nonf_publicism sci_politics Юрий Игнатьевич Мухин НЕ наша Russia. Как вернуть Россию?

Великая Россия погибла вместе с СССР. То, что прозябает сегодня, — не более чем жалкая Russia, отсталая колония Запада, на корню скупленная вражескими олигархами. Сами путинисты признают, что «95 % крупной промышленности даже не в офшорах, а просто в иностранной юрисдикции» и что «национальный доход России в 1991–1993 гг. уменьшился на 40 % (в военные 1941–1945 гг. — лишь на 23 %). Смертность здоровых мужчин сопоставима с потерями в Отечественной войне. Через 70 лет в России останется в лучшем случае 100 млн. человек. При этом русские уже не будут составлять большинства населения страны». Из этой разграбленной, обескровленной, вымирающей «Раши» бегут уже не только крысы, а все, кто думает о будущем своих детей, — в то время как старческий маразм Кремля крепчает день ото дня…

Можно ли пошатнуть эту гробовую «стабильность»? Как сменить Путина не на болотных иуд и телекретинов, а на государственников и патриотов — не врагов, а слуг народа? Есть ли шанс превратить «Рашу» из страны, откуда хочется побыстрее свалить, в державу, где не стыдно жить? Как вернуть себе Россию, которую у нас отняли? И можно ли избавиться от антинародного режима без большой крови?.. Ведущий публицист патриотических сил знает ответы на все эти вопросы!

ru ru
AVaRus FictionBook Editor Release 2.6.6 18.11.2013 OOoFBTools-2013-11-18-20-28-22-409 1.1

v 1.1 — структурирование документа, скрипты — AVaRus

Юрий Мухин. НЕ наша Russia. Как вернуть Россию? Яуза-Пресс Москва 2013 978-5-9955-0513-6

Юрий Игнатьевич Мухин

НЕ наша Russia. Как вернуть Россию?

Без теории нам смерть!

И. В. Сталин

Предисловие

Не будем наивными; многие из тех ваших знакомых, кто и не подумал купить эту книгу, на ваше предложение прочесть ее, не задумываясь, ответят: «А оно мне надо?». А действительно: в магазинах все есть, пиво есть, развлечений навалом, секс есть (ну, скажем, не секс, так порнуха доступна) — что еще такому надо? Зачем ему головная боль от какой-то теории, если у него одна головная боль — как добыть денег для всего того, что уже есть?

Между тем покидают Россию как раз те, у кого и деньги есть, чтобы все это иметь. Вот цитаты из аналитической статьи итальянца об иммиграции из России по состоянию на начало 2012 г.

«А что мне там делать? Очередные бабки раздавать этим кровососам?» — говорит Игорь, который вместе с семьей переехал на ПМЖ в Италию три года назад. Устав от бесконечных домогательств, 40-летний московский предприниматель закрыл свой успешный бизнес в столице России и решил начать новую жизнь за границей.

Недавно появились первые достоверные официальные данные: за последние 10 лет эмигрировали 1250 тыс. россиян. Такую цифру назвал председатель Счетной палаты РФ Сергей Степашин. Его организация изучает миграцию с точки зрения налоговых поступлений.

Опираясь на эту цифру, к которой надо добавить еще процентов 30 официально не оформленных эмигрантов, можно сделать первые выводы. Сегодня в России мы имеем дело с эмиграционной волной, которую можно сравнить с огромной волной после Октябрьской революции 1917 г. По разным расчетам, тогда попрощались с Родиной от 1,5 до 2 млн. россиян.

После распада СССР, в частности, эмигрировали советские евреи. И это понятно, но причины были иные.

А незадолго до начала этих новогодних каникул я летел в самолете с группой детей ярко выраженной славянской внешности. Между собой они говорили по-английски, причем без особого акцента. С ними была крупная женщина, которая стала давать им указания по-русски только после того, как командир объявил о начале посадки в Москве. В сегодняшней России те, у кого есть деньги, предпочитают посылать своих детей учиться за границу.

Новейшая, условно говоря, вторая волна ваших эмигрантов состоит прежде всего из специалистов, высококвалифицированных кадров (включая менеджеров) и молодежи.

Великобритания, Швейцария, США, Франция, Израиль — вот куда в основном уезжают россияне. Недавно к этим странам добавилась Чехия, где за короткое время было официально зарегистрировано 30 тысяч ваших соотечественников. Большинство из них принадлежат к только что народившемуся в России среднему классу. «Они ищут лучшие условия жизни, потому что они считают, что Россия недостаточно стабильна с политической и социальной точек зрения, — сказала в интервью сотрудница сервисной компании в Праге. — Им нужны более адекватные перспективы для своих детей. Бизнесмены, в частности, хотят безопасных условий для своих инвестиций, а иногда просто более безопасного места для своих семей».

Сложнее представить, куда пропали многие обитатели эксклюзивных коттеджных поселков на Рублево-Успенском шоссе. У них большой выбор, как и кошелек. «Если пройтись по поселку, из людей, которые вселялись лет 10 назад, осталось меньше половины», — недавно рассказал местный житель одной журналистке.

По разным оценкам, за последние 10 лет из России уехали около 30 тыс. финансистов и бизнесменов. Большинство из них объясняют причины своего отъезда невозможностью легально вести бизнес, а рисковать своей свободой и сотрудничать с коррумпированными чиновниками они не хотят.

Приходится признать, что выводы в отношении эмиграции из России не очень-то приятны. Во-первых, Россия сегодня переживает колоссальную «утечку мозгов», тех, которые необходимы для модернизации страны. Во-вторых, после распада СССР власть оказалась не в состоянии построить здоровое общество, и россияне по-прежнему не чувствуют себя полноправными гражданами своей страны. Вот почему самые талантливые люди уезжают: не хотят жить всю жизнь как современные донкихоты.

«Умом Россию не понять… — написал давным-давно поэт Федор Тютчев. — В Россию можно только верить». Мне кажется, что пора бы уже уйти от догм и понять, наконец, какую Россию вы хотите для ваших детей. Иначе в будущем вас ждут одни разочарования».

Согласитесь, что итальянец прав. Тем, кто хочет жить в России, надо, наконец, понять, какую Россию мы хотим иметь.

Глава 1

И куда ж бедному крестьянину податься?

Нужна отправная точка

Прежде чем задаться вопросом крестьянина из фильма «Чапаев», давайте освежим в памяти очертания Родины еще довольно многих из нас — очертания СССР. Я много написал ностальгического о своей Родине, но в данном случае я не собираюсь делать СССР рекламу, тем более что никого и не зову обратно под ту власть, которая была в СССР к его концу. Однако надо хоть что-то сказать о Советском Союзе, чтобы иметь отправную точку для размышлений, и понять, что знают и видят те, кто бегут из России.

Начну так. 8 мая 2012 г. на заседании Госдумы, посвященном назначению Медведева на пост премьера, Путина (или его двойника, играющего роль Путина) какой-то черт потянул за язык:

«По поводу кризиса. Да, кризис был глубокий, и мы “упали” больше, чем многие страны, абсолютно точно. Это из-за чего? Из-за того, что у нас однобокая экономика. А она что, вчера так сложилась? Да она 70 лет так складывалась. Потому что всё, что мы производили…

Да, дорогие мои, да. Не надо дискутировать. Дело в том, что то, что мы производили (и руками махать не надо), было никому не нужно, потому что наши галоши никто не покупал, кроме африканцев, которые должны были по горячему песку ходить. Вот в чём всё дело.

У нас была оборонка — классная, сильная, и мы ею гордимся до сих пор. Мы благодарны нашим дедам и нашим отцам за то, что они создали после Великой Отечественной войны такую оборонку.

Из зала:…И первый спутник.

В. ПУТИН: И первый спутник, и первый человек в космосе — это наша общая гордость, это достижения советской власти, которыми мы все гордимся. Это общенациональные достижения.

Но товары народного потребления… Жириновский уже сказал об этом. Где они были? Их не было. Давайте не будем друг другу врать и народу. Народ-то знает, что было и чего не было».

Они что, в администрации президента, все такие дебильные? То Путин рассказывал, что в СССР мясного скота не было, теперь про то, что не было и товаров народного потребления. Он с какой планеты? Где и кому во Вселенной рассказывают про галоши на горячем песке?

Не виданный в мире рывок

Поскольку речь идет о делах давно минувших дней, воспользуюсь данными А. Пригарина и А. Виноградова двадцатилетней давности, когда даваемые ими сведения об экономике СССР были еще свежи и могли оспариваться современниками из лагеря либералов, но не оспаривались.

Сначала в общем.

Совместное исследование, проведенное Хьюстонским университетом США и НИЭИ при Госплане СССР показало, что на старте, в 1861 г. душевой национальный доход в России составлял примерно 40 % по сравнению с Германией и 16 % по сравнению с США. Через 50 лет, в 1913 г. уже только 32 % от уровня Германии и 11,5 % от американского уровня. То есть отставание царской России от передовых стран увеличивалось, и слова о вековой отсталости России не были оговором.

В 1913 г. на долю России приходилось лишь немногим более 4 % мировой промышленной продукции, в то время как ее население составляло 9 % от населения мира. Это означает, что на душу населения в России приходилось в два с лишним раза меньше продукции, чем в остальном мире, включая Азию, Африку и Южную Америку, т. е. самые нищие регионы мира.

А в СССР к середине 80-х гг. удельный вес населения сократился до 5,5 % от мирового, зато доля промышленной продукции Советского Союза в мировом объеме достигла уже 14,5 %. Именно эта цифра названа в статистическом сборнике, который ежегодно готовит ЦРУ Соединенных Штатов. И по этим американским данным получается, что уровень промышленного производства в Советском Союзе на душу населения почти втрое превышал средний мировой уровень. Иными словами, за 70 лет советской власти промышленность в СССР развивалась в 6 раз быстрее, чем в остальном мире. В 6 раз!

Если взять национальный доход, то в расчете, выполненном на основе американских данных, он в 1985 г. составлял 57 % от национального дохода США, а в пересчете на душу населения — 46,2 % вместо 11,5 % в 1913 г. Значит, национальный доход СССР за этот период рос в 4 раза быстрее американского. В 4 раза! И в этот период была война! Да какая! Немного прервусь.

Война

В 1941–1945 гг. СССР воевал не с 80 млн тогдашних немцев — он воевал практически со всей Европой, численность которой (за исключением союзной нам Англии и не сдающейся немцам партизанской Сербии) была около 400 млн человек.

Лишь элитные войска фашистской Германии — войска СС — приняли в свои ряды 400 тыс. «белокурых бестий» из других стран, а всего в гитлеровскую армию вступили со всей Европы 1800 тыс. добровольцев, сформировав 59 дивизий, 23 бригады и несколько национальных полков и легионов. Самые элитные из этих дивизий имели не номера, а собственные имена, указывающие на национальное происхождение: «Валония», «Галичина», «Богемия и Моравия», «Викинг», «Денемарк», «Гембез», «Лангемарк», «Нордланд», «Нидерланды», «Шарлемонь».

Чтобы оценить по национальному составу всю ту европейскую сволочь, которая в надежде на лёгкую добычу полезла к нам убивать советских людей, я дам уже неоднократно дававшуюся мною таблицу той части иностранных добровольцев, которые вовремя догадались сдаться нам в плен.

НАЦИОНАЛЬНЫЙ СОСТАВ ВОЕННОПЛЕННЫХ В СССР, ВЗЯТЫХ В ПЕРИОД С 22.06.1941 г. ПО 2.09.1945 г.

Но для того чтобы сражаться, нужны не только солдаты, но и оружие с продовольствием. Французы не только передали немцам все свои танки, но и произвели для них огромное количество боевой техники — от автомобилей до оптических дальномеров. Чехи построили весь парк немецких бронетранспортеров, большое количество танков, самолетов, стрелкового оружия, артиллерии и боеприпасов. Поляки строили самолеты, польские евреи производили для немцев взрывчатку, синтетический бензин и каучук, шведы добывали железную руду и поставляли немцам комплектующие для боевой техники (к примеру, подшипники), норвежцы снабжали гитлеровцев морепродуктами, датчане — маслом… Короче, вся Европа старалась как могла.

Во Второй мировой войне СССР (правда, под руководством Сталина) сражался практически со всей Европой и, по подсчетам британского военного историка Лена Дейтона, уничтожил 75 % Вооруженных сил Германии и ее союзников (15 % уничтожила американская армия и 10 % британская).

Но вернемся к экономике.

Что имели

И даже в период так называемого застоя развитие СССР по-прежнему шло быстрее, чем развитие капиталистического мира. Так, за 1981–1985 гг. валовый национальный продукт СССР возрос на 20 %, США — на 14 %, Франции и Италии — на 8 %, ФРГ — на 6 % и только Японии — на 21 %.

Советская Россия производила 17,9 % мировой машиностроительной продукции, из них 22 % мирового производства металлорежущих станков, 46 % комбайнов, 11,3 % оборудования для пищевой промышленности, 63,2 % энергетического оборудования, 27 % самолетов, 50 % военной техники, 21 % грузовых автомобилей и 4,8 % легковых.

СССР являлся одним из крупнейших поставщиков машиностроительной продукции. И хотя СССР производил лишь 17,9 % машиностроительной продукции, а капстраны — 73,1 % (без КНР), о высоком качестве нашего оборудования свидетельствует то, что на нем работало 35 % базовых отраслей промышленности КНДР, 36 % — Индии, 45 % — Ирана, 65 % — Пакистана, 20 % — Турции, 50 % — Алжира, 25 % — Египта, 50 % — Ливии. СССР произвел в 1990–1991 гг. (в год) 13,2 млрд кв. м ткани, или 37,8 кв. м на человека (для сравнения: ФРГ — 32 кв. м на человека). В том числе 75 % мирового производства льняных тканей, шелка. 12 %, хлопчатобумажных — 13 %, шерстяных — 19 %, т. е. 2,6 кв. м. на человека (для сравнения: ФРГ — 2,4 кв. м, США — 0,7 кв. м).

Трикотажных изделий в СССР было произведено 22 % мирового, к примеру, в 2,5 раза больше Японии.

СССР производил 27 % кожаной обуви, в 4 раза больше, чем в КНР, т. е. в 6 раз больше, чем в США, в 3 раза больше, чем в Японии. Это про путинские галоши на горячем песке.

Даже в 1991 г., уже при развале Горбачевым экономики СССР, в стране возрастало производство стиральных машин на 5 %, магнитофонов на 8, пылесосов на 7, мясорубок на 3,5, магнитол на 3,4, швейных машин типа «Зигзаг» на 2 %, а остальное осталось примерно на уровне 1989–1990 гг. СССР производил 9–10 млн телевизоров (10,9 % мирового производства, ФРГ — 5 млн, Япония — 12 млн, электропылесосов — 6 млн (12,4 % мирового производства, Япония — 6,6 млн, ФРГ — 4,6 млн), утюгов 16 млн (15 % мирового производства), холодильников — 6,5 млн (17,4 % мирового производства, Япония — 5 млн), стиральных машин — 6 млн (12,6 % мирового производства, Япония — 4 млн, ФРГ — 2 млн), фотоаппаратов — 3 млн (4,4 % мирового производства), часов — 72 млн шт. (17,1 % мирового производства).

Тем, кто разбирается в числах, из приведенных данных должно быть все ясно, а тем, кто не привык с ними работать, скажу, что это феноменально огромные объемы и еще более феноменальные темпы развития. Ни одна экономика мира не знала темпов плановой экономики СССР.

Эта экономика принадлежала всем гражданам СССР и давала прибыль, которая распределялась между гражданами в виде бесплатного жилья, всех видов обучения, здравоохранения и прочего, в количестве примерно 3 тыс. долл. на человека в месяц.

Так было, а вот, что произошло.

Колония Russia

Журнал Счетной палаты РФ «Финансовый контроль» за июль 2007 г. сообщил:

«Национальный доход России в 1991–1993 гг. уменьшился на 40 % (а в военные 1941–1945 гг. лишь на 23 %). По оценке Минэкономразвития, за годы ельцинских реформ из России было вывезено свыше 210 млрд долларов. По некоторым же другим данным — 700 млрд долларов, то есть десять годовых бюджетов ельцинской России. Производство сократилось вдвое, а численность россиян, выброшенных за черту выживания, увеличилась более чем в два с половиной раза.

По прогнозам демографов, к концу XXI века население Земли увеличится вдвое. А в России через 70 лет останется в лучшем случае 100 млн. человек. При этом русские уже не будут составлять большинства населения страны. Смертность здоровых мужчин сопоставима с потерями СССР в Отечественной войне.

Список утрат можно продолжить, но и без того ясно, что в мирное время (в отличие от военного) они были неоправданными, а значит, и более глубокими и невосполнимыми».

Я ничего не сказал о производстве в СССР продуктов питания, поэтому упомяну хотя бы мясо.

В 1970 г. производили (в тыс. т) говядины с телятиной — 1812, свинины — 1154, птицы — 219, баранины — 166. Через 20 лет в 1990 г.: говядины с телятиной — 2934 (162 % от 1970 г.), свинины — 1804 (156 %), птицы — 1270 (579 %), баранины 176 (106 %).

А через 20 лет умения и талантов нынешней власти стали производить (2010 г.) говядины с телятиной — 199 (7 %), свинины — 738 (41 %), птицы — 2864 (225 %), баранины — 4 (2 %). В сумме, от производства 1990 г. осталось 59 % за счет птицы, которую в СССР у частника вообще не считали и в статистические отчеты не включали.

А от говядины осталось аж 7 %!

А откуда, спросите меня, тогда сегодня мясо на прилавках? От верблюда, возможно, в полном смысле этого слова. Или от кенгуру. В 2009 г. было импортировано 1438 тыс. т мяса — в два раза больше, чем произведено собственных говядины и свинины, вместе с бараниной.

А что осталось? Осталась труба, по которой Запад откачивает из России минеральные ресурсы, которые сами понимаете, принадлежат не только нам, но и нашим детям. Да и труба-то уже давно не наша.

До Путина была хоть какая, а отечественная промышленность. А сегодня председателю комитета бывшей Государственной думы России по экономической политике и предпринимательству, члену путинской фракции «Единая Россия» Евгению Федорову журналисты задают вопросы и он отвечает:

«— Да, действительно, если говорить о крупной промышленности, 95 % ее не только в оффшорах, просто в иностранной юрисдикции. И понятно, почему.

— 95 % крупной российской промышленности?

— Крупной российской собственности: промышленности, банков и всего остального — это иностранная юрисдикция».

Должен сказать, что положение, которое сейчас существует в России, в точности, до деталей соответствует тому положению, которое Гитлер хотел установить в России после ее оккупации и превращения в колонию Германии. Но не буду о совсем уж грустном.

Думаю, что для тех, кто как-то попытался осознать, что написано выше, уже понятно, что тем русским, кто хочет остаться в России, понятна тревога тех, кто из России бежит. И понятно также, что к политикам — как правящим, так и «встроенной оппозиции» — обращаться бесполезно; их «трудами» такая ситуация в России и создана.

Понятно также, что сами мы не привыкли думать над судьбами государства, да и над тем, что делать нам как членам общества, что делать нам как гражданам России. Мы привыкли верить тому, кому верят все.

Начнем с того, с чего удобнее всего, — с телевизора.

Телевизионная элита

Казалось бы, эта идея удачная вот почему.

Был такой советский писатель Максим Горький, который довольно часто встречался с основателем Советского государства Владимиром Ильичом Лениным, а когда тот умер, то в 1924 г. написал очерк воспоминаний о нем «В. И. Ленин». В очерке есть такие слова Ленина: «Умных — жалею. Умников мало у нас. Мы — народ, по преимуществу талантливый, но ленивого ума. Русский умник почти всегда еврей или человек с примесью еврейской крови». Правда, последнее предложение Горький при переиздании очерка в 1930 г. выбросил, тем не менее слово не воробей.

Так вот, на телевидении Russia люди с «ленивым умом» редки, там почти сплошь работают одни умники, о которых Ленин и говорил; может, у них узнать, какую Россию нам надо иметь?

Однако тут проблема, поэтому вкратце о ней, хотя и писал об этом уже много.

В подавляющем числе случаев пресса дает информацию и ложную, и неполную, если речь идет о сторонах жизни, связанных с пребыванием у власти хозяев прессы. Отличие сегодняшней Russia от СССР в том, что советская пресса могла умолчать или просто поменять акценты, но врала крайне редко. «Правда» могла написать: «В забеге на 100 м, устроенном между т. Л. И. Брежневым и президентом США Д. Картером, Леонид Ильич прибежал к финишу вторым, а Картер — предпоследним». Кто скажет, что это неправда?

Сегодня пресса врет беззастенчиво и нагло, но ее ложь — это всего лишь одна сторона вопроса, который, думаю, всем понятен. Однако я хочу сказать не об этом, а о том, что перестройка началась с прихода во власть и в прессу людей крайне необразованных и тупых.

Этих людей и себя очень точно охарактеризовал журналист Л. Радзиховский (тоже умник, по Ленину): «Правда, кроме слов, мы ничего не знаем и не умеем, ну так что ж? Каждому — свое». Вдумайтесь: эти люди не знают и не понимают, что именно означают слова, которые они в свое время запомнили, а теперь пишут и произносят. Но знать слова — еще не значит быть образованным и умным, идиот тоже помнит слова, но не понимает, что они означают.

Началось это, повторю, с перестройки. Когда-то, очень давно в комнате вещал телевизор, и Киселев в «Итогах» (сегодня Киселев пудрит мозги на Украине) нахваливал чеченцев. Превознося их гений, он сообщил, что чеченцы приспособили ПТУРСы для стрельбы с плеча по российским вертолетам. ПТУРС — противотанковый управляемый реактивный снаряд; стрелять им с плеча самоубийственно, а главное, в этом нет необходимости, так как снаряд наводится на цель после выстрела. Я взглянул на экран. Там чеченец демонстрировал ручной гранатомет с привязанным к нему оптическим прицелом. В головке у Киселева слова ПТУРС и гранатомет были ни с чем конкретно не связаны, но он их произносил. Он знал слова, но не знал, что это.

И тогда я впервые задумался об умственном развитии телевизионной элиты.

Но Киселев еще не эталон телевизионного идиота. Было, а может, еще и есть другое чудо ТВ — Гурнов. Он показывал зрителям пистолетную гильзу, объясняя, что это «пуля от нагана Макарова». Мужчина — и не знает таких простых вещей…

Сейчас журналисты не знают ничего, скажем, из элементарной истории, и вы можете услышать гордое: «…Они празднуют свою победу так, как праздновал ее Наполеон после битвы при Ватерлоо…». Они не знают элементарной географии, и вы, и ваши дети слышат: «Крейсер вышел из Мурманска на стрельбы в Каспийское море». С каких пор Мурманск стал портом Каспийского моря? Тем более они не понимают смысл тех иностранных слов, которые произносят. В новостях РТР диктор читала об авиакатастрофе в Индии: «…один самолет летел на высоте 15 000 фунтов, а второй — на высоте 16 000 фунтов». Как видите, редакция новостей знает эти слова — фунт и фут, но не знает, что они значат. А ведь это элементарно простые вопросы.

В СМИ набрали талантов, которые разбираются только в страхе, сексе, в том, как жрать, и делать то, что рифмуется со словом жрать. Все остальные слова для них просто звуки, которые надо повторять потому, что они где-то написаны или их кто-то умный когда-то говорил. Фут созвучен фунту, Карское море — Каспийскому, вот эти «умные» слова сценарист набирает в тексте, не соображая, о чем это он пишет, редактор и режиссер с умным видом пропускают их в эфир, а говорящая обезьяна бодро тараторит. На любом канале можно услышать про «трансформатор с напряжением в 100 тыс. кВт», хотя, казалось бы, из школы должно быть известно всем, что напряжение измеряется в вольтах, а в не ваттах, а фунт — это мера веса.

Еще пример со звездой. На ТВЦ Максимов пригласил для вечернего разговора директора московского математического лицея, и тот гордо сообщил, что его ученики знают то, чего не знают их родители.

«Что же?» — поинтересовался ведущий. «Они знают, почему на Земле бывает зима и лето». (Вообще-то лет 20 назад этого могли не знать только действительно клинические идиоты.) «Многие думают, что это потому, что Земля в своем вращении по орбите то удаляется от Солнца, то приближается к нему», — продолжил директор. «И я так считаю», — удивляется Максимов. И директор ему «объяснил»: «Дело в том, что при движении по орбите меняется наклон оси вращения Земли». Максимов сделал вид поумневшего.

А ведь эти люди наверняка видели звездное небо, наверняка им показывали Полярную звезду, объясняя, что она всегда находится на севере. И находится она там потому, что наклон земной оси неизменен. Именно поэтому зиму меняет лето. И в этом примере, как мы видим, люди знают необходимые слова (ось, наклон, орбита и т. д.), но не в состоянии образно представить, что эти слова означают.

Из-за болезни и благодаря постельному режиму через много лет вынужден был снова включить телевизор, и выяснил, что уже ни на одном канале нет спасения от тупого журналиста. Смотришь каналы «Дискавери», «Нейшенал джеографик» — и там бред, причем двойной. Западный журналист, со своей стороны, не способен объяснить видеоряд, даже если он по своей простоте касается всего лишь школьных знаний, а наши доморощенные придурки в переводчиках и редакторах, со своей стороны, неспособны перевести западную озвучку. Я уже не говорю о том, что в русском языке слово судно относится только к гражданским судам, а корабль — только к военным. Это для умника слишком сложно. Но можно ведь в словаре посмотреть значение английского слова «boat»? А у них и сейнер на 2000 т — «лодка», и крейсер «Худ» тоже «лодка»! «Евроньюс» тщательно и раздельно, выделяя предлог «в», сообщает уже таинственные и незнакомые ни редактору, ни переводчику, ни диктору слова: «Мощность 47 мегаватт в час». Мегаватт — это и есть мощность, т. е. работа в единицу времени. Как это — работа в единицу времени, да еще в одну единицу времени?

Но что там физика за 7-й класс, они ведь уже и русский язык не понимают. Британский фильм об Австралии; в нем показывается самая жаркая ее оконечность, на высоком мысу стоит путешественница в шортиках и маечке и смотрит в океан. Текст: «И легко можно себе представить, как замерзшие аборигены вглядывались в просторы океана». Откуда мороз? Отчего аборигены замерзали в такую жару? Потом понял: редактор и диктор не знают русского глагола замереть и решили, что переводчик, написавший «замершие», ошибся. Поправили.

В «бумажной» прессе положение такое же.

К примеру, в газете «Санкт-Петербургские ведомости» № 189 от 8.10.2008 журналист Карл Рендель и редактор газеты гордятся украшением российского Военно-морского флота — тяжелым атомным ракетным крейсером «Петр Великий». Уверяют, что в составе этого крейсера есть все «для самообороны корабля и поражения целей на воде и на суше — еще и 1340-миллиметровые орудия с скорострельностью 60 выстрелов в минуту и дальностью полета 24 километра».

Самые большие в мировой истории японские линкоры имели водоизмещение 70 тыс. тонн, но вооружены были 9 орудиями «всего» 460-мм главного калибра, стрелявшими снарядами весом 1,5 т. А крейсер «Петр Великий» в век, когда корабельная артиллерия уже свое отжила, имеющий водоизмещение всего 26 тыс. т, вооружен орудиями калибра 1340 мм?? Как вы понимаете, на самом деле на крейсере имеется одна двухорудийная башня 130-мм пушек.

Ладно, ошиблись при наборе, но как понять полет 1340-мм орудий на дальность 24 километра? Не снарядов, а орудий?

Недавно наткнулся на откровенную сентенцию известного тележурналиста и «русского православного патриота, встроенного в режим», тоже, кстати, из умников, М. Леонтьева: «Я считаю журналистику мерзкой профессией, выбираемой ущербными людьми. Журналисты — профессиональные дилетанты». Полагаю, и сам Леонтьев ввиду профессиональной ущербности не догадывается, насколько он прав.

Думаю, что меня остановят и скажут: да бог с ними, с журналистами, ведь эти журналисты в своих передачах опрашивают и наших славных ученых, а они люди очень умные.

М-да… С ними тоже проблема.

Незаменимые специалисты

Знаете ли вы, что сегодня понятие «ученый» в среднем тождественно понятию «амбициозный кретин», а если перегнуть палку, то и «подонок»?

Но сначала о кретинизме ученых. В свое время тот же В. И. Ленин предупреждал: «Упаси господь допустить профессоров к власти. Нужна консультация по специальному вопросу — пригласите и проконсультируйтесь, но к власти — ни в коем случае!» Чем вызвано это предупреждение Ленина? Почему ученый у власти хуже, чем человек, не тративший время на получение ученых званий?

Обычно люди, имеющие ученое звание, общепризнанно считаются умными, знающими все на свете и уж, безусловно, знающими все, что касается той отрасли знаний, в которой они работают. Здесь кроется ошибка, вызванная частью просто незнанием, а частью игнорированием того, как именно у нас становятся учеными.

Во-первых, «ум» и «учёное звание» — это разные понятия уже в силу того, что с тех пор как ученым начали платить из казны, в науку поперли паразиты, часто откровенно глупые, и полезли только потому, что не хотели заниматься производительным трудом.

Я неоднократно вспоминал этот случай, поскольку меня он впечатляет. Жена академика Ландау Кора Дробанцева написала о соавторе Ландау академике Е. М. Лившице (Женьке) следующее:

«Привычку копить деньги Евгений Михайлович унаследовал от своего отца-медика. Когда сыновья подросли, их отец сказал так: “Раз «товарищи» уничтожили у нас, врачей, частную практику, сделав в Советском Союзе медицинскую помощь бесплатной, мои сыновья станут научными работниками”. С большой гордостью об этом рассказывал сам Женька, восхищаясь прозорливостью своего отца: “Действительно, папа оказался прав, ведь самая высокая заработная плата у нас, у научных работников”. И, как ни странно, младший сын медика Лившица Илья тоже вышел в физики».

То есть когда лифшицы поперли в науку, речь изначально шла не о получении Советским Союзом новых знаний, а о получении лифшицами денег у Советского Союза. Как видите, не запрети большевики частную практику врачей, потеряла бы советская наука таких «выдающихся физиков».

А теперь посмотрите на наличие у этого Лифшица ума на, в общем-то, простом, житейском случае. Его патрон и как бы близкий друг академик Ландау получил тяжелую травму в аварии и выжил благодаря обычному врачу, однако Ландау все же добил консилиум академиков медицины, и добил с помощью Лифшица.

Дело обстояло так. Поскольку у Ландау были сильно повреждены лёгкие, то американцы прислали самолетом посылку с очень сильным антибиотиком, предназначенным для лечения именно травмы лёгких. Получил эту посылку в аэропорту, повторю, «друг» и соавтор Ландау академик Лившиц. Лившиц и академики медицины, составлявшие консилиум «по лечению» Ландау, были уверены, что Ландау умрет, а лекарства такого в СССР еще не было; оно на черном рынке стоило баснословно дорого. Вот академик Лившиц и устроил небольшую коммерцию: он не передал всю посылку в больницу, а выдавал антибиотик для лечения «друга» поштучно, ампулами. Остальные ампулы он продавал за хорошие деньги тем, кого к нему направляли академики консилиума по «лечению Ландау». Наверное, кто-то скажет, что это свидетельствует о большом уме Лифшица, но посмотрите, что получилось в результате такого ума.

Американский антибиотик оказался эффективным, раны у Ландау зажили. Но его после этого три года непрерывно поносило — чуть ли не через 20 мин. Академики консилиума безапелляционно заявили, что это на нервной почве. Трагизм положения заключался в том, что пока Ландау официально лечил консилиум академиков, нормальные врачи боялись к Ландау приблизиться даже тайно. (Если академики узнают, что какой-то врач поставил диагноз, расходящийся с их диагнозом, они впоследствии замордуют такого врача и сживут его со свету. Просто на каждого умершего у этого врача пациента будут составлять акт, что он умер по вине этого врача. Не дадут защищать диссертацию ни ему, ни его друзьям.)

А нормальный врач, видя, что его пациента поносит, уже через день-два взял бы кал на анализ и разобрался, в чем дело. Академикам медицины такое и за три года в голову не пришло. И когда жена Ландау сумела привлечь к лечению мужа нормального врача, тот взял анализы и выяснил, что весь желудочно-кишечный тракт Ландау поражен плесенью того антибиотика, который прислали американцы. Такое может случиться при применении любого антибиотика, и против этого во всем мире используется очень недорогое и недефицитное лекарство нистатин.

Американские врачи как чувствовали, что Ландау будут лечить не врачи, а академики, поэтому они в посылку с антибиотиком на всякий случай вложили нистатин, хотя он в достатке имелся и в СССР, намекнули академикам. Но так как нистатином из-за его недефицитности нельзя было спекулировать, то Лившиц забыл о нем сообщить академикам консилиума, а у тех не хватило ума давать Ландау нистатин вместе с антибиотиком. Чудо то, что железное здоровье Ландау позволяло ему сопротивляться лечению академиков более трех лет!

И этот Лифшиц, и академики медицины умные люди?

Во-вторых. Но и в случаях, когда понятия «ученый» и «умный» совпадают, пользоваться умом учёного нужно крайне осмотрительно, как и предупреждал Ленин, и только в той области, где этот ученый действительно специалист. Потому что в остальных областях он, как правило, глупее всех обычных людей.

Давайте рассмотрим, почему это так, а потом подтвердим это примером трагической истории нашей Родины.

Представим двоих парней, одинаково умных, которые окончили автомобильный институт, один пошел работать водителем, а второй — в аспирантуру. Диссертаций на тему «Автомобиль» не пишут: об этом всё известно. Поэтому тема диссертации аспиранта будет вероятнее всего звучать так: «Исследование влияния графита на фрикционные свойства тормозной колодки левого заднего колеса карьерного самосвала». Лет через 5–6 один станет опытным водителем, а второй, защитив эту диссертацию — учёным, кандидатом автомобильных наук.

Молодой учёный начнет писать докторскую диссертацию, которая с 95-процентной вероятностью будет развивать тему кандидатской, например «Исследование влияния графита на фрикционные свойства колодок обоих задних колес карьерного самосвала». Пройдёт ещё лет 10. Первый будет уже классным водителем, а второй — доктором автомобильных наук.

Первый проедет миллион километров в степях, горах, в болотах и лесах, научится возить людей и бетон, доски и сено, а его однокурсник будет выдумывать новые испытательные стенды и проводить новые исследования. В конце концов он закончит их монографией: «Графит и тормоза карьерного самосвала», после чего его изберут в академию, и он станет академиком автомобильных наук.

Он будет «выдающимся учёным-автомобилистом», и действительно его можно будет считать знающим, но только в плане его работ, поскольку к этому времени он забудет даже то, что такое автомобиль и как на нём ездят. Знания об этом у него будут даже не институтскими, а детскими, поскольку без использования все знания забываются. А первый парень забудет, что такое графит, что такое фрикционные свойства, ведь и его знания не вечны, но он будет знать, что у его автомобиля есть тормоза, и уметь отлично ими пользоваться. И вот представьте, что этому академику предложили вести автомобиль. Учитывая академические амбиции, он, может, и согласится, но мы-то что должны от него ожидать?

Люди в годах помнят, что до перестройки мы практически ничего не слышали про наших славных академиков-экономистов. И благосостояние народа неуклонно повышалось, промышленность развивалась, а СССР по темпам экономического роста занимал второе место в мире, после Японии. А потом Горбачёв дал возможность засиять звездам Абалкина, Аганбегяна, Шаталина, Бунича и «несть им числа». А у Ельцина госсовет вообще практически полностью был составлен из академиков; мало этого, вся президентская команда Ельцина на две трети состояла даже не из кандидатов, а из докторов наук — все тех же «лифшицей». И что мы имеем? Повторить то, что написано в начале главы?

Короче, если вам необходимо в чем-либо ухудшить положение, обязательно пригласите академиков, чтобы они подготовили программу по улучшению. Незаменимые специалисты, чтобы обгадить любое дело!

Но это только одна сторона вопроса, а есть и другая. Можно ли привести еще пример, где у власти было столько ученых, как в Russia? И можно ли припомнить еще случай, чтобы элита государства так подло предала свой народ и так алчно бросилась его обворовывать?

Но если у людей не сыщешь путей, куда России идти, то, может, принять православие и обратиться за помощью к Богу?

ОАО «Бог и компания»

Почему православие, а не, скажем, мусульманство?

Потому что сын Бога Иисус Христос пришел строить Царство Божие на земле. Он и молиться заставлял: «Молитесь же так: Отче наш, сущий на небесах! Да святится имя твое, да придет Царствие твое, да будет воля Твоя и на земле, как на небе…», — и только после просьбы установить Царство Божие на земле в этой молитве идут просьбы о хлебе, о прощении, о защите от дьявола. Так почему бы нам не иметь в России Царство Божие?

Надо сказать, что проект Царства Божия на земле был детально разработан до Христа Моисеем, который этот проект в виде «законов Моисея» или «Синайского законодательства» разрабатывал под техническим руководством самого бога Иеговы, а в христианстве этот бог Иегова и есть Бог-Отец. В основу проекта было положено: «все сыны Израиля составляют царство Иеговы и управляются самим Иеговою, выражающим свою волю в воле всего народа». «Царство Иеговы» — это и есть Царство Божие, как тут иначе истолкуешь? И почему нам этот проект не подойдет?

Главная мысль этого проекта — справедливость. Конечно, в пределах тех представлений о справедливости, которые могли быть в рабовладельческом обществе:

— земля принадлежит не частным лицам, а самому богу Иегове;

— бог уступает ее лишь в пользование еврейскому народу и то — за принятие народом оговоренных богом обязательств;

— земля делилась между всеми поровну;

— все должны были пользоваться землёй равномерно;

— устранялась возможность узаконенных земельных преимуществ одних перед другими;

— для всех один закон, для всех одно право;

— весь Израиль — святой народ, все — царство священников; и т. д. и т. п.

Этот проект, как видите, для того времени был проработан очень тщательно и даже внедрен в жизнь, но работал лишь краткое мгновение. Евреи, начиная с их царей, начали верить в других богов. Раввин Дижь-ракель пишет: «Над этой идеей Моисей работал многие годы и создал, наконец, то колоссальное, чудное законодательное здание, которое вследствие своей чистоты и высокой идеальности просуществовало благодаря еврейской косности лишь одно мгновение и было разрушено почти до основания».

И Христос пришел организовать любящих бога для второй попытки создать Царство Божие на земле. «Не думайте, что Я пришел нарушить закон или пророков: не нарушить пришел Я, но исполнить». Даже на будущее время строительство Царства Божьего Иисус не откладывал: «Истинно говорю вам: есть некоторые из стоящих здесь, которые не вкусят смерти, как уже увидят сына человеческого, грядущего в Царствии Своем».

Еще очень важный для нас момент. Библия для удержания людей в человеческих рамках использует кнут и пряник: грешники идут в ад, праведники идут в рай. (Хотя, если взглянуть на это с другой стороны, то авторы Библии, это предшественники Дарвина с его естественным отбором.) Ад и рай являются важнейшим положением христианства, даже более важным, чем вера в бога. Ведь если человек поверит в ад и рай, то он будет держать себя в человеческих рамках (будет праведником), даже если в наличие бога и не поверит. Таким образом, для создания будущей России мы могли бы использовать божьи кнут и пряник. Правда, не без трудностей.

С описанием рая и ада в Евангелии, дело обстоит плохо. Само по себе наличие рая безусловно: это место нахождения душ умерших праведников. Когда Христа распинали на кресте, один из разбойников попросил замолвить за него слово на небесах, на что Иисус ответил: «Истинно говорю тебе, ныне же будешь со мною в раю». Однако в тексте Евангелия нет ни малейшего намека на то, как именно душа в раю живет: чем занимается и от чего блаженствует.

С адом положение несколько лучше, поскольку Христос называет его геенной огненной, и в Новом завете эта геенна упоминается 9 раз. Поскольку геенна — это долина, в которой сжигали жертвенных животных, а по некоторым данным — и живых людей, то перспектива грешника дана довольно определенно: он будет вечно испытывать боль, как от ожога. Таким образом, хотя пряник рая и обрисован неясно, зато кнут ада довольно впечатляющий, что компенсирует недостаток описания рая.

В итоге из Нового Завета (со слов Христа, переданных его учениками-апостолами) следует: чтобы не попасть в ад надо:

— любить единого бога;

— строить Царство Божие на земле;

— исполнять заповеди и много других, более мелких требований, которые, в принципе, нетрудно исполнять.

Есть, правда, проблема. Она в том, что еще в стародавние времена попы исправили текст Нового Завета и требования Христа, чтобы избавиться от неприятностей на земле, в частности тех, которые возникнут, если попы поведут христиан на строительство Царства Божьего на земле.

Как-то у меня завязалась дискуссия с «грамотным православным», человеком весьма злобным, амбициозным и, на мой взгляд, не вполне нормальным. Тем не менее, проверка показала, что он в целом достаточно правильно передает церковные положения. И, оказывается, стародавним исправлением текста Евангелия дело не ограничилось; на современном этапе слова Христа продолжают непрерывно искажаться «правильным» толкованием мудрых попов, этот процесс идет и идет. К примеру, «нищие духом», по толкованию «грамотных православных», надо читать как «любящие бога» и т. п. При такой свободе в прочтении Евангелия, слово божие превратилось в такое слово, что Христос его и с переводчиками не узнал бы.

Что меня удивило? Оказывается, попы не просто замолчали необходимость своего руководства христианами в деле строительства Царство Божьего на земле, они вообще освободились от этой обязанности, объявив, что Царство Божие на земле невозможно, а те, кто хочет его построить, — еретики. Таким образом, Христос стал еретиком собственного учения.

Интересным является и то, что рай и ад попами уже упразднены; нет их. Вопрос: а куда деваются души умерших, — подвис в воздухе, но православных это не сильно интересует. И когда я настойчиво пытался выяснить у «грамотного православного», где же он собирается найти приют после смерти, то наслушался многого. Оказалось, что попы теперь учат, что после смерти праведник «соединяется с богом», но объяснить, как это, «грамотный православный» не смог, хотя и высказал разные версии.

Начал с того, что праведник соединяется с богом, как жених соединяется с невестой в духовной жизни; потом, возможно, православный вспомнил, как на самом деле жених соединяется с невестой, и высказал мнение, что души праведников станут богами второго сорта. На просьбу объяснить, как организовано это ОАО «Бог и компания», «грамотный православный» не нашел что ответить и сообщил, что души живут в боге. Но мое предположение, что души праведников соединяются с богом, как глисты соединяются с человеком, было отвергнуто в пользу жизни душ в пятом или десятом измерениях и в конце концов «грамотный православный» признал, что не представляет, что с душами происходит, но уверен, что происходит что-то очень хорошее.

На мое любопытство, что же происходит с душами грешников, раз ад обанкротился, последовало разъяснение, что грешники тоже где-то живут, но если души праведников живут в братской любви друг к другу, то грешники живут в одиночку. Судьба дьявола после упразднения ада осталась мне неизвестной: православный уклонился от обсуждения этого вопроса.

От этой дискуссии у меня осталось впечатление, что христиане кончились, поскольку истинного страха перед перспективами жизни после смерти утех, кто называет себя христианином, уже нет.

Люди, в том числе христиане, смотрят на толпу и поступают, как толпа, а ведь толпа у нас атеистична. Соответственно, зачем бояться загробной жизни, если атеисты ее не боятся? И нынешние христиане эдакие хитрованы, которые «не кладут яйца в одну корзинку», и на всякий случай как бы еще и верят в бога, под чем они понимают послушание попам. Думаю, что именно отсюда следует и безразличие православных к тому, что именно их ожидает после смерти. Причем если присмотреться, то именно попы, начиная от патриарха, всем своим поведением показывают, что они бога не боятся, соответственно и паства держит учение Христа «в игноре».

Когда-то один бодрый раввин пробовал дискутировать в «Дуэли». От него я узнал, что вера иудейская — это не то, что написано в священных книгах иудейства, а то, что евреям скажут раввины. Похоже, что вера православная, как вера иудейская, — это уже не христианство, это уже какое-то «попианство».

Но, может, все же махнуть рукой на все нестыковки нынешнего христианства с учением Христа и стать под начало попов?

Рискованное это дело.

Аналогия

Мне вспомнился абсолютно аналогичный случай веры в то, что обещают попы, увиденный мною в фильме о еврейском гетто в Вильнюсе, показанном на телеканале «Россия». В этом фильме, пожалуй, впервые было сообщено, как и кто практически осуществлял холокост советских евреев.

Оказывается, немцы поставили во главе вильнюсского гетто сиониста Якоба Генса, и тот по очереди формировал партии евреев и отправлял их «переселяться». Переселяли евреев недалеко — в Понары, где их расстреливали в котлованах недостроенных бензохранилищ. Литовцы буквально кричали евреям из гетто: «Вас расстреливают!» — а евреи не хотели в это верить. Понимаете? Не хотели! Они верили «своим» сионистам, своим раввинам. Сказать, что у них сомнений не было, нельзя: этот Гене ходил с карманами, набитыми золотом, которое ему давали евреи за то, чтобы он не включал их в ближайшую партию «переселенцев», тем не менее Генсу и раввинам тупо верили.

Свидетель-литовец, в те годы подросток, живший в Понарах, рассказывал, что его мать специально выходила к колоннам евреев, почти не охранявшимся, и предупреждала их: «Разбегайтесь, вас ведут убывать!» А евреи ей отвечали: «Вас первых расстреляют!» Те же, кто оставался в гетто, прилежно работали на немцев и были уверены: раз они хорошо работают, то с ними ничего не случится. В гетто работали школы, театр, евреи весело отдыхали на пляже, устраивали спортивные соревнования, а сионист Гене формировал и формировал из них партии для «переселения».

Коммунистически и просоветски настроенные евреи пытались уйти в партизаны, но еврейская масса не давала им этого сделать и доносила на них в гестапо, так как боялась, что немцы за уход в партизаны рассердятся на все гетто. Уцелевшая женщина, в молодости очень красивая, рассказала, что отец грозился ее проклясть, если она уйдет к партизанам, и она убежала в леса только с зубной щеткой. В фильме она говорит, что когда ее отец попал в партию «переселенцев», то он перед расстрелом, наверное, ее вспомнил. Вот этой смелой женщине можно посочувствовать в том, что у нее погибли родные. Но как сочувствовать ее отцу, тупо верившему сионистам и раввинам? Тогда нужно сочувствовать и баранам на бойне, которых ведет козел-провокатор.

И вот так этот Гене «переселил» в могилы не сто, не тысячу, а 38 тыс. евреев Вильнюса и еще 10 тыс. евреев из округи, но особенно он отличился с еврейским гетто в Ошмянах. Там он уничтожил всех евреев, вместе с детьми, силами еврейской полиции вильнюсского гетто. А остальным евреям даже это не помогло: евреи ему тупо верили.

Между прочим, авторы фильма предусмотрительно умолчали о раввинах вильнюсского гетто, а ведь их должно было быть не менее десятка. В чем была их роль?

В свое время я публиковал такую выдержку из американской газеты, присланную диссидентом из Белоруссии: «Многие слышали историю Бабьего Яра. Но не все знают, почему фашисты так легко уничтожили такое огромное количество евреев? Все было просто. Немцы арестовали 9 раввинов. По «просьбе» немцев все 9 (!) выступили с публичным обращением к евреям г. Киева. Мол, просим организованно собраться, и евреи, как элитная нация, будут переправлены в безопасное место. Почему ни один из этих раввинов не сказал людям правду? Почему ни один из девяти не поступил так, как поступают арабы-палестинцы с оккупантами?

Трудно осуждать людей за трусость, если над тобой самим не стояла старуха с косой. Но правда в том, что эти раввины (все девять!) лгали людям всю свою сознательную жизнь, как этот любавичский ребе. Я не знаю их дальнейшую судьбу. Может быть, их тоже расстреляли. Может, они смогли спасти свои шкуры и сегодня продолжают читать Тору в какой-либо синагоге в Чикаго или в Тель-Авиве. Бог им судья».

Бог, он-то, конечно, судья. Но бог каждому человеку дал мозги не только для развлечений и судить будет не только раввинов, но и тех, кто им тупо верил. А православные верят попам и полагают, что за эту веру будет им много счастья. И нам с ними?

А может, на все махнуть рукой и сказать себе: «Пропади они все пропадом! Живем один раз, так сделаем все, чтобы урвать от жизни как можно больше, а там хоть трава не расти!»

Знаете, и здесь не все просто, поскольку, судя по надежным данным, живем мы не один раз. То есть, со смертью собственного тела мы не умираем. Вопрос это, конечно, непростой, но и его необходимо хотя бы коснуться.

Первая смерть моего тела

Я умер в начале 11-го утра 23 июля 2009 г.

Вернее, умерло мое тело, да и то не насовсем, но, по-своему, очень кстати.

Последняя статья, которую я написал до этой смерти, уже находясь в больнице, была посвящена по сути тому, что человек после смерти своего тела не умирает, посвящена была тому, чем я начал заниматься уже давно и к чему время от времени возвращался. Я понимаю, что большинство читающих верят (как и я когда-то) в то, что после смерти их тела и они умирают, что с ними больше ничего не будет, а будет небытие. Верите — верьте! Но почему не убедиться в том, что это действительно так? Почему не заинтересоваться этим вопросом?

Ну да ладно о вере, продолжу о себе. Язык не поворачивается сказать, что мне повезло, тем не менее это так; я по воле случая участвовал в эксперименте по установлению факта того, умирает человек после смерти своего тела или нет. Более того, я даже был объектом этого эксперимента. Поскольку приходится допускать, что по результатам этого эксперимента можно сделать и иные выводы, я дам как можно больше подробностей.

После вынесения мне савеловским судом дичайшего по своей беззаконности приговора о двух годах условно и запрете на профессиональную деятельность за призывы к экстремизму товарищи настояли, чтобы я проверил причины постоянных болей в грудине. И я с вещами, приготовленными для тюрьмы, после оглашения приговора попал к опытным кардиологам, которые с первых анализов определили у меня прединфарктное состояние и запроторили сначала в реанимацию, а потом в отделение интенсивной кардиотерапии. Провели полное обследование, собрали консилиум и объявили свой приговор: альтернативные способы лечения применить ко мне нельзя, реальный выход — АКШ (операция аорто-коронарного шунтирования).

Надо сказать, что со стороны выглядит эта операция очень зверски: распиливается грудина, обнажается и останавливается сердце с переводом пациента на искусственное кровообращение, вскрывается и обнажается вена на левой ноге (если не подходит — на правой, если и там не годится — на руках), из вены вырезаются куски, которые шунтами вшиваются в обход поврежденных участков коронарных сосудов сердца. Если любопытно, посмотрите в Интернете; зрелище не для слабонервных. Альтернатива этой операции — надежда, что неизбежный для меня инфаркт будет несмертельным и удастся вовремя получить медицинскую помощь. Надо было выбирать. Я подумал и принял решение в пользу одного большого планового ужаса против непредсказуемых ужасов без конца.

Эту операцию делает 3–4 часа бригада из 9 хирургов и врачей иных специальностей. Итак, 21 июля мне сделали операцию АКШ без каких-либо осложнений. Хирург поставил 4 шунта, анестезиологи и реаниматоры без проблем вывели меня из наркоза, утром следующего дня меня из реанимации на 2-м этаже подняли в отделение на 6-м этаже. Через день, утром 23 июля, моя сиделка Валя Шейн на коляске повезла меня в перевязочную для извлечения трубочек дренажа, через которые отсасывалась накапливаемая в прооперированной полости жидкость.

Извлекать дренажи пришел сам хирург. Он ножницами перерезал нитки, крепившие дренажи к телу, извлек их… и из отверстий вверху живота, из которых только что извлекли трубочки дренажей, толчками хлынула кровь. К животу прижали ванночку, и кровь в ней быстро прибывала. Повисло молчание; молчал хирург, молчала стоявшая за моей спиной и придерживавшая меня сзади медсестра.

— Вы меня что — промываете? — задал я глупый вопрос.

— Нет, — ответил из-за спины очевидно встревоженный голос медсестры.

У меня закружилась голова, я сообщил об этом, хирург скомандовал положить меня на стол, медсестра придержала меня, когда я опрокинулся на спину. После этого я потерял сознание.

Далее я пришел в себя, когда умер и находился в состоянии клинической смерти, но именно об этом я и пишу статью, поэтому вернусь к этой теме в конце работы.

В конечном итоге я начал приходить в себя как обычно после операции — когда меня выводили из наркоза. В самом начале, как и после первой операции, я ничего не видел, но, в отличие от первого раза, когда ничего не болело, сейчас очень сильно болело то, что мы считаем и называем сердцем, — область под левой частью груди. Говорить я не мог, да и не пытался, поскольку из опыта первой операции знал, что в трахее у меня трубка и она не дает мне продувать голосовые связки. Я попытался приподнять ноги (они действовали), но, видимо, они были под одеялом, и на это шевеление никто не обратил внимание. Руки мои были привязаны к боковинам реанимационной кровати бинтами, но кисть была свободна, и я средним пальцем правой руки начал ритмично бить по боковине. Тут же возле меня раздался голос:

— Он хочет нам что-то сказать! — И после некоторой паузы прозвучал вопрос, адресованный мне: — Вам больно?

— Да! — Я ударил пальцем вертикально.

— Болит грудина? — тут же попробовал догадаться спрашивающий.

— Нет! — Я покачал пальцем горизонтально.

(Дело в том, что мы, «штатские», знаем, что сердце находится слева, а врачи знают, что оно находится практически в центре груди и боли сердца отзываются болью в грудине.)

Повисла недоуменная пауза и меня спросили:

— Легкие?

Я опять покачал пальцем горизонтально.

Опять повисло недоумение, но, наконец, меня догадались спросить, как штатского, не обученного медицинским премудростям.

— Болит сердце?

— Да! — Я ударил пальцем вертикально.

— Так это же и есть грудина! — досадливо воскликнул кто-то. — Потерпи, сейчас мы все сделаем!

Пару минут спустя мне показалось, как что-то прохладное как бы омывает сердце, и боль практически сразу же ушла.

Затем началась уже знакомая по первой операции процедура. Мне сообщили, что отключается искусственная вентиляция лёгких и я буду дышать самостоятельно, но через трубку, вставленную в трахею. Все прошло нормально; я дышал через трубку. Затем предупредили, что сейчас извлекут из трахеи трубку; ее тоже извлекли без проблем. Ко мне стало возвращаться зрение; и я увидел возле кровати мутный контур заросшего черной короткой бородой мужчины в бирюзовом хирургическом костюме — реаниматора.

В реанимации я стал получать первые подробности того, что со мною произошло, и подтверждение того, что я действительно умирал и находился в состоянии клинической смерти. По моей гипотезе, я находился в состоянии, когда моя душа уходила из тела (о душе — позже).

Гипотеза

Если бы был задуман эксперимент по введению людей в клиническую смерть с последующим их оживлением, то я был бы для этого идеальным разведчиком, поскольку очень много знаю об этом. Я изучил и «Жизнь после смерти» Моуди, и различные воспоминания умиравших людей, сделанные как ими самими, так и реаниматорами и психологами. Из этих описаний следовало, что умирающего охватывает чувство эйфории, как бы влетает в туннель с ослепительным светом в конце. Умирающие видели операционную сверху, видели себя на операционном столе и делающих операцию хирургов, слышали их разговоры. Причем то, что человек в состоянии клинической смерти слышит разговоры хирургов, похоже, признано и интересующимися этим вопросом реаниматорами; во всяком случае, такие рекомендуют не говорить ничего такого, что могло бы расстроить пациента в состоянии клинической смерти.

В конце концов я сам автор гипотезы о том, что человек не умирает со смертью своего тела.

По этой же причине я и очень плохой разведчик, поскольку могу какой-то свой бред, состоящий из обрывков того, что уже есть в моей памяти, выдать за реальность. Я это понимаю, но мне самому нужна истина, а не ее видимость, поэтому в том, что я пережил, я сам сомневался больше читателей. Сомневался сначала в том, что это было — реальность или сон, бред?

Начну свое сообщение с того, что невольный эксперимент с введением меня в клиническую смерть получился классическим: сначала мне сделали операцию без клинической смерти, а через два дня практически такую же, но уже с нею. В первой операции мне провели наркоз и этим немедленно вырубили сознание, в результате я провалился в небытие, из которого начал возвращаться только после операции. Во второй операции я потерял сознание; мне усилили эту потерю проведением наркоза; при остановке сердца и наступлении клинической смерти сознание ко мне вернулось; далее мое тело вернули к жизни и я снова потерял сознание, которое анестезиологи вернули по окончании операции.

Специально подчеркну, что под термином «наркоз» понимается именно общее обезболивание организма…Краеугольным камнем данного вида обезболивания является именно выключение сознания (narcosis — засыпание) (Википедия). Таким образом, мое сознание обязано было быть вырублено наркозом, а потом еще и смертью. Тем не менее оно ко мне вернулось!

Я могу объяснить это только так. Наркоз парализовал нейроны головного мозга, и они перестали объединять мой интеллект — мою душу — в единое целое. Аналогия: мы в компьютере выключили главную операционную программу — Windows, и с экрана монитора исчезли все картинки, а какая-либо информация перестала поступать в компьютер и выходить из него. Затем наступила клиническая смерть, т. е. нейроны головного мозга перестали получать энергию. Аналогия: компьютер еще и обесточили. Откуда в таком случае картинки на мониторе — откуда у меня мог быть бред? Ведь если смотреть на человека так, как на него сегодня смотрит официальная наука, то мой мозг стал грудой неработающих нейронов и никакое возвращение сознания ко мне было невозможно. Тем не менее, оно вернулось!

Моя гипотеза объясняет это так. Мы — это наши души. Душа состоит из множества отделов, которые при жизни тела объединяются в единое целое нейронами головного мозга, которые можно представить промежуточными проводниками, имеющими ответвление на тело. Только объединенная в единое целое душа способна осознавать. А когда нейроны мозга парализует наркоз, наша душа разбивается на разъединенные участки, наше сознание выключается, а мы проваливаемся в небытие.

Но когда при остановке сердца нейроны перестают получать энергию, то они не просто парализуются, а перестают быть проводниками. Для души это сигнал смерти и времени ухода в мир иной. В результате отдельные участки души отсоединяются от нейронов и соединяются напрямую сами с собой, формируя нашу душу в автономном виде. После этого мы, т. е. наша душа, вновь получаем способность функционировать — и осознавать, и мыслить, и жить в новой среде — в той, в которой ей и предстоит жить после смерти.

Когда реаниматоры вовремя (в течение клинической смерти) подают нейронам энергию, нейроны восстанавливают свои функции проводников, а находящаяся еще рядом душа размыкает свои внутренние контакты и снова садится на контакты нейронов. А поскольку они парализованы (в данном случае наркозом), то отельные участки души вновь оказываются разделены, и мы вновь теряем способность сознавать, т. е. снова теряем сознание.

Это этапы произошедшего со мною: наркоз — потеря сознания; клиническая смерть — восстановление сознание; вывод из клинической смерти — потеря сознания под действием наркоза; вывод из наркоза — восстановление сознания.

Теперь о том, что же я чувствовал и видел в момент клинической смерти.

Важные подробности

Начну с того, что, по моему представлению, я был в сознании вряд ли более минуты. Так мне кажется сейчас.

