и масса других. Их не принято пить сами по себе, во-первых, крепкие, а вкус слишком концентрированный. Эти ликеры добавляют в коктейли буквально 30–50 грамм на стакан, но они составляют основу вкуса. Есть несколько самых популярных коктейлей, которые пьют чаще всего. Я приведу классические рецепты, но у каждого итальянского бармена будет своя вариация.

«Spritz»

Самый употребляемый коктейль на территории всей Италии:

2 части ликера Aperol,

3 части prosecco,

сильногазированная минералка или содовая,

лед,

долька апельсина.

«Pirlo»

Родина этого освежающего горьковатого коктейля — провинция Бреша.

1/3 белого вина,

1/3 ликера Bitter, Campari или Aperol. В старые времена добавляли вместо них 30–35-градусную травяную ароматную горькую настойку. Их и сейчас производят, так что можно сделать Пирло по-старинному.

1/3 содовой или очень сильно газированной минералки,

долька лимона.

Подается очень холодным, но без льда.

«Negroni»

Был изобретен в 1919 графом Камилло Негрони во Флоренции именно как аперитив. И одно время был очень популярным. Сегодня намного меньше, потому что от этого коктейля «веселым» становишься мгновенно, а за руль уже точно нельзя. И его сейчас чаще пьют после трапезы как дижестив вместо граппы.

1/3 Campari,

1/3 джина,

1/3 красного мартини,

лед,

долька апельсина.

Для того чтобы уменьшить крепость напитка, в наши дни его стали разбавлять содовой или газированной минералкой.

Чем так примечательна еда, с которой ассоциируют Италию

Итальянцы часто удивляют тем, что из одного продукта могут приготовить с десяток самых разнообразных блюд. Основа их кухни — мучные изделия — хлеб и все виды пасты. Хлеб — всему голова, однозначно. В каждом городке есть свои традиционные типы хлеба, и он конечно, именно там самый лучший.

Спагетти, макароны, равиоли, ушки и так далее: везде их тоже готовят по своим рецептам. Точнее, соусы к ним. А у равиолей меняется форма и начинки.

Картофель они едят намного меньше, чем в России, в основном используют для приготовления картофельных шариков с зеленью и сыром, которые называются ньокки.

Кроме этого символы Италии — ризотто — рисовая каша с разнообразными начинками в разном регионе, и пицца, коронное блюдо знойного Юга.

Есть летний вариант закусок — холодные вареные макароны или рис смешивают с порезанными сосисками, горошком, маринованными овощами, грибами, кукурузой, ну всем, что найдет хозяйка в холодильнике. Это похоже на салат, хотя вообще салатов они едят мало. Салатом здесь называют нашинкованную и политую специальным черным соусом на основе винного уксуса зелень. Этот черный кисло-сладкий соус — тоже особая приправа и символ Италии. На рынке он может стоить и три-пять евро, но в энотеке или каком-нибудь специализированном магазинчике цена бутылочки вдруг может доходить и до 1000 евро. Его добавляют буквально в нескольких каплях. Но именно эти несколько капель делают салат перфектным.

Супы у них очень мало едят. В некоторых провинциях есть своя традиционная пара супов — триппа (овощной суп с требухой) и «вареная вода» с овощами и вбитым в последнюю минуту яйцом. Отдельно стоит рыбный суп (zuppa di pesci), когда всех возможных морских рыб и гадов варят в томатном соусе с приправами, и получается очень густой и невероятно вкусный продукт, который едят с поджаренными корочками хлеба. Но в основном если и готовят супы, то, как правило, овощные пюреобразные, протертые, как для больных желудком.

Сыры в каждом регионе свои, но есть классические итальянские — моцарелла, которую используют для пиццы и едят саму по себе с помидорами и базиликом; грана падана, который трут поверх спагетти; рикотта, пармезан, филадельфия, горгонзола с зеленой плесенью… Сыры не только едят в завершение пищи, но и обожают совать во все блюда. Меня в свое время удивили итальянские котлеты, которые готовят обязательно с добавлением тертого грана падана или пармезана. А некоторые сорта сыра грана нарезают на крупные куски и жарят сами по себе как отдельное блюдо, и это что-то потрясающее, кстати!

Десерт в Италии больше чем десерт — это воплощение дольче виты. Но не торты самое вкусное здесь. Их мало видов, по большому счету, и они похожи друг на друга. Самое потрясающее — это их пирожные, такие мелкие тортини на один зуб. Они продаются поштучно в любой пастиччерии или кофейне в широком ассортименте. И каждая штучка словно произведение кулинарного искусства. С кремом, с шоколадом, на песочном или заварном тесте, вообще без теста, просто несколько слоев разного крема… Как они изощряются в приготовлении этих «дольчи», уму непостижимо. Например, можно увидеть вылитые из черного или белого шоколада крошечные чашечки, наполненные необыкновенным миндальным, кофейным, фисташковым, ванильным кремом. Ох! От одного перечисления захотелось немедленно отправится в пастиччерию.

