sci_tech P. А. Соловьев Штурм Грозного

Затянувшееся разрешение чеченского конфликта стало серьезным испытанием не только для Вооруженных сил России, но и для всего населения нашей страны. За долгие годы противостояния применялись различные способы борьбы с боевиками, как военные, так и политические, но к окончательной ликвидации "чеченской проблемы" они не привели. Наиболее кровопролитной и вызвавшей в свое время большой общественный резонанс стала операция по блокированию столицы Чечни в декабре 1994 — марте 1995 г. — "Штурм Грозного". История нашей страны имеет немало примеров более эффективной борьбы с бандформированиями.

ru
Fiction Book Designer, FictionBook Editor Release 2.6.6 24.02.2014 FBD-16421A-2AF9-424F-FEB0-1514-DE2D-0B05B6 1.0 Штурм Грозного Пермское книжное издательство Пермь 2008

P. А. Соловьев

Штурм Грозного

Отпечатано в ООО «Пермское книжное издательство»,

Затянувшееся разрешение чеченского конфликта стало серьезным испытанием не только для Вооруженных сил России, но и для всего населения нашей страны. За долгие годы противостояния применялись различные способы борьбы с боевиками, как военные, так и политические, но к окончательной ликвидации "чеченской проблемы" они не привели. Наиболее кровопролитной и вызвавшей в свое время большой общественный резонанс стала операция по блокированию столицы Чечни в декабре 1994 — марте 1995 г. — "Штурм Грозного". История нашей страны имеет немало примеров более эффективной борьбы с бандформированиями.

Советская армия неоднократно на протяжении своей истории успешно боролась с незаконными вооруженными формированиями как на территории СССР, так и за его пределами. Примером этого могут служить: борьба с басмачеством в Средней Азии в 1920-1930-х годах; ликвидации банд в Прибалтике, на Западной Украине и Кавказе в 1944–1954 годах; участие в боевых действиях на территории Афганистана, Анголы, Лаоса, Никарагуа, Эфиопии и других стран.

После распада Советского Союза началось создание в России собственных Вооруженных сил, но в силу целого ряда объективных и субъективных причин в России не было завершено строительство и реформирование Вооруженных сил. Проблемы их создания и строительства были отданы на откуп военным. В основе реформирования Вооруженных сил существовала их жесткая зависимость от финансирования. Крайне ограниченное и неритмичное финансирование привело к свертыванию военного производства, разработок и создания новых образцов вооружения и военной техники, боевой и оперативной подготовки органов управления и войск. Не проводились крупные учения на местности, планы боевой подготовки хронически не выполнялись, налет на боевого летчика от положенного составлял 30–40 %. Молодые офицеры увольнялись из армии, конкурс в военные училища практически перестал существовать. В обществе бушевали антиармейские настроения.

Но российское политическое и военное руководство продолжало жить иллюзиями того, что российская армия только численно уменьшилась, но продолжает поддерживать высокую боеготовность, достаточную дисциплинированность и ей вполне по силам небольшая победоносная война.

Ситуация в Чечне обострилась в сентябре 1991 года, когда власть в республике фактически была захвачена сторонниками Д. Дудаева, который ставил своей целью добиться суверенитета республики. Конструктивные практические шаги по принятию действенных политических мер по локализации зреющего конфликта в Чечне предприняты не были. Все это позволило Д. Дудаеву и его сторонникам превратить республику в криминальную экономическую зону, создать достаточно подготовленные и оснащенные вооруженные формирования.

Политическим руководством и органами государственной власти Российской Федерации в 1991–1994 гг. предпринимались некоторые попытки разрешить чеченский кризис мирным путем. Однако они заключались в основном в стыдливой констатации фактов антиконституционных действий дудаевского руководства, издании указов, постановлений и других документов, носивших, как правило, декларативный характер.

Российское руководство попыталось сделать ставку на силы, оппозиционные дудаевскому режиму. Но сил оппозиции, несмотря на всестороннюю помощь России, оказалось недостаточно для победы над режимом сепаратистов. После их поражения в ноябре 1994 года было принято решение о вводе на территорию республик армейских подразделений и сил МВД.

Руководством России практически не была проведена работа по формированию общественного мнения населения страны относительно необходимости применения силы для разрешения чеченского кризиса. Кроме того, развернутая к этому времени в средствах массовой информации кампания, формирующая извращенное представление о роли и месте армии в решении задачи по разоружению незаконных вооруженных формирований Чечни, выступления ряда регионов России и депутатов Госдумы, протесты комитетов солдатских матерей и некоторых других общественных организаций крайне негативно сказались на морально-психологическом состоянии личного состава Вооруженных сил, войск (сил) других ведомств, принимавших участие в восстановлении конституционного порядка и разоружении незаконных вооруженных формирований на территории Чеченской республики.

Уже с началом выдвижения российские войска столкнулись с проявлениями вполне определенной солидарности с дудаевским режимом со стороны некоторой части населения Ингушетии и Дагестана. Это выразилось в попытках ингушей и дагестанцев, проживающих в приграничных с Чечней районах, воспрепятствовать продвижению российских войск вплоть до проведения открытых вооруженных акций против некоторых подразделений. Эти акции зачастую осуществлялись при прямом участии силовых структур указанных автономий и с молчаливого согласия их руководителей самого высокого ранга.