Началось же пробуждение с сильной икоты, зрение не было восстановлено, все начиналось в темноте. Я знал, что икота предшествует смерти, поэтому вместе с возвращением сознания возникла и мысль (вернее, уверенность), что я умираю или уже умер. Сразу же возникла мысль о жене и тех, кто видел во мне опору. И я начал, может, даже несколько лихорадочно искать подтверждение, что это не так — что я не умер и нахожусь в своем теле. Я стал пробовать шевелить ногами и руками, но возникло ощущение, что у меня с ними нет никакой связи. Поясню. Руки и ноги могут быть зажаты так, что ими невозможно пошевелить, но все равно вы будете понимать, что ваша команда на шевеление к ним доходит. Руки и ноги могут быть отключены местной анестезией, но и в этом случае вы понимаете, что они, пусть онемевшие и не реагирующие на ваши команды, все-таки у вас есть. У меня же было ощущение, что между мною и моими конечностями обрублена всякая связь. Мне тогда даже представилась эта связь в виде белой полосы, идущей от меня к ноге и резко заканчивающейся ровным прямоугольным обрезом. Сигналы от меня доходят до этого обреза и дальше никуда не поступают. Это родило подспудную мысль, что я нахожусь уже отдельно от своего тела, но я продолжал попытки.

Закончились они возвращением зрения. Сначала я увидел яркое белое пространство. По идее, я должен был бы увидеть бестеневые светильники операционной (я их видел, правда, выключенными, когда меня положили на стол в начале первой операции), но сейчас их надо мною не было (потом я выяснил, что меня оперировали прямо на каталке: перекладывать меня на операционный стол не было времени). Справа от себя я увидел штативы, на которых устанавливают бутылки для внутривенного вливания. На них была закреплена одна бутылка с каким-то раствором и висели пакеты с кровью. Исходя из увиденного можно сделать вывод, что я смотрел на мир из положения лежа на спине на операционном столе. Угол моего зрения был очень узким: я видел, что от бутылки идут пластиковые трубочки вниз к моему телу, но куда именно они подходят, я уже не видел; это выпадало из поля зрения. Пакеты с кровью были практически пусты, их верхняя часть слиплась, кровь была только в нижнем углу, пакетов было, по-моему, три, причем два висели один над другим.

Отвлекусь. Студентом я был донором и сдавал кровь раз в два месяца. Сдавали 460 г (10 г шло на анализ), платили за это 23 руб. (стипендия у меня была 35 руб.). Кровь от нас тогда забирали в стеклянные бутылки. После этого при всех травмах мне никогда кровь не вливали, я никогда не видел, в какой таре она хранится. Я долго думал, не мог ли я видеть консервированную кровь в каких-либо фильмах. Вспомнил кадры документального фильма о Вьетнамской войне. В них эвакуировали раненных американских солдат, и санитары на ходу вливали им в вену раствор, так вот этот раствор был в пластиковых мешочках, но прямоугольной формы. Полные, эти пакеты должны были иметь вид колбаски. Все. Как сегодня выглядит консервированная кровь или кровезаменители, я никогда в жизни не видел.

И то, что кровь хранится в пластиковых квадратных пакетах, похожих на подушечки, я впервые увидел, когда пришел в сознание после своей смерти!

Для меня это безусловное подтверждение того, что это был не бред, что я действительно пришел в сознание после смерти своего тела. Я не мог в бреду увидеть то, чего никогда в жизни не видел!

Думаю, что слух включился сразу же после начала клинической смерти и моего прихода в сознание; я, наверное, слышал и шум в операционной, и разговоры хирургов. Но я их не помню, поскольку был увлечен попыткой установить связь между собой и своим телом. Помню только призыв кого-то из врачей, обращенный непосредственно ко мне: «Держись! Ты не умрешь!». Причем этот призыв был обращен ко мне дважды.

Вот, собственно, и все, что я могу рассказать, о виденном и слышанном во время возвращения сознания в ходе клинической смерти. Не много. Но что поделать, если с точки зрения эксперимента, реаниматоры выдернули меня с того света слишком рано для того, чтобы узнать побольше, но вовремя, чтобы не повредить связь нейронов моего мозга со мною — с моей душой.

Поэтому наиболее ценным для меня являются мои собственные ощущения и восприятие происходящего.

Во-первых, хотя это и не очень важно ввиду наркоза, у меня не было ни малейших болей.

Далее. Бояться и показывать свой страх — это разные вещи. Я боялся операции, на которую пошел, боялся потому, что она слишком тяжелая. И помню радостное чувство после пробуждения от наркоза после первой операции: я жив, и ничего особенно не болит! И когда в перевязочной я увидел, что из меня уже вытекло не менее полулитра крови, когда стало понятно, что у меня повреждено что-то внутри, а хирург не может добраться до этого повреждения, чтобы остановить кровотечение, мне тоже стало не по себе. Сама собой возникла мысль, что это может закончиться моей смертью, а вместе с этой мыслью возник и страх.

Поэтому было бы естественным, если в описываемый момент сознание вернулось ко мне вместе с чувством страха за свою жизнь.

Но никакого страха не было!

Конечно, не было и эйфории; думаю, что ей неоткуда было взяться. Но при всем осознании того, что я умер или умираю, у меня было полнейшее спокойствие. Призывы ко мне врачей держаться и их обещания того, что я буду жить, оставили меня совершенно равнодушным, я пропустил эти призывы мимо ушей. Мне это было неинтересно! Мне было безразлично, спасают меня или нет, и спасут ли. Сложно описать это чувство. Это не было отупением, ведь я пытался получить доказательства того, что я не умер, — я действовал. Скорее всего это чувство, когда ты после опасных приключений наконец добрался домой и теперь с тобою все в порядке. Это чувство того, что все идет как надо и с тобою все хорошо.

Что об этом известно

Но прежде чем сделать выводы, следует остановиться на важном обстоятельстве. Напомню, что я прежде всего сам хочу понять значение результатов этого эксперимента. Я провел в Интернете поиск альтернатив моим выводам и нашел вот что.

При проведении наркоза анестезиологи могут ошибиться, и пациент в ходе операции может проснуться, т. е. к нему может возвратиться сознание. Российский национальный медико-хирургический центр имени Н. И. Пирогова описывает эту ситуацию в статье «Восстановление сознания во время наркоза» так:

«…Общая анестезия предполагает обязательное угнетение сознания пациента, который в этом случае в течение всей операции находится в состоянии медикаментозного сна, просыпается только после окончания оперативного вмешательства и не помнит ничего из того, что происходило с ним в этот период…К сожалению, до настоящего времени у каждого больного, оперируемого в условиях общей анестезии, существует риск проснуться во время операции, при этом такое пробуждение может оказаться не замеченным анестезиологом.

В ноябре 2004 года в газете “Вашингтон Пост” было опубликовано интервью С. Вильямса, пациента одного из кардиохирургических стационаров США, в котором он поделился воспоминаниями об операции, выполненной два года назад. Вильямс неоднократно просыпался во время операции, слышал шум пилы, рассекающей грудину, рассуждения хирурга о плохом состоянии сердца и высокой вероятности смертельного исхода, чувствовал жгучую боль от разрядов дефибриллятора. “Самым худшим, — вспоминал С. Уильямс, — была моя беспомощность, отсутствие возможности сообщить врачам о том, что я не сплю”. Он не мог ничего сказать, так как в трахею была установлена интубационная трубка для обеспечения дыхания, он не мог пошевелить пальцами или открыть глаза, потому что ему были введены миорелаксанты — препараты, блокирующие мышечную активность. “Мне было очень тяжело”.

Частота интранаркозного пробуждения составляет менее 1 %, однако она может быть значительно выше, достигая 10 % и более, при некоторых видах операций, например при экстренном кесаревом сечении, при оказании хирургической помощи пострадавшим с политравмой, а также в кардиохирургии. В результате каждый год только в США это осложнение развивается примерно у 20 000–40 000 больных хирургического профиля…У таких пациентов сохраняется тревожность, страх перед анестезией и операцией, ночные кошмары, длительные депрессии и другие психосоматические признаки синдрома посттравматического стресса, требующие специального лечения» (http://totalanest.ucoz.ru/publ/1-1-0-3).

Поскольку мне делали операцию «в пожарном порядке», то, может быть, анестезиологи провели мне наркоз недостаточно надежно, и я просто ненадолго проснулся после клинической смерти? А то, что я не мог пошевелить руками и ногами, объясняется введением мне препаратов, «блокирующих мышечную активность»?

Действительно, в интранаркозных пробуждениях и возвращении сознания ко мне в момент клинической смерти похожего очень много. Очень много кроме моих личных ощущений (хотя все, что было, было моим ощущением) и оценки происходящего. Ведь я терял сознание с пониманием того, что со мною случилась какая-то крупная, опасная для жизни неприятность. И проснись я в результате интранаркозного пробуждения, мои ощущения должны были быть продолжением моего страха, предшествовавшего потере сознания. Меня бы волновало, спасают ли меня, умру я или нет. Я бы прежде всего волновался о состоянии моего тела — что с ним?

А я вообще тела не ощущал, а его состояние было мне безразлично, мне было безразлично, спасут меня или нет. Мое состояние было состоянием абсолютного спокойствия. Ни тогда, ни после я не испытывал «тревожность, страх перед анестезией и операцией, ночные кошмары, длительные депрессии и другие психосоматические признаки синдрома посттравматического стресса, требующие специального лечения». Уже по этой причине интранаркозное пробуждение можно исключить.

Кроме того, призывы ко мне «держаться» и обещания, что я буду жить, были уместны именно в момент клинической смерти, а не тогда, когда хирург и реаниматоры меня уже воскресили. Поэтому для меня факт возвращения моего сознания в момент клинической смерти является именно этим фактом, и я не могу трактовать его иначе.

22 августа 2009 г. по НТВ, смотрел передачу на тему данной статьи — о жизни после смерти. Фактов у создателей передачи было много, но крайне низкий культурный уровень работников телевидения не дал им возможности хоть как-то обработать эти факты и прийти хоть к каким-то разумным выводам. Если бы они просто дали интервью с людьми, пережившими клиническую смерть, и выводы психолога, то передача получилась бы на несколько порядков умнее, но телевизионщики приложили к полученным фактам свой «талант» и получилась стандартная для телевидения передача о том, какая перловая каша вместо мозгов находится в головах тележурналистов.

Тем не менее, если отбросить фантазии конъюнктурщиков на религиозные темы, то в передаче прозвучали рассказы трех человек, которым можно верить. Это певица Вика Цыганкова, бывший певец Юлиан и девушка, дважды пережившая ситуацию клинической смерти. И все трое засвидетельствовали одно — свое полное спокойствие при безусловном осознании того, что они умерли.

Множество пациентов находились в состоянии смерти, реаниматологи их вернули к жизни, и наиболее любознательные из врачей потрудились расспросить пациентов, что они пережили в момент клинической смерти. Но положение тут смешное. Даже американские врачи не хотят терять кличку «серьезный ученый». Скажем, американский психиатр Р. Моуди, который расспросил 250 пациентов, переживших клиническую смерть, предваряет свою книгу сентенцией: «А моим коллегам-философам скажу, что я не питаю никаких иллюзий, что я “доказал” существование загробной жизни». А как же! Иначе сочтут несерьезным.

Другой американский психиатр — Р. Нойс — расспросил 215 оживленных. «Оказалось, что теперь у них уменьшился страх смерти, появилось ощущение относительной неуязвимости, вера в то, что их спасение — дар бога или судьбы, вера в долгую жизнь, осознание огромной ценности жизни».

Как видите, важно не просто спросить; специалист еще и понимает, что нужно спросить. Ведь души этих людей не были на том свете и точно знать ничего не могут. Но они успели понять, что НЕ УМРУТ! Это впечатление осталось у пациентов; именно о чувствах Р. Нойс их и расспрашивал.

Ну а наши «серьезные ученые» если и расспрашивали пациентов, то только для того, чтобы доказать, что потустороннего мира нет. А. Аксельрод цитирует из книги профессора В. А. Неговского характерную фразу о людях, переживших процесс умирания: «Эти процессы сопровождаются некоторыми явлениями, сущность которых пока недостаточно выявлена (видения, галлюцинации и пр.)». То есть расспросил пациента, все разузнал и после этого объявил рассказ галлюцинацией, поскольку ни один пациент в момент умирания не увидел большого лозунга «Слава КПСС!». А зачем тогда расспрашивал? А как же — ведь «серьезные ученые»!

Таким образом, это послесмертное спокойствие и является тем параметром, по которому приход в сознание после смерти можно отличить от интранаркозного пробуждения. И мой приход в сознание после наступления смерти — это не пробуждение от наркоза и не бред.

Это факт!

Итак. Я создал теорию (гипотезу) того, что человек со смертью своего тела не умирает, но создал ее на основе анализа фактов, сообщенных другими лицами. Я написал книгу на эту тему, потом дополнил ее второе издание. Теперь я получил подтверждение основного положения своей гипотезы из личного опыта. Это, знаете ли, много. Но пока для меня.

Вас я не собираюсь убеждать в том, что вы не умрете после смерти; это не тема данной книги. Но все же подброшу вам вопрос в надежде пробудить у вас интерес к этой теме. И вызвать сомнения.

Это вопрос?

Вопрос таков: вы и ваше тело — это одно и то же?

Исходя из того, что на сегодня вещает «серьезная» наука, для атеиста это не вопрос. Конечно да!

Вообще-то утверждают (и это не лишено смысла), что наука начинается тогда, когда в дело вступает математика. Вот давайте и мы займемся для краткости только теми ответами на этот вопрос, которые можно подтвердить математикой.

Наше тело (а для атеистов — мы) — это некая очень сложная конструкция, состоящая из множества молекул, каждая молекула в нашем теле занимает строго определенное место. Чтобы поставить молекулу на ее место, нужна информация. Причем мы понимаем, что маленькую информацию мы можем изложить и на маленьком листике бумаги, для информации побольше нужна книга, для большой информации — библиотека.

А где хранится эта информация о строении нашего тела, в какой библиотеке?

Для «серьезного» ученого это не вопрос. В генах! Она записана на молекулах ДНК хромосом наших клеток.

Начнем с того, что наше тело образуется из двух половых клеток с половинным набором хромосом матери и отца, эти половые клетки сливаются и образуют первую клетку собственно нашего тела. Следовательно, вся информация о строении нашего тела и о том, что в нем должно происходить, чтобы наше тело жило, записана на этих 46 хромосомах нашей первой клетки?? «Серьезные» ученые уверяют, что это так!

А давайте проверим арифметикой.

Правда, в жизни мы редко оперируем цифрами за миллион и поэтому перестаем их чувствовать напрямую; для нас «миллиард» или «триллион» — это нечто настолько большое, что его на всех и на все хватит. И я вместе со многими купился примерно вот на такую информацию.

Апологет генетики Ж. Медведев в книге «Взлет и падение Лысенко» пишет в главе «Объем генетической информации для развития особей»:

«Но и это не убедило тех, кто старался подвергать сомнению каждое новое открытие генетики и биохимии. Упрощенное представление о большом и малом, сложном и простом никак не позволяло некоторым скептикам сопоставлять между собой микроскопическое ядро клетки и сложность сформированного организма. “Нет, — говорили они, — в таком малом объеме ядерного вещества нельзя сконцентрировать столь большой объем «наследственной информации», который необходим для синтеза всех белков сложного организма”. Однако и это возражение оказалось несерьезным. В организме, например, человека идентифицировано около 2–3 тыс. разных белков, однако это только начало. По ориентировочным подсчетам Л. Полинга, количество разных белков, входящих в состав человеческого тела может, достигать 100 тыс. Средний размер полипептидной цепочки белка соответствует 150–200 аминокислотным остаткам.

В ядре же человека — 46 хромосом, а в каждой такой хромосоме не менее 10 000 молекул ДНК. В каждой молекуле ДНК около 20 000 нуклеотидов. Общая длина всех молекул ДНК клеточного ядра соответствует почти 10 миллиардам нуклеотидов. Учитывая уменьшающие факторы — трехнуклеотидность аминокислотного кода, двуцепочечный характер ДНК и парность хромосомного набора (диплоидность), можно легко подсчитать, что полинуклеотиды ДНК в ядре клетки человека могут содержать информацию для синтеза 4 миллионов разных белков. Если бы каждые три нуклеотида ДНК соответствовали только одной букве русского алфавита, то информация, содержащаяся в ДНК одной клетки, была бы равна информации, собранной в 400 томах, каждый из которых равен по объему одному тому Большой советской энциклопедии!

Очевидно, таким образом, что с теоретической и с фактической точек зрения хромосомная теория наследственности неуязвима. Даже с помощью маленькой клетки один организм может передавать другому зашифрованный в ДНК точный проект всех основных белков, свойственных данному виду. И эмбриональное развитие — это развитие по проекту, причем тот или иной белок возникает в определенный период и в определенном месте. Для изучения механизма контроля развития возникла и успешно развивается новая область генетики — так называемая генетика развития».

Вот этот неуемный восторг Медведева ввел в заблуждение и меня: «4 миллиона», «10 миллиардов»! Я даже не задумался над вопросом: а сколько информации нужно, чтобы построить хотя бы человека? Ведь человек — это не высыпанные на землю из кузова самосвала белки разных видов. Каждый человек, как и любой живой организм, — это конструкция из сложных узлов — клеток; и каждая клетка занимает в теле строго определенное место. Сколько нужно информации, чтобы записать пока вот это: сборочные чертежи всех разновидностей клеток и сборочный чертеж всего человека в целом?

Давайте выполним элементарные подсчеты.

Согласно энциклопедии молекулярная масса белков — от нескольких тысяч до нескольких миллионов атомных единиц. Ужесточим условия и будем считать, что белки, из которых состоят клетки тела человека, в среднем весят более миллиона атомных единиц, или 2×1021 кг. Средний вес человека примем 70 кг, в человеке 100 трлн клеток, или 1014, тогда одна клетка в среднем будет весить 0,7×10–12 кг. Разделим это число на подсчитанный ранее вес среднего белка и получим, что в одной средней клетке тела человека должно находиться 0,35×109 молекул белка, или, дав это число строчкой, 350 млн. И каждый белок должен не просто валяться в клетке, а быть встроенным в ее ядро или тело в строго определенном месте.

Если мы закроем глаза, махнем рукой и будем считать, что для записи места расположения каждого белка в клетке тела человека нужна всего лишь единица какой-то информации и что эту единицу в хромосомах человека представляет один нуклеотид, то ведь там их всего 10 млрд. То есть всех хромосом даже при таком условном счете хватит только на описание устройства трех десятков типов клеток, а ведь их тысячи: клетки крови, клетки мозга, клетки соединительных тканей, клетки печени и т. д. То есть объема информации хромосом не хватает даже для записи устройства блоков, из которых состоит человек, — клеток, а ведь этих блоков в человеке 100 трлн, т. е. в 10 тыс. раз больше, чем нуклеотидов (единиц информации) во всех хромосомах!

И это не вся арифметика

Говорить о том, что в хромосомах в неких пресловутых генах записана информация об устройстве организма, просто глупо даже после элементарного подсчета: в хромосомах для этого нет ни малейшего места. А ведь туда нужно записать и информацию о технологии постройки организма — о том, какую клетку вслед за какой нужно создавать. И еще записать информацию о функционировании организма — о его дыхании, питании, ремонте, ведь каждую минуту в теле человека умирает и должны заменяться 300 млн клеток.

Кроме того, нужно еще записать специфическую информацию — программы работы с информацией, а эти программы на носителях информации порой занимают места больше, чем обрабатываемая ими информация. Но разве это все?

А куда записать информацию подсознания — память, которая нами не осознается и не осмысливается, память, благодаря которой живые существа в некоторых случаях действуют автоматически?

Давайте я на паре примеров поясню, о чем пишу.

На земле масса птиц совершают перелет с мест гнездовий в места зимовки. Причем некоторые виды птиц, например чернозобая гагара или бурокрылая ржанка, на зимовку и обратно летят разными путями. Налет некоторых видов птиц умопомрачителен. К примеру, полярная крачка с мест гнездовий в Арктике улетает на зимовку в Антарктиду, пролетая в один конец 17 тыс. км. Да не прямо, а от одного болота к другому, от одного места кормления к другому, и так до 3 мес. перелета, т. е. птицы должны держать в памяти не просто направление полета, а координаты и маршруты к более чем 90 «аэродромам» промежуточных посадок.

В какой же памяти хранится маршрут этих пролетов? В мозгу? Но человеческий мозг совершенней птичьего, а какой человек возьмется запомнить местность на протяжении 17 тыс. км, да еще и пролетая над ней ночью и на высоте 9,5 км, как дикие гуси, да еще со скоростью до 100 км в час, как уже упомянутая бурокрылая ржанка Аляски? Более того, у некоторых видов птиц, к примеру у черных дроздов, в путь пускается только молодь, которая никогда не видела местности, над которой нужно лететь. Но ведь летят!

А возьмите североамериканскую бабочку «монарх». Вылупившись из личинок на севере США, она летит на зимовку за 3000 км в Калифорнию и Мексику со скоростью 95 км в день и с точностью, недоступной американским высокоточным ракетам «Томагавк». Вся популяция бабочек зимует из поколения в поколение на одних и тех же нескольких деревьях. А ведь бабочки откладывают яйца, из яиц получаются личинки или гусеницы, и только после того как гусеницы проживают свою жизнь, из них вновь получаются бабочки. Бабочки не то что своих родителей, они яиц своих не видят, старое поколение бабочек к моменту их отлета на зимовку уже гибнет, а монархи, никогда не видев маршрута, все равно летят и попадают точно туда, куда и тысячи поколений до них.

Значит, в какой-то их памяти маршрут перелета записан! Что — опять на хромосомах?

Не хватает очевидного

Мало этого, а как эта информация считывается с хромосом и при помощи чего передается? Вот сперматозоид оплодотворил яйцеклетку, образовалась первая клетка тела человека. Что дальше? Как от хромосом этой клетки передается информация о том, какой белок и в какое место второй клетки встраивать? Каким сигналом? А через 8 недель беременности? Как на периферию плода поступает сигнал, что клетка мышечной ткани должна, разделившись ядром, построить возле себя клетку костной ткани пальца руки? А клетке соединительной ткани каким образом поступает сигнал, что она должна создать клетку печени? Без ответа на эти вопросы бессмысленны все рассуждения «серьезных» ученых о количестве информации и о том, где именно она хранится.

Каким сигналом передается информация от хромосом? Звуковым? Исключено. Каким-то механическим, вибрацией? Исключено. Наиболее вероятны сигналы, создаваемые полями, — магнитные, электрические, электромагнитные. Но они изучены чуть ли не во всех величинах, на любых частотах, и если бы они были носителями информации, то их давно замерили бы и определили. На самом деле в теле человека замеряются очень слабые электросигналы, но это следствие функционирования организма, а не сигналы, дающие команду на его строительство или работу. Все, тупик! И можно сколько угодно болтать про информацию, «записанную в генах», но на хромосомах информации о человеке столько, сколько информации о котлетах в рукоятке мясорубки.

Нет, джентльмены, хромосомы клеток живых существ — это не хранилище информации об организме; для этого объем их слишком мал, да и считывать с них информацию невозможно. Хромосомный набор — это завод по изготовлению деталей организма (белков и остальных химических соединений) методом штамповки — это набор прессов, штампов и пресс-форм. А сборочный чертеж организма, чертежи его узлов, инструкции по сборке, эксплуатации, ремонту и воспроизводству хранятся вне тела — в том, что и есть мы.

Мы по отношению к нашему телу — как наше тело по отношению к надетой на него одежде. Когда человек умирает, мы считаем, что умираем мы. Это не так. На самом деле умирает только тело. А мы остаемся жить. Доказательств этому достаточно, но они для своего понимания требуют уже более сложных областей знаний, нежели арифметика.

Природа это уже использует

Давайте подумаем над таким вопросом. Вот умирает наше тело, а мы, получается, переходит в какую-то новую для себя среду обитания. Является ли это для природы чем-то необычным, из ряда вон выходящим?

Нет, скорее наоборот, если судить по числу видов живых существ, которые претерпевают подобные изменения. На Земле около 1 млн видов насекомых, а энтомологи считают, что они открыли этих видов едва половину. Это самая многочисленная группа живых существ.

Возьмем, к примеру, стрекозу. Ее личинка живет на дне водоемов, это вполне оформленное живое существо. У нее шесть ножек, голова, глаза и водометный аппарат, с помощью которого она легко перемещается вдоль дна. Когда личинки не кормятся, то обычно зарываются в придонный песок или ил. Можно предположить, что если бы эти личинки имели интеллект, то тоже разделились бы на христиан, верующих, что после смерти души личинок переместятся в какой-то иной мир, и на атеистов, убежденных в том, что никакого другого мира нет, а весь мир — это ил у дна.

Но вот приходит время умереть, и личинка выползает по стеблю водного растения на воздух или просто на берег. И здесь умирает. В этот момент лопается ее панцирь, и она в виде стрекозы вылетает в этот новый для нее воздушный мир.

Так что было бы даже странно, если бы природа не наградила подобной возможностью человека — самое сложное существо на Земле, неизмеримо более сложное, нежели насекомые.

Законы природы все время усложняют жизнь, одновременно усложняются способы естественного отбора живущих особей. Самые первые и самые простые живые существа — микроорганизмы. Они просто делятся, а это означает, что естественный отбор должен пройти только сам этот микроб. Далее отбор усложняется: у червей его обязаны пройти самец, самка и их яйца. Далее законы природы продолжают усложнять организмы, одновременно ужесточается и усложняется их отбор. У рыб его должны проходить самец, самка, икринки и мальки, которые должны выжить без участия родителей.

Далее идут насекомые, которые проходят естественный отбор в двух жизнях! У них очень жестокий отбор: сначала его проходят яйца, оставленные без опеки родителей, затем они проходят отбор в первой жизни — в качестве гусеницы или личинки, как у стрекоз, затем они проходят естественный отбор во второй жизни — в качестве бабочек, стрекоз, пчел и прочих насекомых.

А дальше законы природы неимоверно усложняют организмы, создавая животных и человека. По аналогии и у нас естественный отбор также должен неимоверно усложниться и быть по меньшей мере как у насекомых — в двух жизнях. Но мы этого не видим, мы уверены, что этого нет, нас убеждают «серьезные ученые», что на нас природа решила отдохнуть и свела сложность и жестокость естественного отбора человека чуть ли не до уровня бактерий. Нет, так не бывает!

Просто мы еще глупы, мы не видим своей второй жизни, мы не понимаем, что мы в своем теле еще не венец творения природы, а только «личинка», «гусеница» венца творения природы. И нам в этом качестве нужно пройти естественный отбор прежде, чем из нас вылупится то, что природе от нас нужно, — наша душа.

И поскольку природе нужно не наше тело, а мы, то и естественный отбор обязаны (по логике) пройти мы — наша душа, а не тело, которое может умереть в любом возрасте и по любой причине. Если мы за время своей жизни в теле успели сформировать себя сильными, то после смерти мы пройдем естественный отбор, нет — не пройдем.

Разумеется, это гипотеза. Тот, кто ее не понял, может ее не принимать во внимание, но то, что информация в количестве, необходимом для создания нашего тела и его жизни, не может храниться в теле, — понятно?

Так какие основания считать, что человек и его тело это одно и то же, и что человек живет одну жизнь? У меня таких оснований нет.

Я хотел только озадачить вас этим вопросом, поэтому тему о бессмертии человека на этом закончу. Если она вас заинтересовала, ищите подробности сами, а нам пора подвести итог по этой главе.

* * *

Что же мы имеем «в сухом остатке»?

Наверное, у некоторых все же появились сомнения в отношении перспектив собственной смерти и, соответственно, сомнения в соответствии своей жизни условиям естественного отбора человека.

У остальных должны появиться сомнения; ожидать от политиков, телевизионной элиты, ученых или попов, что они нам опишут ту Россию, которую мы хотим для наших детей, и поведут нас в «даль светлую», не приходится.

Так может, опровергнуть вторую часть утверждения Ленина «Мы — народ, по преимуществу талантливый, но ленивого ума», подавить лень и самим задуматься о будущем для наших детей?

Сначала простой путь: я начал главу с того, каким мощным и справедливым был СССР по сравнению с сегодняшней Russia. Так может, нам вернуться в него?

Вообще-то, желающих вернуться в Советский Союз много и в России, и в остальных республиках, но, знаете, с этим тоже далеко все не так просто.

Об этом в следующей главе.

Глава 2

Марксистские грабли

Почему я верил

Я — коммунист. Но не марксист. И никому не советую учению Маркса следовать, поскольку это не наука, а выводы Маркса не истина. С точки зрения науки это бред.

Читатели вправе спросить: и давно это с тобой? Отвечаю, что относительно недавно.

Я никогда не был членом КПСС, но был марксистом, пожалуй, до середины 90-х. Уже весь маразм марксизма был в предельной красоте, а я все еще полагал, что это только американские происки. Поэтому я буду рассуждать о популярности марксизма и о том, почему я был марксистом, на основании собственных впечатлений.

Это учение прекрасно подходит интеллигенту — человеку, узнающему о жизни не из жизни, а из книг. Все атрибуты предстать перед интеллигентом в качестве науки: марксизм имеет толстые фолианты, запутанные фразы, заумные предметы обсуждения, непроверяемые числа и ссылки. Очень мудреная наука, не для слабого ума! И как же это было круто — быть материалистом и стать таким же умным философом, как «великий философ Маркс»! И утверждать, к примеру, что все материально, а если нет материи, то ничего нет.

Таким Маркс и предстал передо мною в институте, когда о жизни я узнавал из книг, а оказался, как все, разве что сдавал марксистско-ленинскую философию и научный коммунизм на пятерки. Это только потом задумался, что если в обществе нет такого свойства, как честность — способность говорить правду и делать то, что обещал, — то разве честности вообще нет? В этом обществе просто нет проявлений честности, поскольку она нейтрализована подлостью, но сама честность никуда не девается. И честность, как свойство общества, существует даже в случае, если самого общества (материи) нет. Дискуссии с марксистами показали, что Марксова заумь так въедается в мозги, что, скажем, оппоненты не осознают, что означает понятие «объективный», и уверены, что и это понятие неразрывно связано с материей: раз нет природы, значит, нет ее объективных законов.

Ну ладно, не будем о философии.

Но ведь я потом узнавал жизнь на практике: я почти тридцать лет не просто жил, но и работал с рабочим классом. Почему же я не увидел бредовость марксизма?

Думаю, тут как минимум три причины.

Во-первых, марксизм, включая его философию, на практике никому не был нужен ни в наше время, ни раньше.

Есть анекдот. В салун врывается ковбой, стреляет в стены, в потолок, выпрыгивает в окно, вскакивает на лошадь и исчезает. Ошарашенные посетители спрашивают невозмутимого бармена.

— А что это было?

— Неуловимый Джо, — поясняет бармен.

— И что — его действительно не могут поймать?

— Да, — подтверждает бармен.

— А почему?

— А он никому не нужен.

Так и с марксизмом — это великое учение потому, что никому не требуется. Если бы оно требовалось и его пробовали использовать в жизни, то маразм марксизма проявился бы сразу. А так — кому было интересно изучать убогость творений Маркса, кроме любителей изучения убогости, которым затыкали рты? И затыкали вот в чем.

Давайте отвлечемся немного на это и на историю, но предварительно уясним, что главный закон, как бы природы, который открыл и как бы доказал Маркс, это закон того, что производственные отношения, которые обеспечивает строй (рабовладельческий, феодальный, капиталистический), тормозят развитие производительных сил — тормозят рост числа заводов и фабрик, рост числа изобретений, тормозят стремление работников промышленности хорошо работать. Поэтому при достаточном развитии производительных сил происходит революционная смена строя (формаций): восстания рабов вызывают переход к феодальному строю, восстания буржуазии — к капиталистическому, восстания пролетариата — к коммунизму.

И Маркс этот закон, повторю, как бы доказал. По крайней мере, так нас учили на занятиях по научному коммунизму. Давайте рассмотрим пару из этих доказательств в свете появившихся данных.

История без марксизма

При подробном рассмотрении «классовых битв», по Марксу, выводы Маркса о революционной смене всех формаций из-за сдерживания роста производительных сил и под воздействием эксплуатируемого класса как-то не вяжутся с действительностью. Возьмем, к примеру, смену рабовладельческого строя феодальным из-за восстания рабов.

Да, история Римской империи действительно свидетельствует о нескольких восстаниях рабов, произошедших во II–I вв. до н. э. на территории Италии и Сицилии. Самым большим восстанием было восстание Спартака (73–71 гг. до н. э.). Однако по свидетельству римских историков Аппиана и Саллюстия, в восстании Спартака участвовали не только рабы, но и свободные пролетарии, которых в «армии рабов» было много. Кроме того, прослышав об успехах Спартака, против власти Рима подняли мятеж города римских союзников в Италии, что значительно усилило размах восстания, т. е. рабы по сути явились ядром назревавшего и без них мятежа.

Восстание Спартака составляло лишь небольшой эпизод в гражданских войнах 80-х-70-х гг. до н. э., длившихся два десятилетия (когда лидерами противоборствующих сторон являлись Марий, Сулла, Серторий, Помпей). Но уже во время последующих гражданских войн — 49–30 гг. до н. э. (Цезарь, Кассий, Брут, Август, Помпей, Антоний), 68–69 гг. (Гальба, Вителлий, Веспасиан), 193–197 гг. (Альбин, Нигер, Север), 235–285 гг. («век 30 тиранов») — совсем неизвестно о каких-либо самостоятельных массовых движениях рабов. А ведь рабство, по Марксу, все еще составляло как бы основу «производственных отношений», тем не менее, рабы проявили себя в восстаниях только в период 135–71 гг. до н. э., да и то, как было сказано, часто как сторона ведущихся и без них гражданских войн или восстаний покоренных римлянами народов.

А когда же был учрежден феодальный строй в Римской империи? Официально в правление императора Диоклетиана (284–305 гг.), который всем без исключения крестьянам — как арендаторам земли (колонам), так и собственникам земли — запретил покидать свое место жительства. То есть официально феодализм возник спустя 350 лет после последнего крупного восстания рабов, когда об этом восстании в среде рабов уже и легенд не сохранилось. Но это официально.

А фактически рабство упразднялось самими рабовладельцами-эксплуататорами за пару столетий до учреждения феодализма. Причина была в отсутствии успешных войн, ведущихся Римской империей, уменьшении притока пленных, возникшей вследствие этого дороговизне рабов и, соответственно, неэкономичности их использования. Аналогией можно привести отказ русского крестьянства от использования в хозяйстве крупных лошадей; овса и затрат по уходу крупные лошади требовали много, а доход от них был такой же, как от мелкой, экономичной лошадки. Так и для рабовладельце в-эксплуататоров экономичнее был относительно свободный арендатор земли (колон), о содержании которого и о надзоре за которым у эксплуататора не болела голова. Рабы оставались только у очень богатых римлян и то в качестве прислуги, а землю обрабатывали колоны.

Но колоны были формально свободны, их зависимость от землевладельцев имела совсем иной характер зависимости — такой, как, скажем, зависимость крестьян во Франции накануне Французской революции. В любом случае колоны были уже не рабами, а свободными гражданами, на них не распространялись римские законы о рабах. И это, повторю, за пару столетий до официальной «смены формаций» и спустя столетия после периода восстаний рабов.

Так разве это доказывает, что увеличение производительных сил ведет к смене производственных отношений? Наоборот: падение производительных сил римской армии по добыче рабов привело к смене этих отношений, да еще по инициативе «класса эксплуататоров».

В «Манифесте коммунистической партии» Маркс объясняет непонятливым: «Все отношения собственности были подвержены постоянной исторической смене, постоянным историческим изменениям. Например, французская революция отменила феодальную собственность, заменив ее собственностью буржуазной. Отличительной чертой коммунизма является не отмена собственности вообще, а отмена буржуазной собственности».

В главном пропагандистском документе марксизма Маркс свои выводы о революционной смене феодализма капитализмом обосновывает самым «забойным» доказательством — французской революцией, Которая, по Марксу, произошла потому, что аристократия, имея в феодальной зависимости крестьян, не давала рабочей силы владеющей средствами производства буржуазии и этим тормозила развитие производительных сил Франции. Очень убедительно. Но после перестройки в СССР я прочел появившуюся в научных журналах давнишнюю критику Маркса, из которой узнал, что во Франции буржуазия — это название горожан, а горожане в то время практически не владели средствами производства. Средствами производства владела феодальная аристократия Франции, имевшая по этой причине в виде крепостных крестьян достаток рабочих, чтобы развивать производительные силы Франции. И кстати, если до революции по уровню развития производительных сил Франция опережала германские княжества, то после революции отстала от них по этому показателю навсегда.

Маркс безжалостно подтасовывал доказательства!

Это пиар!

Но вернемся к тому, почему я верил в марксизм.

Человек сам не будет делать выводы по фактам в вопросах, которые ему не нужны и неинтересны. В таких случаях обычный человек просто запоминает чужой вывод по этому вопросу, особенно если никогда не слышал критики этого вывода. Вот и я оплошал и верил, что марксизм велик, даже не пытаясь оценить факты, которые должны следовать из этого учения, потому что советские марксистско-ленинские философы (других не было) хором пели осанну марксизму.

И наконец, нельзя же сбросить оголтелый, как сейчас говорят, пиар Маркса. Весь мир орал, что Маркс велик. Ну как тут не поверить? И кстати, мир орет до сих пор не только устами оставшихся марксистов, но лицами, составляющими главную силу в мировых СМИ.

Скажем, в журнале «Эхо планеты» за декабрь 1994 г. была помещена статья «Сто великих евреев», переданная из Тель-Авива Л. Жудро. Он начинает её так: «Никто не будет отрицать, что представители еврейской нации вносили и вносят огромный вклад в развитие человеческой цивилизации…». В подтверждение огромного вклада журнал дает список «еврейской сотни» — самых выдающихся евреев мира, внесших наиболее ощутимый вклад. Вот первая десятка:

«1. Моисей, пророк, выведший евреев из Египта

2. Иисус Христос, основоположник христианства

3. Альберт Эйнштейн, создатель теории относительности

4. Зигмунд Фрейд, психоаналитик

5. Праотец Авраам, родоначальник евреев

6. Апостол Павел, последователь Христа

7. Карл Маркс, создатель теории научного коммунизма

8. Теодор Герцль, основоположник сионизма

9. Пресвятая дева Мария, мать Иисуса Христа

10. Барух (Бенедикт) Спиноза, философ»

Вообще-то у меня против нахождения Маркса в списке лиц (даже таком убогом), внесших вклад в развитие цивилизации, возражений нет, но заметьте, что на тот момент коммунизм был уже втоптан в грязь, причем самими марксистами, а Маркс помещен не только впереди девы Марии, но и впереди самого отца сионизма Герцля. Вот ведь как!

Но определяющий пиар Марксу сделали все же русские марксисты, приняв на себя власть в России в октябре 1917 г. Без них о марксизме — этом околонаучном курьезе — уже давно забыли бы даже в Израиле.

Такая ситуация с верой в Маркса для меня обидна, поскольку марксизм явил свой маразм, как только его попробовали применить (о чем позже), и я мог бы бы заметить этот маразм раньше. Даже с учетом названных выше обстоятельств.

Однако сначала я хотел бы поговорить о том, почему я не возражаю и считаю, что Маркс внес большой вклад в развитие нашей цивилизации.

Трудности революционной практики

В свое время я много писал об убожестве «научного» учения К. Маркса, но наслушавшись в ответ от твердолобых адептов Марксовой секты не рассуждений по существу, а посылов «изучать Маркса», решил больше не тратить на дискуссии время. Ведь марксизм и без моей помощи помер, а оставшиеся адепты для реальной борьбы за коммунизм бесполезны. Всю свою жизнь они руководствовались девизом «Мы не сеем, не пашем, не строим — мы гордимся общественным строем», а когда строй пал, им осталось гордиться теорией, как бы лежавшей в основании того общественного строя, который пал.

Но среди комментаторов моих работ возникла мысль о том, что я улучшаю теорию Маркса: Маркс изобрел самолет без двигателя, а я изобрел двигатель к нему. То есть возникло предложение то ли меня облагородить Марксом, то ли Маркса — мною. Это ни в какие ворота не лезет, «это две большие разницы»: ни я Марксу не нужен, ни он мне.

Итак, немного повторюсь и начну с заслуг Маркса. Его величайшая заслуга перед человечеством в том, что его учение послужило эффективным основанием для начала борьбы за справедливость во всем мире, а это не шутки.

Сначала о том, что значит «послужить основанием».

Всю историю человечества люди с совестью в той или иной мере возмущались несправедливостью устройства общества. Действительно, имея совесть, трудно было принять и согласиться с положением, когда сотни, а порой и тысячи человек живут впроголодь, в тяжелейшем труде ради того, чтобы обеспечить бездельнику поездку в Париж или веселую ночь за карточным столом. Люди с совестью хотели переустроить мир, и планы у них имелись, но не было того, что дает безусловную уверенность в действиях, — сознания правоты своего дела. Поскольку их оппоненты ссылались на законы, на обычаи, на традиционность такого мироустройства, в конце концов — на бога. Логически в полезности справедливых идей невозможно было убедить даже сочувствующих, а тем более толпу, поскольку для того времени справедливые проекты устройства государства были для людей новыми, а новое людей всегда пугает. Прекрасный знаток людей и их интересов Никколо Макиавелли еще в 1512 г. эту проблему сформулировал так:

«При этом надо иметь в виду, что нет дела более трудного по замыслу, более сомнительного по успеху, более опасного при осуществлении, чем вводить новые учреждения. Ведь при этом врагами преобразователя будут все, кому выгоден прежний порядок, и он найдет лишь прохладных защитников во всех, кому могло бы стать хорошо при новом строе. Вялость эта происходит частью от страха перед врагами, имеющими на своей стороне закон, частью же от свойственного людям неверия, так как они не верят в новое дело, пока не увидят, что образовался уже прочный опыт. Отсюда получается, что каждый раз, когда противникам нового строя представляется случай выступить, они делают это со все страстностью вражеской партии, а другие защищаются слабо, так что князю с ними становится опасно».

Как вы поняли, Макиавелли остерегал от новых дел даже не революционеров, а царей — тех, за кем уже была (причем единоличная) власть. А каково же было выступать против князей мира сего революционерам? Как им было нести людям новое государственное устройство, как призывать их на свержение старой власти без уверенности в своей правоте, а только лишь с желанием «сделать как лучше»? Всевозможные трактаты и проекты, воодушевлявшие отдельных людей, на остальную толпу либо не производили впечатления, либо считались ею возмутительными, глупыми и вредными. За революционерами массы не шли, какими бы соблазнительными ни были их проекты и сколько бы сил ни тратили они на доказательство своей правоты, поскольку права менять государственное устройство, люди за ними не видели.

В истории России был такой случай. Когда в середине XIX в. возникла партия революционеров-народовольцев, она стала «ходить в народ», пытаясь поднять крестьян на бунт против существующей власти. Крестьяне агитаторов слушали доброжелательно, пока речь шла о местной власти, о губернаторе — эти чиновники назначались и смещались царем, поэтому в их смещении как таковом не было ничего нового. Но как только агитатор заговаривал о свержении царя, агитатора тут же вязали и сдавали властям.

И вот один народоволец догадался написать фальшивую прокламацию (якобы от царя) с призывом к крестьянам освободить его (царя) от пленивших его аристократов. Немедленно в районе распространения этой прокламации вспыхнул такой бунт, что его с трудом удалось локализовать и подавить. Почему? В понимании народа, у царя было право менять государственное устройство. А вот у революционеров народ такого права не видел, какие бы золотые горы они народу ни обещали.

Научное основание

И вот пришел Маркс и резко изменил ситуацию в пользу революционеров. Маркс и его адепты объявили о создании некой «научной», т. е. истинной, теории о том, что изменение государственного устройства и, следовательно, власти происходит вне воли людей, а как бы сами собой и так неотвратимо, что можно ускорить либо задержать, но невозможно предотвратить. И что это объективный закон природы — закон общественного развития.

Что в теории Маркса было самым главным для революционеров?

Идет прогресс в развитии техники и технологии: сначала люди ковыряли землю палкой, потом мотыгой, потом земля вспахивалась плугом, который тащили лошади или волы, затем плуг стал тащить трактор. И вот в зависимости от этого прогресса меняются отношения между владельцами средств производства (в данном примере — земли) и теми, кто на этих средствах работает. Когда землю обрабатывали мотыгой, рабочих держали в рабстве, забирая у них все; когда стали пахать на лошадях, рабочих держали в крепостной зависимости, отбирая у них часть заработанного; когда техника еще усовершенствовалась, рабочих освободили из крепостной зависимости, но стали отбирать у них прибавочную стоимость; а когда техника совсем разовьется, то рабочие (подчеркну: рабочие, пролетариат — те, кто не имеют в собственности средств производства) свергнут угнетателей. После этого все средства производства будут общими, паразитов, эксплуатирующих рабочих, не будет и возникнет общество, в котором люди будут братьями, а название этому обществу — коммунизм.

Подчеркну: по Марксу, меняют производственные отношения те классы, которым они становятся невыгодны, меняют революционным путем — путем насильственного свержения власти, охраняющей старые отношения.

Еще один хорошо известный нюанс марксизма: победить коммунизм должен сразу во всех странах, достигших наибольшего прогресса в развитии производительных сил, на то время — в Англии, Германии, Франции, в США. В формальной логике этому условию не откажешь: в одной стране коммунисты победить не могут, поскольку враждебное окружение других стран их уничтожит или сомнет.

Есть еще условие, о котором известно очень мало и которого сегодня марксисты стесняются. Маркс разделил людей на передовые народы и недочеловеков, как впоследствии это сделал Гитлер; к недочеловекам отнес славян (за исключением поляков) и китайцев. По Марксу, эти народы в силу своих (надо думать, генетических) качеств являются природными реакционерами и контрреволюционерами, посему эти народы не имеют право на существование. Логики в этом нет, и ничем, кроме врожденного расизма, это требование Маркса не объяснишь.

И наконец, Маркс оформил свою теорию с истинно немецкой тщательностью в пухлые, многословные тома, написанные наукообразным жаргоном. Только взглянешь на эти тома — и сразу видно, что это что-то очень-очень умное — истинно научное.

Для революционеров была важна мысль, что как бы капиталист ни цеплялся за власть, а коммунизм все равно придет, никуда не денется. А все, кто мешают его приходу, — это враги, пытающиеся ради своей выгоды затормозить не что попало, а саму историю. Соответственно революционеры вправе к этим врагам применять любые средства, поскольку сами они приближают счастье всего человечества. Революционеры получили у Маркса сознание своей правоты. Каждый, кто не разделял их мнение, был не просто врагом трудящихся, а еще и малообразованным тупицей, неспособным понять величие истинно научных идей, изложенных Марксом.

Таким образом, Маркс поменял власть и революционеров ролями: если раньше власть смотрела на революционеров как на презренных бунтовщиков против существующей власти, то теперь революционеры смотрели на власть как на презренных бунтовщиков против прогресса истории и человечества. И раньше, и сегодня имеется масса революционеров разного толка, но только марксисты имеют столь мощную «научную» базу, в которую свято верят, даже не вдумываясь и не читая Маркса.

Современник и очевидец коммунистов, победивших в России, английский писатель Герберт Уэллс так описал ситуацию: «Но Маркс для марксистов — лишь знамя и символ веры, и мы сейчас имеем дело не с Марксом, а с марксистами. Мало кто из них прочитал весь “Капитал”. Марксисты — такие же люди, как и все, и должен признаться, что по своей натуре и жизненному опыту я расположен питать к ним самую теплую симпатию. Они считают Маркса своим пророком, потому что знают, что Маркс писал о классовой войне, непримиримой войне эксплуатируемых против эксплуататоров, что он предсказал торжество эксплуатируемых, всемирную диктатуру вождей освобожденных рабочих (диктатуру пролетариата) и венчающий ее коммунистический золотой век. Во всем мире это учение и пророчество с исключительной силой захватывает молодых людей, в особенности энергичных и впечатлительных, которые не смогли получить достаточного образования, не имеют средств и обречены нашей экономической системой на безнадежное наемное рабство. Они испытывают на себе социальную несправедливость, тупое бездушие и безмерную грубость нашего строя, они сознают, что их унижают и приносят в жертву, и поэтому стремятся разрушить этот строй и освободиться от его тисков. Не нужно никакой подрывной пропаганды, чтобы взбунтовать их; пороки общественного строя, который лишает их образования и превращает в рабов, сами порождают коммунистическое движение всюду, где растут заводы и фабрики».

Ладно, о пользе Маркса достаточно, теперь о его теории.

Немного о науке

Я часто наталкиваюсь на обиду марксистов: почему люди не поступают так, как их обязал поступать Маркс своими законами? Почему пролетариат СССР не поднимается на пролетарскую р-р-революцию? Почему капиталисты, вместо того чтобы увеличить производительные силы, отбросили их в докапиталистическую эпоху? Подспудно звучит, что и пролетариат у нас не правильный, превратившийся в мелкую буржуазию на своих дачных 6 сотках, и капиталисты неправильные, а правильные только объективные законы, придуманные Марксом.

Мои наблюдения показывают, что ученые марксисты не представляют себе понятие «объективный закон» и полагают, что фиаско марксизма определено тем, что во главе СССР стояли немарксисты. Но понятие «объективный закон» означает, что если «законы» Маркса имеют хоть какое-то отношение к истине, то могло не быть ни Маркса, ни марксистов, а в СССР обязан был быть коммунизм, правда, после того как коммунизм наступил бы в Англии, Германии, США. Как могло не быть Архимеда, но тело, погруженное в жидкость, все равно теряло бы в весе столько, сколько весит вытесненная им жидкость.

У любой общественной теории есть тысячи особенностей, о которых можно спорить, но среди этих особенностей есть принципиальные моменты, без истинности которых изучение остальных особенностей теории становиться бессмысленным.

Как-то одна писательница упросила Б. Шоу прочитать ее роман, Шоу его вернул с отрицательной рецензией. Однако писательница упрекнула Шоу в том, что он роман не читал, так как она в середине романа склеила несколько страниц, и они оказались нерасклеенными. На что Шоу ей ответил, что для того чтобы убедиться, что яйцо тухлое, его не требуется есть все целиком.

Я долго верил в истинность марксизма по указанным выше причинам, но потом «понюхал» принципиальный момент теории и понял, что эта теория неверна. И я оставался бы на этой мягкой точке зрения — «не верна», если бы марксисты в дискуссиях раз за разом не заставляли меня это Марксово яйцо пробовать и пробовать со всех концов, что в конечном итоге и привело меня к выводу, что марксизм — это не научная, и не теория — это околонаучный бред. И те, кто называет марксизм религией, имеют на то все основания.

Предупрежу критиков: я даю определения ряду понятий, но даю их не для того, чтобы их занесли в Википедию, а для того, чтобы раскрыть тему. Нравятся вам определения Википедии — ищите того, кто раскрывает эту тему с помощью определений Википедии.

Наука — это собрание сведений, которые считают истинами те, кто рискует этими сведениями пользоваться. Ученые — это те, кто пополняет и исправляет это собрание. Инструмент науки, инструмент поиска истин — разум.

Теория для виртуального стада

Так вот Маркс исследовал в своем уме не общество реальных людей, а абстрактное общество абстрактных биороботов, полностью подчиняющихся внешним обстоятельствам.

Особенностью теории Маркса является то, что она годится только для описания поведения общества неких абстрактных «материалистов» — для людей, в жизни признающих только материальное, для которых ценностью является только материальное, грубо говоря, то, что можно купить за деньги или обменять на такое же материальное. И эти материалисты в жизни поступают только так, чтобы этих материальных ценностей у них было больше. Но материалистов в чистом виде в реальной жизни не бывает (или их очень мало), материалисты в чистом виде — это скоты.

Человек, если он действительно человек, обязан руководствоваться в жизни идей, которая в материальном плане ему ничего не дает, человек обязан жить этой идеей и ради этой идеи. И большинство людей такими являются. А убеждения материалиста в том, что нет ценностей идеальных сущностей, а все ценности имеют только материальную сущность, превращают его в скота по своему отношению к своему человеческому предназначению. (Предназначение человека выходит за рамки этой темы и не рассматривается.)

Теперь об идеалистах. Идеалист — это необязательно человек, верящий в бога или еще что-то мифическое, что не имеет материальной основы. Идеалист, повторю, — это человек, который руководствуется в жизни идеями, которые в материальном плане ему ничего не дают.

Я дал определение материалистам и идеалистам, без которого невозможно исследовать общество людей, но можно взглянуть на них и более определенно. Кто такой идеалист? Это человек, понимающий, что в жизни нужно руководствоваться идеями человеческой морали. Кто-то из идеалистов считает, что это нужно делать потому, что иначе попадешь в ад; кто-то следует морали только потому, что он человек, а не скот, и осознает это. А материалист? Это существо, уверовавшее, что после смерти ничего нет, поэтому в этой жизни важны только материальные блага, которые нужно успеть нахапать, пока живой.

Мой отец, коммунист, не верящий в бога, подшучивавший надо мною за день до своей смерти на 95 году жизни (материалист, однако), проработал на заводе (с включением в стаж службы в армии и войны) 47 лет. В конце работы он был старшим мастером котельно-кузнечного цеха, но перед выходом на пенсию, чтобы получать максимальные 120 руб. пенсии, перешел работать слесарем и стал зарабатывать 250 руб. вместо своих 140–170. В день написания этих строк я разговорился с женой брата; вспомнили покойного отца, вспомнили то, что он провоевал всю войну и был четыре раза ранен, в том числе дважды тяжело. И она рассказала случай, о котором я не знал, поскольку в то время жил уже в Казахстане. «Когда я узнала, что папе не полагается военная надбавка, меня это возмутило. Как же так — все эти герои Ташкентского фронта оформили себе инвалидность за то, что в тылу шили шубы начальству, а отец без надбавки?! Я ему и говорю: “Папа, давайте я похлопочу у знакомых и мы оформим вам инвалидность”. Он на меня глянул и говорит: “Ты что — хочешь посадить меня не шею стране?”». Вот кто был мой отец — материалист или идеалист?

Безусловно, идеалистом может быть человек, охваченный идеей служения богу, но революционеры, готовые жизнь отдать за ту идею, которую они хотят внедрить в общество, — это тоже идеалисты, как бы они ни доказывали, что они материалисты. А верят они в бога или нет, это не главное. (Кстати, верующего в бога тоже трудно назвать настоящим идеалистом, поскольку его вера основана на вполне материальной основе — надежде на рай в загробной жизни.)

Да, в любой религии собственно вера в наличии божества — дело важное, поскольку божество поощряет и наказывает верующих в загробной жизни, но и для верующего вера в бога — это неглавное, поскольку не несет с собой затрат сил и ума верующего. Поверил верующий, что бог есть, и все. Главным же в любой вере является руководство в жизни идеями этой религии, выраженными в ее требованиях, к примеру, идеями того, что нельзя убивать, нельзя не то что посягать на ценности другого человека, а даже соблазняться ими, идеей быть справедливым.

Где-то я прочел, что выдающийся социальный мыслитель, фанатичный борец за Россию и монархию, обер-прокурор Синода К. Победоносцев не то что становился в церкви на колени, а шел в церковь на коленях. И подумал, что это следствие фанатичной веры Победоносцева в бога. Однако сейчас вспоминаю, что Победоносцев утверждал, что материалисты, под которыми он понимал людей без веры в бога, неспособны сохранить общество, неспособны сохранить государство, защищающее это общество. (Если вспомнить, как мы, материалисты, «сохранили» Советский Союз, то что тут возразишь?) И теперь сомневаюсь — действительно Победоносцев фанатично верил в бога или обязывал себя верить в бога и выполнять все ритуалы веры, но все это во имя главной своей идеи — спасения России? Победоносцев понимал, что здание общества покоится на фундаменте идеалов; «идеал» материалистов — «много-много барахла» — это не фундамент для общества людей.

А теоретические построения Маркса даны именно для таких людей — без каких-либо идеалов, действующих только в случае получения материальных выгод.

Если некий «ученый» возьмется изучить изменение свойств некой смеси без учета свойств компонентов смеси, то это не исследователь, это не ученый. А Маркс именно так и «изучал» человеческое общество — без учета свойств людей, механически разделенных им на классы.

Это преступление Маркса против истины, а с научной точки зрения это грубая ошибка, после которой дальше вникать в теорию Маркса — это терять время.

Бытие, не приходя в сознание

Кроме этого, по Марксовой теории, эти его абстрактные материалисты, составляющие общество, еще и глупее скотов.

Попробуйте образно представить себе действие главного закона Маркса.

Вот члены обоих Марксовых классов — и наделенного властью класса, и угнетаемого этой властью класса — довольны своими доходами и положением. Но вот в экономике внедрено изобретение или новшество, от которого производительные силы получили толчок повышения производительности, от которого производство материальных благ в обществе должно увеличиться или увеличилось. Казалось бы, все должны радоваться и смеяться, но…

Но по Марксу члены обоих классов обязаны стать недовольными: власть недовольна тем, что материальных благ становится все больше, а члены угнетаемого класса становятся недовольны своим материальным положением и тем, что им не дают сделать общество материально богаче, в связи с чем идут на смертельный риск свержения власти.

Ну при чем здесь развитие производительных сил (количество промышленных предприятий, объем внедренных новшеств и квалификация работников) и недовольство людей своим материальным положением? Тем более что эти производительные силы и развивают те люди, которые как бы от этого становятся недовольными. Ну почему власть, какая бы она ни была, должна тормозить производство материальных благ в государстве? Ответ один: потому что и производительные силы, и власть, по Марксу, тупые.

В связи с чем это люди пойдут на смерть в революционных конфликтах, только из-за недовольства ростом производства товаров в обществе и своими малыми доходами вследствие этого? Разве от их смерти в революционных войнах или посадки в тюрьму их доходы улучшатся?

Так о ком же теория Маркса речь ведет — о реальных людях или каких-то виртуальных биороботах, существующих только в мозгах марксистов?

Нет, люди обладают умом. И в какие бы обстоятельства они ни попадали, действия людей будут определяться не внешними обстоятельствами, а решениями их ума. И такое обстоятельство, как развитие производительных сил, не является исключением, — оно может определять поступки только, повторю, виртуальных биороботов, но не реальных людей, поскольку решения реальных людей будет определять их ум.

Поэтому утверждение, что Маркс открыл объективные законы развития общества, т. е. законы, не зависящие от идей, ума и воли людей, составляющих это общество, — чушь. В обществе людей таких законов быть не может. Есть объективные законы поведения людей — это да, но развитие общества — это результат ума и воли самих членов общества.

В предисловии к работе «К критике политической экономии» Маркс безапелляционно заявил: «Не сознание людей определяет их бытие, а наоборот, их общественное бытие определяет их сознание». Бытие определяет сознание? Черта с два! У людей бытие определяется их сознанием! На то оно и сознание. А формула «бытие определяет сознание» — это заклинание в оправдание скотского безволия или подлости тех, кто на это заклинание смотрит, как на закон природы. Ведь если бытие определяет сознание, то разве человек виновен в том, что он сволочь или скот? Нет, это бытие виновато, а не он. Скотское заклинание!

