sci_philosophy Сергей Шилов Купина неопалимая группы мозг, или Третий куст Виталия Найшуля ru rusec lib_at_rus.ec LibRusEc kit 2007-06-12 Tue Jun 12 03:42:38 2007 1.0

Шилов Сергей

Купина неопалимая группы мозг, или Третий куст Виталия Найшуля

Сергей Шилов

Купина неопалимая группы мозг, или Третий куст Виталия Найшуля

"Бог воссиял не от светоча,

расположенного где-то среди звезд,

чтобы никто не счел его сияние материальным,

но от земного куста,

затмившего своими лучами небесные светила"

Свт. Григорий Нисский

"Приходит день, приходит час,

Приходит срок, приходит миг...

И даже тоненькую нить

Не в состоянье разрубить

Стальной клинок...

Нелепо, смешно, безрассудно, безумно,

Волшебно ..."

Из к/ф "Обыкновенное чудо"

В недавней своей лекции "Реформы 90-х годов, их уроки и задачи", призванной, как видно, сыграть роль одного из важнейших катализаторов в замешивании политтехнологического коктейля "Новые правые со льдом", Найшуль, не вполне по политтехнологическому сценарию, посчитал все же "нужным сказать, откуда вообще эти реформы взялись".

Я решил превратить этот Слом политтехнологического сценария силою "языковой природы", требующей собственной логики изложения (о возможности и неизбежности чего я неоднократно указывал в комментариях к выступлениям Павловского на сайте), в ДИАЛОГ.

Но сначала предварю его некоторым предисловием.

"Реформа, - сказал Найшуль, - это всегда какой-то умственный продукт, и реформы 90-х годов, по крайней мере, в их экономической части - это умственный продукт группы, членом которой я был. И то, каким образом этот умственный продукт образовался, является настолько же важным, как и те экономические условия, в которых эта группа, или ее часть, была призвана, чтобы осуществлять экономические преобразования".

И здесь Виталий Найшуль употребил одну метафору, имеющую древнейшие слои и многоступенчатую значимостную кладку, ведущую к основанию европейской цивилизации и рациональности: "Эта группа имела три КУСТА, которые сформировались независимо друг от друга. Они познакомились в 87-м году, поскольку до этого времени манифестация их идей была сопряжена с риском для жизни. Один куст - я не знаю, как он образовался, - это Гайдар, Чубайс, Кох и многие другие известные люди. Это так называемый московско-питерский куст. Второй куст, который я знаю чуть лучше, это новосибирский куст: Симон Кордонский, Широнин, Петр Авен - нынешний руководитель Альфа-банка. Третий куст, московский госплановский: в нем было три человека, математика по происхождению, которые оказались в Экономическом институте при Госплане и имели возможность оттуда наблюдать различные интересные вещи, которые заставили их по-другому посмотреть на то, что из себя представляет Советский Союз".

"Умственный продукт", с которого началась Реформация России, как явление, затрагивающее все сферы ее общественно-политического и социально-экономического бытия, и также, как явление, имеющее, несущее в себе фундаментальную, структурообразующую модель развития (в данном случае, экономическую модель) - "умозрительный продукт", метафорически схватываемый как "библейский", творящий земное бытие несгорающий (вечный двигатель) "Куст" - этот онтопонятийный образ, безусловно, является предельным и оптимально-форматным для методологического поиска истины, как откровения о модели истинного социально-экономического развития и дальнейшего продвижения нашей страны в истории.

КУПИНА НЕОПАЛИМАЯ -- в Ветхом Завете горящий, но не сгорающий терновый куст, в котором Бог Яхве (через ангела Яхве) явился Моисею, пасшему овец в пустыне близ горы Хорив. Когда Моисей подошел к кусту, чтобы посмотреть, отчего он горит огнем, но не сгорает, Бог из горящего куста воззвал к нему, призвав вывести израильский народ из Египта в обетованную землю.

Приведу здесь значительную выдержку из ряда богословских текстов о Купине Неопалимой, содержащую мысли, имеющие принципиальное значение для образования онтологического смыслового фона, на котором возможно понимание последующего изложения:

(Начало цитаты) "Значимость явления Божия при Неопалимой купине такова, что его содержание не теряет актуальности и для новозаветного богословия. Кроме того, яркий образ этого явления оставил неизгладимый след в христианской литургической поэзии. Диалог Бога с Моисеем начинается с призвания Моисея по имени. Для дальнейшего важно, что эта встреча происходит по инициативе самого Бога. Моисей видит пламя, охватившее куст, и исходящий от него свет. Писание подчеркивает удивление Моисея: "Моисей сказал: пойду и посмотрю на сие великое явление". Увиденный Моисеем свет был одновременно и нематериальным, и земным. С того момента, как Моисей откликается на призыв Божий словами "вот я", начинается собственно Откровение. Его основное содержание следующее. В начале Бог говорит о Своей святости и призывает Моисея к благоговейному отношению. Затем следует откровение о том, что Бог слышит вопль народа, милосердствует о нем и "идет избавить его", то есть вмешивается в историю человечества. Далее Бог говорит, что воля Его о спасении Израиля будет осуществляться через Моисея. Тем самым Моисей становится прообразом Мессии. Заключает рассматриваемый текст откровение имени Божьего. В нем выделяется несколько аспектов. Во-первых, для исторического и религиозного контекста важен сам факт откровения имени Божьего, которое говорит людям о сущности Бога, дает возможность общения с Ним и освящает людей. Во-вторых, открытое Моисею имя Божье является содержательным догматическим утверждением о бытии, безусловности существования и неизменности Бога. В-третьих, Бог открывает Себя как Бог живых -- это аспект подчеркивается Самим Христом в Новом Завете. Наконец, явление и откровение при Неопалимой купине в общем библейском контексте становится прообразом Воплощения. Тот факт, что Бог слышит вопль страдания, исходящий из глубины людских сердец, сразу открывает читателю образ милосердного Творца, для Которого небезразличны наши страдания. Наиболее частая "претензия" людей неверующих к Творцу заключается именно в том, что Он не слышит вопль человеческого страдания. И вот на горе Синай Вседержитель открывает нам, что уши Его отверсты к молитве страдающих людей. Слова Божии о том, что Он услышал вопль народа и увидел страдание, подразумевают еще две очень важные вещи. Несколько антропоморфное упоминание зрения наряду со слухом призвано дать нам понять, что от Бога не сокрыто то, что происходит на земле. Иными словами, тот факт, что Бог видит страдание и слышит вопль, означает, что Он смотрит на землю и происходящее здесь небезразлично для Него. И второе, что подразумевает выражение священнописателя в 7 стихе, --неявное откровение о том, что Бог -- личность. Следующий, восьмой стих, содержит еще более грандиозное откровение. Вслед за словами о том, что Он увидел страдание и услышал вопль Своего народа, Бог говорит: "и иду избавить его". Значит, Бог не остается безучастным при виде человеческого страдания и вмешивается в историю как Избавитель. В духовной истории избранного народа слово "Избавитель" навсегда сольется с обетованием о приходе Мессии. Продолжая открывать Свой замысел об избавлении народа, Господь повелевает Моисею пойти и исполнить эту Его волю. Когда же Моисей, как и многие иные избранники Божии, в сознании своей человеческой немощи вопрошает: "кто я, чтобы мне идти к фараону", Бог вновь подчеркивает, что избавление будет совершено благодаря Его присутствию: "Я буду с тобою".

Центральным и, быть может, наиболее существенным в явлении при Неопалимой купине стало откровение имени Божия, выразившее новую и исключительную степень близости Создателя к Своему творению. Значимость этого откровения подтверждается уже тем, что на протяжении всех трех прошедших тысячелетий человеческая мысль постоянно возвращается к его осмыслению.

В первую очередь важно, что Бог открывает Свое имя как личное, присущее личности. Это не наименование предмета или объекта (каким является, к примеру, слово Бог). Следовательно, сам факт того, что у Бога есть имя, подразумевает, что Он -- Личность. Наряду с бытием Бога это откровение должно быть поставлено в ряд самых важных и по своему месту в контексте Священного Писания, и по своей значимости для каждого человека.

В древности существовало несколько несогласных друг с другом мнений о природе имени. Согласно одному из них, имя есть не более чем звуковой (и буквенный при письме) идентификатор, усваиваемый объекту по соглашению людей. Такое имя никак не связано ни с природой обозначаемого объекта, ни с его личностью, если речь идет о личном имени. Выражение этого взгляда Платон в диалоге "Кратил" вкладывает в уста Гермогена: "...ни разу меня не убедили, будто правильность имени есть что-то другое, нежели договор и соглашение. Ведь мне кажется, какое имя кто чему-либо установит, такое и будет правильным" , и "... я могу называть одну вещь любым именем, какое я установил, ты же -- другим, какое дал ты" . Противоположный взгляд в том же платоновском диалоге высказывает Кратил: "... кто знает имена, тот знает и вещи" . Эта точка зрения заключается в том, что имя так или иначе связано с сущностью, с природой объекта и несет важную (быть может -- всю) содержательную информацию о нем.

Открытое имя Божие делает возможным прямое обращение к Богу. Это уже не сравнительное наименовение или титул, выражающее положение обращающегося по отношению к Божеству. В отличие от этого, открытое Моисею имя является личным именем Бога. Оно дает возможность обращаться непосредственно к личности Божества, не прибегая к оскорбительным для Творца всего сущего сопоставлениям. Возможность обращения к Богу по Его личному имени, таким образом, принципиально необходимый аспект веры в Единого Бога: "будут уповать на Тебя знающие имя Твое, потому что Ты не оставляешь ищущих Тебя, Господи". Личное имя как возможность прямого обращения к Богу и средство освящения народа устанавливают между Богом и Его людьми особую, невозможную вне веры в Единого Бога, связь. Сам Господь говорит об этой мистической связи: "Вот имя Мое навеки, и памятование обо Мне в род и род"

Строго говоря, на вопрос Моисея об имени Божием, Господь дает несколько связанных друг с другом, но не идентичных ответов. Первый ответ заключен в словах "Я есмь Сущий". В втором случае мы приходим к такому истолкованию фразы: "Я -- Тот, Кто Существует, Существующий", "Я Тот, Кто Я Есть". Третье, более трудное для выражения истолкование, можно попытаться обозначить формулами "Существую, как существую" или даже "Я -- это Я".

Свт. Григорий Нисский пишет, что откровение имени "Сущий" дарует нам "познание Истины, которая сама явит себя нам. Познание Сущего становится очищением от неверных представлений о не-сущем". Далее, говоря об истине бытия Божия, свт. Григорий пишет: "Вот каково, на мой взгляд, определение истины: отсутствие ошибочных представлений о Сущем. Обман есть возникающий в сознании человека вымысел о не-сущем, которое представляется реально существующим. Истина, напротив, есть твердое понимание того, что в действительности существует. И человек, погруженный немалое время в рассуждения об этих возвышенных предметах, наконец, рассудит, что есть поистине сущее и по своей природе обладает бытием, а что -- не-сущее и только кажется бытием, так как по природе своей не обладает самостоятельным существованием". Далее свт. Григорий говорит о безусловности бытия Бога следующее: "Если же разум присмотрится к чему-либо иному из сущего, то он не обнаружит никакой вещи, которая не нуждалась бы в другой вещи и могла бы существовать, не будучи причастной истинно сущему. А то, что всегда остается точно таким же, не возрастает и не умаляется, равно не подвержено изменениям ни в лучшую, ни в худшую сторону (ибо худшему оно чуждо, а лучшего для него нет), что совершенно не нуждается в другом, к чему единственному стоит стремиться, что причастно всему и не становится хуже от этой причастности, -- вот что по сути является Сущим, и постижение его и есть познание истины".

- В фундаментальной онтологии Хайдеггера краеугольным камнем является слово-категория Dasein, перевод которой затруднителен ( "Вот-бытие"). Dasein отражает истинное существо бытия Сущего, которое пронизывает Мир-Речь на уровне отглагольных связок "есть" - (от Автора).

Свт. Григорий Нисский говорит: "Тогда это произошло с Моисеем, а теперь происходит с каждым, кто, как и он, освободился от земной оболочки и воззрел на свет из терновника -- то есть на воссиявший нам во плоти, словно в терне, луч, который, по слову Евангелия, есть Свет истинный и сама Истина".

В Откровении при Неопалимой купине, таким образом, содержатся основополагающие для нашей веры истины о Боге и Его замысле о спасении мира. Не случайно видимое чудо несгорающего куста стало для восточных христиан одним из основных символов Воплощения Сына Божьего от Приснодевы Марии. Наиболее важными для нас являются откровение о безусловном бытии как одном из основных свойств Божества и откровение о Его единственности и милосердии" (Конец цитаты).

Итак, сказано ведь здесь о Трех кустах, среди которых искала свою Неопалимую Купину Россия в лице Моисея-Ельцина, который вот уже более 12-ти лет ПЕРЕХОДНОГО ПЕРИОДА вместе со своим преемником водит нас по дороге из советского фараоновского плена.

Первым был выбран куст Гайдара-Чубайса, но этот куст хотя и был горящим, но все же НЕ НЕСГОРАЮЩИМ, он сгорел моментально - за 1992-й год, и далее России жила лишь невнятной памятью об этой вспышке. Отношение к этому кусту я неоднократно выражал в своих статьях, а более всего тем, что вступил в СПС после его провала на прошедших думских выборах. Этим я подчеркиваю свою веру в то, что опыт первого горения, вспышки августовской демократической революции 1991-го года, создавшей моральный задел первого реформаторского правительства, доказывает существование в реальности Купины неопалимой, того истинного "умственного продукта", который обеспечит действительную Реформацию России, Российское Возрождение.

А вот свое резко отрицательное отношение ко второму Кусту, кусту Авена-Кордонского, я неоднократно высказывал также и более подробно представлю в дальнейшем изложении. Эта верблюжья колючка для верблюдов-кораблей пустыни и не думала возгораться, лишь сгрудившиеся округ нее жрецы-политтехнологи постоянно утверждали, что возгорание вот-вот начнется и выносили собравшимся из шатра на Старой площади огонь, зажженный от обычной газовой горелки, огонь от ПРИМУСА.

Поговорим о Третьем Кусте и построим этот Разговор с Найшулем о Неопалимой Купине в виде дистанционного ДИАЛОГА (реплики Найшуля взяты из его лекции http://www.polit.ru/research/lectures/2004/04/21/vaucher.html):

Найшуль: Времени мало, поэтому я коротко скажу о тех важных наблюдениях, которые сделал этот третий куст, одним из участников которого я был. В конце 70-х годов не только наша группа, но и еще несколько толковых человек в Госплане знали, что страна находится в смертельном экономическом кризисе. Нам это было понятно гораздо раньше, чем об этом начали говорить диссиденты или какие-то "голоса". Как мы об этом узнали? Точка, в которой чувствуется состояние дел в рыночной экономике - stock exchange. Точка, в которой чувствуются все проблемы плановой экономики - это Госплан. Госплан лихорадило, лихорадило не как организацию, а как схему работы - Госплан все время пересчитывал собственные планы. Итак, в конце 70-х годов в Госплане ощущалось, что система находится в кризисе, из которого у нее, по всей видимости, нет выхода.