Понеся ощутимые потери, федеральные силы к концу декабря 1994 года заняли позиции в окрестностях столицы Чеченской республики — города Грозного.

Особое значение при планировании операции на территории Чеченской республики было отдано блокированию столицы республики, где размещались основные органы власти мятежной республики и большинство вооруженных формирований.

Для действий в Грозном была создана объединенная группировка федеральных войск, состоявшая из четырех групп:

— "Север" (под командованием генерал-майора К. Пуликовского) в составе сводного отряда 131-й мотострелковой бригады, 81-го мотострелкового полка, 276-го мотострелкового полка (всего 4100 человек, 80 танков, 210 БМП, 65 орудий и минометов);

— "Северо-Восток" (под командованием генерал-лейтенанта Л. Рохлина) в составе 255-го мотострелкового полка, сводного отряда 33-го мотострелкового полка, 68-го отдельного разведывательного батальона (всего 2200 человек, 7 танков, 125 БМП и БТР, 25 орудий и минометов);

— "Запад” (под командованием генерал-майора В. Петрука) в составе сводного отряда 503-го мотострелкового полка, сводного полка 76-й воздушно-десантной дивизии, двух сводных батальонов 21-й и 56-й воздушно-десантных бригад (всего 6000 человек, 63 танка, 160 БМП, 50 БМД, 75 орудий и минометов);

— "Восток" (под командованием генерал-майора Н. Стаськова) в составе сводного отряда 129-го мотострелкового полка, сводного полка 104-й воздушно-десантной дивизии, сводного батальона 98-й воздушно-десантной дивизии (всего 3000 человек, 45 танков, 70 БМД, 35 орудий и минометов).

Руководство штурмом осуществлялось оперативной группой во главе с министром обороны П. Грачевым, расположившейся в Моздоке.

Общая численность наступающей группировки составляла свыше 15000 человек, около 200 танков, свыше 500 БМП, БМД и БТР, 200 орудий и минометов. При этом в резерве числились подразделения 131-й мотострелковой бригады и 503-го мотострелкового полка. Таким образом, в город планировалось вводить не более 12000 человек, что составляло соотношение с обороняющимися боевиками и ополченцами как 1,3: 1, вместо положенного по тактике боевых действий в городе 5: 1 (по имеющимся данным, группировка дудаевских войск достигала 9-10 тысяч человек, 30 танков, 40 БМП и БТР, 100 орудий и минометов, а также более трехсот единиц противотанковых средств. Она состояла из регулярных частей армии Ичкерии и более 1,5 тысячи наемников из Украины и нескольких арабских стран [1].

Предполагалось, что в результате действий федеральных войск по трем сходящимся направлениям основная группировка Дудаева, находящаяся в центре города, оказалась бы в полном окружении.

С северного направления два штурмовых отряда группировки войск "Север" и штурмовой отряд группировки "Северо-Восток" имели задачу, наступая в полосе: справа — улицы Южная, Маяковского, Краснознаменная, Мира, слева — вдоль реки Сунжа, блокировать северную часть города и Президентский дворец с севера.

С западного направления два штурмовых отряда группировки "Запад”, наступая в отведенной полосе: справа — вдоль железной дороги, слева — по улице Поповича, должны были захватить железнодорожный вокзал, а в последующем, двигаясь в северном направлении, блокировать Президентский дворец с юга.

В результате действий этих группировок и блокирования магистральных улиц должен был образоваться сквозной коридор. Чтобы исключить боевые действия в западной части города и перегруппировки противника в тылу, десантники должны были блокировать Заводской район и район Катаяма.

На восточном направлении два штурмовых отряда группировки "Восток", наступая вдоль железной дороги Гудермез — Грозный, далее в направлении проспекта Ленина, имели задачу, не выставляя блокпосты, выйти к реке Сунжа, захватить мосты через нее и, соединившись с войсками группировок "Север" и "Запад”, блокировать центральный район города в горловине реки Сунжа.

В этом заключалась основная идея замысла, рассчитанного на минимальные потери федеральных войск и исключающего огневое воздействие по жилым и административным зданиям Грозного.

По утверждению командующего Северокавказским военным округом генерал-полковника А. Квашнина, подготовка к операции осуществлялась следующим образом: "…Задача командующим войсками группировок по действиям в городе и подготовке штурмовых отрядов была поставлена 25 декабря. Лично мною с командиром, начальником штаба и командирами батальонов 81-го мотострелкового полка, действующего на главном направлении, были проведены занятия по организации взаимодействия при выполнении боевой задачи в Грозном.

29 декабря на КП Объединенной группировки проводилась окончательная отработка организации взаимодействия с командующими группировок, командирами частей и соединений, привлеченных к участию в операции. Каждому командиру штурмового отряда, штурмовой группы были подготовлены и вручены крупномасштабные карты, планы города, фотосхемы районов предстоящих боевых действий. Особое внимание в ходе занятия было уделено организации взаимодействия, способам взаимного опознавания частей и подразделений Вооруженных сил и Внутренних войск МВД"[2].