И хотя все в человеке исходит от его ума — от сознания, но все же надо учесть отдельно такое следствие ума человека, как его волю, поскольку воля душит страх. Процесс мышления — он же процесс сознания: оценка обстановки — принятие решения. Если речь идет о бытии, то решение будет заключаться в том, какое бытие ты хочешь иметь и каким путем его изменить. Или как встроиться в это бытие, если оно тебя устраивает или у тебя нет воли его изменить. Решений может быть много (лёгкие, трудные) и выбор их зависит от следствия сознания — от того, чем Маркс вообще не снабдил своих биороботов, — от воли человека. Бытие — это всего лишь обстановка, и бытие — не более чем исходные данные для проявления воли человека, а не замена воли человека.

Маркс понятие сознания сузил до минимального предела — до «общественного сознания», т. е. до тех представлений о добре и зле (что можно и нужно делать в обществе, а чего нельзя), которыми руководствуются члены данного общества. Но на самом деле Маркс не пользуется этим сужением, хотя именно это суженное понятие имеет практический смысл, а не болтовня об абстракциях для показа своей «вумности». Да, действительно, в общественной жизни мы именно этим понятием и руководствовались в СССР. Помните? «Будь сознательным!», т. е. имей правильные представления о том, что можно делать, а что нельзя, что хорошо, а что плохо.

Ведь даже рабовладельческий строй базировался не на бытии — не на том, что рождались какие-то люди с национальностью или по профессии «рабы», и не потому, что в войнах сильно жалели пленных, а на сознании того, что иметь рабов — это правильное, доброе дело, и рабы, кстати, в своей массе тоже так думали. Ведь еще в обозримом прошлом в США за свободу рабов воевали отнюдь не рабы. Да и сейчас верующие гордятся, что они рабы божьи. А пришли люди к осознанию того, что рабы — это не так хорошо, как думалось раньше, не стало и строя — старого бытия.

Наверное, не всем будет интересна эта тема, тем не менее, хочу прерваться, поскольку апробирование сделанных выше выводов вызвало обвинения в мой адрес, что я использую в той работе не те определения понятий общественной жизни, которые им дал Маркс, и которые занесены в словари. В частности, упрекают за то, что я неправильно определяю, кто такие материалисты и идеалисты.

Марксизм как метод

Как и ожидалось, марксисты начали язвительно тыкать мне в нос словарями, в которых прописаны все еще Марксовы формулировки этих понятий. Мои объяснения, что Маркс исследовал общество и выбирал для своего исследования такие определения, какие считал нужными, и что я тоже исследую общество и тоже выбираю для этого свои определения, не помогли. Марксистам в голову не укладывается, как такое может быть, — можно ли исследовать общество самостоятельно, без Маркса?!

Такой комический момент. На ФОРУМмск после моего замечания, что и Маркс выбирал себе определения для исследования, марксист под ником Александр в защиту Маркса заявил: «Маркс не придумывал, как Мухин, свой материализм»! Но старший товарищ его поправил: «Не торопитесь, Саша. С такими мерзавцами, как Мухин, использующими каждую ошибку оппонента, надо быть внимательнее. В данном случае вы неправы, потому что именно Маркс с Энгельсом, проанализировав ИДЕАЛИСТИЧЕСКУЮ диалектику Гегеля, придумали вместо механистического материализма, господствовавшего в ту пору на базе ньютонианской физики, диалектический материализм (Маркс скромно считал, что они здесь просто перевернули Гегеля с головы на ноги, и считал своей собственной заслугой исторический материализм.

Этот старший товарищ-марксист, который, в отличие от толпы марксистов «саш», не читавших и не понявших смысла написанного Марксом, Маркса читал. Но этот марксист слишком хорошо обо мне думал. Он думал, что у меня, как и у него, полно свободного времени, которое я могу посвятить это время поиску и разбору той мути, которую марксисты называют философией.

Однако помог критик на моем сайте, который понял ситуацию и решил мне, «как умному человеку», объяснить на пальцах, «в чем мои проблемы», — что такое марксизм и что такое диалектический материализм имени товарища Маркса. Начал он со следующего:

«Марксизм, в первую очередь, — это не идеология и даже не теория. Это целый исторический, экономический и социологический научный метод, используемый учеными, который при анализе исторической или современной конкретной ситуации в обществе может дать много знаний и, как следствие, в относительно полной мере описать причины такого социального и экономического положения».

Давайте попробуем понять эти слова.

Как утверждает марксист, хотя и во вторую очередь, но марксизм все же — это теория, т. е. это совокупность обобщенных положений, образующих науку. А метод — это способ достижения определенных результатов в познании — в науке. По марксисту, получается, что у Маркса что-что, а метод познания жизни особенно хорош!

Хотелось бы согласиться с марксистом, но ведь с помощью именно этого своего метода Маркс и создал свою теорию, в которой главным и единственным «объективным» законом является закон того, что с развитием производительных сил меняются общественные отношения, т. е. капитализм меняется на коммунизм.

М-да. Тут ведь должно быть одно из двух — или у нас сегодня коммунизм, или назвать метод Маркса научным можно только в издевку. У нас сегодня коммунизм?

Но, как видите, марксист называет этот метод Маркса научным абсолютно серьезно. Мало этого, он продолжает:

«К сожалению, ввиду того что для постижения науки нужно включать голову, марксизм в наше время большей частью заглох, а то, что было сделано, относится к состоянию экономики на начало двадцатого века».

Смысл сказанного: мы дураки, поскольку этим методом Маркса не пользуемся, а то получили бы такие же блестящие результаты, как и Маркс. Замечательно. Однако, повторю, если вспомнить, что именно создал Маркс, то радость как-то убавляется: мне, к примеру, не хотелось с бы оздавать теории курам на смех.

Суть метода

Но давайте, все же, прочувствуем свою вину, преодолеем свой ленивый ум и постараемся не то, что овладеть (куда уж нам), а хотя бы понять этот гениальный метод Маркса. Тем более что марксист его от нас не скрывает.

«Суть марксизма состоит в «диалектическом материализме». Это такая вещь, которая говорит, что эволюция движима противоречиями. Это еще не марксизм, а гегельянство. Например, есть проблема, имеющая в своем основании две крайности. Мышление выбирает между ними: находит общее для них обоих основание и переходит к новому противопоставлению, противопоставлению этого основания и его противоположности. В нем нет старых противоборствующих крайностей, они, что называется, сняты, отброшены. При должном знании есть множество вариантов разрешения, снятия противоречий. Такое продвижение от одного противоречия через его преодоление к другому противоречию было названо отрицанием. Отрицание предыдущего отрицания — процесс мышления».

Вы что-то поняли? Я тоже.

Но давайте все же преодолеем свою лень и начнем разбираться со своим процессом мышления, по Гегелю. Выберу для примера проблему попроще: скажем, уже час дня, и нужно принять решение насчет обеда. Значит, по Гегелю, у меня появляются две крайности, две борющиеся между собой противоположности — идти на обед и не идти на обед. Далее, по Гегелю, получается, что мое мышление, начав работать, и для того, чтобы выбрать между тем, идти или не идти на обед, находит общее для «идти» или «не идти» основание. М-да… А это что такое — «общее основание»?

Ну ладно, положим, общее основание — это мойголод. Далее, мое мышление противопоставляет моему голоду новое противопоставление — новую противоположность. А это что? Сытость? Хорошо, противопоставим голоду сытость, и, как учит марксист, в этом новом противопоставлении «…нет старых противоборствующих крайностей, они, что называется, сняты, отброшены». Да, действительно, в этом противопоставлении сытости и голода про обед уже ни слова. А дальше что? А дальше «при должном знании есть множество вариантов разрешения, снятия противоречий».

И это все? А на обед-то идти или нет? Знаний об обеде у меня хоть завались, а что делать-то?

Я в число умников по крови не попадаю, поэтому с грустью констатирую, что у меня процесс мышления действительно не по Гегелю; я входе своего мышления «отрицанием отрицания» не занимаюсь, а просто оцениваю обстановку, ищу вариант решения и принимаю его — иду на обед.

Но неужели кто-то и в самом деле имеет такой процесс мышления, как открыл гениальный Гегель?

Оставим вопрос открытым, поскольку открытый Гегелем процесс мышления как часть диалектического материализма — это то, что надо освоить, чтобы освоить самой ценное, что у Маркса есть, — его метод. Но это еще не все, поскольку еще и сам Маркс поработал над своим методом своим могучим умищем. Поэтому марксист продолжает разъяснять:

«Но вернёмся к Марксу: он был первым из материалистов, кто смог конкретно объяснить то, что потом будет названо идеальным. Дело в том, что все материалисты, от Демокрита до Фейербаха, не справлялись с одной важной задачей, а именно не могли внятно объяснить, что есть мыслимые объекты, например число 5 или стоимость грязной зеленой бумажки. Как вы понимаете, число 5 нигде, кроме человеческого мышления, не существует, как и стоимость бакса, за который можно купить вполне осязаемый языком хлебушек. Материалисты исходили из того, что чувственность — начало бытия. Вывести мыслимый объект, допуская истинное бытие только телесных объектов, проблематично: из атомов число 5 не вылепишь. Они предполагали, что идеальное есть отношение между материальными предметами, и были правы. Но какое конкретно? Платон (а до него пифагорейцы) выдумал идеи: мол, где-то в занебесье существует чистая идея числа 5, которую мы познаем не чувствами, а умом; предположил, что началом бытия является сверхчувственное, а не чувственное. Многие на это велись, потому как с материалистических позиций непротиворечиво объясниться было ну никак невозможно.

Гегель начинал с существования этакой невесть откуда взявшейся Абсолютной идеи, которая измысливает мир, как описано выше, диалектически. Маркс же обстоятельно показал, что это не больше чем общественное сознание, которое веками и тысячелетиями, а то и миллионами лет запиливалось ежедневным трудом, человеческой практикой, которое и дало рождение мышлению и всем мыслимым понятиям.

И в этом суть марксизма».

Да, круто… А где суть? Чувственное — это несверхчувственное… «Как вы понимаете, число 5 нигде, кроме человеческого мышления, не существует». Напрасно и этот марксист такого хорошего мнения обо мне; я этого не понимаю. Для меня это значит, что когда я лег спать и мое мышление отключилось, то и число 5 перестало существовать?

Кроме того, то, что суть марксизма в зауми, я понял, но я не понял, а где же тут гениальный метод, с помощью которого можно познать мир и который мы ленимся освоить? В чем он?

Безо всякой иронии отдам должное моему оппоненту-марксисту; он действительно старался изложить все настолько просто, насколько это можно изложить, находясь в рамках Марксовой философии. Но даже в этом случае я не берусь по предложениям разобрать то, что он изложил. Давайте я попробую как-то суммировать.

Мир состоит из того, что в нем существует, — из сущностей. Так вот, этих сущностей, по Гегелю, три, а по Марксу — две. По Гегелю, в мире существует материя (1), мысли в голове человека (2) и некая существующая отдельно от первых двух сущностей Абсолютная идея (3). А Маркс «поставил Гегеля с головы на ноги» и доказал, что сущностей всего две — материя и наши мысли.

Вот тот, кто думает, как Маркс, тот и есть материалист. Кто считает, что есть бог, или думает, как Гегель, что есть Абсолютная идея — заменитель бога, идентичный натуральному, тот идеалист.

Философия и жизнь

Я не думаю, как Маркс, но и я согласен, что ни бога, ни Абсолютной идеи как сущностей в природе не существует. Однако для поднятой мною темы — для того, почему я дал свое определение тому, кто такой материалист — это неважно. А важно то, какими заумными словами и с каким вывертом мысли изложено то, что по сути относится к разряду «ежу понятно». И смотрите, с какими вывертами нам предлагается думать (отрицая отрицание), чтобы до этой простой мысли (3 или 2?) дойти. Еще раз подчеркну: речь не столько о том, есть что-то здравое в марксизме или это бред, а о том, как это изложено.

И еще. Меня обязательно упрекнут, что мне изложил марксизм не сам Маркс, а какой-то неизвестный марксист, который «не овладел» всем Марксовым величием. А вот если бы я Маркса изучил по первоисточникам…

Во-первых, мне это не поможет, поскольку изучение Маркса еще никому не помогало.

Вспомните, как только большевики взяли власть в России и благодаря этому марксисты из мало кому известной секты превратились в звезду первой величины, между самими марксистами началась драка за то, кто из них лучше всех понимает то, что Маркс нагородил в своих писаниях. Мартов или Ленин? Сталин или Троцкий? Сталин или Тито? Хрущев или Сталин? Хрущев или Мао? Брежнев или Кастро? За каждым из правоверных марксистов стояла толпа подтанцовщиков, состоящая из ученых марксистов, которая цитатами из первоисточников доказывала «научную» правоту своего хозяина. А поскольку каждая сторона находила в священном Марксовом писании то, что ей нужно, то знание первоисточников Маркса в марксовой «науке» никогда не катило.

Главным аргументом в марксистской науке всегда были клички, навешиваемые на противников. Тут «оппортунисты», «левые уклонисты», «правые уклонисты», «троцкисты», «сталинисты», «волюнтаристы», «ревизионисты». Так, что я могу всего Маркса наизусть выучить, а ученые-марксисты кличку мне все равно найдут собственно, это же единственное, что они умеют.

Во-вторых. Маркс умер, а марксисты живы, и именно они нагло присвоили себе имя «коммунисты». Теперь не Маркса, а коммунизм нужно изучать, и не по Марксовым первоисточникам, а по жизни. Поздно пить «Нарзан», когда печень отвалилась.

Но вернусь к теме.

Вот и скажите: вне зависимости от того, гениальная у Маркса философия или это бред, но вот сама эта словесная муть его «философии» обычному человеку для жизни нужна? Реальный человек в реальном человеческом обществе ею пользуется? Что — не можете представить, когда бы эта муть вам понадобилась?

Тем не менее она нужна. Эта муть нужна тем, кто паразитирует на шее общества. Или хотя бы на шее Энгельса. Такие «философы» были всегда; в пример обычно приводят средневековых мудрецов, которые жизнь посвятили выяснению крайне нужного обществу вопроса — сколько чертей помещается на кончике иглы? И тоже хвалились, что у тех, которые добывают хлеб свой в поте лица своего, не хватает ума изучить всю эту их мудрость по первоисточникам.

А я изучаю реальное общество, а в реальном обществе живет не философская заумь из словарей, в нем живут реальные марксисты-материалисты (в том числе философы марксистско-ленинской философии), которые имеют о материализме крайне упрощенные представления:

1. Маркс учит, что загробной жизни нет, а жизнь одна, и она коротка.

2. Маркс учит, что цель в жизни — иметь всякого барахла по потребностям.

Вывод: греби всего по потребностям как можно быстрее.

Вот это и есть материалисты в жизни.

А идеалисты в жизни (неважно, верят они в бога и Абсолютную идею или нет) уверены, что нужно руководствоваться идеями хотя бы человеческой морали.

Вот из таких людей (эта классификация упрощена, на самом деле все несколько сложнее) состоит то реальное общество, которое я изучаю. Поэтому я и дал именно такое определение материалистам и идеалистам, а не такое, какое хочется иметь марксистам для заполнения хронически свободного времени пустопорожней болтовней.

Как водится, этого деликатного объяснения оказалось мало. Марксисты не поняли (или поняли очень хорошо) и выдвинули мне в опровержение популярную на сегодня «теорию предательства» коммунизма «ненастоящими марксистами», которые обманули бедных «настоящих марксистов» и пробрались во власть. Что-то вроде «Только у меня есть одно замечание. По моим наблюдениям “грести” марксисты начали годах в 80-х прошлого века, а до того, большинство марксистов отдавали от себя. Вот это никак не согласуется с марксизмом Мухина».

Но ведь я потому и делю общество своей классификацией, а не Марксовой, чтобы было понятно, что в реальном обществе реальные марксист и коммунист — это не одно и то же, а «две большие разницы» — материалист и идеалист, в моем определении этих слов. Чтобы вы при словах «я коммунист и стою на марксистских позициях» четко понимали, кто перед вами. Понимали, что это материалист, и он хочет, чтобы вы, идеалист, привели его к власти, в труде и бою накопили стране богатства, а он потом эти богатства разворует, как в 1991-м, и построит себе личный Марксов коммунизм «по потребностям» в своем поместье на Рублевке.

Да, среди тех, кто называет себя марксистом, есть коммунисты, но они не материалисты, они идеалисты. Они, как и в 1917-м, про Маркса только слышали, и слышали много хорошего: «Умный был барин, за народ стоял, правда, жен требует под одно одеяло загнать, но это лишнее».

И этим затесавшимся к марксистам коммунистам тоже надо понять, что не в предателях дело, а в том, что «философия» марксизма с его вброшенным в умы материализмом («по потребностям») — это и есть база для предательства, обоснование этого предательства. И не смотрите на то, что этот марксист сегодня «никто» (ну не подсуетился он в 1991-м), глаза горят и слова пронзительные. Но в подсознании его бьется главная Марксова мысль: «Кто был ничем, тот станет всем». И ему осталось только найти олухов, как, скажем, их легко находит Зюганов, чтобы они сделали этого марксиста если и не «всем», то хотя бы пожизненным охотнорядцем.

Так что же меняет общественные отношения? Что приводит к революции или эволюции в обществе?

Идеи — вот, где «собака порылась»!

Что курьезно, так это то, что если Маркс был искренен, то он не задумывался над тем, чем он, собственно, с Энгельсом занимался. Иначе никогда бы не ввел аргументом в свой закон, да еще и «объективный» дурацкое развитие производительных сил.

Ведь очевидно, что все изменения в обществе, в том числе изменения производственных отношений, происходят под воздействием ИЗМЕНЕНИЯ ИДЕЙ, главенствующих в обществе. И Маркс с Энгельсом всю свою жизнь положили, чтобы сделать свои идеи ГЛАВЕНСТВУЮЩИМИ в обществе. И получается, что оба так и не поняли, чем они на самом деле занимаются? Или не хотели понимать, чтобы не разрушить такое «стройное» здание марксизма?

Ведь если смотреть на теорию шире, чем ее точное определение (выявленная связь фактов друг с другом), то теорию можно считать комплексом идей; так считать даже нужно в случаях, когда декларируемая связь между фактами не подтверждается или сомнительна. То есть теорию можно считать комплексом тех самых идей, которые распространяются в обществе. И смешно то, что Маркс успел даже декларировать, что «теория становится материальной силой, как только она овладевает массами». Нет вопросов. Это правда. Но тогда какого черта писать, что отношения в обществе меняют какие-то там «производительные силы», а не идеи?

Нынешние марксисты тоже видели (или, по крайней мере, смотрели), что именно произвело изменение в обществе 1990-х, но тоже оказались неспособны понять увиденное, хотя происходившее аж кричало! Ведь производительные силы СССР развивались быстрее остальных (даже развитых капиталистических) стран, в темпах роста промышленности СССР уступал только Японии! По Марксу, должен был наступить коммунизм, но изменились главенствующие в обществе идеи… и даже социалистического общества не стало! (Да и капитализмом полученное можно назвать только с натяжкой.) Изменились не производительные силы, а идеи, главенствующие в обществе, но марксисты этого в упор не видят. Не видят или не хотят видеть?

Посему изучение марксизма не как курьезной исторической литературы, а как науки, как комплекса истин, которым можно пользоваться в жизни, просто неинтересно. Повторю: на самом деле реальные люди — это не материалисты; реальным людям присущи идеалы, которыми они руководствуются даже в ущерб своим материальным интересам. Да, среди людей есть и скоты, но, повторю, люди на то и люди, чтобы нести в себе идеалы.

Того, что выше сказано, достаточно, чтобы поставить на учении Маркса крест, но раз уж меня заставляют в марксизм вникать, то упомяну о некоторых важных особенностях, характеризующих марксизм в его претензиях на науку.

Классовый кретинизм

Классификация людей по принципу их отношения к собственности на средства производства крайне убога, правда, этой своей убогостью она хорошо подходит для пропаганды, но совершенно негодна с научной точки зрения.

Любая научная классификация базируется на разделении предметов по свойствам, присущим только этим предметам (в данном случае людям), по их целевому назначению (по тому, какую цель ставят данные индивидуумы), поскольку только такая классификация в ходе поиска научной истины дает возможность оперировать всем классом людей как единым целым. Интересы, которые могут возникнуть у тех или иных групп людей, являются следствием их человеческих качеств, а не причиной этих качеств; это третьестепенный признак. Если ты занялся исследованием чего-то, то классифицировать это что-то надо по главному признаку и уж затем, если это имеет какой-то смысл, то и по остальным признакам, иначе такой классификацией невозможно пользоваться; она бессмысленна.

Скажем, классификация товаров на продовольственные, промышленные, электротовары, электронику, овощи дает возможность быстро найти магазин с нужным товаром. А классифицируйте эти товары по Марксу, к примеру, на «красные», «лёгкие», «дорогие» — и вы замордуетесь искать нужный вам товар, скажем мотоцикл. Мотоциклы ведь бывают и красные, и лёгкие, и дорогие, посему ходить в его поисках надо будет по всем магазинам.

А что — разве в жизни никто не классифицирует так, как Маркс? Классифицируют. Вспоминаю рассказ одного парня, которому нравилась сослуживица. Он предложил проводить ее после работы на электричку. По дороге она вспомнила, что нужно купить книгу, почитать в дороге. Подошла к развалу уцененных книг и попросила книгу в красном переплете. На удивление парня, почему в красном, в свою очередь посмотрела на него, как марксисты на меня, и пояснила дурачку: «У меня ведь красная сумочка!» Согласитесь: классифицировать книги по цвету переплета — это по-марксистски.

Так, как это делал Маркс, классифицировать объекты не будет не только исследователь-профессионал, но и любитель. К примеру, сегодня я владелец нефтяной скважины, а завтра опричники Путина у меня эту скважину отобрали, и я в Москве меняю асфальт на тротуарную плитку, давая авторам этого московского мероприятия снять с меня прибавочную стоимость. Вчера я был капиталист, сегодня — пролетарий. А как изменились мои личные свойства как человека? Никак? Тогда чего стоит это мое перемещение из класса капиталистов в класс пролетариев? Я что — начну бороться не за возвращение мне в собственность нефтяной скважины, а за то, чтобы Путин или марксисты собственность у всех отняли?

«Обеспечьте капиталу 10 % прибыли, и капитал согласен на всякое применение, при 20 % он становится оживленным, при 50 % положительно готов сломать себе голову, при 100 % он попирает все человеческие законы, при 300 % нет такого преступления, на которое он не рискнул бы пойти, хотя бы под страхом виселицы». Красиво написано, но разве капиталист, сделавший процитированное высказывание, с которым Маркс согласился, людей описал?

В Интернете один из блогеров спародировал приведенную выше «истину»: «Обеспечьте ПРОЛЕТАРИЮ 10 % добавки к зарплате, и ПРОЛЕТАРИЙ согласен на всякое применение, при 20 % он становится оживленным, при 50 % положительно готов сломать себе голову, при 100 % он попирает все человеческие законы, при 300 % нет такого преступления, на которое он не рискнул бы пойти, хотя бы под страхом виселицы». Что в этой исправленной мысли не так? Тем не менее грамотный марксист ее опроверг. «Обеспечьте пролетарию надлежащие условия труда и зарплату, он станет сознательным квалифицированным рабочим, и вы лишитесь проблем, связанных с соблазнами буржуазии, а за одно и с преступлениями и деликтами, попирающими все человеческие законы». У марксистов именно такие представления о жизни и о том же пролетариате. Но разве в СССР не обеспечивали пролетариату «надлежащие условия труда и зарплату»?

Мои примеры

Пара собственных примеров о свойствах пролетариата 70–80-х гг.

В 1972 г. был я на преддипломной практике на ЧМЗ. Практика была больше двух месяцев, и я, естественно, устроился работать на этот же завод. Из-за плохого зрения к печам меня не взяли, а поставили работать на шихтовый двор цеха № 6 шихтовщиком. В мою задачу входило разгрузить прибывающие платформы с ферросплавами, для чего нужно было зацепить стропами крана и снять с их помощью с платформ барабаны (бочки) с ферросплавами, поставить на платформы пустые короба и выполнять прочую похожую работу подкранового рабочего (стропальщика). (Сыпучие материалы, флюсы, металлолом крановщики разгружали и подавали на печи сами с помощью грейферов или магнитных шайб.) Я был сдельщик, а операции по разгрузке платформы стоили довольно дёшево.

Была и более тяжёлая, хотя и хорошо оплачиваемая работа — загрузить флюсами и ферросплавами мульды — стальные короба метра 1,5 в длину и примерно 0,6×0,6 в сечении. Мульды специальная мульдозавалочная машина подавала в окно электросталеплавильной печи и там переворачивала. Загружать мульды надо было лопатой. С флюсами (известью, песком, флюоритом) проблем не было: они лёгкие и лопатой брались хорошо. Ферросилиций тоже лёгкий и грузился без проблем. А вот с безуглеродистым феррохромом, металлическим хромом и ферромарганцем дело обстояло паршиво — куски этих ферросплавов очень тяжёлые, с острыми краями. В закромах с этими ферросплавами даже по стальному полу подсунуть лопату под эти куски было практически невозможно. Приходилось ковырять их лопатой по одному куску или, если они были более-менее крупными, грузить руками. А если печи начинали плавить нержавеющую сталь, то подать на них за смену нужно было тонн 10–15 безуглеродистого феррохрома. Тогда к концу смены устаёшь страшно.

Но мне ещё в первый день, когда я только учился, показали эффективный приём. Короба, в которых завозили ферросплавы, состояли из двух шарнирно соединённых половин, т. е. имели конструкцию грейфера (если кто знает, что это). Когда цепляешь за верхние серьги у шарниров и кран короб поднимает, то груз давит на днище короба и не даёт ему раскрыться, а когда цепляешь за нижние боковые серьги, то кран, выбирая стропы, сначала раскрывает короб, и содержимое остаётся на полу. Так вот, если короб с феррохромом ещё не был вывален в закром, то нужно было составить вместе штук 6 мульд, поставить на них сверху короб и дать крановщику осторожно его открыть. Феррохром в образовавшуюся в коробе щель просыпался в мульды, а если остаток феррохрома ещё оставался в коробе, то стропы снова цеплялись за верхние серьги, кран тянул, короб снова закрывался, и этими остатками феррохрома можно было загрузить очередную порцию мульд. Проблема, однако, была в том, что полные короба с феррохромом редко оставались неразгруженными в закром, поскольку железнодорожники не забирали платформы, если они не были уставлены пустыми коробами. Придёт платформа с 10–12 коробами, один используешь для облегчения себе работы, а остальные приходится разгружать в закром, чтобы отправить платформу.

И вот однажды приходит платформа с феррохромом, но я не стал его вываливать в закром, а обежал весь цех, собрал все пустые короба, однородный материал ссыпал из одного неполного короба в другой и т. п., загрузил платформу пустыми коробами и отправил её. А полные короба феррохрома выставил рядком, один разгрузил в мульды своей смены, а остальными любовался, предвкушая, как шихтовщики всех смен суток на 3–4 облегчат себе работу.

Прихожу на следующий день и вижу: все мои короба разгружены в закром, причём так, что феррохром вывалился в проход, и теперь его брать из закрома чрезвычайно тяжело. А пустые короба стоят аккуратненьким рядком. То есть мой сменщик облегчил себе работу, разгрузив один короб в мульды, а остальные в закром;

позарился, сволочь, на те копейки, которые стоила эта разгрузка! Прибыль этого урода была мизерная, а обворовал он нас, своих товарищей.

А вот еще случай тупого рвачества пролетариата. Автомобильный завод в Тольятти потребовал у нас ферросилиций ФС-45 фракции 20–80 мм, т. е. в кусочках не менее 20 и не более 80 мм. Был построен дробильно-сортировочный узел, но при дроблении образовывалось 15–20 % кусочков до 20 мм, которые трудно было кому-нибудь сбыть и которые по этой причине возвращались на печь, лопатами сбрасывались на колошник и заново переплавлялись.

Тогдашний начальник металлургической лаборатории ЦЗЛ А. А. Парфёнов разработал и внедрил эффективный способ переработки этих кусочков. При разливке ковша с ферросилицием на разливочный машине эта мелочь дозировалась (подсыпалась с определённым расходом) под струю металла прямо в мульды в количестве, при котором она успевала оплавиться и составить со слитком одно целое. Этот способ дал возможность сократить расход электроэнергии, который раньше требовался для повторного расплавления мелочи в печи, и увеличить стойкость мульд. И всё шло хорошо, пока мы ферросилиций фракции 20–80 не стали поставлять на экспорт.

В начале поставок возникли разногласия с фирмой, анализирующей наш металл за рубежом Нас обвинили в том, что кремния в сплаве на самом деле на 2–3 % меньше, чем указано в документах. Мы с этим разобрались, но не сразу. По получении тревожного сигнала было принято решение дробить для экспорта только металл, в котором не менее 45 % кремния. В марке ФС-45 разрешается иметь содержание кремния от 42 до 47,5 %, печным бригадам выгодно плавить металл с кремнием под верхним пределом марки, поэтому мы полагали, что проблем не будет; металл с кремнием 45 % и выше будет передроблен и пойдёт на экспорт, а металл с содержанием ниже 45 % будет прямо в слитках отправлен по Союзу.

И началось непонятное. Пока экспортных заказов не было, т. е. металл не дробился, обе печи плавили ФС-45 с анализами выше 46 %, поскольку так выгоднее. Но как только шел экспортный заказ, как по команде, все бригады начинали плавить металл с содержанием кремния ниже 45 %, который, напомню, не дробился и отправлялся только отечественным заводам. В причинах этакого патриотизма разбирался техотдел и вот что выяснил.

Если все бригады плавят ферросилиций для экспорта, то весь металл дробится, и фракция менее 20 мм отсевается. То есть выплавка как будто уменьшается на 15–20 %, но эта мелочь тут же возвращается на разливочную машину и равномерно подсыпается во все плавки, т. е. выплавка снова увеличивается, компенсируя потери при отсеве. Вроде всё в порядке, и никто ничего не теряет, наоборот, все получают кое-какую премию за экспорт. Но вот какой-то умник догадался, что если он будет плавить металл с низким содержанием кремния, то его плавки дробить не будут, но ему всё равно будут подсыпать мелочь от дроблёных плавок других бригад, т. е. те увеличат ему выплавку на 10–15 %, что больше премии за экспорт. И пошло-поехало! Равнение на худшего! Никто из рабочих и не пытался остановить рвача; все стали снижать кремний в ФС-45 в надежде, что и им в плавки чужого металла добавят. Надлежащие условия труда и зарплата были обеспечены, прибыль от воровства была менее 10 %, воровали у товарищей, с которыми пили чай и водку, но все равно воровали.

Да, есть такие люди среди капиталистов, но их полно и среди пролетариев. Но как при изучении общества можно было ориентироваться только на таких?

Чего он хотел?

Обратите внимание на то, что после «либеральной» революции 1991 г. у власти в республиках СССР остались одни и те же люди в окружении того же стада «философов», «ученых» и журналистов. Только раньше (по Марксу) они были «передовым отрядом пролетариата (трудящихся)», теперь стали «передовым отрядом капиталистов, владельцев средств производства». Ну а если бы их классифицировать так, как требуют методы научных исследований, — по свойствам этих людей, присущим только этим конкретным людям? Тогда они вошли бы в класс «подонки общества». (Напомню, что в русском языке подлость — это бесчестность, а я заношу этих людей в класс «чижей» — человекообразных животных.) И не было бы удивления: как так — почему ельцины, кравчуки, Назарбаевы со своими Познерами и сванидзами, бывшие на вершине коммунистической власти, так и остались на вершине враждебной коммунистам капиталистической власти? А чего удивляться? Они как были подонки общества при коммунистической власти, так остались подонками при капиталистической. Если разделить, к примеру, людей на подонков общества и на порядочных, в каждом классе будут одни и те же люди; соответственно, эти классы в научных построениях можно использовать как единое целое.

Единственно, против чего трудно возразить, — Марксова классификация очень выгодна в случае, если ты хочешь раскола общества, если ты хочешь, что бы в обеих частях оказались и порядочные люди, и мерзавцы, если ты хочешь разжечь гражданскую войну в обществе.

Возникает вопрос: а чего, собственно, Маркс хотел?

О проекте коммунизма

Это удивление еще больше возрастает, если рассмотреть еще один аспект Марксовой теории.

Декларируемой целью деятельности Маркса был коммунизм, но ни он, ни его адепты даже не пытались создать проект коммунистического общества — показать, что такое этот самый коммунизм, за который они борются, как там люди будут жить.

В комментариях к моей помянутой в первой части статье, словообильный и «очень грамотный» марксист воодушевился интервью Т. Хабаровой, которая (по его словам) «поясняет, почему у вас (т. е. у меня. — Ю. М.) была пятёрка по научному коммунизму, но этого научного коммунизма вы и не знали никогда». Не знаю, что именно сказала Хабарова обо мне, поскольку это интервью слишком длинное, чтобы его слушать, но марксист бросил мне вызов: «Если вы, Юрий Игнатьевич, разложите вашу “командировку” как истинный проект коммунизма на схематичный план (тезисы), то я и другие люди, знакомые с марксизмом, можем на каждый ваш тезис привести тезис Маркса — Ленина — Сталина со ссылками на источник. И уверяю вас — там еще будет и пояснение автора, как он пришел к этому тезису, используя научный марксизм. Готов считать свой пост как открытое и честное предложение. Вы готовы разобрать все по пунктам?»

Я его вызов принял и предложил, опираясь на «Маркса — Ленина — Сталина со ссылками на источник» (разрешил и на Энгельса), давая пояснения, как они пришли к этому выводу, «используя научный марксизм», рассказать, как в марксистском коммунизме устроено общество, т. е. как:

— устроена власть;

— побеждена алчность;

— организована работа;

— ведется учет количества и качества труда;

— организовано распределение товаров;

— организована служба в армии;

— организована семья;

— организованы научные исследования;

— ведется воспитание и обучение подрастающего поколения;

— организован досуг.

Заметьте, что я задал вопросы по вещам, имевшим и во времена Маркса огромное значение для жизни общества как такового. Трижды я повторял это предложение, а марксист делал вид, что не видел его, и лишь после моей угрозы вынужден был открыто отказаться отвечать на эти вопросы. И немудрено.

Вот Маркс и Энгельс в «Манифесте коммунистической партии» начинают: «Призрак бродит по Европе — призрак коммунизма…» — и продолжают: «Пора уже коммунистам перед всем миром открыто изложить свои взгляды, свои цели…». Но «изложить цели» — это прежде всего изложить проект коммунизма: как выглядят этот «призрак» и общество, за жизнь людей в котором коммунисты собираются пролить в ходе революционной войны свою и чужую кровь. Однако Маркс в коммунистическом манифесте проект коммунизма не дает.

Понятно, что на базе Марксовой теории такой проект невозможно разработать, поскольку коммунизм — это общество людей, а не тупых биороботов. Однако озвученная Марксом причина отсутствия проекта коммунизма — того общества, за которое Маркс как бы боролся — в другом.

Маркс в «Манифесте» заявляет, что не дает проект своего «призрака» по принципиальным соображениям. Перечисляя проекты коммунистического общества, которые уже были разработаны до него, Маркс отказывается и от них, но не потому, что они плохи или несовершенны, а потому, что «отвергают поэтому всякое политическое, в особенности всякое революционное, действие; они хотят достигнуть своей цели мирным путем и пытаются посредством мелких, конечно, не удающихся опытов, силой примера проложить дорогу новому общественному евангелию.

Это фантастическое описание будущего общества возникает в то время, когда пролетариат еще находится в очень неразвитом состоянии и представляет себе поэтому свое собственное положение еще фантастически, оно возникает из первого исполненного предчувствий порыва пролетариата к всеобщему преобразованию общества…

Значение критически-утопического социализма и коммунизма стоит в обратном отношении к историческому развитию. По мере того как развивается и принимает все более определенные формы борьба классов, это фантастическое стремление возвыситься над ней, это преодоление ее фантастическим путем лишается всякого практического смысла и всякого теоретического оправдания».

Проследим за мыслью Маркса.

Если коммунистам дать проект коммунизма, то может оказаться, что капиталисты с ним согласятся и построить коммунизм можно будет мирным путем, без революции (на что утописты надеялись). Казалось бы, хорошо? Да, но хорошо только для общества, а не для Маркса. Ведь что же в таком случае будет с гениальной теорией Маркса о классовой борьбе, по которой развитие производительных сил приводит к р-р-революционной смене производственных отношений? Не к мирной, а к революционной! Нет, «ученому», по фамилии Маркс нужна революция, нужна революционная война, а не какой-то там коммунизм. И революция Марксу нужна не потому, что без нее нельзя обойтись, а потому, что иначе у этого «ученого» теория «исторического развития общества» не вытанцовывается. Мало того, жалуется Маркс в «Манифесте», что пролетариат до революции не дозрел, так еще и утописты путаются у Маркса под ногами и своими проектами коммунизма лишают пролетариат необходимой злобности к капиталистам, вселяя в пролетариат надежду достичь коммунизма мирным путем — путем эволюции!

По Марксу, конструкторы проектов будущего коммунистического общества — это враги революции, а революция — это «наше все».

Какое отношение такие результаты имеют к науке?

Наука и религиозные учения

Основателю ордена иезуитов Игнатию Лойоле приписывают изречение: «Цель оправдывает средства». Обычно принято цинизмом этого изречения ужасаться, на самом деле это абсолютная истина. Ведь в ней определенно заложено то, что средства обязаны быть дешевле цели.

Однако трагизм в этой мысли тоже есть, поскольку дурак часто просто не понимает, а подлец делает вид, что не понимает того, что Лойола понятие «средства» использует во множественном числе. То есть средств должно быть по меньшей мере несколько, и начинать нужно с самого лёгкого средства. И только если с его помощью цель не достигается, то следующее средство утяжеляют или выбирают более дорогое.

Но если заведомо отказываются ото всех средств и оставляют одно, то оставшееся средство и становится целью, а настоящая цель игнорируется. К примеру, пытки подследственных — это средство получения правды, но только в том случае, если иными средствами правду получить невозможно, поскольку это очень тяжелое средство, не дающее нужного процента годного результата. Кроме этого пытки не требуют ума от их исполнителя, и если их разрешить, то пытки в руках исполнителя очень быстро станут единственным средством, при котором никогда не будешь уверен, получил ли ты нужную цель — правду. А ложь — это не та цель, которая может оправдать хоть что-то, тем более такое тяжелое средство. В этом и состоит трагедия этого изречения иезуита — в подмене цели средством.

И Маркс, отбросив эволюционные средства достижения цели, декларируемую цель (коммунизм) подменил единственным оставшимся в его теории средством достижения цели — революцией. Ну, а затем это средство сделал целью марксистов, причем единственной целью, такой, во имя которой можно отказаться и декларируемой цели — от коммунизма.

Задумываясь над тем, почему Маркс поступил именно так, приходишь к выводу: если это не специально, что указывает на преступность замысла, то Маркс исследователем не являлся, не являлся тем, кого можно назвать ученым.

Есть принципы (методы) исследований. Сначала нужно установить Дело — результат исследований, за знание которого люди согласны будут добровольно заплатить результатами своего труда. (Я понимаю, что это звучит ново, но это так.) Затем выяснить закономерности, связывающие именно это Дело с остальными параметрами системы, и, используя для своих расчетов эти закономерности, выбрать наиболее лёгкий (эффективный) способ достижения Дела или установить расчет того, как Дело достигается. Скажем, людям нужно уметь рассчитывать силу? Это Дело. Исследуем силу и находим, что она прямо пропорционально зависит от двух параметров — массы и ускорения. После чего выдаем людям конечную формулу того, как определять силу.

Маркс же, судя по сказанному выше, методикой научных исследований не владел. Он только декларировал Дело — коммунизм, а занялся поиском связей параметров общества не с коммунизмом, а с насильственным изменением строя — с революцией, причем в своей теории начал безжалостно искажать параметры общества, чтобы на бумаге достичь нужный только себе (дающий ему славу ученого) результат. Скажем, людей заменил абстрактными и алчными роботами, причем тупыми, классифицировал людей так, как настоящий ученый никогда их не классифицирует, и т. д. Да, таких «ученых», как Маркс, много, особенно сегодня, но от этого не легче.

Для Ленина и Сталина марксизм был, как чемодан без ручки, который и нести неудобно, и выбросить нельзя, поскольку к тому моменту, когда они убедились в бесполезности марксизма, никакой иной теории у них просто не было. И они пытались «развить марксизм творчески», по сути отказываясь от его «объективных» законов и ведя поиск своих собственных путей строительства нового общества.

Аналогом марксизма являются религии. Разница лишь в том, что у попов всех конфессий хватает ума не называть свои религии наукой и не утверждать, к примеру, что Христос, дескать, открыл объективный закон развития общества, по которому праведники попадают в рай, а грешники в ад. Хотя все попы точно так же «творчески развивают» свои учения; к примеру, и сам

Христос сегодня не узнал бы свое учение. В науке, повторю, истина объективна, т. е. не зависит от того, верим мы в нее или нет, в науке практика является доказательством истины. А религия — это учение, и надо просто верить в то, что оно правильное. И то, что марксизм — это не более чем религия, не более чем учение и называть его наукой просто безграмотно, понимал уже и Ленин.

Вот Ленин защищает Маркса:

«Учение Маркса вызывает к себе во всём цивилизованном мире величайшую вражду и ненависть всей буржуазной (и казённой, и либеральной) науки, которая видит в марксизме нечто вроде “вредной секты”. Иного отношения нельзя и ждать, ибо “беспристрастной” социальной науки не может быть в обществе, построенном на классовой борьбе. Так или иначе, но вся казённая и либеральная наука защищает наёмное рабство, а марксизм объявил беспощадную войну этому рабству. Ожидать беспристрастной науки в обществе наёмного рабства — такая же глупенькая наивность, как ожидать беспристрастия фабрикантов в вопросе о том, не следует ли увеличить плату рабочим, уменьшив прибыль капитала.

Но этого мало. История философии и история социальной науки показывают с полной ясностью, что в марксизме нет ничего похожего на “сектантство” в смысле какого-то замкнутого, закостенелого учения, возникшего в стороне от столбовой дороги развития мировой цивилизации. Напротив, вся гениальность Маркса состоит именно в том, что он дал ответы на вопросы, которые передовая мысль человечества уже поставила. Его учение возникло как прямое и непосредственное продолжение учения величайших представителей философии, политической экономии и социализма». И наконец, то ли заклинание Ленина, то ли молитва — что-то вроде «Нет бога, кроме Аллаха, Магомет — пророк его!»: «Учение Маркса всесильно, потому что оно верно!».

Как видите, Ленин даже в такой длинной мысли, даже случайно не оговаривался и не называл марксизм наукой; это только учение, вариант религии. Ну а учение — оно и есть учение. Христиане верят в христианство, марксисты в марксизм, а какие-то шричинмойцы в писания своего учителя Шри Чинмоя.

Однако на защиту марксизма судьба отвела Ленину немного времени, основная морока с этим «чемоданом» досталась Сталину.

Без теории

Разумеется, Сталин марксизмом не пользовался: этот бред для строительства чего-либо в практической жизни использовать невозможно, марксизм предназначен только для разрушения. И когда обсуждался учебник политэкономии, он бросил реплику: «…Вот, например (стр. 369), о соответствии производительных сил производственным отношениям. Это школьная болтовня. Маркс и Энгельс были вынуждены говорить все это абстрактно, отвлеченно, только теоретически. Мы же стоим у руля, в нашем хозяйстве все ясно, нам все видно, надо говорить проще, доступнее, понятнее, конкретнее…».

Но если смотреть шире, и для цели революции марксизм был нужен, поскольку еще не все страны встали на путь строительства коммунизма, в ряде стран власть коммунистам надо было захватывать революционным путем. Кроме этого, повторюсь, у коммунистов не было ничего лучшего для объяснения правоты своего пребывания у власти. И Сталину приходилось всеми силами держаться за этот «чемодан». Я пытаюсь найти доводы для подтверждения версии, что Сталин искренне верил в действие Марксовых «объективных» законов, но не нахожу их. Но марксизм был ему крайне нужен!

И когда он начинает защищать марксизм, то начисто теряет логику. Вот работа Сталина 1938 г. «О диалектическом и историческом материализме»:

«Падение утопистов, в том числе народников, анархистов, эсеров, объясняется, между прочим, тем, что они не признавали первенствующей роли условий матермальной жизни общества в развитии общества и, впадая в идеализм, строили свою практическую деятельность не на основе потребностей развития материальной жизни общества, а независимо от них и вопреки им — строили на основе “идеальных планов ” и “всеобъемлющих проектов”, оторванных от реальной жизни общества.

Сила и жизненность марксизма-ленинизма состоит в том, что он опирается в своей практической деятельности именно на потребности развития материальной жизни общества, никогда не отрываясь от реальной жизни общества».

Это марксизм-то связан с жизнью? Утверждать такое после того, как коммунисты, вопреки основному закону Маркса, победили в индустриально отсталой России, а не в Англии и Германии? Утверждать такое после того, как попытка отказаться, по Марксу, от товарооборота и денег, заменив их простым распределением продуктов, потерпела полный крах? Утверждать такое после того, как Марксово «освобождение женщины от семьи» явило свой маразм? Это бред Маркса связан с жизнью? Где логика?

В последней теоретической работе «Экономические проблемы социализма» Сталин опять, с одной стороны, пытается как-то оправдать измышления Маркса и его «теорию», но с другой стороны, уже решительно отказывается от его экономического бреда и фактически запрещает обращаться к марксизму в целом ряде практических вопросов. «Некоторые товарищи утверждают, что партия поступила неправильно, сохранив товарное производство после того, как она взяла власть и национализировала средства производства в нашей стране. Они считают, что партия должна была тогда же устранить товарное производство. Они ссылаются при этом на Энгельса, который говорит: “Раз общество возьмет во владение средства производства, то будет устранено товарное производство, а вместе с тем и господство продуктов над производителями” (см. “Анти-Дюринг”). Эти товарищи глубоко ошибаются». И далее Сталин поясняет, что «товарное производство и товарооборот являются у нас в настоящее время такой же необходимостью, какой они были, скажем, лет тридцать тому назад, когда Ленин провозгласил необходимость всемерного разворота товарооборота».

И начинает Сталин эту свою работу с попыток теоретически пояснить «ошибающимся товарищам», почему Маркса надо послать подальше, но при этом так, чтобы авторитет Маркса не пострадал.

И делает это, несмотря на то что для совмещения этих двух взаимоисключающих позиций даже ему, человеку железной логики, опять пришлось от логики отказаться; пришлось отказаться от того способа мышления, при котором при правильных исходных данных для мышления получается правильный результат мышления.

Подробнее о логике Сталина в этой работе. Вот он вводит совершенно правильные исходные данные: «Марксизм понимает законы науки — все равно идет ли речь о законах естествознания или о законах политической экономии — как отражение объективных процессов, происходящих независимо от воли людей. Люди могут открыть эти законы, познать их, изучить их, учитывать их в своих действиях, использовать их в интересах общества, но они не могут изменить или отменить их. Тем более они не могут сформировать или создавать новые законы науки».

Поклон в сторону Маркса объясняется вышесказанной потребностью не компрометировать марксизм в глазах мира, хотя Маркс к этой банальной мысли не имеет никакого отношения. Все сказанное Сталиным о законах природы и так понятно, исходя из того, что это такое — закон природы. Но далее: «Значит ли это, что, например, результаты действий законов природы, результаты действий сил природы вообще неотвратимы, что разрушительные действия сил природы везде и всегда происходят со стихийно-неумолимой силой, не поддающейся воздействию людей? Нет, не значит. Если исключить астрономические, геологические и некоторые другие аналогичные процессы, где люди, если они даже познали законы их развития, действительно бессильны действовать на них, то во многих других случаях люди далеко не бессильны в смысле возможности их воздействия на процессы природы. Во всех таких случаях люди, познав законы природы, учитывая их и опираясь на них, умело применяя и используя их, могут ограничить сферу их действия, дать разрушительным силам природы другое направление, обратить разрушительные силы природы на пользу общества».

Здесь Сталин уже подменил понятие «закон» понятием «результат действия закона» и говорит не собственно о законах, а о результатах действия законов. И далее приводя натужный пример о том, что результаты действия законов можно предотвратить, молчит, что для предотвращения результатов действия закона природы используются результаты действия иных законов — их противодействие. Скажем, самолет летает не потому, что потерял силу закон всемирного тяготения, а потому, что результат действия закона всемирного тяготения (падение самолета, притяжение его к земле) компенсирует подъемная сила крыла — результат действия законов аэродинамики.

Подменив эти понятия, а может, и сам заблуждаясь, Сталин приводит читателя к выводам. «Одна из особенностей политической экономии состоит в том, что ее законы, в отличие от законов естествознания, недолговечны, что они, по крайней мере большинство из них, действуют в течение определенного исторического периода, после чего они уступают место новым законам. Но они, эти законы, не уничтожаются, а теряют силу в силу новых экономических условий и сходят со сцены, чтобы уступить место новым законам, которые не создаются волею людей, а возникают на базе новых экономических условий».

Это как понять — «закон природы теряет силу?» Как закон природы может потерять силу, если он закон природы? Результат действия закона может быть не виден, если он компенсирован противодействием, но сила закона никуда не девается. И потом, новые экономические условия (новые производственные отношения) создают люди, следовательно, это люди отменяют силу закона. Не так ли?

Да, это так, и Сталин пишет: «В отличие от законов естествознания, где открытие и применение нового закона проходит более или менее гладко, в экономической области открытие и применение нового закона, задевающие интересы отживающих сил общества, встречают сильнейшее сопротивление со стороны этих сил. Нужна, следовательно, сила, общественная сила, способная преодолеть это сопротивление. Такая сила нашлась в нашей стране в виде союза рабочего класса и крестьянства, представляющих подавляющее большинство общества. Такой силы не нашлось еще в других, капиталистических странах».

Но «общественная сила» это люди, тогда чего стоит исходное утверждение Сталина, что люди «не могут изменить или отменить» законы? Где логика? Тем более что, согласно закону «обязательного соответствия производственных отношений характеру производительных сил» имени товарища Маркса, эта общественная сила должна была найтись именно «в других, капиталистических странах», а не в России. Но, надо же, она там не нашлась и производственные отношения там не изменились. Тогда при чем тут «характер производительных сил», если не имеет значения, развились они или нет, а главное в этом деле — наличие общественных сил?

Логика требовала, чтобы к этим рассуждениям Сталин вывел в качестве результата закон: «Изменения производственных отношений происходят в результате появления общественной силы, желающей таких изменений». И далее сделать вывод, что главным для изменения производственных отношений является распространение в обществе идей о том, что производственные отношения необходимо изменить.

Но Сталин к такому логическому результату подвести не может, иначе будет начисто скомпрометирован марксизм.

При таких условиях задачи логики в выводах Сталина не могло и быть. Сталин своим рассуждением об экономических «законах» Маркса фактически поставил крест на всех Марксовых «объективных законах общественного развития», поскольку они ничем по своей природе не отличаются от экономических законов. А ведь для практики СССР это означало, что как ни развивай производство материальных благ, ни к какому коммунизму это не приведет.

На самом деле, конечно, трудно сказать, видел или не видел Сталин, что Маркс поставил коммунистов на путь, который ведет в тупик, но Сталин не мог не видеть, что алчность, лень, сластолюбие, моральное разложение начинается с самого верха — с отборных марксистов, с их детей, которых Сталин называл проклятой кастой. По словам и Молотова, и Шепилова, Сталин сетовал, что «без теории нам смерть». К сожалению, так и получилось.

Вспомните, кто развалил СССР, кто разворовал достояние советского народа. Это что — были какие-то деникинцы, петлюровцы или гитлеровцы? Нет, это были сплошь самые отборные марксисты, избранные в руководящие органы страны «руководящей силой советского народа» — почти 19 млн марксистов второго сорта — рядовых членов КПСС. И эти отборные марксисты, обученные в ВПШ лучшими мудрецами от марксизма и «научного» коммунизма, построили-таки коммунизм, правда, себе лично, в своих поместьях на Рублевке, в Лондоне и в «мировом масштабе» — везде, где не брезгуют деньгами подонков.

Впрочем, Маркс давно умер, и та причина, по которой он цель подменил средством, а вместо обещанных результатов научных исследований представил миру суррогат религиозного учения, теперь не имеет значения, теперь важен результат этой его «научной» деятельности.

Поэтому поговорим о том, какой вред этот результат нанес коммунизму.

Трагический итог

Если вдуматься в сказанное выше, то Маркса не то что ученым, а и коммунистом трудно назвать, поскольку его целью была только революция, причем такая, которая подтверждала бы его теорию, и только. А будет ли после этой революции коммунизм и каким он будет, Маркса мало трогало. Он призывал: вы, коммунисты, революцию сделайте, и будет вам много счастья в виде коммунизма! А какого именно счастья? А хорошего счастья!

Еще момент, по которому Маркса трудно назвать коммунистом. Коммуна — это все общество, все его классы. И если Маркс призывает уничтожить один из классов своей бредовой классификации, то это уже не коммунизм — не то, что следует из смысла этого термина, а цели Маркса следовало бы дать иной термин, скажем «классовизм».

Можно было бы сказать, что как ученый-социолог, Маркс ноль, однако это будет слишком мягко сказано. По сумме плюсов и минусов Маркс очень отрицательная величина в истории, хотя скорее не сам по себе, а по причине своей раздутости как последователями его секты, так и врагами. Благодаря его раздутости в мировое сознание прочно вошла мысль, что материализм — это круто, а идеалистами бывают только дураки. Что главное в жизни — это материальные ценности, много-много ценностей. Любая подлость оправдана во имя этих материальных ценностей.

Что такое коммунизм в понимании марксистов? Маркс писал: «На высшей фазе коммунистического общества, после того как исчезнет порабощающее человека подчинение его разделению труда; когда исчезнет вместе с этим противоположность умственного и физического труда; когда труд перестанет быть только средством для жизни, а станет сам первой потребностью жизни; когда вместе с всесторонним развитием индивидуумов вырастут и производительные силы и все источники общественного богатства польются полным потоком, — лишь тогда можно будет совершенно преодолеть узкий горизонт буржуазного права, и общество сможет написать на своем знамени: “Каждый по способностям, каждому — по потребностям”».

Но для потребления товаров в объеме потребности, а не алчности, и для работы столько, сколько способен человек, а не сколько позволяет его лень, человек должен руководствоваться идеями сдерживать свою алчность и душить свою лень. А ведь эти идеи ему в материальном плане ничего не дают. Для идеалиста руководство такими идеями естественно, но для материалиста? Тем более что ни о каких идеальных ценностях людей в качестве ценностей Марксового коммунизма, и разговора нет, цель Марксового коммунизма сугубо материальная — каждому столько товаров, сколько он пожелает. Только товаров, товаров, товаров!

Но если так, то зачем материалисту ждать, когда будет построен этот пресловутый коммунизм? Греби под себя этих материальных ценностей по потребностям сегодня, еще на подходе к коммунизму. Не надо ждать — ты же материалист и после смерти тебе ничего не будет, греби в этой жизни!

И кому нужен придуманный агитпропом Моральный кодекс строителя коммунизма? Мораль — это идеи, которые ничего в материальном плане человеку не дают, а руководствоваться такими идеями могут только идеалисты, однако идеалисты, ясен пень, — дураки. Зачем тебе быть дураком?

В результате, в среде Марксовых материалистов девиз «Каждый по способностям, каждому — по потребностям» превращается в ритуальное заклинание перед тем, как реализовать реальный девиз Марксового коммунизма: «Каждому по способностям урвать потребности».

Конечно, не только благодаря марксизму, но марксизму не в последнюю очередь, в обществе СССР стало уменьшаться количество идеалистов, хотя агитпроп и пытался как-то остановить этот процесс призывами к массам быть «идейными», «сознательными». И в конце концов идеалистов, живущих ради общества, ради будущих поколений, осталось так мало, что общество СССР на глазах деградировало, превратилось в скопище человекообразных скотов и самоуничтожилось. Марксизм лишил народ СССР иммунитета против скотства.

Ведь дело в том, что истинных людей, независимых в своих мыслях, в обществе очень мало, как, впрочем, и истинных скотов. А остальная толпа руководствуется главенствующей в обществе идеей. Ввели, в конце концов, в общество идею, что главное в жизни — это материальные ценности, — и нет государства! При наличии правительства, мощной армии, спецслужб.

А теперь вспомните, ведь те, кто уничтожал СССР, были истинные марксисты и даже не потому, что это сплошь были члены КПСС. Эти люди ведь ни о чем, кроме материального, не говорили — только: «хорошая экономика, рыночная экономика, научная экономика, товары, ваучеры, 200 сортов колбасы, мировое качество товаров, мировой рынок» и т. д. и т. п. Все идеальное ими высмеивалось, как Маркс высмеивал коммунизм; патриотизм, интернационализм, творчество, служение людям — все было отброшено и втоптано в грязь скотством материалистов.

«Отнять и поделить»?

Говорить о Марксе как об экономисте нет желания — он такой же экономист, как социолог и философ. (Для революционеров, кстати, его примитивизм был ценностью.) Мысль Маркса, что главную несправедливость вводит в общество факт присвоения владельцем средств производства прибыли (прибавочной стоимости), которую Маркс объявил безусловно не заработанной ни в каких случаях, убога даже с точки зрения колхозного бухгалтера, обязанного контролировать непроизводительные расходы.

Вот ткацкая фабрика; ее рабочих грабит, изымая прибавочную стоимость, капиталист. Это паразит? По

Марксу, да. Но этот капиталист расходует эту прибавочную стоимость не только на свои гульки в кабаках, но и на содержание самого Маркса, его семьи, любовницы, ребенка от любовницы, на издание трудов Маркса. За кого этого капиталиста считать, если он на прибавочную стоимость содержит марксистов? За пролетария? А его рабочие теперь уже не ограблены и все заработанное получили сполна?

А вот фермер Генри Форд начал с того, что в сарае построил из металлолома первый автомобиль и своим умом и трудом создал промышленную империю. Но марксистов не кормил! И вот если бы у него отнять все средства производства и передать в собственность назначенным марксистами чиновникам — вот это была бы справедливость так справедливость! Так марксисты? И у Билла Гейтса, не занявшего у общества даже университетского образования, тоже все отнять для справедливости. Греби всех под одну гребенку: бухгалтер Маркс дает добро!

Между тем паразитов в экономике и государстве больше чем достаточно, и владелец средств производства среди них далеко не самый поганый. Вот, скажем, незаметная мышка из рабочих — тот, кто сделал вам бракованный товар. Он что — получил заработанные деньги?

А как смотрятся те, кто получают деньги за работу, но не выполняют ее? Вот депутаты думы и президент Russia приняли протокол о вступлении в ВТО, имеющий 1665 печатных листов на английском языке и 23 150 условий вступления, которые России придётся выполнять. Депутаты и президент приняли этот протокол не читая. А ведь они получают деньги не за нажатие кнопок и подписи, а за изучение тех вопросов, за которые они голосуют и которые подписывают. Это что — не паразиты? Они лучше владельцев средств производства??