И конечно, символ Италии — это мороженое. Его готовят сами джелатерии, и в каждой — свой рецепт и набор вкусов. Итальянцы обожают мороженое, едят его повсюду, создают даже торты из мороженого, например меренга — торт, где слой безе сменяется слоем крема и мороженого с фруктами. В каждом местечке есть знаменитые своим продуктом джелатерии. Впрочем, создавать мифы и истории местные жители умеют, а главное, «втюхивать» их самим себе и наслаждаться не просто мороженым, а знаменитым мороженым из знаменитой джелатерии. Мороженое бывает самых разных вкусов — из йогурта, фисташек, со вкусом торта тирамису, кофейным, цветочным, ягодным, из просекко или типичного для этой местности сладкого вина… Такое ощущение, что мороженое итальянские мороженщики могут сделать из чего угодно. К нему добавляют сливки, цветные сахарные шарики, вафли, ягодные соусы, ликеры, шоколадную крошку или кокосовую стружку. Традиционно оно продается в рожках, причем намазывается так небрежно, крупными мазками и в таком количестве, что есть нужно очень быстро, темпераментно, а то растает. А можно заказать и мороженое в оформлении. И тогда встанет лишь один вопрос: как же можно есть эту красоту, если ее хочется фотографировать со всех сторон? Эх!

И все ж таки, в чем загадка особого очарования итальянских блюд? На мой взгляд, немалую роль играет само отношение итальянцев к еде, эмоции вокруг нее и истории, которые сопровождают любой простейший продукт. Так, попробуешь бисквиты Байколи — ну сухарь сухарем, только сладкий и тонкий. А как узнаешь, что его изобрели в XVIII веке для морских путешествий в Венеции, и что сегодня эти печенья — символ Венеции, и восприятие уже совсем другое.

Во-вторых, итальянская кухня очень практична, ее легко освоить. Блюда нежирные, но созданные так, чтобы максимально насладиться простыми, естественными вкусами. В-третьих, всегда свежая. И сами первичные продукты — высшего качества, потому что специализация доведена до крайности. Если кто-то производит моцареллу, он стремится делать лучшую моцареллу на свете. Продукты из магазинов тоже очень высокого качества. Когда ко мне однажды приехали погостить мои друзья, то, попробовав сок, тут же стали записывать его марку, чтобы потом купить. Но это бессмысленно, иначе придется переписывать все имеющиеся марки. Продукты, напитки, соки — исключительно натуральные. Сами итальянцы говорят, что у них нет нефти, газа и других природных богатств, есть только качество того, что они сами производят.

И здесь никогда не готовят про запас. На один раз и ровно столько, чтобы сразу съесть. Когда я однажды сварила кастрюлю русского борща, моя итальянская семья с удовольствием вынесла вердикт: «Годен!» Но после ужина они увидели, что борща осталось еще больше половины. Гм-м… Шок и трепет, что делать? Выбрасывать продукты тоже о-очень не любят. Тогда я объяснила, что борщ на следующий день становится лучше, и его просто надо поставить в холодильник. В России все так делают. Они интеллигентно улыбнулись странностям русских.

Еще итальянская кухня славится умением интересно сочетать, казалось бы, несочетаемые ингредиенты, которые открывают новые горизонты вкусов. Например, кролик в шоколадном соусе, твердый пикантный сыр со сладким вареньем, мясо, тушеное в сливках, и так далее. При этом вначале удивляешься, а затем уже других сочетаний и не представляешь.

Она очень здоровая. Во время беременности у меня от местных блюд даже токсикоз серьезно уменьшался. Но есть оборотная сторона, от чего самих итальянцев мне немного жаль. У них такие нежные желудочки, что, например, нашу селедку под шубой им можно давать лишь в гомеопатических дозах. А иначе они болеют потом два дня.