Шилов: Сначала несколько слов о феномене Группы Мозг (Модели: Общество-Закон-Государство). Это объединение, объединившее органически в начале 2003-го года до той поры шедших своим путем (1) метаклассическую философию http://lib.ru/POLITOLOG/SHILOW_S/ ; (2) математику, представленную Людьми школы Института прикладной математики, имеющими опыт автоматизации крупных советских организационно-технических систем и проектирующими в сфере IT-бизнеса, (3) "дазайн", как комплексное проектирование реальности (от архитектурного - до информационно-технологического) (студия "Dasein"); (4) малый бизнес, разрабатывающий и эксплуатирующий микроэкономические модели городского благоустройства; (5) политическую группу либерал-федералистов.

В рамках семинара, посвященного выработке Модели развития России, в ходе которого и происходила институционализация Группы Мозг, мы начинали с четкой и уверенной посылки о принципиальной математической ограниченности (неразработанности) экономического детерминизма, экономической модели. Понимание того, что экономические модели не являются сегодня счетными моделями даже в монетарной сфере их применения, и в силу этого не являются и полноценными теоретическими моделями, способными к верифицируемому моделированию, к формированию вычислительных систем, к прогностике, к формированию организационно-технологических систем и эффективных инструментов реального экономического развития, - это понимание требовало выхода на новый теоретических уровень формализации экономических процессов. При этом, под формализацией экономических процессов понималась не тотальная их математизация ради математизации (тут прикладные математики-автоматизаторы вполне справедливо дискредитировали линию НЕПРИКЛАДНОГО свободного идеального математико-теоретического конструирования в такой же НЕПРИКЛАДНОЙ сфере экономического моделирования), а такое их (экономпроцессов) упорядочивание, которое сделает возможным их автоматизацию, поскольку кредо всех прикладных математиков-автоматизаторов состоит в том, что "нельзя автоматизировать беспорядок". Таким образом, мы пришли к идее АЛГОРИТМИЗАЦИИ ЭКОНОМИЧЕСКИХ ПРОЦЕССОВ, находящейся НА СТЫКЕ ПРИКЛАДНОЙ МАТЕМАТИКИ-АВТОМАТИЗАЦИИ И ЭКОНОМИЧЕСКОГО МОДЕЛИРОВАНИЯ-ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ТЕОРИИ. При этом, алгоритмизация экономических процессов рассматривалась с точки зрения третьего основания, не сводимого как к теории программно-информационного обеспечения (автоматизации), так и к экономической теории. Это третье основание продолжает сегодня разрабатываться и может быть определено как, своего рода, "философия числа". В этом качестве не смогла состояться отечественная методология по ряду причин, главной из которых являлось отсутствие у нее собственной предметной области - методология бралась за все, не прояснив собственные основания ( "в методологии нет бытия", - этим кредо возможности методологии как продуктивной теории формализации подрезал сам ее основатель Щедровицкий, и, как бы Генисаретский не старался, ничего тут уже не поправишь в судьбе методологии). Как известно, универсальная теория алгоритма сегодня отсутствует - НЕТ ЕДИНОГО ОПРЕДЕЛЕНИЯ АЛГОРИТМА. Таким образом, создание и продвижение "философии числа" есть дело выявления собственной предметности и того непосредственного бытия, посредством которого и осуществляется АЛГОРИТМИЗАЦИЯ (субстанционально, функционально, акцидентарно) ПРЕДМЕТНОСТИ и БЫТИЯ ЧИСЛА. Хайдеггер писал в своей работе "Положение об основании": " Человек является animal rationale, живым существом, он требует отчета и дает отчет. Согласно этому, человек есть считающее живое существо. При этом слово "считать" понимается в широком смысле, который слово ratio (изначально - слово римского торгового языка) получает уже у Цицерона, когда греческое мышление перенимается римским представлением... Исчерпывает ли это определение animal rationale сущность человека? Не остается ли сущность человека, не остается ли его принадлежность бытию, не остается ли сущность бытия, все более нас озадачивая, все еще чем-то достойным мышления? Смеем ли мы, если уже дело должно обстоять таким образом, оставить на произвол судьбы это достойное мышлению в угоду неистовству исключительно считающего мышления и его гигантских успехов? Или мы обязаны найти путь, на котором мышление способно было бы соответствовать этому достойному мышления, вместо того, чтобы, околдованные считающим мышлением, мы прошли в мысли мимо чего-то достойного мышления? Это - вопрос. Это мировой вопрос мышления. В ответе на него решается, что станет с Землей и что станет с Dasein человека на этой Земле".

Таким образом, главной составляющей истинного моделирования развития является независимая интеллектуальная позиция АЛГОРИТМИЗАЦИИ как философски акцептируемого естественно-врожденного свойства сущности человека, математической сущности человека (СПОСОБНОСТИ ИСПОЛЬЗОВАТЬ ЧИСЛО КАК ПРЕДМЕТ-МЕТОД, ИНСТРУМЕНТ-ОРУДИЕ ТРУДА-ПРОДОЛЖЕНИЕ ЧЕЛОВЕКОМ СВОИХ ПРОИЗВОДИТЕЛЬНЫХ СИЛ И ВОЗМОЖНОСТЕЙ), априорно предваряющей само существование и развитие математики как науки, предметно использующей эту родовую сущность человека - сущность бытия числа как сущность человеческого измерения-сознания.

АЛГОРИТМИЗАЦИЯ - есть, прежде всего, НЕПОСРЕДСТВЕННОЕ УПОРЯДОЧИВАНИЕ КАК ЧАСТЬ НЕПРЕРЫВНОГО ОБЪЕКТИВНОГО МИРОВОГО УПОРЯДОЧИВАНИЯ, НУЖДАЮЩЕЕСЯ В ЧЕЛОВЕКЕ, КАК В ОБЪЕКТИВНОМ ИНСТРУМЕНТЕ ЭТОГО УПОРЯДОЧИВАНИЯ.

НЕПОСРЕДСТВЕННЫМ ИНСТРУМЕНТОМ УПОРЯДОЧИВАНИЯ И ЯВЛЯЕТСЯ РАЗУМ (МОЗГ) ЧЕЛОВЕКА, И ИМЕННО, БУДУЧИ ЗАДЕЙСТВОВАН В МИРОВОЙ НЕПРЕРЫВНОСТИ УПОРЯДОЧИВАНИЯ, РАЗУМ (МОЗГ) И СТАНОВИТСЯ ТЕМ РАЗУМОМ, КАКИМ МЫ ЕГО ЗНАЕМ В ПОВСЕДНЕВНОСТИ, В КУЛЬТУРЕ, В ИСТОРИИ МЫШЛЕНИЯ, В ЭКОНОМИКЕ И ПОЛИТИКЕ.

Применительно к указанию Найшуля о математико-госплановском происхождении Третьего Куста становится понятным, почему Группа Мозг и пришла к идее необходимости ЧАСТНОГО ГОСПЛАНА, ФЕДЕРАЛЬНОЙ СИСТЕМЫ РАЗВИТИЯ, основанной на ВКЛЮЧЕНИИ СУБЪЕКТА ЭКОНОМИКИ (ЧЕЛОВЕКА-ОЛИГАРХА) В ОПЕРАЦИОНАЛЬНУЮ СХЕМУ-СИСТЕМУ ПРИНЯТИЯ БАЗОВЫХ ЭКОНОМИЧЕСКИХ РЕШЕНИЙ, ПРИШЛА К ИДЕЕ ЗАДЕЙСТВОВАНИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ СУБЪЕКТНОСТИ КАК НАЛИЧНОГО ПОТЕНЦИАЛА РЕАЛЬНОЙ, А НЕ ФОРМАЛЬНОЙ АЛГОРИТМИЗАЦИИ ЭКОНОМИКИ В СТРУКТУРЕ БАЗОВЫХ ОБЩЕСТВЕННО-ЭКОНОМИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ . Вот как мы излагали эту идею в письме к одному из монетарных олигархов Олегу Дерипаске: "Завершается переходный период. Обострившиеся противоречия между властью и крупным бизнесом объективная ситуация, которая хотя и складывается из субъективных интересов и отношений, но имеет свое решение исключительно в том выборе, который будет сделан с целью завершения переходного периода и выхода страны на путь стабильного развития в той или иной версии. Частично этот выбор предрешен, и он пока не в пользу крупного бизнеса. Страна в который раз может вступить на путь насильственного мобилизационного развития.

Сущность предлагаемого нами решения - создание в России реальных общенациональных союзов работодателей. Данное решение предлагалось и ранее. Так, например, 12.09.1998 в "Независимой газете" в рубрике "Карт-бланш" была опубликована статья С. Шилова "Союзы работодателей - основополагающая структура промышленной политики". Концепция, как и водится в нашей элите, с пренебрежением относящейся к интеллектуальной собственности, была выхолощена, и ее реализация свелась к добавлению буковки (р) к РСПП. Программа выстраивания эффективных отношений бизнеса и власти была сведена к организации "парткома олигархов", который "не справился с задачей".

Необходима Модель отношений власти и бизнеса. Модели развития (МР), разрабатываемые ГРУППОЙ МОЗГ, состоят из: (1) научной концепции МР; (2) экономической программы МР; (3) законодательно-правового обеспечения МР; (4) программно-информационного (сетевого) обеспечения МР. Применительно к проблеме создания эффективно взаимодействующих с властью союзов работодателей необходимы: (1) разработка системы прагматического сигнификативного (наиболее подходящий семиотический термин - от автора письма) планирования (ЧИТАЙ - АЛГОРИТМИЗАЦИИ) в условиях рыночной экономики - системы МОДЕЛИРОВАНИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ; (2) разработка РАСЧЕТНОЙ МОДЕЛИ НОВОЙ ЭКОНОМИКИ РОССИИ (Модели экономического развития); (3) разработка МОДЕЛЬНОГО ПРАВА, обеспечивающего реализацию Модели новой экономики России (экономическое развитие); (4) разработка СЕТЕВОЙ СТРУКТУРЫ ЭКОНОМИЧЕСКОГО РАЗВИТИЯ - матрицы новой экономики России. ГРУППА МОЗГ ставит задачу создания первого в России информационно-технологического концерна, который должен войти в число лидеров мирового информационно-технологического рынка, создать практические механизмы преобразования сырьевой экономики в новую информационную экономику".

Итак, ДЕДУКЦИЯ ГРУППЫ МОЗГ НОВОЙ ЭКОНОМИКИ РОССИИ ТАКОВА: НЕ ПЛАНИРОВАНИЕ ЭКОНОМИКИ, НЕ САМОУСТРАНЕНИЕ ИЗ ЭКОНОМИКИ, НО АЛГОРИТМИЗАЦИЯ ЭКОНОМИКИ.

Найшуль: Второе, что обнаружила наша группа, работая в Госплане - это то, что у нас вовсе не командная экономика, а какая-то совсем другая. Не командная экономика, а экономика согласований, которая позже была названа административным рынком. Это очень сложное понятие, и, если у кого-то будут вопросы, я на этом остановлюсь подробнее. Но в двух словах могу сказать, что административный рынок - это иерархическая система, которая построена на отношениях торговли: это горизонтальная торговля, торговля между не подчиняющимися друг другу субъектами, и торговля вертикальная, торговля между подчиняющимися друг другу субъектами. Очень интересное явление, ведь отношения между начальником и подчиненным тоже были торговыми. Эта экономика сформировалась после Сталина и была нашим великим завоеванием, положительным результатом которого было то, что страна подготовилась к обменным отношениям задолго до того, как Гайдар пришел со своими реформами. Можно сказать, что брежневская эпоха - это эпоха торговли. Кстати сказать, не только эпоха торговли, но и эпоха права: сельские жители получили паспорта, городские получили квартиры в собственность и т.д. Это в позитиве. А в негативе - то, что эта система полностью разрушила государственность. Парадоксально, что, изучая из Новосибирска совсем другой объект - не Госплан, а сельский район Алтайского края, - Кордонский, Широнин, Авен пришли к тем же самым выводам. Когда мы с ними встретились в 87-м году, это выяснилось.

Итак, это административный рынок, и я хочу вам сказать, что мы до сих пор живем в ситуации административного рынка. То, что сделал Гайдар - он его оденежил. Деньги играли не очень большую роль. Стали играть очень большую роль. Власть и другие компоненты как играли большую роль, так и продолжают ее играть. Очень часто применяется термин "административные ресурсы" или "административная валюта" - это все оттуда, из этой терминологии.

Шилов: Квази-теория "административного рынка" - это та медвежья услуга, которую непрошенно оказали отечественной экономической науке представители Второго Авено-Кордонского Куста. Игры с дьяволом, как известно, всегда оканчиваются в его пользу. Так же и закончился ГАПОНОВСКИЙ ПРИЗЫВ ИНТЕЛЛЕКТУАЛЬНЫХ СИЛ, объявленный бывшим начальником экспертного управления Администрации Президента РФ Кордонским в Федеральном 2003-го года Послании В. Путина. Наши критики советской системы, начав играть с МЕТАФОРОЙ административного рынка и подкалывая советскую административно-командную систему ее скрытой капиталистичностью, воспроизведением в ней в превращенной форме отношений капиталистического обмена, - настолько полюбили эту метафору, настолько к ней прикипели, что бросились ее реализовывать с командно-административных позиций Администрации Президента и требовать "Нобелевку по экономике в студию". На самом деле, эта марксистская подколка СССР - не более чем языковая игра. Мне довелось как-то просмотреть "труд" Кордонского, где он выстраивал блок-схемы и прочую "дискретную математику", иллюстрируя функционирование данной метафоры как якобы реальной действующей модели. Здесь очевидно коренное непонимание специфики гуманитарной реальности, за подложку которой все время норовят заглянуть марксисты и найти там какие-то законы Ньютона. Гуманитарная реальность, реальность бытия Людей, осмысливается принципиально иначе.

РЕАЛЬНОСТЬ ЛЮДЕЙ ТАКОВА, КАКОВА ЕЕ РЕЧЬ, И БОЛЬШЕ НИ КАКОВА. РЕАЛЬНОСТЬЮ СССР БЫЛА РЕАЛЬНОСТЬ ИДЕОЛОГИЧЕСКАЯ, А НЕ РЫНОЧНАЯ. Продолжая языковые игры в духе Кордонского-Авена можно назвать нынешнюю систему РЫНОЧНОЙ ИДЕОЛОГИЕЙ, и. в качестве метафоры, это будет, пожалуй, яркий литературный образ, - предложить образ Страны как Рыночной идеологии (Рыночной теократии), осуществляемой либеральной диктатурой.

В идеологической реальности, в отличие от реальности рыночной, господствуют ОТНОШЕНИЯ СООБЩЕНИЯ, А НЕ ОТНОШЕНИЯ ОБМЕНА.

Вспомните, ведь именно по принципу СООБЩЕНИЯ и была устроена жизнь в СССР, именно так были организованы естественные схемы жизни людей. И попробуйте поторгуйтесь, разведите рыночную стихию в каком-нибудь кабинете, или даже среди соседей, на улице, - хотел бы я знать, как это получалось у Кордонского и Авена.