Как покажут дальнейшие события, именно отсутствие схем и карт, а также отсутствие взаимодействия между частями группировок приведет к большим потерям в ходе штурма города.

Для обороны Грозного чеченским командованием было создано три оборонительных рубежа:

— внутренний — радиусом от 1 до 1,5 километра вокруг Президентского дворца:

— средний-на удалении до 1 километра от границы внутреннего рубежа в северо-восточной части города и до 5 километров — в его юго-западной и юго-восточной частях;

— внешний рубеж проходил в основном по окраинам города и был вытянут в сторону Долинского.

На внутреннем рубеже оборона чеченских формирований основывалась на созданных сплошных узлах сопротивления вокруг Президентского дворца с использованием капитальных каменных строений. Нижние и верхние этажи были приспособлены для ведения огня из стрелкового оружия противотанковых средств. Вдоль проспектов Орджоникидзе, Победы и улицы Первомайская были созданы подготовленные позиции для ведения огня артиллерии и танков прямой наводкой.

Основу среднего рубежа обороны составляли опорные пункты в начале Старопромысловского шоссе, узлы сопротивления у мостов через реку Сунжа, в микрорайоне Минутка, на улице Сайханова и подготовлены к подрыву или поджогу нефтепромыслы, нефтеперерабатывающие заводы им. Ленина и Шерипова, а также химический завод. Внешний рубеж обороны состоял из опорных пунктов на автомагистралях Грозный — Моздок, Долинский — Катаяма — Ташкала, опорных пунктов Нефтянка, Ханкала и Старая Сунжа — на востоке и Черноречье — на юге города[3].

Сложные метеоусловия не позволили широко применять авиацию для уничтожения боевиков.

Однако с 21 по 24 декабря фронтовые бомбардировщики Су-24М нанесли удары по позициям боевиков на окраине и в центре города.

В 6.00 31 декабря 1994 года начался штурм города. К 15.00 практически без боя подразделения 81-го мотострелкового полка и 131-й мотострелковой бригады заняли позиции в районе железнодорожного вокзала. Командир 81-го мотострелкового полка полковник А. Ярославцев в интервью газете "Красная Звезда" рассказал следующее: ’’…У меня была задача выйти на улицу Маяковского к 16.00. В этот момент у нас с майкопцами получились небольшие неувязки. Насколько я понял, их задача состояла в том, чтобы поддерживать нас, наращивать наши усилия, если нас остановит противник. Но они начали обгонять нас, вклиниваться. Но потом разобрались в ситуации, все вошло в норму. Впереди у меня был начальник штаба Семен Бурлаков. Фактически это был мой таран… Сопротивление в общем-то было слабое, хорошо, видно, поработала артиллерия, да и фактор внезапности свое сделал. К улице Маяковского дошли быстро и без потерь. Посмотрел на часы -11.00, доложил генералу Пуликовскому о выполнении задачи дня. Пуликовский выслушал и произнес: вперед. Что делать дальше, я знал — начал движение в сторону дворца и вокзала…"[4].

Обходным маневром, оставляя в стороне центральные улицы, колонны группировки "Северо-Восток" вышли в 14.00 к мосту через реку Сунжа, восточнее площади Орджоникидзе.

Подразделения группировки "Запад” попали в подготовленные засады, в течение долгого времени отбивали атаки боевиков, но в итоге отошли и заняли позиции в районе парка имени Ленина и на южной окраине города.

Авангард группировки "Восток", наступая вдоль железной дороги, вошел в город, но затем, углубившись на 3–4 квартала, был остановлен боевиками. По решению командующего группировкой маршрут был изменен. Однако подразделения вновь попали в засаду. В течение ночи с 31 декабря на 1 января отбивали атаки боевиков и, понеся потери, отошли на ранее занимаемые позиции.

Не выполнили задачу и внутренние войска. Они стояли на месте, когда в городе гибли солдаты и офицеры Министерства обороны. Командир 81-го мотострелкового полка полковник А. Ярославцев о взаимодействии с внутренними войсками сказал: ’’…Вечером 30-го мне сказали, что полку придаются два батальона внутренних войск. Прибыли же три бронетранспортера…"[5].

Вмешательство в руководство операцией значительного числа высоких начальников при отсутствии твердого единого руководства также не способствовало эффективному управлению войсками.

В результате возникла сложная обстановка, когда в город смогли пробиться лишь группировки "Север” и "Северо-Восток", которые вели бои в окружении, будучи блокированными превосходящими силами дудаевцев. Грамотные действия командующего северо-восточной группировки генерал-лейтенанта Л. Рохлина, правильно оценившего ситуацию и занявшего оборону в районе городской больницы и консервного завода, позволили избежать разгрома и уничтожения частей, наступавших на этом направлении.