Сейчас и государственный аппарат, и аппараты управления мало-мальски крупных фирм донельзя обюрокрачены и переполнены работниками, получающими зарплату, но не только не дающими и копейки в прибавочную стоимость продукции фирмы, а наоборот, своим «трудом» (не зарплатой — это само собой, — а «трудом») уменьшающие ее. Это не паразиты?

Но достоинство марксизма в том, что по своему примитивизму он доступен и Шарикову: «Отнять и поделить!». У кого отнять, видно хорошо — у владельцев средств производства. В убогости экономических представлений Маркса их сила; они доступны для понимания каждому. Паразит депутат или не паразит, это и сейчас мало кто понимает. А вот земля, она у помещика, а на ней горбатишься ты, и всего за десятый сноп. А марксисты тебе говорят: отними и подели! И на доставшемся тебе при дележе наделе земли все выращенные тобою снопы будут твои. Какой восторг! Научный…

Ну как не поверить в истинность этого прекрасного учения?

Ведь с такой же, истинно Марксовой убогостью вели пропаганду и перестройщики 90-х гг.: смени власть и будет 200 сортов колбасы в магазине и две «Волги» на твой ваучер. 200 сортов колбасы и две «Волги» понятны и пропившему мозги бомжу, а не только московскому интеллигенту.

И что характерно, большевики, принявшие в 1917 г. на себя власть в России, вели себя гораздо умнее.

Дезертиры и крестьяне в качестве пролетариата

Я не раз писал, что большевики, сделав историю подразделением пропаганды, не стеснялись описывать ее настолько тенденциозно, что по ключевым событиям истории даже интеллектуалы, называющие себя политологами, вполне искренне имеют самое превратное представление.

К примеру. Ну нужно было большевикам представить дело Октября в рамках марксистской теории, поскольку другой теории у них не было. Ну нужно было, чтобы «развитие производительных сил поменяло производственные отношения», как Маркс учил. Вот от Маркса в истории 1917 г. и появляется пролетариат, возжаждавший национализировать свои заводы и по этой причине восставший в Петрограде. И якобы именно этот пролетариат (по истории имени агитпропа) отчаянно штурмует 25 октября 1917 г. Зимний дворец и в кровавом бою захватывает власть у Временного правительства. Красиво так получается, особенно если художественные фильмы снимать.

Но начинаешь смотреть подробности октябрьского переворота, и как-то все выглядит не так красиво, как в кино.

Во-первых, о рабочих. Данные по их участию во взятии власти в 1917 г. наверняка за 70 лет скорректированы в соответствии с марксистской теорией. Но вот воспоминания революционера-большевика Нагловского об активности рабочих в революционном 1905 г.

«Насколько вообще тогда, в 1905 г., были слабы большевики и насколько не имели корней в массах, показывает факт, что вся организация их в Петербурге едва ли насчитывала 1000 человек. А в Нарвском рабочем районе — человек около 50-ти. Связи с рабочими были минимальны, вернее сказать, их почти не существовало. Большевистское движение было чисто интеллигентское: студенты, курсистки, литераторы, люди свободных профессий, чиновники, мелкие буржуа — вот где рос тогда большевизм. Ленин это прекрасно понимал, и, по его плану, эти “кадры” партии должны были начать завоевание пролетариата. Тут-то и интересовали его Нарвский район и самый мощный питерский Путиловский завод, где тогда имели большое влияние гапоновцы.

В течение многих недель я пытался сколотить хоть какой-нибудь большевистский рабочий кружок на Путиловском заводе. Но результат был плох. Мне удалось привлечь всего-навсего пять человек, причем все эти пять, как на подбор, были какими-то невероятно запьянцовскими типами. И эта “пятерка” на наши собрания приходила всегда в неизменно нетрезвом виде».

То есть из 1000 большевиков Петрограда условно рабочих было максимум 50 человек парторганизации Нарвского района, а по факту — 5. «В неизменно нетрезвом виде».

К 1917 г., надо думать, положение все же могло измениться в лучшую строну, но кардинально ли? Да, среди тех, кто штурмовал Зимний, замечены были и красногвардейцы, но были это рабочие или “люди свободных профессий”? Во всяком случае, среди тех 4 бойцов революционных сил, которые погибли при штурме Зимнего дворца, один ухитрился выстрелить из винтовки в себя, что очень непросто и косвенно указывает на него как на человека, очень далекого от техники.

Так кто все-же брал Зимний в октябре 1917-го?

Вот очевидец, американский корреспондент Джон Рид описывает штурмующих.

«Было уже совсем темно, только на углу Невского мигал уличный фонарь. Под ним стоял большой броневик. Его мотор был заведён и выбрасывал струю бензинового дыма. Рядом стоял какой-то мальчишка и заглядывал в дуло пулемёта. Кругом толпились солдаты и матросы; они, видимо, чего-то ждали. Мы пошли к арке Генерального штаба. Кучка солдат смотрела на ярко освещённый Зимний дворец и громко переговаривалась.

— Нет, товарищи, — говорил один из них. — Как мы можем стрелять в них? Ведь там женский батальон! Скажут, что мы расстреливаем русских женщин…

Когда мы вышли на Невский, из-за угла выкатил ещё один бронированный автомобиль. Из его башенки высунулась голова какого-то человека.

— Вперёд! — прокричал он. — Пробьёмся — ив атаку!»

Подошёл шофёр другого броневика и закричал, покрывая треск машины:

— Комитет велел ждать! У них за штабелями дров спрятана артиллерия!».

Как видите, Зимний дворец брали солдаты и матросы. И, как видите, с военной точки зрения брали достаточно грамотно — свои броневики под огонь артиллерии защитников Зимнего не подставляли. Правда, некие рабочие у большевиков тоже были.

«Когда мы подошли к Смольному, его массивный фасад сверкал огнями. Со всех улиц к нему подходили новые и новые люди, торопившиеся сквозь мрак и тьму. Подъезжали и отъезжали автомобили и мотоциклы. Огромный серый броневик, над башенкой которого развевались два красных флага, завывая сиреной, выполз из ворот. Было холодно, и красногвардейцы, охранявшие вход, грелись у костра. У внутренних ворот тоже горел костёр, при свете которого часовые медленно прочли наши пропуска и оглядели нас с ног до головы. По обеим сторонам входа стояли пулемёты со снятыми чехлами, и с их казённых частей, извиваясь, как змеи, свисали патронные ленты. Во дворе, под деревьями сада, стояло много броневиков; их моторы были заведены и работали».

(Обратите внимание, что войска, противостоящие юнкерам и женскому батальону, защищавшему Зимний дворец, были исключительно хорошо вооружены по тому времени.)

«Огромные и пустые, плохо освещённые залы гудели от топота тяжёлых сапог, криков и говора… Настроение было решительное. Все лестницы были залиты толпой: тут были рабочие в чёрных блузах и чёрных меховых шапках, многие с винтовками через плечо, солдаты в грубых шинелях грязного цвета и в серых меховых папахах».

Да, на охране Смольного были и рабочие.

Просто надо понять, кто были эти рабочие. Дело в том, что работа в промышленности во время войны освобождала от службы в армии, и с началом войны на заводы метнулись толпы разночинцев и «лиц свободных профессий», боящихся попасть на фронт. Их было настолько много, что, к примеру, производительность труда на Урале, которая должна была бы в связи с войной резко возрасти, наоборот, резко упала по сравнению с довоенной. То есть в расчете на одного рабочего продукции выпускалось меньше, чем до войны: заводы России были перенасыщены рабочей силой, которая пряталась от фронта на рабочих местах (не исключено, что и за взятки). По сути это были не рабочие, а дезертиры.

Итак, Зимний дворец профессионально брали солдаты и матросы. А их, бывших и будущих крестьян, каким Марксом большевики заинтересовали и затащили в ряды «вооруженного пролетариата»?

Самым эффективным Марксом. В Петрограде было много госпиталей, сам Зимний дворец был госпиталем. Соответственно, в Петрограде были и запасные батальоны — подразделения, в которых находились выздоравливающие до отправки на фронт. И числилось в этих батальонах 40 тыс. человек. Кроме того, десятки тысяч солдат было и во вновь формировавшихся частях, причем новых родов войск (откуда и такая масса бронесил у большевиков).

Ни солдатам этих частей, ни выздоровевшим после ранений очень не хотелось идти на фронт и там погибнуть. И матросам Балтфлота тоже очень не хотелось выходить в море и гибнуть от огня немецких дредноутов. Как и откровенным дезертирам, этим солдатам и матросам очень не хотелось на войну; единственно, в отличие от дезертиров, их совесть требовала предлога на войну не идти.

И именно большевики и левые эсеры им этот предлог дали.

И тут будет к месту напомнить, что большевики — это, во-первых, марксистская партия пролетариата, т. е. только рабочих. А крестьяне, в представлении Маркса и, соответственно, большевиков, — это мелкие буржуа, враги пролетариата.

К месту будет сказать, что в России изначально марксистской была Российская социалистическая рабочая партия (РСДРП), однако в 1903 г. марксисты раскололись на большевиков (лидер — В. И. Ленин) и меньшевиков (лидер Ю. О. Мартов). Так вот, меньшевики, храня верность марксизму, не то что на объединение с крестьянами не шли, но и вопрос о простом союзе с ними начали обсуждать только в 1921 г., уже иммигрировав из коммунистической России, настолько вопрос об объединении с мелкобуржуазным крестьянством противоречил Марксовым догмам. Естественно, что и большевики не имели никаких программ для крестьян и никаких планов на них.

Во-вторых, как пишет «Краткий курс ВКП(б)», в отношении Первой мировой войны большевики имели следующие планы: «Против меньшевистско-эсеровского отречения от революции и предательского лозунга о сохранении “гражданского мира” во время войны — большевики выдвинули лозунг “превращения войны империалистической в войну гражданскую”». То есть, большевики были противниками заключения мира, поскольку имели целью продолжать войну до возникновения революций во всех воюющих странах.

А теперь посмотрите, какие морковки большевики вместе с другими партиями, входившими в Совет (из которого ушли представители меньшевиков), предлагали восставшим.

«Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов приветствует победную революцию пролетариата и гарнизона Петрограда. Совет в особенности подчеркивает ту сплочённость, организацию, дисциплину, то полное единодушие, которое проявили массы в этом на редкость бескровном и на редкость успешном восстании.

Совет, выражая непоколебимую уверенность, что рабочее и крестьянское правительство, которое, как советское правительство, будет создано революцией и которое обеспечит поддержку городскому пролетариату со стороны всей массы беднейшего крестьянства, что это правительство твёрдо пойдёт к социализму — единственному средству спасения страны от неслыханных бедствий и ужасов войны.

Новое рабочее и крестьянское правительство немедленно предложит справедливый, демократический мир всем воюющим народам.

Оно немедленно отменит помещичью собственность на землю и передаст землю крестьянству. Оно создаст рабочий контроль над производством и распределением продуктов и установит общенародный контроль над банками вместе с превращением их в одно государственное предприятие.

Петроградский Совет рабочих и солдатских депутатов призывает всех рабочих и всё крестьянство со всей энергией беззаветно поддержать рабочую и крестьянскую революцию. Совет выражает уверенность, что городские рабочие в союзе с беднейшим крестьянством проявят непреклонную товарищескую дисциплину, создадут строжайший революционный порядок, необходимый для победы социализма.

Совет убежден, что пролетариат западноевропейских стран поможет нам довести дело социализма до полной и прочной победы».

Как видите, «великая пролетарская революция» как-то не очень беспокоилась, чтобы привлечь в ряды восставших пролетариат и тем самым провести революцию, по Марксу. Большевики откровенно наступили на горло собственной песне о превращении империалистической войны в гражданскую и стали отчаянными миролюбцами. Далее, не колеблясь, включили в свою программу левоэсеровский программный закон «О земле».

Соответственно, на первом месте у большевиков стоит «морковка» для солдат, матросов и дезертиров — немедленный мир! На втором месте стоит «морковка» для крестьян — земля! И лишь на третьем месте стоит что-то невнятное про контроль и банки, которое каким-то боком можно отнести и к пролетариату. Но нет не только обобществления средств производства, но даже обещания, повысить зарплату!

Законность

Есть еще один понятный момент, Джон Рид его подтверждает: революционеры в октябре 17-го очень боялись расплаты за то, что они делают. Это не мудрено.

Это же с твоей, революционера, точки зрения, революция — это благо, а с другой точки зрения — это бунт, да еще во время войны. Вопрос: почему восставшие боялись наказания, и, тем не менее, слушали не Временное правительство, а большевиков?

Да, каждый участник восстания этот страх испытывал, но погасило этот страх сознание того, что то, что восставшие делали, было ЗАКОННО!

Этот вывод может удивить: какое там юридическое образование имели эти восставшие, чтобы говорить о законности? Да никакого, но это им и помогало. Поскольку юристы цепляются за букву закона, а есть еще и дух законов, есть их принципы. А эти принципы говорят вещи, понятные каждому человеку, — в революционных изменениях™ прав, если проводить эти изменения тебе поручил народ.

Так вот, 25 октября 1917 г. большевики стали действующим от имени всего народа ЗАКОННЫМ правительством России, а Временное правительство стало полностью незаконным! И именно поэтому восставшие слушались большевиков, а «морковки» мира и земли — это было им в виде премии, в виде награды за то, что они поступают ПО ЗАКОНУ.

Об этом стоит говорить подробнее.

В феврале 1917-го власть в России перешла в руки либералов и близких к ним партий, образовавших орган власти — Временное правительство. Но Временное правительство не имело источником собственной власти ни народ, ни что-либо законное.

До Временного правительства законной властью в России был монарх, а его источником власти была традиция народа, т. е. согласие народа иметь монарха. Таким образом, источником власти царя был народ. И либералы тоже предприняли попытку сделать источником власти Временного правительства народ, но не прямо, а с помощью царя. Во всяком случае, их лидер Родзянко пытался убедить царя не просто отречься от престола, а передать свою власть Временному правительству.

Однако Николай II на это не пошел: от престола-то он отрекся, но передал власть не Временному правительству, а своему брату Михаилу. Либералы начали насиловать Михаила, но и от него власть получить не смогли; Михаил вообще не отрекся от царской власти, а зарезервировал ее. В манифесте он всего лишь написал:

«Тяжкое бремя возложено на Меня волею Брата Моего, передавшего мне Императорский Всероссийский Престол в годину беспримерной войны и волнений народных. Одушевленный единою со всем народом мыслью, что выше всего благо Родины Нашей, принял Я твердое решение в том лишь случае вое приять Верховную власть, если такова будет воля великого народа Нашего, которому надлежит всенародным голосованием, через представителей своих в Учредительном собрании, установить образ правления и новые основные Законы Государства Российского. Посему, призывая благословение Божие, прошу всех граждан Державы Российской подчиниться Временному Правительству, по почину Государственной Думы возникшему и облеченному всею полнотою власти, впредь до того, как созванное в возможно кратчайший срок, на основе всеобщего, прямого, равного и тайного голосования, Учредительное собрание своим решением об образе правления выразит волю народа».

Как видите, Михаил, оставаясь претендентом на законную власть, просто отложил свое отречение или восхождение на престол до решения народных представителей. Таким образом, и Михаил не наделял властью Временное правительство, которое возникло «по почину Государственной Думы». Но ведь современники видели, что Михаил в данном случае говорит неправду: Государственная Дума властью Временное правительство тоже не наделяла!

О Думе. Была в России на тот момент и так-сяк представительная власть — Государственная Дума. Незадолго до отречения от престола Николай II ее распустил, но ведь можно было оставить этот роспуск без внимания; депутатов Государственной Думы можно было собрать снова и с помощью Думы придать законность Временному правительству. Но либералы этого не сделали.

Наверное, у них были на то причины, но, надо думать, просто решили: раз Россия Временному правительству и так подчиняется, то что еще надо? А накануне октябрьского переворота, 25 октября по старому стилю, либералы вообще Думу распустили официально, так ни разу ее и не собрав. После чего остались даже без перспектив как-то узаконить свою власть до окончания выборов в Учредительное собрание. А с выборами в Учредительное собрание они демонстративно не спешили. (Эти выборы попыталось потом провести правительство большевиков, но не смогло это сделать в полном объеме.)

Презрение либералов к народу понятно, но в данном случае это была их большая ошибка.

Поскольку большевики и эсеры время не теряли, они не канючили себе у Временного правительства участия во власти, не лезли к нему во «встроенную оппозицию». Они начали готовить свой приход к власти, для чего не оружие начали запасать (хотя и не без этого), а начали проводить ВЫБОРЫ! Выборы в Советы. Большевики готовили себе законодательный ИСТОЧНИК ВЛАСТИ.

Не все у них шло гладко и не всегда получалось, но к 25 октября они собрали Съезд рабочих и солдатских депутатов — законодательный орган, имевший источником власти народ. (Через несколько дней к нему присоединился и Съезд крестьянских депутатов.) Этот законодатель в ночь на 25 октября назначил большевиков и левых эсеров правительством России, и после этого Временное правительство в Зимнем дворце стало мятежниками, сопротивлявшимися ЗАКОННОЙ ВЛАСТИ.

По своему политическому смыслу Октябрьская революция — это действительно революция, заменившая капитализм социализмом, но совершена эта революция не оружием солдат, матросов и людей свободных профессий. Совершена эта революцию оружием ВЫБОРОВ ЗАКОНОДАТЕЛЯ.

А то, что сделали в ночь на 25-е подчинившиеся Совету солдаты и матросы, — это подавление мятежа самозванцев — Временного правительства.

Еще пара интересных штрихов к «пролетарской революции».

В Учредительное собрание избиралось 800 депутатов, были избраны и приехали в Петроград 410, кворум был. Из них только 155 были левые эсеры и большевики, т. е. собрание было по большинству своих депутатов антибольшевистским. Как только Собрание отказалось принимать предложенную Лениным Декларацию прав трудящегося и эксплуатируемого народа, большевики и левые эсеры покинули Собрание и оно, полностью лишившись кворума, стало никем. Опять все по формальному закону.

О «революционности» пролетариата

Что лично меня удивляет, так это решимость вождей большевиков. Они ведь были мелкой партией среди десятков других, гораздо более крупных и авторитетных даже революционных, а не только буржуазных партий. Вожди большевиков не имели никакого (даже думского) опыта управления страной — того, что имели вожди крупных партий.

Такой вот пример. Даже марксистские конкуренты большевиков хотя и назывались меньшевиками, имели в среде рабочих и в обществе России гораздо больший вес и авторитет. Что касается их лидеров, то сам Ленин, уже находясь у власти, в интервью Горькому говорил о лидере меньшевиков Мартове: «Какая умница! Эх…», — сожалея о том, что они стали с Мартовым противниками.

Но и военное, и экономическое положение России на лето 1917 г. было настолько ужасным, что вожди крупных партий боялись власти, устрашившись той ответственности за результаты своего правления Россией, которая на них падет в этих ужасных условиях. На Первом Всероссийском съезде Советов рабочих и солдатских депутатов, который проходил в июне 1917 г., большевики, естественно, не были в большинстве, и по количеству делегатов (105) сильно уступали как левым и правым эсерам (285), так и меньшевикам (248). Соответственно, вожди эсеров и меньшевиков сочли благоразумным забыть о коммунизме и передать власть Временному правительству. Убеждая делегатов в необходимости этого, представитель меньшевиков Церетели заявил: «В настоящий момент в России нет политической партии, которая говорила бы: дайте в наши руки власть, уйдите, мы займём ваше место». В ответ на это Ленин с места заявил: «Есть. Есть такая партия!»

Думаю, что такая решимость, помимо фанатичного желания учредить общество справедливости, объясняется, с одной стороны, государственной неопытностью Ленина и непониманием того, что именно вождям большевиков предстоит во главе России. С другой стороны, большевиков грела вера в то, что Марксов закон смены формаций — это действительно объективная реальность, и социалистические революции вот-вот пройдут в Англии, США, Германии и Франции — наиболее развитых индустриальных странах, а это снимет с большевиков множество проблем. И в этой, пусть и не вполне обдуманной решимости и есть их величие. «Безумству храбрых поем мы песню!».

Итак, воодушевленные учением Маркса коммунисты России — большевики — совместно с левыми эсерами осмелились заявить единственному имевшемуся на тот момент законодателю России — Второму Всероссийскому Съезду рабочих и солдатских депутатов, что они готовы стать правительством России. А этот законодатель действительно взял и назначил их правительством. Ну а далее большевики начали подавлять мятежи против себя незаконных объединений, начиная от Временного правительства, кончая Врангелем. Это революция?

Долгое время сами большевики не решались ее так назвать и называли революцией неизмеримо более кровавый (только полицейских было убито почти полторы тысячи человек) захват у царя власти Временным правительством в феврале 1917 г. Кстати, этот день был официальным праздником у большевиков. А свой приход к власти большевики революцией называть стеснялись и долгое время называли проще — переворотом.

Повторю: пролетариат в этом перевороте не засветился не только в качестве движущей силы революции, но даже в качестве массовки.

Надо же понимать рабочего. На мало-мальски крупном предприятии рабочий находится в цепочке технологического процесса, причем чем более развиты производительные силы, тем глубже он в этой цепочке. Он не только не продает готовый продукт своего предприятия, он часто его и не видит, уж в любом случае не способен вычислить свою долю в прибавочной стоимости, получаемой после реализации готового изделия, и решить, ворует ее у него владелец средств производства или нет. Рабочему глубоко наплевать, кому принадлежит его станок, кому принадлежит все предприятие: права торговать ими он все равно не имеет, да и не стремится к этому. Но он понимает, что, получив в собственность тот же станок, он обязан будет думать о его текущем и капитальном ремонтах, а после полного износа — о замене этого станка на современный. Оно рабочему надо? Не стремится рабочий и к руководству предприятием, понимая, что это ему не по уму. Рабочему важна зарплата, ее уровень. А от кого он будет зарплату получать — от чиновника или хозяина — какая ему разница?

Массовкой «пролетарской революции» в России, как позже в Китае, были крестьяне. А ведь, по Марксу, крестьяне — это мелкая буржуазия, владеющая таким средством производства, как земля. И мелкая буржуазия, по Марксу, обязана сопротивляться пролетарской революции, уничтожающей собственность на средства производства, в том числе на землю самих крестьян.

Но именно эта «мелкобуржуазная» крестьянская массовка, воодушевленная мыслью о земле себе и своим детям, была массовкой большевиков, а затем выиграла и гражданскую войну в России. Причем эти «мелкие буржуа», вместо того чтобы требовать землю (средство производства) в свою собственность, требовали и свою землю сделать общественной собственностью.

А рабочие?

В день открытия Учредительного собрания антибольшевистские и антиэсеровские силы устроили демонстрацию в его поддержку и против Советов. Большевики эту демонстрацию расстреляли и разогнали, убив 21 человека и сотни ранив. Но!

Максим Горький возмущался этим расстрелом потому, что «в манифестации принимали участие рабочие Обуховского, Патронного и других заводов, что под красными знаменами Российской с.-д. партии к Таврическому дворцу шли рабочие Василеостровского, Выборгского и других районов». Именно этих рабочих расстреливали вожди пролетариата, поскольку в тот момент не имели на рабочих влияния и не смогли отговорить от участия в демонстрации. А поручили они расстрел латышским стрелкам и лейб-гвардии Литовскому полку.

В Гражданской войне пролетариат массово воевал и на стороне противников коммунистов; скажем, только Пермь дала Колчаку дивизию из рабочих.

И дальше не лучше. Единственный мятеж в тылу Красной армии во время Великой Отечественной войны затеяли не голодные крестьяне СССР, его затеял рабочий класс. Бунтовал пролетариат в 1941 г. против эвакуации оборудования в тыл ввиду наступающих фашистов. Бунтовал потому, что собирался работать на немцев, а без оборудования работа на фашистов не получится. И бунтовала гордость рабочего класса России — иваново-вознесенские ткачи. Пришлось вернуть оборудование в цеха, провести аресты заводил, кое-кого шлепнуть, чтобы пролетариат вспомнил, что он «передовой».

Обязательное оружие вождей

Да, большевики верили в Маркса, но они были народные вожди, а народный вождь не может не переживать за народ, который ему доверился, а этот народ приходится посылать на смертельные дела, и народ в этих делах гибнет. Поэтому все, что может уменьшить потери своего народа, для вождя годится и является правильным. Любые союзники годятся, если это уменьшает потери доверившегося народа.

Дезертиры? Годятся и дезертиры!

Есть возможность поднять на революцию крестьян (мелкую буржуазию, по Марксу и Ленину)? Поднимаем!

У большевиков совершенно нет программы для крестьян? Без разговоров берем Закон о земле, разработанный эсерами!

Есть возможность предотвратить разгорание гражданской войны, пригласив в правительство Корнилова и Деникина? Приглашаем!

Анархист Махно, вообще отрицающий государство, а вместе с ним и большевистское правительство, начал драться с немцами и белыми? Ему орден Красного Знамени № 2!

Для большевиков в каждый момент истории не существовало никакой «чистоты идеологии», тем более, Марксовой. Задача — делать то, что требует момент, то, что нужно народу; идеология — потом.

Мудрость видна и в том, как использовали большевики любую возможность. Ведь если бы либералы позаботились о том, чтобы придать хоть какую-то законность Временному правительству, победа большевиков была бы невозможна. Если бы большевики опирались на пресловутый пролетариат, о них уже через год никто бы не вспоминал. Большевики дураками не были; они что любые сложные дела делаются этапами, понимали, что ради сегодняшней цели полезно на время замолчать о конечной цели, что без сегодняшней цели никогда не будет и конечной.

К примеру, большевик Сталин в ходе последовавшей Второй мировой войны это понимал. «Было бы смешно отрицать разницу в идеологии и в общественном строе государств, входящих в состав англо-советско-американской коалиции. Но исключает ли это обстоятельство возможность и целесообразность совместных действий?.. Безусловно, не исключает. Более того, создавшаяся угроза повелительно диктует членам коалиции необходимость совместных действий для того, чтобы избавить человечество от возврата к дикости и к средневековым зверствам.

Логика вещей сильнее всякой иной логики».

Современным мудрецам-политологам подвиг понимания логики вещей не по силам. Они видят только разницу в идеологии.

А вы оцените вот эту реакцию на приведенную выше мысль Сталина: «Думали ли вы тогда, что эти лорды будут вашими союзниками и друзьями, что с толстыми банкирами Нью-Йорка и Лондона вы будете бороться плечом к плечу. Думали ли, что вы, трудящиеся Советского Союза, вы, первые свалившие своих капиталистов, помещиков и буржуев, будете проливать свою кровь за интересы и барыши международных капиталистических фирм!»

Или: «Черчилль был более спокоен и уверен в завтрашнем дне (а это было еще год тому назад), он так отозвался о большевизме: “Большевизм — не политика, это болезнь. Это не мировоззрение, а эпидемия”.

О своем сегодняшнем друге Сталине он говорил еще определеннее: “Сталин и его приспешники — коммунистический преступный мир, по своему развитию ниже, чем дикие звери”.

Лорд Черчилль, конечно, и сегодня не переменил своего мнения, но… не все ли ему равно, кто его защищает, дикие звери, так дикие звери. Главное, чтобы Англия сохранила свою империю, рабовладельческие плантации в колониях и капиталы. Тем более что она, Англия, за последние полтораста лет уже привыкла обороняться до последней капли крови… русского солдата. Так что Черчилля можно понять, а вот Сталина?»

Вы полагаете, что это критиковал Сталина какой-то марксист? Нет, это тексты гитлеровских листовок, сбрасываемых немцами в 1941 г. на наши войска. Но от этой пропаганды спасала уже мудрость народа.

Практика марксизма

Марксисты тем, что большевики осмелились взять власть вопреки учению Маркса, были предельно возмущены. Один из наиболее авторитетных меньшевиков, Аксельрод, даже в 1920 г. злобно писал Мартову об изменивших марксизму большевиках:

«…И все это проделывалось под флагом марксизма, которому они уже до революции изменяли на каждом шагу. Самой главной для всего интернационального пролетариата изменой их собственному знамени является сама большевистская диктатура для водворения коммунизма в экономически отсталой России в то время, когда в экономически наиболее развитых странах еще царит капитализм. Вам мне незачем напоминать, что с первого дня своего появления на русской почве марксизм начал борьбу со всеми русскими разновидностями утопического социализма, провозглашавшими Россию страной, исторически призванной перескочить от крепостничества и полупримитивного капитализма прямо в царство социализма. И в этой борьбе Ленин и его литературные сподвижники активно участвовали. Совершая октябрьский переворот, они поэтому совершили принципиальную измену и предприняли преступную геростратовскую авантюру, с которой их террористический режим и все другие преступления неразрывно связаны, как следствие с причиной.

Большевизм зачат в преступлении, и весь его рост отмечен преступлениями против социал-демократии. Не из полемического задора, а из глубокого убеждения я характеризовал 10 лет тому назад ленинскую компанию прямо, как шайку черносотенцев и уголовных преступников внутри социал-демократии… А мы противники большевиков именно потому, что всецело преданы интересам пролетариата, отстаиваем его и честь его международного знамени против азиатчины, прикрывающейся этим знаменем… В борьбе с этой властью мы имеем право прибегать к таким же средствам, какие мы считали целесообразными в борьбе с царским режимом…

Тот факт, что законность или необходимость этого крепостнического режима мотивируется, хотя бы и искренно, соображениями революционно-социалистическими или коммунистическими, не ослабляет, а усугубляет необходимость войны против него не на жизнь, а на смерть, — ради жизненных интересов не только русского народа, но международного социализма и международного пролетариата, а быть может, даже всемирной цивилизации…

Где же выход из тупика? Ответом на этот вопрос и явилась мысль об организации интернациональной социалистической интервенции против большевистской политики… и в пользу восстановления политических завоеваний февральско-мартовской революции».

Как видите, по мнению ортодоксального марксиста, большевиков надо раздавить военной силой за измену учению Маркса.

Сами большевики, тоже до взятия власти истинные правоверные марксисты, получив власть, были ошарашены. Герберт Уэллс фиксировал:

«… Большевистское правительство — самое смелое и в то же время самое неопытное из всех правительств мира. В некоторых отношениях оно поразительно неумело и во многих вопросах совершенно несведуще. Оно исполнено нелепых подозрений насчет дьявольских хитростей “капитализма” и незримых интриг реакции; временами оно начинает испытывать страх и совершает жестокости. Но по существу своему оно честно. В наше время это самое бесхитростное правительство в мире.

О его простодушии свидетельствует вопрос, который мне постоянно задавали в России: “Когда произойдет социальная революция в Англии?”. Меня спрашивали об этом Ленин, руководитель Северной коммуны Зиновьев, Зорин и многие другие. Дело в том, что, согласно учению Маркса, социальная революция должна была в первую очередь произойти не в России, и это смущает всех большевиков, знакомых с теорией. По Марксу, социальная революция должна была сначала произойти в странах с наиболее старой и развитой промышленностью, где сложился многочисленный, в основном лишенный собственности и работающий по найму рабочий класс (пролетариат). Революция должна была начаться в Англии, охватить Францию и Германию, затем пришел бы черед Америки и т. д. Вместо этого коммунизм оказался у власти в России, где на фабриках и заводах работают крестьяне, тесно связанные с деревней, и где по существу вообще нет особого рабочего класса — “пролетариата ”, который мог бы “соединиться с пролетариями всего мира”. Я ясно видел, что многие большевики, с которыми я беседовал, начинают с ужасом понимать: то, что в действительности произошло, — вовсе не обещанная Марксом социальная революция, и речь идет не столько о том, что они захватили государственную власть, сколько о том, что они оказались на борту брошенного корабля… Они отчаянно цепляются за свою веру в то, что в Англии сотни тысяч убежденных коммунистов, целиком принимающих марксистское евангелие, — сплоченный пролетариат — не сегодня-завтра захватят государственную власть и провозгласят Английскую Советскую Республику. После трех лет ожидания они все еще упрямо верят в это, но эта вера начинает ослабевать. Одно из самых забавных проявлений этого своеобразного образа мыслей — частые нагоняи, которые получает из Москвы по радио рабочее движение Запада за то, что оно ведет себя не так, как предсказал Маркс. Ему следует быть красным, а оно — только желтое».

Потом, славя Маркса и плюнув на его теорию, победили марксисты Китая, Кореи, Вьетнама, наконец, Кубы.

Единственный случай в истории, когда все произошло точно в соответствии с марксизмом, — это революция нацистов Гитлера в Германии. И заявили нацисты так, как и хотел Маркс, что большевизм — это коммунизм для всех, а нацизм — это коммунизм для немцев (арийцев). И произошла революция в Германии — стране с развитой промышленностью, в которой сложился многочисленный, лишенный собственности и работающий по найму пролетариат, как это и вычислил Маркс по своей теории. И этот пролетариат был массовкой нацистской революции, как на него и надеялся Маркс. И окончательно победить нацисты не смогли из-за враждебного окружения, как и боялся Маркс. И славянский СССР был во главе душителей Марксово-гитлеровского детища, как и предупреждал Маркс.

Но и гитлеровскую революцию Маркс в свою копилку не внесет, поскольку нацисты оказались расистами, почище Маркса и признавать его отцом-теоретиком своей революции категорически отказались.

Марксов коммунизм в СССР

С. Г. Кара-Мурза в книге «Маркс против русской революции» обратил внимание на то, кому Маркс собрался передать отобранные у капиталистов предприятия.

«Как же видел Маркс преодоление капиталистического способа производства, — спрашивает С. Г. Кара-Мурза, — если, по выражению Энгельса, не может быть “такого случая, чтобы из первоначального частного владения развивалась в качестве вторичного явления общность’’?

На этот вопрос Маркс отвечает в “Капитале” таким образом: “Бьет час капиталистической частной собственности. Экспроприаторов экспроприируют.

Капиталистический способ присвоения, вытекающий из капиталистического способа производства, а следовательно, и капиталистическая частная собственность, есть первое отрицание индивидуальной частной собственности, основанной на собственном труде. Но капиталистическое производство порождает с необходимостью естественного процесса свое собственное отрицание. Это — отрицание отрицания. Оно восстанавливает не частную собственность, а индивидуальную собственность на основе достижений капиталистической эры: на основе кооперации и общего владения землей и произведенными самим трудом средствами производства… Там дело заключалось в экспроприации народной массы немногими узурпаторами, здесь народной массе предстоит экспроприировать немногих узурпаторов” [100, с. 772–773] (выделено мной. — С. K-M)».

Прерву Сергея Георгиевича. Обратите внимание, что, по здравому смыслу, отобранное у капиталистов полагалось бы передать обществу, поскольку управлять предприятием можно только нанятыми обществом управляющими. Но Маркс и Энгельс от этого отказываются и требуют предать индивидуально каждому его долю, т. е. поделить отобранное между всеми. Почему? А отдать обществу им не дает их метод — «исторический материализм» и философия Гегеля. Иначе не получается у них отрицание отрицания. Это пример применения философской зауми болтунами.

С. Г. Кара-Мурза информирует дальше:

«В тот момент это положение “Капитала” наверняка вызвало недоумение. Почему надо восстанавливать “индивидуальную собственность на основе достижений капиталистической эры”? Почему не строить сразу общенародную собственность на основе общинной культуры и достижений некапиталистической индустриализации? Разве это значит “повернуть назад колесо истории”? Это настолько не вязалось со здравым смыслом и культурой русских рабочих и крестьян, что в комментариях к приведенному положению Маркса в канонической книге советской политэкономии цитата Маркса прерывается, а далее своими словами говорится: “На смену капиталистической собственности идет общественная собственность” [165, с. 285]. Советскому официальному обществоведению пришлось радикально подправить Маркса, сказав вместо слов “индивидуальная собственность” слова “общественная собственность”.

Но так можно было обмануть лишь советских людей, которые жили себе, не вчитываясь в Маркса. А элита, советская и западная, которая считала своей миссией “делать жизнь по Марксу”, вчитывалась в его труды. Философ Г. Маркузе, который сильно повлиял на мировоззрение “новых левых”, подчеркивал как одно из важнейших положений Маркса: “Крайне важно отметить, что отмену частной собственности Маркс рассматривал только как средство для упразднения отчуждения труда, а не как самоцель… Если они [обобществленные средства] не будут использованы для развития и удовлетворения потребностей свободного индивида, они просто перерастут в новую форму подчинения индивидов гипостазированному всеобщему. Отмена частной собственности только в том случае знаменует формирование новой социальной системы, когда хозяевами обобществленных средств становятся свободные индивиды, а не общество».

И С. Г. Кара-Мурза делает неожиданный вывод: «Итак, не национализация и не восстановление общины, а индивидуальная собственность — что-то вроде “ваучерной приватизации” по Чубайсу».

Действительно, давайте присмотримся — а что, собственно, сделал Чубайс со товарищи? Он отнял собственность на средства производства у общества и передал их в виде ваучеров индивидуальным собственникам; сделал строго то, что и требовали сделать еще в 1917 г. Маркс и Энгельс, сделал то, о чем большевики даже объявить стеснялись. Получается, что А. Чубайс у нас лучший марксист всех времен и народов.

Маркс ведь принципиально не давал проект своего коммунизма, а проекты коммунизмов разных там сен-симонов, фурье, оуэнов, с их стремлением к справедливости объявил не просто антинаучными, а и идущими против вычисленного Марксом исторического процесса. Напомню «Манифест»: «Значение критически-утопического социализма и коммунизма стоит в обратном отношении к историческому развитию». И «грамотные марксисты», по примеру своего гуру, проект коммунизма за 70 лет не удосужились разработать: ждали, когда коммунизм к ним сам придет. Вот он и пришел, встречайте!

По Марксу, главное для наступления коммунизма — чтобы производительные силы развивались, а собственность была в индивидуальных руках марксистов. С 1917 г. собственность на средства производства в руках марксистов, да и сейчас она у них или их деток. Чубайс просто выполнил требования марксизма. Производительность труда с 1917 г. развивалась стремительными темпами, классы капиталистов и пролетариата, как учил Маркс, исчезли. Правда, появились бесклассовые воры и гастарбайтеры, ну так Маркс вам насчет их отсутствия ничего не обещал.

Сегодня все работают по способностям, кто хочет, вообще не работает. Получают по потребности. Правда, по-разному получают, ну так Маркс вам и уравниловку тоже не обещал.

Государства, как средства насилия над людьми, нет, поскольку назвать государством то, что есть, даже у капиталистов язык не поворачивается, и капиталисты из этого «государства» бегут, как могут. Да, конечно, насилие есть, его много, но ведь это насилие осуществляют уголовники и судьи, назначенные судьями не народом, а теми же марксистами и уголовниками. Ну и что тут такого? Маркс вам отсутствие уголовников при коммунизме не обещал!

Денег, как эквивалента товаров, тоже нет. Есть некие фантики, не обеспечиваемые реальными ценностями; эти фантики печатают на местах в строгом соответствии с теми фантиками, которые печатает в США группа частных лиц, не несущих за эти фантики никакой ответственности. С помощью этих фантиков идет продуктообмен — все по гениальному экономисту Марксу. Ведь его схема «товар — деньги — товар» предусматривает деньги, а если их нет, то это «простой продуктообмен» — «продукт — фантик — продукт».

Сексуальная свобода полная — даже от пидарасов уже житья нет.

Вы что, «грамотные марксисты», своих не узнаете? Это же и есть ваш Марксов коммунизм в реальности.

Вам с Марксом разработать проект коммунизма было некогда, ну так получите коммунизм без проекта — такой, как гениальный Маркс и предсказал на основе своей гениальной науки.

Короче, жизнь (практика, по Марксу) поиздевалась над марксизмом не по-детски!

И наконец, стоит остановиться: на вопросе о революционерах, поскольку естественен вопрос — если нет революционных классов, то кто тогда делает революцию?

Революционеры

Но вы же сами посмотрите: те, кто делал революции, хорошо известны. По происхождению это мог быть и капиталист, как Энгельс, и князь, как Кропоткин, и зять свергаемого диктатора, как Фидель Кастро, и разуверившийся в боге семинарист, как Сталин, и, как писал Уэллс, легион интеллигентов. А по своей человеческой сути это были, во-первых, идеалисты — люди, посвятившие себя служению идее справедливости.

В речи «История меня оправдает» Фидель Кастро рассказал: «Мы собрали свои средства лишь благодаря беспримерным лишениям. Например, юноша Элпидио Соса продал свою должность и однажды явился ко мне с 300 песо, как он сказал, “для нашего дела ”. Фернандо Ченард продал аппаратуру из своей фотостудии, в которой он зарабатывал себе на жизнь. Педро Марреро отдал на подготовку восстания свое жалованье в течение многих месяцев, и пришлось строго ему приказать, чтобы он не продал также свою мебель. Оскар Алькальде продал свою лабораторию фармацевтических товаров. Хесус Монтане отдал деньги, которые он копил более пяти лет. Так поступили многие другие, отказываясь от того немногого, что имели».

Во-вторых, к идеалистам примыкали авантюристы, надеющиеся увеличить своих доходы и собственную значимость при победе революции. И в-третьих, когда исход революции решался в пользу последней, то в революционеры набегала и масса карьеристов, в надежде сделать карьеру при новом строе.

С точки зрения образованности, последние две категории часто были людьми с «верхним» образованием и вызванными наличием дипломов непомерными амбициями, но с уровнем умственного развития, не дающим реализовать эти амбиции при существующем строе.

В качестве массовки революции всегда выступала часть народа, которая видела выгоду от будущих изменений и члены которой были готовы на затраты собственных сил во имя этих изменений. И в 1917 г. у большевиков массовкой были солдаты и матросы, видевшие выгоду от обещанного большевиками прекращения войны, а в дальнейшем и крестьяне, видевшие выгоды от национализации земли. (Кстати, реальному земледельцу земля в частную собственность и даром не нужна — ему нужен урожай с этой земли, а чья она, для него не имеет значения.)

Поскольку в революции эта массовка является определяющим фактором, без которой революция немыслима, то необходимо остановиться на ключевом вопросе выгоды масс — что такое выгода?

Выгода — это когда затраты твоих сил меньше полученных ценностей. Соответственно, чем больше предполагаемые ценности, тем на большие затраты сил массовки можно рассчитывать.

Для пошедших на риск большевистских призывов солдат и матросов ценностью была их собственная жизнь, которую им реально было потерять на фронтах мировой войны, если бы она продолжилась. Ценностью пошедших за большевиками крестьян, было отсутствие грабежа получаемого ими урожая владельцами земли, причем отсутствие этого грабежа не только для самих крестьян, но и для их детей. Тогда эти ценности были реальны, причем идущие в Красную армию крестьяне чувствовали себя идущими «пострадать за мир», и в глазах односельчан таковыми и были.

На этом я главу и закончу.

* * *

Так, что же в сухом остатке?

Коммунизм — это действительно будущее мира, да вот только глупо ждать, что к нему приведут марксизм и те как бы коммунисты, которые его исповедуют.

Глава 3

Будущее без разочарований

Формулы коммунизма

Но я обвинил Маркса в том, что он умышленно не разрабатывал проект коммунизма, поэтому, чтобы не уподобляться Марксу, я дам свой проект, но сначала оговорим принципы.

Как выглядит Марксов коммунизм?

Лежит корова на обобществленном лугу, а вокруг нее много-много вкусной травки — по потребности. Жует травку и радуется. Потом встанет и перейдет (по способностям) на еще не обожранное место. И снова ляжет, жует и кейфует.

Какое счастье!

Так вот, меня это Марксово счастье не впечатляет.

Но это не все, что меня не впечатляет.

Конечно, если нет ума, выдумать новое слово, в корнях которого можно было бы увидеть и смысл понятия, которое это слово должно описывать, то тогда и старому понятию можно придать новое значение. Так вот, коммунизм имеет корнем понятие «коммуна», «община», т. е. это общинный строй — строй, при котором власть принадлежит общине, коммуне, т. е. всем людям, вне зависимости от того, к какому классу их относят умники.

А как реально был организован Марксов коммунизм там, где он был у власти?

Вся власть в нем принадлежит неким людям, ОБЪЯВИВШИМ СЕБЯ коммунистами. Это мог быть и человек, неспособный своим трудом обеспечить себе средства к существованию, как, скажем, сам Маркс, и владелец фабрики, как Энгельс; короче, любой человек. Я прожил при власти марксистов более 40 лет и насмотрелся на них.

Да, к Марксовым «коммунистам» предъявлялись требования, во-первых, беспрекословно слушаться вождей «коммунистов». Во-вторых, беспрекословно слушаться вождей «коммунистов». В-третьих, беспрекословно слушаться вождей «коммунистов». Затем, платить членские взносы, ходить на собрания, выписывать газету «Правда» и не попадаться на подлости, скажем на крупном воровстве. Идеальные требования к тем, кто ленится жить своим умом.

Требования к вождям «коммунистов» тоже нельзя назвать сложными; помимо уже указанных требований, нужно было славить Маркса, Ленина и самих себя (одно время славить Сталина, потом поливать его грязью) и иметь в кабинете собрание сочинений Маркса и Ленина (желательно с закладками).

Как вы поняли, я не очень ценю умственные способности марксистов, но, на мой взгляд, даже им должно быть понятно, что при таких условиях легче всего стать вождем «коммунистов» мерзавцу, поскольку именно мерзавцу легче всего скрыть истинные убеждения и объявить о тех убеждениях, которые дают материальную выгоду.

Власть, основанная на власти не всей общины, а на власти лишь части общины (партии), неумолимо трансформируется во власть мерзавцев. Мы этих мерзавцев в СССР видели, видим их и сегодня. Но эту власть коммунистической назвать нельзя, да и либеральной тоже это не коммунизм и не либерализм, это мерзавизм.

Я буду все же придерживаться первоначального значения понятия «коммунистический». Коммунистическая власть — это не подчинение вождям, а ПОДЧИНЕНИЕ ВОЖДЕЙ ИНТЕРЕСАМ ВСЕГО НАРОДА, всей общины, всей коммуны.

Ну и если конструировать общество для людей, а не стада животных, то надо начинать с того, что присмотреться к человеку как таковому. Чем человек отличается от животного?

Тем, что, в отличие от животного, способность человека к творчеству безусловна. А творчество — это способность оценить исходные данные и найти свое собственное решение выдвигаемых жизнью задач.

И в данном случае надо верить людям, реализовавшим себя в творчестве, что счастье от творческих побед намного превышает то счастье, которое можно получить от реализации животных потребностей. Однако беда в том, что люди, не творившие и считающие творчеством только повторение чьих-то «мудростей», не испытывали такого счастья и неспособны поверить в его наличие. В этом трудность.

Таким образом, если проектировать общество для людей и иметь целью их счастье, то целью этого общества должна быть безграничная свобода в реализации человеком своего творческого начала. Это и есть формула коммунизма: КАЖДОМУ МАКСИМАЛЬНЫЕ ВОЗМОЖНОСТИ В РЕАЛИЗАЦИИ СВОЕГО ТВОРЧЕСКОГО ПОТЕНЦИАЛА.

А как же барахло? — спросят меня. При реализации указанной формулы при коммунизме барахло потеряет актуальность. Во-первых, потребность в нем упадет; во-вторых, с развитием творческих способностей производство любого барахла и в любом количестве, не составит никаких трудностей. Поэтому если материалисты сильно заволнуются и будут спрашивать, как обстоит дело с 200 сортами колбасы и прочим барахлом при коммунизме, их надо успокаивать: «При коммунизме у вас все будет по потребности, вашей главной проблемой будет — не подавиться».

Итак, у настоящего коммунизма получаются две формулы. Одна для немедленного применения — «Подчинение государственной власти интересам всего народа», вторая — это конечная цель общества: «Каждому максимальные возможности в реализации своего творческого потенциала».

Ты хозяин России

Понятно, что реализация формулы «Каждому максимальные возможности для реализации своего творческого потенциала» отодвигается в то далеко, когда созреет поколение, способное иметь счастье от творчества. Поэтом сегодня можно и нужно вести разговор только о том, как начать движение к коммунизму — как подчинить вождей интересам всего народа — всей общины, всей коммуны; как создать органы государственного управления Россией, чтобы они подчинялись всему народу.

Давайте подумаем, для этого посмотрим на нынешнюю власть России.

Можно увидеть, что члены избранной нами высшей власти в России и их приспешники творят во власти что угодно, но никак за это не отвечают, никак не наказываются за вред, нанесенный нам, народу. Но если их никак не наказывают, то почему бы им не быть ворами или тупыми бездельниками? Ведь вора делает вором случай, а безответственная власть это просто рай для воров. Ну в какой еще области человеческой деятельности такое может быть?!

Вот вы садитесь в автобус, платите водителю деньги, а он обещает довести вас в целости и сохранности до места назначения. А если он, даже по ошибке, не говоря уже о разгильдяйстве, вызовет аварию и вы пострадаете в ней, то разве водитель просто помашет вам ручкой и скажет: «Вы тут кровью истекайте, а я пошел на заслуженный выходной»? Нет, если его сразу не прибьют разгневанные пассажиры, то отдадут под суд, где 12 простых граждан, присяжных заседателей, решат, виновен он или нет. Разве это несправедливо?

А теперь смотрите прямую аналогию: что происходит с президентом и членами Федерального собрания, взявшими у вас налогами деньги и обещавшие довезти вас в светлое будущее? А они уже чуть ли не 20 лет машут нам всем ручкой и говорят: «Вы, лохи, голосовавшие за нас, тут в России кувыркайтесь, а мы поехали в Куршавель отдыхать с наворованными миллионами». Неужели так и должно быть?

Нет, конечно, есть простой и абсолютно законный путь расставить все по своим местам и указать власти, кто в России хозяин.

По нынешней Конституции (и по любой другой в будущем) сувереном (высшей властью) является народ, а депутаты и президент — только слуги народа, которым властвовать разрешено народом и от имени народа. Причем народ и без них может принять какой угодно, нужный народу закон, проголосовав за него на референдуме.

Но если народ — это хозяин, а депутаты и президент — слуги народа, то у народа (у каждого избирателя, а не только у 12, как в судах) есть право и обязанность перед своими детьми судить своих слуг, поощряя хороших и наказывая нерадивых. И делать это, чтобы и самому жить достойно, и своим детям оставить достойное государство. У народа есть право хозяина! И если вы это осознаете, то вы уже коммунист, а если еще и снимете шоры с глаз и подумаете, то увидите, что реально осуществить это свое право очень просто!

Нужен закон, по которому на каждых выборах каждый избиратель кроме бюллетеня с новым составом власти получил проект вердикта старому, сменяемому составу власти, в котором будет три строчки: «Достойна поощрения», «Достойна наказания» и «Без последствий». Если большинство избирателей решат отпустить старый состав власти без последствий, то власть оставит свои полномочия как сейчас — без последствий для себя. Если большинство избирателей решат поощрить власть, то президент или каждый член Федерального собрания станет Героем России. А если избиратели решат «Достойна наказания», то президент или каждый член Федерального собрания сядет в тюрьму на срок своего пребывания у власти. Причем судить власть каждый избиратель будет исключительно из собственного убеждения в ее вине и заслугах. И никто ему не будет указом в этом его вердикте хозяина своим слугам.

Каждый гражданин России получит реальный кнут и пряник для власти, и этими кнутом и пряником заставит президента и каждого депутата служить себе, а не их счетам в заграничных банках.

Что в этом законе сложного и что в этом законе непонятного? Правда, нужен не только сам закон, но и пара поправок к Конституции, которые народ России вправе внести на референдум. Проект вопросов референдума выглядит так:

В ст. 93 Конституции Российской Федерации включить пункт:

«4. Президент избирается населением, на него возлагаются обязанности и даются права и полномочия с единственной целью — своими действиями организовать население (ныне живущих дееспособных граждан) на защиту народа (населения и будущих поколений) от духовного и материального ухудшения жизни.

За хорошую организацию защиты народа Российской Федерации Президент награждается, за плохую — наказывается в соответствии с Федеральным конституционным законом «Об оценке Президента и членов Федерального собрания Российской Федерации народом России».

Необходимость награждения или наказания Президента определяется оценкой избирателей в ходе свободных выборов. Оценка избирателей не может быть отменена или изменена иначе чем всенародным волеизъявлением».

В ст. 109 Конституции Российской Федерации включить пункт:

«6. Федеральное собрание избирается населением, на него возлагаются обязанности и даются права и полномочия с единственной целью — своими законами организовать население (ныне живущих дееспособных граждан) на защиту народа (населения и будущих поколений) от духовного и материального ухудшения жизни.

За хорошую организацию защиты народа Российской Федерации члены Федерального собрания награждаются, за плохую — наказываются в соответствии с Федеральным конституционным законом «Об оценке Президента и членов Федерального собрания Российской Федерации народом России».

Необходимость награждения или наказания членов Федерального собрания определяется оценкой избирателей в ходе свободных выборов. Оценка избирателей не может быть отменена или изменена иначе чем всенародным волеизъявлением».

ЗАКОН

«Об оценке Президента и членов Федерального собрания Российской Федерации народом России»

1. Цель Закона

Статья 1. Целью Закона является предоставление народу Российской Федерации возможности поощрить и наказать Президента и членов Федерального собрания и тем поощрить добросовестных и заставить нерадивых исполнять свой долг по обеспечению конституционной защиты народа в соответствии со ст. 94.4 и 109.6 Конституции РФ.

2. Награждение и наказание

Статья 2, Улучшение жизни народа является основанием для награждения Президента и членов Федерального собрания, ухудшение жизни народа без веских причин — основанием для их наказания.

3. Награждаемые и наказываемые

Статья 3, По данному Закону (статья 2) Президент и члены Федерального собрания РФ признаются заслуживающими награждения или наказания в зависимости от результатов своей работы.

4. Признание необходимости награждения или наказания

Статья 4, Необходимость награждения или наказания Президента и членов Федерального собрания признается оценкой избирателей на свободных выборах.

Статья 5, Оценка народом Президента проводится в момент выборов нового Президента. Оценка народом членов Федерального собрания проводится в момент выборов новой Государственной думы.

Статья 6, В момент выборов каждый избиратель, пришедший на избирательный участок, вместе с избирательным бюллетенем получает проект оценки сменяемому Президенту (членам Федерального собрания). В проекте три варианта решения: «Достоин благодарности», «Заслуживает наказания» и «Без последствий». В ходе тайного голосования избиратель выбирает вариант своего решения.

Каждый избиратель дает оценку сменяемым лицам на основе только своего собственного убеждения относительно вины и заслуг Президента и членов Федерального собрания.

Статья 7. Если более половины зарегистрированных избирателей решат «Достоин благодарности», то Президент и все члены Федерального собрания, не имеющие отсроченных наказаний по этому Закону, подлежат награждению званием «Герой России».

Если более половины зарегистрированных избирателей решат «Заслуживает наказания», то Президент и члены Федерального собрания подлежат наказанию в виде тюремного заключения на срок, равный сроку пребывания в должности с момента последних выборов Президента (Государственной думы).

В остальных случаях решение народа считается одобрительным без отличия («Без последствий»).

Статья 8, Если оценка народа во время свободных выборов Президента или депутатов Государственной думы не проводилась, то Президент и все члены Федерального собрания считаются уклоняющимися от получения народного вердикта, признаются заслуживающими наказания и подлежат наказанию по данному Закону. Полномочия их прекращаются немедленно.

Статья 9, Наказание или награждение по статье 7 осуществляется после сложения Президентом или членами Федерального собрания своих полномочий.

5. Наказание и поощрение

Статья 10, Президент и члены Федерального собрания, подлежащие награждению по данному Закону, становятся Героями России со всеми правами и льготами, дающимися этим званием.

Статья 11. Президент и члены Федерального собрания, подлежащие наказанию по настоящему Закону, в течение двух недель после сложения своих полномочий арестовываются органами МВД и помещаются в места заключения на срок, равный их фактическому сроку пребывания в должности.

Статья 12, Наложение наказания может быть:

— отсрочено, если Президент или депутат Государственной думы вновь избран, а у члена Совета Федерации не истекли полномочия в регионе;

— отменено, если Президент или член Федерального собрания с отсроченным наказанием при новой оценке избирателей получит вердикт «Достоин благодарности»;

— сокращено наполовину, если Президент или член Федерального собрания с отсроченным наказанием получит вердикт «Без последствий».

Наказания по оценкам избирателей суммируются.

Статья 13. Президент и члены Федерального собрания, которые получили оценку «Без последствий» и не имеют отсроченных наказаний, покидают свои должности без последствий для себя.

6. Время действия Закона

Статья 14, Референдумом по вновь открывшимся обстоятельствам бывший Президент и члены Федерального собрания предыдущих созывов могут быть снова представлены на оценку народа и после получения новой оценки либо наказаны, либо награждены.

7. Незыблемость Закона

Статья 15, Данный Закон принимается на референдуме и не может быть впоследствии изменен или отменен иначе чем всенародным волеизъявлением.

8. Неотвратимость действия Закона

Положения последней главы будут уточнены при проведении собраниями региональных подгрупп согласно статье 15.7.1 Федерального конституционного закона от 28 июня 2004 г. № 5-ФКЗ «О референдуме Российской Федерации», да и все вопросы референдума будет уточнены при проведении собраний региональных подгрупп, а в дальнейшем — по процедурам, указанным статьями 15.13 и 15.17 Федерального конституционного закона от 28 июня 2004 г. № 5-ФКЗ «О референдуме Российской Федерации».

Это то, что нам всем необходимо вместо революции.

Теперь о реализации перспективы — цели коммунистов. О том, как должен (по моему мнению) или может выглядеть коммунизм. Но начну я не с этого, а с классификации людей, чтобы понять, что ожидает коммунистов при движении к коммунизму.

Классификация

Ошибка Маркса в классификации требует исправления. Человечество следует прежде всего разделить на три класса: по цели, которую данные индивидуумы преследуют в жизни. А уж потом, если это необходимо, классифицировать по другим признакам, к примеру по отношению к собственности. В основные классы общества людей следует относить так.

Если индивидуум живет ради общества, ради творчества, ради любой другой имеющей для него значение цели, которая в материальном плане ему лично ничего не дает, то такой индивидуум является человеком, и только такие люди способны построить свое общество — гуманизм.

Если индивидуум живет, не задумываясь над смыслом своей жизни, если он не имеет никаких человеческих целей, но строго исповедует нормы человеческой морали, позволяющей обществу существовать, то такой индивидуум относится ко второму классу людей — обыватель.

Если индивидуум живет только для того, чтобы максимально удовлетворить свои животные инстинкты — лень, алчность, похоть, трусость, то такой индивидуум относится к третьему классу — человекообразное животное, сокращенно ЧЖ, или «чиж».

Представители всех этих трех классов homo sapiens следуют своим инстинктам и получают от природы удовольствие при их удовлетворении. Но люди, во-первых, никогда не удовлетворяют свои инстинкты во вред другим людям и, во-вторых, гораздо больше удовольствия получают от реализации своих человеческих целей, а не инстинктов — для них удовлетворение инстинктов не является главным в жизни. Обыватель сдерживает свои инстинкты сам только тогда, когда этого требует мораль, когда «так поступают все». Цель обывателя — «просто жить». А человекообразное животное, в отличие от просто животных, удовлетворение своих инстинктов делает целью и смыслом жизни. Это гипертрофированное животное, которое в рамках человеческой морали может удержать только жестокое наказание.