Все Сообщалось, Информировалось многовариантно и многосоставно, многоукладно, наконец, но никак не Обменивалось. Все сохранялось в неприкосновенности (ни что ни во что не переходило, не обменивалось, закон сохранения энергии не действовал, потому что не действовала, отсутствовала его предметная область, область обмена вещества и энергии, - действовал Закон Котлована, черной дыры без обратной связи, поглощавшей, но ничего не возвращавшей, не обменивающей) - на этом была построена, в конце концов, Андроповым и Структура КГБ.

ПЕРСОНАЛЬНО СООБЩАЕМЫЙ ДОСТУП К ИНФОРМАЦИИ НА ФОНЕ ПРОФАННОГО, НО УНИВЕРСАЛЬНО-РАМОЧНОГО "ОБЩЕНАРОДНОГО" ДОСТУПА, СООБЩАЕМОГО ИЗ ЕДИНОЙ ТОЧКИ БЫЛ СЕРДЦЕВИНОЙ СОВЕТИЗМА, ПРИНЦИПОМ ИЕРАРХИЗАЦИИ НОМЕНКЛАТУРЫ, А, СЛЕДОВАТЕЛЬНО, ЕЕ ГЛАВНЫМ НОРМО- И ФОРМО-ОБРАЗУЮЩИМ ПРИНЦИПОМ.

И вот именно эту систему ОДЕНЕЖИЛ никак не Гайдар, а Черномырдин, именно при нем сформировалась НОВАЯ НОМЕНКЛАТУРА. Даже странно слышать от Найшуля, что Гайдар оденежил "горизонтальную торговлю, торговлю между не подчиняющимися друг другу субъектами, и торговлю вертикальную, торговлю между подчиняющимися друг другу субъектами". За этой фразой никакой действительной научной фактичности нет, разве только мультипликационная, или сюжеты каких-нибудь "Фитилей". В рынке есть центрация, но нет центральной структуры. В СССР центр был ФАКТИЧЕН, и осуществлял ОТНОШЕНИЯ СО-ОБЩЕНИЯ, ПРОФИЛАКТИРОВАЛ, РЕПРЕССИРОВАЛ НЕ ТОЛЬКО ОТНОШЕНИЯ ОБМЕНА, НО САМИ ПОТЕНЦИАЛЫ ОБМЕНА ("Государство - это ОБЩЕНИЕ", - писал Аристотель, не то чтобы споря с Платоновским идеологическим Государством, но выявляя реальные механизмы формирования государственности). ОБМЕН И СООБЩЕНИЕ РАЗЛИЧАЮТСЯ ПО ПРИНЦИПУ СОБСТВЕННОСТИ. В СФЕРЕ ОБМЕНА ОСУЩЕСТВЛЯЕТСЯ МАТЕРИАЛЬНАЯ СОБСТВЕННОСТЬ, В СФЕРЕ СООБЩЕНИЯ ОСУЩЕСТВЛЯЕТСЯ ТОЛЬКО ИДЕАЛЬНАЯ, ИНФОРМАЦИОННАЯ СОБСТВЕННОСТЬ, В ТОТАЛИТИРНОЙ СФЕРЕ ТОТАЛЬНОГО СООБЩЕНИЯ НА МАТЕРИАЛЬНУЮ СОБСТВЕННОСТЬ НАЛОЖЕН МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЙ ЗАПРЕТ.

Черномырдин, как номенклатурный Моисей, снял этот методологический запрет, вывел номенклатуру в новое качество, ОБНОВИЛ ее, обучил при помощи фокусника Илларионова рыночной словесной эквилибристике, профанной экономической риторике и, отец родной,... ОДЕНЕЖИЛ НОМЕНКЛАТУРУ.

После того, как Куст Бурбулиса-Гайдара-Чубайса оказался НЕ НЕСГОРАЕМЫМ, и сгорел за 1992 год, оставив, запечатлев генетические с этого момента для новой номенклатуры память и страх перед ранней демократией;

и после того, как новая номенклатура, атеистическая в отношении религиозно-либеральных непрофанных идей, устаканилась, прикрылась профанными, но украшенными золотом и драгоценными каменьями ризами управляемо-демократического самодержавия, табачного православия и политтехнологической народности;

после этого, еще раз быстренько испытав Первый куст на несгораемость в лике Кириенко с известным результатом, в ходе которого грех собственного формирования удалось спихнуть на Первый куст,

после всего этого новая номенклатура завела ПРИМУС, газовую горелку, призванную символизировать в сознании народу Купину Неопалимую.

В 1999-2000г.г. все-таки пророс Второй Куст, Куста Авена-Кордонского. Эта верблюжья колючка (все же, как тогда казалось, лучше, чем ничего в пустыне для поныло бредущих верблюдов) тогда привлекла к себе всеобщее внимание новым изданием "Смердяковщины", которое "призвано" было остановить гипотетических Бесов, якобы рвущихся к власти, - "Идеей" "Русского Пиночета", идеей "либеральной диктатуры". Как оказалось, это было хорошо не для выхода из египетского плена переходного периода, а для более централизованной и упорядоченной отправки монетарных и сырьевых верблюжьих караванов за границу России.

Найшуль: О ЧИЛИ... Первое. Концепция административного рынка постепенно захватила головы, и она стала привычной для всего этого круга. Второе. Экономический либерализм был воспринят этой группой как жесткое и в какой-то степени государственническое направление.

Я сейчас процитирую еще одного государственного деятеля, Пиночета. У него были сходные размышления с начальником отдела сельского хозяйства Госплана. Он говорил, что есть два способа заставить людей соблюдать порядок. Один способ - это поставить человека на место и дать ему задание: каждый сидит в своей клеточке, ему дали задание - он это задание исполняет. Второй способ - это связать людей так, чтобы социум контролировал их поведение. Пиночет, надо сказать, мудрый государственный деятель, и он эту дилемму хорошо понимал. И что он сделал? Пиночет специально пошел на то, чтобы полностью исключить государство из экономики. В том смысле, чтобы к государству нельзя было апеллировать. Деньги можно получить, только обслужив другого. Их нельзя получить ни манипуляциями с налогами, ни манипуляциями с таможенными пошлинами. Чили в этом отношении совершенно исключительная страна. Все налоги чилийские универсальны. Есть налог НДС, и этот налог универсален, что бы вы ни производили - детские игрушки, хорошие вещи, плохие вещи. Никаких льготных категорий нет. Налог платят совершенно одинаково. Таможенная пошлина тоже универсальна. Нет такого товара, про который сказали бы: "Но ведь он так важен, надо налоговую пошлину уменьшить", или наоборот, "надо дать расти чилийской экономике, и мы закроем на это время импорт", как у нас сейчас с автомобилями сделали. И поэтому оказалось, что совершенно бесполезно бегать в государственные органы. Бегать можно только к заказчику. Деньги находятся только там, нигде больше их нет.

Я видел эту систему после 17 лет с того момента, как она была запущена. Фантастическим был не только экономический, но и социальный результат. Народ построен и понимает, для чего он живет. У меня есть простой тест: вы приходите в гостиницу, подходите к стойке, а человек, который на reception, разговаривает со своим коллегой. Сколько времени пройдет, пока кончится разговор с коллегой и он прибежит к клиенту? С этим показателем, конечно, очень хорошо в пятизвездочных гостиницах, но в Чили и в "трехзвездочных" гостиницах пулей подлетали. И это характерно, это трудовая этика. Это то, что я увидел, когда в 90-м году мы приехали в Чили. Это, собственно говоря, об экономическом либерализме....И с этим связана проблема, которая до сих пор не решена, - это неспособность связать реформы с традициями России. Неспособность в 85-м году, неспособность в 91-м, неспособность в 2000-м и неспособность в 2004 году - неспособность у этой группы и неспособность у страны в целом. Никто не представляет себе, как сшить эти две вещи. Я написал статью, она опубликована в "Русском журнале" и называется "Реформы вширь и вглубь". Те реформы, что мы провели, я называю реформами вширь, реформы вглубь не получаются. То, что можно сделать на голом месте, получается. Там, где требуются культура и традиция, эти реформы не работают. Скажем, начиная от наукоемких отраслей и банковского сектора, кончая государственным устройством, судебной и армейской реформой. Список можно продолжить.

Шилов: Отличие Федерализма как системы институционализации (системы реальной, развитой, содержательной демократии) от иных систем институционализации - систем либо тоталитарных, либо систем управляемой демократии, либо систем открыто-неустойчивой демократии, - состоит в том, что федерализация воплощает универсальный общечеловеческий код алгоритмизации социума, его самоупорядочивание, образует ЧЕЛОВЕЧЕСКОЕ ИЗМЕРЕНИЕ ДЕМОКРАТИИ, формирует страну как МЕСТО ДЕМОКРАТИИ. Британская либерально-имперская метропольная идея колониальных либеральных диктатур "своих сукиных сынов", взятая на вооружение консервативным крылом США, на современном этапе мирового либерального развития является главным тормозом универсальных и эффективных общенациональных либеральных преобразований как глобальных общемировых и национальных альянсов в сущностных прогрессивных целях становления единой гуманитарной цивилизации.

Неверно думать, что ЕСТЬ НАРОДЫ, СПОСОБНЫЕ К ЛИБЕРАЛИЗМУ, А ЕСТЬ НАРОДЫ, КОТОРЫМ НУЖЕН ТОЛЬКО ЛИБЕРАЛЬНЫЙ ДИКТАТОР.

ТАК МОЖЕТ ДУМАТЬ ТОЛЬКО АТЕИСТИЧЕСКИЙ ОГРАНИЧЕННЫЙ ПРОТИВОРЕЧИВЫЙ ЛИБЕРАЛИЗМ, НАУЧНО НЕ СОВЕРШЕННЫЙ, ПУБЛИЦИСТИЧЕСКИЙ.

ВСЕ НАРОДЫ ОБЛАДАЮТ ОДИНАКОВЫМ ПРАВОМ СВОБОДЫ - ТАКОВ ДУХ ДЕКЛАРАЦИИ ПРАВ ЧЕЛОВЕКА, И НЕ РАЗДЕЛЯЮЩИЙ СУЩЕСТВО ЭТОГО ДУХА, НЕ МОЖЕТ НАЗЫВАТЬСЯ ЛИБЕРАЛОМ, - И, БУДУЧИ НАРОДАМИ, РАЗЛИЧИЯМИ, ЯЗЫКАМИ, ДЕМОНСТРИРУЮЩИМИ СИЛУ ВСЕОБЩЕГО ВОПЛОЩЕНИЯ ДУХА СВОБОДЫ, СВОБОДНО ОСУЩЕСТВЛЯЮТ СОБСТВЕННОЕ ПРАВО СВОБОДЫ.

ЛИБЕРАЛ НЕ ИМЕЕТ ПРАВА ОТКАЗЫВАТЬ КАКОМУ-ЛИБО НАРОДУ В ЕГО ПРАВЕ НА ЛИБЕРАЛЬНУЮ ДЕМОКРАТИЮ, НЕ ДОЛЖЕН ПООЩРЯТЬ НАВЯЗЫВАНИЕ КАКОМУ-ТО НАРОДУ ЛИБЕРАЛЬНОЙ ДИКТАТУРЫ И ДОЛЖЕН БОРОТЬСЯ С ЭТОЙ ВРАЖДЕБНОЙ ЛИБЕРАЛИЗМУ МЕТОДОЛОГИЕЙ, ДИСКРЕДИТИРУЮЩЕЙ И ПОДРЫВАЮЩЕЙ САМИ ОСНОВАНИЯ РЕАЛЬНОГО ЛИБЕРАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ.

Основой творческой инновационной эффективной трудовой этики может быть только либеральная этика. Деньги должно быть можно получить не только ОБСЛУЖИВ, по меткому замечанию Найшуля, другого (тьфу ты, прости господи!), но и самостоятельно (индивидуально, или самостоятельной группой, сообществом) произведя определенный КОНКУРЕНТОСПОСОБНЫЙ ПРОДУКТ и продвигая его на рынке. Вот принципиальное экономическое отличие инновационной рыночной экономики, возможной только в условиях либеральной демократии, от пиночевтовской квази-рыночной экономики в условиях либеральной диктатуры. Потому при либеральной диктатуре не производится никакого ПРОДУКТА, только количественно растет сфера "услуг в области живота и пониже" и развиваются сырьевые отрасли. Ведь ПРОИЗВОДСТВО КОНКУРЕНТОСПОСОБНОГО ПРОДУКТА не выгодно либеральным монополиям, осуществляющим диктат на мировом рынке. Потому в либеральных диктатуриях и не развиваются структурные отрасли, образовательная система, чему так удивлялся в отношении Чили Найшуль.

Следует также помнить, что все крупные рыночно-экономические инновационные системы рождались как первично-толчковое Государственное системообразование в условиях рыночной экономики. Так появился интернет, основа новой экономики, так, появился, например, Британский открытый Университет, мировой лидер дистанционного обучения, созданный Королевским указом в 1969 году по инициативе британского премьер-министра Вильсона. Колониально-либеральный же диктатор сидит на своем слоистом троне, сложившемся историческими реалиями зависимой сырьевой "национальной" экономической модели, и консервирует ситуацию, предохраняя ее от возникновения ОБЩЕГО ДЕЛА СТРАНЫ, в ходе которого она сможет производить КОНКУРЕНТОСПОСОБНЫЙ ПРОДУКТ, чаще всего палачествует над пассионарными силами, которые в силу общегосударственного НИЧЕГОНЕДЕЛАНИЯ все более смещаются в революционное гетто. И налоговая схема у генерал-либерала простая и универсальная, а зачем же над ней думать, ведь реальная налоговая схема - это математика, которую необходимо изучать в школе гражданского общества.

Таким образом, НЕСПОСОБНОСТЬ ЛИБЕРАЛОВ ПЕРЕХОДНОГО ПЕРИОДА - ЭТО НЕ "НЕСПОСОБНОСТЬ УВЯЗАТЬ РЕФОРМЫ С ТРАДИЦИЯМИ РОССИИ", тут все как раз очень традиционно было сделано=провалено, ЭТО НЕСПОСОБНОСТЬ К ВЫРАБОТКЕ МОДЕЛИ СИСТЕМНОЙ РЕФОРМАЦИИ РОССИИ, ОСНОВАННОЙ НА НЕПРЕХОДЯЩЕМ ЕСТЕСТВЕ РУССКОЙ ЛИБЕРАЛЬНОЙ ЭТИКИ. НАДО ВЫЯВИТЬ ЕСТЕСТВО РУССКОЙ ЛИБЕРАЛЬНОЙ ЭТИКИ - А ЭТО СУЩЕСТВО ЛИБЕРАЛИЗМА ПРАВ НАРОДА, МАТЕМАТИЧЕСКОЕ СУЩЕСТВО ЛИБЕРАЛИЗМА, - И ПРИНЯТЬ ЕГО ТАК, КАК ОНО ЕСТЬ, И ОНО ОТКРОЕТСЯ КАК МОЩНЕЙШИЙ ФУНДАМЕНТ НОВОЙ ЭКОНОМИКИ - КАК ОСНОВА ОБЩЕГО ПРАВОГО ДЕЛА СТРАНЫ.