Глава 10

Последние штрихи к итальянскому пейзажу

Аполитичная политика

Когда-то именно в Риме зародилось право, юриспруденция и первые политические движения. Но сегодня политический ландшафт в этой стране интересует лишь самих политиков. За прошедшие пару тысяч лет итальянцы, видать, настолько наелись политики, что это последнее, что может их заинтересовать и заставить разговаривать больше 5 минут. Даже не десятилетия, а столетия итальянцы старались держаться подальше от политиков, правительств и тому подобного. Ведь над ними все время менялись правители, которые жили своей жизнью и дележкой власти, а до народа руки не доходили. Сегодня ты ходишь под испанцами, завтра под австрийцами, послезавтра — французами и так далее. И этот пролонгированный на века политический эксперимент закончился тем, что у населения выработалась способность жить, вообще не оглядываясь на «верхушку». Есть моя частная жизнь, вот в нее и не лезьте. Рассуждать о власть имущих будут лишь те, кто либо связан с ними, либо кому делать нечего. В остальном же итальянцы совершенно аполитичная нация. Они вспоминают о своем правительстве, только когда власти влезают в частную жизнь и в их карман, к примеру, вводят очередной налог. Или Берлускони выкинет какой-нибудь уж совсем вопиющий финт с девицей, и это покажут во всех новостях.

— Delinquente! (хулиганье, преступник, правонарушитель), — поморщась, бросит в сторону телеэкрана итальянский избиратель и продолжит есть пасту, обсуждая соседа. По его мнению, уже достаточно того, что он прилежно сходил на выборы.

«Власть притягательнее, чем занятия любовью!» — гласит итальянская поговорка. Поэтому к политикам относятся хоть и с неприязнью, но с пониманием. Никому политическая и экономическая ситуация в стране не нравится. Недолюбливать правителей тоже итальянская черта. Еще в 70-х пошла в народ такая фраза: «Идет ли дождь, не идет, а в правительстве все равно сидят воры». Но никто из простых граждан не лезет в политику и революции не устраивает, каким бы сильным ни было недовольство. Максимум, выпустить пар за барной стойкой с приятелями, блеснуть удачно найденной бранной метафорой. А идти к дому правительства…

— Это не мое дело! — скажет какой-нибудь Дарио. Но если ему задать наводящие политические вопросы и заставить реально что-то анализировать, его рассуждения будут похожи на детские.

— Сталин — это хорошо! — убеждал меня как-то один вроде бы образованный доктор. — Потому что он был крепкий руководитель и навел порядок, его все боялись и уважали.

Некоторые итальянцы на голубом глазу называют себя коммунистами и радуются. Потому что коммунизм у них ассоциируется со словом «порядок». А порядок — это хорошо, они его понимают по-своему, и им кажется, что Сталин тоже понимал его именно так, как все простые итальянцы. Однажды я рассказывала этим любителям коммунизма о том, что в 11 лет стояла в многочасовой очереди с мамой за продуктами, потому что на двух человек давали два куска масла и две булки хлеба, а в одни руки по одной, они выпучивали глаза и боялись верить. Или о том, что купить ту мебель, какую хочешь, стильную, качественную и функциональную, при коммунизме было невозможно. И за той, что была, в очереди годами стояли.

— Нет, не может этого быть!

Итальянские интеллектуальные элиты жалуются, что у этого народа нет национального самосознания. А откуда ему взяться, если их в одну страну объединили лишь полтора века назад?

Особенно любопытно наблюдать, как рассуждают о политике те немногочисленные граждане, кому до политики есть дело.

«Стыд и позор!» — крупными буквами напечатано поверх фотографии правительственных машин. И дальше информация о том, что в Италии самое большое количество синих автомобилей (правительственных) в Европе, самые высокие доходы у депутатов, которые ничего не делают, лишь нажимают на кнопки, и они могли бы на свои доходы позволить свой автомобиль. В общем-то, резонно!

Но вот следующий взорвавший политически активную часть итальянских соцсетей плакат. Некая 32-летняя девушка из Милана потеряла работу и обратилась в мэрию с просьбой, чтобы ей предоставили бесплатное жилье, так как платить за аренду стало нечем. Но мэрия отдала последнюю квартиру иммигрантам, а ей — не дала. И поэтому девушки больше нет с нами, она покончила с собой, а виновато во всем итальянское правительство. И под этим плакатом сотни откликов, мол, какие чудовища и шуты руководят нами, мы такая прекрасная страна, но имеем худшее правительство в мире.

А повидав русской действительности, где никому даже в голову не придет просить себе бесплатное жилье в мэрии, так и хочется ответить, какие же вы изнеженные, господа. Это раз. И во-вторых, самоубийство — личный выбор человека, при чем же тут правительство?

Кстати, это потребительское отношение к власти очень свойственно определенной части итальянцев, как правило, южного происхождения. Они и стремятся устроиться в государственные структуры, так как в этих учреждениях можно бесконечно брать больничные, а оплата та же, уволить госслужащего почти невозможно, зарплата постоянно индексируется и растет, при появлении ребенка в семье отец может также взять отпуск по уходу за ребенком и получать зарплату… На государственную службу может поступить только итальянец. И поговаривают, что только южного происхождения. Южане предпочитают держаться кланами и работать с теми, кто понимает южные правила игры.