Подразделения группировки "Север", встав колоннами вдоль улиц у железнодорожного вокзала, не позаботились об организации надлежащей обороны и укрытии техники, не вели разведку. Это позволило противнику скрытно сосредоточить там ударную группировку численностью до 3,5 тысячи боевиков, 50 орудий и танков. Бой начался в 19.00 31 декабря и продолжался всю ночь. В результате батальоны 81 — го мотострелкового полка и 131-й мотострелковой бригады были рассеяны и частично уничтожены. Остатки группировки попытались закрепиться в здании железнодорожного вокзала, но здание, имевшее множество выходов и огромные окна, было малопригодно для обороны.

Командование федеральных сил попыталось разблокировать их, но, к сожалению, это привело к новым жертвам (попала в засаду и была частично уничтожена группа специального назначения под командованием лейтенанта Д. Ерофеева[6].

После этого такая же задача была поставлена батальону 76-й и батальону 106-й воздушно-десантных дивизий под общим руководством подполковника Г. Юрченко. Ввиду отсутствия карты было принято решение наступать вдоль железной дороги. В 17.40 в районе станции Грозный-Товарная десантники попали под обстрел боевиков. В результате были уничтожены три БМД и две САУ "Нона". Вскоре стало известно, что части, к которым отправились на помощь десантники, из района железнодорожного вокзала уже вышли. Батальоны вернулись на исходные позиции.

Командир 19-й мотострелковой дивизии полковник Г. Кандалин отказался выполнять приказ о выдвижении в город для помощи окруженным.

К вечеру 1 января наступление федеральных сил захлебнулось, город по-прежнему находился под контролем боевиков. По Грозному блуждали мелкие группы российских войск, уцелевшие в новогоднюю ночь. Весь город был усеян подбитой техникой и трупами российских солдат. Количество погибших и пропавших без вести солдат и офицеров федеральных сил достигло 1,5 тысячи человек. Только 131-я мотострелковая бригада потеряла 15 танков, 47 БМП, 6 зенитных установок "Тунгуска". Погиб командир бригады полковник И. Савин и более 85 его подчиненных.

Генерал Г. Трошев в своей книге "Моя война" рассказал о гибели 131-й мотострелковой бригады следующее: "…До сих пор многие россияне (и не только они) уверены, что в тот первый день 95-го на грозненском железнодорожном вокзале погиб почти весь личный состав бригады. А это далеко не так.

Сводный отряд, насчитывающий чуть больше трехсот солдат и офицеров, должен был отсечь подход подкрепления боевиков в центр города из района Катаямы, но не встретив сопротивления, проскочил нужный перекресток, потерял ориентировку, вышел к железнодорожному вокзалу, где уже сосредоточился батальон 81-го полка. И тут роковым образом ошибся полковник Савин, посчитав, что в районе вокзала уже нет противника. Батальоны, встав колоннами вдоль улиц, не позаботились об организации обороны, не выставили блокпосты по маршруту движения (хотя эта задача ставилась подразделениям ВВ МВД РФ), не провели надлежащую разведку. Дудаевцы сразу же этим воспользовались. Сюда скрытно были переброшены отборные силы боевиков — "абхазский" и "мусульманский” батальоны, численностью свыше тысячи человек.

Обстрел вокзала начался еще вечером 31 декабря. Боевики атаковали с трех сторон, близко не подходили, а вели огонь из гранатометов, минометов и орудий. Более суток мотострелки отражали яростные атаки дудаевцев. Утром 2 января полковник Савин решился на прорыв. Мотострелкам при поддержке двух танков с трудом удалось вырваться из окружения, потери составили больше семидесяти солдат и офицеров. Погиб и сам комбриг Иван Савин. Но и боевики понесли ощутимые потери: свыше трехсот убитых. Об этом бое рассказывают много небылиц. К созданию мифов причастны и некоторые отечественные СМИ, озвучивавшие информацию чеченской стороны…"[7].

Заместителю командира 81-го мотострелкового полка по воспитательной работе полковнику И. Станкевичу также не без потерь удалось вывести своих подчиненных из окружения. В ходе новогоднего штурма полк потерял около 60 человек убитыми, были ранены командир и начальник штаба полка и еще 140 солдат и офицеров, десятки военнослужащих пропали без вести.

В 22.30 1 января две группы десантников 106-й воздушно-десантной дивизии по 30 человек под руководством капитанов Кошелева и Теплицкого в пешем порядке пробрались к вокзалу и тихо, без боя заняли две оставленные на ночь боевиками пятиэтажки. Появление десантников стало полной неожиданностью для дудаевцев. В течение нескольких дней подразделения 106-й воздушно-десантной дивизии под руководством подполковника С. Голубятникова заняли ряд зданий вокруг вокзала, затем была организована их грамотная оборона. Таким образом, десантники сумели сковать возле здания вокзала значительные силы боевиков.

Для более успешного продолжения боевых действий были заменены некоторые командиры.

Командующим группировкой войск "Запад" вместо отстраненного генерал-майора В. Петрука был назначен командир 76-й воздушно- десантной дивизии генерал-майор И. Бабичев. Командиром 19-й мотострелковой дивизии — полковник В. Приземлин.