Найшуль: В первый раз эту проблему поставил Элтон Фридман, когда я с ним виделся в 90-м году. Он сказал, что приватизировать имущество - это нечего делать, а вот как приватизировать долги? Это главный минус того, что произошло. Имущество вышло в частные руки, долги остались на государстве. Я имею в виду и внешний долг, и пенсионный долг, и т.д. Сейчас у нас один товарищ сидит в Матросской тишине, как проявление этого конфликта. Проблема как, если сказать по-русски, разверстать долги по собственникам - не решена, и неизвестно, как ее решить.

Шилов: Долги есть реальные вызовы реального экономического развития. Это самая внятная форма трансакционных издержек. И мировые корпорации тратят огромные средства на тот аспект реструктуризации и реинжиниринга, который связан именно с определением такого рода вызовов. Прояснить такой вызов, схватить самое существо трансакционных издержек, а тем более представить его количественно, - большой успех для стратегического менеджмента и планирования, для глобального корпоративного управления. Вызовы экономического развития - это своего рода пазы развития, в которые вставляется корпоративная схема, обеспечивающая функционирование рыночных механизмов. И было благом для западного капитализма, если бы эти вызовы его собственной экономики ему удалось представить в форме, предельно рациональной и пригодной к программно-целевой эксплуатации в режиме исчисления, разрешения объективно-механических противоречий - всего лишь в исчислимой ФОРМЕ ДОЛГОВ, в отношении которой возможны счетные модели. Таким образом, разверстка долгов станет не только первым делом Федеральной системы развития, ЧАСТНОГО ГОСПЛАНА, но и тем способом, в котором будет конституироваться эта система, объединяющая рыночным образом субъектов приватизации, собственников экономики России.

Найшуль: Самой скандальной приватизацией, конечно, были залоговые аукционы.

Шилов: "Связьинвест" стал точкой разлома российского либерализма не только по форме - нерафинированный капитализм, распределяющий собственность с залоговых аукционов, но, прежде всего, по содержанию - то есть, по предмету того, из-за чего разгорелся исторический конфликт Чубайса-Немцова с политическими директорами олигархии Березовским-Гусинским. Вот этот-то предмет тогда понимали (в России) только, пожалуй, сами участники Трансакции, определившей весь дальнейший ход событий, приведший сегодня к "письму Ходорковского". Именно тогда либералы стали либералами-государственниками (знаменитая позиция Чубайса о необходимости показать олигархам силу государства), а олигархия лишила "молодых реформаторов" своей поддержки и пошла своим путем. Разломалась конструкция российского либерализма переходного периода. А, проблема, как выясняется, была в том, что участники событий действовали на плоскости, уделяли внимания деталям, форме, вели себя предельно субъектно и не держали в поле зрения сам объект, предмет Трансакции - Связьинвест. Нет, Сорос, конечно же, понимал, что речь идет о технико-экономической системе, которая позволит осуществить Метод Открытого общества, создать Новую информационную Россию как уникальную чудесную страну Открытого общества. Но при этом обошлись без самого реального общества России, не объяснили ему позитивный, общественно полезный смысл этой Трансакции, как механизма запуска Общего дела России. Ведь, как написал мне один из участников Форума на сайте Чубайса, "электронный институционализм - он, конечно же, правый". Оставшись вне гражданского общества России, участники Трансакции превратились в персонажей, которые начали действовать неразумно. А сама Трансакция не состоялась, следовательно, не возникла и реальная основа действительной реформации России, основа перехода к состоянию Электронно-институциональной России на фундаменте монетарной России. Дальше все развивалось уже не по законам экономики, а по законам литературы XIX века. Либералы-государственники заговорили языком Алексея Максимовича Горького о бандитском капитализме, смягчая этот язык до чеховских полутонов, когда речь шла о трансакциях реальной экономики. Сообщество-субъект экономической власти превратилось действительно в олигархию, захотело стать "железной пятой", совсем по Дж. Лондону (стало же, скорее, "железной пяткой" Пятачка, которой он пробовал осторожно холодную воду речки), но при этом в лице Ходорковского тянулось к свету Открытого общества Сороса-Поппера. Предмет Правого дела, казалось, уже совершенно был предан забвению. А, ведь, как должна была решаться проблема содержательно - не в плоскости либерализма переходного периода, а в объеме непереходного либерализма, несущего в себе свой предмет, свое Правое дело, в котором этот непереходный либерализм живет, осуществляется в реальной жизни людей. Речь должна была идти о видении Пути созидания России как Великой либеральной демократии. Все участники Трансакции должны были с большим пониманием отнестись к главному принципу демократии: ПРИНЦИПУ РАЗДЕЛЕНИЯ ВЛАСТЕЙ - как содержательной рамке демократического общества, внутри которого только и возможно устойчивое развитие рыночной экономики. Априорная предпосылка этого Принципа, его ПЕРВОДЕЛЕНИЕ, запускающее реальный конституционно-демократический механизм институционализации, активирующее конституционную матрицу, - это РАЗДЕЛЕНИЕ ПОЛИТИЧЕСКОЙ И ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ВЛАСТЕЙ. Разделение по полномочиям и компетенциям в отношении ПРЕДМЕТА КОНКРЕТНОЙ МОДЕЛИ СОЦИАЛЬНО-РЫНОЧНОГО РАЗВИТИЯ СТРАНЫ.

Что мы имеем теперь? Последнюю, но реальную возможность ВОПЛОТИТЬ ПРИНЦИП РАЗДЕЛЕНИЯ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ И ПОЛИТИЧЕСКОЙ ВЛАСТЕЙ, вне которого о рыночной, эффективной и процветающей демократической России можно забыть.

Политическая власть сегодня есть, ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ВЛАСТИ СЕГОДНЯ НЕТ. СТРАНА ВСЕ БОЛЕЕ ЗАВАЛИВАЕТСЯ НАБОК В ОЖИДАНИИ КАКОГО-НИБУДЬ НОВОГО АППАРАТНО-АДМИНИСТРАТИВНОГО "ГЕНСЕКА СТАЛИНА", ПРОИЗВЕДЕННОГО НЕДРАМИ АДМИНИСТРАТИВНОЙ ВЛАСТИ, НЕ ТЕРПЯЩЕЙ НИКАКОГО ИНОБЫТИЯ ВЛАСТИ.

НУЖНО, ТАКИМ ОБРАЗОМ, ВОССТАНОВИТЬ ЭКОНОМИЧЕСКУЮ ВЛАСТЬ В СТРАНЕ, РАЗДЕЛЕННУЮ С ПОЛИТИЧЕСКОЙ ВЛАСТЬЮ. НО СДЕЛАТЬ ЭТО НЕ РАДИ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ВЛАСТИ, НЕ РАДИ ОЛИГАРХИИ, А РАДИ ОБРАЗОВАНИЯ ОБЩЕГО ДЕЛА СОЗДАНИЯ КОНКУРЕНТОСПОСОБНОЙ РОССИИ.

КРАТКО ГОВОРЯ: НУЖНО ИНСТИТУЦИОНАЛИЗИРОВАТЬ ЭКОНОМИЧЕСКУЮ ВЛАСТЬ.

Обнадеживает, кстати, что Ходорковский отказался от авторства письма "Точка в конце российского либерализма" и получилось какое-то многоточие. В этом есть определенная ирония истории. Аналитики сайта "Плутовство.Ру" отмечают в качестве смысловых (И НЕ ТОЛЬКО) источников этого письма тексты Сороса о кризисе российского капитализма. Сошлись, как говорится, лед и пламень: Сорос, подаривший "либералам-государственникам" категориальный аппарат обвинений "бандитскому капитализму", выступил идейным наставником лидера этой самой олигархии, который, в свою очередь, из узилища обвинил тех же самых либералов в создании бандитского капитализма, назвав его, правда, космополитическим. Теперь, значит, очередь либералов, заручившись идейной поддержкой Сороса, обвинить нашу олигархию в том, что она является бандитской именно потому, что она недостаточно космополитична в том смысле, что не работает по признанным цивилизованным правилам.

А ведь так или иначе - Общее дело России будет, это будет или Правое Дело, ОБЕСПЕЧИВАЮЩЕЕ КОНКУРЕНТОСПОСОБНОСТЬ РОССИИ, или Левое (Центристское) тоталитарное дело, которое уже не будет нуждаться в Принципе разделения властей, и тем более, в Экономической власти.

Таким образом, ПРЕЖДЕ ВСЕГО, НУЖНО ОБРАЗОВАТЬ ПРАВОЕ ДЕЛО КАК ПРЕДМЕТ, НУЖДАЮЩИЙСЯ ДЛЯ СВОЕГО ОСУЩЕСТВЛЕНИЯ В КОНСТРУКТИВНОМ ДИАЛОГЕ ПОЛИТИЧЕСКОЙ И ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ВЛАСТЕЙ.

Найшуль: Теперь о либерализме. Либерализм есть очень мощный способ осуществления социального контроля. Это так, как о нем думает Пиночет. Да самый простой пример. У нас матери кормят своих детей. Они же не за зарплату это делают. Есть механизм, который гораздо сильнее, чем зарплата. Если в обществе есть этот механизм - прекрасно. А если его нет - тогда что? Это вопрос о том, зачем нужен либерализм. Либерализм является одним из самых сильных инструментов. Если вы его сняли с рынка экономики, то покажите другой инструмент, который работает так же сильно и так же эффективно.

Шилов: Если бы данная мысль - о бесплатном либерализме, на котором все крутится, была бы продумана глубже, - опираясь на ее собственный, предметный философский софт, то стало бы ясно, что ЛИБЕРАЛИЗМ - ЭТО, прежде всего, ИСТИНА, МЕТОД и ЦЕЛИТЕЛЬНОЕ СРЕДСТВО РАЗВИТИЯ, ИСТИННОГО, ИМЕЮЩЕГО НЕПРЕРЫВНЫЙ РЕАЛЬНЫЙ РЕЗУЛЬТАТ, РЕЗУЛЬТАТ ЖИЗНИ (Человеческую заботу о ребенке, например, отличную от животной заботы - именно измерением Человеческого понимания, измерением Свободы). Именно поэтому либерализм может быть и наиболее мощным средством социального сотрудничества в развитом обществе, предполагающим действие категорических императивов-схем, организующих жизнь людей федералистского сообщества, федерации людей.

Найшуль: Теперь - что касается того, как происходят решения власти. Это происходит очень просто, и все время происходит одно и то же. Сейчас этот процесс задержался, потому что общество не является креативным и с 92-го года ничего не придумано: все делают, но никто не думает. А устроено все было очень просто. Вот есть стопка идей, человек, который что-то придумал, свои идеи в эту стопку подкладывает снизу. Единственное право, которое у него есть - это положить под низ, т.е. он что-то начинает рассказывать на семинарах, где-то с кем-то разговаривает, печатает что-то и т.д. Что происходит дальше? Власть совершенно последовательна, она берет верхний лист из этой стопки, белиберду, которая находится наверху. К 87-му году талдычили про хозрасчет. - Ага. - Берем хозрасчет. Там еще были нетрудовые доходы, антиалкогольная компания - это все было в этой стопочке. В 80-м году это все уже было именно в этой последовательности. Антиалкогольную компанию попробовали - не получилось, нетрудовые доходы попробовали - не получилось, что там следующее? Закон о кооперации? Поехали!

Шилов: Будем надеяться, что пришло время взять листочек с предложениями Группы Мозг и идеями Сергея Шилова. А суть этих идей метафорическая обретение Россией Неопалимой Купины, Третьего умозрительного куста Развития, который горит, но не сгорает. И в этом несгорающем пламени Разум являет Ельцину-Путину звучание и возможность вслушивания в вечную сущность развития, являет Формулу Единицы, как Формулу Федерализма, - вечный двигатель человечества как единой гуманитарной цивилизации, способной двигаться самостоятельно, в режиме самоподдержки, без первотолчков.

Электронно-институциональная Россия? Поехали!

Найшуль: Мы сделали все по учебникам. Кстати, это было головное направление мысли в 91-м году - никаких собственных путей. Все делаем, как в учебнике написано. Есть институт, который у нас работает, это институт первого лица в нашей культуре. Вообще институционалисты знают такую вещь: если какой-то институт сильный, а другой - слабый, то сильный начинает брать на себя функции слабого. Это естественно происходит. В Италии, например, очень слабая администрация, но очень сильные по европейским понятиям суды. Поэтому суды важные случаи, которые в Германии, например, решает администрация, подгребают под себя. Итальянцы понимают, что лучше идти в суд, потому что в администрации...

У нас есть такие направления мысли: западничество и почвенничество. И с 91-го года по нынешний момент мы наблюдаем банкротство обоих этих направлений. Западничество все, что могло дать в плане идей, дало. Выяснилось, что это очень мало. Т.е. они говорили, что мы знаем, что надо сделать, как на Западе, кое-что сделали, как на Западе, кое-что из этого получилось. Как западник, например, я признаю, что лучшая судебная система в Великобритании. Расскажите, как это сделать - Вы же западник! И тут начинается разговор о том, что наш народ еще не созрел, что его еще 300 лет надо воспитывать и т.д. Теперь почвенники. Они выступают так, задайте им вопрос: "Расскажите, как сделать собор?". И тут тоже начинается разговор, что если бы татаро-монгольское иго нас не испортило, Петр Первый не повредил и т.д. Вы знаете, есть такой церковный грех, называется мечтательность. Это то, что у них общего. Это мечтатели политические. И как только выяснилось, что реально надо что-то делать, обнаружилось, что идей нет, что они просто сидели где-то на кухнях и разговаривали.

Что мы видим? Закончился конфликт коммунистов с реформаторами. В этом смысле закончились реформы, потому что Чубайс сказал, что коммунисты говорят на том же языке, что и мы. Это означает, что в каком-то смысле эта группа победила в той части, в какой она могла победить. Второе - это то, что теперь уже нет никакой разницы между коммунистами, либералами и т.д. Все говорят на одном и том же языке. Отсюда непонятно, почему надо беречь какую-то группу, если все уже так говорят? Это означает, что теперь мы имеем центр и будем иметь вызревание чего-то другого, что лежит вне этого центра, вне того, что делает Путин. Путин - это человек, который технологически рационализирует государственное устройство, стараясь не трогать народ и проводя реформы внутри государственного аппарата. Делает это аккуратно, без больших эпохальных изменений. Это вообще его стиль...

Есть военная конкуренция, есть экономическая конкуренция. Сейчас очевидно, что наиболее сильная конкуренция, которая определяет статус государства в мире, - экономическая. Сделав это сравнение, давайте разберемся в факторах победы или занятия призовых мест в процессе экономической и военной конкуренции. Мы знаем, кто у нас стал реконструировать страну для военной конкуренции. Петр Великий....

Задача, исходящая из всего того, о чем я говорил, - это научиться жить своим умом. Но мы этого не умеем. У нас нет этого ума. Это довольно тонкая вещь.

Вы говорите - замещение институтов. Нам надо строить свои собственные институты, но для этого нужно выполнить очень большую программу. Конечно, можно пользоваться какими-то частичными наработками. Считайте, что в отношении обществоведения мы находимся в каком-то допетровском состоянии. В отношении армии - в допетровском состоянии.