На Юге не хотеть работать — это нормально и понятно. На Севере работу любят, уважают и трудятся честно. Поэтому и такая сильная разница в уровне жизни между бедным Югом и богатым Севером. Существует даже политическое движение «Лига Севера», которое борется за то, чтобы отъединиться от Юга, разделить страну на два разных государства, мол, пора северянам перестать на свои налоги кормить разболтанный, пронизанный коррупцией Юг.

— Мы по-прежнему рабы Рима! — возмущается «Лига Севера». — Без мафиозных Рима и южных регионов мы стали бы нормальной страной.

Впрочем, недавно само движение уличили в растратах государственных денег на личные нужды и связях с мафиозными кланами Калабрии.

Но эти скандалы, в общем-то, прошли мимо жизни обычных людей. Для итальянцев все партии на одно лицо. Это такие политические пофигисты, что просто диву даешься.

А между тем, стать нормальной страной Италии в реальности удалось. Всего какие-то 40–50 лет назад большая часть населения была безграмотной и не умела даже читать. После войны сменилось больше 60 правительств. Страна была отсталой во многих областях, а доход на душу населения был в три раза меньше, чем на тот же период в США. В 1951 году более 40 % населения было занято в сельском хозяйстве. И за полвека Италия прошла путь от аграрной до развитой индустриальной страны. Сегодня ее экономика — одна из самых крупных по объему, седьмая в мире по номинальному валовому внутреннему продукту (ВВП) и десятая по паритету покупательской способности.

Итальянская промышленность держится на предприятиях мелкого и среднего бизнеса, крупных относительно немного. Но в последнее десятилетие по ним бьют конкуренты из Средней Азии. На что итальянцы отвечают лишь одним — повышая свое качество. И цены. Они стали одной из стран первого мира. Что, кстати, дополнительный момент для шуток.

— Плачу налоги итальянскому правительству, стране первого мира, из того, что зарабатываю в стране третьего мира! — смеется Гвидо, который очень давно живет в Мексике, но на Апеннинах у него осталась недвижимость. Продать тоже не может. Особенно когда в 2011-м грянул настоящий кризис, банки перестали с легкостью выдавать кредиты всем желающим, государственный налог с кредита тоже вырос. Был 0,5 % и вместе с банковскими это составляло 3–4 % годовых. А новое правительство Монти увеличило налог государства аж до 3 %, то есть взять ипотеку стало ровно в два раза дороже. И конечно, итальянцы почти перестали покупать недвижимость.

Нелегко стало тем, у кого недвижимость была источником дохода. Пример — наш знакомый Роберто, за всю жизнь наработавший себе несколько офисных помещений и пять или шесть небольших апартаментов, которые часто сдавал тем же, кто снимал и помещение под магазин. С недвижимости он платил кучу налогов, но она в совокупности позволяла ему вести довольно зажиточный образ жизни после ухода на пенсию. И вот грянул кризис, офисные помещения опустели. Китаец, снимавший магазин, закрыл бизнес и заодно отказался от найма квартиры. Другая съемщица закрыла свою табаккерию и тоже съехала с квартиры. Магазин свадебных платьев самоликвидировался. И так далее. Когда-то эти площади в центре города ценились на вес золота, а теперь стоят пустые, и в них гуляет ветер. А налог за них все равно надо платить. А пенсия-то обыкновенная, в несколько раз меньше суммы налогов. И Роберто выкручивается: сдает свой красивый сад с бассейном перед домом под вечеринки, свадьбы, дни рождения. И почти все его доходы идут на уплату налогов. Иначе ведь либо посадят, либо, что вероятнее, наложат огромный штраф. А избавиться от своей недвижимости тоже сложно. Кто ж ее купит сейчас? И получается совершенно абсурдная ситуация загнанности в угол. Тебя могут посадить или наложить штрафы лишь за то, что имеешь недвижимость. Но думаете, он что-то рассуждает о правительстве или готов идти на баррикады? Нет! В свободное от спасительных вечеринок время он зовет друзей, загорает у бассейна, плавает, не снимая солнечные очки «Прада», и шутит, обыгрывая фразу из 70-х: если пойдет дождь, придется заходить в дом, и если не пойдет дождь, то все равно придется заходить в дом. Абсурд, налоги и кризис, конечно, никуда не денутся, но они не могут помешать наслаждаться жизнью. Одни друзья принесли арбуз, другие — бутылку спуманте, третьи — пахучий сыр с соседней горы. Хорошо-о!