Группировки "Север" и "Северо-Восток" были объединены в одну- "Север" под командованием генерал-лейтенанта Л. Рохлина. Также эта группировка была усилена прибывшей из Сибирского военного округа 74-й отдельной мотострелковой бригадой.

К 3 января на территории города образовалось несколько очагов сопротивления, состоящих из подразделений рассеянной группировки "Север" и прорвавшихся в город десантников. Самый стратегически важный в районе железнодорожного вокзала, контролируемый сводным полком 106-й воздушно-десантной дивизии.

Из Грозного были выведены подразделения 81-го мотострелкового полка и 131-й мотострелковой бригады, понесшие большие потери в ходе новогоднего штурма.

Войска, оставшиеся в городе, продолжали отбивать постоянные атаки боевиков. Так, 3-го января в засаду попала рота 276-го мотострелкового полка, сопровождавшая колонну с боеприпасами. В результате погибло 15 человек.

В средствах массовой информации прозвучали довольно резкие заявления политических и общественных лидеров в адрес руководства страны и армии. Вот некоторые из них:

— Маршал Советского Союза Д. Язов: "Даже в годы Великой Отечественной войны перед наступлением проводились батальонные учения в тылу.

Когда я был министром, были укомплектованы соединения, части. Естественно, не за один день, но мы бы подготовились. Создали бы штурмовые группы, подготовили отделения. Видимо, пришлось бы выполнять приказ. Но не так — сесть и просто в колоннах въехать в город…

Грачев — человек, который не имеет настоящего боевого опыта…"

— Генерал армии в отставке В. Варенников: "Министр и руководство Министерства обороны не располагали достоверными данными. Отсюда решения, которые не привели к успеху".

— Генерал-полковник в отставке Э. Воробьев: "Дудаев создал хоть и небольшую, но сильную и боеспособную армию, способную к фанатичному сопротивлению. Мы же сделали ставку на десантников без поддержки их пехотой и броней, оставив в тылу, собственно, тех, кто должен был работать по городу — войска МВД. Но самое печальное то, что у операции не было общего руководства, которое могло бы примирить на месте боевые амбиции руководителей силовых министерств".

— Бывший вице-президент России А. Руцкой: "Я еще в ноябре 91-го года говорил, что если не разрешить немедленно чеченский кризис, то через 2–3 года Чечня будет залита кровью. Чечню вооружил П. Грачев. Вывел войска, но все армейские склады оставил. А теперь он полез восстанавливать конституционный порядок"[8].

Резко отрицательно в армии была встречена деятельность общества ’’Мемориал", лидеры которого открыто поддерживали боевиков, призывали российских солдат сдаваться в плен и оказывали помощь перебежчикам. Газета "Аргументы и факты" на своих страницах опубликовала образец заявления для дезертиров. Практически все газеты выступили с резкой антиармейской критикой. На негосударственных каналах были показаны улицы города, усеянные подбитой техникой и трупами солдат. Это не лучшим образом отражалось на морально-психологическом состоянии российских войск и настроении в обществе.

Начиная с 5 января федеральные силы активизировали свои действия. 129-й мотострелковый полк, совершив обходной маневр, вышел к северной окраине города, дошел до центра города и, сломив ожесточенное сопротивление боевиков, занял позиции на восточном берегу реки Сунжа. В результате под контроль наших войск были взяты три моста через реку Сунжа. Это обеспечило условия для более активных действий войск в восточной части города.

Южное направление по-прежнему оставалось незаблокированным. Сложившаяся обстановка и состояние действовавших на этом направлении частей федеральных войск не позволили сделать этого, но для прессы было подготовлено другое обоснование. Как объяснял начальник штаба Объединенной группировки федеральных войск генерал-полковник Леонтий Шевцов, "принятие такого решения было продиктовано соображениями гуманности. Это позволило эвакуировать значительную часть мирного населения в горные районы и другие республики, сохранить жизнь тысячам жителей Чечни, несмотря на издержки, в этом случае чисто военного характера". Между тем, открытый свободный проход в Грозный на южном направлении способствовал подвозу боевиками боеприпасов, вооружения и материальных средств, поступлению пополнения, а в последующем — и отходу основных сил дудаевцев после боев в Грозном в горные и предгорные районы и продолжению сопротивления вне столицы Чечни.

9 января Правительство Российской Федерации ввело 48-часовой мораторий на ведение боевых действий для вывоза раненых и убитых из зоны боев. Этот мораторий с обеих сторон был выдержан, чего нельзя сказать о последующих.

11 января в результате минометного обстрела загорелся склад боеприпасов в расположении 129-го мотострелкового полка. В результате было ранено 11 человек, сгорело 2 БТР и 18 автомобилей.

Подразделения российских войск вели тяжелые уличные бои с весьма призрачным успехом.

Для завершения штурма города срочно требовались свежие силы и в город прибыли:

— сводный батальон 336-й бригады морской пехоты Балтийского флота под командованием командира бригады полковника Е. Кочешкова;

— сводный батальон 61-й бригады морской пехоты Северного флота во главе с начальником береговых войск Северного флота генерал-майором А. Отраховским;

— 165-й полк морской пехоты Тихоокеанского флота под командованием заместителя командира 45-й дивизии морской пехоты полковника С. Кондратенко.