Шилов: Вообще-то, была, как известно, в начале прошлого века Октябрьская Революция и был Ленин. Пока мы не определимся в отношении того, как мы оказались в советско-египетской пустыне, и в чем особенность этого пространства восьмидесятилетнего зависания между Петровской Россией и Грядущей новой либеральной империей - мы из этой пустыни не выйдем. Сегодня, когда болтовня переходного периода переработала все те спекулятивные смыслы (проспекулировала всем, чем только возможно), которыми хотели бы себя представлять в сознании потомков субъекты и объекты российской истории, будучи, на деле, чем-то иным, - сегодня можно увидеть и реалию Ленина. Откуда, прежде всего, взялась эта РЕАЛИЯ? Откуда она возникла НЕПОСРЕДСТВЕННО, как естественно-эволюционный факт российской истории, будучи на поверхности, конечно же, фактом РЕВОЛЮЦИИ? РЕВОЛЮЦИЕЙ ВЕДЬ ВСЕГДА СТАНОВИТСЯ САМОЕ НЕПОСРЕДСТВЕННОЕ, САМОСТНОЕ,. ЕСТЕСТВЕННОЕ, КОТОРОЕ ЖЕЛАЕТ НЕ ЗАМЕЧАТЬ, НЕ АКЦЕПТИРОВАТЬ ВОЗМОЖНО БОЛЕЕ ДОЛГО СПЕКУЛЯТИВНО-КОНСЕРВАТИВНЫЙ МИР ЭЛИТ, ОТОРВАННЫЙ ОТ РЕАЛЬНОЙ ЖИЗНИ ЛЮДЕЙ. СИЛА И МОЩЬ РЕВОЛЮЦИИ КРОЕТСЯ В ПРОСТОМ ЗАМЕРЕ ДЛИТЕЛЬНОСТИ И РЕЛЬЕФА ЭТОГО РАЗРЫВА - В ПРОСТОЙ ДЛИТЕЛЬНОСТИ ВРЕМЕНИ НЕОПОСРЕДОВАНИЯ НЕПОСРЕДСТВЕННОГО НЕОПОСРЕДОВАНИЯ ТОГО, ЧТО "ЖИВЕЕ ВСЕХ ЖИВЫХ".

Непосредственное русской истории было представлено феноменом преобразовательной силы Петра Великого. Необходимым определением этого феномена была, конечно же, ЕВРОПЕИЗАЦИЯ РОССИИ. О достаточном определении спорят до сих пор, ведь, понятно, что исторический успех, сопутствовавший этой попытке, задействовал и собственные основания Русского, не сводимые к какой-либо подражательности, с которыми вступил в резонанс ЕВРОПЕЙСКИЙ проект Петра. Спор о достаточных определениях того феномена, который состоялся в истории как грандиозный исторический успех в деле европеизации России, успокаивается на РУССКОЙ ЛИЧНОСТИ Петра Великого, в которой, как в вещи в себе, усматривается, но не рефлектируется Русская самость Свершенного.

Начнем с того, что БОЛЬШЕ ТАКИХ ГРАНДИОЗНЫХ УСПЕХОВ, КАКИМ БЫЛ УСПЕХ ПЕТРА ВЕЛИКОГО, В РОССИЙСКОЙ ИСТОРИИ НЕ БЫЛО - ПО КРАЙНЕЙ МЕРЕ, ПОКА. Это хорошо знает русское подсознание, фиксирующее в качестве болтовни все иные позиции, даже если они надлежащим академическим образом оформлены и представлены.

Итак, "ВЕЛИКАЯ ЕВРОПЕИЗАЦИЯ РОССИИ + ЛИЧНОСТЬ ПЕТРА ВЕЛИКОГО" - ТАКОВА ФОРМУЛА УСПЕХА РОССИИ В ИСТОРИИ НОВОГО ВРЕМЕНИ, ФОРМУЛА, СМЫСЛ КОТОРОЙ ПОКА НЕ ОТРЕФЛЕКТИРОВАН, НЕ ПОНЯТ, НО САМА ФОРМУЛА ВЫПОЛНЯЕТСЯ, ДЕЙСТВУЕТ. Это такая теорема Ферма России, доказательство которой было настолько просто, по мнению Ферма, что он даже не удосужился его записать, - так эта теорема до сих пор и не доказана (доказательство, предложенное в конце 90-х английским ученым и принятое математическим миром - это всего лишь "показательство", увязка теоремы Ферма с современным математическим аппаратом, и не более того).

С этой точки зрения видно, что вся ПОСЛЕПЕТРОВСКАЯ - ДОЛЕНИНСКАЯ история России - есть ПРОСТЕЙШЕЕ ЗАТЯГИВАНИЕ, ЗАВИСАНИЕ (ПОДВЕШИВАНИЕ) РОССИИ В ДЕЛЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА ТЕОРЕМЫ ПЕТРА ВЕЛИКОГО И РАДИКАЛЬНОЕ НЕПОВТОРЕНИЕ, КОНСЕРВАТИВНО-САМОДЕРЖАВНЫЙ ЗАПРЕТ НА ДЕЛАНИЕ ДЕЛА ПЕТРА ВЕЛИКОГО, САМОДЕРЖАВНЫЙ ЗАПРЕТ НА ИСТОРИЧЕСКИЙ УСПЕХ РОССИИ, САМОДЕРЖАВНОЕ ТАБУ НА ВСЕМИРНО-ИСТОРИЧЕСКОЕ СОБЫТИЕ РОССИИ.

Итак, вот что происходило с Российским государством все ЭТО (ПОСЛЕПЕТРОВСКОЕ - ДОЛЕНИНСКОЕ) время. Что же происходило с обществом? Давайте верить на СЛОВО самим историческим участникам этих событий, а не пытаться быть умнее их в их собственном времени, как это стало сегодня модно, когда переходные либералы-болтуны поучают Пушкина - как ему надо было правильно относиться к Царю, а Герцена - как ему надо было возлюбить Александра Освободителя. А участники истории пишут нам, потомкам, и передают вот такое свое ЖГУЧЕЕ ОЩУЩЕНИЕ-ПЕРЕЖИВАНИЕ: ОБЩЕСТВО ПЕРЕЖИВАЛО ВСЕ БОЛЕЕ РАСТУЩЕЕ ОТЧУЖДЕНИЕ С ВЛАСТЬЮ, ДЕГРАДИРУЮЩЕЙ И НЕ ТОЛЬКО НЕ СПОСОБНОЙ ПРЕВЗОЙТИ УСПЕХ ПЕТРА ВЕЛИКОГО, НО И ОТПАДАВШЕЙ ВСЕ БОЛЕЕ ОТ ЕГО ДЕЛА. ЕКАТЕРИНА ВЕЛИКАЯ только продемонстрировала успех дела Петра, как дщерь Петрова, и на том СВЕТИЛЬНИК РАЗУМА РОССИЙСКОЙ ИСТОРИИ УГАС, ОБЩЕНАРОДНО ЗНАЕМОЕ СЕРДЦЕ ВЕЛИКОГО ПЕТРА БИТЬСЯ ПЕРЕСТАЛО.

ОТСУТСТВИЕ РЕАЛЬНОГО ПРОДВИЖЕНИЯ ДЕЛА ПЕТРА ВЕЛИКОГО САМОДЕРЖАВНОЙ ВЛАСТЬЮ, РАСПАД ВСЛЕДСТВИЕ ЭТОГО СОЮЗА ГОСУДАРСТВА И ОБЩЕСТВА В ДЕЛЕ РЕФОРМАЦИИ РОССИИ, СОЮЗА, УСТАНОВЛЕННОГО ПЕТРОМ ВЕЛИКИМ, ОТСУТСТВИЕ, ДЛИВШЕЕСЯ БЕЗ МАЛОГО ДВЕСТИ ЛЕТ (!!!!!), СЛОМАВШЕЕ ТЫСЯЧИ РОССИЙСКИХ ПАССИОНАРНЫХ СУДЕБ, ГЕНИАЛЬНО-ОТ ПРИРОДЫ-ТАЛАНТЛИВО ГОТОВЫХ К ВЕЛИКОМУ ДЕЛУ РЕФОРМАЦИИ - ВОТ ИМЕННО ЭТО ИСТОРИЧЕСКОЕ НЕБЫТИЕ И ЕСТЬ НЕПОСРЕДСТВЕННО ФЕНОМЕН "ЛЕНИН".

В чем же состоит Урок Ленина? Урок Ленина состоит в том, что всегда ПОБЕДИТ ОБЩЕЕ ДЕЛО РОССИИ (и элита будет в нем участвовать хоть чучелом, хоть тушкой). РОССИЯ БЕРЕМЕННА НЕ РЕВОЛЮЦИЕЙ, РЕВОЛЮЦИЯ - ЭТО ВЫКИДЫШ, РОССИЯ БЕРЕМЕННА ОБЩЕМИРОВЫМ ОБЩИМ РЕАЛЬНЫМ ДЕЛОМ РАЗВИТИЯ. Кроме того, Россия всегда будет страной внутреннего Дела, в не внутренней политики, потому она и нарождает каждое историческое время необходимое количество природного пассионарного человеческого материла для демиургической работы. Потому и победили, взяли власть большевики, являясь самой незначительной политической силой, потому что история знала, что победив, они НАЧНУТ ДЕЛО ДЕЛАТЬ. Пока все крупные военно-политические силы стояли и любовались собой, чего-то ждали, - большевики, взяв власть, начали делать общее дело России, которое тормозилось два столетия, - начали делать ТАК (ЭЛЕКТРИФИКАЦИЯ, ИНДУСТРИАЛИЗАЦИЯ, КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ и др), как это было единственно возможно в условиях народа и интеллигенции, ОБЕЗУМЕВШИХ от ДВУХСОЛЕТНЕГО ВЫНУЖДЕННОГО БЕЗДЕЛЬЯ, ОТ МЕЛКОТРАВЧАТОГО САМОДЕРЖАВЬЯ, ПРЕПЯТСТВУЮЩЕГО ВСЕМИРНО-ИСТОРИЧЕСКОМУ СОБЫТИЮ РОССИИ.

Сегодня необходим, возможен и БУДЕТ НОВЫЙ ПЕТРОВСКИЙ ПРОЕКТ, НОВЫЙ ЗЕНИТ РОССИИ, КОТОРЫЙ ПРОИЗОЙДЕТ ИЗ ВОТ ТАКОГО ОСЕВОГО ПОНИМАНИЯ ТОЙ ТОЧКИ НАДИРА, В КОТОРУЮ МЫ СКАТИЛИСЬ ПОСЛЕ ПЕРВОГО ПЕТРОВСКОГО ПРОЕКТА В СИЛУ ОТСУТСТВИЯ ЕГО ПРОДОЛЖЕНИЯ НА НОВОМ УРОВНЕ, В КАЧЕСТВЕ, В ВИДЕ ОБЩЕГО ДЕЛА СТРАНЫ. СЕГОДНЯ СУЩНОСТЬ НОВОГО ПЕТРОВСКОГО ПРОЕКТА - В "ЖИЗНИ СВОИМ УМОМ", В ГРУППЕ МОЗГ НОВОЙ РОССИИ КАК ГУМАНИТАРНОЙ СИЛЕ ИНСТИТУЦИОНАЛЬНОГО РАЗВИТИЯ РОССИИ.

Веневцев - Найшулю. Я перед вопросом хотел бы заметить, что я с вами, в общем-то, почти во всем согласен. По крайней мере, когда Вы говорили как институциональный экономист. Но вот где закавыка: в чем отличие последователя Коуза от либералов или так называемых либертарианцев? Либералы, кроме чисто экономического метода, несут в себе ценности. Например, личной свободы. Институционалисты не несут никаких ценностей. Они в чистом виде ученые. Если я - институционалист, а вы хотите сформировать, предположим, православную империю, то я вам тут же понадоблюсь, потому что нужен инженер, который спроектирует по правилам эту империю. Но если вы не знаете, что вы хотите - империю, республику, рынок, то я вам ничем не помогу, пока вы не сформулируете цель, которая лежит за пределами экономики.

Шилов: Поскольку институциональными экономистами у нас все становятся как-то от случая к случаю, во всяком случае - никакой институциональной теории Реформы и институциональной же модели конкурентоспособности не предлагалось, за исключением соответствующего предложения Группы Мозг, то вопрос товарища напоминает знаменитый вопрос к Чапаю: "Ты за кого - за большевиков, али за коммунистов". Веневцев тут спрашивает у Найшуля: "Ты за кого - за либертарианцев, али за институционалистов", совершенно ошибочно приняв теорему Коуза за некий закон Ньютона, которую сам Коуз всячески запрещал трактовать в смысле опредмечивания экономических институтов как "инерциальных систем отсчета, которые движутся равномерно и прямолинейно" в механическом пространстве институциональной инженерии, лишенном ценностных измерений. Институционализм, к сведению товарищу Веневцева, рождался как ценностная критика экономического детерминизма. И сами институты впервые появились в экономической теории, как ЦЕННОСТИ, ЦЕННОСТНЫЕ АКСИОМЫ И РЕАЛИИ, КАК ИНСТИТУЦИОНАЛЬНЫЕ ОГРАНИЧЕНИЯ. Посему подозреваю, что данный "институциональный инженер" не то, что империю не спроектирует, но даже и скворечником детвору не порадует.

На всем протяжении переходного периода практически полностью реализован интеллектуальный потенциал монетаристской модели рыночных преобразований. Созданы основания рыночной экономики. Однако, следующий (согласно рыночной экономической теории) этап реформ, завершающий переходный период и обеспечивающий выход России на путь устойчивого развития в начале XXI века, все никак не может начаться в отсутствии новой методологической модели экономического развития. Мировое теоретико-интеллектуальное развитие в экономической сфере вот уже ряд десятилетий выдвигает модель институционализма в качестве сквозной темы второго, после монетаризма, уровня фундаментальных рыночных преобразований. Именно институционализм только и способен придать начально-сформированной общественно-экономической системе устойчивость, эффективность и динамичность через становление группы (матрицы) новых экономических институтов саморегулирования, соответствующих рыночным принципам модернизации. Позиции институционализма отстаивает ряд ведущих экономических школ Запада - американские институционалисты (основатели школы - Т. Веблен, Д. Коммонс, У Митчелл работали параллельно с основателями монетаризма, находясь на тот период, 30-50 г.г., в их тени) и неоинституционалисты (один из основателей - Дж. Гэлбрейт, в течении ряд лет советник Президента США, президент Ассоциации экономистов США), французская институционально-социологическая школа (основатель - Ф. Перру), шведская школа институционализма (основатель - Г. Мюрдаль, Нобелевская премия по экономике, 1974 г.). Признание перспектив данного направления выразилось в присуждении Нобелевской премии по экономике виднейшим представителям неоинституционализма - Р. Коузу (1991 г.), Д. Норту (1993 г.). Особый раздел в новой институциональной теории образует экономика права (Р. Коуз, Р. Познер, Г. Калабрези), которая занимается выработкой моделей правовой самоорганизации рыночной среды. Важнейшее направление институционализма составляет теория общественного выбора как социально-экономическая (социально-либеральная) теория капиталистического общества, основоположником которой является также Нобелевский лауреат (1986 г.) Дж. Бьюкенен. Вообще говоря, "мейнстрим" экономической теории последних десятилетий, фиксируемый Нобелевскими премиями по экономике, связан, как правило, с признанием тех или иных заслуг в разработке отдельных направлений институциональной теории. И это понятно, так как именно институционализм озабочен решением вопроса об устойчивом развитии капиталистического общества, основанного на рыночно-монетарных основаниях, - на поиске такого вида общественно-экономического развития, которое было бы основано на принципах рыночного саморегулирования и гуманитарной капитализации (экономического развития человеческого измерения). При этом, в целом, базовая институциональная теория экономики признается еще не созданной. Потому тема институционализма может стать внятной идеей и новым языком дальнейшего экономического развития России. В этом смысле, особое значение может получить российская разработка теории электронного институционализма, которая, в частности, последовательно осуществляется на базе ГРУППЫ МОЗГ. Научная новизна идеи электронного институционализма может быть охарактеризована следующим образом. Институциональная теория использует в качестве "единицы экономического знания" институты, которые являются понятиями, отображающими общепризнанные в обществе нормы поведения людей (обычаи, традиции, правовые, политические и экономические нормы), а также общественные образования, в которых эти нормы реализуются практически (семья, государство, корпорация, фирма и т.д.). Институты в данной теории чаще всего принимаются как аксиомы. Применение новых информационных и электронных технологий рассматривается в институциональной теории только как фактор модернизации существующих институтов, формирования их новой техноструктуры, позволяющей выйти на новое качестве решения институциональных проблем.