До последнего времени народные массы СССР, да и других стран мира состояли в основном из обывателей в рамках человеческой морали. Поскольку обыватель над смыслом своей жизни не задумывается, он представляет собой массу, лишенную индивидуальности. Свойства этой массы были хорошо изучены еще в XIX в. Выяснилось, что из-за своей бездумности обыватель воспринимает только простые идеи, причем только целиком. К примеру, если толпа обывателей уверует, что бог есть, то она истово будет в него верить, жестоко расправляясь с теми, кто в бога не верят. Если же обыватель поверит, что бога нет, то толпа больше никаких доводов не воспримет и будет жестоко издеваться над теми, кто в бога верит. В зависимости от того, какие идеи овладевают толпой обывателей, обыватель способен на крайне тупые и подлые поступки даже во вред себе, но одновременно способен и на крайнее самопожертвование и героизм, примером чему, в частности, является героизм советского народа, т. е. героизм советского обывателя в Великой Отечественной войне.

Такие выводы сделала наука, изучающая психологию масс (основоположником этой науки был Ле Бон).

Таким образом, то, куда пойдет в своем развитии любая страна и все человечество в целом, определяет обыватель. Точнее, определяют те идеи, которые в настоящий момент овладели толпой. А в плане идей несчастный обыватель вечно стоит между двумя огнями, как утверждают основные религии — между Богом и Дьяволом. Если люди (Бог) оказываются способными овладеть умами обывателей, то обыватель и такие страны делают могучие рывки в истории, примером чему может служить сталинский СССР. Но если умами обывателей овладевают «чижи, если они убеждают обывателя, что человек рожден для счастья, как птица для полета, а счастье — это не работать, никому и ничему не служить, а побольше жрать и трахаться, для чего нужны деньги, и поэтому деньги не пахнут, то такие общества ожидает судьба Римской империи, которая пала от удара даже недоразвитых варваров.

Во спасение

Пока население Земли было относительно небольшим, а связи между странами были слабыми, борьба между добром и злом — между людьми и «чижами» — вела к процветанию или гибели отдельных сообществ, не приводя к общемировым катаклизмам. Ныне положение изменилось резко, и уже ни одна страна не способна себя защитить от тех идей, которые охватывают обывателя. Сегодня обыватель всех стран объединен в толпу. Теперь уже не отдельная страна или империя, а весь мир стоит на грани катастрофы. И эту катастрофу тупо, но энергично организуют всему миру человекообразные животные — «чижи.

Катастрофа видна невооруженным глазом. Чиж — это прежде всего паразит общества, какой бы статус он ни занимал — капиталиста или адвоката, политика или бомжа, поскольку «чиж» на любом месте старается у других взять больше, чем отдать. Но так можно жить до тех пор, пока обыватель работает и согласен отдавать «чижам» больше, чем получает от них. Однако сегодня тупые «чижи захватили мировые СМИ и через эти СМИ убеждают обывателя, что жить нужно именно так, как они, — брать, но не давать.

Много ли требуется фантазии, чтобы представить, что будет, когда вся толпа обывателей в одной стране или во всем мире воспримет «общемировые ценности», бросит работать и последует примеру «чижей» — начнет «устраиваться в жизни», т. е. будет пытаться брать у других больше, чем отдавать. Если в обществе не останется людей и обывателей, у кого «чижи» будут брать? Кто будет поддерживать жизнеобеспечение этой толпы ЧЖ?

Чижи глупеют катастрофически быстро, отсутствие человеческих целей не дает им оттачивать чисто человеческий инструмент — ум. Память у «чижей» есть, а понимания нет. После смерти Сталина органы государственной власти СССР стали заполняться «чижами», но до Горбачева даже были более-менее умными. Они отгородили СССР информационным барьером и тщательно убеждали советского обывателя, что нужно быть людьми, нужно хорошо работать. Советский обыватель и люди кормили и «чижей», и себя. Глупый «чиж» Горбачев снял информационные барьеры и разрешил своим и западным «чижам» общаться с советским обывателем, агитировать и пропагандировать его. И мы увидели толпы «идущих вместе» обывателей, которые верят, что и им удастся «устроиться» в жизни и вкусить счастье «чижа». Сегодня обыватель стремится стать «чижом. Это смерть общества, но до сих пор в обществе нет организованной силы, которая воспрепятствовала бы коллективному самоубийству.

«Идущие вместе» глупы и не понимают, что еще немного — и не будет той шеи, на которой они собираются «устроиться»; все обыватели станут «чижами», и не на ком будет паразитировать. И тогда человекообразным животным и в России, и во всем мире придется, как и полагается животным, вцепиться в глотку друг другу в борьбе за те крохи, что останутся.

У мира нет выбора: либо идти в коммунизм, либо смерть. Если в XIX в. коммунистическое движение основывалось для того, чтобы привести человечество в лучшее будущее, то сегодня коммунистическое движение жизненно необходимо, чтобы предотвратить смерть человечества. Это движение «во благо» только во вторую очередь, в первую очередь — «во спасение».

Только оружие критики

Повторю: для человекообразных животных, как паразитов общества, главным соблазном является «брать больше, чем отдаешь» и «чижу» совершенно безразлично, на чем паразитировать — на средствах производства или на государственных должностях судей, ученых, генералов и т. д.

Напрашивающаяся мера — уничтожить человекообразных животных и тем предотвратить превращение обывателя в «чижей» — в итоге ничего не дают.

Гражданская война в России в 1918–1920 гг. была, с позиций нашей классификации, войной людей и обывателей с обеих сторон за право «чижей» паразитировать на прибавочной стоимости со средств производства, с одной стороны, и за право «чижей» паразитировать на прибавочной стоимости госбюджета, с другой стороны. Люди и обыватели друг друга убивали на фронтах, а «чижи «устраивались». Чистка государственных кормушек от «чижей» в 1937 г. Людьми у власти СССР была полумерой, к тому же проводилась зачастую самими «чижами», из-за чего пострадали немало обывателей и людей.

В борьбе с человекообразными животными, к сожалению, невозможно заменить оружие критики критикой оружием, и лозунг «Бей “чижей”, спасай Россию!» не актуален.

«Чижи» — это обыватели, плененные античеловеческими, антигуманными идеями. А оружие против идей бессильно. Не помогает и цензура этих идей в СМИ; более того, она губительна, поскольку загоняет идеи «чижей» в подполье: на кухни, в курилки, в пьяные компании: туда, где государству они недоступны и где бороться с этими идеями невозможно. Именно цензура позволяла в СССР и позволяет сегодня тупым «чижам» устраиваться в органы пропаганды, в том числе коммунистической, и эта пропаганда в СССР стала коммунистической только по названию и ЧЖ-пропагандой — по сути. Надо ли далеко ходить за примерами? Все члены последнего Политбюро ЦК КПСС оказались «чижами» и не стеснялись этого после того, как сгубили и партию коммунистов, и коммунистические идеи.

Поэтому борьба за коммунизм всегда должна вестись на фронте идей и всегда за умы обывателя: его надо спасать, надо стараться превратить его в человека. Надо убеждать его в гибельности перехода к «чижам», доказывая и разъясняя, в чем счастье быть человеком и насколько это счастье богаче убогих идеалов человекообразных животных. Это очень трудно, но другого пути нет. Бесчеловечные идеи «чижей» следует уничтожать критикой на глазах обывателей, а если эти идеи прячутся, то их нужно извлекать и тем более уничтожать публично.

Предисловие к проекту

Этот проект я разработал давно и апробировал его на критиках, поэтому меня не удивят читатели, которые облегченно вздохнут: «Слава богу, что мы до этого не доживем!» В этом вздохе нет ничего странного, ведь это общество будущих людей, а не настоящих. Вы же понимаете, что еще 200 лет назад какой-нибудь барин, услышав в окружении крепостных о подробностях капитализма, мог искренне обрадоваться, что он до капитализма не доживет, но уже 100 лет назад люди искренне удивлялись, как это можно было быть крепостным или феодалом.

И сегодняшним людям действительно не нужно бояться этого будущего потому, что они не доживут. Но с учетом того, что я написал в конце первой главы, и напишу ниже, нужно бояться стоять в стороне от приближения этого будущего.

Я выполнил проект так, как будто я в коммунизме был в командировке и все видел сам, но надо понимать, что на самом деле я уверен только в принципах построения будущего коммунистического общества. А в деталях, которые я даю для того, чтобы и вы могли образно представить будущее общество, я просто фантазировал. К примеру, у меня исполнительную власть возглавляет император; это, разумеется, фантазия, и все может называться и выглядеть по-другому. Но вот как строится власть, ее основополагающие принципы — это точно.

Обо мне говорят, что я умею «все разложить по полочкам», т. е. систематизировать. Но в данном случае у меня это не получится.

Общество — это такой объект, в котором все переплетено, одно зависит от другого; я не всегда уверен, что важнее. Поэтому дать отдельную тему от начала до конца (положить ее на полочку) не получается. На каком-то этапе повествования надо прерываться и начинать новую тему, чтобы вырисовалась и была более понятна вся картина. Это как у художника: он положить на картину все краски по очереди, к примеру, — сначала все белые мазки, затем красные и т. д. И ему приходится менять кисти и краски.

Итак, я вернулся из командировки в коммунизм и вот что там видел.

Мировоззрение будущих граждан России

Этих будущих граждан России я в дальнейшем буду называть людьми.

В основе мировоззрения людей лежит их осознание своего смысла жизни как человека вообще и смысла в земной жизни в частности. Полный смысл жизни человека — обеспечение природе вечного существования. Люди в новой России знают, что их земная жизнь — это всего лишь кратковременная командировка и экзамен одновременно. Они знают, что после смерти их тела они уйдут для жизни в другой мир, образно говоря, на тот свет, но будут жить здесь же, на земле. Этот мир уже достаточно хорошо изучен, но существует запрет: нельзя пытаться установить с ним контакт, нельзя проявлять инициативу. Когда тот свет сочтет это необходимым, он такой контакт установит сам и с тем, с кем сочтет нужным.

Этот запрет основан на том, что земная жизнь человека — это экзамен. В этой жизни человек должен доказать, что он человек, лично доказать — без шпаргалок и подсказок с Того Света. Природу не обманешь, а по результатам экзамена природа проводит операцию естественного отбора. Души тех, кто доказал на земле, что он человек, обладают возможностью жить среди земных людей и воспринимать мир, как люди. А души homo sapiens, не смогших в течение земной жизни подавить в себе животное начало и стать людьми, опускаются природой вниз. Они тоже существуют вечно, но им не доступна энергия для деятельности, что для них является вечным и страшным мучением.

Исходя из смысла своей жизни, люди коммунизма развили свои взгляды на жизнь в конкретные правила, ведущие к этапам человеческого совершенства.

Вот эти правила человека.

Во-первых (это самый тяжелый этап), человек обязан полностью овладеть сидящим в нем животным homo sapiens, человек должен уметь полностью и без душевных переживаний отказываться от удовлетворения своих инстинктов, если это противоречит интересам более высокой инстанции — интересам семьи, общества, государства. Если подобный конфликт инстинктов и интересов возникает, то человек должен безусловно отказаться от инстинктов — удовлетворения естественных надобностей, как бы голоден он ни был; от инстинкта самосохранения, чем бы это ни закончилось; от инстинкта лени, как бы он ни устал; от полового инстинкта, как бы ни тянуло его к противоположному полу. На практике это не означает ни монашества, ни аскетизма; никто из людей себя отказами от удовлетворения инстинктов специально не изнуряет и от удовольствий, дающихся при удовлетворении этих инстинктов, не отказывается. Но только до выбора, что делать — удовлетворить инстинкт или исполнить долг? Колебаний в этом вопросе у человека быть не должно. Этим человек коренным образом отличается от сидящего в каждом животного homo sapiens. В противовес человеку, это животное всегда уклоняется от долга в пользу удовлетворения инстинктов и выполнять долг способно только под угрозой наказания.

Во-вторых, овладев инстинктами, homo sapiens действительно становится человеком, но если этим и ограничиться, то жизнь его станет эмоционально беднее. Ведь отказывая себе в удовлетворении инстинктов, человек отказывает и в удовольствии, которым природа награждает за эти удовлетворения. Поэтому очень важно, чтобы человек научился получать удовольствие от чисто человеческого дела — от результатов творчества, от исполнения долга.

Люди в будущей России уже давно отказались от представления о творчестве как о рифмовании слов или воплях со сцены. Творчество — это достижение сегодня нужных людям результатов, качественно более высоких, чем ты достиг их вчера. Творчество возможно и обязательно должно быть в любом деле, которым человек занимается, будь это работа дворника или официанта.

Но для творчества необходимо уметь пользоваться имеющимися у человека знаниями, т. е. построить базу для творчества. А этому необходимо учить с детства. И люди этот вопрос решили, они воспитывают новые поколения людьми, способными творить и получать от этого удовольствие.

Если бы вы их спросили, каким инженерам и мастеровым они обязаны построению коммунизма, то они вам ответили бы, что ни инженер, ни мастеровой здесь ни при чем. Коммунизм построил школьный учитель. И это правда, хотя, разумеется, не вся.

Третье. Исходя из того, что смысл жизни человека — это участие в обеспечении вечной жизни природе, люди автоматически приходят к выводу, что необходимо делать все, чтобы обеспечить жизнь на планете Земля в течение как можно большего срока. Для жизни требуются химические элементы и энергия. С элементами все в порядке: при их круговороте потери невелики. Проблема в энергии: ее требуется экономить как можно тщательнее. Но поскольку все, что человек потребляет, так или иначе является овеществленной энергией, то ее большое, особенно бессмысленное потребление у человека стало вызывать отвращение. Особенно отрицательно люди относятся к растратному и бесхозяйственному потреблению ресурсов энергии недр Земли. К примеру, наиболее приемлемой энергией считается та, что дает Солнце, поскольку оно эту энергию все равно дает и непростительно ее не использовать. А энергия Солнца заключена в животных и растениях, в ветре, в течениях рек. Этот вид энергии люди новой России стремятся использовать как можно полнее.

В связи с этим и подсчет любых затрат труда, себестоимости и потребительной стоимости вещей и услуг люди ведут, пользуясь в качестве эталона потребительной стоимостью киловатт-часа энергии. Правда, слово это длинное, а люди привержены традициям, без особой нужды от них не отказываются и повсеместно при ценностных подсчетах называют киловатт-час копейкой, а 100 квт-ч — рублем.

(Кстати, замена золота и валют в расчетах оценки стоимости товаров и услуг на единицы энергии была проведена сразу же, как только в России установилась национальная власть. Это очень быстро подрубило и уничтожило всю паразитическую систему финансового капитала мира.)

Повторяю: подобный образ мыслей не приводит ни к чрезмерному аскетизму людей, ни к чрезмерным самоограничениям. Никто не дрожит от холода и не голодает, не отказывается от дорогой или редкой еды. Просто люди стремятся, где только это возможно, сберечь энергию или заменить энергию из недр Земли энергией Солнца.

В конечном итоге именно такие люди новой России и составят общество, в котором только и возможен коммунизм. В этом обществе действительно все потребности людей легко удовлетворяются, но не потому, что это общество производит очень много всего, а потому, что потребности людей по своему жизнеобеспечению изначально очень умеренны и рациональны.

«Мы потребляем еду и товары, чтобы жить, — говорят люди, — а не живем, чтобы потреблять еду и товары».

Жизнеобеспечение

Людям для того, чтобы жить, нужно есть, одеваться, иметь теплые дома, бытовые вещи, медицинскую и военную защиту, иметь возможность получить образование, отдохнуть и многое другое. Естественно, все необходимое для этого следует произвести, построить, оказать нужные услуги. Люди этим занимаются непрерывно. Раньше это называлось бы просто работой или службой, но люди называют свою деятельность участием в жизнеобеспечении. Такое уточнение требуется, чтобы отделить эту работу от других видов деятельности людей в Новой России.

Законов на этот счет так и не было издано, но каждый человек считает своим долгом лично участвовать в этом деле, и если нет каких-либо обстоятельств непреодолимой силы (скажем, как у членов космических экспедиций), то каждый участвует в жизнеобеспечении, поскольку неучастие делает человека как бы неполноценным, а этого избегают. Надо сказать, что хотя работа по жизнеобеспечению ни для кого не является единственным видом деятельности, для многих она единственный источник доходов.

Результаты любой деятельности по жизнеобеспечению оцениваются в киловатт-часах (как я уже говорил, рублях и копейках), причем не только их себестоимость, но и потребительная стоимость — стоимость, которую согласны заплатить за эти результаты их потребители.

На вопрос о том, что (по старым, Марксовым представлениям) при коммунизме не должно быть денег, люди отвечают, что они неспособны беречь энергию, если не знают, какому количеству энергии эквивалентно все, что они делают или потребляют.

Результаты своего труда по жизнеобеспечению человек продает тому, кому они требуются, по потребительской стоимости, сам же по такой же стоимости закупает все, что ему требуется для получения этого результата. Разницу между потребительской стоимостью и себестоимостью люди называют не прибылью, а экономией. Из нее они оплачивают работу своего руководителя, иногда платят авторам за используемое изобретение или ноу-хау и налог в общину (на общеобщинные и общегосударственные дела). Оставшаяся часть остается в распоряжении человека, на нее он закупает все для собственного жизнеобеспечения и творчества.

Но поскольку потребности людей невелики, и в их мировоззрении заложено, что их жизнь на Земле не должна обходиться природе очень дорого, то на жизнеобеспечение хватает всем с избытком. Хотя это никто не контролирует, расходы у всех практически одинаковы. На человека, который вдруг резко ограничивает свои потребности, смотрят, как на чокнутого, а на того, кто резко увеличивает потребление, — как на животное, неспособное контролировать свои инстинкты. Но главное то, что дело даже не в окружающих: люди сами на себя так смотрят, и поэтому, даже не сговариваясь, тратят на свое жизнеобеспечение примерно равное количество денег (экономии).

Снижение индивидуальных потребностей и резкое развитие техники и технологии привели к тому, что законодательно было ограничено рабочее время во всех сферах обеспечения жизнедеятельности людей 24 ч в неделю. К этому вели несколько соображений: не создавать товары и услуги, которые не будут востребованы; дать возможность принять участие в процессе обеспечения жизнедеятельности всем; искусственно иметь большое количество самых разнообразных специалистов.

Давайте пока на этом прервемся и, раз уж мы упомянули о налогах, поговорим о том, как устроено государство будущей России.

Делократическое государство

Прежде всего в этом государстве резко изменен принцип управления людьми.

Само управление, разумеется, осталось, поскольку без управления невозможно ничего получить в условиях разделения труда. Но если раньше управленцы наказывали и поощряли своих подчиненных с целью принудить их сделать поручаемое им дело, то теперь право поощрять и наказывать было передано самому делу.

Тот, кто имеет возможность поощрить и наказать, тот и имеет власть, по-гречески «кратос». Раньше власть имел руководящий орган — «бюро», а управление людьми было бюрократическим. Теперь власть над людьми стало иметь дело, принцип управления стал делократическим.

Делом люди называют результат деятельности человека, за который готовы платить те, кому этот результат предназначен. Делом управленца является организация работы своих подчиненных так, чтобы Дело организации, возглавляемой этим управленцем, было исполнено максимально эффективным способом.

Делом такой организации, как государство, является максимальная защита граждан в случаях, когда гражданам в одиночку или малыми группами трудно себя защитить. Дело государства — это защита своих граждан от врага и от уголовника, от болезней, от беспомощности в старости, от многого другого. Причем защищают себя от всех этих напастей сами граждане этого государства, но организовывают их на это органы управления государством — те люди, которые государством руководят. И если они это свое дело делают добросовестно, то защищенность граждан все время возрастает, от этого их жизнь становится все лучше.

Это следует запомнить, чтобы понять, как граждане России превратили бюрократов у власти в делократов. Учитывая, что в конечном итоге делом высшей власти в России является все улучшающаяся жизнь народа, они дали этому делу возможность поощрять и наказывать власть.

Как это было организовано технически, вы уже знаете, но я повторюсь. Избираемые всеобщим голосованием Президент, депутаты Госдумы России и члены Совета республики по окончании срока своего правления в момент выборов новых составов органов власти России подвергались суду избирателей. Каждый избиратель выносил свой приговор на основании собственного восприятия своей жизни. Если, по его личному мнению, жизнь улучшилась, то он писал в своем вердикте оценку сменяемому составу власти: «Достойны поощрения». Если он не видел оснований поощрять, то писал: «Без последствий». Но если, по его мнению, жизнь ухудшилась, то он писал: «Достойны наказания». И если так считали большинство людей, то сменяемый состав власти этим приговором в полном составе осуждался на тюремное заключение на срок, равный сроку пребывания у власти. Людям, приходящим во власть, ничего не оставалось делать, как служить только народу. (Мыслимые и немыслимые возможности перехитрить народ были пресечены еще в Законе о суде народа над властью.)

С принятием закона, делократизирующего высшую власть в России, началась делократизация всей жизни в России и, хотя это тогда мало кто понимал, началось реальное строительство коммунизма.

На описываемый момент во главе России от президента, Госдумы из 450 человек и Совета республики из 178 человек остался только один коллективный выборный орган из 100 человек.

Начав делократизацию, граждане России столкнулись с необходимостью давать названия новым должностям и органам. Встал вопрос: выдумывать новые слова или воспользоваться очень старыми в новом значении? Тем более что новые органы и должности в чем-то отдаленно напоминали своих древних предшественников и предшественниц. Вот и решили использовать старые слова в их новом смысле.

Поэтому новый высший выборный орган власти в России был назван архаически — Земский собор, в просторечии — Собор, имея в виду, что в него собираются представители со всей земли Российской. Депутатов Собора в просторечии называют земцами.

Никакой прирост России новыми землями и людьми численность Собора не менял, хотя увеличивались округа, от которых избирались земцы. Дело в том, что Собор — это управляющий страной орган и свою численность он определяет из потребностей управления, а не представительства.

Решение по любому вопросу принимают все земцы, но в узкоспециальных вопросах сначала разбираются комиссии Собора (по военным вопросам, по экономическим, по иностранным делам и т. д.). Эти комиссии нецелесообразно иметь численностью более чем в 5 человек, поскольку опыт показывает, что при большем количестве любых комиссий остальные члены, как правило, не задействованы. Подсчитав, сколько таких комиссий нужно, Собор пришел к выводу, что 100 человек земцев для России размером хоть в земной шар больше чем достаточно.

Раз в 5 лет Собор переизбирается и подвергается суду избирателей. Надо сказать, что с самого начала действия Закона о суде народа над властью даже в условиях, когда миллионы избирателей требовали посадить власть в тюрьму, большинства голосов эта мера никогда не набирала, весь народ еще ни разу не воспользовался своим правом репрессий над властью. А в описываемое мною время вердикт избирателей обычно состоял из «Достойны благодарности» и «Без последствий». Поэтому решение «Без последствий» уже воспринималось как отрицательное, и новый состав Собора посылал представителей в те места, где голосов с таким вердиктом было много, чтобы уяснить себе, почему люди не довольны властью.

От добра добра не ищут, и избиратели не склонны на выборах менять одних земцев на других. Но это заботит сам Собор, который не хочет, чтобы его состав вдруг постарел весь сразу. Поэтому земцы сами разбираются внутри Собора, кому пора покинуть должность, и в целом в ходе выборов Собор обновляется молодыми кадрами примерно на 20 %, а нормально работающие земцы находятся у власти 20–25 лет подряд.

Какие-либо регулирующие жизнь людей законы Собор принимает крайне редко, после тщательного рассмотрения.

(Надо сказать, что с делократизацией управления России первые годы Собор чаще всего занимался тем, что пачками отменял те законы, которые успела напринимать Государственная дума. «Кретины в Думе, — писали тогда газеты, — непрерывно кричали о свободе, а сами напринимали столько законов, что человеку и шагу нельзя было сделать, чтобы не упереться в какую-либо идиотскую статью».)

Основной работой Собора является выяснение того, на что нужно направить общие силы народа, чтобы жизнь его была еще лучше. Он рассматривает тысячи всевозможных проектов, оценивает их стоимость, возможности страны и срочность, пока не выберет первоочередные и не сформирует очередной бюджет. При этом Собор не исходил из того, сколько он налогов соберет, а исходит из необходимости осуществления тех или иных проектов. Лишних, не могущих быть использованными денег Собор никогда с населения не собирал; налоги из года в год меняются только в зависимости от готовности к осуществлению того или иного проекта.

К примеру, когда все было готово, Собор, собрав с народа деньги налогами, финансировал постройку в течение 5 лет ширококолейной железнодорожной магистрали от Калининграда до Владивостока, по которой атомные локомотивы гоняют составы-контейнеровозы весом 100 000 т со скоростью 300 км/ч, что вдвое удешевило и ускорило доставку грузов по всей стране.

Точно так же Собор финансировал из общенародных денег строительство колонии для 300 человек на обратной стороне Луны с мощной техникой по исследованию Вселенной и мощными ангарами для сборки межпланетных кораблей.

То есть Собор собирает с населения налоги только на те проекты, что по силам только всему народу. Для более мелких вопросов Собор деньги не собирает и лишь контролирует, чтобы осуществляемые в областях самостоятельные проекты не ухудшали положение всей страны.

Собор — высшая власть в стране и отвечает за все, даже за то, чем он непосредственно не управляет (по чему не издает законов и указов и что не финансирует). Тем не менее он свято придерживается правила — не управлять из Москвы ничем и никем, если это управление можно эффективно осуществить без Москвы. Чем ближе управляющая инстанция к делу, тем меньше промежуточных инстанций, эффективнее управление и экономичнее результат. Именно поэтому Собор, который по своему положению может вмешаться в любое дело в стране, реально вмешивается в дела областей очень редко, предоставляя народу полную свободу и самостоятельность.

Собор — самый главный законодатель в стране, но неединственный. По вышеуказанным соображениям приближения законов страны к исполняющим их людям, основную массу своих законодательных прав он делегировал общинам.

Общины

Община (коммуна) в России — это желательно маленькое сообщество людей, проживающих в одном месте и имеющих вследствие этого общие интересы. Почему Собор заботило и заботит, чтобы те, кому он делегирует свою законодательную власть, были небольшими сообществами людей? Потому что большое сообщество просто не сумеет собраться и выслушать друг друга, поэтому законы для себя принимает через своих представителей. На это Собор смотрит как на не устраивающий его компромисс. В обсуждении и принятии закона общины должен участвовать каждый гражданин общины, только в этом случае этот закон будет максимально приемлем для всех, следовательно, максимально эффективен.

Какие же законы Собор доверил принимать общине?

В самом начале максимальную головную боль общинам доставлял закон о налогах.

Рассчитав бюджет, Собор делит его на проживающее население, получает сумму налога в расчете на одного человека, которую Собор объявляет ежегодно для сбора. Губернаторы умножают эту долю на число жителей каждой общины своей области и получают сумму, которую каждая община должна внести в бюджет. Отдельно государству ни один человек не платит, он платит общине, а она — государству.

К этим деньгам добавляются вычеты в Пенсионный фонд, на медицину, на образование, на суд и милицию. Эти деньги община тратила и тратит сама, Собор только указывает минимальную сумму трат в расчете на человека по этим статьям, так как никто в стране не может остаться без пенсии, медобслуживания, образования или незащищенным. А сама община на эти цели может собирать и тратить гораздо большие суммы. Кроме этого община собирает и тратит суммы на коллективные нужды самой общины по собственным проектам.

Кому и сколько платить персонально, устанавливает община своим законом ежегодно. А так как общины изначально повсеместно равнялись на старую русскую общину, где решение принималось только единогласно, и устанавливали себе норму голосов для принятия решения не менее 90 %, то принятие внутриобщинного закона раньше сильно затягивалось. Особенно когда общины еще в большинстве своем состояли не из людей, а из животных homo sapiens, очень любящих деньги. В те времена губернаторы во время принятия этого закона общинами обычно блокировали все счета жителей несговорчивых общин, не давая никому ничего покупать до тех пор, пока общинный закон о налогах не будет принят.

Но к настоящему времени проблем с принятием закона уже нет, поскольку у людей, живущих в общинах, обычно очень большая экономия средств и они охотно передают их государству. Проблема в другом. Собор не берет избыточных денег и требует, чтобы люди распоряжались ими самостоятельно, своим умом и средствами лично участвовали в жизни страны и в решении ее проблем, а не сваливали эти вопросы на государственных чиновников. Собор считает, что лично заработанные деньги человек в любом случае потратит более экономно и рационально, чем даже очень добросовестный чиновник.

К описываемому моменту многие законы общин стали архаикой, случая их использовать практически не представляется. В начале делократизации страны, к примеру, Собор передал свое право наказывать преступников общинам. В общегосударственном Уголовном уложении он только указал, какие виды преступлений должны пресекаться по всей стране, но не обязал общины считать этот список исчерпывающим и не определил наказание за преступления. По каждому виду преступлений в общегосударственном Уголовном уложении вместо штрафов или сроков заключения стояло: «Пресекается наказанием».

Общины сами разрабатывали свои Уголовные кодексы и на первых порах увлеклись занесением в список преступлений своих обычаев. Но так как внутренние общинные законы других граждан не касались и их нарушение могло вменяться им в вину только после специального предупреждения, то общины поняли, что выдумывают обузу сами для себя. В результате общинные Кодексы быстро очистились от лишнего мусора, хотя кое-где в них до сих пор присутствуют специфические обычаи.

Так же быстро иссяк энтузиазм по выдумыванию общинных наказаний за преступления. Все общины довольно быстро пришли к мысли, что преступнику лучше не знать, как его накажут. Ему нужно знать только, что его накажут так, что другим будет неповадно. Общины просто определили виды наказаний, а выбирать их в каждом конкретном случае доверили своим судьям. Список наказаний обычно открывают телесные, повсеместно применяемые к детям, подросткам и жителям общины, не имеющим детей. (Такие граждане, как правило, не считаются полноценными и в общине ограничены в правах, даже если при этом они являются полноценными гражданами страны.) Как правило, в качестве наказания применяется домашний арест, при котором наказанный не имеет права покидать свой двор, за исключением работы, и никто не имеет права его посещать. И обязательно в качестве наказания применялась смертная казнь. (В процессе построения коммунизма к преступникам относились крайне отрицательно, считая их разновидностью животных.)

Непосредственно в общинах суды встречаются редко, как правило, только в очень крупных общинах. Обычно несколько общин избирают пожизненно одного достойного человека судьей и поручают ему пресечь преступность против граждан объединившихся общин. И судьи с преступностью быстро справились. При обострении преступности они были беспощадны, особенно к рецидивистам или явно выраженным моральным уродам. При спаде преступности суды ограничивались поркой или домашним арестом.

Где бы предусмотренное Уголовным уложением преступление ни было совершено, судит преступника суд общины, из которой был потерпевший. Никаких других вышестоящих судов нет. Просить помилования или снисхождения можно только у общины, на граждан которой преступник покусился. Если судья приговаривал к смерти, а община в помиловании отказывала, то больше никто это дело не рассматривал. Преступника забирал губернатор и казнил немедленно.

Собственно говоря, в стране есть суд с названием «Верховный». Это суд Собора, членами его являются земцы. Но рассматривал этот суд только государственные преступления, в число которых входили и преступления судов. И если преступник жаловался прокурору, что его приговор заведомо неправосуден, то прокурор автоматически возбуждал дело против судьи; в этом случае губернатор задерживал казнь, пока дело судьи не рассмотрит Верховный суд. Казнь преступника совершалась после оправдания судьи.

Преступление против правосудия считается самым тяжким преступлением против государства. Судью могут ввести в заблуждение свидетели или факты, судья может ошибиться; это ему прощают. Но если его уличали, что он вынес неправосудный приговор из каких-то личных побуждений, то казнь ему гарантировалась.

Раз уж разговор пошел о правоохранительных органах, то следует сказать, что розыск преступников и следствие по их делам вели и ведут три инстанции. В общинах этим занимаются старосты и их помощники — милиционеры. При необходимости розыска по всей стране подключается полиция в системе исполнительной власти.

По государственным преступлениям розыск, дознание и следствие ведет корпус жандармов при Соборе. При Соборе находится и прокуратура, которая следит за законностью в стране, используя при необходимости жандармов.

Но к описываемому времени ситуация с преступностью резко изменилась. С учетом не всегда дружелюбного окружения России как-то загружены работой жандармы. В районах с большими потоками иностранных туристов случается работа у сильно поредевшей полиции. А от милиции почти повсеместно остались только старосты с их необременительным присмотром за детьми и подростками. Есть районы, где судьи от вступления в должность до пенсии так и не рассмотрели ни одного дела.

Решение общин — закон во всех делах, которые затрагивают их территории. Земля общины, ее недра, леса и воды принадлежат всему народу, но ответственность за все на своей земле лежит на общине, ей же принадлежит и право распоряжаться землей, водой и недрами во благо всего народа. Община охраняет, приумножает и использует все, что находится в ее распоряжении, но при этом имеет в виду, что она лишь часть народа, а целое всегда больше части. Поэтому, беря себе, любая община всегда помнит, что расходуемое благо должно остаться и детям, а в случае необходимости всем тем, что община имеет, может воспользоваться и весь народ.

Вся территория России была распределена между общинами, каждый квадратный метр земли имеет конкретного хозяина — и не в Москве или столицах республик и областей (которых уже просто нет), а прямо на месте. И исполнительная власть России, ведя хозяйственную, научную или оборонную деятельность, беспрекословно руководствуется законодательными решениями общин, поскольку к описываемому времени личной корыстной заинтересованности у людей не осталось, а на месте им гораздо виднее, как лучше поступить.

Делегировав часть своей законодательной власти общинам, Собор не только подарил земле России конкретного хозяина, но и делократизировал законотворческий процесс.

За ошибки в законах, ухудшающие жизнь всего народа России, Собор отвечает по суду перед народом и может быть за них наказан. А члены общины принимают законы для себя и за свои ошибки сами же и отвечают, поскольку эти ошибки ухудшают только их жизнь. (Если, к примеру, община принимает закон, что шум и громкая музыка разрешены до 1 ч ночи, то ей и спать при этой музыке.) В России пропали бюрократы-уроды, которые безнаказанно принимали какие попало решения, а ухудшение жизни от этих решений наступает не у них, а у других людей, к выработке этих решений не имеющих никакого отношения. Законы России перестали быть плодом бредовых фантазий наукообразных кретинов и безответственных «народных представителей».

Законы России стали охраняемы справедливостью и целесообразностью.

Мне уже часто приходится упоминать об исполнительной власти, поэтому придется пока отложить описание жизни в общинах и рассказать об императоре.

Император

Исполнительная власть предназначена для организации населения во исполнение целей, которые ставит в своих законах законодательная власть, в данном случае Собор. Это и есть Дело исполнительной власти.

Возник вопрос: как делократизировать исполнительную власть?

Дело в том, что если подчинить ее главу (неважно как он зовется — президент, премьер-министр и т. п.) парламенту (Собору), т. е. дать парламенту право поощрять и наказывать главу исполнительной власти, например, назначать на должность и снимать его с должности, то парламент по отношению к главе исполнительной власти станет тем, кого называют «бюро» и получит над ним власть — «кратос». В результате глава исполнительной власти станет заурядным бюрократом и будет подчиняться не своему делу, а делать все, чтобы только понравиться парламенту. Для безответственных болтунов в парламенте такой глава исполнительной власти очень желателен, но для Собора, отвечающего по суду перед народом, такой подчиненный страшен.

Поскольку, видимо, не все понимают, почему для делократа-начальника страшен подчиненный, старающийся во всем угодить этому начальнику, я поясню эту мысль сначала принципиально.

Начальнику нужен результат, и он дает его получить подчиненному. Подчиненный должен подумать, найти пути решения полученного вопроса и взять на себя ответственность за них. Если получится требуемый результат, то начальник его поощрит, ну а если не получится? Тогда накажет.

Чтобы избежать наказания, подчиненный бюрократ всегда испрашивает у начальника и пути решения порученного дела (а иногда эти пути необходимо согласовывать).

Делократ, в отличие от бюрократа, как я только что написал, сам ищет пути и сам их меняет на другие, если они не ведут к результату; а если они заданы начальником, но ошибочны, то он по этим путям не пойдет.

А бюрократ будет строго идти по путям, указанным начальником, и отчитываться перед начальником об их прохождении вне зависимости от получаемого результата. Результат может быть противоположный, убытки могут быть огромны, а бюрократу плевать: начальник так сказал — он, бюрократ, так и сделал. Какие к нему претензии? (Но виноват тут, повторяю, не он, а начальник, взявший себе право его поощрять и наказывать.)

Сегодня разницу между бюрократом и делократом еще трудно объяснить людям. Ведь десятки миллионов сограждан нынче гордятся, что они строго и точно шли по путям, указанным начальниками. Но в новой России эту разницу уже понимают все.

Таким образом, Собор не мог себе позволить ни назначать, ни снимать главу исполнительной власти, иначе он служил бы не стране, а только Собору, а проследить и проконтролировать правильность всех действий специалиста, каковым должен являться глава исполнительной власти, невозможно.

Подчинить его суду народа, как Собор подчинил народу себя, тоже невозможно: в стране будут два законодателя, и конфликт между ними неизбежен.

Если сделать его выборным без ответственности, то он будет служить не всему народу, а партии, которая привела его к победе. Да и будет ли служить кому-либо вообще — тоже вопрос.

Назначить ему процент от валового национального дохода и этим заинтересовать? Но доходом жизнь страны не ограничивается, а если у него будут личные деньги, то его смогут и купить, он за взятку нанесет вред стране, как это делали Горбачев, Ельцин, Путин и т. д.

Осталось одно — найти человека, который служил бы стране бескорыстно и самоотверженно, поставить его в условия, при которых его никто не может купить и никто не может на него повлиять. В идеале эти условия недостижимы, но приблизиться к ним удалось.

Глава исполнительной власти России никем не избирается, следовательно, никому персонально ни в России, ни за рубежом ничем не обязан; посему служит только народу России исключительно за честь, поскольку с момента, когда его выбирают наследником, до своей смерти ни он, ни его жена и несовершеннолетние дети не имеют в своем личном распоряжении никаких денег и никакого личного имущества. Император (наследник) при желании может иметь что угодно, но после его смерти все это возвращается государству. Для него не существует понятие наследства. Он, все его дети, внуки и родившиеся при нем правнуки до своей смерти находятся под особым финансовым контролем со стороны Собора и не могут ни жить за границей, ни даже выехать туда без разрешения Собора. К описываемому моменту все это устарело и является скорее традицией, чем необходимостью. Тем не менее глава делократической исполнительной власти изначально был поставлен в положение, при котором его невозможно купить. Ведь покупают деньгами или вещами, поэтому невозможно купить человека, который, в принципе, не может иметь ни своих вещей, ни денег.

Для того чтобы избежать несчастного случая и не посадить во главу страны дурака или подлеца, поиск наследника главы исполнительной власти начинается сразу же после того, как очередной глава исполнительной власти вступает в должность. Поиск ведется в несколько этапов.

Сначала по имеющимся досье (о них позже) анализируются данные всех мужчин и женщин в возрасте от 17 до 30 лет. По разным критериям, но в основном по способности применять знания как можно в большем количестве сфер жизни и по отсутствию предрасположенности к болезням, препятствующим службе, отбирается 1000 человек. За этими людьми устанавливает контроль корпус жандармов и полиция: их тайно все время провоцируют на различные поступки и смотрят на их реакцию. Этот этап длится 5 лет, пока не становится возможным выделить из кандидатов группу из 100 человек. Вот тут они узнают, что они кандидаты, с ними начинает знакомиться глава исполнительной власти и его заместитель.

Этот этап длится до двух лет, пока глава исполнительной власти не выбирает лично двух своих наследников. Они принимают специальную присягу (ритуал), раздают все свое имущество и становятся как бы членами семьи главы страны.

С этого момента все государственные органы, лично глава исполнительной власти и его зам готовят кандидатов для службы во главе исполнительной власти. Их не только стажируют в армии, Госплане и т. д., но поручают командовать войсками в конфликтах, ответственные дипломатические поручения, руководство областями и крупными стройками. У кандидатов вырабатывается способность к личному принятию ответственных решений. Этот длящийся 20 лет экзамен заканчивается в момент, когда глава в возрасте 65–70 лет уходит на покой вместе со своим замом. Перед уходом он назначает одного кандидата главой государства, а второго — его заместителем. Глава исполнительной власти становится главой в 45–50 лет максимально подготовленным и служит России на этой должности 20–25 лет.

Поскольку независимость главы ото всех аналогична независимости монарха, то он и был назван императором с введением в лексику некоторых атрибутов монаршей власти: не должность, а престол; не уход на пенсию, а отречение от престола, и т. д.

Заместитель императора называется товарищем императора, служит там, где поручит император, в случае его внезапной смерти или тяжелой болезни становится императором на время, пока не будут подготовлены очередные кандидаты (наследники).

Независимости императора Собор придавал такое значение, что даже дал ему законом преимущество в конфликтах с собой. По закону, если такой нерешаемый конфликт возникает, император распускает Собор и назначает выборы нового состава. (Старый состав, естественно, на перевыборах подвергается суду народа.) Если Собор и в новом составе не согласен с императором, то император вместе с товарищем отрекаются от престола и коронуется один из кандидатов (по решению Собора), даже если они еще и не полностью подготовлены. Случай тоже из области теории, на практике ни разу не был опробован.

В системе исполнительной власти власть императора единолична: только он назначает на должности высших сановников, только он их снимает. Комиссии Собора могут работать с любым министром и губернатором, прокуратура Собора контролирует законность действий всех чиновников, но только император отчитывается перед Собором, только он отвечает за все. Все хорошее, что случается в России, — это заслуга императора, все плохое — это его вина. Немыслимо, чтобы российский император не то что сказал, а даже подумал: «Мой министр меня подставил». Поскольку следует ответ: «Твоя вина в том, что ты назначил этого человека на должность министра!»

Поставленный в условия, когда ему остается только одно — беззаветно служить России, император заставляет так же служить всех под собой, хотя гражданские чиновники под ним и так делократизированы.

Но предварительно о прямых подчиненных императора.

Он — главнокомандующий армии России и по этой причине не имеет права на ее территории России находиться в гражданской одежде. (Во всем мире у всех стран пропало желание навязывать России что-либо угрозой применения военной силы именно потому, что Россия всегда к этому готова. А на разговоры о «разрядке», «новом мышлении» и «мирном сосуществовании» больше не ловится. Будем сильны — будем и мирно существовать.) Императору подчинены Министерство обороны и Генштаб.

В подчинении императора находятся также Госплан, организующий работу всей экономики России, МИД и МВД. Других прямых подчиненных у императора нет. Товарищ императора занимает, как правило, должность министра внутренних дел, так как главы территорий — это должности этого министерства. Немного о них.

Территория России делится на наместничества с примерно равными территориальными и экономическими возможностями. Возглавляет территорию назначаемый императором наместник с задачей отвечать за все, за что отвечает император (кроме армии). В быту прижились их старинные названия. Скажем, наместников наместничеств, территориально охватывающих Украину, называют правобережным и левобережным гетманами, наместник Западной Сибири — хан сибирский. Наместники приграничных наместничеств командуют казачьими войсками, осуществляющими пограничную стражу. (Все общины приграничных районов — казачьи.)

Наместничества делятся на области, во главе которых наместник ставит губернаторов. Более мелкого деления, как правило, нет, хотя некоторые области состоят из десятков тысяч общин. Общины при наличии общих интересов (культурных, хозяйственных и т. д.) организовывались сами с созданием своих администраций — временных или постоянных. При этом организации общин не ограничиваются ни областью, ни наместничеством. Так, вдоль крупных рек объединились для их совместной эксплуатации и охраны; сами избрали администрацию отдельных участков и всей реки в целом, сами установили правила лова рыбы, сброса отходов и т. д. Повсеместно общины совместно содержат и управляют культурными центрами отдельных национальностей, клиниками и больницами, массой промышленных предприятий и т. д.

Не объединяются общины только по одному принципу — политическому, поскольку во всей России единый политический интерес — интерес всего народа, а не отдельных его частей.

Кстати, общины убили всю национальную бюрократию тем, что просто не стали ее содержать. Ведь по сути каждый член общины сам себя облагает налогом и сам контролирует траты: знает, на что его деньги идут. Чтобы содержать «президентов и правительства», скажем, еще и в Киеве или в Астане, каждый член общины должен был отдать деньги сверх того, что платит. А за что? Что, Киев своей армией может защитить кого-то лучше, чем Армия всей империи? Что, Киев может своим предприятиям предоставить рынок сбыта продукции больший, чем рынок сбыта всей империи? А на родном языке общины могли разговаривать и писать, вообще никого не спрашивая.

Как только люди стали сами себя облагать налогом, всем стало понятно, что все эти суверенитетчики не более чем тупые и алчные паразиты, в хозяйстве абсолютно бесполезные. Пришлось «национальной элите» обучаться общественно-полезному труду. Но это тоже все в прошлом.

Жизнеобеспечение

Я прервал рассказ о жизнеобеспечении, начав рассказ о делократизации государственной власти. Теперь продолжу прерванную тему повествованием о том, как делократизировано участие человека в этом виде деятельности.

Как был организован труд раньше? У человека были потребитель его труда и начальник. Скажем, токарь точил болт, который был нужен слесарю для закрепления двигателя на шасси автомобиля. Слесарь — потребитель труда токаря, но определял зарплату токаря, поощрял и наказывал токаря его, токаря, начальник. Продавец удовлетворял товарами своего потребителя — покупателей, но поощрял и наказывал продавца директор магазина. Каждый, кто вспомнит или вдумается в свою деятельность, обратит внимание, что он свою работу делал или делает для одного человека, а поощряет и наказывает его за эту работу другой человек — начальник. Начальник — «бюро», он имеет над подчиненными власть — «кратос». Это бюрократическая система управления, а бюрократы в ней (в приведенных примерах) токарь и продавец.

Раньше до людей это обычно не доходило. Юмористы создали образ бюрократа как чиновника, сидящего в конторе и выдумывающего нелепые требования типа «дайте мне справку, что вам нужна справка». На самом деле бюрократами были все, начиная с пресловутого рабочего класса; все, кого поощрял и наказывал за его работу начальник. А начальник был у всех. Небюрократами люди становились только тогда, когда освобождались от начальника — в быту, на даче, при незаконном промысле. (Все же помнят, что в СССР, чтобы что-то сделать через начальника, нужны были месяцы, а результат будет отвратительный. А дай работяге червонец — и все будет немедленно и в лучшем виде.)

Я не буду развивать эту тему, поскольку подробно развил ее в других работах. Хочу только, чтобы читатель попробовал это понять: при бюрократизме ты делаешь работу для одного человека, а платит тебе за нее другой человек.

Так вот, в будущей России бюрократическая система управления была ликвидирована и заменена делократической. В чем разница?

Каждый работник деньги (поощрение и наказание) получает не от начальника, а напрямую от потребителя своего труда, поскольку в экономике удовлетворение потребителя и есть дело каждого. Это дело поощряет и наказывает (потребитель поощряет и показывает), следовательно, имеет власть («кратос») над работником, система управления — делократическая.

Наши примеры теперь выглядят так. Токарь, пользуясь старой терминологией, продает болт слесарю. Слесарь покупает кроме болтов двигатель и шасси, собирает их при помощи болтов и в собранном виде продает следующему сборщику (который ставит кузов автомобиля и т. д.). Разница между ценой собранного изделия и комплектующих — это зарплата или, если хотите, валовая прибыль слесаря. У токаря разница между ценой болтов и закупленных инструментов, заготовок, амортизации (выплаты стоимости) станка и электроэнергии — это тоже прибыль или зарплата.

При этом возникают принципиальные вещи, которые исключены при бюрократической системе управления.

Если токарь будет бережно относиться к станку, то после выплаты его стоимости вся экономия пойдет ему. Если он будет бережно относиться к инструменту, вся экономия — ему. Если он не будет гонять станок вхолостую, вся экономия электроэнергии — ему. Если он тщательно раскроит заготовку и из одного прута получит больше болтов, весь доход — ему.

Но и это не все. На всех предприятиях и в экономике действует понятие стандартной, или государственной, продукции. Это продукция, в среднем устраивающая потребителя, продукция без затей, на которую установлена государственная (при поставках между предприятиями) или заводская (при поставках внутри завода) цена. При поставках такой продукции эту цену нельзя превышать (но можно понизить). Однако если предлагаешь что-то лучшее, чем стандартное, то можно договариваться с потребителем; если он согласен, то можно повысить цену. Однако потребитель согласится только в случае, если это новое изделие ему самому дает прибыль, тогда он часть ее соглашается добавить к цене поставщика. Если это «повышение качества» потребителю ничего не дает, то он изделие не возьмет, скажет: поставляй стандартное. То есть, у работника появляется возможность получить дополнительный доход, но только за счет своего творчества, а не за счет насилия над потребителем.

В результате каждое предприятие и каждая организация новой России — это по своей сути коллективы хозяев частных предприятий, возглавляемые хозяевами объединений частных предприятий (по старому — начальниками участков, цехов, директорами).

Теперь о начальниках. Они, разумеется, остались, поскольку без них невозможно получить результат в условиях разделения труда. Оплачиваются они из зарплаты (прибыли) своих подчиненных и своими подчиненными. На стандартные услуги начальника, как и на любой товар, установлена цена. Скажем, мастер участка по стандарту получает 10 % из прибыли каждого своего рабочего. А начальник цеха — 15 % того, что получают все его мастера. А директор завода — 15 % того, что получают все его начальники цехов. А начальник главка — 15 % того, что получают все его директора заводов. А Председатель Госплана — 15 % того, что получают все его начальники главков.

Что получается? Все начальники в конечном итоге заинтересованы в том, чтобы их рабочие заработали как можно больше. А это возможно только в случае, если рабочие будут давать потребителю высококачественную (более дорогую, чем стандартная) продукцию с минимально возможными затратами.

В бюрократической системе управления каждый подчиненный — от рабочего до министра — вынужден угождать начальству; в делократической системе наоборот: начальник должен угождать подчиненному, делать ему все, что требуется, для получения высоких результатов.

Снимают ли с должностей в делократической системе управления? Конечно, но выглядит это по-другому. Что значит плохой начальник? Это значит, что его рабочие (подчиненные) мало получают, мало получают его начальники и он сам мало получает. Тут человеку и объяснять ничего не надо. Приводят нового, рабочие дают команду в бухгалтерию делать вычеты из своего личного дохода новому начальнику, старый просто остается не у дел. Но так зверски не поступают. Всегда ищут и находят место для снимаемого, чтобы он по своим способностям и сам неплохо зарабатывал, и остальным не мешал.

Хорошие начальники и любые хорошие специалисты в цене. Скажем, рабочие не могут своему мастеру платить меньше стандарта — 10 %. Но если он очень хорош и другие участки на него зарятся и хотят к себе переманить, то могут и поднять цену до 12 или 15 % (если это окупает себя).

Делократическая система управления дала невиданный толчок экономике. Если в бюрократической системе управления на заводе численностью 70 000 работников об эффективности по-настоящему думает только директор (хозяин) и десяток энтузиастов, то в делократической об этом думают все 70 000. Поэтому и пришлось Собору ограничить рабочий день 24 ч в неделю, чтобы не переполнить склады и дать возможность каждому поучаствовать в своем жизнеобеспечении.

Поскольку мы заговорили о том, что каждый рабочий по сути является частным предпринимателем, т. е. капиталистом, то возникает вопрос: а существуют ли при коммунизме официальные капиталисты, т. е. владельцы предприятий со многими рабочими, с которых они сдирают прибавочную стоимость? Огорчу марксистов: формально — да! По сути это, конечно, не так, но для этого надо понять, как возникают предприятия в новой России.

Госплан и капиталисты

Новая Россия — автаркия, т. е. то, что она производит, она производит только для себя и все свои ресурсы, расходуя их очень экономно, тратит только на обеспечение своих граждан. Экспорт ее, огромный в денежном выражении, очень мал по отношению ко всему производству России и невелик в натуральном выражении, т. е. в тоннах и штуках. Ее экспорт очень наукоемкий: в нем очень мала доля сырья и энергии и очень велика доля труда самих граждан России.

Продукция России соответствует образу мыслей людей. Она чрезвычайно долговечна и чрезвычайно экономна в эксплуатации, поэтому очень ценится в мире, но поставки ее Россия ограничивает только потребностями импорта. Импорт же ограничивается экзотическими фруктами, овощами и некоторым сырьем. Очень ценятся российские компьютерные программы, технологии отдельно и в комплексе с оборудованием. Но, повторяю, даже этого на мировом рынке немного и стоит это дорого. Россия не собирается обеспечивать весь мир своими товарами, даже если их внутри России избыток. А сами люди России не стремятся потребить все и много.

Каким-то исключением является покупка территорий, до этого, как правило, безжизненных. Скажем, у Египта была куплена Каттарская впадина и коридор Ливийской пустыни к Средиземному морю. Затем был пробит канал, соединяющий впадину и море, и воды моря стали спускаться во впадину через мощнейший гидроузел, снабжавший электроэнергией всю Северную Африку. По заполнении впадины на 30–40 м был установлен баланс между испарением и стоком воды и построены оазисы (на одном из них космодром России), а также морские платформы, с которых экономно добывалась нефть со дна Каттарской впадины.

Но, повторяю, Россия в основном работает на себя. Госплан при помощи всеобщей системы связи собирает сведения (через ЦСУ) обо всех потребностях людей в ближайшем будущем и в перспективе рассчитывает рациональное производство товаров и услуг на покрытие этих потребностей, составляет план производства по всей России и доводит его до предприятий. План предприятиям доводится в виде перечня потребителей, которых нужно удовлетворить в обязательном порядке. А предприятия сами договариваются с потребителями, когда и как они поставят свою продукцию — главное, какую и по какой цене. Общий резерв специалистов в стране и законсервированное оборудование производств с непрерывным циклом работы позволят при переходе на более удлиненную рабочую неделю увеличить производство вдвое в считанные дни. Это же позволит сохранить производство средств жизнеобеспечения на прежнем уровне, если даже половина работающего населения страны займутся другим делом (предположим, уйдут в армию).

В других странах у homo sapiens это вызывает мистический ужас: они не могут понять, как эти русские, называющие себя людьми, могущие иметь так много-много всего, так скромно живут и кроме этого не боятся самого страшного — смерти. Уже никакая пропаганда не в силах была противостоять России — в мире ее до ужаса боялись одни и стремились ей следовать другие. Но мы отвлеклись.

В системе Госплана есть Госкомцен. Энергетическая стоимость производства продукции в разных по климату районах империи была разной. Значило ли это, что все производство нужно было сосредоточить там, где оно выгодно? Если бы Россия была частью мирового рынка, то так бы и пришлось делать. Но Россия — автаркия и стремится равномерно заселить и использовать каждый клочок своей территории. А чтобы трудовая деятельность человека и на Дальнем Севере была экономичной, Госкомцен установил систему доплат и скидок при производстве. Стандартная продукция имеет единую цену по всей территории, но на юге при ее производстве делаются скидки, которые идут на доплату производства на севере. Для этих же целей Госкомцен установил плату за особо дефицитное сырье как стимул его экономии и бережного отношения. Задача Госкомцен — одинаковый труд везде должен стоить примерно одинаково. В государстве всеобщей справедливости это вызывает только одобрение.

Теперь о том, как создавались и создаются предприятия. При расчете потребностей народа Госплан выясняет, какие предприятия требуются, и уточняет, где их удобнее расположить. Губернатор договаривается с общинами обо всех вопросах строительства и работы предприятия, о создании новых общин, переселении и т. д.

Делается проект предприятия и определяется его стоимость. И вот здесь есть несколько путей его финансирования. Госплан может его построить из денег, собираемых налогами со всей страны, т. е. за так называемые государственные средства. Сегодня это пока считается нормальным, но в будущей России такой подарок оскорбителен для людей: что они, нищие или неспособные к труду, что весь народ должен делать им такой подарок?

В мировоззрении людей заложено, что дорогие подарки могут делать только влюбленные друг другу. Им простительно. А остальные должны содержать себя сами и не унижаться до жизни за подарки или, упаси господь, за подачки. Единственный случай, когда помощь допустима, — это стихийные бедствия.

Поэтому Госплан и не заикается о постройке предприятия за средства государства, за средства всего народа.

Если предприятие небольшое, а они чаще всего именно такие (о чем ниже), то у общин — у тех, кто будет на этом предприятии работать — чаще всего находятся деньги для его финансирования. Если предприятие дорогое, капиталоемкое, то те, кто будет работать на заводе, берут кредит у Банка Развития под 2 % годовых, а затем по ходу работы выплачивают эти проценты (которые Госкомцен всегда включает в цену продукции) и сам кредит. Таким образом все предприятия страны принадлежат конкретным людям, а не отряду чиновников под вывеской государства.

Когда человек покидает предприятие (скажем, уходит на пенсию), то его долю (его акции) приобретает вновь поступающий на работу. Он сначала платит ушедшему 2 %, а потом выплачивает всю стоимость.

В описываемое время в России десятки тысяч человек имеют экономию сотни гигаватт часов, по мировым стандартам — миллиардеры. Это изобретатели и исследователи, композиторы и спортсмены и многие другие, добившиеся выдающихся результатов в труде. Мировоззрение не дает им тратить эту экономию на себя, их средства для них изрядная обуза: их ведь надо с толком вложить в какое-либо полезное людям дело, но и этого мало — они ведь потом возвращаются, да еще с прибылью. Правда, Собор все же пошел миллиардерам и всем остальным навстречу и в конце концов принял закон, по которому нельзя отказать умирающему в последней воле и подарок от него должен быть принят. Дарят наследство чаще всего государству, которому проще всего эти средства устроить. Государство просто снижает налоги.

Вот такие капиталисты при гуманизме, их деньги — это их честь и слава выдающегося человека. И только.

Кстати о чести. У будущей России два Ордена, кавалером первой степени которых всегда является действующий император и его школьный учитель.

Первый орден — орден Героев — состоит из 10 степеней. За особые заслуги в кавалеры ордена и в следующие степени возводит орденская Дума, но автоматически кавалерами становятся те, кто налогами или иным способом на благо народа и жизни внес определенную сумму.

Как правило, обычный гражданин норму 10-й степени выполняет через 10–15 лет работы. Для дальнейших степеней норма повышается чуть ли не в геометрической прогрессии.

Второй орден — орден Святого Георгия Победоносца — из 4 степеней. Дается исключительно за заслуги в бою. Из-за отсутствия в мире желающих опробовать Россию с этой стороны единственными кавалерами этого ордена уже длительное время сиротливо являются сами императоры.

Связь и информация

Из всех старинных средств информации сохранили свой вид только книги. Тираж их сильно уменьшился, поскольку после покупки и прочтения люди относят все книги в общинную библиотеку. Во-первых, по мировоззрению людей крайне неразумно иметь при себе вещи, которыми пользуешься редко. Во-вторых, все эти книги есть в электронном виде в компьютерах и в сети. Если требуется цитата или факт, то быстрее найти их там. Книгу любят по старинке за удобство чтения, но читают их только во время отдыха. Человек с книгой — это отдыхающий человек, вроде homo sapiens на пляже.

В стране три компьютерные сети, не связанные между собой.

Первая сеть — информационная (ИС), имеет выход Интернет и является общедоступной.