Кто митингует за права простых итальянцев

Услышать поток отборной брани в адрес правительства можно от любого итальянца. Но предложи ему выйти на площадь перед зданием правительства поучаствовать в демонстрации и выразить свое недовольство.

— Делать мне больше нечего! — скажет он. — Работать надо.

При этом в новостях то и дело показывают массовые беспорядки, митинги с цветными шарами и чьи-то кричащие, иногда чересчур перекошенные заботой о социуме лица.

Это действуют профсоюзы. Именно их работа — выражать мнение народа и доносить до правительства. Даже если народ не в курсе. Он ведь не такой грамотный, как некоторые. Но это не значит, что права простых Марио, Фабио и Марий-Анжел не надо отстаивать. Правда, сегодня сложилась такая ситуация, что большая часть состоящих в профсоюзе — это бойкие пенсионеры, а не реальные работники. Они всегда ходят на все мероприятия, а что, бурлит жизнь. К примеру, в апреле 2012 года, в разгар кризиса, трем самым крупным профсоюзам — CGIL (Всеобщая итальянская конфедерация труда), CISL (Итальянская конфедерация профсоюзов трудящихся) и UIL (Итальянский союз труда) удалось собрать 25-тысячную толпу на манифестацию против антикризисных мер, которые предпринимает правительство Марио Монти. К тому моменту его поддерживало и доверяло по опросам уже менее 40 % населения. Ведь население думает о своем кошельке. А правительство ищет способ уменьшить колоссальный внешний долг примерно в два триллиона евро. Но население понимает, что взять эти деньги можно только из их карманов. Поэтому Монти, как стойкий оловянный солдатик, выдерживает самые эмоциональные нападки и вновь принимает непопулярные решения, отвечая профсоюзам: иначе вылетим из зоны евро, крепитесь. А Сильвио Берлускони, один из самых богатых людей планеты, под шумок готовится к новым выборам. И у него есть все шансы опять победить, хотя в конце 2011-го все радостно вздохнули, когда его сняли. Говорили, мол, Монти — финансист, и в правительстве теперь сплошь профессора и финансовые гении. Но от наличия наверху финансистов денежный дождь пока не пролился. Увы!

И кстати, о долгах. Италия всегда имела большой внешний долг. В 1963 году он составлял 32,6 % от ВВП. И он не уменьшался все это время. А как раз наоборот. Потому что государственные расходы на развитие социальной сферы поднялись с 29 % от ВВП до аж 53,5 % в 1990 году. А собираемые налоги, которые росли несоразмерно медленнее, не покрывали этих расходов. И, как следствие, увеличивался бюджетный дефицит. От 2 % от ВВП в 60-х годах до 10–11 % в 80-х.

Сегодня долг колоссальный, повторюсь, около двух триллионов евро. В несколько раз выше, чем у Греции и Испании. Правительство вынуждено искать ресурсы и, конечно, начинает сокращать расходы на «социалку». Например, осенью 2011 года Рим, Неаполь и Милан были превращены в бунтующие города студентами и преподавателями, потому как правительство решило сократить расходы на образование. И университетские профсоюзы вывели на улицы недовольных. То есть митинги и забастовки в итальянских пейзажах, в принципе, дело привычное. Они не всегда эффективны и почти никогда не достигают целей, ведь профсоюзы требуют по максимуму. Если воплотить в реальность все их требования, то долг тут же умножится. Но они выполняют для правительства роль лающей злой собаки, которую остерегаются, и решения принимаются более взвешенные.

— Нам нужно полностью реформировать всю государственную систему, — говорит знакомый итальянский политолог Луиджи Бишелья. — Сегодня государственная машина неповоротлива и съедает слишком много денег.

Это правда. Европейцы посчитали, сколько гражданам стоит содержать свое правительство.

Каждому французу чиновный аппарат его страны обходится в 2,14 евро, испанцу — в 4,18, немцу — в 8,11 евро и итальянцу — аж в 27,15 евро! Самая большая цифра по старушке Европе. И на данный момент это единственная страна из всех европейских держав, где место государственного чиновника приносит состояние, а итальянские политики — богатые люди, элита общества. Они живут с княжеским размахом, это их роднит с российскими коллегами. А ведь настоящие князья, виконты и наследные принцы по-прежнему живут в Италии, просто теперь почти незаметно. Их потомки и поныне носят эти титулы, но ведут уже совсем другой образ жизни.