ГРУППА МОЗГ вводит понятие "электронного института" как отдельного, самостоятельного института среди других традиционных и иных современных институтов, носящего аксиоматический характер для нового формирующегося типа деятельности - коллективной человеческой деятельности, для которой электронная среда является материальным носителем и сферой реализации установок, норм, принципов, целей, задач и ценностей данной деятельности. Таким образом, создается важнейшая предпосылка для формирования нового направления институциональной теории - электронного институционализма. Точная и внятная постановка вопроса об электронном институционализме является инновационной в сфере современного интеллектуального развития институциональной и, в целом, экономической теории. В современной экономической теории и политико-экономической практике западноевропейской цивилизации речь идет пока только о возможности нового качества экономического развития (нового качества социально-экономических институтов), которое может быть достигнуто с помощью информационных технологий. Речь там еще не идет о полноценных электронных институтах социально-экономического развития, об их генезисе и структуре. Это и понятно, ведь в многослойной, политико-экономической устоявшейся культуре развитых стран постановка вопроса об электронных институтах развития тонет в массе факторов ситуационных состояний и ньюансов, специфических противоречий "тонкого уровня" общественной организации. В России же, где речь идет о становлении нового рыночно-информационного общества практически "с нулевого цикла", на обозримом жизненном пути одного-двух поколений, во временном формате, доступном анализу и моделированию, вопрос об электронных институтах развития стоит внятно и остро, образует фундаментальный вызов возможного прорыва в новое экономическое качество.

Электронно-институциональная модель конкурентоспособности - искомая модель "сквозной" конкурентоспособности ("конкурентоспособности экономики, государства, общества, человека"), о необходимости которой заявил Президент В. Путин. Фундаментальной предпосылкой разработки и внедрения электронно-институциональной модели конкурентоспособности является позиция власти о необходимости "сквозной конкурентоспособности" государства, общества, личности - позиция о конкурентоспособности институтов, как они фиксируются в институциональной рыночно-экономической теории. При этом конкурентоспособность личности, человека и гражданина - это базовый элемент всех форм конкурентоспособности в свете институциональной рыночно-экономической теории. Электронная институционализация способна обеспечить лавинообразный рост конкурентоспособности, возникающей с самого базового уровня самоорганизации - с уровня человеческого измерения, так как в ее ходе впервые образуется то пространство деловой и информационной коммуникации, в котором человеческий капитал имеет непосредственное экономическое значение и употребление. В электронно-институциональном пространстве конкурентоспособность раскрывается как, прежде всего, человеческая способность, которая и образует рынок как структуру человеческого измерения. Становление электронных институтов - это путь решения главной модернизационной проблемы страны, состоящей, по мнению ведущих экономистов-практиков, в поиске рыночных форм унификации институтов, в первую очередь, экономического развития, складывавшихся на всем протяжении переходного периода, - путь осуществления структурной экономической политики как политики электронно-институциональной. Различные институты всех сфер экономики, общества, государства единообразно идентифицируются по признакам наличия собственности, ответственности и компетенции, различаются по степени конкурентоспособности, что открывает путь формирования самодостаточных электронных институтов как "институтов идентификации институтов", связывающих воедино все многообразие социально-экономической жизни в едином человеческом измерении и создающих новую ступень рыночного пространства высокоэффективное "пространство конкуренции институтов", "чистое пространство развития" как сферу торжества либеральной идеи и непосредственной гуманитарной капитализации экономической деятельности (в неэлектронных институтах гуманитарная капитализация экономической сферы всегда опосредована).

Электронный институционализм - важнейшая составляющая Модели устойчивого развития России. Именно электронный институционализм, основанный, прежде всего, на концепции применения электронных, "виртуальных" информационных средств, как это не парадоксально, материализует, наполняет реальным содержанием деятельность социально-экономических и гражданских институтов, стимулирует пролиферацию и "естественную координацию" институтов реального развития экономики, общества и государства.

Электронный институционализм - совокупность электронных институтов для эффективных решений и соответствующего интеллектуального и материально-технологического обеспечения деятельности власти и общества, бизнеса.

Новая Россия последовательно-исторически складывается из двух ступеней общенационального интеллектуального развития - Рыночной России (Монетарно-рыночной России) и Электронной России (Электронно-институциональной России), завершающей переходный период новейшей российской истории и обеспечивающей выход страны на путь устойчивого социально-экономического и гуманитарного развития в начале XXI века.

Электронные институты, как правило, формируются на основе электронных рабочих групп не только как оперативные рабочие представительства участников и организаторов общественно-государственных, социально-политических и информационно-экономических процессов в электронной информационно-технологической среде, но и как новые, эффективные "электронные офисы" (объективная реальность новой экономики) - экспертные, мониторинговые и организационно-деловые каналы и интернет-площадки, располагающие всеми необходимыми информационными средствами для непрерывной совместной работы деловых групп во всех регионах России по конкретным проектам в рамках общей стратегии глобальных прогрессивных изменений. Различные форматы каналов и электронных площадок для совместной работы обеспечивают структуризацию работ, экспоненциальное расширение экспертной, информационно-консультационной, справочной, деловой, гуманитарно-организационной и иной ресурсной базы - образуют динамичную инфраструктуру социально-экономической деятельности. В процессе работы электронных рабочих групп формируется "электронный документооборот" ("материальная форма" нового экономического сознания), первоначально связанный с ходом подготовительной и организационно-методической работы по формирования электронных институтов и расширяющийся до разработки элементов и форм экспертной, технической, мониторинговой и деловой документации электронных институтов.

Настоящее сетевое сообщество представляет из себя координируемую совокупность рабочих групп, осуществляющих свою основную деятельность в современном электронном, информационно-технологическом формате, управленческих, проектных, территориальных, экспертных, профессиональных, научно-аналитических, организационно-административных, финансовых и иных профильных рабочих групп.

Программно-технологическая среда обеспечивает как эффективное обслуживание, так и современное информационно-технологическое развитие коллективной работы групп управленцев, экспертов и иных профессионалов по профильным направлениям. Электронная рабочая группа не только преодолевает территориальные, временные, информационно-ресурсные, организационно-практические и иные "естественные" ограничения, свойственные традиционной организации коллективной деятельности, но и является базовым, методологическим элементом современной стратегии корпоративного развития. Идея Электронной (электронно-институциональной) России - значительно более широкая идея реформационного масштаба, нежели предусмотренные федеральной целевой программой "Электронная Россия" тенденции и перспективы внедрения, развития и взаимодействия различных систем автоматизации делопроизводства и электронного документооборота в контексте отношений различных уровней власти с населением. Речь должна идти о формировании электронных институтов, необходимых для реализации конституционно-экономической матрицы. Электронные институты также экспоненциально расширяют число творческих, инновационных рабочих мест. В соответствии с концепцией ГРУППЫ МОЗГ, Электронные институты складываются из деятельности электронных рабочих групп в трехмерной ("живой") электронной среде, которая задается измерениями электронной институционализации трех типов: "электронные площадки для совместной деятельности", "электронный документооборот", "электронное (дистанционное образование) образование". Основной унифицированной функцией электронных институтов является моделирование развития. Моделирование развития как новый стандарт интеллектуальных технологий в настоящее время разрабатывается ГРУППОЙ МОЗГ и имеет соответствующий опыт внедрения. ООО "Группа Мозг" в настоящее время занимается формированием и обеспечением деятельности сетевого сообщества электронных рабочих групп в области правового мониторинга и правоприменительной практики по поручению Комиссии Совета Федерации Федерального Собрания РФ по методологии реализации конституционных полномочий СФ (председатель комиссии, член СФ Г. Э. Бурбулис). В, частности, формируются электронные рабочие группы по подготовке Всероссийской научно-практической конференции "Мониторинг правового пространства и правоприменительной практики" (совместно с Советом законодателей и Российской академией государственной службы при Президенте РФ), по мониторингу межбюджетных отношений (совместно с учебно-методическим центром Финансовой академии правительства РФ "Бюджетник"). Кроме того, по заказу НК "Московская Корпорация содействия развитию местного самоуправления и городского благоустройства", ООО "Группа Мозг" формирует сетевое сообщество электронных рабочих групп, обеспечивающих совместную деятельность предприятий, муниципальных организаций, фирм, занятых в сфере городского благоустройства столицы. В настоящее время также ведется методологическая разработка Электронных рабочих групп для политической партии "Союз правых сил" - Электронная рабочая группа "Электронная партия", а также для строительной компаний "СпецСтройИнжиниринг" - Электронная рабочая группа организаторов и участников рынка производителей оборудования для нефтегазовой промышленности. Стратегия электронного институционализма есть конкретная модель структурной экономической политики, фундаментально ориентированная на формализацию экономических процессов информационно-технологическими средствами.

Найшуль. Я бы хотел качественное государство. Как я вижу эту качественную государственность? Есть такой термин - "перфекционизм". Я бы его перевел на русский язык как "совершенство".

Шилов: В стихах об откровении Моисею при Неопалимой купине Иоанн Дамаскин употребляет перфектную форму глагола, означающего "показывать, разъяснять, обнаруживать, проявлять" (обозначая, таким образом, уже открытое, т.е. уже свершившееся Откровение) и утверждает, что это откровение мы ныне видим.

Нуреев - Найшулю. Просто когда Вы говорили про государственные цели и государственные задачи, говорили про институты и язык... Не знаю, как институт, а язык, уж точно, не предмет экономического мышления...

Найшуль. Дело в том, что институциональный экономист - это такая интересная позиция, поскольку это не только экономика, но и все институты, которые на нее воздействуют.

Валитов. С моей точки зрения, вопрос языка - это второй вопрос. Если дискурс логически выстраивать - это второй или даже третий пункт. И ответ на вопрос о том, есть ли у нас этот язык, нет ли у нас этого языка, можно обнаружить только тогда, когда начнем по смыслу дела обсуждать и переходить в содержание. Никто пока эти дискурсы не разворачивал. Поэтому, с моей точки зрения, тезисы Найшуля, о том, что у нас нет языка, просто преждевременны, а может быть, и ошибочны.

Найшуль. Я еще хочу сказать о языке. Я обычный исследователь, единственная особенность, которую я могу за собой заметить, - это способность преждевременно "каркать". Когда я в 1981 году ваучер изобрел он никому не был нужен. Ваучер - часть логической цепочки. Как только вы додумаете российский кризис 1979 года, то на конце логической цепочки вы получите ваучер. Теперь я предлагаю то же самое упражнение, но на предмет языка.

Язык и есть главная проблема. Все остальные проблемы по сравнению с этой - туфтовые. Это есть самое мощное средство. Почему? Потому что язык, как мы знаем, несет коммуникативную функцию. И если у вас есть язык, значит, у вас есть содружество людей. Если у вас нет языка, то у вас этого содружества нет. Язык продуцирует языковую картину мира. Языковая картина мира сейчас у нас состоит из чего? Из обломков того, что мы получили в школе на обществоведении, из обломков того, что мы получили в марксоидных курсах в ВУЗах, из обломков того, что мы усвоили из импорта зарубежных впечатлений и собственных поездок за рубеж. Это, собственно, и есть тот концептуальный аппарат, которым мы пользуемся.

Вы знаете, как назывался народ раньше? Языки. Потому что самоидентификация происходит через язык. И мы не являемся самостоятельным в физическом отношении народонаселением, потому что у нас нет собственного политического языка.

Шилов. Все-таки пусть уж Найшуль останется со славой духовного отца Ваучера, а духовное отцовство Русского языка оставит тому, кто этот вопрос действительно разрабатывал именно в данной постановке с ноября 2002 года в публикациях на сайте "Кремль.орг", что и было отмечено в ряде политтехнологических комментариев (например, http://plutovstvo.ru/index.php?pg=news&id=311&this_date=2003-01-20 "Партия "Единая Россия" будет переформатирована в Партию Русского языка?")

Что господин Найшуль сие заметил и отметил как грядущий "мейнстрим" приятно, но, поскольку я все же - не западноевропейский академический классик, а местный, хотелось бы все-таки большей точности в отношении авторства, тем более, что все равно придется объяснять уже действующим потомкам, откуда такая догадка родилась, если она непосредственно не зафиксирована в текстовой работе и лишь отдаленно связано с ходом мыслей цитирующего, который был уже ранее известен публике.