Вторая сеть — обучающая (ОС), доступна только гражданам России.

Третья сеть — специальная (СС), или императорская, — для военной и государственной связи и информации. Доступ к ней ограничен только гражданами, кто является ее официальными пользователями.

Через ИС человек получает всю информацию, в ней же находятся и обучающие центры до полного уровня школы. Через эту сеть люди и общаются между собой, она заменила телефонно-телеграфную связь. Эта сеть заменила радио и телевидение.

Для людей проблема не в недостатке информации, а в ее избытке, поэтому задача тех, кто работает в сетях, заключена в том, чтобы потребители информации поменьше общались с информационным мусором, т. е. с информацией, которая лично им не нужна. Информационные сети считаются важными системами жизнеобеспечения, и для тех, кто их создает и обеспечивает, это работа по жизнеобеспечению.

Во-первых, это репортеры, оснащенные высококачественной техникой сбора информации. Но их немного, поскольку репортером по сути является каждый человек, так как он всегда имеет при себе видеокамеру и средства связи. Из этих источников информация поступает сначала в местные информационные агентства, оттуда после сортировки по важности и виду в центральные. Агентств много, любой желающий может сам просмотреть у них всю исходную информацию. Но обязательно ее смотрят только журналисты, которые на основании ее делают обзоры или аналитические материалы.

Свои работы журналисты выставляют на страницы электронных журналов, довольно узко специализированных. Скажем, группа журналов иностранной информации делится на журналы экономический, бытовой, научный, военный и т. д., и т. п. Точно также систематизируется вся остальная информация. Люди, хотя им доступна любая исходная информация, предпочитают пользоваться услугами журналистов, потому что иначе это занимает очень много времени. Журналисты не связаны ни с одним журналом, они посылают свои обзоры в тот журнал, которому тема обзора или аналитики ближе. Туда же может послать свою статью любой желающий. Так, собственно, и становятся журналистами.

Но в ИС есть и журнал «Центральная программа», который по сути является аналогом телевизионных информационно-аналитических программ. В этом журнале в течение полугода два раза в неделю дают получасовой обзор новостей за день и в их развитии три лучших журналиста страны. В конце недели итожат эти обзоры первые лица страны: земцы, председатель Госплана, начальник Генштаба и т. д. Если нет ничего необычного, то раз в 2 мес. итоги подводит сам император. Эту программу ежедневно смотрят практически все из-за ее высокого уровня компетентности.

Лучшие журналисты определяются рейтингом — количеством читающих (слушающих) их людей и их оценкой. Через полгода каждый журналист «Центральной Программы» меняется на нового, имеющего в сети самый высокий рейтинг. Впрочем, если в сети у него остается наибольший рейтинг, то через 2 мес. он снова возвращается в «Центральную программу».

Ни к какому времени информация в сети не привязана, ее можно получить всегда, включая информацию за прошедшее время. Контролировать информацию в сети никто просто не способен.

Примерно в возрасте 2 года на шею ребенку вешают маленький, размером с медальон, компьютер, связанный с ИС, который работает от тепла человеческого тела. В нем телефонный аппарат с личным номером этого ребенка, который будет за ним сохранен до смерти, анализатор его состояния и радиомаяк, который включается при опасности. Этот компьютер сигнализирует о приближении почти всех болезней и вызывает экстренную помощь, скажем, в случае потери сознания или панического состояния. По мере того как ребенок начинает уметь это делать, он пользуется этим компьютером, как телефоном.

В 17 лет, по окончании школы, этот компьютер меняют на почти такой же маленький, но, по нашим понятиям, сверхмощный компьютер, связанный с ИС. Функции его расширены. К нему в комплекте входят специальные очки, с помощью которых человек воспринимает всю видеоинформацию сети и может передавать в сеть ту информацию, которую он видит сам. Компьютер работает как от клавиатуры, так и от голоса.

Голос является и идентификационным параметром для банка при операциях с экономией (деньгами) человека. А производить их приходится довольно много, прежде всего с самой ИС, которая государством не финансируется. Если человек использует информацию ИС (читает или смотрит статью, художественный или научно-популярный фильм), то с него списываются за это копейки. Но он сам может увеличить этот гонорар, насколько пожелает. Из этого складываются рейтинги в ИС журналистов, писателей, поэтов. И ранее никому неизвестный композитор в один день за прозвучавшую в сети песню вдруг становится миллионером, не знающим, куда девать полученную вместе со славой экономию, а футболисты угрожают болельщикам, что прекратят забивать, если им за каждый забитый гол будут пересылать рубли, а не копейки. При коммунизме легко стать тем, кого раньше звали богатым, но только в случае, если умеешь делать что-то полезное людям лучше многих.

Образование и воспитание

В принципе, детей должны воспитывать родители, и они это делают, но слишком велики потери от испорченного человека и слишком неодинаковы родители, чтобы можно было спокойно относиться к браку в воспитании и полагаться только на родителей. Поэтому воспитанием при коммунизме действительно занимаются все, но основная ответственность кроме родителей, лежит на тех, кому дети доверяются.

После педагогического маразма XX в. ни у кого уже не остается сомнений, в чем цель воспитания детей и как ее достичь. Цель едина: тренировкой воспитать в человеке способность отказываться от инстинктивных «хочу» в пользу человеческого «надо» без больших усилий над собой. О том, успешно идет воспитание или нет, судят по тому, насколько ребенок послушен родителям и старшим или, говоря по-другому, насколько человеческим является его поведение и насколько легко он отказывается от поведения животного.

Начинают воспитывать детей с момента, когда у него появляется осмысленное выражение глаз. В раннем возрасте попытки детей обдуманно ослушаться взрослых пресекаются исключительно поркой. Считается, что если в этом возрасте ребенка упустить, то потом и порка становится бессмысленной. Тогда воспитывать становится чрезвычайно трудно. В школах учителя порку не применяют, но отцам ее не только никто не возбраняет, но их обязывают ее применять, если поведение подростка выходит за рамки человеческого.

Еще раз подчеркну: никто не трогает ребенка в случае допущенных добросовестных или сделанных по неосторожности ошибок, промахов или неуспехов в учебе. Только один случай влечет за собой наказание — ребенок знал, что так делать ему запрещают взрослые, знал, что люди так не поступают, но сделал, потому что ему хотелось. Когда ребенок начинает понимать, то ему, конечно, объясняют, в чем смысл его жизни и зачем он живет на земле; его поведение становится осмысленным. Пока о воспитании все.

Теперь об обучении и сначала о принципах его. Из чего исходят люди?

Разные способности детей или людей в обществе никого не волнуют, никакую элиту в государстве отдельно не собирают и не воспитывают. Людей волнует не отдача обществу от человека, а сам этот человек. Если его не научить думать, то он неспособен будет творить (врожденные способности человека при этом — это вопрос настолько второстепенный, что ему практически не придают значения.) А если он не сможет творить, то не сможет получать удовольствие от жизни человека и будет их искать в удовлетворении только животных инстинктов. А вот это уже страшно, и прежде всего для него самого.

Если взглянуть на творчество не с точки зрения его результата, а с точки зрения механизма творчества, то это применение своих знаний в новом их сочетании. Отсюда коренной поворот в образовании: от учителя уже не требуют, чтобы ученик знал некую программу. Это не то, что недостаточно, это губит человека. От учителя требуется научить ученика применять знания. Образно говоря, школа стала школой задачников.

Исходя из этой цели, следует главная задача, без которой знания невозможно применять, — знания должны быть образными; ученик должен представлять себе образно и правильно каждое слово, составляющее знание.

Чтобы вы поняли, о чем речь, постараюсь образно вам это пояснить.

Представим себе конструктора, которому требуется разработать проект, скажем, посылочного ящика, состоящего из листов фанеры, реек и гвоздей. Положим, конструктор никогда такого ящика не видел. Это решение, естественно, будет для него творческим. Если человек все эти материалы видел хоть раз, то для него сделать такой ящик не проблема.

А теперь представим, что этот конструктор знает слова фанера, рейка, гвоздь, молоток, но никогда в жизни не видел реальной фанеры, рейки и т. д. Ведь творческое решение рождается в уме. Как же оно может родиться, если ум не в состоянии себе образно представить ящик, который нужно перенести на бумагу в виде чертежа?

Без образного мышления творчество невозможно в принципе.

Так называемое абстрактное мышление — это чаще всего игра словами, дающее новое («творческое») сочетание слов, но не дающее никакого полезного, действительно творческого результата. В школе будущей России такое обучение считается преступлением.

Мало запомнить знания даже образно, нужно оттренировать способность их применять, т. е. научить ребенка думать, а не просто воспроизводить из памяти хранящиеся там знания.

Вот круг задач, которые решают в школах России учителя в описываемое мною время. Теперь о том, как именно они это делают.

Сначала о воспитании. С момента, когда дети уже начинают понимать, о чем им говорят, им рассказывают, кто они и в чем смысл их жизни.

Затем детям объясняют, что природа создала их разными — мужчинами и женщинами, что ей важны и те и другие. Но она наделила их разными свойствами. Они живут вместе, вместе познают жизнь и совершенствуют человечество. В этом познании и совершенствовании задача женщины — закрепить в потомстве все лучшее, что нужно человеку, а задача мужчины — все найти и разузнать, всячески защищать женщин и детей. Эти обязательные разъяснения насчет женщин и мужчин исходят из того факта, что любое сообщество живых существ тем сильней, чем сильнее разница между полами. Или, объясняя другими словами, если бы природа захотела сделать мужчин и женщин, как болтали в старину феминистки и суфражистки, равными, то она сделал бы людей гермафродитами. Но природа на это не пошла, ей нужна разница в полах, следовательно, эту разницу необходимо поддерживать и усиливать.

Никаких специальных учителей для разъяснения детям идеологии людей (священников или преподавателей научного коммунизма) нет. Люди страшно удивились бы, если бы им сказали, что такие специалисты нужны, это такие вещи, которые каждый обязан знать и уметь разъяснить.

Школа в описываемое время от школы XX в. сохранила только наличие зданий, площади под школой и учителей. Все остальное по-другому.

Школы в новой России стараются иметь большими, примерно на 2000 учеников обоего пола, хотя это не всегда удобно с точки зрения транспорта. Но это позволяет соединить непосредственно с учеником интеллектуальную силу сразу большого количества учителей и большие технические возможности.

Школы смешанные, но мальчики и девочки занимаются отдельно, причем учителями у мальчиков являются только мужчины, а у девочек только женщины. Педагогический коллектив один, и ответственность он несет за всех детей. И если девочка что-то спрашивает у учителя, а мальчик у учительницы, то им, конечно, все объясняют, ни к кому не отсылая. Иногда учителя и учительницы подменяют друг друга, но правило раздельности в основном сохраняется.

В школах нет классов в нашем понимании — ни 1-го, 2-го… 10-го, ни «а» «б» и т. д. Класс имеет номером две последние цифры года (первоклашки выбирают себе для облегчения запоминания тотем: класс «оленей», класс «голубей» и т. п.). Считается нормой около 100 детей в классе. Учит класс группа учителей из расчета 15 учеников на учителя. Никаких переходных экзаменов и оценок нет, как нет и выпускных экзаменов и каких-либо документов об окончании школы. Всем и так понятно, что если молодым людям есть 17 лет, то школу они окончили или заканчивают. Слово закончили тоже довольно условно, поскольку процесс познания нескончаем, да и школа не учит чему-то конечному, а только лишь навыкам процесса познания и применения знаний.

Слова школа дает знания остались в прошлом, все знания ученик почти с самого начала обучения получает самостоятельно, учителя лишь контролируют этот процесс, совершенствуют его и, главное, учат детей пользоваться этими знаниями.

Раздельным является только процесс обучения и спортивные соревнования. Девочки развиваются раньше мальчиков, и лишь во взрослые годы мужчины в своем развитии в среднем начинают опережать женщин. Поэтому основная цель раздельного обучения — ни в коем случае не зародить у будущих мужчин комплекс неполноценности по отношению к женщинам, ни в коем случае не воспитать мужчин, которые в жизни прятались бы за женщин.

В остальном дети все делают вместе.

Собственно, обучаются дети у компьютера, программы для которых разрабатывают учителя. Считается желательным, чтобы все ученики за день усвоили необходимый минимум материала. Поэтому ученики разбиты на группы по своим способностям, а так как способности к разным предметам разные, то и группы в своем составе все время меняются. Каждой группе и даже каждому ученику подбирается, а порой и создается своя программа обучения. Более способные заканчивают работу с компьютером раньше их уводят в лабораторию или на улицу показывать, как надо применять только что полученные знания. Менее способных в данном предмете уводят позже. Большое опережение товарищей не приветствуется, кроме случаев, когда ученик проявляет способности абсолютно по всем предметам. В противном случае сэкономленное время на одном предмете тратят на совершенствование в «нелюбимом». Однобокость ни в коем случае не допускается.

Во время обучения ученик стоит перед компьютером, вдев руки в специальные манипуляторы с перчатками и надев на голову шлем с наушниками и мониторами. Видит он все стереоскопически, на руки передаются реальные усилия. Если по ходу обучения в виртуальном мире видимой им программы ему нужно что-то поднять, отодвинуть, взять, то на руки передаются реальные ощущения и нагрузки.

Кстати, из-за этих манипуляторов у мальчишек любимым предметом является история, особенно военная, поскольку, благодаря манипуляторам, ты не только видишь исторические бои, но можешь в них поучаствовать, переживая радость побед и горечь поражений (90 % киноиндустрии работает на обучающие программы).

Во всех естественных науках учителя добиваются от учеников не просто понимания законов природы, но положения, при которых ученик чувствовал бы их. Действие центробежной силы ученикам демонстрируется во вращающемся цилиндре, где эта сила вжимает их в стенки (известный аттракцион). Мощность ученики чувствуют на специальной лестнице, на которую надо взбежать, чтобы развить мощность, равную одной лошадиной силе и понять, какая она. Законы электротехники моделируются течением воды по стеклянным трубам. Почти вся геометрия закрепляется на улице конкретной разметкой и измерением площадей, поверхностей, объемов, дальностей и т. д.

Запоминанию математических формул не придается особого значения. Во-первых, если человек понимает физический смысл явления (образно может его представить), то формулы он выведет сам; во-вторых, даже если и не сможет этого сделать, то легко найдет ее в компьютере. Закрепление понимания предмета дается решением большого количества задач, обязательно привязанных к какой-либо реальности.

Языки учатся во время послеобеденного сна, а использование английского учителя ведут при любом удобном случае. (Английский учат для самостоятельного получения информации из мировой информационной сети.) Специальных уроков русского языка после того, как дети научатся писать, нет. Но в конце каждого учебного дня ученик должен рукой занести в свой дневник, что он делал и что его впечатлило. Это каждодневное сочинение проверяют учителя и в соответствии с ошибками корректируют индивидуальную программу обучения правилам языка. Художественную литературу не изучают, а просто читают, считая это отдыхом и развлечением.

Примерно раз в полгода ученик становится к компьютеру Комитета по образованию. Компьютер его тестирует, давая решать задачи до момента, когда доходит до задач, на которых его знания заканчиваются. Этот уровень ученика фиксируется в его досье; это досье пополняется всю жизнь его новыми достижениями. Эти тесты не являются чем-то законченным. Если ученик своими результатами не доволен, он может протестировать себя сколько угодно раз и в любое время. Сами по себе результаты тестов ничего не решают, их используют впоследствии для предложений самому тестируемому рекомендаций по выбору профессий и занятий. Но выбирает себе профессию и занятия человек сам, даже если Комитет по образованию и не считает это лучшим выбором.

Такое обучение — это всего лишь треть задачи, что лежит на школе.

Вторая треть — это научить ребенка работать руками. В этом обучении люди исходят из следующей мысли.

Человек может запомнить множество наук и тараторить их не думая, т. е. и знания сами по себе, и усвоение их не дают человеку тренировки в способности думать. Но нельзя работать руками, не думая о том, что ты делаешь. (Если, конечно, это не автоматическая работа конвейерного типа.) Поэтому работа руками — это всегда тренировка мыслительного аппарата. И в школе новой России работа учеников руками — главный прием их умственного развития.

Кроме этого здесь есть идеологический элемент. Чтобы спасти Жизнь и Вселенную, чтобы их совершенствовать, всегда будут требоваться действия. Эти действия производят только люди, рук у разума на том свете нет. Следовательно, свои руки люди должны постоянно совершенствовать во имя своей великой цели.

Малыши, у которых руки еще очень слабы, начинают совершенствовать их и свой ум, используя прописи, вырабатывая каллиграфический почерк (хотя в обыденной жизни люди практически не пишут: либо набирают текст на клавиатуре компьютера, либо просто ему их надиктовывают). Затем начинается шитье, штопка, вырезка из бумаги и картона, вышивание. Годам к 10 дети берут в руки деревообрабатывающий инструмент, затем металлообрабатывающий.

Инструмент исключительно качественный — прочный и острый, с удобными для детских рук рукоятками. Заводы, изготавливающие инструмент для школ, делают его обычно и «для космоса».

В старших возрастах осваивается работа на различных станках и с механизированным инструментом. Ученики гораздо реже держат в руках пишущую ручку, чем инструмент.

Задача дать детям какую-либо рабочую специальность не ставится: это было бы слишком однобоко. Ученик должен владеть любым инструментом и только, а совершенствоваться в работе с ним он будет во взрослой жизни, если ему это потребуется. Поскольку обучение должно иметь цель, то Комитет по образованию ее, естественно, и в этом деле тоже ставит. Человек, окончив школу, должен уметь построить себе дом. (В жизни этого никто не делает, дома строят специалисты, но вот их ремонт и переделка практически полностью ведется самими хозяевами дома, и с удовольствием.)

В школе ученики делают для своей семьи разные мелкие вещи из металла и дерева — табуретки, вешалки и т. д., но это, конечно, с тренировочной целью. Иногда школам поручают мелкие заказы, но всегда смотрят, чтобы однообразная работа не занимала у учеников много времени.

Единственная работа в обществе, которую по-настоящему выполняют школы, — это утилизация сложной техники.

Люди очень бережливы, и их вещи, включая технику, чрезвычайно прочны и долговечны. Существует особый шик в том, чтобы пользоваться вещами, доставшимися еще от деда. Тем не менее техника выходит из строя, чаще ее меняют на более современную, экономичную. Поскольку эта техника состоит из массы металлов и других материалов, то пустить ее целиком в переплавку нельзя: металлы загрязняют друг друга. Перед переплавкой их нужно тщательно разделить.

Вот этим и занимаются ученики. Сначала из ОС выводятся программы с объяснением, что это за техника, из каких узлов состоит, зачем они нужны, как техника собиралась, как ее разобрать, из каких материалов состоят ее детали. Ученики, насколько могут, в это вникают, а учителя требуют от них разобраться в том, какие законы природы использованы, чтобы вся техника и отдельные ее узлы работали.

Если техника крупная (скажем, старый самолет), то сначала ребята старших возрастов разделяют ее на части, снимая тяжелые узлы и агрегаты, а затем их, как муравьи, облепляет детвора с отвертками и ключами. Объект разбирается «на атомы». То, что еще годное и может быть использовано, сами ребята относят на свои склады, остальное раскладывают по контейнерам с данным видом материала. Неделя-две и смотришь — на бетонке от самолета остались только масляные пятна.

Это работа увлекает, и дети 11–12 лет, которых только начинают допускать к ней, приезжая в школу, сразу бегут на полигон посмотреть, нет ли там чего-либо интересненького.

Еще одна треть задачи, которая стоит перед школой, это развить у детей фантазию, механизм творчества. Поощряется любая фантазия — как техническая, так и из области искусств. Учителя фантазию стимулируют и ищут новые формы ее применения. Педагоги всех школ объединены ОС и любые удачные находки одних педагогов тут же становятся известны остальным. Если ученики не находят для фантазии темы, им ее тут же подбрасывают: то они устраивают соревнования воздушных змеев и вся школа кипит, а небо заполняется змеями неимоверных форм и конструкций, то возникает конкурс видеофильмов, и вся школа пишет сценарии, шьет костюмы, распределяет роли, репетирует.

Надо сказать, что хотя особо одаренным детям не делают поблажек, но и не осаживают их способности. Если учитель школы уже ничего не может дать ученику, то ему находят более квалифицированного педагога в ОС — преподавателя музыки или композитора, художника или математика. И тот, общаясь с учеником через сеть, помогает ему развить свои способности. При общих требованиях ко всем подход к каждому ученику индивидуальный.

Педагоги школы объединены в единый педколлектив и ответственность несут за каждого ученика школы. Если у какого-то ученика в чем-то нелады и его учителя в затруднении, то к решению этой задачи подключаются остальные педагоги. Они думают, какие обучающие программы подобрать, как ему спланировать учебный день. Если случай уж очень труден, то через ОС запрашивают совет у педагогов всех школ области, а в крайних случаях — и России. «Школа не завод, — уверены педагоги, — у нас брака не может быть вообще!» Брак учителя — это страшнейший удар по самому ученику и по обществу.

Статус школьных учителей в связи с этим ни с чем больше не сравним. Кроме тех, кто хочет стать учителем и готовит себя к этому, Комитет по образованию просматривает досье по сотням параметров молодых людей от 21 до 30 лет на предмет подбора подходящих кандидатов. Чем до этого занимался человек, не имеет значения; переход в школу — это большая честь и ответственность. От предложения стать учителем, как правило, не отказываются.

Соответственно и уважение в обществе. Скажем, школьному учителю императора армия оказывает такие же почести, как и самому императору. Был введен обычай школьной десятины. Если человек добился в чем-то большого успеха и ему полагается большая экономия, то десятую часть ее он отдает своей школе. Если бывший ученик вводится в высшую степень кавалеров ордена Героев, а его учитель в более низкой, то учитель вводится в такую же степень. (Учитель императора является вторым кавалером первой степени обоих орденов). Во всех справочниках известных людей России их школьный учитель обязательно указывается.

Но вернемся еще к одной задаче школы — здоровью и физическому развитию детей. Тут надо сказать, что в новой России убеждены, что спорт — это хорошо, а физкультура — бесполезная потеря времени. Спорт — это показ высших достижений человеческого организма и воли человека. А физкультура — это компенсация неподвижности в остальное время суток. Зачем же беречь себя от физических упражнений во время работы, в быту и на отдыхе, чтобы потом тратить время на физические упражнения?

Поэтому в школе во время занятий не сидят. Все обучение проходит стоя и часть в движениях, а кресла — только для отдыха, если ученик уж очень устал. Спорт поощряется, особенно его командные виды, где участник борется не за личную победу, а за общество — за команду. Всячески вырабатывается выносливость; в работе, если это специально не требуется, избегают чрезмерной механизации. Часто на занятия и с занятий учитель предлагает пробежаться. Популярны многосуточные походы во все времена года.

Как я уже писал, у каждого человека на груди (иногда на спине или запястье) располагается личный многофункциональный прибор с компьютером. Он контролирует состояние всего организма непрерывно; при начале болезни дает тревожный сигнал владельцу и домашнему врачу, а раз в месяц сбрасывает на компьютер врача всю записанную за этот период информацию о состоянии организма. Прибор у ребенка такую информацию сообщает врачу каждые три дня. Школьный врач информирует учителей, какому ребенку и в каких случаях следует поберечься от чрезмерных нагрузок.

Распорядок работы школы примерно таков. Младших учеников учителя привозят в школу на школьных автобусах к 8 утра. Собственно занятия и обучение пользованию полученными знаниями занимает 4–5 ч, обед, послеобеденный сон и полдник еще 1,5–2 ч (старшие ученики не спят). Остальное время занимает спорт, ручной труд и фантазии (часто все вместе). В 18 ч детей развозят по домам. В принципе, они могут жить и в школе. Некоторые по семейным обстоятельствам живут в ней. Но это не поощряется. Считается, что ученик обязан помочь по дому, поужинать вместе с родителями; если у них нет других планов, то посмотреть фильм из списка, отобранного школой, или почитать книгу и к 23.00 заснуть. Занятия 6 дней в неделю. Компьютерные игры запрещены, уличные компании ребят одного возраста не поощряются не потому, что их боятся; просто считается, что возле детей полезно всегда иметь взрослых, чтобы ребенку было с кого брать пример.

Начиная с 12–13 лет, ученики в школу добираются сами на летних или зимних велосипедах и по более свободному расписанию, так как уже имеют в обществе обязанности: по очереди завозить заказанные в магазине покупки своей семье и соседям.

Каникул как таковых нет. Просто к лету уменьшается интенсивность учебных нагрузок и они заменены познавательными предметами — историей, географией, языками и т. д. Если родители забирают с собой ребенка в отпуск, то он изучает эти предметы под их присмотром. Остальные ученики перемещаются со школой в лагеря (иногда очень далеко от школы), где все элементы учебы продолжаются, но увеличивается доля фантазий, спорта и развлечений (типа чтения, танцев, рыбной ловли, экскурсий).

Школу заканчивают осенью в год исполнения 17 лет. Вместо выпускного экзамена есть определенный ритуал. На «стене выпускников» прибивается полотенце, вышитое выпускницей с именами ее и кого-либо из ребят-выпускников. Прибивается гвоздями, сделанными этим выпускником.

Хитрость в том, что для того чтобы сделать это полотенце, нужно посеять лен, собрать, вымочить и т. д., включая поиск естественных красителей для ниток. Так что девушки этим делом начинают заниматься более чем за год до выпуска.

Парням проще. В лето перед выпуском они идут в поход к местам наличия железной (иногда медной) руды. Расстояние не имеет значения, это может быть и 300 км. На месте добывают руду, жгут древесный уголь, делают домницу и плавят крицу. Несут ее обратно, в школьной кузнице крицу нагревают, отковывают, рубят на куски, из которых куют гвозди (часто такие затейливые, что и узнать в них гвоздь невозможно). Кстати, и девушки ходят в походы на поиски красителей для ниток.

Само собой, что каждый последующий выпуск старается в этом вопросе обойти предыдущий, в связи с чем все школы ограничили и размер полотенец, и вес гвоздей. Прибиванием полотенец и соответствующим случаю праздником знаменуется совершеннолетие ребят и окончание ими школы.

Дальнейшее образование

Дальнейшее образование человек получает самостоятельно.

Окончив школу, молодые люди прежде всего устраиваются на работу по участию в жизнеобеспечении страны. Повторяю, что неучастие в этом процессе воспринимается людьми больно, они не желают чувствовать себя инвалидами, жизнь которых обеспечивают другие. Сама по себе профессия не имеет особого значения. Комитет по образованию, который ведет подробное досье на каждого человека всю жизнь (состоящее из результатов его работы и тестирования), обычно рекомендует человеку сферы деятельности, в которых ему лучше всего себя применить. Но рекомендации эти необязательны, и человек может пробовать себя в каком угодно деле: поступить на завод любой отрасли и стать учеником любой профессии, стать учеником владельца магазина и заменить того со временем. Важна работа человека в обеспечении жизнедеятельности, а не его профессия.

Естественен вопрос: а может ли молодой человек поступить в университет или институт? Нет, не может. По той причине, что нет в новой России таких заведений, как нет и никаких званий вообще — ни воинских, ни ученых, ни гражданских. У всех одно звание — гражданин. И есть дела, которыми человек занимается.

Нет, скажем, званий «инженер-металлург» или «доктор физико-математических наук», или «полковник», а есть просто металлург, просто физик и просто воин. В этих делах разные люди занимают разные должности, отвечающие за разные дела. Должности, если это важно, указываются: старший мастер доменного цеха, заведующий экспериментальным реактором или командир полка. И молодой человек, поступивший на работу в штат персонала упомянутого реактора, уже физик, но должность у него — лаборант. Эта должность так же престижна, как и все остальные, на ней можно работать всю жизнь и стать лауреатом всех премий.

Но вернемся к образованию. Предположим, вы поступили учеником на автомобильный завод. Вас сначала знакомят со всем заводом, рассказывают, где больше всего требуются люди (или потребуются в ближайшее время), и предлагают определиться. Предположим, вам приглянулась работа токаря. Вас ставят к мастеру, который учит вас этому делу. Одновременно вам дают программу в ОС, которую разработали специалисты этого же завода и по которой вас будет обучать компьютер Комитета по образованию. Он узнает у вас профессию, какие детали вы сейчас обрабатываете, и начнет обучать вас теоретическим основам работы токаря, но в том объеме, который об этом деле знает инженер, т. е. с необходимым объемом математики, физики, химии и т. д. Вы будете задавать ему вопросы, а он будет отвечать и непрерывно вас тестировать до тех пор, пока вы не узнаете о работе токаря все и вам останется только следить за новшествами в этом деле и самому их искать. Компьютер сообщит об этом на ваш завод и предложит вам начать обучение конструкторскому делу. Если вы согласитесь, то он вернется и дополнит ваши знания по математике, физике и начнет делать из вас конструктора, пока не сообщит на завод, что вас можно пробовать в конструировании простых деталей. Далее компьютер предложит вам освоить дело технолога, научит вас основам управления людьми и т. д.

Напомню, что при обучении на компьютере его лекции обязательно сопровождаются показом всего, о чем говорится; более того, в ряде случаев вы можете в виртуальном мире и щупать то, чему вас учат, — разбирать и собирать узлы, механизмы, устройства.

Пройдет несколько лет, число которых зависит от ваших способностей и увлеченности, и вам поручат проектирование деталей. Одновременно вы будете предлагать заводу новые варианты автомобиля и его узлов, новые схемы технологий. Потом сделанный вами проект какого-либо узла примет главный конструктор для новой модели и попросит вас освободиться от работы токаря и заняться в КБ этим узлом. Потом по конкурсу пройдет ваш вариант автомобиля и вы станете его главным конструктором. Потом завод примет к производству автомобиль другого механика, а вы вернетесь работать токарем и, возможно, вам больше никогда не удастся предложить удачную конструкцию, но вас всегда будут помнить («его тележку завод гнал с конвейера в такие-то годы»).

И так во всем. В новой России не дают знания, в ней учат конкретному делу. Обучение не имеет конца. Можно запросить по ОС программу своей профессии, набрать дату, когда вы программой последний раз пользовались, и компьютер начнет обучать вас всему новому, что появилось в вашем деле с тех пор.

Так обучают всему. Хочешь стать врачом — иди санитаром в больницу, хочешь быть капитаном судна — иди в матросы.

Как видите, образованием люди занимаются при деле, но в свободное от работы время, однако рабочего времени-то очень немного — всего 24 ч в неделю. Для поглощения излишков времени существуют увлечения, работы по совершенствованию Земли и развлечения.

Увлечение

Работа по жизнеобеспечению — это работа, т. е. то, чего не делать нельзя. В отличие от нее, увлечение — это тоже работа, но ее можно делать, а можно и не делать. И увлеченные люди эту работу делают только потому, что им это интересно, потому что в увлечении они могут проявить себя, свой ум и творить еще в нескольких областях знаний. Увлечение — это удовлетворение главного человеческого удовольствия — удовольствия от творчества.

Работая в сфере обеспечения, люди получают за это деньги (экономию), а вот увлеченность может долго не приносить никакого дохода, зато довольно часто требует значительных расходов. Давайте людей в этом качестве называть любителями, в отличие от них же в сфере жизнеобеспечения, когда они выступают как профессионалы.

Практически поголовным увлечением людей (если это не их основная профессия) является агрономия, биология и, полностью или частично, весь комплекс наук о жизни. Это будет понятно, когда я дойду до описания быта людей и их деятельности по усовершенствованию земли.

Любители занимаются также всем комплексом искусств: в стране нет ни профессиональных артистов, ни музыкантов, ни композиторов, ни художников, ни скульпторов, ни даже ювелиров. Все это любители, у которых есть и работа по жизнеобеспечению. Весь спорт — любители. Поэты, писатели — любители.

Никто не обязан писать слова или картины, играть на скрипке или корчить рожи на экране для того, чтобы ему за это заплатили. Люди это делают только тогда, когда у них «душа поет», когда они сами от этого получают удовольствие. Хотя при достижении определенного мастерства увлечение начинает давать доход, часто большой.

Журналистика также является делом любителей — до тех пор, пока любители не проявят себя как исключительно разносторонние и не только грамотные, но и опытные люди, причем не в написании слов, а в остальных делах империи и мира. Журналист является фильтром, цензурой на пути информации к людям; если он молокосос, не знающий ни жизни, ни дел, о которых вещает, то автоматически пропускает к потребителям информации только те новости, которые он, кретин, сам в состоянии понять. Такой «журналист» превращает население в идиотов, ничего не знающих и не понимающих.

Поэтому все журналисты России начинают как любители и переходят в профессиональную журналистику только тогда, когда достигают высокого рейтинга в глазах очень умных потребителей их труда. Хотя этого никто и не требует, но в империи, к примеру, нет профессиональных журналистов, освещающих военные темы, которые до перехода в журналистику не прослужили бы в армии 25–30 лет. Нет журналистов-экономистов, которые до этого не проявили бы себя как хозяйственники на протяжении такого же срока. Думаю, что факт появления на экране сопляка или соплячки, что-то поясняющих (даже правильно) аудитории, состоящей из опытных людей, вызвал бы у всех граждан империи (в том числе даже молодых) рвоту. Настолько противоестественно это зрелище…

Все исторические архивы России переведены в электронную форму и доступны любому гражданину для ознакомления и анализа. Поэтому история — это тоже дело любителей, это область сугубо увлечений.

Из 20 программистов России только один работает профессионально в системе жизнеобеспечения, для остальных компьютерные программы — это увлечение.

Вся наука — от астрономии и географии до теплотехники и военного дела — доступна любителям и является основным занятием в сфере увлечений. По тем критериям, по которым остальной мир считает людей учеными, в России на 500 млн имперских граждан приходится более миллиарда ученых.

Как становятся любителем? Да собственно так же, как и профессионалом. Просто профессионалом становятся, исходя из потребностей общества, иногда даже из потребностей общества в данной общине (есть работа — значит, нужно ее делать). А любителем становятся из «потребностей души», выбирают то, что заинтересовало в школе или впоследствии.

К примеру, в данной сельской общине крестьянин по старости освободил свое поле, его дело перенимает юноша и становится профессиональным агрономом за 3–4 года общения с компьютером Комитета по образованию и с другими крестьянами (агрономами). Но предположим, что юноша со школы мечтал стать физиком. Нет проблем. Он в любой период своей жизни может сообщить об этом обучающему компьютеру, и тот начнет обучать его физике. Сначала обучит его всем принципиальным законам, уже открытым в данной науке. Затем предложит выбрать направление (специализацию) и начнет обучать всему, что известно о физике данного направления. И года через 3 компьютер сообщит обучаемому, что по данному вопросу он рассказал все, что сам знал. Любитель уже стал физиком и далее должен искать знания сам. Ограничений нет, точно так же любитель может освоить еще не одну науку. Времени это будет занимать все меньше и меньше с учетом повышения общей развитости ума и того, что компьютер будет учитывать все ранее полученные знания.

Далее любитель начнет сам искать новые знания и новые решения. Он будет разрабатывать гипотезы, и проверять их. Ему может повезти, а может, нет, но жизнь его будет заполнена самым увлекательным для человека делом, дающим максимум удовлетворения и единственно нужным жизни — поиском новых знаний.

Эффект от такого увлечения людей огромен. Имперская статистика утверждает, что в области техники профессионалы дают 80 % внедряемых технологических решений и 10 % конструкторских. 90 % конструкторских решений дают любители. Еще убедительнее ситуация в науках. Тут профессионалы дают всего 20 % методик и аппаратных оформлений экспериментов и всего 4 % проверяемых гипотез. Это объясняется не слабостью профессионалов, а огромным численным превосходством любителей. Если в империи возникает вопрос, который для нее либо для науки очень важен, то компьютеры Комитета по образованию «раскаляются докрасна», так как десятки миллионов граждан империи начинают вникать в вопрос. В короткое время число любителей, подготовленных к решению этого вопроса, увеличивается по сравнению с числом профессионалов в тысячи раз. Империя, как единый мозг, сосредоточивает умственные усилия миллионов на важной для себя проблеме.

Немного о том, как это происходит технически. В ОС имеются электронные журналы каждой отрасли науки, каждого направления. И профессионалы, и любители помещают в них свои сообщения о новых знаниях или гипотезах. Дисциплина жесточайшая, околонаучный информационный мусор недопустим. Кроме того, ведь никому не требуются «публикации» для защиты диссертаций: их просто нет, как нет и ученых званий. Дается только результат или, кратко, гипотеза. Если ученым требуются подробности методик или объяснения гипотез, то они обращаются непосредственно к автору. Люди, занимающиеся одной проблемой, хорошо знакомы друг с другом, даже ни разу не встретившись. Сеть позволяет им видеть друг друга при разговоре.

Проверка гипотез требует экспериментов, а они часто чрезвычайно дороги. В таких случаях есть два пути. Автор может попросить проверить гипотезу профессионалов, имеющих соответствующее исследовательское оборудование или могущих это оборудование создать. Иногда профессионалы охотно и быстро гипотезу проверяют, но часто бывает так, что и у них нет свободных средств или они в гипотезе сильно сомневаются. Тогда автор ищет средства (экономию) среди сочувствующих своей гипотезе, и уже любители собирают средства и проводят эксперимент за свой счет.

Немного отвлечемся. Существует освященное традицией правило половины: если при внедрении идеи получена экономия, то тот, кто внедрил, отдает половину тем, чьими идеями он сам воспользовался. Если внедрение идеи требовало затрат и эти затраты внесены со стороны, то спонсоры считаются в третьей доле, и экономия делится на троих: внедренца, автора идеи и спонсоров. Поэтому у любителей, занимающихся чистой наукой, порой бывает доход не только от благодарных читателей в сети, но и от конкретной экономии, если их работа послужит базой для продуктивной идеи. А спонсоры, давая под гипотезу средства с риском того, что эксперимент окончится ничем, порой получают свои средства обратно, да еще с процентами.

Заканчивая рассказ об увлечениях людей, следует сказать о значении их в жизни империи. По сути, увлечения как товар — это в подавляющем большинстве новые знания и товары особого рода (песни, живопись, стихи и т. д.), имеющие свою стоимость. Для жизни животного или человека, живущего только для удовлетворения своих животных инстинктов, эти товары не нужны. А в жизни людей место увлечений выглядит так.

В общей стоимости розничного товарооборота империи товары и услуги для жизнеобеспечения людей составляют 30 %, новые знания и товары от увлечения и для увлечения — 60, товары и услуги для улучшения земли — 2, товары и услуги для развлечения — 8 %.

О науке

Поскольку мы так или иначе заговорили о науке, то следует уточнить эту тему. Задача науки — исследовать природу, искать новое. Эта задача в будущей России стоит перед каждым гражданином, это его суть, это смысл его жизни.

Но в империи есть те, кого в старые времена называли учеными, — профессиональные исследователи. Их работа считается обеспечением жизнедеятельности. Эти люди обслуживают комплекс собственно исследовательской техники империи. Иногда они составляют институты, но чаще и они, и исследовательское оборудование находятся при производствах, которым нужны результаты их труда.

Ученые не финансируются из бюджета, за исключением случаев, когда Собор или император нанимают их для выполнения определенных исследований. Это случается нечасто, так как власть в подавляющем большинстве случаев опирается на советы и мнения практических работников и академиков.

Напомню, что каждый занимающийся исследованиями профессионально или в виде увлечения свои результаты представляет в сети для использования другими. Уже на этом этапе каждый, кто счел эти результаты полезными, а гипотезы очень интересными, оплачивает за знакомство с ними не обычную копейку за пользование сетью, а сколько пожелает — насколько работа его впечатлила. Эти личные доходы ученых являются их рейтингом. (Точно так же, напоминаю, составляются рейтинги писателей, поэтов, композиторов, спортсменов, артистов и др.) Кроме того, если пользователю сети представленная работа крайне не понравится, т. е. человек сочтет время на знакомство с ней бесполезно потраченным, то он даст команду своему компьютеру больше не открывать файлы этого автора. Это все знают, этого боятся, и туфту в сеть никто не дает.

Ежегодно из ученых, у кого за этот период был самый высокий рейтинг, избираются лучшие физик, химик, математик и т. д. Избирают все, кто разбирается в этих науках, все, кого это интересует. В популярных областях наук (скажем, в биологии) количество поданных голосов за каждого кандидата исчисляется десятками миллионов. Лучших ученых принимают Собор и император, им вручают медали, их имена знают все.

(Такая картинка. Ученого, становящегося три года подряд математиком года, спросили, какой своей работой он более всего гордится. Тот, подумав, ответил, что, пожалуй, в математике ему все же везет, а гордится он тем, что когда выходит на дежурство шеф-поваром своего общинного клуба, то на его супы записываются желающие с общин в радиусе 50 км очередь стоит уже вперед на год. И тут же начал пояснять, что воду ему завозят из специально выбранной им скважины, а на мясо он берет от бычков, которых специально по его просьбе за месяц до забоя откармливают только пырейным сеном.).

Но ученые года академиками не становятся, тут требуется совсем иной тип мышления. Академики — это философы своих наук, люди, способные оценить все полученные наукой результаты и способные в своих работах предсказать общие тенденции развития науки. Раз в пять лет происходят перевыборы академиков. И точно так же, как выбирают лучших ученых, люди голосуют за тех, кого они считают академиками. Вот эти ученые-академики обычно консультируют при необходимости Собор и императора, хотя главная их работа в другом. За пять лет они обязаны составить и выпустить дополнительные тома имперской энциклопедии, где осмысленно, в развитии описать текущее состояние науки. Но массы любителей ценят их даже не за это, а за то, что академики обязаны ставить вопросы для их исследований, предсказать и показать те направления исследований, которые окажутся наиболее перспективными. Слушать академиков в своих исследованиях необязательно, но и пренебрегать их мнением мало кто решается.

Если сравнить науки нынешней и будущей России, то в глаза бросаются принципиальные моменты.

Ученые перестали сидеть на шее у общества, их нынешняя возня, т. е. знание чего-либо, написание диссертаций, — это не повод, чтобы общество ученого кормило. Знаешь — знай, но если то, что ты знаешь, никому, кроме тебя, не требуется, то и оплачивай свои знания сам.

Поскольку ученые государства Солнца ведут исследования практически за свой счет, то они ищут только истину: проталкивать в общество какую-либо теорию только потому, что она твоя, очень накладно, да и опасно; тебя просто перестанут слушать.

Совершенствование земли

Прежде чем описать эту сферу деятельности людей, необходимо еще раз остановиться на их отношении к физическому труду. В этом вопросе идеи, составляющие мировоззрение людей, таковы:

— природа наделила человека мускулами, чтобы он ими пользовался;

— мощность мускульной силы людей равна седьмой части установленной мощности всех электростанций, поэтому грех жечь топливо и не пользоваться собственной силой;

— человек, который много работает физически, может без дисбаланса для организма есть больше хлеба (мучного) и меньше мяса, т. е. он обходится природе в несколько раз дешевле, чем тот, кто физически не работает;

— физкультура и различные виды укрепления мускулатуры в спортзалах и на тренажерах — это удел убогих умом. Умный человек найдет себе физическую работу.

Если соединить все вышесказанное с взглядами людей на то, что они лично не должны обходиться природе слишком дорого (не быть паразитами), то вытекает и особое отношение людей к физическому труду — его очень ценят.

Несмотря на то что весь быт людей устроен так, чтобы физической работы было побольше, но она все равно в дефиците, ее непрерывно увеличивают искусственно.

Во всех видах производства автоматизируются только поточные процессы и операции, требующие большой точности (как люди шутят, женская работа). И даже на автоматических линиях наладчики, выбрав спокойную минуту (когда автоматы не требуют их вмешательства), предпочтут остановить подающие конвейеры и подать комплектующие руками, чтобы размяться. Конструкторы, операторы, бухгалтеры, чья работа заключена в стоянии перед компьютером, прервутся, если прибыли контейнеры с грузом, чтобы их разгрузить, хотя в наличии имеется необходимая техника.

Если до места работы менее 10 км, то человек поедет на работу на велосипеде, если менее 5 — побежит. Вообще люди считают, что мужчина должен тратить в день 4–5 тыс. килокалорий, женщины — немного меньше (пропорционально меньшему весу тела).

Люди не выглядят стандартно: среди них есть рослые и низкие, худощавые и полные, но все они на вид исключительно крепкие, явственно мускулистые.

Женщины империи считаются эталоном красоты в мире, увядают очень поздно (дело здесь не столько в медицине, сколько в образе жизни). Когда иностранцы этому удивляются, имперцы поясняют: «Среди наших женщин нет спящих красавиц. Особенно — спящих на ходу».

Физический труд — своего рода культ. К примеру, одним из принципиальных видов удовольствия является тяжелая, до ломоты в теле работа на улице весь зимний день, затем русская баня и спокойная, неторопливая беседа в креслах у открытой печи с горящими дровами и стаканом чая или пива в руках. Мороз и пар, максимум физических нагрузок и максимум расслабления — все это в комплексе считается наилучшим отдыхом.

Теперь можно рассказать о следующем виде деятельности человека — о работе по улучшению Земли. Как я уже упоминал, вся территория империи разделена между общинами; там, где плотность населения велика, территории общин невелики, а на севере или в пустынях это обычно тысячи квадратных километров.

С сельскохозяйственными общинами понятно: вся их земля так или иначе является средством производства продуктов. А к городским общинам отошла земля, за которую нынче отвечают дворники или которая лежит под свалками, обочинам, пустырями и т. д.

Вся земля еще в момент образования общин делится между семьями и является их собственностью в том смысле, что только они за ее состояние отвечают, и только они ею распоряжаются. В чем смысл распоряжения этой землей?

Солнце дарит Земле энергию. Эту энергию усваивают растения. Если земля голая или на ней растет нечто никому не нужное, то это недопустимая растрата солнечной энергии. Смысл улучшения Земли — энергия Солнца должна быть усвоена как можно разумнее каждым квадратным метром поверхности Земли. Разумеется, семьи согласовывают между собой тот ландшафт, который они будут создавать.

Прежде всего утилизируются свалки, убирается мусор, выравнивается и улучшается, если это требуется, почва и на ней что-либо сажается. Очень часто деревья, как правило, ценных пород. За всем организовывается уход, стремятся, чтобы деревья в спелом состоянии дали максимально ценную древесину, чтобы травы были максимально полезны хотя бы диким животным. Землеулучшение возобновило фауну империи. Люди старательно восстановили популяции мелких животных (от соболей и горностаев до бобров и белок), насекомых и птиц.

Крупные и хищные дикие животные обитают в заповедниках, крестьяне с полей отпугивают дикую живность автоматическими устройствами, но зато вся остальная территория империи кишит разной живностью. Люди следят за всем многообразием живого мира, удерживая все популяции в балансе, не приносящем людям вреда. Оводам и слепням не дают расплодиться шершни, воронам — соколы, гусеницам — птицы, комару и гнусу — стрекозы и стрижи, мышам — соболи. Вся эта живность в конечном итоге попадает к людям в виде мяса либо шкурок или просто радует глаз. А то, что растет на земле и не используется животными, попадает людям в виде древесины либо плодов. Таким образом люди собирают энергию Солнца, экономя забор ее из недр земли, а попутно — обеспечивают себя интересным физическим трудом на свежем воздухе.

То, что вся земля кому-то принадлежит, не значит, что она недоступна всем. Любой человек может находиться везде, где хочет, соблюдая определенные правила. Скажем, ни в коем случае нельзя землю изменять без разрешения хозяина и, упаси Господь, ее замусоривать. Хозяин простит, если срубишь дерево (возможно, тебе это было очень необходимо), но не простит, если бросишь окурок.

Природа в империи не имеет вида английского газона; она имеет вид именно природы, правда, очень чистой и ухоженной.

По мере улучшения земли в старых общинах объем работ резко уменьшается, а молодежь подрастает. Заняться улучшением земли на старом месте ей негде. И в описываемое время масса молодежи улучшает землю на севере и в пустынях. Обычно молодые семьи договариваются с местными общинами, у которых земли больше, чем они в состоянии обиходить, берут себе участки тайги, болот, пустыни или тундры и каждый год на 2–3 недели приезжают на свой участок присмотреть за своей землей, а заодно хорошо отдохнуть и размяться.

Работа по улучшению Земли обычно требует больших трудозатрат в своем начале, а затем, когда лес уже растет, когда требуется только ежегодное прореживание, подсев трав либо заготовка кормов для диких животных, она резко облегчается и занимает не очень много времени. Но главное, что она дает, — у каждого человека есть реальная частичка планеты, за которую он отвечает, как хозяин.

Развлечение

Естественно начать с вопроса: чем развлечение отличается от увлечения? Во-первых, при развлечении загружаются другие участки мозга, и этим дается отдых участкам, которые работали в то время, когда человек был занят жизнеобеспечением и увлечением.

Во-вторых, каким бы ни было увлечение человека, оно всегда направляется на общее благо, даже если он выращивает огурцы лично для себя. (Ведь этим он немного снимает заботу с других по своему жизнеобеспечению.) В отличие от увлечения, развлечение дает удовлетворение только данному человеку; изредка нескольким, если развлечение совместное.

Таким образом, на развлечение смотрят как на приятный отдых, но поскольку человек является в эту жизнь не для того, чтобы отдыхать, то в целом отношение к развлечениям не очень уважительное. При этом пренебрегать развлечениями считается недопустимым, нельзя только делать собственное развлечение целью своей жизни.

Из привычных для нас зрелищ остались спортивные соревнования и то, что можно назвать кино. Практически исчезли опера, оперетта и балет как жанр. Не стало желающих ни тратить на это время, ни тем более смотреть. Театр соединился с кино с выдачей продукции в виде стереофильмов.

Существенно изменились сюжетные линии всех произведений в связи с изменением системы ценностей человека. Любовь, скажем, в этой системе резко отодвинута на задний план. На первый план вышла радость творчества, а интрига большинства художественных произведений вертится вокруг поиска какого-либо решения.

Просмотр фильмов стал индивидуальным. Человек надевает на голову шлем, включает видеоплейер и погружается в фильм. Здания театров и кинотеатров остались только в виде музеев, в них для туристов крутят старые фильмы, ставят роботами спектакли, отрывки опер и балета.

В реальном масштабе времени люди смотрят только спортивные соревнования, хотя, конечно, их можно посмотреть и в записи, но тогда уже нет азарта и не те эмоции. Как развлечение воспринимаются и все спортивные игры «для себя». Увлечение спортом, кстати, широко развито, люди его ценят не за укрепление здоровья, а за возможность испытать удовольствие от азарта борьбы.

Произошли изменения и в музыкальной культуре. Навсегда исчезли «музыкальные клипы» — развлечение для идиотов. «Мухи отдельно и компот отдельно», — это принцип людей. Смотреть песню — это идиотизм, песню нужно петь либо слушать. Из империи исчезли все африканские ритмы как из музыки, так и из танцев. Очень ценятся песни, которые можно петь хором; хоровое пение довольно популярно среди развлечений.

Песни, которые исполняют профессионалы, очень ценятся как попутное развлечение, т. е. такое, которое легко совместить с работой. А вот музыкальные произведения без слов считаются необходимым сопровождением раздумий. «Под музыку хорошо думается», — уверены люди.

В число развлечений входит чтение художественной литературы, но к нему отношение особое. Книги, как правило, несут в себе обучающий элемент: у читателя расширяется объем используемых слов, следовательно, он более точно способен передать мысль. Чтение считается полезным занятием, но, как собственно развлечение, недостаточным.

Наиболее популярными развлечениями являются охота и рыбалка как у мужчин, так и у женщин. В каждой местности эти развлечения регламентируются своими правилами, которые безукоризненно исполняются. В местностях, где дичи мало, охотники-любители охотятся на нее только с луками и арбалетами. Там, где разрешаются ружья, используется только стальная дробь. На охотничьи трофеи прожить, конечно, никто не может и не собирается, но вдоволь в азарте набегаться по лугам и лесам — это пожалуйста!

Развлечением считается и туризм как познавательный (по городам или интересным местам), так и для смены климата (к морям или в горы). Но это развлечение, как правило, совмещается с каким-либо увлечением.

К примеру, принято проводить встречи людей, уже знакомых по работе в сети над каким-либо увлечением, на берегу моря либо в старинном городе. Полдня тратится на общение, полдня на купание или осмотр музеев и достопримечательностей.

Развлечением, в принципе, является то, что дает человеку возможность получить удовольствие от удовлетворения инстинктов. Считается крайне нежелательным атрофировать какой-либо из инстинктов. Инстинкты, как я уже писал, человек обязан держать в узде, но и в целости.

Поэтому еда тоже может быть развлечением. Обычно люди очень спокойно относятся к еде, едят только то, что характерно для данной местности, хотя по-своему имеют к пище очень высокие требования. Они могут, к примеру, сбросившись экономией, пригласить из Китая поваров вместе с птицей, чтобы те приготовили на общину и гостей утку по-пекински.

Удовольствие от удовлетворения полового инстинкта также считается развлечением в чистом виде, но об этом, видимо, следует рассказать отдельно.

Семья и любовь

Тут следует понять, что в наше время, когда для подавляющей массы населения работа является только способом добывания средств существования, а творческий элемент в работе отсутствует из-за дефектов воспитания и обучения, для человека единственным способом получения удовольствия остается только удовлетворение инстинктов.

Удовольствие от удовлетворения полового инстинкта раздуто до размеров единственного смысла жизни. Усугубляет дело факт, что те, кто формирует общественное мнение, — журналисты, писатели, сценаристы и т. д., о получении удовлетворения от творчества понятия не имеют и даже если бы хотели, то не смогли бы его описать и указать на это удовольствие людям. Секс — это единственное, что они знают, поэтому любовь — это единственное, вокруг чего строится все произведение.

У людей дело обстоит не так. От удовлетворения полового инстинкта они тоже получают удовольствие, и даже большее, чем нынешние люди. Но то удовольствие, что они получают от творчества, настолько превосходит удовольствие от «любви», что любовь чуть ли не выпала из системы ценностей, и люди прилагают определенные усилия, чтобы удержать ее в сфере человеческих интересов.

Жизнь человека моральными правилами и обычаями делится на три периода.

Первый период длится до окончания школы. Если хотите, то это период платонической любви. Мальчики и девочки в школе только учатся и занимаются спортом отдельно, во все остальное время их стараются держать как можно ближе, чтобы фантазии не уводили подростков в сферу беспредметных мечтаний. Мечтание должно быть предметным, в виде конкретных девушки или юноши. Ухаживание в среде молодежи друг за другом считается делом нужным и похвальным. Но! Запрещаются любые ласки сексуального характера, запрещены даже поцелуи. Молодежь должна оттренировать свою способность сдерживать свой половой инстинкт.

Второй период — это когда, как посмеиваются люди, молодежь «трется» друг об друга. Это период от окончания школы до свадьбы. В это время разрешены любые ласки, включая ласки, вызывающие оргазм, но половые контакты запрещены. Запрет касается парней и девушек, позор будет одинаков. К свадьбе молодые должны подойти девственными. (Кстати, до свадьбы молодежи запрещены курение и спиртные напитки.)

Тут следует сказать, что рубежным моментом в жизни человека является рождение ребенка и предшествующая этому свадьба. Поскольку только после этого человек становится полноценным гражданином не только империи, но и своей общины. Не имеющие детей к решению дел в общине не допускаются. Дела решают только отцы и матери.

Девушки по окончании школы могут принести империи гражданскую присягу либо воинскую (чему мужская половина активно сопротивляется). После этого они становятся гражданками и участвуют во всех имперских делах. Но в общине девушка считается молодой и, пока не родит ребенка, решающего голоса не имеет.

Парни могут принять только воинскую присягу, невоеннообязанных граждан империи мужского пола не существует. (Это, собственно, исходит из понятия того, кто такой гражданин.) Поэтому парни после окончания школы пишут заявления в военные комиссариаты с просьбой поставить их в строй, поскольку армия в империи исключительно добровольческая. Обычно в течение года военные комиссары присылают повестки, и ребята прибывают в армейские учебные центры, где после 6 недель интенсивной общеармейской подготовки юноши принимают военную присягу и отправляются служить в запасе. Отныне и они — граждане империи.

Сразу после окончания школы парни стремятся найти работу в сфере жизнеобеспечения и как можно быстрее стать хорошими специалистами, способными своим трудом обеспечить будущей семье существенную экономию. Стремятся к этому и девушки, но в деле создания семьи мужчины тщательно оберегают свое первенство: ведь это они должны единолично обеспечивать семью, когда жена временно потеряет трудоспособность из-за беременности.

В реальности этой проблемы не существует. Потеря даже обоих родителей никак не скажется на материальном обеспечении ребенка. Эта проблема сидит в головах мужчин, в их мировоззрении. Они защитники семьи, только на них лежит ответственность за ее жизнеобеспечение. Поэтому-то инициатива создания семьи исходит только от ребят; если девушка скажет, что ее доходов хватит, чтобы создать семью, или сошлется на помощь родителей, то этим нанесет жесточайшее оскорбление парню. Ни она, ни родители здесь ни при чем. Он муж, это его ответственность, и любая помощь в этом вопросе — это оскорбление ему!

Эту независимость мужчин уважают все, особенно будущие супруги, в связи с чем терпят до момента, когда парни почувствуют, что в экономическом плане они твердо стоят на ногах и могут позволить себе создать семью. Это состояние возникает тогда, когда экономии мужчины начинает хватать, чтобы построить дом. Это опять из области теории, поскольку жилья достаточно. И если даже приходится строить дом, то это один из редких, исключительных случаев, когда человек обязан принять помощь от общины, а она обязана ему помочь. Тем не менее дом — это показатель экономической состоятельности мужчины. Этот уровень достигается в 25–30 лет. В этот период жизни мужчины создают семью. Поскольку инициатива исходит от них, то женщины могут вступить в брак и раньше, но малолетнюю жену люди просто не поймут, поэтому реально девушки выходят замуж не ранее 22 лет.

От окончания школы до свадьбы у молодежи длится довольно продолжительный период, который, с позиций сегодняшнего дня, можно было бы назвать периодом ограниченной распущенности. Люди, однако, на это смотрят не так. С их точки зрения супруги — это два товарища, которые пообещали друг другу вырастить детей и прожить вместе всю жизнь. Любовь, как сиюминутное половое влечение, в этом вопросе очень плохая советчица. И люди стремятся создать молодежи условия, при которых они как можно лучше перезнакомились бы друг с другом и еще до брака как можно лучше узнали друг друга. Разрешая молодежи сексуальные ласки, люди стремятся убрать любовные шоры с глаз молодых, дать им возможность трезво взглянуть друг на друга.

Практически в каждой общине есть молодежные клубы, которые раз в месяц зазывают на свои встречи молодежь со всей округи. Молодые люди знакомятся в сети, затем встречаются в различных молодежных лагерях. Считается нормальным, если до свадьбы молодые люди успеют перецеловаться с сотней понравившихся им лиц противоположного пола. «Больше выбор — меньше проблем после свадьбы», — полагают люди.

Но все проходит, проходит и этот период. Наступает момент, когда парень и девушка дают друг другу клятвы прожить вместе всю жизнь, родить и воспитать детей.

В этой супружеской клятве нет слов о любви, люди не обещают друг другу то, что обещать невозможно, — то, что их половое влечение друг к другу будет стабильным и всегда более высоким, чем к другим, всю жизнь. Супруги — это товарищи, они не полиция друг для друга, а семья — это не тюрьма. Это работа, это товарищеский и родительский долг, но во всем, что вне этой работы и долга, люди свободны.