Кем становятся потомки аристократов. История одного маркиза

Встреча с древностью на итальянских просторах — обычное дело. Вот извивается узкая дорога среди виноградных полей. И вдруг за поворотом открывается потрясающий вид — какой-нибудь роскошный холм с кипарисами и… средневековым сказочным замком на нем, похожим на голливудскую декорацию. Кажется, стоит приглядеться, и из окошка верхней башенки тебе помашет белым платком кудрявая принцесса. Из ворот выедет золотая карета с важным красивым господином в расшитом камзоле. Менестрели, коты в сапогах, балы… Романтика!

Официально все аристократические почести отменили после Второй мировой войны, а власть у дворянства забрали и передали правительству. Мол, в демократической Италии с республиканской Конституцией аристократы неуместны.

Тем не менее их потомки по-прежнему носят титулы. Хоть они теперь ничего и не дают. Но, кстати, именно в ХХ веке увеличилось количество желающих примазаться к «нобилям». Как защита от самозванцев с 1910 года издается «Золотая книга Итальянского дворянства», где перечислены большинство живущих на сегодня аристократических фамилий — около двух с половиной тысяч. И считаются дворянами лишь те семьи, которые получили титул до 1870 года. Все, что было после, аннулировано. Аристократию лишили влияния. Но никто не трогал их недвижимость, замки и земли. Как же они живут сегодня? Это большое богатство, но и хозяйство грандиозное. Однажды чудесным летним днем мы всей семьей отправились в гости к нашему знакомому по имени Люка Пинелли Жентиле, самому настоящему маркизу. Мой муж Роберто человек простой, обычных кровей, познакомился с маркизом 10 лет назад на любительском теннисном турнире в нашем городке, и с тех пор они общаются.

Фамильный замок Люка Пинелли называется очень лирично — Кастелло ди Тальоло (Castello di Tagliolo). К нему ведет мощеная старинная дорога, петляющая вверх по горе Монферрато, вдоль старинных городских улиц. Это единственный из 80-ти замков в Пьемонте, который на сегодня жив и функционирует так же, как и предыдущие тысячу лет. Подумать только! Трогаешь эти толстые каменные стены, осматриваешь высоченную башню… Непостижимо! Его построили в 970 году. За 18 лет до крещения Руси! А с 1498 года здесь ведет свою историю род маркиза.

Синьор Люка встречает нас и ведет во внутренний сад, с которого открывается невероятный вид на всю долину. Когда-то это было частное пространство семьи. Теперь здесь стоят на почтенном отдалении друг от друга элегантные столы с креслами для обедов и ужинов постояльцев замка.

Люка одет очень демократично, скажем так. Короткие джинсы, повидавшая немало на своем веку футболка поло «Лакоста», удобные кроссовки, на руке забавное украшение Tagliolo — плетеные бабочки. Он энергичен, бодр, шевелюра дыбом и совершенно очаровательно шутит, не переставая.

Я спрашиваю, сильно ли изменилась жизнь семьи за сто лет, и он эмоционально отвечает:

— О, не то слово! Даже мой отец жил совсем по-другому, а уж дед и подавно! Дед мог себе позволить рисовать картины и заниматься творчеством. Он их даже продавал. Но я этого себе позволить не могу. Маркиз ты или нет, а сейчас такие времена, что надо засучить рукава и работать.

С XV века маркизы занимаются виноделием. И когда-то у них практически не было конкурентов. Сегодня времена другие, рыночно-индустриальные. Здесь производят вино по старым рецептам, выдерживают в старых бочках и продают по той же системе, что и в средние века. Никаких поставок в супермаркеты или бары-рестораны. Только тем, кто приехал специально за вином в замок. Изменилось лишь то, что маркиз многое делает лично: предлагает продегустировать красное сладкое жентиле этого года, проводит платеж за кассовым аппаратом, который стоит на антикварном столе, загружает коробки с вином в машину клиента…

— Сложно стало с персоналом сегодня, — рассказывает он о нынешних трудностях. — Раньше работать в замке считалось престижным, труд рабочих стоил дешевле, бюрократии было намного меньше, а сейчас все строят из себя синьоров, работать готовы только за очень большие деньги. А если большие никто не платит, они оформляют пособие по безработице и сидят по барам, судачат, что работы нет.

А дел в замке очень много. Помимо семейного виноделия энергичный внук маркиза-художника занялся гостиничным бизнесом, переделал одну часть замка под апартаменты, куда приезжают погостить на неделю-другую туристы со всех точек земного шара. А другая часть замка сдается в аренду для проведения свадеб, около 15–20 торжеств в год. Однажды к ним, к примеру, наведывалась актриса Джулия Робертс, которая приехала на свадьбу своих друзей. А из России как-то праздновал какое-то торжество «Газпром».

— Торт у них был больше этого стола!

Очень любят приезжать сюда гости из Германии, Норвегии, Швеции, Англии… Люка бегло говорит на четырех-пяти языках.