Так и быть, процитирую себя сам. Десятки статей, возьму вот, скажем, Эту http://kreml.org/experts/1042978401 (19.01.03 15:13) "Русский язык сущность Новой России, или Путь- in ("инь", если угодно) как топологический переход от "Единой России" к Единой России": (Начало цитаты) "Подобно тому, как естественно-научные дисциплины в своей собственно научной, имеющей текстовое выражение, работе имеют дело не с вещами и "явлениями природы", но с числами (формулами), так и гуманитарные дисциплина, буде они возжелают обрести качество действительного научного знания, должны иметь дело не с людьми, событиями и институтами, но со словами, с языком людей, событий и институтов. Так реальным объектом истинной экономической теории является не "экономика", а, строго говоря, один только язык экономики, - только в этом случае мы будем иметь дело с теорией, а не с терминологическими испарениями мятущегося ума. Проблема, безусловно, состоит в дефиниции, "схватывании" языка экономики (применительно к данному примеру), но это проблема решаемая. Язык всякой реальности есть сущность этой реальности и ее бытие, но, прежде всего, он есть язык в чистом виде, сам по себе. Книга человеческой истории написана на языке риторики (науки об употреблении языка). Всякое событие в своем сродстве с другими событиями, как располагающее временем своего пространственного развертывания, есть, на деле, суждение, присутствующее собственной мерой истинности, обладающее структурой и имеющее исток. Марксизм зависает между "критикой чистого разума" как про-зрением системы чистого разума и грядущей риторической теорией мира как искомой системой чистого разума - век двадцатый зависает между веком девятнадцатым и веком двадцать первым как раскрытая бездна, которую необходимо запечатать. Немецкое философское дело отныне передано Новой России. Российская история должна быть понята сегодня как история Новой России, не из прошлых российских историй. Что за эпохой станет Эпоха истории Новой России? Что является сущностью ее становления, сущностью многих (всех) российских историй? Что это такое, ведь оно - одновременно то, чем располагает каждый из нас в качестве повседневности по "догражданственному", естественному обычаю? ... Нужен иной формат самопредставления, идентификации для человека, биографически связанного с этой страной и желающего "получить" из нее Новой Россию вместе с другими людьми. Человеку необходимо отформатировать собственное обыденное сознание как не только конкурентоспособное в современном и, прежде всего, западном мире, но в качестве непосредственного наличного гуманитарного капитала. Кантовский тезис о том, что "сто действительных талеров равны ста возможным талерам" становится в современном мире материальной силой. Во всяком случае, все наши олигархи грубо воспользовались одним из практических следствий этого тезиса, в то время как его потенциал значительно шире и связан с выработкой стратегии развития как экспоненты капитализации. Всеми благами материального мира человек в "срезе" человеческой неживотной сущности способен воспользоваться только сознательно, в форме сознания, его моментов и состояний (включая состояния власти, удовольствий и так далее). Посредством форм, моментов, состояний и структур сознания человек и создает, употребляет, присваивает (или иное) эти блага. То есть "в человеке" сознание всегда имеет дело с самим собой, делит собой человека. Язык - живое тому доказательство. Если бы непосредственный контакт человека с реальностью (вне сознания и речи как бытия сознания), включая и обладание оной (институт собственности), существовал, то не было бы такого обстоятельства как "человек". Язык есть главный капитал, обладание и наращивание которого всегда является свободной возможностью человека, которой он практически всегда располагает неограниченно. Язык, как язык экономики, форматирует материальный экономический мир, но сам этот мир возможен и черпает потенциал из общей платформы языка, площадки, на которой размещается человечество, всеобщей программы исторического развития. Русский язык есть живое существо Эпохи Новой России, сквозное единство многих (всех) российских историй. Русский язык есть также язык среди других языков, как речевых национальных (номинальных, ноуменальных), так рефлексивных (реальных, феноменальных, - язык науки, язык экономики, язык культуры и так далее). Русский язык - главный герой Новой России, не нуждающийся в "пиаре" для своей "раскрутке". (Вообще говоря, "мат" как "отвратительная=неречевая речь", очевидно, будет сменен впоследствии, в пору историко-половой зрелости населения, постсоветским новоязом, терминологическим игом русского языка.) Смысл, гуманитарная (всеобщая) сила истории раскрывается как движение истины в языке, от народа к народу, как осуществляемое народами, как живущее в народе. Сегодня, - понимая "Сегодня" как начало, исток двадцать первого века, - истина находится, пребывает, при-сутствует в Русском языке. То есть, мы не только конкурентоспособны как управленцы мировой цивилизации, создатели новой экономики и культуры, мы и есть ее новые герои в одну простую человеческую силу Русского языка. Попытка Солженицина методом спекулятивной диалектики раскрыть "Двести лет вместе" упускает главное великую еврейскую миссию выступать телесностью перемещения мировой истины как истины языка в языках мира. Древнейшая истина чистого разума, разрабатываемая в оный период истории классической немецкой философией, истина немецкого языка (или как феноменологически именовал ее Маркс "немецкая идеология") сегодня становится истиной русского языка, будучи транспонирована еврейской миссией марксизма. Вот разгадка "загадки для марксиста", недоумевающего почему именно в России марксизм стал государствообразующей идеологией. В силу именно этого обстоятельства русский язык разработан, насыщен исторически и активирован сегодня настолько, что может решать задачи, которые ставила русская мысль и русская философия Серебряного века, но не могла решить, будучи интеллектуально придавлена немецкой философией, инфантильно относя на ее счет вопрос об истинности. Русский язык - есть гуманитарный капитал личности, самая надежная опора и ресурсный потенциал новой российской государственности, выстраивать, выращивать которую из Русского языка пока не научилась власть. Обучение грамматике русского языка - это лишь элемент Образования в сфере русского языка, поскольку сердцевина общественно-государственной жизни - Образование Русского языка самого по себе.

Сущность Единой России - Образование (становление) Русского языка.

Русский язык - это абсолютная общероссийская общенациональная идея, найти которую просил нас Ельцин в своем знаменитом Указе в августе 1996 году. Верно и другое, Русский язык - это, прежде всего, не сами уже русская культура и письменность, а именно предшествующая им в качестве основания и истока русская идея, непосредственно определяющая ход российской истории.

Русский язык есть исток, цель и метод самого себя, поэтому Образование Русского языка есть цепь событий общественно-государственного единения.

Способна ли закавыченная "Единая Россия" (как бы Единая Россия) на прорыв к партии правящего большинства, на который указывает Г. Павловский. Безусловно, способна, как и всякое движение в сфере русского языка. Общим местом является также и то, что для этого ЕР нужна "идеология". Настоящая статья и посвящена свободной, неаналитической разработке того содержания, что скрывается за этим общим местом. Так, например, в цитированном выше номере "Эксперта" группой лиц определена и вынесена на обложку журнала "Повестка дня": "построить капитальную базу экономики/начать промышленную политику/создать национальную инновационную систему/соединить политические партии и общественные интересы/участвовать в строительстве нового мирового порядка/родить реальное консервативное движение". Вообще говоря, подобную методу прекрасно описал Гоголь в "Женитьбе": "Кабы нос Алексей Петровича приставить к ушам Пал Степаныча и т.д." Суть ясно: вышеуказанная Повестка попросту невозможна. Она не образует идеологию как полифонию языковых реальностей, разрывается.

Русская идеология - есть мышление, истоком, методом и целью которого является русский язык как бытие русской истории. Исторический потенциал и резервуар истинности русского языка - основание раскрытия русской идеологии как мировой (одной из мировых) идеологий. Так раскрываемая идеология является (становится) основной материально-технологической, социально-экономической силой, а в основе ее - "всего-то" первичная языковая идентификация обыденного сознания. Русская идеология управляет новейшей российской историей (каждый август напоминает о себе, точнее, о своей заброшенности), идеология как языковая реальность имеет вид ленты мебиуса: вы полагаете, что двигаетесь в одной плоскости, в рамках "инерционного сценария", но через какое-то время в периоде обнаруживаете, что двигаетесь в противоположном направлении. Доказательства, мне кажется, можно даже и не приводить. Мы двигаемся по поверхности русского языка, подобно улитке, и нас убеждают, что эта улитка сможет убежать от Ахиллеса, гибельного кризиса, догоняющего эту страну. Необходимо проникнуть в сущность Русского языка, раскрыть таящиеся в нем силы. Русскость, русское сегодня есть перегруженность визуальным, есть "среда визуализации" как особого типа рефлексии (по словам также С. Аверинцева). Есть два пути: артикуляция визуального в языке и тотальная технотронная визуализация. Путь древнегреческой риторики (риторики Великих демократов), где "эйдос" (идея) осмысливается, рассматривается как "внешний вид", где истина живет рядом с людьми, в быту как в бытии. И второй путь: безистинностный мир зрячей пустоты.

Становление Русского языка - естественно-исторический общественно-государственный рост, составляющей которого является и рост экономический.

Общая задача - "разведывание" Российского как такового. Есть ли у него собственная, жизнеспособная сущность, и, если выясняется, что есть, то - что она такое? Осмысливал я следующее собственное представление: для меня Российское, Россия - это всего несколько вещей. В порядке значимости, не очередности - это Дух (разумное чувство) трех августовских дней 1991 года (я в эти дни открывал первое в Белоруссии негосударственное учебное гуманитарное заведение и проводил набор студентов, ощущая себя частичкой этого Духа), Дух Сахарова (не оформленный в мысль), человеческий "край" риторики Горбачева, оказавшийся бритвой Оккама для СССР и КПСС, проблески эйнштейновского безумия Ельцина, в особенности, грядущие в этом году. Более ничего действительного в этом пространстве Российского я не нахожу. Убедиться в этом можно очень просто. Достаточно взять речи и статьи демократов первой волны, когда люди еще пытались выразить нечто осмысленным образом (говорить о том, "что", а не только о том, "как"), чтобы понять, что они, и десяти лет не прошло как, совершенно устарели (борьба с привилегиями и так далее). В то время, как журнал "Федералист" двухсотлетней давности сохраняет свое значение и поныне как содержательная разработка основ американской федеративной государственности. Его элементарно интересно читать мыслящему человеку.

То есть, сущность Российского не артикулирована, возник жест, поступок, но не возник еще Русский язык. Я говорю о Русском языке не как об этнонациональном, культурном явлении, а о Русском языке в чистом виде.

Поясню. Павловский говорит о приходе поколения горожан. Сообразно статистике, с 1968 года динамика городского населения впервые опередила динамику сельского населения у нас в стране. Вот поколение это проявляется сегодня: Абрамович, Дерипаска и другие. Что оно использует, на что опирается как на "подручное средство"? На деньги и власть в постсоветской форме, форме, производной от советской, которую в своей работе Кордонский раскрывал как капитал связей, отношений, привилегий, образующий, по его мнению, капиталистическую основу советского хозяйства. Есть другая часть поколения, к которой я имею честь принадлежать. На что может опереться эта часть поколения, что она может использовать как "подручное средства" для самореализации? Или должно ждать пока подрастут выводки господ олигархов, подучатся на западе и откроют музеи современного искусства и университеты? Как бы то ни было, времени на это нет у самой страны. Эта часть поколения имеет единственное только достояние - Русский язык, и она вынуждена разрабатывать и форматировать его таким образом, чтобы "из ста возможных талеров русского языка получить сто действительных талеров". Как если бы на переговорах об инвестициях преимущество было у переговорщика, владеющего русским языком. Какая часть поколения для материи-истории более ценна? Та, что обеспечит капитализацию и конкурентоспособность России в современном мире. Вот я и утверждаю, что с постсоветскими деньгами, властью и собственностью мы далеко в современном мире не уедем. В действительности нового века капиталом становится реальное новое мышление, которое раскрывается как язык. Владение русским языком как владение новым мышлением. Ведь говоря о "Капитале" в начале прошлого века - было еще большее непонимание того, как некая абстракция капитала изменяет мир. Иначе говоря, новая книга новой доктрины нового века должна бы называться "Язык" (Конец цитаты).

А вот из недавнего: (Начало цитаты): Русский человек не есть "политический человек". Для знакомых с историей европейской философии (рациональности) и фундаментальной структурообразующей ролью аристотелизма в ней, точнее прозвучало бы, конечно, определение "политическое животное", однако, в той системе не вполне просвещенного чтения, которую мы имеем, такая дефиниция выглядела бы бранью. Смысл аристотелевского определения состоял в выявлении того "прилагательного", предиката, который и есть, собственно говоря, имя существительное, сущностное, раскрывающее субъективность самого субъекта. И по сю пору в истории мышления не выработан опыт разума, дефинирующего сущность человеческого лучше, чем опыт различения человеческого и животного. Человеческое в аристотелевско-европейской рациональности вычисляется как значение разности между человеком и животным.

Русский человек не есть "политический человек" Старого европейского света, "политический человек"

Русский человек не есть и "экономический человек". Русский человек не есть "экономический человек" британско-штатовской формации.

Вся совокупность характерологических черт русского человека, русскость, как она феноменологически схватывается в русской литературе, в повседневности, как в само-бытности, в быту бытия, - вместе со всем разнонаправленным оценочном средовым контекстом данной совокупности убедительно демонстрирует, что - да, во-первых, русский человек не есть политический человек, не есть староевропеец, и, во-вторых, русский человек не есть "экономический человек", человек Нового американского света Старой Европы (это принципиально важная лингвоформула, в которой американизм фиксируется не как Новая Европа, но, прежде всего, как Новый свет Старой Европы, раскрывшийся, взошедший через великобританский горизонт Старой Европы).

Русский человек, в-третьих, есть европеец, то есть, идентификация русскости улавливает, содержит в себе базовый ген европейскости, который присутствует во всех прошлых, настоящих и будущих формах европейскости - ген античного рационализма. Доказательство тому - русская классическая литература, которая для существа русского характера, коренящегося в русском языке, и есть сама русская жизнь. Особый христианский обряд русской культуры, имеющий византийскую природу, есть русская поэтика как фундаментальное человеческое, интеллектуальное измерение Русского языка. Здесь мы используем тот же методологический прием, к которому прибегли в начале данной электронной статьи, а именно: мы определяем как поэтику человеческое существо языка, отличающее его от языка животных, миметических языков и иных форм коммуникации "всего со всем", из которых (форм коммуникации, прариторики) и состоит природа. Поэтика как изначальная структура литературы есть человеческая структура языка, методологические основание его генезиса и методографическое основание его структуры.

Русский человек - это загадочный европеец. Русская душа воспринимается как "черный квадрат" европейскости. Русский человек - этот тот европеец, который не является ни политическим, ни экономическим человеком. То есть, русский человек - это Европеец той Европы, которой еще нет. Европеец Новой Европы, Грядущей Европы. Европеец той Европы, которой нет, но которая была Греция, и вернется.

Русский человек есть новый человек, возникающий из истории мышления, он - непосредственный продукт, результат Переоценки ценностей, результат Великого возвращения всего человечества от Времени к Бытию, прорыва из Истории Нового времени к Истории Нового бытия. Таков русский человек как смысл Русской истории, как порождение, святая простота и житие Русского языка.

Русский человек есть математический человек. Это принципиально новая сущность человека сравнительно с его политической и переходной экономической сущностями. Эта сущность еще не институционализирована. Институционализация математической сущности русского человека и представляет собой гончарное дело создания Новой России, новой русской цивилизации как единой гуманитарной цивилизации.

Математическое, как новая сущность человека, "человеческого животного", сравнивается с политическим и экономическим по методологическому основанию Свободы. Математическое есть исчисление свободы. Политическое лишь только предполагает исчисление свободы, является исторической предпосылкой, субстанциональной формой истории, для образования исчисления свободы. В экономическом же, как в переходной форме, в которой смешаны, не отделены еще друг от друга политическое и математическое, идет их борьба, война, победитель в которой - математическое - определен уже заранее, но должен теперь выкристализоваться в процессе этой войны как новое единое методографическое основание общественной коммуникации, общественного договора, как исчисление общественного согласия.

Либерализм, как граф свободы, как тензор истории, всегда был руководящей нитью чутья человеческого животного. Либерализм вел политического человека, ведет экономического человека, будет вести математического человека. Либерализм есть рациональная теория человеческого выбора, носящая имя (в качестве теории) Свободы. ЛИБЕРАЛИЗМ ЕСТЬ ИСЧИСЛЕНИЕ РЕЛИГИИ. Свобода имеет божественное происхождение как единственный источник человеческой сущности человеческого животного. Мышление, как языковое, человеческое мышление, есть религия, второе основание (вторая сущность) Языка Человека, исчисляющая поэтику, первое основание (первую сущность) Языка человека. Религия есть методография языка, письмо абсолюта, беспредпосылочно сообщающего о самом себе. Религия есть априорная форма поэтики. Политический либерализм религиозен. Экономический либерализм, в значительной степени, в той самой степени, в какой он является переходной формой либерализма, атеистичен, не размышляет об абсолюте. Математический либерализм, русский либерализм, сверхрелигиозен, он более истинным образом религиозен, чем фундаменталистский ислам. В русском математическом либерализме достигается непосредственная форма коммуникации с абсолютом, которая в политическом либерализме существовала только в виде философии (мышления) откровения. В русском математическом либерализме абсолют является непосредственною телесностью Русского языка, данной в умозрении.