Все части прибыли без техники и к тому же были сформированы в спешном порядке, что не лучшим образом сказалось на боевой готовности подразделений. Так, например, батальон 336-й бригады доукомплектовывался 113 матросами с 75 кораблей Балтийского флота. Но, тем не менее, именно благодаря морским пехотинцам были захвачены позиции в центре города, к сожалению, ценою десятков жизней. Так, батальон Балтийского флота в первый же день боев потерял 18 человек. Также большую роль в ходе штурма сыграли части специального назначения. Штурмовая группа 45-го полка специального назначения под командованием полковника П. Поповских захватила одно из тактически важных зданий в центре города — здание института нефти и газа — без потерь. Однако трагедии случались и у спецназовцев. 14 января в здании, где находился отряд спецназа из Московского военного округа, сработало радиоуправляемое взрывное устройство, установленное боевиками. Погибли 35 солдат и офицеров.

Морально-психологическое состояние российских войск оставляло желать лучшего.

Холод, постоянные обстрелы, бессонные ночи, отсутствие какого-либо материального обеспечения, антиармейские настроения в стране, откровенно непатриотичное поведение ряда депутатов Государственной Думы, находившихся в стане врага — Президентском дворце, а также элементарный страх за свою жизнь приводили к нервным срывам и самоубийствам среди солдат и офицеров.

В группе "Север" в результате минометного обстрела практически все части, входившие в группировку, лишились своих командиров. Был убит командир 33-го мотострелкового полка майор И. Корниенко, ранены командир 255-го мотострелкового полка полковник С. Рудской и заместитель командира 20-й мотострелковой дивизии полковник Н. Акимов. Наиболее сложная ситуация сложилась после ранения командира 74-й мотострелковой бригады полковника А. Бахина. Командующий группировкой генерал Л. Рохлин рассказал об этом: "Вызвал к себе заместителя командира бригады и командира первого батальона. Я поставил им задачу по удержанию важнейших объектов, пообещал представить к наградам и вышестоящим должностям. В ответ замкомбрига заявляет, что готов уволиться, но командовать не будет. И тут же пишет рапорт. Предлагаю комбату: "Давай ты…" — "Нет, — отвечает, — я тоже отказываюсь". Это был тяжелейший удар для меня. Сил и так не хватало. На учете был каждый взвод. А тут целая бригада осталась без управления…"[9].

В это время федеральные войска, неся большие потери, отбивая контратаки боевиков, захватывали ключевые позиции в центре Грозного. Была изменена тактика боя. Упор делался на создание опорных пунктов в многоэтажных зданиях, ведение наступления с использованием небольших мобильных штурмовых групп, массированное использование снайперов и, главное, эффективное использование артиллерии и авиации. В условиях уличных боев и чрезвычайно извилистой линии фронта, когда дистанция между российскими и чеченскими отрядами порой сокращалась до гранатного броска, от летчиков и авианаводчиков требовалась ювелирная четкость в работе. К сожалению, было отмечено несколько случаев, когда из-за ошибок в целеуказании авиабомбы и НУРСы поражали здания, уже захваченные российскими войсками. Но даже при этих, по большому счету неизбежных, трагических инцидентах ВВС внесли немалый вклад во взятие города. Должность авианаводчиков, так необходимых для полноценного применения авиации, не предусмотрена ни в одном подразделении сухопутных войск. Эта проблема была решена после прикомандирования в полки летчиков из авиационных полков. Большая часть вертолетов и самолетов располагались за пределами республики, и связь с ними поддерживалась только через штаб Объединенной группировки. Бывали случаи, когда на позиции мотострелков приезжали летчики, отмечали на своих картах позиции боевиков, а после этого уничтожали их с воздуха. 17–18 января, как только позволила погода, штурмовики Су-25 нанесли по Президентскому дворцу авиаудар с применением бетонобойных бомб БЕТАБ-500 и тяжелых НАР С-24. Одна ракета снесла угол дворца, другая разрушила целую секцию здания от крыши до земли. Бомбы, пробив перекрытия отдельно стоящего корпуса конференц-зала и толстые железобетонные своды, поразили размещенный под ним бункер и подземный переход, связывающий его с дворцом.

Утром 19 января подразделения 68-го разведывательного батальона, 276-го мотострелкового полка и морские пехотинцы Северного флота захватили Президентский дворец. На его развалинах были установлены Российский и Андреевский флаги. В этот же день были захвачены и другие важные объекты в центре города (здания Совета Министров и гостиницы "Кавказ").

К этому времени, приобретая определенный опыт, командиры больше внимания стали уделять подготовке подчиненных к боевым действиям в городе. В действиях офицеров больше стало осмысленности, инициативы. Значительно улучшилась управляемость подразделений и частей.