— А знаешь, кто самые проблемные гости? — спрашивает меня Люка, с лукавой усмешкой поглядывая на мужа. — Итальянцы!

— Да ладно! В каком смысле?

— Понимаешь, это древний замок, хоть он и отремонтирован и постоянно реставрируется, но все равно иногда случаются проблемы с горячей водой в душе, к примеру. Приходит ко мне немец или англичанин и просто сообщает, мол, вот проблемы, можно ли как-то исправить? И конечно, исправляешь как можно скорее, а если поломка доставила большое неудобство, подаришь бутылку вина на ужин, и он рад, благодарит. Итальянец сразу морщит нос, начинает недовольно и много бубнить, а в момент оплаты требует скидку в полцены, потому что была эта проблема.

Мы гуляем по огромным средневековым владениям и натыкаемся на рабочего из Шри-Ланки, который занимается реконструкцией брусчатки во внутреннем дворике. Одна плитка начала гулять. Рабочий смотрит на Люка с такой абсолютно собачьей преданностью, совершенно искренней, что я понимаю, почему некоторые крепостные не хотели в свое время уходить от своих хозяев. Люка здоровается, что-то спрашивает и разговаривает с ним одновременно и с уважением, и даже с некоторой любовью, при этом сохраняя границы их отношений и дистанцию. Умение ТАК общаться с персоналом нельзя приобрести самостоятельно, это может быть только в генах, быть сформированным поколение за поколением жизнью среди слуг.

— Никому не советую сегодня покупать замок! — шутит Люка. — Я каждый день занимаюсь тем, что изобретаю, как можно еще заработать, чтобы покрыть расходы на содержание замка.

Помимо перманентной реконструкции древних стен, дверей, лестниц, окон, ставен и так далее, владельцы замков также платят налог на недвижимость. И суммы набегают огромные.

— Думаю, что процентов девяносто исконных владельцев продали свои замки, иногда за бесценок, — говорит он. — В других европейских странах, в Англии, Франции, если ты открываешь часть замка для публичного пользования, проводишь выставки, то суммы налогов сильно снижаются. В Италии, однако, это не так.

Потому и не удивительно, что Кастелло де Тальоло один из редких живых замков. Насколько я слышала, по-прежнему живет в своем замке знаменитая аристократическая семья Строцци во Флоренции, кстати, последний представитель рода женился на русской, и у них двое дочерей. Есть еще подобные палаццо в Венеции. Но в массе своей историческое наследие имеет следующую судьбу. В нашем городке есть роскошная вилла виконтов Мадзотти. Это настоящий четырехэтажный дворец, с лепниной, статуями, широкими окнами и удивительной работы витражом. Он окружен большим парком, с фонтанами и аллеями. Свои владения виконты когда-то отдали за символическую сумму (в пересчете на евро примерно около миллиона) коммуне города, то есть всем гражданам. Любой может войти погулять в парке, когда хочет. А в самом здании иногда проводятся выставки, разные мероприятия, свадьбы, конюшни превратили в ресторанчик. Но ведь денег на постоянную реконструкцию старинного здания то ли нет, то ли они не выделяются. И оно ветшает. Грустно смотреть, как отваливаются лапы у грозных львов и лепестки райских цветов.

Другое дворянское поместье с собственной церковью неподалеку от центра города просто круглый год закрыто. Его владельцы, тоже виконты, вообще не приезжают сюда. Судачат, что один отпрыск семьи живет в Милане и преподает в университете. А другой уехал в Америку. А поместье тем временем совсем облупилось и лишь действительно очень красиво каждую весну зарастает плющом.

Многие замки с землями пришлось продать еще и по той причине, что, когда умирал какой-нибудь граф, его детям приходилось платить огромный налог за то, чтобы вступить в права владения. А откуда брать деньги? Продавали землю. А постепенно и сам замок.

Сильные мира прошлого теперь превращаются в обычных людей. И не все потомки с этим испытанием справляются.

— Был у меня один ученик, князь, — рассказывал Масси, инструктор по вождению. — Но я его запомнил не поэтому, а из-за того, что он все время хотел спать и постоянно рассуждал о том, как это здорово — спаааать! Как сумасшедший себя вел, чуть что, хохотал и говорил «спа-а-ать!».

— Как вы и ваши друзья-аристократы из похожих семей относитесь к тому, что все так поменялось в современном мире для вас? — спрашиваю я синьора Люка.

— Хотим вернуть старые времена! О-о… — смеется он.

— А вы общаетесь, существуют ли какие-то дворянские собрания, балы… Ну хоть что-то осталось от прошлого, кроме замков?