Русский человек, русский характер - "железный либерал", "свободный радикал" по природе своей, какие бы взгляды он не произносил, какие бы посты не занимал, вплоть до высшего государственного поста. "Звуковой смысл" русских речей, как бы они не были тематизированы, проблематизированы, концептуализированы, прагматизированы, терминологизированы, - это смысл и внутренняя интонация русского математического либерализма. Для математического либерала уверенность и убежденность имеет железный математический смысл, так как основана на высшей форме достоверности - на математической достоверности, которую в огромных количествах доставляет по первому требованию Русский язык, который всегда "под рукой" у русского человека. Таков смысл явления, именуемого как русский фатализм, основанного, на деле, на достоверности русского математического либерализма, достоверности-исчислимости абсолюта.

Немарксистский взгляд на вещи, чуждый экономического детерминизма, или, хотя бы, осознающий его границы, в социально-экономической области начинался со взглядов Вебера и зафиксирован такой его парадигматической вещью, как "Протестантская этика и дух капитализма". Однако, перед Вебером не стояла задача СОЗДАНИЯ ДУХА КАПИТАЛИЗМА, он лишь фиксировал немарксистское обстояние дел в среде реального бытия.

ЗАДАЧА НОВОЙ РОССИИ КАК БАЗОВАЯ ЗАДАЧА МАТЕМАТИЧЕСКОГО РУССКОГО ЛИБЕРАЛИЗМА ПРЕДПОЛАГАЕТ ВЫРАБОТКУ РУССКОЙ ЭТИКИ КАК МЕТОДОЛОГО-МЕТОДОГРАФИЧЕСКОГО ОСНОВАНИЯ СТАНОВЛЕНИЯ НОВОГО РУССКОГО КАПИТАЛИЗМА.

Основоположением Русской этики выступает теоретическая концепция математического человека как резюмирующего смысла русской истории. Теоретическая концепция математического человека есть субстанциональная концепция, концепция спинозистского рода. В полемике с марксизмом, да и в общем существе истории мышления в целом, социологическое объяснение является недостаточным условием выработки истинной концепции развития, опирающейся на истинные смысл и представление истории. Создание теоретической концепции математического человека - это задача уровня Спинозы, недостижимая для Маркса - по его собственному признанию. Спиноза создал "геометрическую этику", в которой этические императивы показывались как "естественные схемы" субстанциональной организации сущего на основе единой субстанции - природы. Субстанциональный анализ стал впоследствии главной причиной, истоком возникновения первого исчисления, первой рациональной победы бытия над временем, исчисления бесконечно малых ("флюксий") Ньютона-Лейбница, возникновение которого связано с лейбницевской монадологией как методологией субстанционального анализа.

Субстанциональное значение математической сущности человека субстантивирует, проясняет в среде оснований и его политическую и экономическую субстанции. Язык является общим субстанциональным основанием человека как некоторого бытия, располагающего некоторым временем в аспекте, в акциденции победы этого бытия над этим временем. Риторика, таким образом, является истинной, универсальной, единой Этикой.

Русская риторика, располагающая божественном происхождением Русского языка, есть та самая Русская Этика, которая является единым, сквозным основанием институционализации Новой России. Русский математический либерализм является основанием здания нового русского капитализма.

Русский институт возникает из субстанции Русского языка. Таким образом, русский институционализм есть новая форма институционализма. Институт в традиционном понимании схватывается как ограничение, граница рыночных реалий. Институционализм во многом возникал как плод марксистской социологической критики всевластия рыночных сил.

Русский институционализм есть возрождение эллинизма, и он заглубляет понимание сущности института, движется к пониманию более фундаментальному, нежели понимание институтов как институционально-рыночных ограничений. Хайдеггер пишет так: "Обычно, мы полагаем, что границы - суть то, около чего нечто прекращается. Но границы - согласно древнегреческому смыслу - всегда являются характером собирания, а не отрезания. Граница является тем, исходя откуда и в чем нечто начинается, распускается в качестве того, что оно есть. Тот, кому такой смысл границы остается чуждым, никогда не будет способен рассматривать греческий храм, греческую статую, греческую вазу в их присутствии... Граница не отвергает, она выдвигает облик в свет присутствия и несет его".

Я бы добавил, что тот, кому задача увеличения ВВП представляется более приоритетной, нежели задача институционализации, не способен оценить истинную математическую красоту действительного экономического роста, как "чистого из-себя-распускания и сияния". Путь действительного экономического роста, высвобождающего скрытые и несокрыто-самостные силы математической сущности человека, - это сквозной путь человека, а котором Аристотель говорил так: "Но существует путь (к бытию сущего) и он таков по своей сути, что ведет от чего-то более близкого нам, потому что именно для нас оно более явное, к тому, что (потому что оно распускается из себя самого) является чем-то самим по себе более явным и в таком смысле чем-то уже прежде доверенным нам".

Институт как институт развития - это "бытие, как что-то более явное из себя самого". "Вне зависимости от того, рассматривается ли нами оно специально или не рассматривается, оно уже светится; ведь оно светится уже даже тогда, когда мы испытываем то, что является только для нас более явным, то есть то или иное сущее, каковое показывает себя только в свете бытия" (Хайдеггер).

Институт развития есть языковое представление о человеческом бытии. Совокупность институтов развития образует либерально-церковный портал, сферу, внутри которой математический человек живет, живя истинной, живой жизнью внутри языкового бытия.

В настоящей электронной статье мы, таким образом, улавливаем феномен института развития, который мы терминографически фиксируем как "электронный институт". Электронный институт, на самом деле, и есть жизнь Языка как структурообразующая основа всеобщего человеческого роста, всеобщего роста человеческого измерения, как вечная жизнь древа человеческого квалитативизма (количественно исчислимой качественности). Электронный институт есть новая человеческая телесность, которая всегда уже была в человеке, человеком языковая телесность, языковой внешний вид человека. Мысля об этом языковом внешнем виде человека как об "эйдосе" греческой статуи, Рильке писал:

"Здесь нет ни единой точки,

которая бы тебя не видела:

Ты должен переменить свою жизнь".

Электронная цивилизация установится только там и тогда, где и когда будет установлена власть над ней, человеческая власть над электронной цивилизацией.

По существу, старая цивилизация была атомной цивилизацией, которая и завершается атомным веком, веком атомного противостояния и экономико-либеральным механизмом атомизации государства и общества как средством разрешения атомного противоречия. Греческая атомистика как естество времени человеческого бытия была возведена, одухотворена и распространена христианством в верховный принцип европейского рационализма. До этого же греческая атомистика стала парадигматической основой формирования римского права как первого опыта мыслительного нормообразования, выведения норм права.

Русская электроника должна образовать новое естество времени человеческого бытия - математическое естество. Русская электроника есть конкурентоспособное начало русской духовности, генеральный ПРОДУКТ русского мышления, содержащийся в непосредственной и естественной простоте Русского языка в огромных количествах, достаточных для обеспечения жизнедеятельности и нового качества жизни новой единой гуманитарной цивилизации.

Русская электроника образовалась как продукт, потенциал исчисления Русского языка, как механизм самоподдержки и саморазвития Русского языка. Единственная и единая особенность Русского языка состоит в том, что это единственный язык, способный функционировать в условиях завершения, исчерпания импульса божественного первотолчка, в условиях, когда "Бог умер", а, на деле, отошел в сторону, чтобы посмотреть выживет ли его детище самостоятельно. Такая сущность Русского языка является результатом, и, значит, целью всей Русской истории. Таким образом, Русский язык есть изготовленный мировой историй мета-физический (мета-исторический) язык. Язык, на котором говорят после конца истории.

Русский язык есть бытие Русской истории, которое все время и уклоняется от нас и посылается нам, как судьбоносный посыл бытия.

Русский язык - это нечто, наиболее явное и близкое для нас. Он и есть главный институт русской институционализации. Если в традиционном институционализме институты почитаются за ценности, аксиомы общественного бытия, то русский институт - это, по меньшей мере, постоянство и непрерывность переоценки ценностей, то есть, собственно говоря, Русский язык, а, по большому московско-питерскому счету, - новая ценность, Русское мышление.

Непрерывность Русского языка образует рентную структуру экономической модели, которая всегда устанавливается в России РЕАЛЬНО. Рента, как известно, есть "доход от использования фактора, предложение которого абсолютно неэластично, то есть, доход, обусловленный ограничениями в экономической деятельности", - институциональными условиями. МЫ ВСЕ, ОТ НИЩЕГО ДО ОЛИГАРХА, ЖИВЕМ ЗА СЧЕТ РЕНТЫ РУССКОГО ЯЗЫКА, И ПОРА БЫ НАУЧИТЬСЯ ЭКОНОМИЧЕСКИ ОСМЫСЛЕННО ИСПОЛЬЗОВАТЬ ЭТУ РЕНТУ.

Рента Русского языка должна быть использована для создания промышленно-экономической инфраструктуры Русской электроники. Русский язык, вообще, всегда был главной промышленной (продуктной) сферой информационной России, которая (Россия) существовала столько, сколько существовал Русский язык.

Язык есть средство сквозной институционализации жизни людей, все типы и формы институтов есть, прежде всего, сущностные формы языкового бытия людей. Потому-то язык и образует главный инфраструктурный ресурс экономического развития, осуществляющегося в форме экономической институционализации.

Русская электроника как продуктивное (экономическое) измерение Русского языка станет доминантой электронной цивилизации именно в качестве ее гуманитарной, человеческой доминанты, человеческого измерения. Математическая сущность человека, выраженная, нашедшая свое воплощение в Русском языке, образует онтологию нового европейского гуманизма.

Русская электроника как парадигматическая структура мышления подготовлена всей русской классической литературой как литературой присутствия. Греческая атомистика была вызвана мышлением, трагедизированным сущностной неудачей феноменологического схватывания вечно ускользающего на каком-то не схватываемом уровне бытия. Русская электроника есть видение, умозрение русской литературы, которое уже надежно схватывает, фиксирует само бытие в его природе, усматривает на всем печать бытия, работает с "электронным" (=существенным) измерением бытия с использованием более мощной оптики для наблюдения за бытием, с использованием более совершенных языковых инструментов наблюдения.

Русская электроника структурирует присутствие, обеспечивает обмен и связь в рентной экономике Русского языка как экономике присутствия. Западноевропейская экономика, экономика смешанного политико-экономического человека, зависла сегодня над миром, застыла как стрела в отдельный момент времени полета, - как экономика отсутствия, отсутствия непереходной, самотождественной человеческой сущности. В экономике отсутствующей человеческой сущности, где действует невидимая рука рынка (=сила отсутствия, непредставленности математической сущности человека), разнонаправленно действуют, не узнавая себя друг в друге "силы слова" (маркетинг, менеджмент, модели) и "силы числа" (монетарные силы), - действует "алхимия финансов".

Лишь наличие самотождественной человеческой сущности в экономике, лишь "экономика с человеческим лицом", станет реальной новой экономикой новой цивилизации. Сам рынок, вообще говоря, это экономическая (переходная) объективация истинной математической сущности языка. В Русском языке, более, чем в каком-либо другом, достигнуто тождество числа и слова. Именно это обстоятельство фиксируют, когда говорят, что для русского человека слова и есть дела. Сознание состоит из числа настолько же всеобще, насколько биологическое тело человека состоит из воды. Однако, именно Слово является той невесомой точкой сборки, в которой собирается человеческая сущность. Слово восстанавливает своим присутствием словесное, божественное происхождение числа из потока чисел, потока языковой телесности.

Русская электроника - это не просто гипер-конкурентоспособность будущей российской электронной промышленности, это парадигма новой цивилизации, сменяющая греческую атомистику на ее боевом посту Стратега цивилизации. Русская электроника - это проект нового исчисления реальности, технологический (технографический) проект Нового бытия. Основа новой экономики с человеческим лицом математического человека.

Математический русский либерализм является теоретической базой Русской электроники, методологическим Духом Русской электроники.

Русская электроника есть, прежде всего, ВЕРА В РУССКОГО БОГА, В СВОБОДУ, практическое БОГОДОКАЗАТЕЛЬСТВО, лежащее в основе Русской этики как творящей силы Русского капитализма, гуманитарного капитализма" (Конец цитаты).

Что такое политический язык?

Найшуль. Что такое политический язык? На самом деле, точный термин - не "политический язык", а "общественный язык". Политический язык - это часть общественного языка. Он используется в организации сотрудничества неблизких людей. В общественный язык не попадает дружба, любовь, семейные отношения и т.д. Но взаимоотношение людей на лестничной площадке - это уже общественный язык.... Я еще раз хочу сказать, что политический, общественный язык придется конструировать. С этой точки зрения, он не является естественным. Но означает ли это, что он будет неестественно восприниматься? Предложения были введены Пушкиным по аналогии с французским синтаксисом. Замечает ли это кто-то?

Шилов. Замечает ли кто-то, как успешно производится разработка такого языка на www.kreml.org/users/shilov Кто-то все-таки замечает. Так ведь?

Валитов: Да нет никакой проблемы языка. Есть проблема исторического субъекта и исторического деятеля. Есть проблема того, кто мыслит российскую историю, в ней самоопределяется и ставит в ней цели.

Найшуль: Меня, видно, не поняли. Еще раз хочу проговорить логическую цепочку. Без языка вы не будете иметь знания того, что происходит в стране. Мировую политическую культуру вы не будете иметь в нашей стране. Вы не сможете сформулировать, что есть ваше государство. Вот и все.

Шилов: Виталий, я сейчас Вам подсоблю и логическую цепочку предъявлю повесомей - я ведь эту тему уже десятилетие размышляю все же. Либералы-переходники, заговорившие сегодня о необходимости демократических институтов, все никак не могут понять - почему же не образуется главный институт, Судебная система. Подобно тому, как в монетарной системе ее базовым элементом, границей определимости является монетарная трансакция, подобно этому в судебно-правовой системе - первоэлементной структурой, основой строительного материала системы, является суждение, в отношении которого принципиальна функция истинности или ложности. Потому - то же значение, какое для монетарной экономики имеет, скажем, бюджет, ровно такое же значение для судебно-правовой и шире - институционально-правовой системы имеет всеобщая риторическая ценностная модель ("конституционное мировоззрение"), посредством которой и осуществляется институционализация, институциональный инжиниринг.

Валитов:. Ерунда это. Неправда. Почему это?

Шилов: Купина неопалимая - горящий, но не сгорающий Куст, в котором Бог являет свое Имя - это не просто Образ, это Сущность, Смысл языка как единственного Творца истории. Вот, посмотрите, - пришел Буш (в переводе с англ. яз. - КУСТ) и мгновенно самовозгорелся 11 сентября 2001 года, что-то померещилось планете в этом Акте, какой-то лик, и весь мир бросился на борьбу с терроризмом - заговорил на языке БОРЬБЫ С ТЕРРОРИЗМОМ.

Чадаев. Удивительная дискуссия и удивительные вопросы. Настолько удивительные, что хочется их как-то скорректировать.