Нарастив усилия группировки войск "Восток", командование создало условия для блокирования города с южного и юго-восточного направлений, откуда по-прежнему боевики получали подкрепление, оружие и боеприпасы. Восточная группировка была переименована в группировку войск "Юго-Восток", ее возглавил заместитель командующего Приволжского военного округа генерал-лейтенант В. Попов.

3 февраля начался завершающий этап операции по разгрому незаконных вооруженных формирований в Грозном.

Для окончательного захвата города планировалось тремя сходящимися ударами группировок "Север", "Запад" и "Юго-Восток" завершить разгром боевиков в Грозном.

В период подготовки новой операции велась усиленная разведка на всех направлениях, постепенно федеральные войска увеличивали зону своего влияния, выставляли блокпосты. Группировка федеральных сил была усилена новыми частями.

324-й и 245-й мотострелковые полки, совершив маневр, захватили позиции на направлении Шали — Грозный, Хасавъюрт- Грозный и дорогу Пригородно — Гикаловский. В это же время войска северной и западной группировок российских войск захватили господствующие позиции в центре города и на восточном берегу реки Сунжа. Затем подразделениями морской пехоты и ВДВ были налажены переправы через реку Сунжа, что предопределило успех операции. Подразделениями 106-й воздушно-десантной дивизии были захвачены несколько высотных Зданий, больница и блокирована площадь Минутка. Северная группировка завершила блокирование площади Минутка, взяв под контроль Здания на площади Борьбы, в районе трамвайного парка и улицы Гудермесская. К 6 февраля организованное сопротивление боевиков в Грозном было сломлено. В течение 9-12 февраля группировка войск "Юго-Восток", усиленная 166-й мотострелковой бригадой, без потерь захватила дорогу Алхан-Юрт — Чечен-Аул, тем самым воспрепятствовав отходу боевиков из районов Алды и Новые Промыслы.

13, 15 и 17 февраля прошли переговоры командования федеральных сил с лидерами боевиков. Российскую сторону представляли А. Куликов, А. Квашнин и В. Корабельников. Руководителями чеченской делегации были А. Масхадов, Ш. Басаев и Р. Гелаев.

Федеральным командованием предлагалось остановить боевые действия, разоружить незаконные вооруженные формирования, кроме отрядов самообороны населенных пунктов, и приступить к подготовке выборов новых органов власти с учетом мнения населения оппозиционных районов. Все три дня сепаратистские лидеры отказывались принять наши условия и требовали немедленного вывода российских войск, выплаты контрибуции за причиненный разрушениями ущерб и выдачи лидеров оппозиции. Таким образом, эти переговоры изначально были тупиковыми и в итоге успеха не имели.

Командованию Объединенной группировки федеральных войск удалось добиться договоренности о прекращении огня с 16 по 19 февраля для обмена ранеными и военнопленными.

С 20 февраля боевые действия были возобновлены. В ночь с 20 на 21 февраля федеральные силы захватили господствующие высоты в районе Новых Промыслов, завершив полное блокирование города. В результате большие силы боевиков были окружены в районах Новые Промыслы, Алды и Черноречье. Для воспрепятствования отходу боевиков в южные районы республики использовалась армейская и фронтовая авиация, взявшая под контроль шоссе, по которому пытались прорваться чеченские автоколонны. В ходе операции по блокированию дорог было уничтожено 2 БТР и свыше 50 грузовиков и автобусов с боевиками.

К концу февраля ведение активных боевых действий в Грозном было завершено. Многие части Министерства обороны убыли к местам постоянной дислокации. В город были введены силы МВД, которые совместно с подразделениями Министерства обороны приступили к разминированию города и уничтожению мелких групп боевиков, оставшихся в городе. Прибывающие в город подразделения ОМОН, СОБР и спецназа ГУИН имели слабую подготовку для ведения общевойскового боя, но их огромный опыт в захвате преступников, проведении обысков и разминировании помог эффективно бороться с дудаевцами. Проводимые силами МВД мероприятия журналисты стали называть "зачистками". Это слово настолько точно и кратко называло спецоперации федеральных сил, что вскоре им стали пользоваться все.

Руководителем Объединенной группировкой войск был назначен командующий внутренними войсками генерал А. Куликов. Предполагалось, что на этом ведение активных боевых действий закончится и внутренние войска займутся разоружением боевиков.

Операция по захвату Грозного далась федеральным войскам немалой кровью. С ее начала, 31 декабря 1994 года, по 1 апреля 1995 года, по данным Министерства обороны, в ОГВ погибло 1426, ранено 4630 военнослужащих, 96 солдат и офицеров числилось в заложниках у дудаевцев.

Таким образом, несмотря на абсолютное превосходство в авиации, бронетехнике и артиллерии, российские войска уступали боевикам в подготовке и боевом опыте. В бой со стороны российских войск вводились недоукомплектованные воинские части, личный состав которых не прошел необходимого обучения и плохо владел вооружением и военной техникой. Не было налажено нормальное обеспечение и взаимодействие между разноведомственными силами группировок. Штурм столицы республики — города Грозного, продолжавшийся с декабря 1994 до марта 1995 года, обернулся тысячами жертв с обеих сторон. Город был практически полностью разрушен. Стало ясно, что армия не готова вести боевые действия. Войскам приходилось учиться уже в ходе боев, что приводило к большим потерям со стороны Вооруженных сил России. Кроме того, ярая антиармейская пропаганда российских и западных СМИ создала уникальную ситуацию, когда войскам оказался враждебен не только "фронт", но не поддерживал собственный "тыл", т. е. свой народ.