Лишившись девственности в первую брачную ночь, супруги стремятся как можно быстрее завести ребенка, поскольку только статус отца и матери дает людям абсолютно все права в империи. Поэтому первый ребенок — это ребенок первого зачатия. Если он здоров (уродов, особенно умственных, медицина не выхаживает), мать делает предохранительную операцию, и второго ребенка супруги заводят спустя 10–15 лет после первого, обычно тогда, когда мужчина становится старше 40 лет.

Рождаемость в империи регулируется, в связи с чем, супруги ограничиваются двумя (реже тремя) детьми. Разносом рождений детей во времени люди обеспечивают природу детьми от уже полностью «созревших» родителей. Вообще я бы сказал, что в империи нет «детей любви», там только дети ума, но от этого они ничуть не хуже.

Любят ли супруги друг друга? Разумеется, но любовью людей, а не порывом сексуальной инстинктивной страсти. Они любят друг в друге человека, а не животное, каким бы красивым оно ни было, и эта любовь действительно прочна, вечна и многого требует от супругов.

Единственное, чего она не требует, — это обязательность половых контактов только в браке. Ограничив рождение детей (планируя их рождение, поскольку по-другому нельзя), супруги половой акт превращают в развлечение, а чтобы это развлечение не надоело и не превратилось в нудную обязанность, люди совершенно спокойно смотрят на развлечения «на стороне» с временными симпатиями. Эти развлечения всегда остаются только развлечениями, супружеский долг не дает им перерасти ни во что иное. Любовное развлечение требует согласия обоих развлекающихся. Но вообще-то люди ценят внимание к себе не только как к личности, но и как к представителю рода homo sapiens. Возникающие симпатии складываются легко, как, впрочем, и легко распадаются. Напомню, что абсолютно недопустимы половые контакты с еще неженатой молодежью.

С этой точки зрения общество будущего можно было бы считать крайне распущенным, если бы, как я уже писал, сама половая любовь занимала в нем сколько-нибудь серьезное место, имела существенную ценность. В разговорах людей эта тема практически отсутствует из-за своей обыденности. Если бы, скажем, в кругу мужчин кто-то начал рассказ о том, как много у него любовных побед, то на него посмотрели бы как на человека, принявшегося рассказывать, как часто он подходит к унитазу и что при этом испытывает. Кому это интересно, кроме тебя? У людей темы разговоров должны быть поинтереснее, чем удовлетворения инстинктов.

Армия

Я уже упомянул об армии империи, и до разговора о ней уместен вопрос: а с кем империя собралась воевать? Хороший вопрос, поскольку действительно воевать ей не с кем. Желающих не осталось абсолютно, а никакие приобретения людям не нужны. Ее имперских территорий, минеральных запасов при их экономном использовании и регулировании численности населения России вполне хватает даже по прогнозам на очень отдаленное будущее.

Но люди не сомневаются, что то, что у них нет врагов, объясняется исключительно тем, что империя всегда готова их встретить.

В мире царит почти полное разоружение. Империя и не думает разоружаться и разговоров об этом не ведет. Тем не менее наличные ее силы внешне невелики: 10 полков ракет стратегического назначения, 10 космических ударных баз и 10 подводных лодок с ядерным оружием. Это силы империи, которые всегда укомплектованы постоянным штатом и всегда наготове. Кроме этого в боевой готовности находятся разведорганы империи и казачьи войска на границах.

Вся остальная армия и флот, куда входит все мужское население России (по крайней мере до 45 лет), находятся в состоянии постоянной боевой учебы и постоянно совершенствуются.

Происходит это так. С циклом 4 мес. две общевойсковые армии, базирующиеся на данном полигоне, со всеми приданными объединениями и соединениями других родов войск, начинают учебу. Сначала кадровый штат, который составляет обычно менее 10 % боевой численности войск готовит планы учений и маневров, затем объявляется тревога, и призывники в течение полусуток прибывают в свои полки. Призыв всех возрастов — от 18 до 60 лет, так что войска пополняются контингентом и очень опытным, и новичками. Три дня сколачиваются подразделения, три дня учатся в составе расчетов, экипажей, отделений, три дня взводные учения, три дня — ротные (батарейные), три дня — батальонные. Затем 30 дней идут полковые и дивизионные учения, а затем армейские маневры, в ходе которых две армии вступают друг с другом в учебный бой. (Все оружие и техника — имитационные, копирующие вид и способы управления, поражающее действие настоящих оружия и техники абсолютно точно. Это в сотни раз снижает затраты на учебу и повреждения полигона.)

Затем несколько дней личный состав восстанавливает полигон, приписной состав разъезжается по домам, пробыв в Армии 7 недель. Кадровый состав подводит итоги и уходит в отпуск (для занятия увлечениями, совершенствованием Земли и развлечениями) на 4 мес. В это время две другие армии заходят на полигон и обучение продолжается.

Служба в запасе, как я уже писал, начинается с 6 недель в учебном центре и с принятия присяги. Затем кадровые службы армии с учетом досье парня, его склонности и, главным образом, мирных специальности и увлечений предлагают молодому человеку выбрать воинскую специальность. Если в мирной жизни парень водит мощную технику, то ему предложат стать водителем боевой техники и т. д. Согласовав воинскую специальность, парня начинают учить ей на гражданке. Молодой солдат подключается дома к СС, и компьютер выдает ему сначала все, что требуется по теории его воинской специальности, непрерывно проверяя его знания. Затем он начинает посещать тренажеры техники и оружия при военкомате. Тренажеры универсальные, они максимально компьютеризированы и тоже фиксируют успехи обучаемого.

Контролируют весь процесс обучения военнослужащего — от начала до увольнения в отставку, военные комиссары. Поскольку эта работа даже при наличии компьютеров очень хлопотная, то практически весь штат военных комиссариатов укомплектован женщинами.

Когда компьютеры убедятся, что обучаемый знает и умеет по своей специальности достаточно, следует призыв на сборы, о которых написано выше. Затем сборы повторяются через 5 лет, и если мужчина армией не увлекается, то они заканчиваются в 45–50 лет. В этом случае чистое время пребывания в армии обычно не превышает года, но с учетом домашней подготовки оно, конечно, существенно больше.

Арсеналов боевого оружия у империи практически нет. Конструкторы (профессионалы и любители) все время разрабатывают конструкции нового оружия и совершенствуют старое. Если армия принимает эти системы для вооружения войск на случай войны, то промышленность изготавливает небольшие их партии и разрабатывает всю схему массового производства, а изготовленные оружие и техника (практически только опытные партии) поступают в войска и энергично испытываются. Через 10–15 лет оружие устаревает, старые образцы сдаются в музеи, боеприпасы разряжаются, промышленность сдает техдокументацию в архив и изготавливает новые системы в опытных количествах, разрабатывает очередную схему массового производства и т. д. Имитаторы оружия, тренажеры и макеты боевой техники в войсках меняются, все воины в запасе получают новые программы обучения; все повторяется сначала. Не видя реального противника, империя не тратит средств на изготовление оружия для его уничтожения. Но (и в мире это знают) если у кого-то в мире возникнет глупая мысль по отношению к России, то никто не опередит ее в гонке вооружений: она вооружится первая и удара ждать не будет!

Еще немного о кадрах. Армейская служба и военное дело — это одно из довольно распространенных увлечений. В увлечении военным делом нет предела. Можно изучать его на любую глубину. Обычно такие любители просят призывать их на сборы почаще, им идут навстречу и призывают уже на командные должности. Поэтому часть мужчин находится в запасе до 65 лет и подготовлены к командованию полками и дивизиями. Но даже не увлекаясь армией, многим мужчинам нравится ее атмосфера дружбы и товарищества, и никто не удивляется, когда человек свой отпуск вместо теплого моря собирается провести на армейских учениях. Женщины в связи с этим шутят, что никак не могут понять, чем же для мужчин является Армия — службой или чистым развлечением?

Как бы то ни было, но затраты на армию в абсолютных цифрах довольно велики, однако люди на них идут без колебаний. Они атеисты, но глубоко убеждены, что береженого бог бережет. Кадровая часть армии состоит из 2 млн человек. Эти люди способны за месяц развернуть армию в 75 млн высококвалифицированных и бесстрашных бойцов.

Экономика

Как я уже показал, мировоззрение людей является природоохранительным, они видят цель своей жизни в том, чтобы природа жила вечно. Но люди никогда не были «зелеными» идиотами. Они знают, что самыми главными в природе являются они сами; следовательно, смысл охраны природы в том, чтобы вечно жили они, люди. Все в природе они без колебаний предназначают себе: каждый листочек, каждая травинка и каждая зверюшка рождаются в природе только для того, чтобы обеспечить жизнь людей. В этом у людей никаких сомнений нет.

Этот образ мышления надо учитывать, чтобы понять то, как люди преобразовали экономику. Как я уже писал, людям собственно для жизни нужно немного, и цель экономики России, разумеется, не прибыль. Более того, даже разумная цель экономики — обеспечение жизни людей — отодвинута на второй план. Резерва мощностей в России хватает для обеспечения и вдвое более высокой потребности. Целью экономики стал человек, империя имеет экономику, максимально приспособленную не для производства, а для человека. Это следует понимать так.

Чем являются в наше время города? Тюрьмой рабов для обслуживания промышленных предприятий. Строится огромное предприятие. Огромным оно строится потому, что именно такие предприятия максимально эффективны, а затем вокруг предприятия строятся многоэтажные дома-тюрьмы для тех, кто это предприятие обслуживает. Ну и кое-что для воспроизводства и развлечения рабов. То есть наш образ жизни максимально приспособлен для обслуживания промышленности.

В империи все наоборот. Люди с бетонных башен спущены на землю и не в смысле «с асфальта в грязь», хотя и этого никто не чурается, а в смысле максимального приближения к живому дереву, кустику, травинке, цветку, к животным и птицам. Люди стали жить в маленьких поселках по всей территории империи, а огромные имперские промышленные предприятия разделены на самые мелкие участки, которые расположены возле общин. Причем если эта община сельскохозяйственная, то производственные участки работают только зимой, сезонно.

Сегодня на обычное предприятие поступают сырье, материалы, комплектующие; они проходят через сотни производственных участков, пока не преобразуются в готовую продукцию. Расположено такое предприятие на десятках или сотнях гектаров. В империи предприятия такие же, но расположены они на тысячах, десятках, а порой и сотнях тысяч квадратных километров. В этом, собственно, вся принципиальная разница.

Конечно, не все предприятия возможно так раздробить в пространстве: не раздробишь, к примеру, современную доменную печь и связанные с нею сталеплавильные агрегаты. В этом случае вокруг такого предприятия на огромной площади расположены сотни общин. Да, возрастают затраты по доставке людей на смены, но на это идут: человек должен жить в единстве с остальной природой! Он — главное, он, человек, а не средства его жизнеобеспечения.

Такое расположение экономики упразднило города и усложнило работу транспорта. Основой транспорта России — континентальной страны с суровой зимой — являются железные дороги. Железнодорожный транспорт упразднил — автомобили (остались только специальные — карьерные, пожарные, вездеходы и т. д.) и автомобильные дороги.

Железных дорог три типа.

Магистральная, идущая с запада на восток с ответвлениями на Ближний Восток, Индию и Китай. Колея — 5 м, платформы вмещают 6-метровые контейнеры по 4 ряда в ширину и 4 ряда в высоту, вес состава — 100 тыс. т. Локомотивы с атомным двигателем, маршрутная скорость — 300 км/ч. Через 1000–1500 км станции сортировки. На этих станциях платформы разгружаются и догружаются. Снятые с магистральной дороги контейнеры грузятся на платформы железной дороги обычной колеи.

Железная дорога обычной колеи такая же, как сегодня, только сеть ее в три раза протяженнее, а электровозы имеют иной принцип питания — без контактного провода. С нее контейнеры перегружаются на узкоколейную дорогу.

Узкоколейки идут практически вдоль всех бывших автомобильных дорог. Автоматические локомотивы гоняют по ним составы с контейнерами общим весом до 300 т со скоростью 60 км/ч. Такая невысокая скорость никого не смущает: в империи никто никуда не торопится, любая спешка — это признак неумения планировать. А это в империи умеют все.

Все железнодорожные перевозки в империи грузопассажирские. Автомобильные дороги остались, их когда-то асфальтобетонное покрытие подсыпано утрамбованным щебнем, который время от времени планируется грейдерами. По автомобильным дорогам движение крайне редкое, обычно это или боевая техника на учениях, или сельхозтехника.

Общественный авиатранспорт технически совершенен, но малочисленен. Собственно, он повторяет путь боевой техники. Используется он для доставки грузов туда, куда железные дороги вести не имеет смысла (грузовые дирижабли), либо для действительно аварийной доставки грузов и людей. Объясняется это тем, что люди считают его все же дорогим (по сравнению с железными дорогами) транспортом, а люди бережливы.

Пожалуй, внешний вид империи и ее принципиальные особенности я более или менее описал; пора, пожалуй, закончить отчет о командировке в государство Солнца описанием быта людей.

Дом

Итак, люди живут на земле, каждая семья имеет свой дом. Как он выглядит? Поскольку империя простирается на огромных территориях, то дома имеют характерные отличия. Но если мы возьмем север и средние широты, то жилье людей выглядит так.

Как правило, это дом, а правильнее — квартира общей площадью до 100 кв. м, обычно 15×6 м2 или около этого. Эта квартира является составной частью (секцией) длинного дома протяженностью до 150 м. Секция расположена на участке земли шириной в секцию и длиной в 80–100 м, а весь дом соответственно занимает участок этой длины и шириной в свою длину. Вместе с квартирой семья располагает участком земли площадью 0,15 га. Дом стоит у одного из краев участка, его стена обычно в 4–6 м от границы. Это лицевая часть дома, здесь проходит улица или дорога, в этом месте у дома обычно разбиты лужайки, цветники, посажены декоративные деревья. Задняя часть участка (за домом) — это сад, огород. Сарай для живности обязательно в дальнем конце участка. Поскольку люди всегда имеют какую-нибудь живность, то в этом месте (позади дома) участки разделены между собой и отделены от внутренней улицы оградами (чтобы своя живность не портила участки у соседей).

Дом стоит на едином фундаменте (каменном или бетонном), опущенном в землю полуподвалом. Полуподвал разделен посекционно перегородками, вдоль него идут магистральные трассы электротепловодоснабжения и канализации. Таким образом, все трассы у людей на виду в случае аварии их не требуется откапывать. Из-за полуподвала дом приподнят над землей не менее чем на метр.

Над землей продолжением подвальных перегородок являются каменные брандмауэры — противопожарные стены. Между ними строится собственно дом, всегда деревянный из бруса 110–150 мм. По традиции один из краев секции (около 3 м) — это так называемый гараж. Но так как индивидуальные автомобили очень редки, то в этом помещении обустроена мастерская. Правда, иногда мастерские делают в полуподвале, но чаще там, кроме овощехранилища, находится баня.

Снаружи дом облицован матовой плиткой из специального стекла самых разных тонов и расцветок. Плитка надежно прикрывает дерево стен от осадков, но не герметично: стены дома «дышат». Скат крыши, обращенный к солнцу, всегда выполнен, как солнечная батарея; остальные скаты (если они есть, так как крыши бывают и односкатные) покрыты стеклянной черепицей.

Красивы эти дома или нет — об этом можно спорить, но выглядят они очень нарядно, люди их строят с таким расчетом, что они без капитального ремонта будут стоять не менее 300 лет.

Без гаража общая площадь дома для одной семьи редко превышает 70 кв. м. (В домах часто живут несколько поколений, и тогда дома расширяют.) Кроме ванны (часто — душа) и туалета в доме одна просторная комната-кухня (24–30 кв. м) и четыре очень маленькие комнатки. Одна, чуть побольше (10 кв. м), — спальня родителей, две детские и кабинет (6–8 кв. м). Вход в дом и выход на участок обычно украшены самыми разнообразными неотапливаемыми верандами.

Такой маленький отапливаемый объем дома обусловлен стремлением людей к энергосбережению; они не склонны отапливать большие объемы, в которых фактически не живут. Обилие маленьких комнат вызвано тем, что люди, в целом весьма коллективные, испытывают потребность побыть в одиночестве.

Внутренняя отделка — это, как правило, дерево. Только полы, двери и оконные рамы красятся, все остальное — в натуральном виде. Пластика в отделке нет. Стены отделаны доской, раз в 4–5 лет стены и потолки прошлифовывают, они снова приобретают светлый оттенок и радуют глаз природным рисунком древесины.

Кухня электрическая, но в большой комнате как правило, есть дровяная печь, украшенная изразцами или чугунным и медным литьем. В общем, она «для души» и играет роль камина. Под настроение семья собирается у печи и, расположившись у открытых дверок, любуется пламенем горящих дров, вдыхая аромат поленьев с горьковатым привкусом дымка.

Мебели, да и вообще барахла очень мало, но то, что есть, — обязательно из натурального дерева с обивкой из натуральных кожи, шелка, шерсти. По поводу барахла следует сказать, что в домах людей редко бывает что-либо, что используется не каждый день. Скажем, посуды ровно на семью, для гостей ее берут напрокат в общинном клубе. Там же возьмут мебель, раскладушки и добавочное постельное белье, любые средства механизации кухонных работ. Там же берут книги, туда же их относят после прочтения, в том числе свои. Правда, в домах довольно много различных художественных и ювелирных поделок. Изнутри дом оставляет впечатление простора и заполненности. Следует сказать, что обилие художественных изделий вызвано большим количеством людей, увлекающихся их изготовлением, но если у авторов получается действительно нечто особенно радующее глаз или впечатляющее, то тот, кто это приобрел, размещает произведение в общинном клубе (о котором ниже) либо в любом открытом общественном месте. Там же размещаются различные частные коллекции. Из-за подобной традиции общины в какой-то степени являются музеями того вида, каким его создают увлекающиеся в данной общине люди.

Немного отвлекусь. В империи замки на дверях (исключая двери госучреждений и армии) есть только в местах, которые могут представлять опасность для некомпетентных людей, особенно для детей. На остальных дверях — защелки. Скажем, если вы приехали поздно, то в гостинице вас никто не встретит, вы сами выберете понравившийся свободный номер и сами заселитесь. Владельцы магазинов никогда не закрывают двери. Вы, в принципе, в любое время суток можете взять там то, что вам требуется, даже не беспокоя хозяина по телефону. Потом расплатитесь. Воровства нет не из-за силы полиции и жестокости судов, а из-за того, что оно унижает людей в их собственных глазах.

Но вернемся в дом. Единственное, что вы обязательно встретите в квартирах (помимо мощнейшей, но компактной компьютерной техники и средств связи), — это шерстяные ковры на полах в холодные сезоны года. Вызвано это тем, что в домах у людей, несмотря на их исключительную теплоизоляцию, довольно холодно по сравнению с нашими сегодняшними квартирами. Люди считают диким зимой обогревать дома так, чтобы можно было ходить в трусах, а летом включать кондиционеры, чтобы можно было не снимать пиджак. Кондиционеров, кстати, и нет, они очень редко встречаются на особо ответственных рабочих местах и в палатах для тяжелобольных.

В квартире легко держать любую температуру, но с осени и до весны люди держат ее на уровне +15 °C, когда они в доме, и +5 °C, когда их нет (правда, нагреваются дома очень быстро: люди дистанционно усиливают обогрев за 15–20 минут до того, как откроют входную дверь).

Конечно, если в доме есть больной, тогда другое дело, но здоровые надевают свитеры, ходят в шерстяных носках и не собираются обогревать все пространство вокруг себя, если они способны обогреть себя теплом собственного тела. Повторю: нет ни государственных, ни общинных постановлений на этот счет, люди вольны иметь в домах любую температуру воздуха, но большинство имеют именно такую, как я сказал. Люди считают, что они не должны слишком дорого обходиться природе.

Когда среднесуточная температура на улице устойчиво поднимается за 10 °C, распахиваются все окна, ставятся противомоскитные сетки, и воздух в домах практически не отличается от воздуха улицы. (Правда, днем в домах прохладно.) Летом люди часто предпочитают и работать и спать на улице (скажем, уйти в лес к припасенному гамаку и спальному мешку и выспаться там). Люди считают, что жить в термосе нельзя; климат меняется, природа меняется, и люди должны испытывать на себе все изменения, чтобы тоже меняться в выбранном природой направлении.

Община. Внешний вид

Теперь несколько слов об устройстве общин. Описанные дома строятся так, чтобы они составили квадрат или прямоугольник с огородами и сараями внутри. Внутренняя часть — это сугубо хозяйственная часть, иногда в центре ее находится производство, на котором община работает (если его техногенные факторы не мешают людям жить).

Снаружи прямоугольника домов расположена их чистая (парадная) часть. Здесь аккуратно сделанные тротуары и дороги. Община обычно состоит из нескольких таких блоков домов. Считается, что численность общины не стоит поднимать выше 1200–1300 жителей: если число граждан общины переваливает за 1000, люди становятся плохо знакомыми друг с другом и это может сказаться на качестве принимаемых ими совместно решений.

В одном из наружных углов территории застройки общины расположена водозаборная скважина питьевой воды (или туда подходит водовод) и центральная котельная. В противоположном по диагонали углу — очистные сооружения канализационных стоков и устройство для их переработки. Трассы, напоминаю, проходят по полуподвальным помещениям домов и легко обслуживаются.

В центре общины расположен общинный клуб, магазин, детсад, иногда административные здания, как правило, общие для многих общин, к примеру, суд, военкомат и т. д.

Школы и больницы обслуживают граждан 20–50 общин и располагаются обычно отдельно, в местах, удобных для всех. Рядом с общинами, редко — в 2–3 км, проходит линия узкоколейки и находятся станции. Это основное средство передвижения.

Дополнительным средством являются маленькие автомобили на трех человек с электро- или инерционным двигателем и автоводителем. Их вызывают по телефону в аренду, дают автоводителю маршрут и тот сам ведет автомобиль, если взявший его этого делать не хочет. А если человек сам его ведет, то автоводитель подсказывает ему наиболее выгодный маршрут и страхует от аварий. Но такие автомобили, как правило, используются в общинах на местах бывших больших городов, где много туристов и вообще людей, плохо знакомых с местностью. В глубинных общинах их мало и они редко задействуются. До станции человек всегда доедет на велосипеде, который, кстати, также оборудован автоводителем, на нем можно ехать с закрытыми глазами или, к примеру, что-нибудь читать.

В таких общинах при магазине есть джипы и микроавтобусы-фургоны на их базе; в случае перевозки бытовых грузов их арендуют. Если человеку нужно попасть в пункт, к которому очень извилистый маршрут или это место очень далеко от железных дорог, то он вызовет нечто вроде дельтаплана или летающей тарелки и долетит на них, но этот способ передвижения считается расточительным.

Надо сказать, что люди не тратят свою мозговую энергию на выбор маршрута. Если им куда-то требуется срочно прибыть, то они сообщают об этом единому транспортному агенту (компьютеру). Тот через несколько секунд выдает два варианта пути (экономичный и быстрый), которые начинаются с точного времени, когда нужно сесть на велосипед, чтобы доехать до ближайшей станции, или к какому времени вызвать дельтаплан. Если ни один вариант человека не устраивает, то он дополнительно сообщает и желательное для него время в пути; тогда компьютер оптимизирует ему и такой вариант.

Если путешествует группа (а молодежь часто группами выезжает провести вечер в клубах порой очень далеких общин), то транспортный агент подаст спец-поезд.

Но к путешествиям мы еще вернемся, а пока я расскажу о еде.

Еда

Едят люди в подавляющем объеме то, что производит природа данной местности. И это не из-за экономии. Природа (с помощью человека) акклиматизировала здесь данные растения и животных. Здесь же акклиматизируются и люди. Питание местными продуктами — это способ приспособления к природе.

Правда, человек в своих увлечениях продвинул к северу очень многие растения, которые раньше там не росли, тем не менее это местные продукты.

В связи с этим пара слов о приусадебных участках, которые имеет каждая семья. На них (как правило, но необязательно) выращиваются самые разнообразные овощи, причем в количествах, достаточных для семьи. Вопрос: а почему бы общине не иметь общий огород, ведь это экономичнее? Это так, но и овощи — это не цель, а цель — человек. На общем огороде он будет стеснен другими людьми и не сможет сажать то, что хочет, не сможет лично экспериментировать, боясь навредить другим. А на своем участке он свободен. (Кстати, массовый картофель выращивается общиной, как правило, совместно.)

Но вернемся к еде. В ней много хлебобулочных продуктов, овощей и фруктов местного произрастания. Требования к еде — минимум не от природы, минимум консервантов и, Боже упаси от гадости для придания ей красивого вида. Разочарую любителей: в империи на витринах нет 100 сортов колбасы — там живут умные люди. Производство колбасы тщательно просчитывается, чтобы, как только она сварится, прокоптится или созреет, ее немедленно съели. Даже мясо стараются не хранить, не замораживать; забили — и сразу на кухню. Люди не терпят около продуктов никакой синтетики: ни в оболочке колбас, ни вакуумного хранения, минимум консервных банок.

Способы консервирования — традиционные для данных мест и не потому, что люди привержены традиции. Просто эти способы — квашение, соление, охлаждение, сушка — едины с природными для данных продуктов и не требуют посторонней химии. Следует сказать и о сезонности. Люди едят соответственно сезону: летом — свежее, зимой — квашеное, сушеное, соленое. При этом все свежие овощи, фрукты, в том числе все заморские, постоянно доступны. Но к ним относятся исключительно как к развлечению, да еще не самому главному.

Заканчивая о еде, еще раз повторю: люди едят, чтобы жить, а не живут, чтобы есть.

Шопинг

В одежде есть общий принцип: все непосредственно прилегающее к телу должно быть хлопком, льном либо шерстью. Исключение делается лишь для вечернего женского платья. Верхняя одежда, как правило, — это смеси либо чистая синтетика.

Одежда мужчин крайне проста и консервативна, она практически вне моды. Нет галстуков, хлястиков, лишних пуговиц, петелек и т. д. Вне работы от мужчины требуется, чтобы его одежда была чистой и не имела дыр. Однако поскольку одежда мужчин шьется практически индивидуально и из огромного набора материалов, то мужчины же не выглядят ни серо, ни казарменно.

С женщинами дело обстоит по-другому. Хотя, что естественно, у них огромная тяга подражать лидерам-мужчинам, но мужчины категорически настаивают на том, чтобы женщины выглядели модно. «Мы стараемся, — шутят мужчины, — вытолкать женщин из армии и не дать им скрыться от модельеров». Правда, одежда женщин на работе и в делах тоже просторна и проста, экстравагантно женщины одеваются тогда, когда освободившиеся от дел мужчины имеют возможность это оценить.

Поэтому гардероб у мужчин, как правило, невелик, а гардероб женщин весьма разнообразен и включает перешитые вечерние платья нескольких поколений семьи.

Теперь о магазинах и покупках. По магазинам люди не ходят, вернее, они ходят, не выходя из дома. Товар выбирается с помощью ИС по каталогам. По каталогу общинного магазина люди заказывают все, что в нем есть и что им необходимо, дома же оплачивают, а подростки забирают товары из магазина и развозят их по домам. Какие-то более существенные вещи — бытовую технику, микроскоп для увлечений или станок — люди выбирают по каталогам перспективных товаров, заказывают их, порой требуя придания вещи заданных ими свойств, и получают эти товары через свой магазин, но спустя несколько месяцев. Хотя промышленность выпускает товары массово и поточно, но практически индивидуально для каждого человека. Я уже писал, что люди в личной собственности могут иметь заводы и фабрики, это нормально, но крупных вещей — автомобилей, самолетов, яхт и т. д. — в личном владении никто не имеет: все это при необходимости берут в аренду.

Для покупки одежды люди снимают свой голографический портрет на данный момент времени в нескольких положениях (стоя, сидя) и вводят его в компьютер. Затем подключаются к каталогу готового платья и рассматривают себя со всех сторон в предлагаемой одежде до тех пор, пока не подберут что-либо понравившееся. Заказ направляют вместе со своим портретом, и фабрика шьет их модель точно по их фигуре. Женщины хотя бы раз в жизни обращаются к модельеру, с которым знакомятся через сеть, посылают ему свой голографический портрет, и модельер создает платье исключительно для данной женщины. В любом случае готовую одежду получают на плечиках через свой магазин из партии пришедшей в него одежды.

Поэтому если бы кто-то вздумал меня спросить, как же в империи выглядят женщины, когда они хотят, чтобы на них смотрели, то должен признаться, что выглядят они соблазнительно. И хотя внешний вид для близости между мужчиной и женщиной и тем более для супружества не имеет особого значения, не придавать ему значения люди считают недопустимым.

Пара слов об упаковке товаров. Одноразовой упаковки практически нет, тем более из синтетических пленок. Во-первых, она не требуется для привлечения внимания; во-вторых, люди категорические противники любого, особенно плохо усваиваемого природой мусора. Тара практически вся предназначена для многоразового использования, даже, к примеру, тара конфет, с которых, кстати, слетела вся обертка. Такие продукты, как сметана и молоко, отпускаются только в розлив в соответствующие бидончики. Изредка используется грубая оберточная бумага.

Отдых и отпуск

Теперь нужно поговорить об отдыхе людей. Вообще-то многие из них считают, что просто перемена занятий, скажем, замена инженерного занятия в системе жизнеобеспечения на занятие биологией как увлечением, и наоборот, — это уже отдых. Медицина с этим частично согласна, но когда в империи началось движение за сокращение времени сна «Не проспи жизнь» медицина восстала. В конечном итоге, хотя сон был все же несколько сокращен, но взамен медики и биологи потребовали отдыха наяву, отдыха, полностью разгружающего мозг, потребовали обязательных развлечений.

Человек имеет месяц освобождения от работы по обеспечению жизнедеятельности для отдыха, по-нашему — отпуск. Но, строго говоря, этот период может быть гораздо длиннее, о чем ниже. Отпуск используется по-разному, и хотя многие предпочли бы отсидеться дома за любимым увлечением, но медицина постоянно требует путешествий. В молодости, когда люди еще не женаты, с целью расширения круга знакомств они активно посещают различные молодежные лагеря в традиционных местах отдыха: у морей, в горах, на Байкале и т. д. Во время отпуска (свободное от флирта) молодежь очень активна. Надо сказать, что человек, просто загорающий на пляже, — это довольно странное зрелище. Молодежь либо ловит рыбу, либо плавает с аквалангом, либо осваивает парусный спорт и греблю, либо лыжный спорт и туризм.

Когда люди взрослеют, такой отдых несколько теряет свое значение и его часто совмещают со встречами другого рода. Раз в 10–15 лет любители съезжаются на симпозиумы. Подгадывают отпуск и встречаются где-либо у моря либо в горах, но чаще всего — в культурных центрах страны, совмещая полезное с приятным.

Как я уже упоминал, города как таковые исчезли, по сути став музеями. В пределах Окружной железной дороги живут едва 500 тыс. человек, разумеется, в общинах, для чего подавляющее количество жилого и производственного фонда Москвы было снесено. Кремль и оставшиеся здания всех эпох — это музеи, гостиницы либо и то и другое одновременно. Ежедневно в Москве находится 3–4 млн туристов. Такое же положение с Санкт-Петербургом, Киевом и т. д.

Отдых за границами империи очень непопулярен, хотя каждый человек хотя бы раз в жизни съездил «посмотреть на тех». Непопулярен именно потому, что это чистый отдых: человеку он очень быстро надоедает, для него это бесполезно прожитые дни. Все о загранице люди легко узнают из ИС, а ехать за рубеж не для работы, а чтобы только пообщаться с homo sapiens, у которых цель в жизни только пожрать и потрахаться, людям скучно.

Зато очень популярно в плане совершенствования земли отхватить себе большой кусок тайги и провести отпуск именно за этим занятием. Обычно территорию в глухомани берут в компании друзей, строят на месте домики для жилья, обеспечивают их энергией и прекрасно проводят время. Для людей такой отдых — это нечто похожее на отдых на дачах сегодняшнего дня.

Люди отдыхают, разумеется, и каждый день. Следует сказать, что в империи нет каких-либо единых правил в области труда, кроме запрета работать в системе жизнеобеспечения более 24 ч в неделю. Каждая община устанавливает себе такие правила самостоятельно либо совместно с другими общинами, работающими на данном производстве. Конечно, люди работают не по 4 ч в день, а обычно по 8 или по 12 ч, т. е. по 2–3 дня в неделю. Более того, довольно много производств, рассчитанных на работу в одну смену, запускаются работать в три смены, круглосуточно, а выполнив заказы, скажем, за месяц, на месяц просто останавливаются. Так экономичнее. После смены на такой энергичной и тяжелой работе люди обычно отдыхают, как и мы, расслаблением, с книжкой в руках или просто слушая музыку. Но восстанавливаются очень быстро и через 2–3 ч уже думают, чем бы заняться более интересным.

Из-за такой нетипичности графиков сложно подсчитать баланс занятий человека. Но я попробую это сделать из расчета на сутки.

Чистый сон в среднем занимает у человека 6 часов, как правило, в разбивку — 5 часов ночью и часок после обеда. Хотя кто хочет или испытывает потребность, тот спит и больше. Около часа надо отдать уходу человека за собой: это умывание, уборка, стирка и т. д. Около 2 часов — различные хозяйственные работы по дому. На работу по жизнеобеспечению вместе с дорогой у человека уходит не более 4–5 ч да работа по улучшению земли занимает в расчете на день 0,5 ч. Около часа, максимум двух — прием пищи. Часа 4 — увлечение и часа 4 — развлечения. Но, повторяю, это искусственный баланс, на самом деле человек может и весь день работать, и весь день развлекаться. Единственным контролером своей жизни является он сам.

С утра до вечера

Встает обычный человек (не космонавт), как правило, в 6 утра («совы» — позже, «жаворонки» — раньше); чтобы не делать зарядку, он надевает наушники радионовостей и идет выполнить какую-либо хозяйственную работу, требующую физической нагрузки. Часов в 7 завтракает, умывается, одевается и к 8 уже на работе, если день рабочий. Около 17 ч он свободен для любых дел, засыпает в 1 ч ночи. Принято, что 2–3 вечера в неделю взрослый человек должен проводить в общинном клубе и общаться с людьми. Клуб необязательно должен быть своей общины, люди часто ездят в гости довольно далеко. А у молодежи это чуть ли не правило. Если взрослые из 3 клубных посещений в неделю два проведут у себя, то неженатые из 4–5 вечеров едва ли один проведут в своей общине. Я уже пояснял, почему так. Клубы взрослых и холостых отдельные, хотя бывают и в одном здании. Не принято, чтобы холостые проводили время во взрослом клубе, а взрослые без деловой надобности не зайдут в молодежный.

Обычно если супруги решают провести время в клубе, то они, как правило, там и обедают (ужинают). Поэтому они предварительно просматривают меню, которое выставляют в сети клубные повара: кто из них и что будет готовить. Сообщают повару, чтобы он на них рассчитывал, и, если это свой клуб, идут в него часов в 7 вечера вместе с детьми. После ужина молодежь уходит, а взрослые продолжают вечер, который может быть заполнен самыми разными делами: разговорами, совместным просмотром и обсуждением новостей и спортивных соревнований, танцами. Танцы только с партнерами противоположного пола и чаще всего типа танго и вальса. Африканскую музыку люди просто не выносят. «Не хочется обижать негров, — говорят люди, — но эти ритмы даже обезьяну сделают еще глупее». Популярно хоровое пение и очень ценятся композиторы и поэты, способные создать для этого песню. Вообще соревнование общинных хоров может заставить людей пропустить и прямой репортаж с чемпионата мира по футболу.

Люди пьют спиртное. Там, где произрастает винный виноград, — вино, а в собственно России — 40 %-ю водку. Обычно в ходе ужина выпивают одну-две рюмки, в ходе вечера могут выпить еще или «усугубить» пивом. Но нет не только пьяных, но и выпивших. Состояние опьянения считается потерянной жизнью. «Чуть-чуть, чтобы только растормозить мозги», — таково неписаное правило. Разумеется, в быту отсутствуют наркотики и вообще все, что может увести человека из реального мира.

Повара, накормив людей и вымыв с помощью подростков посуду, присоединяются к отдыхающим. В империи не гнушаются никакой нужной людям работой, но ни слуг, ни официантов нет. Каждый обслуживает себя сам и сочтет оскорблением, если кто-то попробует ему услужить (кроме любовников и супругов). Когда император дает парадный обед иностранным гостям, то стол обслуживают гвардейцы императорской роты; в остальных случаях император обслуживает себя сам. А иностранные гости императора везут своих слуг с собой.

Надо бы сказать пару слов о медицине. Она может все, а если чего и не делает, то имеет на это причины. Врачи шутят, что им достаточно, если привезут живую голову — тело они нарастят. Действительно, они не возвращают душу в тело, и если более 20 мин мозг оставался без крови, врачи отключают системы жизнеобеспечения без колебаний.

Но в остальном они лечат все болезни. Если, скажем, сердце или печень в очень плохом состоянии, то они просто выращивают у человека его собственные новые сердце или печень, а вышедшие из строя удаляют. Развитие медицины и биологии сильно сказалось на внешнем виде людей: мужчины до 75–80 лет имеют вид и чувствуют себя, как нынешние 40-летние, а женщины — как 30–35-летние. Правда, дело не только (и даже не столько) во врачах. Помочь западным миллионерам, к примеру, имперская медицина не в состоянии. Она может гормонами сменить 50-летней западной кинозвезде кожу, и после курса омоложения эта звезда временно будет выглядеть прекрасно. Но через год будет выглядеть еще хуже, чем до омоложения.

Причина в образе жизни людей, в их активной творческой умственной деятельности и в активной мышечной работе. Природа не включает самоликвидатор человека как бы в растерянности. Она не может понять: если человек так активно работает, то пора ему умирать или нет? Пора его старить или нет?

Поэтому имперские женщины проходят курс омолаживания один-два раза в жизни, а мужчины вообще редко этим пользуются. Природа сама держит людей в состоянии расцвета сил.

Люди стареют начиная с 80 лет и умирают в возрасте 100–105 лет. О вечной жизни на земле никто из них и не думает: это аморально. Прожить ты должен столько, сколько тебе отпустила природа, за смертью тебя ожидает новая жизнь, не менее увлекательная, если сумел прожить эту жизнь человеком.

Старики до самой смерти имеют в основном ясный ум, у них практически не проявляется старческий маразм. И почти все умирают в 4–5 ч утра, во время сна.

Хоронят всех одинаково — в землю, завернув в льняной саван. В ногах могилы кладут небольшой камень с именем. Кладбище одновременно оформляют как рощу долголетних деревьев, где позволяет климат — дубов.

Через 20 лет после последнего захоронения могильные камни убираются (из них обычно выкладываются тропинки), а в роще ставится один на всех обелиск из нержавеющей стали с перечислением всех, чьи тела покоятся под этой рощей, а души влились в Мировой разум.

* * *

Что в этом описании общества будущего соответствует мечтаниям или представлениям не теоретиков-марксистов, а практиков коммунизма — людей, пытающихся его построить и умиравшим за этот свой идеал?

Они считали, что при коммунизме будут жить материалисты — люди, считающие, что у них нет души и жизнь у них одна. Это ошибка. И душа у человека есть, и из людей, отрицающих душу, коммунизм технически невозможно построить.

Они считали, что при коммунизме не будет эксплуатации человека человеком. В этом они не ошиблись. Но они считали, что для этого достаточно ликвидировать частную собственность на средства производства. Это вообще не то и не о том. Для справедливости требуется воспитать человека, а не тешить себя иллюзиями, что тупой бездельник, ничего не имеющий по этой причине, более «передовой», чем умный трудяга, зажиточный по этой причине.

Они считали, что при коммунизме государство отомрет. Они просто не понимали, что такое государство и зачем оно. Государство осталось, и мощь его огромна. Правда, с этим государством люди будущего очень редко сталкиваются в своей жизни. Но это естественно: чем умнее начальник, тем меньше он мешает подчиненным работать (в данном случае — жить).

Они считали, что коммунизм — это царство свободы. Они ошиблись. Свободы быть скотом, жить только для удовлетворения своих животных инстинктов — нет ни грамма; свободы творить, свободы быть человеком — это да, это есть.

Они считали, что коммунизм — это царство равенства. Они ошиблись. Это не царство равенства. Все люди разные, все они индивидуальны. Во всех делах одни более выдающиеся, другие — менее. Отсюда не у всех одинаковые обязанности (чем больше умеешь, тем больше обязан) и не у всех равные права («одежда» прав шьется на «подкладке» обязанностей).

Они считали, что коммунизм — это царство братства. Не буду придираться, в этом они не ошиблись.

Они считали, что денег не будет. Они несильно ошиблись. Как источника эксплуатации и насилия над человеком, денег действительно нет. Но для учета вклада каждого в общее дело есть эталон затрат труда.

Они считали, что семьи не будет, что каждая женщина и каждый мужчина будут жить с кем угодно. Это не совсем так, семья сохранилась и стала еще крепче прежней, но в целом в этой мысли классиков что-то есть.

Они считали, что при коммунизме каждый будет давать обществу по своим способностям. В принципе, это так, но следует добавить, что каждый обязан развить те свои способности, которые нужны обществу, а не ему лично.

Они считали, что при коммунизме каждому будет по потребностям. И это, в принципе, так, только при коммунизме речь может идет о потребностях человека, а не скота даже пролетарского происхождения.

* * *

Сильно ли ошиблись марксисты? Настолько сильно, что их коммунизм построить невозможно. Сильно ли ошибаюсь я? Нет, несильно. То, что описано, не только можно построить, но это единственный выход и для человечества, и для жизни.

Глава 4

Интерес масс и начало строительства

Идеи для народных масс

Без народных масс, без поддержки народом общественно значимых идей их реализация невозможна. Это понятно, и понятным становится, что народные массы необходимо чем-то заинтересовать хотя бы для первого шага.

Нынешние марксисты постоянно говорят о том, что «сегодня условия другие», но упорно неспособны сами понять, чем тогда, в начале прошлого века, условия отличались от нынешних.

Тогда подавляющая масса народа была уверена, что нельзя заработать себе на жизнь иначе чем трудом «в поте лица своего». Поэтому возможность работать на земле без грабежа со стороны ее владельца была реальной ценностью. В те времена никто, кроме авантюристов и карьеристов, и не предполагал, что можно осесть офисным планктоном в многочисленных конторах и иметь доход, превышающий доход труженика. В общество еще не была внедрена мысль, что трудятся только дураки.

А сегодня? Сегодня сами марксисты презирают труд, для них самих важно ни в коем случае не работать, а «устроиться».

Лет десять тому назад я был на митинге КПРФ, а после хорошо устроившегося Зюганова на трибуну залез хорошо устроившийся тогдашний главный комсомолец и, обличая власть, заявил, что проклятый режим хочет заставить их катать тележки на рынках! Но ведь это работа! За что же так презирать работу? Кто вам, марксистам, должен тележки на рынке катать? Однако, в понимании главного марксистского комсомольца, такая работа была пределом издевательства над сторонниками коммунистической власти.

Так кому из сторонников марксистов сегодня нужна земля, чтобы лично на ней работать и на доходы от этой работы жить? Никому? Так почему вы решили, что в стране есть какие-то массы, которым она нужна?

Вы же столько лет доказывали народу, что главным в жизни являются материальные ценности «по потребностям», своим личным примером доказывали, что следовать идее «хлеб свой добывать в поте лица своего» — это удел дураков, а удел умных — устроиться так, чтобы работать поменьше, а получать побольше. А теперь ищете каких-то «трудящихся», чтобы настроить их против олигархов? Теперь все одинаково «трудящиеся». С чего вы взяли, к примеру, что Абрамович трудится меньше Удальцова или Лимонова?

Народ, безусловно, не умен, сам думать не умеет, тем не менее это не органические кретины. Где вы в России увидели те массы, для которых ценностью является национализация предприятий, т. е. передача их в вашу, марксисты, собственность? Где те, кто мечтает передать промышленные предприятия сидящего в Лондоне хозяина в собственность «комиссаров в пыльных шлемах», набранных из неудачливых карьеристов, которых вы, марксисты, наймете ввиду собственной хозяйственной беспомощности? Чтобы вы, понимаешь, как и в СССР, в обкомах, горкомах и райкомах безраздельно и безответственно хозяйничали на этих предприятиях?

Так в чем доход той народной массы, которая должна поддержать вас?

И где эта масса? Насколько я помню, попытки Лимонова и Удальцова примазаться к рабочим возмущениям кончались тем, что «пролетариат», у которого за рублем в ближайшую получку ничего святого уже нет, сам отказывался от услуг этих марксистов.

Повторю: так где ценности, которыми вы собираетесь прельстить народ, чтобы он стал массовкой вашей марксистской революции? Что, народ не понимает, что когда он отберет у капиталистов их автомашины, то народу даже гайки не достанется? что вы, стоящие на трибунах, и будете на них ездить?

Это, батенька, архиважно/

Для марксистов вопрос о собственности на средства производства принципиален. Ну как же! Классики дали определение, что строительство коммунизма начинается только после обобществления средств производства; это безусловное требование Марксового коммунизма. Мой комментатор-марксист пишет: «Маркс дал по-научному четкое определение коммунизма — “общество, где отсутствует эксплуатация человека человеком, так как ликвидирована частная собственность ” (являющаяся не «священной», а презренным орудием этой самой эксплуатации). Теперь смотрим, вооружившись научным определением, подпадает ли под него сам Мухин? И видим, что, разумеется, нет! Ведь Мухин ПРИЗНАЕТ частную собственность и тем самым является как максимум социал-демократом (с судейским загибом), но никак не коммунистом».

Надо понять, насколько это для марксиста принципиально. Весь марксизм это заумная мешанина самых различных мыслей по различным поводам — как глупых мыслей, так и не очень. Эту мешанину можно трактовать как тебе нужно, и только одно из марксизма следует безусловно — собственность надо отобрать

Аналогия. Вам нужно добраться до Челябинска. Есть много карт, путеводителей, транспортных агентств. Но кто их составлял и кто поможет вам добраться? Их составляли русские, отечественные, фи! Разве умный человек будет этим пользоваться?

То ли дело — в магазине стоят 58 томов перевода с немецкого «Дранг нах Челябинск». Сразу видно, что умные люди написали! Немцы и даже круче! А в этих томах сказано определенно: «Заведите автомашину и езжайте!» Все! А все остальное написано очень умно — ну очень, и только об умном. Поэтому даже вопрос о том, что такое этот Челябинск — какой-то праздник, природное явление, ресторан или болото, — не рассматривается. Это для дураков. А умным важно знать, что великий Гегель сказал по поводу того, как завести машину; и знать главное: собственность на средства производства надо отобрать. Даже то, что потом с этой собственностью делать, — это тоже вопрос для дураков. Отобрать собственность — и само все получится! Езжайте — и все будет хорошо! Даже замечательно!

Вооруженные такой теорией, вы можете двинуться в любую сторону, все равно вы будете делать два дела одновременно: а) строго следовать марксизму; б) преступно искажать марксистское учение. Поскольку в этом великом учении главное и единственное, что сказано определенно, — отобрать собственность!

И марксисты берегут эту цацку, как зеницу ока. Они-то и с ней ни на что не способны, а уж без нее они и в своих глазах обнуляются.

Поэтому хочешь или не хочешь, а мне о собственности на средства производства надо сказать хоть пару слов.

Вот с этого я и начну.

Частная собственность на средства производства

Я 22 года был государственным чиновником как раз в народном хозяйстве СССР, для меня честь и гордость — работать на государство, на общество. В моей жизни был случай, когда мне предложили переехать в Москву и занять крупную должность в тогда только организовавшемся банке «Столичный» с окладом, на два порядка превышавшим мой. Я отказался, даже не думая. Для меня работать на уродов, чья цель — прожрать и прогулять результат общего труда, отвратительна.

Тем не менее вопрос частной собственности на средства производства не так прост, как он видится марксистам, а вот решение этого вопроса не по Марксу, как раз и не видится сложным.

Начну издалека. Я неоднократно приводил примеры из истории крепостного права России, в частности наличие в те времена очень богатых крепостных, даже миллионеров, которые без проблем могли выкупиться у помещика, но предпочитали оставаться крепостными. Почему? В рассказе Тургенева есть и ответ: богатый крестьянин объяснил, что барин его защищает, а если крепостной выйдет на свободу, то «бритые» его сожрут. («Бритые» — это государственные чиновники, которые обязаны были бриться.) Для данной темы о Марксе помещика можно считать собственником крестьянина (хотя на самом деле это было не так), а крестьянина — средством производства. И возникает вопрос: а какая разница крестьянину, кто над ним властвует — помещик или чиновник? Разница была очень большая.

Помещики в России были крайне ленивым и сугубо паразитным классом, тем не менее даже самые ленивые из них были заинтересованы, чтобы их крестьяне были богаты и успешны в жизни (идиотов-помещиков не рассматриваем). Почему? Потому, что собственник крепостных и крепостные соединены друг с другом на всю жизнь сейчас и в будущих поколениях. И дети, и внуки помещика буду иметь доход с этих крестьян и их потомков, и тем больший будут иметь доход, чем крепостных больше и чем крепостные богаче.

А чиновник на должности временно, в лучшем случае — до пенсии. И государственному чиновнику надо успеть навороваться за время, пока он на должности, чиновнику важно успеть содрать со «свободного» крестьянина как можно больше, а что с крестьянином после этого будет, чиновника не волнует. Вот поэтому крестьяне и предпочитали быть в крепости у частного собственника, а не под государственным чиновником.

И к месту напомнить, что все средства производства СССР были в собственности государственных чиновников СССР, причем марксистов. И что эти чиновники с этими средствами сделали? Память отшибло? Разве мыслимо, чтобы частник дал разворовать свою собственность?

А как же история СССР? — спросят меня. А она к марксистским бредням не имеет никакого отношения, и комментаторы на моем сайте изящно объяснили причины. Да, в 20-е гг. собственность у частника отняли, но передали в собственность честному хозяину — Сталину. И все было хорошо, пока он был жив и еще немного позже, пока слуги по инерции как-то старались. А пришли к власти истинные марксисты, и все кончилось гуманитарной трагедией.

А как же работать на государство, если работаешь на частника? Это вопрос чрезвычайно прост: если ты работаешь на частного владельца средств производства, а этот владелец работает на государство и общество, то и ты работаешь на государство и общество; не так ли?

А вопрос, как сделать так, чтобы частник работал на общество, вообще не вопрос: каждый руководитель обязан уметь заставить подчиненного делать то, что нужно возглавляемой этим руководителем организации, а не то, что подчиненный хочет. В данном случае заставить частника работать на государство обязаны депутаты и президент Russia, и если они этого не делают, то они не руководители, а дрянь, мусор. И не на собственника, а именно на них нужно направлять гнев народа!

А в сегодняшней Russia только закон ИГПР «ЗОВ» и направлен на то, чтобы этого мусора в Думе и на посту президента России не было.

Такой исторический пример. Со вступлением во Вторую мировую войну США американский химический концерн «Дюпон де Немур» объявил, что он выполнит все заказы правительства без прибыли, а после победы возьмет за это прибавочную стоимость (прибыль) в размере 1 долл. За язык этот концерн никто не тянул.

Вам, марксистам, глаза застит прибыль, получаемая владельцем собственности? Вы по призыву Маркса собственность хотите забрать? А зачем? Ведь ваше правительство может забрать не собственность, а 99,9 % прибыли. Вам же деньги нужны, а не станки. Деньги!

Кстати о станках и деньгах. На деньги правительства США «Дюпон де Немур» настроил новых заводов и стал монополистом в производстве алюминия. Какие проблемы? Правительство заставило концерн часть заводов продать.

Все можно, было бы правительство! Правительство, боящееся народа, а не того, что оно не успеет достаточно украсть, пока находится у власти.

Кроме сказанного выше и что тоже очень важно, есть тактическая необходимость: нужно все же оглянуться вокруг и подумать о том, какую реакцию в мире и внутри России по отношению к опять одинокому коммунистическому государству вызовет национализация средств производства. И надо ли о ней болтать в настоящее время, даже если ты в умственном отношении марксист.

Выгода масс

Но вернемся к выгоде народных масс в деле преобразования государства.

Итак, чтобы заинтересовать в этом преобразовании массовку, нужна выгода членов этой массовки. Если следовать марксистам, то в доходе народных масс должна быть большая радость от того, что в Кремле будут сидеть марксисты. Хорошо; но в расчете выгоды есть и затраты сил этой массовки. Каковы затраты сил народных масс для того, чтобы вы, марксисты, могли осуществить ваши марксистские мечтания? Массовка на осуществление ваших идей должна не только потратить свое время на митинги вместо привычного пива и телевизора, но и с оружием в руках добиться, чтобы вы, марксисты, могли занять вожделенные кормушки в государстве.

Не много ли вы от нынешних граждан хотите?

Так где итоговая выгода конкретного члена хоть каких-то народных масс не то что следовать за вами, марксистами, не то что слушать вас, а и смотреть в вашу строну?

А без выгоды членов массовки ваши разговоры о революции — это пустая и уже не интересная болтовня. Неинтересная потому, что без массовой поддержки народом эта болтовня навсегда только болтовней и останется.

Кому я это все написал? Марксисты не поменяют свои убеждения по причине того, что это не наука, не собрание истин, а вера. В «храме» этой религии висят иконы не имеющих фактического отношения к марксизму и действительно гениальных Ленина, Сталина, Мао-Дзэдуна, вопли еще тысяч марксомольцев, а вне этой «церкви» какой-то Мухин и какие-то иные личности, которых нет необходимости слушать, поскольку им никто не давал кличку «гениальные».

Ну и зачем марксистов переубеждать? Это уже реликтовые особи, которые ни в чем погоды не делают. Пусть умрут с сознанием величия своего ума, осилившего не хухры-мухры, а сам марксизм.

И для умных людей мои старания не более чем любопытный текст, поскольку им и без меня понятно, что марксизм — это бред — им окончательно доказал, что это бред, не я, а события в мире на рубеже 90-х гг. Да, можно было определенное время считать наукой утверждение, что земля — это блин в океане и лежит этот блин на спинах трех китов. Но кем надо быть, чтобы считать землю блином после того, как были совершены кругосветные путешествия? Кем надо быть, чтобы считать марксизм наукой после развала мировой коммунистической системы? Знаю, знаю! Надо быть грамотным марксистом.

Вопрос, который читатели обязаны задать мне. Если я, коммунист и марксист-расстрига, отказался от теории Маркса, то как я собираюсь добиться победы коммунистической идеи?

Коммунизм, повторю мысли главы 3, от слова коммуна — это власть всего общества, а власть всего общества будет тогда, когда общество получит право поощрять и наказывать избранные им органы власти. Это будут коммунистические депутаты и президент, кого бы персонально мы на эти должности ни избрали. Это сложно понять? Судя по моему опыту, это очень сложно.

Вот, скажем, член бравирующей «элиты» Russia Сергей Глазьев точно обрисовал одну их проблем и указал ее причину. «Сама властвующая элита погрязла в болоте коррупции и некомпетентности. Все уходит в трясину. А трясина возникает из-за того, что в этой системе управления нет механизмов ответственности. За личную преданность надо платить. Если человек делает ошибки, даже если он проворовался, его нельзя наказать. Потому что тем самым рушится главный принцип — принцип безнаказанности тех, кто спаян круговой порукой. Один за всех и все за одного. Проворовавшегося или провинившегося чиновника нельзя наказать, нельзя подвергнуть каким-то санкциям, в лучшем случае его можно пожурить». Все это так, а что дальше? А дальше рассуждения Глазьева о конфуцианстве и о роли верхушки коммунистической партии Китая в контроле за воровством. Но ведь верхушка именно КПСС и разворовала СССР! И то, что вся безответственность проистекает из безответственности высших органов власти, Глазьев «в упор» не понимает.

Власть, которая попадет в условия необходимости под угрозой наказания удовлетворить все общество, будет строить коммунизм. Ей больше ничего не останется. Вот, собственно, все: я собираюсь строить коммунизм руками власти России, поставленной в условия служения всему обществу.

Я не собираюсь натравливать один слой граждан на иной слой граждан, как бы я лично к этому иному слою ни относился. Тем более ради того, чтобы к власти пришли новые, еще голодные авантюристы и карьеристы.

Мне скажут, что антикоммунистические силы при власти коммунистов первыми могут начать насилие. Теоретически все возможно, но это не будет проблемой граждан, это будет проблема коммунистического правительства. А у правительства есть силы и средства решать такие проблемы. И будет ответственность перед всем народом за то, как оно этот бунт подавит.

Если представить мое предложение в карикатурно-историческом плане, то я, «хрестьянин», не хочу бунтовать и бегать с вилами за помещиком с требованием передать мне землю. Ну, скажем, ленивый я. (Положа руку на сердце, и вил-то у меня нет.) И мне надоела нескончаемая болтовня досужих интеллигентов, никогда не видавших вил, про то, что, дескать, «марксистская наука крепка и вилы наши остры», и про то, что мне бунтовать надо. Я хочу (и такая возможность у меня есть) зажать батюшку-царя законом, принятым всем миром, и этим заставить его забрать у помещиков все земли в казну, передав мне в вечное и бесплатное пользование. А если какой помещик взбунтуется, то батюшка-царь пошлет казаков и те этого наглеца выпорют нагайками вместе с чадами и домочадцами. Вот как-то так примерно…

Вернемся к теме. Я выше объяснял почему, и это должно быть все же понятно: чтобы за идеей пошли массы, идея должна быть для масс выгодной.

Присмотритесь к людям. Да, они охвачены скотскими интересами, но ведь стотысячные демонстрации в Москве показали, что даже тут у большого количества людей сохранилось чувство собственного достоинства. А собственное достоинство — это идеал, который человеку ничего не дает в материальном плане. Да, большинство народа оскотинилось до степени хомячков и считает естественным то, что власть держит это большинство за тупое быдло. Никого, кроме быдла, эти хомячки рассмотреть в себе и не могут.

Но ведь те, кто вышел на Болотную и Сахаровский, видят в себе людей! Да и те хомячки, которые спрятались под юбкой у жены или на митингах Кургиняна, не совсем пропащие, им тоже нужна высокая самооценка.

Они ведь почему ходят голосовать? Этот акт поднимает значимость людей в собственных глазах: как же, это ведь ОНИ власть избирают ЛИЧНО! Ну и представьте, что им дают возможность ЕЩЕ И СУДИТЬ старую власть, как и предлагает ИГПР «ЗОВ». Как это повлияет на их собственную самооценку? Это для людей ценность? Да, ценность!

А какие затраты сил мы предлагаем сделать членам поддерживающей нас массовки? Да никаких. На референдуме галочку поставить и еще на каждых очередных выборах ее ставить, и все! В расходе собственных сил массовки только это, а в доходе такая ценность, как собственное достоинство, чувство собственной значимости, чувство того, что ты не мразь, о которую вытирают ноги люди у власти.

Это выгода?