— Общаемся. В сети! Там и ностальгируем по прошлому. А балы делать некогда, и это пустая трата денег. Я последний раз делал вечеринку десять лет назад.

— Когда-то аристократы дружили только со своими и женились лишь на представительницах дворянского рода. А сейчас?

— Моя мама, она маркиза, ответила бы, что было бы лучше! Но во всем мире теперь женятся по любви, это главный критерий. Конечно, ты выбираешь человека не только по внешним, но и внутренним качествам, он должен тебе подходить. Но происхождение уже не играет роли. Ни в дружбе, ни в любви. И я не могу сказать, что это как-то влияет на крепость уз. Есть семьи, где дворянин женился на обычной девушке, и они развелись. А есть те, кто живет душа в душу. Кейт и Уильям вполне имеют шансы на счастливую старость.

У Люка, как и у английского принца, жена Анжела не дворянского происхождения. У них двое дочек, совершенно чудесных. Он в них души не чает.

— Но ведь дочкам титул не передается, только фамилия. Нужно сына родить!

— Есть, конечно, замороченные на этом. Но мне все равно. Думаю, что мы на дочках и остановимся. Главное, что с женой у нас абсолютное согласие, красивые здоровые дети, дело идет, есть повод смотреть в будущее с оптимизмом. Самое важное на свете — время, которое проводишь с любимыми людьми. Оно же не возвращается никогда. Вот проработал, пробегал весь день где-то, прожил его не с семьей, и у тебя больше не будет шанса повторить его и прожить по-другому. Дети растут, а в погоне за миражами можно пропустить самые чудесные моменты жизни.

— Вас к чему-нибудь титул маркиза обязывает? — задала я последний вопрос.

— Я не ношу корону, камзол, на мне обычные штаны. И я ничем не отличаюсь от других людей. Нужна сила духа, чтобы смириться с этим. Но происхождение и образование обязывает к тому, чтобы всегда оставаться благородным человеком внутри. Есть внутренний кодекс чести, бонтон, этика… Называть можно как угодно. Но это неприкасаемо.

И как один из примеров «внутреннего синьора» он рассказывает, что уже второе десятилетие не поднимает цены на свои вина, хоть и расходные материалы дорожают. В частности, ему все, кому не лень, советуют сделать два прайс-листа — для своих, итальянцев, и для туристов, которые в массе уверены, что чем дороже, тем лучше. Тем более в таком историческом месте, с живым маркизом, мол, только из-за этого бутылка должна стоить минимум 50 евро. Люка от этих рассуждений просто перекашивает. А ведь был даже случай в подтверждение этой теории с русской группой, члены которой, увидев цену на бутылку красного в 5 евро, поморщились и сказали, что покупать здесь ничего не будут, потому что, видимо, вино плохое. Хорошее должно стоить, в их представлении, других денег. Но и после этого случая маркиз никак не отреагировал. Честность — вежливость королей.

После беседы мы еще прошлись по самым загадочным и потаенным комнатам замка. В винных погребах старинная люстра была покрыта вековым слоем паутины, и на ней сидел паук-аристократ, охраняющий бутылки, подаренные когда-то Наполеоном прапрадедушке. В каминной зале кроме средневекового оружия на стенах поразил расписанный потолок, который создает абсолютное ощущение реальных выпуклостей и арок, натуральное средневековое 3D. Когда Люка сказал, что это рисунки, я не поверила и очень долго присматривалась. И разглядеть то, что это на самом деле ровная поверхность потолка, можно было только под определенным углом. На стенах висели картины, на которых были видны швы от того, как их разрезали, когда прятали от фашистов во Вторую мировую. Дух истории бережно сохраняется. И дай бог, чтобы подольше.

Мы, конечно же, купили у маркиза три коробки его исключительных вин. А на прощание он весело сказал:

— Жду тебя в Фейсбуке! Сегодня же вечером отправь мне запрос на дружбу.

Что я, безусловно, и сделала.

Стильное короткое послесловие

Вот и закончено наше с вами путешествие по современной Италии. Точнее, оно только начинается. Ведь, открыв эту страну однажды, ее хочется открывать снова и снова, заряжаясь флюидами la dolce vita, умением любить и наслаждаться простыми человеческими вещами.

Мы все воспитаны на древнеримской истории, литературе, картинах эпохи Возрождения, итальянском кинематографе, наполняющих трепетом песнях. Мне кажется, мы все немного итальянцы в душе.

И поэтому, пока вы закрываете последнюю страницу этой книги, я вам говорю:

«Добро пожаловать в солнечную и противоречивую, неповторимую, благоухающую, страстную, волшебную и радостную Этрурию, что живет в каждом из нас!»