Совсем по-другому события развивались в ходе так называемой "второй чеченской кампании". Опираясь на поддержку своих сторонников, в августе 1999 года крупные отряды чеченских боевиков вторгаются в приграничные районы Дагестана.

С началом боевых действий стало ясно, что Вооруженные силы и милиция вновь оказались неспособны противостоять боевикам. Создание на территории приграничных районов Дагестана баз по подготовке боевиков, существование на протяжении нескольких месяцев целых районов республики, полностью контролируемых боевиками, оставалось незамеченным для правоохранительных органов. Вновь, как и в 1994 году, группировки формировались частями и подразделениями со всех округов страны. И вновь эти подразделения оказались неукомплектованы и слабо оснащены. Ценой немалых жертв федеральным силам через пять месяцев после начала боевых действий удалось овладеть столицей республики и постепенно переломить ситуацию.

Однако на этот раз государство оказывало всестороннюю помощь армии и милиции. Подразделения, ведущие боевые действия, обеспечиваются современными образцами вооружения, их финансовое обеспечение возрастает в десятки раз. Федеральные власти проявили характер и политическую волю покончить с рассадником криминала и терроризма, вернуть республику в конституционное поле России. Информационно-пропагандистская кампания, включающая в себя четкую аргументацию правомерности действий федеральных войск, оказала необходимое влияние на духовную атмосферу в зоне конфликта, взгляды российской общественности и характер реакции мирового сообщества.

Сложность в разрешении конфликта заключалась в том, что смесь терроризма и партизанской войны, которая имела место на территории Чеченской республики, стала нормой жизни для ее жителей. В республике существует целое поколение молодых людей, не получивших никакого образования, кроме подготовки в лагерях боевиков, не приобщившихся к современной культуре, не имеющих представления о морали и нравственности и отвергающих вековые горские традиции. В то же время чеченское общество оказалось дезорганизовано, происходящий в республике беспредел негативно воспринимался большинством населения, уставшим от сепаратистских экспериментов.

Российским руководством были сделаны реальные шаги по привлечению местного населения к наведению порядка в республике. Были созданы специальные отряды в системе республиканского МВД. Они были сформированы в основном из сдавших оружие боевиков, которым была дана возможность на деле показать свою верность властям. Постепенно из республики были выведены федеральные войска, но в то же время в Чечне на постоянной основе расквартированы части постоянной боевой готовности (дивизия Министерства обороны и бригада внутренних войск).

Совместными усилиями военнослужащие этих частей, специальных отрядов чеченской милиции и специальных отрядов ФСБ и ГРУ ведут борьбу с интернациональными отрядами боевиков и в настоящее время.

Федеральные силы, имея в начале боевых действий в 1994 и в 1999 годах равные по своим количественным и качественным характеристикам подразделения, вели боевые действия по-разному. В боевых действиях 1999–2000 гг. федеральные силы, опираясь на всестороннюю помощь государства и внятную информационно-пропагандистскую работу, более успешно боролись с противником. В очередной раз было продемонстрировано, что успех армии в войне зависит не только от ее численности и оснащенности, а во многом от настроения в обществе и позиции руководства страны. В дальнейшем четкие военно-политические шаги руководства страны позволили привлечь для разрешения конфликта широкие слои местного населения, что позитивно сказалось на локализации конфликта. Налицо обнадеживающие перспективы разрешения 16-летнего конфликта.


Примечания

1

[1 Куликов А.С., Лембрик С.А. Чеченский узел. Хроника вооруженного конфликта 1994–1996 гг. — М.: Дом педагогики, 2000. — С. 78–82.]

2

[2 Квашнин А. В. Войска обретали боевую зрелость в тяжелейших испытаниях // Красная Звезда. — 1995 — 2 марта.]

3

[3 Квашнин А.В. Войска обретали боевую зрелость в тяжелейших испытаниях // Красная Звезда. — 1995 * 2 марта.]

4

[4 Прокопенко С. Комполка Ярославцев // Красная Звезда — 1995 — 16 февраля.]

5

[5 Прокопенко С. Комполка Ярославцев // Красная Звезда — 1995 — 16 февраля.]

6

[6 Прокопенко С. В тех тяжелых боях И Красная Звезда — 1995 — 10 декабря.]

7

[7 Трошев Г.Н. Моя война. Чеченский дневник окопного генерала. — М.: Вагриус, 2002. — С. 30, 31.]

8

[8 Новичков Н.Н. Российские Вооруженные сипы в чеченском конфликте. Париж — Москва: "Холберг-Инфоглоб" — "Триволта", 1995.]

9

[9 Антипов А.В. Лев Рохлин: Жизнь и смерть генерала. — М.: ЭКСМО-Пресс, 1998. — С. 176.]