Весной 2008 г. при замене Путина Медведевым мы провели опрос граждан России. Ознакомили их с законом (тогда АВН) и предложили представить, что закон уже принят и нужно вынести вердикт Путину (соответственно, предложили его вынести). Всего опросили 22 065 человек по всей России (по Москве выборка 500 человек), а это в 15 раз больше того количества респондентов, которых опрашивают при определении общественного мнения. Так вот, за то, чтобы Путина посадить в тюрьму по результатам его правления, проголосовали 49,8 % опрошенных; за то, чтобы признать его Героем России, — 20,2 %. Еще 23,6 % сочли необходимым отпустить Путина без последствий. Кстати, даже в Москве, давшей в том году максимальный процент благодарных Путину, 82 % подтвердили, что такой закон России необходим!

Но не это главное. Главное то, что всего лишь 6,4 % увидела в нас провокаторов ФСБ и отказалась от анкетирования. То есть, люди не видят в этом законе ничего противоестественного и желают его. Единственным препятствием, вызывающим их скепсис, является их мнение, что власть не даст такой закон принять.

Скажите, пусть не более 90 %, пусть 80 % граждан России, желающих той эволюции, к которой приведет закон ИГПР «ЗОВ» — это народная масса?

Кого видят в ИГПР «ЗОВ» люди, которые своим массовым и точным действием на референдуме могут заставить власть повернуть к коммунизму? Они видят в нас людей, уважающих их настолько, что доверяют им судить высшую власть.

А кого видят в вас, марксистах, те люди, без которых вы не сможете обойтись? Они видят в вас людей, считающих их за придурков, которые своей кровью проложат вам дорогу в Кремль.

Есть разница между мною, коммунистом, и Марксом?

Мы и наша команда

Представим, что произошло то, за что боролись, — мы, коммунисты, взяли власть в России с помощью закона о суде народа над избранными органами власти России. Как это произошло, обсуждать не будем. Это второй вопрос; произошло — и все тут! Мы взяли власть. Это значит, что кто-то из нас стал Президентом, остальные стали депутатами Госдумы или нас в Госдуме стало большинство.

Пришли мы на свои рабочие места, сели в кресла, и теперь у нас возникает вопрос: а что делать-то?

Вообще-то, можно ничего не делать. Ведь вот сейчас президент и депутаты, с точки зрения на них как на работников — это полные кретины и бездельники. Возьмите хоть Медведева-Путина, хоть депутатов, и даже не Кабаеву с Валуевым, а тех же Жириновского с Зюгановым. Присмотритесь к ним: что от них полезного и умного можно ожидать даже в быту, а не то что в государственных делах? Это же тупые подписыватели подготовленных аппаратом документов и нажиматели кнопок голосования. И ничего — сидят на своих местах, парят зады в начальственных креслах и считают себя государственными деятелями. Хотя по сути того, чем они на самом деле занимаются, это не управление государством, это развлечение публики в бесконечном телевизионном сериале «Золотой ключик». Роль веселого Буратино и несчастного Пьеро в Стране дураков отдана «артистам в штате» Жириновскому и Зюганову, а роль Мальвины отдана приглашенному на время гастролеру из Питера Медведеву.

Почему вы не можете быть такими же пьеро и мальвинами? Можете!

Но не будете.

Не будете потому, что будет действовать закон о регулярном суде народа над президентом и депутатами в момент их переизбрания. Этот закон обязателен. Без него не стоит и во власть идти. А если такого закона не будет, а власть брать придется, то начать нужно с немедленного принятия этого закона и освящения его референдумом.

Почему не стоит идти во власть без этого закона?

В этом законе обращают внимание на то, что бросается в глаза, — власть начинает отвечать перед народом за последствия своего правления. Это хорошо для пропаганды этого закона в народе, но для нас, государственных деятелей, главное не в этом.

Зададим себе вопрос: почему при столь мерзком управлении, при фактическом отсутствии государственного управления со стороны президента и Думы, Россия до сих пор жива?

Потому, что от хаоса и развала ее спасает государственный аппарат и те фирмы, которые участвуют в жизнедеятельности государства. С гибелью России наши «пердизент» и депутаты сбегут за границу, а чиновники и эти предприниматели останутся здесь и погибнут вместе с Россией. Они это понимают (или чувствуют), поэтому и сопротивляются развалу, как могут. Они удерживают Россию на плаву даже при идиотах во власти. Да, они воруют, да, ленятся, да, подличают, но так-сяк работают. И поверьте, у всех этих чиновников и предпринимателей отношение к нашим идиотам во власти только как к безответственным и подлым идиотам. И эти чиновники и предприниматели потому воруют, ленятся и тупят, что прекрасно знают, что и власть ворует и бездельничает. Эти чиновники знают, что все зависит от начальника: если начальник не сдаст, то и мелким чиновникам за воровство и лень ничего не будет. Главное — услужить начальнику.

От этих чиновников стонут, на них жалуются десятки миллионов граждан, а им «по барабану» — кому в России гражданам жаловаться? Таким же ворам-судьям и ворам-прокурорам? Смешно. Тупым и ленивым депутатам? Ха-ха! Администрации «пердизента»? Да пиши сколько хочешь!

А с принятием закона о суде над нами — над властью — положение изменится не столько для нас, сколько для этих миллионов чиновников. Ведь обиженные чиновниками граждане теперь жаловаться не будут, а будут ждать очередных выборов, чтобы вписать в вердикт нам, избранной этими гражданами власти, «Достойны наказания». И чиновники это поймут немедленно. Они поймут, что мы, высшая власть, спасая себя от народного наказания, будем немедленно и жестоко (в назидание другим) расправляться со всеми теми чиновниками, кем недоволен народ. И никакие взятки от чиновников нам, власти, никакие «потемкинские деревни» для замыливания нам, власти, глаз не помогут! Только работа на благо народа каждого чиновника может спасти нас — их начальников.

И спасти их от нашей тяжелой руки!

Мировоззрение государственных чиновников должно измениться. Если сегодня, чтобы занимать должность, нужно украсть у народа и поделиться с начальником, то при нас надо будет делать так, чтобы народ ими, чиновниками, был доволен. Будет доволен ими — будет доволен и нами.

Иногда нас ехидно спрашивают: а где ваша команда? Где ваши доктора и академики экономики и философии, где ваши «профессионалы»? А зачем они нам? Оставьте себе этих болтунов. Наша команда — это многомиллионная армия чиновников и предпринимателей, которые ждут не дождутся, когда их возглавят настоящие руководители России. (Правда, они еще не знают, что ждут именно нас, но никуда от нас не денутся — так работают законы управления.)

Правда, когда мы придем к власти, государственные чиновники будут требовать от нас ясной и четкой постановки задач — задач реальных, исполнимых и полезных народу. Однако это и есть наша работа, и мы должны и будем ставить им эти задачи законами. Это будет непростая работа, но не более чем работа, требующая своего изучения и исполнения.

Чего не делать

Прежде чем начать разговор о том, что нам надо делать, следует оговорить то, чего нам делать не надо, хотя, приняв на себя ответственность за Россию, это и так будет понятно.

Прежде всего НЕ НАДО ДЕЛАТЬ НИКАКИХ РЕВОЛЮЦИЙ НИ В ЧЕМ.

Введя суд народа над властью — над собою, мы уже проведем революцию, каких еще не видела история. Вот ее и достаточно.

Да, нам придется делать существенные изменения в обществе, но никаких резких движений делать нельзя, во всех делах действовать по принципу — «не навреди»!

Начнем с того, как сделать революцию без революции.

Революция (переворот) — это резкая ЗАМЕНА ОДНОГО ДРУГИМ, причем старое уничтожается или сразу же упраздняется. Вот до нас власть была безответственной — мы ее делаем отвечающей перед народом. Это революция. Но во всем остальном нужно вводить новое, но НЕ СПЕШИТЬ УПРАЗДНЯТЬ СТАРОЕ, и тем самым дать новому самому похоронить старое — сделать так, чтобы люди сами отказались от старого ввиду неспособности старого конкурировать с новым.

А теперь ответим на вопрос: почему не нужны революции?

Мы придем, чтобы установить в России справедливость. Это так.

Но по этому вопросу у всех слоев населения разное мнение. Приняв какую-либо одну сторону, даже если это большинство населения, мы даже благодарности от этой стороны не дождемся (она примет это как должное), зато вызовем резкое сопротивление других сторон. Возникнет конфронтация, а она нам нужна меньше всего. Вопрос справедливости таков, что его сначала нужно согласовать в обществе, и только когда у подавляющего большинства населения созреет одинаковое представление о справедливости по тому или иному вопросу, внедрять в жизнь именно эту справедливость.

Кроме этого у нас сейчас много борцов за справедливость, но если к ним присмотреться, то это борцы за халяву под соусом справедливости. Многие из них стали борцами только потому, что не успели украсть, и теперь надеются на реванш. Да, не удовлетворив свою алчность, они будут голосовать за наше наказание. Ничего, переживем. Для нас важно другое: мы руководители страны, и это мы ОБЯЗАНЫ ВЕСТИ ЗА СОБОЙ народ, а не болтаться на поводу у живущих одним днем алчных и глупых крикунов. Даже если их и большинство.

Нет сомнений, что мы испытаем яростное сопротивление извне с попыткой вызвать в России хаос, и этих проблем будет достаточно. Поэтому вызывать конфронтацию и хаос еще и своими решениями внутри страны просто глупо.

Теперь о том, какие наши решения потребуются, а какие не стоит принимать.

Любое наше решение должно быть максимально взвешенно, обдуманно и понятно государственным чиновникам и народу. Искать варианты этого решения будем не только мы, но чиновники исполнительной власти, и наши собственные аппараты чиновников. Но этого мало, нам нельзя замыкаться только на чиновниках.

Во-первых. Каждое наше решение, если оно несекретно, нужно обсуждать. Обсуждать не только с теми, в пользу кого оно принимается, но и с теми, по чьей шкуре отбарабанит. Надо принимать такие решения, которые выгодны народу и будущим поколениям, но все же наши решения должны быть такими, чтобы вызывать как можно меньше недовольства даже у тех, кому они не нравятся. Кем бы ни были те, кто будет сопротивляться нашим решениям, сначала мы должны смотреть на них как на достойных людей.

Но приняв решение, нельзя колебаться ни в малейшей мере; все силы нужно направлять на его реализацию, не ослабляя усилий до победы. Если нам будут оказывать сопротивление силой, то начинать надо с попытки уговорить врага прекратить сопротивление, возможно, пойти на устраивающий нас компромисс. Если попытка не удается, то требуется решительное, быстрое и жестокое подавление сопротивления силой. На войне жестокость является милосердием. Нельзя вести войну нерешительно и полумерами — таким путем она не гасится, а раздувается.

Во-вторых. Не зацикливать на себя все. Стараться спустить с Москвы вниз как можно больше прав и обязанностей по решению проблем на местах. Многим это не понравится, с мест будут просить решения у нас, поэтому надо будет искать компромисс — и не отказывать, и приучать людей работать самим.

Как-то прослушал заведующего кафедрой государства и права юридического факультета МГУ В. Томсинова, убеждавшего политически активных москвичей в том, что их митинги против фальсификации выборов бесполезны потому, что народ, дескать, имеет низкое правосознание и соглашается с преступлениями. Это типичный образ мысли академического бюрократа. Он видит стотысячные митинги протеста, но все равно — это он умный, а глупый народ соглашается мириться с преступлениями, поскольку имеет низкое правосознание.

Давайте вдумаемся в происхождение закона. Люди сталкиваются друг с другом, вступают во взаимоотношения и со временем, исходя из своего менталитета, из местных условий и потребностей, люди вырабатывают правила своих отношений, которые сначала существуют в виде обычаев. Но некоторые люди эти обычаи нарушают; таких нарушителей обычаев наказывают, и это всем понятно и всеми принято. Из устоявшихся обычаев рождается закон, утверждающий обычай. Такой закон людям понятен, он для них естественен, естественно для них и наказание за нарушение такого закона.

Однако государство плодит умников, изучивших римское право и презирающих свой народ. Эти умники как бы для блага народа, а на самом деле для оправдания своих жалований плодят законы не из народных обычаев и потребностей, а из собственных голов. И эти законы, во-первых, народу не нужны, во-вторых, противоречат сложившимся или складывающимся обычаям. И вступает в силу правило, подмеченное еще Салтыковым-Щедриным: «Россию всегда спасало то, что у нас глупые законы дурно исполняются». А умники, осилившие на юридическом факультете римские сервитуты, как видите, все пеняют на народ, на его низкое правосознание.

Правосознание у народа нормальное, просто не надо народ насиловать дурацкими законами из Москвы, да еще в немеряных количествах. И уж конечно, ни в коем случае нельзя уподобляться нынешним идиотам Думы, которые хвастаются, к примеру, что только Госдума пятого, последнего созыва «приняла 1581 федеральный закон и одобрила 27 федеральных конституционных законов». По два закона в рабочий день! Это значит, что бараны, именующие себя депутатами, нажимали на кнопки, не соображая не только того, нужен или нет их закон людям, но и за что именно они голосуют. В настоящее время количество нормативных актов таково, что незнание человеком законов неизбежно в принципе: например, Система ГАРАНТ содержит банк правовой информации объемом более 3,9 млн документов. Это значит, что если знакомиться с каждым уже имеющимся документом не более 2 мин, то уйдет целая жизнь (40 лет по 8 ч ежедневно). В Государственной системе распространения правовых актов в электронном виде (ГСРПА) ежемесячный прирост информационно-правовых фондов составляет порядка 10 тыс. документов, т. е. база растёт со скоростью более 330 документов в сутки, при этом не успевают публиковать даже некоторые кодексы в действующей редакции (например, Налоговый кодекс). Никому это тупое обилие законов не нужно, и, кстати, каждое наше решение (наш закон) обязано быть понятно любому нормальному человеку и прежде всего, нам, поскольку мы, законодатели, будем его единственными толкователями.

Наконец. Да мы поведем народ за собой, но это не значит, что все наши решения должны исходить только от нас и чиновников; надо не бояться предлагать самому народу искать решения, благо современные средства связи позволяют обратиться ко всем гражданам. В конечном итоге нам все равно, кто найдет толковое решение вопроса — мы, чиновники или какой-нибудь гражданин, поскольку ответственность за это решение все равно будем нести мы. Обращаться к народу надо не для пиара, не для «одобрямс». Очень может быть, что наше лекарство окажется горьким, и пока не будет виден результат решения, большинству народа само наше решение может не нравиться.

Обращаться к народу надо за получением вариантов нашего, власти, решения (вариантов наших законов). Как ни странно, есть много простых людей, не являющихся чиновниками, тем не менее увлекающихся теми или иными вопросами общественной жизни. Занимаясь своими делами, они находятся, так сказать, «на стыке наук» — и могут предложить более выгодный вариант решения, нежели чиновник-профессионал или «ученый». Главное — чтобы мы поняли, что нам предлагают.

Кроме этого такой работой с обществом мы выявим активных и умных людей, которые будут являться кадровым резервом как для чиновничества, так и для нас самих. Не сладкоголосые болтуны и профессиональные «радетели народные» должны попадать во властные структуры, а люди, способные к государственной деятельности. А отличает таких людей любознательность и способность находить решения по государственным делам. Нельзя отгораживаться от народа своей властной исключительностью и разделять людей на умных и тех, от кого якобы ничего умного не услышишь. Да, миллионная толпа ничего умного не предложит, но в этой миллионной толпе может найтись тот, кого стоит выслушать; нам нельзя упускать такой шанс.

Разумеется, сказанное выше не означает, что мы сами не должны думать, а можем явиться во власть и уже оттуда спрашивать народ, что нам делать. Как сегодня толпа «депутатов» является в Думу и спрашивает аппарат Думы и президента: когда и какие нам кнопки нажимать? Мы сами обязаны иметь четкое представление если и не сразу о том, как нужное получить (пути могут очень сильно зависеть от конкретной обстановки на момент принятия решения — на момент нашего прихода к власти), то уж о том, что именно мы хотим получить. Хотя бы о главном и принципиально.

Итак, о том, что нам надо получить.

Сначала дети

Даже не наивно, а просто глупо надеяться, что нам — ответственной перед народом власти — позволят принимать государственные решения в спокойной обстановке, позволят тщательно обсудить эти решения и внедрить одно за другим. Нам придется принимать решения в состоянии цейтнота и по всем вопросам сразу, поэтому сегодня бессмысленно гадать, что именно для России будет самым главным на конкретный момент принятия решения.

Но есть вопрос общественной жизни, который нам надо считать самым главным хотя бы потому, что если мы дадим этому вопросу пусть даже только толчок в нужном направлении, то уже можно будет считать, что мы жизнь прожили не зря.

Это вопрос умственного развития народа.

Сейчас говорят, что то унизительное состояние, в котором очутился наш (да и не только наш) народ, вызвано тем, что людей оболванили политики и СМИ. Простите, а разве болваны не виноваты в том, что их оболванили? И разве не виновата власть, которая позволила сделать из своего народа болванов?

А сделало народ болванами, в том числе и представителей власти, нынешнее образование. Принципиально дело обстоит так.

Человек отличается от животного интеллектом и человеческой моралью. Главное — интеллект, без интеллекта человек не воспримет и мораль, не поймет ее необходимость для себя. Ребенок рождается животным с зачатками человеческого интеллекта. Наша задача не развить этот интеллект, а помочь ребенку самому его развить. Казалось бы, какая разница? Разница в том, что без стремления самого ребенка мы его интеллект на разовьем, это же его интеллект, а не наш.

Отсюда кардинальная ошибка, совершенная человечеством, — человечество приняло латинскую систему образования (развития интеллекта), согласно которой учитель (преподаватель) сообщает ребенку (обучающемуся) знания и заставляет его эти знания запомнить. В результате ребенок не развивает свой интеллект, а делает одолжение тому, кто заставляет его запоминать знания. И делает это одолжение точно так же, как животное заучивает то, что его заставляет делать дрессировщик. Да, ребенок, пока он мал, — это животное, но то, что мы методы обучения животных применяем к будущему человеку, — это ошибка, хуже преступления. При нынешней системе образования для ребенка (обучающегося), как и для животного, получаемые знания становятся обузой, нужной не ему, а тому, кто его заставляет их получать. А обузу, понятное дело, стараются иметь поменьше. В результате и в лучшем случае обучающийся запомнит слова, описывающие знания, а в общем случае забудет их после экзамена. В любом случае, обучающийся не будет уметь самостоятельно использовать полученные знания. А без умения использовать знания знание только слов, описывающих знания, бессмысленны.

Подобную систему образования можно было бы считать бесполезной, если бы она не была убийственно вредной. Ведь при этой принятой и у нас латинской системе образования обучающийся получает не образование, а некие справки — аттестаты, дипломы. А вместе с этими справками получает уверенность в том, что он умный, что он что-то знает, хотя на самом деле остается неспособным мыслить самостоятельно ни по какому вопросу, кроме узких вопросов своей работы да вопросов быта. По остальным вопросам, в том числе по вопросам общественной жизни, такой образованный болван пользуется штампами, заученными у того, кого он считает умным. Поэтому оболванить такого образование очень просто. Нужно только показать ему на экране телевизора голову, назвать эту голову мудрецом или профессионалом, и образованный болван будет делать то, что говорит этот «мудрец», не соображая, что именно он делает, но с уверенностью, что он все делает правильно.

Не могу гарантировать, но полагаю, что со взрослыми людьми мы, народная власть, ничего сделать не сможем. Эти люди оскорбятся от самой мысли о том, что они глупы, поскольку они точно знают (да и дипломы у них есть), что они умны. Посему с ними пусть будет как есть, а детей нужно спасать изменением принципа образования.

Главный принцип реформы образования: человек должен самостоятельно учиться, самостоятельно искать знания всю жизнь и самостоятельно уметь ими пользоваться. На то он и человек. Учиться — это его долг прежде всего перед самим собой. Мы, как общество и государство, обязаны снять любые препятствия в получении человеком знаний, но не обязаны насильно его обучать.

Молодое поколение и детей нужно спасать, отказавшись от латинской системы образования — от заучивания знаний, заменив ее системой, при которой обучающие (учителя, преподаватели) будут только помогать обучающимся в самостоятельном получении знаний и, главное, помогать обучающимся в умении пользоваться знаниями самостоятельно. Разумеется, над обучением детей нужно установить контроль, полагаю, даже законодательно, обязав их посещать школу, однако принципы школьного образования надо изменить. Ученика никто не должен учить, он сам должен учиться.

Я вкратце повторю то, что вы уже узнали из главы 3.

В год, когда ребенку исполняется 7 лет, он должен начать посещать школу, и это обязательно. В год, когда ему исполняется 17 лет, он должен оставить школу. В школе он обязан научиться использовать знания точных наук (математики, физики, химии, биологии), русского языка, истории и обществоведения — устройства общества и государства (Конституцию обязан понимать безусловно). Обязателен ручной труд, так как он развивает ум. Иностранные языки — по желанию ребенка (родителей). Их можно вывести из школьной программы. Никаких классов по возрасту быть не должно, только классы по уровню уже полученных ребенком знаний. Соответственно, лет с 10 ребенок может быть сразу во многих классах по различным предметам, в зависимости от своих способностей и склонностей. В связи с этим упраздняется ежегодный переход из класса в класс, упраздняются переходные и выпускные экзамены.

Учитель и сам ученик контролируют обучение не воспроизведением учеником слов, а способностью ученика использовать знания, т. е. его способность решать как учебные задачи, так и практические. И этот контроль должен быть непрерывным. Если ученик любознателен и быстро осваивает науку, его нужно передвигать в более высокий класс по этой дисциплине — туда, где ему будет интересней. Если он вышел за пределы школьной программы, его нужно сводить в Интернете с преподавателями этих наук. Если он сильно отстает или ленится, то должен до окончания школы оставаться в группах с его уровнем умения использовать знания.

Нужно изменить принцип образования. Школа обязана учить не знаниям, а умениям.

Разумеется, чем талантливее учитель, тем легче он разовьет в ученике любознательность; чем талантливее педагог, тем меньше у него будет ленивых учеников. Где взять таких учителей и педагогов?

Нужно собрать по России всех оставшихся настоящих учителей, всех энтузиастов (а они, слава богу, пока есть), предложить им поднять опыт предшественников и подготовить курсы школьных наук в виде фильмов. Учебные курсы в виде фильмов нужны для того, чтобы разъясняемые положения предметов обучения были представлены в как можно более образном виде. Одновременно для проверки самим учеником и его учителем уровня обучения самые лучшие учителя и энтузиасты должны подготовить задачи, как можно более связанные с жизнью.

Не навязывая своего видения дела этим педагогам, я урок вижу так. Ученики сначала читают урок, т. е. воспринимают знания словами, затем смотрят фильм о том, что прочитали; роль учителя — разъяснить ученикам непонятное и провести уроки практического применения знаний этого урока. И разумеется, контролировать успехи учеников, чтобы вовремя перевести способных (с которыми потребуется индивидуальная работа) в более высокий класс. Этими фильмами мы застрахуем себя тем, что все наши дети, вне зависимости от доходов их родителей, действительно получат лучшее обучение из того, что возможно.

Окончив школу, юноши и девушки вынесут из нее не просто знание, а умение использовать знания. Одни больше, другие меньше, сколько именно — будут знать только они.

Но если у них не будет аттестатов зрелости и золотых медалей, то как же они будут поступать в институт? — спросите вы. А зачем в институт поступать? Что, собственно, происходит в институтах, университетах и академиях? Преподаватели читают умные книжки, а затем пересказывают содержание этих книжек студентам. А сами студенты эти книги прочитать не могут? Сейчас считается, что не могут, что они малограмотные. Мы так считать не будем.

Мы будем считать по-иному. В 17 лет будем считать человека вполне взрослым и безусловно способным выучиться самостоятельно. Пусть выберет себе специальность и сразу поступает работать в учреждение или фирму, в которой имеются должности такой специальности и потребность в специалистах на эти должности. Пусть соединяется в Интернете с центром подготовки таких специалистов, получает программу того, что и до какой степени ему нужно изучить (уметь использовать на практике), и начинает после работы изучать теорию, а на работе изучать практику.

Если хочет стать технологом или конструктором — тем, кого сегодня называют инженером, то пусть поступает на завод соответствующего профиля рабочим. Если хочет стать врачом, то в больницу или поликлинику медбратом или медсестрой; если юристом, то поступает в полицию постовым или к адвокату помощником. А вечером будет читать или смотреть фильмы по теории своей специальности. Сколько у конкретного человека такое обучение займет времени, не имеет значения и зависит только от способностей человека.

Если такой специалист в данном учреждении нужен, то его будут дополнительно обучать специалисты этого учреждения и, таким образом, учить будут те, кто сам умеет использовать знания, т. е. умеет работать. Если в данном учреждении потребности в таком специалисте нет, то учить его будут преподаватели обучающего центра. В первом случае своим работникам, обучающим (консультирующим) новенького, может платить (доплачивать) само учреждение, во втором сам обучающийся будет платить преподавателям центра (если они ему потребуются). Во втором случае после такого обучения, в ходе которого обучающийся научится решать весь комплекс задач своей специальности, он может предложить свои услуги тому учреждению, которому такие специалисты требуются. Организация центров, обучающих всех желающих через Интернет, не вызовет проблем.

А как же диплом? — спросите вы. А зачем он? Для работы нужен не диплом, а умение применить знания, вот это главное, а после такого самостоятельного обучения у человека это умение будет.

А как же экзамены, как удостовериться в его умении? Его знания проверят те, кто доверит ему должность специалиста. Ведь сегодня у нас академии, проверяя на экзаменах эти знания, присваивают человеку звание инженера или юриста, а потом работодатели присваивают ему звание барана и пытаются как-то этого барана обучить хоть чему-то, чтобы он хотя бы несильно вредил.

И ведь что интересно! Предлагаемая система обучения в остатках была еще в начале XX в. и давала очень большой эффект, но по тем временам знания как таковые были малодоступны и сосредоточены в библиотеках университетов. Университеты этим обстоятельством и воспользовались, добившись к настоящему времени монополии латинской системы образования. Эта система выгодна профессорам, бюрократии, кормящейся от образования, а не обучающимся и не обществу.

Но сегодня знания уже доступны каждому, а мы их сделаем предельно доступными. Пусть учатся все желающие. Проблема сейчас только в том, что общество не привыкло к такой форме получения знаний, к признанию такого образования, но это решается законодательно, и мы это решим.

Упразднив дипломы и ученые звания, мы не прохиндеев, а реальную интеллектуальную элиту страны сделаем реальной элитой.

Еще раз — если парень хочет стать генералом, нет проблем: вон военкомат. Станешь в строй и объявишь о своем желании, сержанты помогут тебе стать солдатом, офицеры и сержанты — командиром отделения, если ты окажешься способным им быть. Затем они помогут тебе стать командиром взвода и роты, опять-таки если ты будешь способен ими стать. Ну а потом, если у тебя достаточно способностей и они превышают способности твоих товарищей, то станешь и генералом — в строю, в части, в дивизии, а не в училище. И учить тебя будут те, кто воевал, а не те, кто, не нюхав пороха, учит, как воевать. Именно так был обучен офицерский корпус немецкой армии периода Второй мировой войны, как эту армию ни унижай, но это были сильнейшие дивизии мира. В те года армия Польши считалась сильнее Красной армии, поляки в сентябре 1939-го обещали за две недели быть в Берлине. А что немецкая армия сделала с польской армией? а с французской и британской армиями на континенте? А поражения Красной армии 1941–42 гг.? Толковое обучение офицеров — это толковое обучение.

Важно еще и то, что человек будет способен получать много профессиональных образований, ведь не исключено, что первое образование он получит вынужденно или случайно, а потом он увлечется иной отраслью знаний или ему захочется сменить профессию. У меня в жизни были два хороших знакомых, которые достигли предельных высот как рабочие-металлурги и были весьма высокооплачиваемыми и уважаемыми бригадирами; оба, разумеется, имели семьи. Один даже начинал было получать высшее металлургическое образование, но бросил эту затею. Обоим было около 40, когда один поступил в заочный сельхозтехникум и стал ихтиологом. К этому времени на ГРЭС возникла идея разводить карпа и форель на теплых сточных водах. Он уволился с нашего завода и возглавил на ГРЭС этот рыбный участок и там уже как ихтиолог добился выдающихся успехов. Второй заочно окончил педагогический институт, стал учителем, а потом известным в республике директором школы. По детству мне помнилось, что директор школы — это тот, к которому вызывают, если ты набедокурил, и только. А я встречал выпускников школы этого своего товарища, которые через много лет в своем директоре школы души не чаяли.

Задача нашей власти — сделать народ счастливым. Эта система образования является одним из способов добиться этого.

Эта система образования будет революцией, а нам революции нежелательны ни в чем. Поэтому для удовлетворения амбиций сегодняшнего взрослого населения, нужно будет оставить в каждой области хоть по школе с латинской системой образования, а нескольким академиям разрешить набирать студентов по ЕГЭ, т. е. дать желающим получать образование имени Фурсенко. Дать им возможность получить аттестаты, дипломы и иные бумажки с печатями, сообщающие работодателям, что их владельцы неспособны были обучаться самостоятельно.

Пока такие желающие будут.

Материал в тему

«Здравствуйте, Ректор Санкт-Петербургского Университета Экономики и Финансов — одного из лучших экономических вузов страны, в который мечтают поступить тысячи школьников из провинции и Петербурга.

Я закончила ваше замечательное заведение 1 год назад. На днях мне понадобилось создать ИП, и юрист меня спрашивает: вы какую систему налогообложения выберете, упрощенную или единый налог на вмененный доход. И тут я понимаю, что понятия не имею, о чем идет речь!

Слова конечно знакомые, но что за этим скрывается без понятия. Как такое может быть, что человек, отучившийся 5 лет в лучшем ЭКОНОМИЧЕСКОМ университете Питера, ни разу не слышал о таких определениях?

Как можно ходить на все пары, сдать экзамены на 4 и 5, защитить диплом по специальности экономист-математик и не знать, чем отличается ИП от ПБОЮЛ или это одно и то же?

Почему маркетинг, страхование, бухучет, менеджмент — нам читали преподаватели, которые были старше 60 лет по книгам 20-летней давности? А экономику фирмы вел дедуля, которому было лет 75, и он умер от старости прямо перед зачетом.

Зачем вы меня учили про кривую Хикса, эластичность по цене, свот-анализ и градиент? Если я все это знаю, почему я себестоимость своего продукта рассчитываю, просто складывая в икселе все затраты в расчете на единицу, а розничную цену определяю интуитивно, т. к. не совсем понимаю, как эту формулу, которую мы проходили, применить в реальной жизни.

Зачем мне 2 семестра рассказывали про теорию экономических отношений? Любой человек понимает, что есть спрос, а есть предложение и они взаимосвязаны. Каждый знает, что монополия — одна фирма, олигополия — несколько, конкуренция — много.

Зачем об этом целый год говорить, и как знание биографии Маркса поможет мне выбрать правильную рекламу своего товара, создать сайт в вордпресс, сделать макет листовок, найти поставщиков, провести презентацию товара, привлечь людей в группу в Контакте?

Я не знаю, как выписывать чек покупателю, я не знаю, где взять кассовый аппарат, нужен ли он мне, и как им пользоваться, я не умею учитывать расходы и доходы (но знаю статьи дебета-кредита бухгалтерского баланса — на З-м курсе проходили, на пятерку сдала).

И самое неприятное, даже, если я буду нарушать закон, я даже не узнаю об этом, т. к. я понятия не имею, что можно делать, а что нельзя (правоведение и налогообложение — тоже на 5 сданы).

Почему мои одногруппники работают агентами по продажам и раздают листовки в торговых центрах, а некоторые вообще до сих пор работу найти не могут?

Может быть потому, что они НИЧЕГО не знают и не умеют? Короче уважаемый ректор СПБГУЭФ, некогда мне тут разглагольствовать, т. к. надо сейчас весь интернет перерыть, чтобы почитать информацию про налоговую отчетность и организацию ИП — простейшую единицу рыночных отношений, про которые мы 5 лет, 6 дней в неделю слушали, записывали, зубрили, сдавали экзамены и защищали дипломы, и о которых я ничего не знаю, как оказалось.

5 лет в вашем вузе — самое бездарное времяпрепровождение, какое только может быть. Хорошо хоть я после 1-го курса работать начала, иначе совсем бы отупела.

Из десятков дисциплин, которые у нас были, пригодились только английский, физкультура и теория вероятностей. Из преподавателей — реально чему-то научили 1–2 человека.

Кроме 4 лучших друзей эти годы ничего мне не дали абсолютно. За 1 год жизни в Китае, сменив десяток работ, я узнала в сто раз больше и увидела, что такое экономика на самом деле.

Если вы думаете, что она описывается пересечением кривых IS-LM, то могу сказать, что вы неправы. Ставьте двойку. Диплом в помойку, тем, у кого красный, — тем более.

ВУЗ ваш отстой, лучше сразу ребенка дворником отправить работать, чем 5 лет по 200 тыс. в год платить за обучение. Чем продолжать так учить детей, лучше закройтесь вообще и устройте в здании музей, исторический объект как-никак, бывшее здание ассигнационного Банка России.

С уважением, Давыдова Екатерина».

http://katjadavydova.livejournal.com/75469,html.

Вот так.

Государственное устройство

Строго говоря, нужно было бы поменять Конституцию полностью, но делать этого не стоит не только потому, что это тоже будет революцией.

Безусловно, у многих интересующихся политикой, есть уверенность в том, какая именно Конституция нужна. Но одно дело уверенность, а другое — опыт. И есть смысл сначала усовершенствовать имеющуюся Конституцию в нужном направлении и получить опыт того, что будет получаться от нашего усовершенствования, а уже потом, не спеша, тщательно все обсудив и обдумав, поменять всю Конституцию — весь проект государственного устройства. А пока поменять только то, что особенно мешает.

И поскольку мы не станем сразу менять Конституцию, то дальше я буду ссылаться на те конституционные положения, которые в нынешней Конституции уже есть.

Во-первых, напомню: в действующей Конституции России есть ее собственный основной закон — первые 16 статей, которые сведены в главу «Основы конституционного строя». Соответственно, ничто в Конституции не может противоречить этим 16 статьям. «Никакие другие положения настоящей Конституции не могут противоречить основам конституционного строя Российской Федерации» (статья 16).

Эту главу и следующую, «Права человека», менять нельзя без смены самой Конституции. Зато практически все остальные статьи Конституции может убрать, дополнить или изменить Дума, т. е. мы во власти.

В основах конституционного строя Конституции РФ всю полноту власти имеет народ России. «1. Носителем суверинитета и единственным источником власти в Российской Федерации является ее многонациональный народ» (3). Слова носитель суверенитета означают нечто вроде «нет бога, кроме бога», т. е. никто кроме народа не имеет права на власть. Слова источник власти означают, что каждая предусмотренная Конституцией власть обязана избраться народом — иметь народ источником своего происхождения.

Далее в статье 3 устанавливается то, каким способом народ осуществляет свою власть. «2. Народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления», — и как именно осуществляются эти способы: «3. Высшим непосредственным выражением власти народа являются референдум и свободные выборы». То есть чтобы власть была законной властью, она: а) должна быть избрана на свободных выборах, б) быть предусмотренным Конституцией ОРГАНОМ власти.

Конституция РФ установила в России всего три органа власти. «Государственная власть в Российской Федерации осуществляется на основе разделения на законодательную, исполнительную и судебную. Органы законодательной, исполнительной и судебной власти самостоятельны» (10).

Во-первых, суды у нас не избираются народом на свободных выборах, следовательно, не являются властью. Далее; не указано, какие именно органы являются законодательной, исполнительной и судебной властью. Отсюда непонятно, а кто такой президент? Он какой орган? Ведь если президент не орган государственной власти, то его выборы не имеют значения, поскольку народ осуществляет свою власть только «через органы государственной власти».

Однако на самом деле Президент является органом власти и это следует из статьи 11. «Государственную власть в Российской Федерации осуществляют Президент Российской Федерации, Федеральное собрание (Совет Федерации и Государственная Дума), Правительство Российской Федерации, суды Российской Федерации». Правда, в статье 11, по сравнению со статьей 10, все наоборот: перечислены должности и названия органов, но не сказано, какие органы и должности относятся к законодательной, исполнительной и судебной власти (последние, впрочем, ясны из названия).

Однако это лёгкая муть, поскольку из всех названных институтов государства не избирается и, в отличие от судов, не должно избираться народом правительство. Таким образом правительство само по себе, без своего главы не может являться органом государственной власти, поскольку правительство (министры) не имеет источником своей власти народ. Правительство становится органом государственной власти только после того, как народом на свободных выборах будет избран глава правительства. Но, как видите, выборы премьер-министра (председателя правительства) в России не только не предусмотрены, но основы конституционного строя России вообще не знают такого деятеля, как премьер-министр, соответственно, в конституционной системе государственной власти его не может быть.

В США президент является не вольноопределяющимся «пердизентом», а главой исполнительной власти, он является премьер-министром, а его выборы делают законной исполнительной властью и назначенных им министров — собственно правительство.

Точно так же, как вы видите, согласно статьям 10 и 11 основ конституционного строя, должно быть и в России, но на самом деле у нас не так. У нас в дальнейшем тексте Конституции, который мы можем сами изменить, согласно статье 80 Конституции, «пердизент» — это:

— не предусмотренный основами конституционного строя некий глава государства, который не имеет обязанностей руководить государством, поскольку не является органом государственной власти, а сам президент не возглавляет ни один из трех независимых друг от друга госорганов, руководящих государством от имени народа;

— гарант Конституции и прав человека, хотя статья 18 Конституции установила, что гарантами прав человека являются суды. «Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием». — То есть «пердизент» у нас некий судебный помощник;

— согласователь функционирования и взаимодействия органов государственной власти, которые, согласно статье 10 основ конституционного строя, «самостоятельны».

Короче, по статье 80 Конституции, у нас «пердизент» — незаменимый специалист по оказанию помощи тому, кто ни в какой помощи не нуждается.

Хотя на самом деле согласно основам конституционного строя, президент — это глава исполнительной власти! Вот мы и приведем статьи Конституции в соответствие с основами конституционного строя, убрав из текста Конституции премьер-министра и определив президенту место во главе правительства. То есть, поставим президента во главе исполнительной власти, сделав, таким образом, источником исполнительной власти народ, как того и требуют основы. И само собой, таким исправлением Конституции мы возложим на президента реальные обязанности и реальную ответственность, а не те фикции, которые на него сегодня как бы возложены.

Вернемся к судьям. Мне скажут, что в тексте Конституции про судей все написано, в том числе то, что они назначаются другими ветвями власти — законодательной и исполнительной. То, что написано в тексте Конституции РФ дальше, в данном случае не имеет значения, поскольку, по основам конституционного строя, и судебная власть (судьи) обязана избираться народом, иначе это не власть. И то, что у нас по Конституции российские как бы судьи не избираются народом, а назначаются Президентом, — это не проблема Конституции, а проблема нынешних президента и Федерального собрания. Им так выгодно. И благодаря им сейчас у нас десятки миллионов сограждан осуждены лицами, которые не имеют на это никаких конституционных полномочий. Единственный источник власти в России — народ — не давал им судебной власти. Российские «судьи» — это не судьи.

Мы это положение исправим и сделаем судей выбранными народом и частью народа.

Теперь о Думе. Вообще-то депутаты нынешней Думы и прошлых Дум считают и считали себя представителями народа, хотя, конечно, если к ним присмотреться, то они являются издевательством и над понятием «представители», и над понятием «народ». Но дело даже не в этом, а вопросе: а зачем избирателю нужен в законодательном органе какой-то индюк только для представления кому-то этого избирателя? Законодательный орган — это высшая (после народа) власть — соответственно, раз это власть, то это и высшие руководители. Руководители! И депутаты обязаны быть не свадебными генералами, а специалистами-руководителями, специфическими, но РУКОВОДИТЕЛЯМИ.

Достоинство нашей власти в понимании, что мы, власть и государственный аппарат, нужны не для того, чтобы устроить у государственных кормушек России как можно больше чиновников. Мы понимаем, что главная и единственная обязанность демократического государства — защита народа от всех возможных опасностей и проблем в случаях, когда народ без нас (без государственной организации граждан всего государства на свою защиту) защититься не может. Ни для чего другого мы, государственный аппарат, народу не требуемся.

Этой организацией нужно руководить, руководить обязаны мы; следовательно, мы обязаны организоваться сами и организовать весь государственный аппарат так, чтобы это руководство было эффективным.

Первый вопрос: нужно ли России, чтобы центральная власть организовывала абсолютно все виды защиты для всех граждан сразу? Надо ли, к примеру, чтобы министр внутренних дел, сидящий в Москве, имел в числе своих обязанностей защиту граждан города Урюпинска от местных хулиганов? Может быть, урюпинцы и без него обойдутся? Если государство взялось обеспечить всем бесплатное медицинское обслуживание, значит ли это, что всеми больницами надо управлять из Москвы? Ведь очевидно, что на местах во многих вопросах вполне обойдутся и без нас, т. е. образно говоря, без Москвы.

Отсюда вытекает, что силы всех граждан государства нужно сосредоточивать только на тех вопросах защиты народа, которые действительно могут быть решены только усилиями всех граждан. Остальные дела просто не имеет смысла поручать центральной власти, качественно она их исполнить физически не сможет, что жизнью уже неоднократно подтверждено.

Что нужно поручить центральной власти государства?

Прежде всего, разумеется, военную защиту страны от внешнего врага. Армия, флот и все, что с этим связано, должно быть во власти центра. Государственную безопасность, т. е. преследование и предотвращение тех преступлений, что опасны сразу для всех граждан страны. Разведка, контрразведка, военные трибуналы и прокуратура должны быть у центральной власти. Нам нужно оставить также розыск преступников на всей территории страны и вне ее, а вот от суда над ними центральную власть можно и нужно освободить. Центральная власть обязана взять на себя дипломатическую защиту и государства, и каждого отдельного гражданина. И мы обязаны взять на себя управление экономикой страны.

Кроме этого в стране всегда будут крупные технические, экономические, экологические проблемы, которые невозможно разрешить силами отдельных регионов. Силы и средства для их решения должна сосредоточить центральная власть. В плане защиты интеллектуального потенциала страны центральная власть должна развивать науку, в том числе в тех областях, где скорого эффекта может и не ожидаться.

Кроме этого центру нужно заняться государственными органами формирования общественного мнения, развитием национальных культур, стихийными бедствиями национального масштаба, помощью другим странам.

Мы будем отвечать за все в стране, поэтому будем реагировать на любые просьбы о помощи, но в наших же интересах источник законов, по которым люди живут, вывести из Москвы и максимально приблизить к самим людям.

Далее. Законодатель руководит коллегиально; следовательно, каждый депутат обязан быть универсальным специалистом, т. е. разбираться в любом вопросе, за который он проголосует. (Если народ законодателя осудит, то что — «на зоне» будешь оправдываться, что ты дурак, посему не знал за что голосуешь?)

Однако законодателю разумно создать внутри себя комиссии по отдельным направлениям государственной жизни, чтобы среди депутатов были знающие специалисты, способные доложить любой вопрос или проект закона во всех его деталях. Таких комиссий с запасом будет менее 20, если в каждой комиссии считать по 5 депутатов (больше иметь бессмысленно), то состав Госдумы надо определить в 100 человек. Депутаты выше этого числа — заведомо ненужный для управления балласт, мешающий работать.

Все подобные изменения можно провести, не меняя Конституцию, причем я дал не все изменения, а только принципиальные, посему этот список изменений будет, разумеется, пополнен, когда мы во власти осмотримся.

Свобода слова

Отказаться от свободы слова невозможно.

Во-первых, во-вторых и в-третьих, это будет бесчестно: раз уж мы взялись отвечать перед народом, то обязаны предоставить народу возможность перед вынесением вердикта выслушать и наших обвинителей. Без свободной критики мы рискуем опуститься и превратиться в КПСС и Правительство СССР накануне их позорного ухода на свалку истории; мы сами себе обрежем информацию во всей ее полноте. Но, в отличие от сегодняшних правительств, оставив оружие в руках врагов, мы будем драться. Главная борьба, которую мы в своих СМИ будем вести бескомпромиссно, — это борьба за умы людей. Но не за оболванивание их, а за то, чтобы они стали умнее.

Мы не закроем ни одну газету и ни одну телепрограмму. Но мы примем закон, по которому наше государство будет иметь возможность использовать в любой момент часть газетной площади любой газеты и эфирного времени любой передачи для своей — государственной, гуманистической — пропаганды. В этих выступлениях наше государство смешает с грязью тех ублюдков, кто лжет людям, кто проповедует идеал человека как «двадцать метров кишок с примесью секса»; мы алчность, подлость, трусость, эгоизм сведем до положения, от которого при упоминании об этих качествах людей будет мутить.

Мы вернем государству несколько телеканалов и СМИ, посредством которых будем общаться с народом. Много СМИ нам не требуется, в данном случае лучше меньше, да лучше.

Остальные СМИ останутся такими же, как есть. Тут дело не только в нежелании революции в этой области, но и в том, что вначале нас будут понимать не очень много народа, остальные будут хотеть привычных новостей и развлечений; пусть жуют пустые сплетни и развлекаются. Нужных журналистов для своих телеканалов и СМИ мы найдем, тем не менее судить народ будет нас, а не журналистов, поэтому дело пропаганды нельзя выпускать из своих рук и вести ее — общаться через СМИ с народом — придется лично. То есть объяснять народу суть происходящего придется и лично депутатам, и президенту.

Самым простым будет, пожалуй, разоблачение глупости и лживости желтой и западной пропаганды, ее скотства и низменности. Для этого и сегодня имеются журналисты, публицисты и писатели.

Гораздо сложнее будет убеждать людей быть людьми — убеждать их в том, что человек рождается для творческого труда, что в творческих результатах содержится счастье, которое невозможно получить ни в каких других сферах жизни. Что служба обществу, каким бы общество в настоящее время ни было, и достойнее, и интереснее, чем тупо набивать свои карманы деньгами. Что животная алчность недостойна человека, а удовлетворение ее ничего человеку не дает, что обладание вещами сверх разумной необходимости и только для того, чтобы похвастаться перед другими животными, является глупостью и не приносит счастья. Тут журналистских кадров очень мало.

Еще одна тяжелая проблема, которая будет возложена на органы пропаганды. Это проблема свободного времени. То, как эту проблему сегодня решают люди, людей не достойно. У них очень мало увлечений, в которых они проявляли бы себя как люди, — творили бы. И очень много развлечений, начиная от болезненных (в виде пьянства), кончая идиотскими, в виде компьютерных игр. Конечно, это объясняется и общим оглуплением народа, о котором написано выше, тем не менее это отдельная проблема, которую без пропаганды не решить.

Все это будет очень не просто, но это необходимо, следовательно, мы эти вопросы решим. Тут главное понять, что именно мы хотим достичь, а как достичь, мы и умные люди нашего народа придумаем.

Честность подсчета результатов голосования и свобода слова — это незыблемые принципы.

Уже лет тридцать вопят, что главная наша проблема — это экономика. На мой взгляд, вопят те, кто с этой самой экономикой знаком только издалека — из окна академического института. Я же проработал в ней почти тридцать лет. Она мне родная, и я не вижу в ней особых проблем. Если, конечно, понимать, что ты в ней собираешься делать и как это на экономике отразится. Посему в этой работе проблема экономики и не занимает первое место.

Народное хозяйство

Начнем с того, что национализировать предприятия народного хозяйства мы будем только в случае крайней необходимости — по сути в случае отказа самого собственника от своего предприятия или его злонамеренного саботажа. Для нас главное — сохранить все оставшиеся предприятия в работающем состоянии, и пока собственники это работающее состояние обеспечивают, с ними ничего не случится.

Нет необходимости спешить с конфискациями и экспроприациями у предпринимателей как денежных сумм, так и остального имущества, поскольку суммами и сам собственник может распорядиться по государственным планам, а их имущество просто некуда деть. Конечно, можно конфисковать один-два особняка для музеев с показом, до какого идиотства может дойти животное в своей тупой алчности. Но остальные-то особняки куда девать? Пусть живут в настроенном и пользуются купленным. Надо не забывать, что нувориши тратой денег в России создают много рабочих мест. И не предоставив людям на этих местах достойной работы взамен работы на нувориша, мы оставим этих людей без средств к существованию, а нам это не нужно.

К вопросу о справедливости. В том состоянии, в котором мы примем Россию, мы, ответственная власть, не виноваты. В нем виновато население России, у которого не хватило ума не избирать предшествовавшую нам власть, установившую эти порядки, и не хватило мужества сопротивляться этим порядкам. Теперь население немного потерпит то, что само допустило.

А мы, власть, пока ничего сами не создали, ничего разрушать не будем. Мы вообще ничего разрушать не будем, мы будем новое ставить рядом со старым и давать старому самому умереть. Ну а если несправедливость будет уж очень выпирать, то мы решим вопрос налогами и пошлинами.

Основной принцип, который мы внедрим в народное хозяйство, — рынок России только для российской промышленности и сельского хозяйства. Экспорт — дело десятое.

Восстанавливать разрушенное народное хозяйство мы начнем с Госстата и восстановления Госплана.

Госстат подсчитает, сколько у нас граждан, что они имеют и что им надо, чтобы каждый гражданин имел жилье, необходимую мебель и оборудование жилья, необходимый набор одежды, компьютер с выходом в Интернет, средства связи и мог менять все это после разумного срока использования или безусловного устаревания. Кроме того, он должен иметь возможность без проблем перемещаться в пределах своего населенного пункта и с разумной периодичностью по России. И разумеется, он должен иметь российские продукты с необходимым для жизни набором белков, витаминов и необходимой калорийности. То есть работающий гражданин России и его семья обязаны иметь то, что должен иметь нормальный человек для жизни. Кроме того, мы определим, что России нужно от народного хозяйства для надежной обороны и реализации общероссийских проектов.

Мы установим контроль за ценами при сохранении конкуренции не между фирмами, а между товарами.

Для этого разработаем перечень стандартной продукции, включив в него не всю продукцию экономики государства или внутреннюю продукцию фирмы, а только продукцию и услуги в самой простой, доступной в изготовлении и в то же время хотя бы в минимально устраивающих потребителя форме и качестве.

Однако мы введем в закон, что ни один продавец не имеет права ничего продать, если он одновременно не предлагает к продаже стандартную продукцию по государственной цене (по внутренней цене фирмы для стандартных товаров) либо более качественную продукцию, но тоже по цене для стандартного товара.

Как мы сделаем стандартную продукцию основой конкуренции, покажем на примере, скажем, мясопродуктов в масштабе государства. Ассортимент по данной продукции весьма обширен: и мясо с костями, и вырезка, и колбасы, и копчености, и различные виды субпродуктов, и консервы. Из этого перечня мы выберем товар, самый простой в изготовлении. Что в этом перечне самое простое? Взял мороженую тушу, говяжью или свиную, порубил на куски и бросил на прилавок. Вот на это мороженое нарубленное мясо мы введем в стандарт и назначим на него государственную цену. Все остальное, хотя бы то же мясо, но парное, должно продаваться по договорным, а не государственным ценам. В результате мы получим, что рынок у нас будет тот, который называют свободным, и на этом рынке будут продаваться самые разнообразные товары любого качества и, соответственно, любой цены. При этом конкурировать эти товары будут и между собой (лучшие с лучшими), и со стандартными товарами своего вида.

Рассмотрим действие стандартной продукции и стандартных цен на образном примере. В магазине, который торгует мясопродуктами, есть все, и любой товар продавец может продать по любой цене, а покупатель волен предложить ему свою цену. То есть цены всего, что имеется в магазине, — это предмет договора между покупателем и продавцом, кроме нарубленного мороженого мяса. Вот на него цена будет установлена государством, и мороженое мясо обязано всегда быть тут же, на прилавке. Без этого мяса продавец либо не имеет права ничего продать, либо обязан просить государственную цену на что-либо более качественное, скажем, на гуляш или вырезку. Положим, госцена на мороженое мясо 10 руб. Покупателю оно не нужно, а нужна колбаса. Продавец это видит и запрашивает за колбасу 100 руб.; предложение купить за 20 руб. он отвергает, ниже 30 цену не опускает. Покупателя это не устраивает, и он берет стандартное мясо, возможно, для того, чтобы сделать из него колбасу самостоятельно. Вот эта возможность покупателя отвергнуть цену продавца и при этом остаться удовлетворенным в достаточной мере, не даст продавцу поднимать цены выше разумного предела — выше выгоды, что покупатель получит, приобретая более качественный продукт.

Фактически мы будем контролировать цены всего 2–3 % всей продукции, но этот контроль обуздает все остальные цены, которые будут оставаться свободными, но которые невозможно будет поднять выше выгодного покупателю предела и за счет этого получить незаработанную прибыль.

Мы введем монополию на внешнюю торговлю, но поскольку народное хозяйство у нас очень долго будет оставаться смешанным, то и монополия будет не государственная, а монополия экономики России под контролем государства. Суть ее: все экспортеры однотипной продукции и все импортеры будут обязаны объединиться во внешнеторговые организации, в которых будет и контролер от государства. В этих организациях они обязаны будут регулярно договариваться о ценах, ниже которых нельзя продавать за рубеж и выше которых нельзя покупать за рубежом. Соответственно, если потребуется, то будут согласовывать квоты поставок.

Разумеется, пошлинами мы будем защищать отечественного производителя.

Экономический принцип, который мы настойчиво будем внедрять: животное обеспечить всем желаемым невозможно, однако нынешнее развитие техники и технологии таково, что обеспечить жизнедеятельность людей довольно просто. Важно, чтобы каждая пара рук в государстве участвовала в обеспечении жизнедеятельности и каждый квадратный метр территории давал отдачу. Наша цель — рационализировать и сократить затраты труда на обеспечение жизнедеятельности населения и государства с тем, чтобы сократить рабочий день, предоставив людям время для творческих увлечений.

Прежде чем подвести черту под программными статьями, хочу коснуться еще одного вопроса, требующего нестандартного разрешения, — борьбы с преступностью.

Преступность

Если человека не удалось воспитать и он склонен совершать преступления, то удержать его от совершения преступления можно только карой. Карательным органом всегда являлись и будут являться суды. Как сказано выше, мы эти карательные органы обеспечим судьями.

Теперь о каре. Её задача — защитить нормальных людей от преступлений. Чтобы эта защита была эффективной, преступления надо разделить на две части — на человеческие и животные. Человеческие преступления — это те, которые совершает человек по неосторожности или даже по глупости. Скажем, неумышленное нанесение телесных повреждений или даже убийство.

Животные преступления — совершаемые из алчности или преступных склонностей. Такие преступления будут совершать люди в состоянии животных.

Исходя из этого, самое глупое, что можно придумать, — это кара в виде лишения свободы. Человек, совершивший человеческое преступление, не нуждается в изоляции от общества, он просто обязан загладить свою вину своим трудом, удобнее всего — деньгами. С этими преступниками все понятно.

А животных не страшит изоляция от общества. Посмотрите на зоопарк или на содержание скота: животного лишение свободы не тяготит. Отсюда следует, что лишение свободы — это не то, чем можно защитить нормальных людей от преступлений человекообразных животных. Животные боятся только физической боли, поэтому именно физическую боль надо применять к ним как кару, чтобы запугать их и отвратить от рецидивов.

Если в качестве физического наказания будет выбрана, к примеру, порка (можно придумать что-либо более совершенное), то метод остановки преступника видится таким: за первое преступление — порка, за рецидив — усиленная порка, не помогает — расстрел или высылка за границу (если какое-то «гуманное государство» захочет его принять). За такие преступления, как умышленное убийство из корыстных или хулиганских побуждений либо убийств с отягчающими обстоятельствами, разумеется, нужно сразу расстреливать.

Ответственная перед народом власть не сможет заботиться о судьбе преступников; её будет волновать судьба нормальных людей. Преступники сами делают свой выбор, их судьба не должна волновать власть. Власть будет заботить спокойная жизнь граждан. Разумеется, мне скажут, что преступники тоже люди. Люди? Но тогда почему они не поступают, как люди?

К гадалке не надо ходить, чтобы понять, что тот народ, который необдуманно записал себя в передовое человечество, будет нами сильно недоволен за применение нами порки и казни. Но мы-то в чем виноваты перед этим передовым человечеством? Всего-то надо не убивать наших граждан, не обворовывать их и не обижать хулиганством. Пусть передовое человечество убедит граждан, склонных к этим преступлениям, не совершать их. Тогда сбудется мечта передового человечества: не будет у нас ни порок, ни казней.

Ну а пока…

* * *

Это путь к коммунизму, но, как видите, он не требует кровавых разборок, не поощряет алчности ни у кого. И он понятен большинству людей, как в своем начале, так и в продолжении. Разумеется, что это далеко не все задачи, которые будут стоять перед государством в лице депутатов и президента, но это принципиальные задачи с нетривиальным подходом к их решению. Остальные задачи проще. Как их решать, будет понятно.

Послесловие

Однако есть и еще вопрос: зачем все это — зачем нам такое государство, что это дает по сравнению не только с существующим положением дел в Russia, но и с положением дел в СССР?

Давайте взглянем на проблему так.

Если народ данной страны глуп и находится на низкой стадии развития культуры, то ему трудно обеспечить себя материальными благами, необходимыми для достойной жизни. Если народ данной страны глуп и находится на низкой стадии развития культуры, то он алчен и тупо жаждет все больше и больше тех благ, которые ему уже никак не нужны. Получаются расходящиеся направления: такое государство неспособно себя насытить и неспособно насытиться. И если понять это, то становится понятно, что единственный выход из положения — позаботиться в первую очередь не о хлебе насущном, а об умственном развитии граждан.

И наша стратегическая задача, наша русская идея — ПРЕВРАТИТЬ РОССИЮ В НАИБОЛЕЕ РАЗВИТУЮ СТРАНУ МИРА В УМСТВЕННОМ ОТНОШЕНИИ. Не коммунизм, не нанотехнологии, а именно это. Это не скоро будет, но мы это сделаем, и Россия будет самой умной страной мира. А самая умная страна решит все свои проблемы. Сочтет нужным — решит и проблемы мира.

Поскольку министр образования России Фурсенко еще в 2007 г. объявил государственную цель нынешней России: «Недостатком советской системы образования была попытка формировать человека-творца, а сейчас задача заключается в том, чтобы взрастить квалифицированного потребителя», — то наши цели в этом вопросе с нынешней Россией сразу и диаметрально расходятся. Это революция.

Ну что же, революция — значит революция.

И еще о том, с чего надо начать. Законом о суде народа над избранными органами власти мы зажимаем в тиски глупость, подлость и алчность президента и депутатов. Ты дурак, подлец, алчен? Не иди во власть!

К сожалению, оставшиеся в Russia коммунисты не понимают, что является первопричиной. Не понимают, что прекратили строить коммунизм в СССР не граждане СССР, а власть, и прекратила она его строить именно потому, что никак не отвечала перед гражданами за последствия своего правления. В этом все дело, и именно с этого надо начинать. И это единственный политический ход, дающий возможность совершить социалистическую революцию без крови. Но к сожалению, для нынешних «революционеров» этот ход — запредельная мудрость. Правда, успокаивает то, что это революционеры без масс.

Вот этот страх за людей и привел меня, повторю, к выводу, что наша стратегическая задача — превратить Россию в наиболее развитую страну мира в умственном отношении.

А коммунизм приложится; он будет следствием поумнения граждан.